Москва - 100,9 FM

Светлый вечер с Владимиром Легойдой (24.02.2017)

* Поделиться

Гость программы - Владимир Легойда, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ.

Темы беседы:
1. Кончина архимандрита Кирилла (Павлова);
2. Конференция «Февраль. Трагедия. Уроки истории. 1917»;
3. Человек и роботы;
4. Прощеное воскресенье и начало Великого поста.

 

 


А.Пичугин

«Светлый вечер» на светлом радио, дорогие слушатели, здравствуйте. Сегодня пятница и как всегда по пятницам в нашей студии Владимир Легойда – председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата, профессор МГИМО и главный редактор журнала «Фома». Здравствуйте!

В.Легойда

Добрый вечер!

Наше досье

Владимир Легойда. Родился в Кустанае в 1973 году. Окончил МГИМО, стажировался в Соединенных Штатах, кандидат политических наук, профессор МГИМО. Некоторое время возглавлял кафедру международной журналистики. Оставил эту должность после назначения на пост председателя Синодального информационного отдела Московского Патриархата. С 1996 года Владимир Легойда — главный редактор журнала «Фома», он также входит в состав различных государственных и церковных органов. Таких как Президентский Совет по правам человека, общественный совет при Минюсте, Патриарший совет по культуре, Высший церковный совет. С декабря 2015 года Владимир Легойда является председателем Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ.

А.Пичугин

Неделя такая, ее начало выдалось тяжелым, три человека ушли прямо практически в один день – это и архимандрит Кирилл Павлов, о котором знает вся Церковь, наверное, все православие даже, это Игорь Ростиславович Шафаревич – известный математик и философ, и представитель России в ООН – Виталий Чуркин тоже как-то три человека так разом.

В.Легойда

И в этот же день, прошу прощения, еще погибли наши солдаты в Сирии – четыре человека.

А.Пичугин

Да, тоже верно, четыре человека. Советники, если не ошибаюсь. Вы знали кого-то из этих людей?

В.Легойда

Лично нет, но конечно, что касается отца Кирилла, то это был человек, который, если говорить таким светским языком, безусловно авторитетный, безусловно человек, пользовавшийся колоссальным и если можно так сказать, наверное, даже безграничным уважением и почитанием в Русской Церкви и у нас иногда разбрасываются словом старец, но я думаю, что конечно он именно принадлежал к этой особой когорте людей, к особым людям в Церкви, таким духовным учителям, подлинным, которые действительно… встречи с которыми для людей не проходили незаметными. Сейчас много этого всего благодаря соцсетям мы видим и люди, которые имели счастье общаться с отцом Кириллом, и отец Павел Великанов ваш…

А.Пичугин

Постоянный автор.

В.Легойда

Да, постоянный автор, вспоминал, как будучи студентами семинарии они приходили и что-то такое было, ну совсем казалось бы обычное, там какой-то чай он им давал, какие-то плюшки, но это всегда… мне кажется, то главное, что от священника человек может получить, они всегда уходили успокоенными и вдохновленными, радостными – это очень важная…

А.Пичугин

Интересно, что о нем знали все, несмотря на то, что последние больше 10 лет он был болен, не выходил никуда, был прикован к постели и никого не принимал. И это тот период, когда произошло такое, не то что бы массовое воцерковление, но когда огромное количество людей из числа тех, кто сейчас ходит в храм как раз туда пришли, а его основная духовническая деятельность, служение как раз пришлось на… понятно, что он служил в советское время, и в 1990-е годы, но тогда ведь не так много народа ходило в храм, но тем не менее этот феномен непонятный, очень хороший – его знали все.

В.Легойда

А непонятный, что Вы имеете в виду?

А.Пичугин

Ну, когда мы говорим про…

В.Легойда

Вы имеете в виду старчество вообще?

А.Пичугин

Нет, я о другом, о том, что его все знали, хотя последние десять лет, даже больше, его никто не видел, с ним практически никто не общался.

В.Легойда

Ну, все-таки нельзя сказать, что совсем никто не общался, общались конечно, но может намного более ограниченный круг людей уже, наиболее близких, и тех, кто заботился помимо прочего. Но я думаю, что это как раз-таки и есть одно из подтверждений такой подлинности и подлинного духовного подвига. Конечно это… даже сложно сейчас слова какие-то подобрать, но, Вы знаете, что святейший патриарх вчера совершил отпевание отца Кирилла в Лавре и это конечно такая, не знаю, страница, эпоха, всех этих слов недостаточно – это нужно как-то пережить, потому что…

А.Пичугин

Очень примиряющая фигура, я последние дни смотрел в соцсетях, люди, которые друг с другом не разговаривают по многу лет, которые совершенно по-разному смотрят в том числе на происходящее в Церкви у всех конечно к отцу Кириллу величайшее почтение.

В.Легойда

Это очень грустно то, что Вы сейчас сказали, я имею в виду не то, что примиряющее, а то, что люди не разговаривают. Это значит, что что-то, чему мы должны были научиться у таких людей, как отец Кирилл, значит мы все-таки не научились. То, что мы должны были унаследовать, значит мы не унаследовали, потому что наивно говорить, что было другое время, а что, у нас более сложное время? Люди, которые в то время находили в себе силы и сейчас даже получается, что и после смерти своей как-то примиряет, как Вы справедливо сказали, но очень грустно, что разделение существует среди нас и это совершенно точно – это то, чего не должно быть, это следствие греха, а не следствие жизни по Евангелию. Может быть для кого-то это тоже повод задуматься.

А.Пичугин

Но, когда видишь, что никто, ни одного не оставил плохого комментария, когда все пишут об этом человеке не просто только хорошее, а все как-то преклоняются перед личностью, простите за этот пафос, ну, вот есть какая-то надежда.

В.Легойда

Вы знаете, это именно, мне кажется такой замечательный пример подлинного пастырства, который на самом деле приводил людей не к себе, а ко Христу, я думаю, что это даже не то чтобы преклоняются перед личностью, а это понимание того, что это был человек, который не себя пытался как-то возвеличивать, не для себя искал какого-то общения, или еще чего-то, не изображал из себя какого-то великого старца, а человек, который именно жил Евангелием и поэтому люди, которые к нему приходили, они тоже проникались этой жизнью. Вот эти свидетельства очень простые в частности то, которое я сегодня уже вспомнил от отца Павла Великанова, они ведь показывают, что это совершенно не обязательно, как, знаете, многие ждут, что такое старец – ты приходишь, он на тебя смотрит и тут же начинает тебе рассказывать, сначала твое прошлое, потом твое будущее, потом еще что-то. И люди в основном, в принципе, ведь ищут этого.

А.Пичугин

Хочется волшебства.

В.Легойда

Да, либо волшебства, либо исцеления от болезней и прочее-прочее. А мне кажется, что главное – это кстати тоже все есть, это тоже все можно получить у человека, умудренного духовным подвигом. Но самое главное, чему можно научиться – это радости христианства, пониманию того, что есть подлинное христианство, что есть радость. Это как батюшка Серафим Саровский говорил, я недавно прочитал, кто-то так даже с иронией сказал: «Вот, а вы что думаете, Серафим Саровский прямо такой сидит благодушный старчик: “Христос Воскресе”, - всем говорит?» - и в этом образе, который сложился, человек попытался критически к нему отнестись. Причем знаете, не с позиции ерничанья такого, а с позиции, что настоящее христианство не в этом, он был пламенный Серафим и прочее – это все так, но мне кажется, что это простое тихое христианство, радость о Христе, радость, которую христианство должно нести, оно через простые вещи тоже проявляется и не нужно пытаться как-то иронизировать по этому поводу, мне кажется, здесь ирония совершенно неуместна, потому что это не так просто, это может быть сложнее многого другого, вот именно сказать каждому приходящему: «Радость моя, Христос Воскресе». Для меня этот образ совершенно не лубочный такой, также как и рассказ отца Павла, почему я о нем в третий раз вспоминаю, я просто понимаю, как это тяжело, потому что, когда ты находишься в гуще людей, у тебя постоянные встречи, можно научиться натуженно улыбаться, думая при этом о чем-то другом и так далее, тут поверьте, знаю, что говорю. А когда просто передавать… испытывать радость и эту радость передавать людям – это действительно духовный подвиг – это не лубок не какой.

А.Пичугин

Ну еще в завершение, наверное, стоит сказать, что много легенд связано с именем отца Кирилла. Участие в войне, когда действительно вплоть до последнего времени многие думали, что тот самый сержант Павлов в честь которого назван дом. Это как раз будущий архимандрит Кирилл, но потом вроде как выяснилось… Но это не умаляет опять же его участия в войне, в Сталинградской битве.

В.Легойда

Он участник войны – это совершенно точно. Я не знаю точно, по-моему, там этот вопрос так никогда и не разрешился ни в одну, ни в другую сторону в итоге, ни в одну, ни в другую сторону.

А.Пичугин

Нет, разрешился, в итоге был найден тот самый сержант Павлов и его биография, он умер относительно тоже недавно, может быть лет 20 назад, пережив и войну, и многие события, но был найден по крайней мере тот самый исторический… Но опять же это не умаляет того, что он прошел всю войну и после войны, в результате войны, это же плеяда людей, которая… как тоже уже… архимандрит Алипий Воронов, пришедший к Богу во время войны – наместник Псково-Печерского монастыря многолетний, художник, собравший потрясающую коллекцию. На минувшей неделе Вы участвовали в конференции «Уроки истории», она была посвящена памяти погибших в февральской революции 1917 года. Мы стали отмечать такие даты, мы как-то к февралю никогда не обращались раньше. Ну, обращались историки, проходили конференции, но общественных каких-то публичных мероприятий с этим связанных не было, а здесь памяти погибших в февральской революции. Мы как-то даже не привыкли помнить о том, что во время февральской революции гибли люди – это не октябрь. Что это за конференция была?

В.Легойда

Это была конференция, которая была организована фондом Нобеля, но не тем, который раздает премии, но, как уверяют организаторы и члены этого фонда, что этот настоящий.

А.Пичугин

Они же все родственники, это же большая-большая фамилия.

В.Легойда

Да, действительно, там интересные…я не очень хорошо знаком с деятельностью этого фонда, но то, что я знаю, вызывает интерес как минимум и уважение. Я туда был приглашен по линии Императорского православного палестинского общества, поскольку они тоже принимали и в организации, и в проведении этих дней, потому что – это два дня было, не только конференция, там большая программа была, и концертная, был очень интересный концерт и выставка была открыта как раз по теме этой конференции, которая в субботу прошла в Храме Христа Спасителя. И мне кажется, что очень важным, что эта череда воспоминаний, которая естественно сейчас началась и понятно, что весь год будут и потом, наверное, будут какие-то мероприятия разного рода совершенно, связанные с событиями столетней давности. И очень важно мне кажется, что была эта конференция, посвященная февралю, потому что по большому счету, недавно об этом говорили в Церкви, святейший патриарх говорил, что революция в 1917 году была одна – это была февральская революция, а октябрь – это уже собственно наиболее радикальные элементы захватили власть, или узурпировали, как угодно в результате некой внутренней борьбы уже и того, что те, кто в результате февральских событий ее получил, не смог удержать. И конечно здесь многое можно и нужно говорить, потому что, это нужно анализировать и были, кстати сказать, возвращаясь к конференции, были очень интересные доклады, был очень интересный состав конференции. Конечно может быть излишне, знаете, там была такая сложность, что были приглашены действительно серьезные ученые, а также представители русского зарубежья очень интересные со своими выступлениями, и это было очень насыщенно, но такие вещи, опыт показывает, что полтора часа, нужно прерываться… там в силу разных причин – это было такое более чем двухчасовое пленарное заседание, ну и плюс все-таки, знаете, всегда в таких случаях испытываешь колебания, либо делать собственно научный доклад, но тогда научный доклад предполагает соответствующую аудиторию, а когда собирается очень большая аудитория и разные люди, как в этот раз было, то там чередовались такие более научные выступления с более такими все-таки публицистическими, в частности, я понимал, что поскольку я ближе к концу выступал, я понимал, что сейчас никакого доклада уже не получится, у меня было что-то заготовлено, но я по ходу переформатировал в какое-то небольшое выступление. Но были на мой взгляд очень интересные доклады академика Торкунова – ректора МГИМО, они именно были сконцентрированы на теме февраль и что там происходило, с историческими примерами, цитатами дневниковыми того времени, которые показывали очень интересные и важные какие-то моменты.

А.Пичугин

Сейчас очень хорошие проекты с дневниками связаны «Прожито», где все это можно набрать.

В.Легойда

Да. Академик Чубарьян выступал как всегда, очень убедительно и интересно. Анна Витальевна Громова выступала тоже хорошо Вам известная из Елизаветинского общества, академик Петров, министр культуры Мединский сделал такое сообщение, не приветствие, знаете, как традиционно министр приходит, приветствует, он все-таки, как историк и человек, этой темой интересующийся, сделал тоже содержательное выступление по теме. И я повторяю, представители нашего зарубежья, там Шаховской. Мне кажется, что было интересно, и я сожалел, что не смог остаться потом на выставку и на концерт, пришлось уехать, но мне кажется, хорошо, что такие проходят встречи. И я собственно немножко от темы отошел, когда выступал, я говорил о том, что…

А.Пичугин

Вы о новомучениках говорили, если я не ошибаюсь.

В.Легойда

Я говорил о новомучениках, там просто такое было… там Анна Витальевна Громова стала об этом говорить и я как-то подхватил, мне казалось, что это важно. Я единственное посетовал на то, что в зале, несмотря на то, что в зале много людей, там было не так много молодежи. Я не хочу здесь никого упрекать, организаторов, все понятно, что всегда тяжело такое мероприятие масштабное провести. Но я просто вспомнил пример, как мы в свое время в «Фоме» делали тему номера о новомучениках и мы просто делали такой мини опрос среди студентов, аспирантов московских ВУЗов и большинство из них не знало, что такое Бутовский полигон.

А.Пичугин

Даже Бутовский полигон.

В.Легойда

Да, то есть то, что мы называем русской Голгофой и так далее – это конечно место, в котором в 1937-1938 годах только более 20 000 человек было расстреляно.

А.Пичугин

А что можно делать сейчас, чтобы знали о Бутовском полигоне все-таки?

В.Легойда

Я думаю, об этом надо говорить.

А.Пичугин

Там рядом с Бутовским полигоном Коммунарка, про которую вообще никто не знает, туда даже дороги нормальной нет.

В.Легойда

Вы знаете, я честно говоря, иногда не то, чтобы испытываю чувство растерянности, но скорее думаю над тем, что нам нужно как-то очень сильно всем понимать, что сейчас настолько разные существуют аудитории, что необходимо пытаться важные эти темы… во-первых, нужно об этом все время помнить, все время говорить, потому что, вы знаете, ты когда варишься в каком-то своем соку то, что называется, ну так, или иначе, у нас есть некая православная среда, ездишь в паломничества какие-то, с друзьями, праздники, заговение, разговение и так далее, и так далее. И тебе кажется, все же знают уже, все же понимают, ну как можно не знать, что такое Бутовский полигон и так далее, и тому подобное. А потом ты читаешь какую-нибудь ерунду в соцсетях, или смотришь, как на федеральном канале показывают какие-то такие уже глупости, я просто сейчас не могу даже это вслух произнести то, что я на одном из федеральных каналов видел на днях уже в новостях – это крутили минут десять, показывали какого-то восточного мастера, который… и это в интернете потом гуляло, ловко натренировал уязвимые части тела и все это показывают… И ты понимаешь, что это какой-то другой мир уже совершенно. То есть понимаешь, что какие-то тектонические сдвиги происходят и понимаешь, что слова, когда священники говорят про нравственность, про духовность, эти многие слова приелись, но ты понимаешь, что эти слова – это, если хотите, какой-то такой якорь, который, если его сорвет, то корабль улетит и разобьется о рифы, потому, что понимаете – это какое-то такое тектоническое смещение, опять же не хочу пафосно вскрикивать: «О времена, о нравы», - тем более, что всегда находились люди в любое время, которые об этом кричали, но смотрите, это ведь действительно… Какой Бутовский полигон, люди живут в совершенно другом смысловом пространстве, я думаю, что думаю, что они не только не знают, они даже не поймут, если им пытаться объяснить, почему это важно. Но я, поймите правильно, я сейчас это говорю не с высоты какой-то собственной духовности, а я говорю об этом, как об упущенной возможности. То есть мы довели до этой ситуации.

А.Пичугин

Я понимаю, у меня очень яркое впечатление было буквально осенью, когда у Бутовского полигона… не на Бутовском полигоне, но и на Бутовском полигоне тоже, стараниями Игоря Гарькавого читали имена на следующий, а непосредственно в день памяти жертв политических репрессий, тоже на следующий читали у Соловецкого камня. Когда я туда пришел, я обнаружил, что очередь, которая растянулась через весь сквер по Политехническому музею, действительно довольно много народа пришло, но все друг друга знают. Вот все эти люди, я понимаю, что я знаю, если не каждого… не каждого естественно из этих людей…

В.Легойда

Но, каждого второго.

А.Пичугин

Каждого третьего-четвертого, а этот второй знает третьего и, в общем, вся очередь знакома друг с другом. Все люди, которые целый день стоят при плохой погоде, ждут своей очереди, они все друг с другом знакомы. И с одной стороны, это ужасно.

В.Легойда

Да, это по крайней мере наводит на мысли, потому что действительно это… это знаете, как мне недавно один знакомый говорит: «Ой, мы перешли в православную школу, там так замечательно». Я говорю: «А что такого замечательного?» - «Просто нормальная школа, мы сменили три школы и это был ужас тихий». И этот человек так рад, а я понимаю, как это грустно. Я сейчас не пытаюсь выступить каким-то апологетом православных школ, они тоже есть разные и по качеству преподавания, и по организации жизни и прочее. Но когда человек признается в том, что ничего особого в этой школе нет, но он по крайней мере спокоен, что там не найдут в туалете наркотики, шприцы, еще чего-то и не ругаются матом ни ученики, ни учителя громко и потом не окажется, что учительница в какой-то соцсети ведет совсем другую жизнь, не такую, как в классе, и это уже воспринимается, как некое достоинство… но опять же, я говорю, что это самое неправильное и неблагодарное – это становиться в позицию такого обличителя и говорить: «Ой, как ужасно, какие это ужасные…» - да, нет, это мы в этой ситуации находимся. И знаете, я сейчас с некоторых пор стал более активно в соцсети Вконтакте присутствовать и чувствуется разность аудитории. Сначала ты раздражаешься какой-то такой прямолинейности, грубости, больше, чем в фейсбуке даже. В фейсбуке все-таки это хамство, оно такое изощренное. А тут ты понимаешь, что опять же самое неправильное – обижаться. Можно конечно банить всех подряд, но понятно, что…

А.Пичугин

А, зачем?

В.Легойда

Да. Что люди совершенно… они настолько не привыкли к диалогу и настолько тяжелая ситуацию, то есть нам нужно друг к другу пробиваться – это очень непросто, но я не вижу просто этому альтернативы. Понимаете, можно конечно возмущаться громко и охать по поводу реакции на некоторых украинских сайтах по поводу смерти нашего посла Чуркина, но есть над чем работать здесь у нас.

 

А.Пичугин

Владимир Легойда – председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата в студии светлого радио. Говорим о том, что чувствуется разрозненность, чувствуется, что мы друг про друга в общем, ничего и не знаем. Мне кажется – это один из главных факторов этого разобщения.

В.Легойда

Вы знаете, даже может быть не то что не знаем, а то, что не хотим знать. Вот не хотим, это знаете, это как-то вот, опять же, это то, что называется, в воздухе. Вот такой пример я Вам приведу, мы, скажем, когда учились в институте, были интересные у нас преподаватели и мы использовали возможности любые, чтобы с ними пообщаться во вне лекционной, вне семинарской аудитории – обменивались книжками, задавали вопросы, провожали и прочее. У нас не было возможности написать им по электронной почте, или в социальные сети. И формы работы были две – лекция и семинар. Сейчас все поменялось и при этом все равно, есть же у студентов преподаватели, которые им интересны, там любимые преподаватели, нелюбимые – понятно. А форм общения очень много, возможностей у студентов общаться с преподавателями очень много – не общаются. Мы же говорим с коллегами, электронная почта, социальные сети, ты там присутствуешь, деканы у нас присутствуют и прочее.

А.Пичугин

Но это же извечный страх, опасение, как же так – это же преподаватель, о чем я буду с ним говорить, а вдруг он увидит, что то-то, то-то и то-то.

В.Легойда

Вы знаете, это, наверное, тоже, но чаще это просто… или может быть не чаще, а вместе с тем – это какая-то, знаете тотальная потеря интереса… конечно всегда можно сказать, что преподаватели неинтересные, поэтому с ними и не общаются. Мне кажется, дело не в этом, это просто… ну а зачем кому-то задавать какие-то вопросы, что-то узнавать, если можно просто, я не знаю, в это время, сыграть в какую-нибудь игру, или посидеть в каком-нибудь чате и прочее. Мне кажется, что это некая общая интеллектуальная душевная расслабленность.

А.Пичугин

Это не только наша проблема, я общаюсь, у меня приятельница учится в Америке я спрашиваю: «Вы общаетесь о чем-нибудь с преподавателями вне стен ВУЗа?» - «Нет, а зачем? А о чем? А они с нами сами не общаются».

В.Легойда

Ну да, так я и не говорю, что это только наши. Более того, это извечный парадокс условий и их неиспользования. Когда чего-то нет, ты это всегда пытаешься найти. Я помню, я как раз, когда учился в Штатах в 1993-1994 году, меня что поразило, у нас как раз преподавателя ты все время бегал, искал, есть кафедра, на кафедру зайдешь, а преподавателя нет, или есть, но у них планерка, или их там много сидит – неудобно отрывать. А тут все-таки у любого профессора есть свой офис, на нем написаны так называемые «office hours» - офисные часы и я по традиции русского студента всякий раз, когда ходил к разным преподавателям, я всегда, когда приходил я стучался и говорил: «Простите, что я Вас отрываю». Они всегда искренне изумлялись и говорили: «Вы нас не отрываете, вот у нас office hours сегодня с двух до четырех, я с двух для четырех здесь сижу специально для вас и должен сидеть и отвечать на ваши вопросы». Самое удивительное было, что я почти никогда не видел студентов, которые бы приходили – это правда, да.

А.Пичугин

Еще одна тема интересная, мы о ней в этой студии говорили, даже несколько программ сделали – роботы наступают. Она вроде бы впрямую тем, которые мы обычно здесь обсуждаем, не касается, но тем не менее, это действительно значимая проблема для общества. У Вас видеоблог, в котором Вы об этом говорите, и правда, через какое-то время эта проблема может стать очень острой для всего мира. Вот недаром же, наверное, Швейцария предлагала своим гражданам другое дело, что из этого получилось, но предлагала своим гражданам довольно значимые деньги…

В.Легойда

Обязательный минимальный доход по факту гражданства, который выплачивается.

А.Пичугин

Да, это же уже, я так понимаю, первый шаг к тому… это понимание того, что в ближайшее время ситуация с рабочими местами, ситуация в обществе может очень сильно измениться. Кстати, это очень хорошо перекликается с темой февраля 1917 года.

В.Легойда

Ну, каким-то образом, да, будем надеяться, что не таким драматичным и трагичным. Но это вообще сейчас, если не тема номер один, то одна из главных тем в целом и я бы даже говорил не в таком залоге, что может стать, это уже как минимум становится серьезной проблемой.

А.Пичугин

Просто в России не очень сильно пока ощущаем.

В.Легойда

Ну, Вы знаете, когда начнем ощущать, будет уже поздновато готовиться.

А.Пичугин

Резко начнем ощущать, явно.

В.Легойда

Я еще раз хочу напомнить, я об этом уже говорил в этой студии, помните эти заголовки, что Сбербанк увольняет несколько тысяч сотрудников.

А.Пичугин

Ну, у Вас здесь тоже об этом говорится.

В.Легойда

Да, это же все тоже не просто так и не на пустом месте. Причем люди ищут выход. Например, недавно, если не ошибаюсь, никто иной, как Билл Гейтс сказал о том, что один из вариантов решения проблемы этой – потери работы, обнищания людей, или потеря дохода очень серьезного – это введение налогов на роботов. Это, в общем, многие эксперты считаю, что это что-то такое фантастическое, но скажем, в Штатах, я недавно общался с коллегами из университета, они говорят, что возвращаются к теме сокращения серьезного рабочей недели, то есть человеку…

А.Пичугин

Ну и заработной платы соответственно.

В.Легойда

Ну как, она же заработная плата в любом случае падает, а если сокращать рабочую неделю, то есть как раз заработная плата фиксируется, но она выплачивается не за такое количество часов, а за меньшее уже, сокращается рабочая неделя, чтобы у людей по крайней мере, если уж не будет больше денег, то у них будет больше времени при сохранении невысокой зарплаты, или падении… Ну, потому что они не нужны просто столько на работе. Поэтому им пытаются сохранить зарплату, официально сократив… главное, не увольнять людей.

А.Пичугин

Это же вынужденная мера.

В.Легойда

Конечно вынужденная.

А.Пичугин

На какое-то время она стабильность сохраняет, но пройдет несколько лет, произойдет такой социальный взрыв.

В.Легойда

Так обязательный минимальный доход о котором мы с Вами сейчас говорили в связи с Швейцарией – это тоже вынужденная мера, это не то, что они решили, давайте-ка мы всем начнем по 2000 евро платить – это тоже вынужденная мера. Но вопрос в том, что этот прогресс неостановим, тут очень сложно как-то его регулировать. Но я не знаю, мне кажется, что все-таки, пусть тут экономисты в первую очередь думают и государственные мужи, мне кажется, что здесь – это вызов для Церкви. Вы знаете, на этой неделе прошел в рамках российско-итальянского форума гражданских обществ, есть такой, впервые появилось церковное измерение. Это кстати к вопросу о том, что произошло по результатам встречи папы с патриархом. Вот один из результатов в том, что в таком интересном и важном форуме – Российско-итальянский форум гражданских обществ, появилось церковное измерение впервые. Это тоже следствие активизации, скажем, христианского свидетельства в современном мире. И мы с коллегами в течение двух дней работали и, хотя тема была «Светское и религиозное искусство, как способ сближения…» и так далее, но я делал небольшое сообщение и мы так или иначе, представляете, вышли на эту тему – через технологии, через работу со СМИ, через технологии и те же роботы. Полное понимание существования этой проблемы. Епископ, не помню, одного из городов итальянских, он об этом говорил очень подготовлено и понимали, что это некий новый вызов для Церкви и, в общем, очень-очень такая тема, от которой мы не сможем уже естественно отмахнуться.

А.Пичугин

Все равно, я честно говоря не очень понимаю, какой это вызов именно для Церкви. Я понимаю, что это может повлиять на Церковь, влияя на прихожан, потому что Церковь не сможет оставаться в стороне, когда в каждой стране будут такие социальные проблемы.

В.Легойда

Конечно, смотрите, ведь служение милосердия, которое Церковь осуществляет – это ведь Церковью понимается не просто, как социальное служение, это религиозное служение, именно по тому, что об этом прямо заповедано в Евангелии и сказано, что на Страшном суде с нас спросят именно за это – накормил ли ты голодного, напоил ли жаждущего и так далее. Это религиозное служение, это часть проявления твоей веры должна быть, которая без дел мертва. И понятно, что эта, как я предполагаю, перестройка социальной структуры общества, социальных обязательств общества и государства, она приведет к осмыслению всего того, что называется таким словосочетанием «социальное служение». Думаю, что в сторону увеличения количества людей, которым нужна помощь. И эту помощь люди будут искать, и помощь, и защиту, и помощь не обязательно сугубо материальную, но вообще в новых условиях жизни, они будут искать эту помощь в Церкви в том числе. Или по крайней мере Церковь безусловно должна быть тем местом, где они должны будут эту помощь найти и это очень серьезный вызов, мне кажется.

А.Пичугин

Ну, а насколько это проблема актуальна для современной России, которая понятно, что в больших городах мы с этим столкнемся, рано, или поздно, а на периферии, мы сталкиваемся с таким количеством разных проблем социального характера, мы понимаем, что мы уже и не аграрная страна, и не промышленная, и на этом огромном пространстве, которая там, в Центральной России по крайней мере вне больших городов вымирает, там вряд ли все дойдет до роботов.

В.Легойда

Ну это же опять же представление такое киношное – роботы, какие-то антропоморфные машины.

А.Пичугин

Ну, до высоких технологий.

В.Легойда

Вы знаете, боюсь, что… или не боюсь, не знаю, что Вы неправы. Потому что недавно, не помню, где это было какое-то очередное совещание, в которых мне много приходится участвовать и один из выступающих приводил какие-то примеры, связанные с деятельности организации, которую он представлял и он говорил, что есть места, где много чего нет, но высокоскоростной интернет уже есть.

А.Пичугин

Да, я свидетельствую, у меня друзья живут в Архангельской области 300 км в тайгу, потом еще 1,5 часа еще дальше в тайгу в другую сторону, ничего нет, а высокоскоростной интернет есть.

В.Легойда

В том то и дело, а это значит, что… ведь мы говорим не о роботах, и не обязательно о роботах, мы говорим об автоматизации процессов. Это ведь… ну, что такое в ближайшее время магазин будущего – человек зашел, на входе карточку сканировал и на выходе сканировал и все.

А.Пичугин

И никаких касс, да.

В.Легойда

Никаких касс, никаких продавцов, никаких бухгалтеров, потому что у вас налоги списываются сразу, вы карточку приложили и так далее. Можно сказать, что а мы не хотим. Нет, ну можно конечно питаться от трудов своих рук, это всегда вообще хорошо и замечательно, и мы знаем, что у нас многие люди даже меняют, мы как-то с Вами на эту тему тоже говорили вскользь, но я говорю о каких-то глобальных тенденциях…

А.Пичугин

Да, здесь конечно сложно не согласиться.

В.Легойда

Можно только условно говоря, «утешаться» только тем, что обычно те сложности серьезные, которые возникают в нашей жизни – это не всегда те, к которым мы готовимся, а может быть даже чаще и не те. Поэтому, может быть эта комета пролетит мимо, а шарахнет какая-нибудь другая.

А.Пичугин

Спасо-Андроников монастырь на той неделе заговорили, вернее заговорили раньше, но на этой неделе как-то подробнее стали говорить о том, что его могут передать Церкви, хотя собор монастыря и так передан Русской православной Церкви .

В.Легойда

Опять «медийная сенсация». Конечно, там совершенно некрасиво себя повели журналисты.

А.Пичугин

А разъясните, что там.

В.Легойда

Позвонили игумении Ксении, вели длительную беседу по другим темам, потом задали вопрос явно с выходом, чтобы все это в контексте Исаакия случилось. Матушка ответила, что да, в принципе конечно есть закон, есть понимание.

А.Пичугин

Она про строительные работы говорила, насколько я знаю.

В.Легойда

А потом большая часть интервью не вошла в публикацию, а опубликовали это. Никто сейчас вопрос, насколько я понимаю, не ставит и вообще нет… там есть предмет для обеспокоенности.

А.Пичугин

Это стройка?

В.Легойда

Там действительно сложно, насколько я понимаю, я не владею деталями, не хотел бы сейчас говорить, поскольку не совсем подробно знаком с ситуацией, но то, что было подано, что вот теперь еще, чуть ли не завтра будут требовать – об этом речь не идет.

А.Пичугин

Просто сразу все вспоминают, что там музей древнерусского искусства имени Андрея Рублева, который в советское время, во-первых, сохранил огромное количество икон, а во-вторых, дал Церкви немалое количество, в том числе и священнослужителей.

В.Легойда

Мы взаимодействуем в том числе и с этим музеем.

А.Пичугин

Отца Александра Салтыкова, отца Бориса Михайлова.

В.Легойда

Там я не вижу сейчас проблемы никакой. Я имею в виду именно той, как была подана – скорое возвращение. Там достаточно других проблем, которые действительно надо решать, но просто не эта.

А.Пичугин

Хорошо, напомню, что Владимир Легойда – председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата – гость студии светлого радио. Я – Алексей Пичугин, через минуту мы вернемся.

 

А.Пичугин

Еще раз добрый вечер, меня зовут Алексей Пичугин. Здесь в студии светлого радио как всегда по пятницам Владимир Легойда - председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ. Мы с вами встречаемся перед самым-самым Великим постом, заканчивается масленица, хотелось бы немного личного восприятия. Вы помните свой первый пост?

В.Легойда

И да, и нет. Вы знаете, я помню, что для меня пост, который все-таки может быть неофитский в первую очередь воспринимается всегда и как обыденным сознанием, как ограничение пищевое, никогда не было сложностью большой, безусловно это не является какой-то моей заслугой, но вот знаете, как люди говорят, что если я не ем мяса, я начинаю бросаться на людей и так далее, вот у меня никогда никаких особых проблем, не в силу какого-то моего аскетизма такого, ну, я чего-то другое ем, то есть в принципе ем и хорошо. Для меня никогда не было сложностью, поэтому я может быть помню, что это не было проблемой, вот такое воспоминание.

А.Пичугин

Ну, мы даже скорее не о гастрономических каких-то аспектах, а вот осознание того, что это вот пост, это что-то другое, это что-то такое.

В.Легойда

Да, я понимаю, что пост – это не про гастрономические, я имею в виду, что в первую очередь, поскольку он воспринимается, говорят, что вот я в первый раз… Как знаете, один мой друг сказал как-то замечательно, оценивая с горькой иронией неофитские свои порывы, он говорил, что я постился, так постился, когда в Церковь пришел, я неделю перед причастием не ел, всех осуждал. Я помню скорее свою первую Пасху, потому что я был уже студентом в Москве, приехав из маленького города в Северном Казахстане, я помню первую Пасху свою и это я помню очень ярко. Я пришел в Елоховский собор, я тогда как-то пытался соблюдать пост, но скорее условно очень. Но вот так я помню, что сначала еще было оцепление, сначала не пускали, то есть мы попали в храм уже где-то, я думаю, что к часу ночи. Тогда еще кстати показательная очень вещь, в начале второго храмы начинали пустеть в то время, тогда – это я думаю 1992 был год, или 1991, сейчас не могу сообразить. Людей становилось заметно меньше. То есть люди приходили на крестный ход, люди какое-то время находились и потом шли спать, глазеющая молодежь и так далее.

А.Пичугин

Это потому что метро не подверстывали еще к службам.

В.Легойда

Вы знаете, не только метро, я в очень разных находился храмах в последние годы, в том числе и где-то в Подмосковье, где нет метро и заметил такую интересную особенность, что в последние годы, и в Москве тоже кстати, храмы не пустеют так сильно, как раньше. То есть просто люди остаются причащаться. Вопрос то в другом, люди ждут причастия. То есть, условно говоря, раньше какое действие человеку внешне, вот этому «захожанину», как говорят, для него какое действо – главное действо – крестный ход, спели Христос Воскресе, свечку передал, дальше что-то ходят, надо уходить. А прихожанин ждет причастия и раньше люди… не знаю, это конечно ощущение такое, но оно такое очень стойкое у меня, что в последние годы картина меняется. Вот сколько народа вошло в храм крестным ходом, почти столько же до причастия и стоит. И это и Рождество, и Пасха.

А.Пичугин

Ну вот почему я Вас спросил именно про Ваш первый пост.

В.Легойда

А я как всегда начал отвечать на другие вопросы.

А.Пичугин

Многие люди рассказывают о своем вхождении в Церковь, о том, что они начинают этот вход именно с поста, хотя, наверное, это сложное, это самое сложное начать путь в Церковь с поста. Многие говорят, что я не буду соблюдать пост, потому что я все не выдержу, а если я все не выдержу, ну и зачем мне это надо. А кто-то начинает вроде как выдерживать все, а потом какая-то где-то мелочь в середине случается и уже человек бросает – ну что, ну не смог. Стоит ли начинать вход в Церковь человеку с поста, или может быть дождаться Пасхи, или если это не Великий пост, начать с чего-то простого.

В.Легойда

Вы знаете, я принципиально не готов согласиться с необходимостью, или с нужностью ответа на подобный вопрос и подобные вопросы, потому что, как Господь хочет, так Он человека и приведет, так человек и придет. Любой вопрос об отношениях человека с Богом, как в вопросах отношения мужчины и женщины, любая алгоритмизация она если не пагубна, то бессмысленна. Потому что, стоит, не стоит, кто-то задумался о Боге в метро, кто-то в бою, кто-то на стройке, кто-то, когда тонул, кто-то, когда наоборот что-то сделал доброе, кто-то из благодарности, кто-то из страха, поэтому здесь не бывает алгоритмом, кто-то постом, кто-то нет. Когда человек чувствует движение души, тогда нужно ему и откликаться – пост это, начало поста, середина поста, Страстная пятница, я не знаю, Пасха, Рождество – совершенно абсолютно убежден в том, что не бывает никаких алгоритмов. Когда ты уже пытаешься войти в церковную жизнь, тогда нужно разбираться в логике, а почему посты – это ты уже когда какое-то время находишься, тогда ты начинаешься понимать важность этого, уже испытывать какую-то потребность и прочее-прочее. Потому что у меня одна близкая очень знакомая рассказывала потрясающую ведь. Вот она пришла в храм на Пасху, или Рождество, не помню, в каком-то небольшом провинциальном городке, в первый раз в жизни, потрясающая служба. Она стояла-стояла, потом народ, она поскольку достояла – это было давно, народ пошел к причастию, и она пошла к причастию, она причастилась, вообще не понимая, что происходит. Потом она все узнала. Вот ее Господь… я ни в коей мере не хочу сказать, как это здорово, но у нее было так. Господь ее таким образом привел в Церковь. Она очень верующий церковный человек, который сейчас много-много лет уже в Церкви. Но вот она вот так вошла в эту жизнь, потом она испугалась, каялась, еще что-то, но вот она таким образом вошла. И какие тут можно человеку предлагать алгоритмы?

А.Пичугин

Здесь как раз вопрос не об алгоритмах, просто, согласитесь, очень многие действительно начинают, может быть не церковную жизнь, но какое-то стремление, первый шаг, может быть неосознанный, может быть это еще не призвание и не приход, но начинают его именно с поста, с попытки соблюдать, даже не задумываясь, наверное, о том, что они это что-то делают в рамках церковности…

В.Легойда

А это другая вещь, Вы ведь не так сказали.

А.Пичугин

Но подразумевал.

В.Легойда

Простите, или я не так услышал, мы же всегда стремимся обвинить собеседника, может быть я не так услышал. Потому что мне кажется, что если человек понимает, что пост – я попробую. Это совершенно понятно, нормально пост и есть испытание, человек ищет путь к Богу, он хочет себя испытать - это нормально. Я просто услышал другое, что человек говорит, что я буду постом, или я не выдержу, не буду. Мне кажется, что пока человек задает себе такие вопросы, значит его волнует что-то менее важное, то есть он пока не Бога ищет еще, а какие-то другие штуки, потому что недаром Церковь часто сравнивают с лечебницей. Вот когда у тебя, ты уже понимаешь, что болит, у тебя когда мысль одна, у тебя когда есть, так сказать, доминирующая потребность, мне нужно, я не знаю, вправить вывих, исправить перелом, еще что-то, ты тогда на всю эту шелуху не обращаешь внимание, ты бежишь, если в состоянии и говоришь: «Сделайте мне». А когда ты думаешь, когда мне пойти в больницу, в понедельник, а может лучше в среду, а вот у них там приемный день с восьми, а я в восемь не могу, значит не болит. Значит это пока не болит у тебя, вот заболит, уверяю Вас, все это отпадет.

А.Пичугин

А плохо ли разве это?

В.Легойда

Что?

А.Пичугин

Если человек не задумываясь о каких-то высоких смыслах решил ограничить себя на то время, которое…

В.Легойда

Тогда я Вас дважды не понял. Очень хорошо, почему нет, более того, понимаете, опять же тоже я неправильно может быть, поторопился сказать. Это ни плохо и ни хорошо, это может привести…

А.Пичугин

Нет, Вы поняли меня, Вы как раз начали отвечать именно в этом ключе…

В.Легойда

Это может привести к Богу, а может не привести. Понимаете, вот опять же, что я опять слышу, может быть ошибочно. Лев Николаевич Толстой – граф и величайший русский писатель, он в свое время, я сейчас утрирую, но примерно так написал у себя в дневнике, что вот, все говорят пост-пост-пост, я постился 49 дней, ничего не почувствовал – все это ерунда. Условно говорю, там было сложнее. Что сделал Лев Николаевич? Он провел научный эксперимент. Вот они говорят: «Должна гореть лампочка», - я провода подсоединил, в розетку воткнул проводочек – лампочка не горит – нет никакого электричества, условно говоря. Но в чем проблема – в том, что он подошел к вопросу веры, которая есть личный выбор, как к научному эксперименту – если соблюдаешь условия, получаешь результат, если ты все нужные условия соблюдаешь правильно и результата нет, значит эти условия описывают реальность неверным образом, значит результата не может быть, значит это неверно. Соответственно, то, что я слышу в Ваших словах, а как… да по-разному, да, как угодно бывает, понимаете, мой ответ только такой, бывает как угодно. Вот человек говорит: «Давайте я попощусь», - ради Бога. У меня есть замечательный пример, я его часто люблю приводить. Два человека, два друга, один говорит: «Я хочу креститься». – он читает книжки, изучает Библию, ходит на какие-то курсы и говорит: «Я пошел креститься, пойдем брат со мной», - говорит он своему товарищу. Тот говорит: «А, пойдем. Что мне делать? Я сижу тут курю бамбук, пойдем креститься». И вот они идут вдвоем креститься, крестятся. То есть один осознанно, подготовившись, а второй за компанию, в чистом виде за компанию, не испытывая ни потребности, ни интереса, ничего. Проходит небольшое время, первый подготовленный уходит из Церкви, второй становится священником, то есть, поступает в семинарию, становится священником.

А.Пичугин

Я знаю 100% такой же пример, только первый не ушел, а второй стал.

В.Легойда

Абсолютно убежден, что таких примеров много. Почему? Потому что человек предполагает, а Бог располагает. Поэтому, как оно сложится. Вот человек так решил, сяк решил, все, как угодно может быть. Поэтому здесь я боюсь всегда, знаете, таких вот… Это же не экзамен. Про экзамен я могу точно сказать, студент, который учится, как плохой студент – три дня перед экзаменом, вероятность того, что он забудет все очень быстро очень высокая. А здесь я не могу сказать, здесь другая совершенно история.

 

А.Пичугин

Владимир Легойда – председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата в студии светлого радио. Прощеное воскресенье, чин прощения будет совершаться в храмах и в связи с этим возникает вопрос о котором много довольно говорится в церковной среде. Мы все друг у друга просим прощения. У кого мы на самом деле должны просить прощения? Понятно, что у тех, кого мы в течение года, недели, дня, сегодня обидели действительно – с кем мы поссорились, с кем не сумели помириться, да, у них стоит просить прощения. А вот если в храмах как обычно проходит чин прощения, подходит к тебе незнакомый совершенно человек, которого ты видишь второй раз в жизни, или может быть он прихожанин этого же храма, ты с ним здороваешься в течение года каждую неделю и все, ты его знать не знаешь, он у тебя просит прощения, ты у него просишь прощения, а за что? Вот галочку поставили и разошлись – это правильно, или в этом есть какой-то подлог?

В.Легойда

Более того, мы еще ведь в этот момент, в этот день многие православные отправляют и получают кучу смс сообщений с подписью, и без подписи – всех прощаю, всех люблю. Ну, я не вижу в этом ничего плохого безусловно, другое дело, что Вы очень, суть проблемы обозначили, мне очень понравилось, как Вы указали на корень ситуации, что конечно по большому счету, это не значит, что не надо отправлять смски, ну отправляете и отправляйте, все равно это лучше, чем какой-нибудь глупый смайлик, или еще что-то без всякого повода. Но здесь вопрос в другом, в том, что у каждого из нас есть люди, которых мы, наверное, так, или иначе обидели, или которые на нас обижены, что гораздо тяжелее, когда ты не считаешь, что ты кого-то обидел, но ты знаешь, что человек на тебя обижен и попросить у него прощения, ведь тут миллион причин, по себе могу точно сказать, я даже помню ситуации конкретно, когда я почему не хотел просить прощения, мне не сложно, вроде как, но я понимаю, что я считаю, что я не виноват, я человеку пытался объяснить, что я его не хотел обидеть, что я его собственно и не обидел, как мне кажется, и я думал, как я рассуждал – вот я ему сейчас позвоню, или напишу смску даже, человеку, который я точно знаю, что он на меня обижен, и, что он первое подумает, думаю я, признал свою вину. Это же несправедливо. Вы знаете, меня в детстве всегда, я надеюсь, что моя сестра нас не слушает сейчас, когда, как мне казалось тогда, и даже сейчас кажется, за нее получал, потому что она же младшая, она же девочка, я думал, почему я должен просить прощения у нее – это же несправедливо. И я так думал довольно долго, признаюсь, что не только в детстве, пока меня совершенно не перевернули слова: «Милость превозносится над судом». «Суд без милости, не оказавшему милости. Милость превозносится над судом». То есть, я сужу, я оберегаю себя, я боюсь, что человек… а почему я думаю, а с третьей стороны, почему я думаю, что первое о чем подумает человек, когда я у него попрошу прощения – это то, что я виноват? А почему я не допускаю, что он точно также мучается и понимает, что если я не невиноват, то он тоже виноват, что он может чрезмерно обижается, почему я не допускаю, что он не хуже меня и тоже где-то выдохнет.

А.Пичугин

Или может быть не мучается, но именно на этих словах у него какое-то прозрение пойдет.

В.Легойда

Да, на этих словах он поймет, что я не виноват. Ну, миллион.

А.Пичугин

А может быть действительно виноват, кто его знает.

В.Легойда

А может быть и виноват, может быть я пойму на этих словах и так далее. То есть здесь в этом сокрыт конечно глубочайший смысл и конечно, если уж тут, мы сегодня все пытаемся о советах каких-то говорить, если уж обращаться к нашим дорогим радиослушателям, и может быть в первую очередь к себе, какой-то давать себе совет в оставшиеся полтора дня, то, наверное, нужно понять, есть ли у нас такие люди сейчас, о которых мы четко понимаем и в первую очередь обязательно у них попросить прощения. Хочется нам этого, не хочется, нравится, не нравится. И Господь, я думаю, что какое-то чудо сотворит все равно. Сразу, или не сразу. Главное только, чтобы мы не на калькуляторе в 14.00 прошу прощения, в 14.01 происходит чудо – все меня начинают любить. А второе – это форма, формула, если хотите, я уже много раз говорил, что я не сторонник форм и формул, но когда мы говорим: «Прости меня, если я согрешил против тебя делом, словом, помышлением и всеми моими чувствами», - то есть, представление о том, как ты можешь другого человека задеть, в христианстве совершенно другое. Вы говорили: «А что я сделал человеку, который…» - да ничего не сделал, я с ним здороваюсь и думаю, что достал меня, все время становится в храме на место, на мое любимое место.

А.Пичугин

Но тут то может быть я и попрошу у него прощения, а если я его вообще никогда не видел.

В.Легойда

Но там нет отрицательного ничего, ну попросите у человека прощения. Вообще в принципе, может быть для кого-то сами слова, пусть человеку даже незнакомому, но они настолько непривычны, все на нас так, или иначе все действует. Человек есть то, что он ест, пьет, то, что он делает, то, что он думает и так далее. Поэтому этот покаянный настрой сам по себе. А может быть, там условно говоря, это движение с просьбой о прощении у незнакомого человека, сподвигнет тебя выйти и попросить прощения у человека знакомого. Или этот незнакомый вдруг… Тут же сколько дальше можно…надо остановиться вовремя, чтобы не развивалась бурная фантазия. Но, тем не менее, я бы повторяю, на два обратил момента внимание. Первое, что конечно, нужно найти в себе мужество покаяния перед теми, где есть реальная ситуация, повторяю, причем не только, когда ты понимаешь, что обидел, а может быть даже, что гораздо сложнее, когда ты думаешь, что ты не виноват. Но, знаете, в этом смысле мой любимый и любимейший Дон Кихот, он ведь говорил замечательно, он говорил, что чем обида отличается от оскорбления? Тем, что оскорбляет человек, если он хочет нанести оскорбление, если он может его нанести. Потому что вот Моська лает на слона, а слон себе идет и идет. И если он упорствует в нанесении – это оскорбление. А обиду можно нанести ненароком, кому угодно этого не желая. Поэтому мне кажется, что очень часто, когда мы считаем, что мы не виноваты, мы в терминах Дон Кихота уверены, что мы никого не оскорбляли – может быть и так, но человек то обижен. И тут попросить прощения за то, что ты, давайте скажем, хорошо, невольно, но обидел, почему нет?

А.Пичугин

Спасибо, я напомню, что Владимир Легойда – главный редактор журнала «Фома», профессор МГИМО, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата – был гостем студии светлого радио. Я – Алексей Пичугин. Мы прощаемся с вами, всего хорошего!

В.Легойда

Спасибо! До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Герои моего времени
Герои моего времени
Программа рассказывает о незаметных героях наших дней – о людях, способных на поступок, на подвиг. Истории этих героев захватывают и вдохновляют любого неравнодушного человека.
Семейные советы
Семейные советы
Чем живет современная семья? Как научиться слушать и слышать друг друга? Какие семейные традиции укрепляют семью? Об этом и многом другом расскажут авторы программы — опытные родители, священники и психологи.
Философские ночи
Философские ночи
«Философские ночи». Философы о вере, верующие о философии. Читаем, беседуем, размышляем. «Философия — служанка богословия», — говорили в Средние века. И имели в виду, что философия может подвести человека к разговору о самом главном — о Боге. И сегодня в этом смысле ничего не изменилось. Гости нашей студии размышляют о том, как интеллектуальные гении разных эпох решали для себя мировоззренческие вопросы. Ведущий — Алексей Козырев, кандидат философских наук, доцент философского факультета МГУ. В гостях — самые яркие представители современного философского и в целом научного знания.
Во что мы верим
Во что мы верим

Также рекомендуем