Поделиться
...в 510 году до Рождества Христова, один из преемников Кира, Дарий Первый, который, подобно Киру, был также одним из великих завоевателей древнего мира, решил, чтобы наказать скифов за смерть Кира, покорить их страну.
Для этого он собрал в Малой Азии огромные полчища, переправил их в Европу через Босфор и двинулся к Дунаю. Здесь был выстроен большой постоянный мост; переведя по нем свои войска и поручив охрану моста союзным грекам, Дарий вступил в пределы нынешней Бессарабской и Херсонской губерний, не сомневаясь в скорой победе над многочисленными, но разрозненными скифскими племенами. Между этими племенами царили раздоры и, даже несмотря на весть о приближении персов, более дальние племена не соглашались прийти на помощь тем, которые ближе всего находились на пути врагов. Однако, несмотря на эти несогласия среди скифов, обстоятельства для Дария сложились так, как он менее всего ожидал.
Скифы при вторжении его войска в пределы их земель вышли ему навстречу, но боя не приняли, а, отправив своих детей и лишний скот далеко на север, постоянно отступали от персов к востоку, держась от них на один день пути впереди и выжигая при своем отступлении весь подножный корм. Персы, приходя на ночлег, постоянно терпели крайнюю нужду. Так продолжалось очень долгое время. Скифы отступили за Днепр, потом за Дон, повернули к Волге, а затем, обойдя персидское войско с севера, стали уже отступать на запад, оставаясь недосягаемыми для ударов Дария.
Так как это продолжалось долго и не предвиделось конца странствованиям, то Дарий послал всадника к одному из скифских царей, отступавшему перед ним, со следующей речью: «Зачем ты, чудак, все убегаешь, хотя можешь выбрать одно из двух: если ты полагаешь, что в силах противостать моему войску, остановись, не блуждай более и сражайся; если же ты чувствуешь себя слабее, то также приостанови свое бегство и ступай для переговоров ко мне, твоему владыке, с землею и водою в руках, в знак подданства и покорности».
В ответ на это скифский царь послал передать Дарию: «Вот я каков, перс. Никогда прежде я не убегал из страха ни от кого, не убегаю и от тебя, и теперь я не сделал ничего нового сравнительно с тем, что обыкновенно делаю в мирное время. Почему я не тороплюсь сражаться с тобой, объясню тебе это. У нас нет городов, нет засаженных деревьями полей; нам нечего опасаться, что они будут покорены или опустошены, нечего поэтому и торопиться вступать с вами в бой. Если вам крайне необходимо ускорить сражение, то вот: есть у нас гробницы предков, разыщите их; попробуйте разрушить — тогда узнаете, станем ли мы сражаться с вами из-за этих гробниц или нет. Раньше же мы не сразимся, раз это для нас невыгодно. Вместо земли и воды, я пошлю тебе такие дары, какие приличны тебе, а за то, что ты называешь себя моим владыкой, я расплачусь с тобой».
Таков был ответ, сообщенный Дарию. Остальные скифские цари пришли в негодование, узнав, что перс заговорил с одним из них о порабощении.
Часть скифов, а именно племя храбрых савромАтов, они отправили к Дунайскому мосту, чтобы уговорить стерегших его греков уничтожить мост, а другие, оставшиеся на месте скифы решил нападать на персов каждый раз, как только те заняты будут добыванием продовольствия.
Так скифы и поступали, подстерегая, когда персы выходили за сбором корма для людей и лошадей. Персидская конница всегда обращалась в бегство, как только видела двигающуюся на нее скифскую, и поспешно пряталась за свою пехоту. Скифы подскакивали к персидской пехоте, заставляли ее своим появлением изготавливаться к бою, а затем поворачивали назад и быстро исчезали из вида. Подобные нападения скифы производили не только днем, но и по ночам, и, держа постоянно в тревоге персов, сильно обессилили их, чем и поставили Дария в крайне затруднительное положение. Заметив это, скифские цари решили послать ему обещанные дары.
Они послали к нему глашатая с подарками, состоявшими из птицы, мыши, лягушки и пяти стрел. Персы спрашивали посланца о значении подарков, но тот отвечал, что ему приказано только вручить дары и немедленно возвратиться; если же персы догадливы, то они и сами поймут, что означат эти подарки.
Персы стали совещаться. По мнению Дария, скифы отдавались ему с землей и водой. Заключал он это на том основании, что мышь водится в земле и питается тем же плодом земным, что и человек, лягушка живет в воде, птица наиболее походит на лошадь, а под видом стрел скифы будто бы передавали свою военную храбрость. Таково было мнение Дария. Но старший из его приближенных, ГОбрия, мнение которого он чрезвычайно уважал, толковал смысл даров совершенно иначе: «если вы, персы, не улетите, как птицы в небеса, или, подобно мышам, не скроетесь в землю, или, подобно лягушкам, не ускачете в озёра, то не вернетесь назад и падете под ударами этих стрел».
Вопрос, как понимать смысл и значение даров, оставался несколько дней нерешенным до следующего случая.
Как-то раз скифы появились в своем боевом строе перед войсками Дария. Дарий быстро выстроил все свои силы и приготовился вступить в решительный бой. В это время мимо скифов пробежал заяц, и скифы, все страстные охотники, с шумом и гамом бросились травить его, не обращая внимания на находящуюся невдалеке выстроенную и ожидающую боя персидскую армию. Когда в скифских войсках раздались шум и крики, Дарий спросил о причине тревоги среди неприятелей и, услышав, что скифы гоняются за зайцем, обратился к постоянным собеседникам своим со следующим замечанием: «Люди эти смотрят на нас с большим пренебрежением; теперь для меня очевидно, что ГОбрия верно истолковал смысл их подарков. Положение дел представляется мне таким же, как и для него, а потому следует хорошенько обдумать, каким образом обеспечить наше отступление».
Персы решили отступить ночью, разведя в своем стане, чтобы обмануть бдительность скифов, большие огни, и оставя в нем всех вьючных ослов, которые своим ревом должны были также утверждать скифов в мысли, что персы не трогаются с места. На самом же деле, они поспешно уходили к своему мосту на Дунай, бросив на произвол скифов всех своих больных и раненых.
Скифы преследовали персов до самого Дуная и едва-едва не захватили мост. Только с большим трудом удалось персам уйти за Дунай, так бесславно и неудачно окончив этот поход, который Дарий начинал с большой самоуверенностью.
Псалом 137. Богослужебные чтения
Поделиться
«С понедельника начну новую жизнь»! Кто хоть раз в жизни не произносил эти слова и не выполнял данного себе обещания? И так не только по отношению к себе. Обещаем что-то близким — и забываем. Да и люди платят нередко той же монетой: обещают — и не делают. И в результате мы оказываемся в мире, где слово не имеет цены, оно не имеет веса. Вера слабеет, сердце черствеет, на душе становится нехорошо. Как же в этой ситуации не превратиться в циника и не разочароваться ни в себе, ни в окружающих? Ответ на этот вопрос находим в псалме 137-м, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 137.
Давида.
1 Славлю Тебя всем сердцем моим, пред богами пою Тебе, что Ты услышал все слова уст моих.
2 Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твоё за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего.
3 В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость.
4 Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих
5 И воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня.
6 Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узнает издали.
7 Если я пойду посреди напастей, Ты оживишь меня, прострёшь на ярость врагов моих руку Твою, и спасёт меня десница Твоя.
8 Господь совершит за меня! Милость Твоя, Господи, вовек: дело рук Твоих не оставляй.
«Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего», — говорит автор прозвучавшего псалма. Заявление очень сильное. Ведь в древнем мире имя Бога было самой великой святыней. Считалось, что имя являло славу Божества. А псалмопевец сегодня утверждает, что Бог поставил выше Своего имени Своё Слово. Почему? Потому что Бог не может солгать. Он не может пообещать и забыть. Он не может сказать одно, а сделать другое. У Него слово не расходится с делом. И этот принцип для Бога важнее, чем Его слава. То есть важнее, чем то, как люди Его воспринимают. Эта логика псалма прекрасно раскрывается в христианстве. Сын Божий, как Его называет христианское богословие, Бог-Слово становится человеком, идёт на крест и умирает ради людей. Так Творец на деле даёт понять, что Его слова о любви к миру — это не пустой звук. Это реальное действие.
Итак, прозвучавший псалом призывает доверять Тому, Кто не обманет. Псалмопевец предлагает искать точку опоры не в себе и не в окружающих людях, но в Том, Кто держит Своё Слово абсолютно, пренебрегая даже Своей репутацией Вселенского владыки ради смерти на кресте. Связь с Ним даёт душе твёрдость и ясность. Очевидно, что сам автор псалма приобрёл этот опыт, а потому и говорит: «В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость». Более того, псалмопевец произносит важные слова: «Господь совершит за меня». То есть ни у меня самого, ни у людей нет сил, чтобы довести дело до конца, как следует. Не потому, что мы никчёмные. А потому что мы не видим этой жизни во всём её многообразии, как видит её Господь. Но если я доверюсь Богу, Он Сам будет действовать через меня. Он даст твёрдость и основательность моим словам, которые не будут расходиться с делом.
В связи с этим вспоминается подвиг патриарха Московского и всея Руси Алексия I (Симанского). Во время Великой Отечественной войны он был митрополитом Ленинграда. Когда началась блокада, у него была возможность покинуть город. Однако он обещал своей пастве, что не уйдёт, что будет служить, пока может. Люди умирали от голода, а он служил. Никуда не эвакуировался, не спрятался. Он просто держал слово. И тысячи людей, глядя на него, верили, что есть на свете что-то незыблемое. Что Бог рядом и не оставит. Слово архиерея, скреплённое реальным делом, становилось для окружающих знаком реального присутствия Творца в их жизни.
Что всё это означает для нас? Безусловно, это призыв стремиться быть людьми слова. Однако при этом помнить: абсолютной твёрдости и верности не стоит требовать ни от себя, ни от людей. Мы не боги. Мы не всесильны. Сами по себе мы довольно немощны и слабы. А потому, когда в очередной раз мы не смогли начать новую жизнь с понедельника, или когда наши близкие опять нас подвели, не сдержали обещания, вместо самоедства и критики окружающих лучше задать себе вопрос: а откуда во мне это разочарование? Не потому ли что я всё ещё продолжаю полагаться исключительно на себя или на людей? Не потому ли, что я всё ещё не нашёл точку опоры в Боге? Но всё меняется, когда я на опыте познаю, что такое Божия верность и твёрдость. Только тогда однажды утром, в очередной понедельник, я вдруг замечаю, что чужая неверность меня перестаёт волновать и беспокоить, что мне не хочется ругать людей за их слабости и несовершенства. Да и сам я не обещал сегодня ничего лишнего, но то малое, что сказал, — сделал. И на душе от этого тихо и светло.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Первое и второе послания апостола Петра». Священник Антоний Лакирев
Поделиться
У нас в студии был клирик храма Тихвинской иконы Божьей Матери в Троицке священник Антоний Лакирев.
Разговор шел о смыслах первого и второго посланий апостола Петра, в частности, о том, почему на зло надо отвечать добром и пресекать зло на себе, почему апостол Петр называет женщину «немощнейшим сосудом» и как связаны отношение к женщине и взаимоотношения с Богом, а также что означают слова о том, что для Бога тясяча лет как один день и наоборот.
Этой беседой мы продолжаем цикл программ, посвященных апостольским посланиям.
Первая беседа с протоиереем Александром Прокопчуком была посвящена соборному посланию апостола Иакова (эфир 23.03.2026).
Ведущая: Алла Митрофанова
Все выпуски программы Светлый вечер
«Старец Паисий Святогорец». Игумен Киприан (Ященко)
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — клирик Покровского храма Московской духовной академии, главный редактор журнала «Покров» игумен Киприан (Ященко).
Разговор посвящён преподобному Паисию Святогорцу и выходу в России греческого художественного сериала «Святой Паисий. Из Фарасы на небеса», который можно полностью посмотреть на сайте паисий.рф. Ведущие и гость говорят о том, почему старец Паисий остаётся близким современному человеку и чем объясняется любовь к нему далеко за пределами Греции.
Отец Киприан рассказывает о духовном облике преподобного Паисия, о его даре утешения, прозорливости и помощи людям, а также делится историями, связанными с почитанием старца на Афоне и в Греции. Отдельное место в беседе занимает тема многолетней работы самого игумена Киприана: он вспоминает, как начал собирать материалы о старце, как снимались документальные фильмы о его жизни и как возник замысел экспедиций по местам, связанным с преподобным Паисием.
Во второй части программы речь идёт о том, как эти экспедиции влияли на молодых участников, почему знакомство с жизнью святого становилось для них личным духовным опытом и к каким переменам это приводило.
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
