"Семейные традиции". Светлый вечер с Валентином Лебедевым (04.10.2016)

* Поделиться

Лебедев Валентин 1В программе "Светлый вечер" мы беседовали с главным редактором журнала "Православная беседа" Валентином Лебедевым.

Мы говорили о том, какие есть традиции создания и построения семьи, основанные на христианском учении.

 

 


В. Емельянов

- Здравствуйте, это программа «Светлый вечер» на радио «Вера», в студии Владимир Емельянов и Константин Мацан.

К. Мацан

- Добрый вечер.

В. Емельянов

- Наш сегодняшний собеседник Валентин Владимирович Лебедев российский журналист, публицист, общественный деятель, главный редактор журнала «Православная беседа». Здравствуйте, добрый вечер.

В. Лебедев

- Добрый вечер! Добрый вечер, дорогие радиослушатели.

К. Мацан

- Помните, один из знаменитых монологов Аркадия Райкина начинался словами: «Да простят меня мужчины, речь пойдет о женщинах». Поскольку у нас сегодня в студии трое мужчин, и наш гость – главный редактор журнала, который ни одну страницу уже посвятил семейным проблемам, семейным отношениям, к тому же автор книги для женщин «Стань счастливой», тоже такой интересный момент, когда мужчина написал книгу для женщин. Вот поэтому мы втроем мужчинами поговорим сегодня, по крайне мере, начнем с этого, я предлагаю – о женщинах. О прекрасном, в общем-то, грубо горя.

В. Лебедев

- Да, вот, действительно, мужской компанией. Но я хотел бы поздравить наших женщин с прошедшим уже, но все равно недавно бывшим и известным, вообще, всем нашим радиослушателям, с известным праздником осенним, традиционным с Верой, Надеждой, Любовью и матерью их Софьей. Я что хотел сказать, уже как-то мы говорили, кстати сказать, по радио «Вера» и в журнале пишем, но все равно у нас с традициями люди не очень знакомы. Вот даже Устав церковный, служба остается одним и тем же, и при всем разгроме бывшем, советском, книги все равно остались, и что касается традиций – как замуж выходить, как на поминках себя вести, этот ряд можно продолжить, это неизвестно, появляются новые. И, с точки зрения, людей пожилых или старых уже, совершенно не состоятельные. Так же вот и праздник Веры, Надежды, Любви – это же, на самом деле, традиционный праздник, не скажу про 16 век, я не знаю про 16 век. И ученные историки 17 века, я помню, читал в библиотеке (работал в издательском отделе) исследования профессоров академии, историков известных университета о праздновании Входа Господня в Иерусалим в 17 веке при Алексее Михайловиче, так вот, во второй половине 19 века – это было предметом исследования, не знали, как, было такое шествие Патриарха на осляти, так вот разные ученые полемизировали с друг другом как это было. К чему я это, к тому, что женским днем в России был не день жен-мироносиц, как нам кажется, новым христианам последних 30 лет, мы даже за это ратуем, даже поздравляем, такого женского дня не было. Единственный женский день (не было, конечно, такого деления по половым признакам, как мы понимаем, догадываемся, никаких подобных 8 Марта, Дней «Святых Валентинов» не было) был, как раз, в народе он назывался бабий праздник. Осень…

В. Емельянов

- Так и назывался? Бабий день, бабий праздник?

В. Лебедев

- Ну, на простонародном языке…

К. Мацан

- Бабье лето как раз идет в это время.

В Емельянов

- Ну, бабье лето сейчас очень актуально, Кость.

В. Лебедев

- Конечно, бабье же лето…

В Емельянов

- Слезное какое-то оно в этом году.

В. Лебедев

- …некоторые ведь слова не произносятся уменьшительно-ласкательно. У нас пытаются иногда блюдо какое-нибудь кухни или что-то перевести в современное и такое политкорректное звучание, и говорят глупости. Кстати, с Софьей, заметили, сейчас очень много, и это отрадно, называют прежними именами, и сейчас по улице бегают кто? – Софьи? Нет, - Софии. И скажете, ну и что же такого? Ведь София – это премудрость Божья, в календаре написано София, но все же Софья Ковалевская, я к чему? Потому что по-русски тут никакого полногласия, никакой большой буквы не нужной не нужно ставить, то есть это являет полное отсутствие всякой преемственности, появились вот Софии, но Софии в Болгарии, хотя это одно и тоже имя, а у нас – ряд ученых известных деятелей говорят – это все Софья, ну сокращенно Соня. Конечно, в высоком смысле они Софии, я вот сегодня в календарь специально посмотрел, и даже думал, что там будет Софья написано, и вот, пожалуйста, тоже определенное незнание. И вот слышим: «София, иди сюда», ну Софья же!

К. Мацан

- Я знаю людей, которые, правда, не на примере имени Софья, а на примере имени Наталья или Наталия очень щепетильно следят за тем, чтобы в паспорте было правильно написано Наталия…

В. Емельянов

- Носительницы имени особенно.

К. Мацан

- Безусловно, то есть это для многих моих знакомых Наталий – это очень щепетильный момент, они настаивают, что мы по православному, даже не то, что по православному, а то как по-настоящему это имя мы для себя выбрали, что оно будет таким, как в святцах – Наталия.

В. Лебедев

- Ну, хорошо, пусть выбрали. Тут ведь двойное окончание, но с Софией и Софьей все-таки не звали детей Софиями, в Болгарии – да, и у нас в Молдавии уже – да.

В. Емельянов

- Я думаю, что это, на самом деле, Валентин Владимирович, разница непринципиальная, потому что можно так зацепиться за все, что угодно и, действительно, так просто часами об этом говорить. Ну, нравится им София, пускай будет София, лучше пускай будет София, чем безымянный ребенок.

В. Лебедев

- Пусть, это да, но мы говорим о чем? О том, что мало кто знает, что тот самый женский день, который приблизительно женский день, не в теперешнем варианте, был именно в эти дни, то есть традиции не известны.

К. Мацан

- Вот мне хотелось бы, простите, еще к этому прицепиться. Все-таки мы говорим о дне праздничном, когда бы он ни был. И в этом смысле пример жен-мироносиц, день которых называют иногда, мне не очень нравится, но так называют «Православное 8 Марта», в этом смысле – это все-таки день, посвященный памяти женщин, совершивших подвиг, женщин, чья вера может служить не только примером, но это еще и очень радостный пример, им явился Воскресший Христос, они первые узнали, что он Воскрес, это все-таки радостное настроение праздника, вот сюжет жен-мироносиц создает. Если мы в этом смысле смотрим на недавно прошедший день Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, то эта история про то, как трех бедных девочек казнил языческий император…

В. Емельянов

- Подожди, сначала их жестоко пытали, а мать заставили смотреть на пытки и на казнь, и в итоге, как бы рассудок ее не выдержал.

В. Лебедев

- Но она-то как раз не возражала, а послала своих дочерей, собственно, молитвенно на подвиг.

В. Емельянов

- Но и поддерживала их во время истязаний, но здесь подвига не чувствуется.

К. Мацан

- Я к этому и веду, это безусловно пример подвига, но, а что празднуем в таком случае?

В. Лебедев

- Ну, мы и празднуем это событие, пример подвига, потому что жены-мироносицы тоже совершили, конечно, подвиг, хотя не мученический, так нет, но я же ведь не…просто мы сейчас наша передача недалеко вперед ушла от этого дня, кстати, очень почитаемого нашим народом православным, и женщинами в особенности. Вот поэтому хочется, чтобы мы втроем мужчинами поздравили наших женщин.

К. Мацан

- Присоединяемся, поздравляем.

В. Лебедев

- Что же касается жен-мироносиц, то, как раз я упомянул, что многие православные люди, радио «Вера» и наш журнал и союз православных граждан, я вот являюсь председателем такой организации, куда входят разные другие. Мы-то как раз много лет ратуем за то, чтобы день жен-мироносиц был все-таки ну не 8 Марта, конечно, вот таким своеобразным женским днем. Но это совершенно новейшее…

В. Емельянов

- А 8 Марта мы не будем оставлять женщинам?

В. Лебедев

- Нет, 8 Марта мы не будем оставлять женщинам.

В Емельянов

- А мне кажется, давайте оставим.

В. Лебедев

- Нет, я категорически против.

В. Емельянов

- А я категорически за!

В. Лебедев

- Почему?

В Емельянов

- Ну, потому что весна, женщина себя весной по-другому ощущает, ну и, в конце концов, у женщины по большому счету гораздо больше забот и хлопот по этой жизни. Мужчина, да, мужчина – добытчик, мужчина должен обеспечивать семье стабильность, а женщина – это воспитание детей, женщинам приходится работать, первым делом вставать к плите, чтобы накормить и детей и мужа, женщинам в школу детей собрать, женщинам в школу детей одеть, постирать, погладить и так далее. Поэтому, я считаю, что может быть, и не придавать какой-то там бывший социалистический смысл, но как праздник весны и праздник женщин стоит оставить. Чем больше для женщин праздников в жизни, тем лучше.

К. Мацан

- Безусловно.

В. Лебедев

- Мне кажется, у нас тут все-таки чуть-чуть разное мнение…

В. Емельянов

- А, оно и должно быть разным, оно не может быть одинаковым.

В. Лебедев

- …потому что тот же день жен-мироносиц, о котором мы сказали, в отличие от Веры, Надежды, Любви и материи их Софьи, не был женским днем, будем так теперь его называть в передаче, уже поняли наши, слушатели, о чем мы говорим, иногда условно очень, не календарно, но тоже весной Пасха, зачем нам 8 Марта? Праздник – это же тоже такой календарный символ, на самом деле, а символ – это не значок, вот есть значок, а есть герб, вот символ церкви – это крест, то есть вот не все равно какие песни петь, не все равно по какой улице ходить (Улицкого или по Покровской), не все равно какая станция метро, вот мы тоже этим много лет занимаемся…

В. Емельянов

- Ничего, я вот живу на Ленинском проспекте и не жужжу особо.

В. Лебедев

- …и Святейший Патриарх недавно тоже говорил про Войковскую, ну, не все равно. А правильно, потому что мы живем, мы достаточно взрослые люди…

В Емельянов

- Ну, да.

В. Лебедев

- …и, действительно, уже даже ратуя за переименование, иногда произносишь переименованную по-старому, по-советски, это понятно, но мы сейчас говорим, коль, у нас передача про семью, не только про женщин, но и про детей наших, вот они растут, не всегда улавливая это, об этом знают психологи. Такая обстановка называется, это не психологический, конечно, а социологический термин, - социальная шизофрения. Когда на одной стороне станция Царицыно, а на другой стороне Войковская, когда в армии красное знамя, а государственное - исторически полосатое, когда герб присутствует в Кремле – двуглавый орел византийский, и тут же чуть правее – пятиконечная звезда, этот ряд можно продолжить. Об этом очень много пишут и много говорят, вот почему я против 8 Марта, а не то, что хочется женщин обидеть и сказать, что не надо им праздников, хотя многие наши радиослушатели, тут же, скажут: «А нет, вообще, нам праздники по половому признаку не нужны. Вот у нас есть церковный календарь, там есть день жен-мироносиц, вы хотите ввести – и мы согласны», ну, предположим. Пусть историки, там, говорят, что нет, не было никакого дня.

В. Емельянов

- Ну, не хотят, пусть не празднуют, никто ж силком не заставляет. Не хочется им в 8 Марта цветы получать тоже, не надо.

В. Лебедев

- А есть такие женщины, которые, тоже не хотят этого праздника.

В Емельянов

- Ну и не надо, пусть не празднуют. Ничего страшного. Подарим другим женщинам цветы, которые хотят.

В. Лебедев

- И им уже не дарят цветы. Я не знаю, как на радио «Вера», мы в «Православной беседе» у себя 8 Марта не празднуем. Вот могу сказать одно, как-то это уже неактуально, неудобно.

К. Мацан

- Валентин Лебедев, главный редактор журнала «Православная беседа», публицист, общественный деятель сегодня в гостях программы «Светлый вечер». Мне кажется, что, как раз-таки, к очень важной теме мы начали подходить о том, что вот живет ребенок в каких-то условиях, и что бы он ни видел на улице, какие бы названия улиц он не видел, как бы это на него не влияло, есть все-таки основное поле формирования смыслов – это семья. Я убежден в этом смысле, что хорошо и достойно было бы переименовать некоторые улицы и города, станции метро, названные в честь советских деятелей, это важно, но даже если этого не происходит, мы не обречены, все равно закалка происходит в семье, если мама с папой что-то рассказывают, объясняют, то страшного с ним ничего не случится. Как раз мы подходим к теме семьи. Вот смотрите, возвращаясь к теме наших любимых, обожаемых и дорогих нам женщин, вспоминается герой фильма «Москва слезам не верит», герой Алексея Баталова, который говорил, я не точно цитирую, но смысл был такой: «Запомни, я буду все решать сам, просто на том основании, что я мужчина», и женщина не должна быть начальником для него, для героя это ужасно, и вот есть такое выражение, что мужчина – глава семьи. И очень легко было бы это понять в духе героя Баталова, что я – глава семьи, я решаю все сам, ты следуй за моим решением, насколько, с вашей точки зрения, верна эта максима о том, что мужчина – глава семьи.

В. Лебедев

- Это абсолютно верно, другое дело, как понимать семью. Сейчас, в общем, не хочется нам всем троим мужчинам нашим дорогим женщинам, коль мы о них заговорили, лекцию уж совсем читать, что есть семья, что есть брак, что есть мужчина, как говорят наши пасторы.

В. Емельянов

- Да, я думаю, что они сами все знают.

В. Лебедев

- Ну, как сказать, нет, нет, нет, никто ничего не знает.

В. Емельянов

- «Нет, нет, нет, никто ничего не знает».

К. Мацан

- Мне кажется, что некоторые не знают, некоторые знают, все разнообразно.

В. Лебедев

- Нет, нет, нет, вы знаете, как говорят наши известные пасторы, которые занимаются этой проблемой, даже возглавляют комиссии, церковные учреждения, связанные с семьей, ведут подсчеты, они же, между прочим, члены редколлегии уже много лет нашего журнала, так совпадает. Они категорично говорят, что у нас почти никто из православных людей, ну, не все, конечно, это я так, максимально, для интереса, не знают, что такое брак, вообще, они не знают, начнем с того, не знают, кто такая невеста, у нас недавно…это я чуть в сторону, можем потом об этом поговорить. Приходят люди, готовиться к венчанию, церковные, в общем-то, уже в ЗАГС подали заявку, все нормально у них, никаких гражданских браков, вот говорят: «Батюшка, когда венчаться будем?», он говорит: «Ну хорошо, будем», а вот вы, например, знаете, ну такая легкая катехизация сейчас ведь должна быть, правильность, я вот постановил, что учреждения церковные работают, люди перед крещением, перед венчанием приходят катехизировать, и он говорит: «А вы знаете, что такое невеста?», «Нет», - сказали оба, улыбаясь, «Ну, вот тогда уходите».

В. Емельянов

- Ну, тогда они больше к этому священнику и не придут.

В. Лебедев

- Придут, это такой священник, к которому приходят.

В. Емельянов

- На самом деле, мне не нравится такая позиция. А ты объясни, не отправляй назад, объясни, если люди не знают, объясни, а то вот когда узнаете, тогда приходите, они пойдут в другой храм, к другому священнику, который им объяснит, их обвенчает без вот этих всех...

В. Лебедев

- В данном случае категоричность связана с тем, что эти люди никуда не уйдут, к нему же и придут и узнают.

В. Емельянов

- Не факт.

В. Лебедев

- Нет, я знаю, о каком приходе идет речь, и о каком священнике, оттуда не уходят, поэтому мы тут про состояние умов говорим, когда я сказал, что люди не знают, что такое брак, действительно, в каких-то прениях, даже круглых столах, посвященных семье, не всегда выясняют люди православные, что есть на самом деле семья православная, что есть брак. К чему я это веду, что если семь настоящая, мы говорим, что православная семья – это «малая церковь», что если мужчина занимает, действительно, занимает в этой «малой церкви» место Христа, и заботится, причем не просто так, а на христианских началах о своей семье, тогда он, конечно, имеет полное право быть абсолютной главной семьи, если он сидит на диване и смотрит хоккей все время и пьет пиво из пластмассовой бутылки, сейчас программ-то много, без конца идут, тогда – нет. В идеале, конечно, - да, потому что менять мужское на женское совершенно невозможно, это скажет не только православный человек, не только мусульманин или иудей, но это скажет и современный светский психолог.

В. Емельянов

- Что значит мужское на женское менять?

В. Лебедев

- Сейчас скажу.

В. Емельянов

- Скажите, а сумки из магазина кто должен нести тяжелые?

В. Лебедев

- Сумки из магазина должна нести женщина, которая идет в магазин. Вот так прямо сразу я скажу.

В. Емельянов

- А если они идут семьей?

В. Лебедев

- Если идут семьей, тогда мужчина.

В. Емельянов

- Ааа, а то просто я тут смотрю недавно, не то что недавно, какое-то время назад в Иерусалиме, такие кварталы ортодоксов есть, про то что вы говорите, вот она прет эти сумки огромные по 5-6, и еще у нее в каждой руке по трое детей, а он, значит, такой ортодокс идет и разговаривает по мобильному телефону, это к тому, что все конфессии, как вы говорите, и христианские, и иудейские так считают. Я просто к тому, что мне ваша точка зрения была интересна по поводу сумок.

К. Мацан

- Послушайте, можно я все-таки чуть-чуть подытожу маленькую подтему, мне очень важным показалось, что прозвучало, это не по поводу сумок, а о том, что мужчина – глава семьи, это все-таки не о властности мужчины, а о его ответственности, в первую очередь.

В. Лебедев

- Да, об ответственности, но и о властности в смысле решения определенных вопросов, которые может решить только мужчина.

К. Мацан

- Это безусловно.

В. Лебедев

- И надо сказать, что женщины, занимающие и высокий пост, даже выше, чем муж, сейчас в данный момент жизни, потом может поменяться все, вот мы вспомнили фильм «Москва слезам не верит», предположим, они, в общем, с удовольствием подчиняются, если они видят, что человек ответственный, действительно. Что касается сумок, я вот что хочу сказать. Это не церковное наблюдение, а психологическое, сейчас так модно проповедовать, что мужчина должен помогать, вот 8 Марта, готовить обед, вот сумки, мы сейчас не про тяжесть, вот магазин, и, в общем-то, почему? Ведь женщина может сейчас работать в наше время, а мужчина может дома сидеть, так вот оказалось, что нет, что нельзя нарушать то, что было все-таки всеми народами установлено тысячелетиями. Сейчас с браком-то не очень хорошо, известно число разводов, могу назвать, если нужно, у нас в стране, в Европе тоже уже совсем плохо стало.

В. Емельянов

- Так получается, потому что так движется цивилизация.

В. Лебедев

- Правильно, правильно, хотя нет. Какая цивилизация?

В. Емельянов

- Наша.

В. Лебедев

- Европейская, христианская движется, в силу этой прохладности, в силу утери традиций, правильно, движется, о чем мы и говорим. В силу потери веры, потому что мотивация для рождения детей, как, наверное, мы понимаем, не знаю, все ли знают, является вовсе не благосостояние, вот в Швеции, например, прекрасно обеспеченные люди и семьи, да не только в Швеции, в тех странах, где социально-ориентированная экономика, ну в Европе, а, однако, с рождаемостью не лучше, чем у нас в постсоветской и тоже безрелигиозной России. У нас сейчас 1, 5 ребенка, статистика такая.

В. Емельянов

- Зато на Востоке их рождается огромное множество.

В. Лебедев

- О том и речь, правильно вы сказали. А почему?

В. Емельянов

- Почему?

В. Лебедев

- Не потому, что они живут богато, очень многие из них живут очень даже бедно.

В. Емельянов

- Ну да.

В. Лебедев

- А потому что у них имеется традиционная мотивация, основанная на религии, конечно, не просто так. Вот видите, вот мы с вами и согласились. Никуда мы от этого не уйдем, правильно? Есть такая знаменитая, для кого знаменитая, а для кого – нет, книга американского политолога, социолога Бьюкенена в 2002, кажется, году она написана, называется «Смерть Запада», не путать с «Закатом Европы» Шпенглера, там ясно сказано, он не про нас пишет, а про всех, что если европейцы не будут жить традиционной жизнью и оставят свои коренные ценности, то они просто вымрут.

К. Мацан

- Давайте все-таки посмотрим не на европейцев, а на нас…

В. Лебедев

- Давайте.

К. Мацан

-… и я скажу словами персонажа знаменитого из мультфильма «Простоквашино» дяди Федора: «Ой, не знаю, что вы спорите, дорогие друзья», в студии у нас сегодня наш гость Валентин Лебедев, главный редактор журнала «Православная беседа», также здесь мой коллега Владимир Емельянов и я – Константин Мацан, мы прервемся и вернемся к вам, буквально, через минуту.

В. Емельянов

- Мы продолжаем наш «Светлый вечер», в студии Владимир Емельянов и Константин Мацан, наш сегодняшний собеседник Валентин Лебедев, российский журналист, публицист и общественный деятель, главный редактор журнала «Православная беседа» и председатель союза православных граждан. Вот, Кость, позволь мне, пожалуйста.

К. Мацан

- Пожалуйста.

В. Емельянов

-Вот вы написали книгу, которая называется «Стань счастливой», это книга для женщин, у нее большие тиражи были, говорят, я не знаю…

В. Лебедев

- Ну, вот три больших тиража было.

В Емельянов

- Почему вы для мужчин книгу не написали «Стань счастливым»?

В. Лебедев

- Кстати говоря, у меня был такой план, просто, так сказать, мы сегодня говорили про работу над книгой дома, я просто не смог справиться из-за суеты. Почему для женщины изначально, скажу…

В Емельянов

- Нет, я спрашиваю, как раз, почему нет книги «Стань счастливым» это было бы логическим продолжением.

В. Лебедев

- У меня должно было быть даже 4 книги. Третья должна была быть «Теперь ты стал гражданином», а четвертая - «Теперь мы стали мужем и женой», их можно было бы поменять, это не важно, были такие планы, это совершенно верно. И в плане это остается, просто в журнале «Православная беседа» все-таки семейными проблемами, сейчас наши радиослушатели и слушательницы, наверное, согласятся, больше интересуются женщины, вот уж тут ничего…и поэтому первое, что приходило в голову, поскольку материал (у нас есть рубрика домашняя церковь) все время был связан с женскими проблемами, если семья, то вот женщина. Как мы не ходили, заговорили мы про глав семьи, про мужчин, немножко поговорили, а все равно выходим опять на женщин, вот так устроен человек, так устроен мир. Так что, вы знаете, наверное, надо садиться и писать, вы, наверное, правы.

В. Емельянов

- И вот еще такой один у меня вопрос, смотрите, книга «Домострой» - можно сказать, руководствуясь которой, наши предки строили свою жизнь, потому что это не только взаимоотношения полов, это, вообще, как строить дом. Это экономика, это бюджетирование, это воспитание детей и так далее. 15 век. Это очень далеко от нас, это очень далеко, мы живем совершенно другими смыслами, мы живем совершенно другими эмоциями, мы живем в совершенно другое время, у нас совершенно другой поток информации. Нужна ли сегодня новая книга, подобная «Домострою»?

В. Лебедев

- Вы знаете, об этом очень много говорят, на самом деле, это очень верный вопрос, потому что нужна или нет. Вот опять-таки в разных статьях, передачах, подобных нашей, и даже в прениях, где сидят люди, сугубо специалисты со степенями педагогических наук, психологи, священники наши, которые занимаются этой проблемой. Двоякое отношение, я не могу ответить на этот вопрос.

В. Емельянов

- Ну, вот как вы считаете?

В. Лебедев

- Я считаю, что…я чуть-чуть по-другому, более глобально, можно?

В. Емельянов

- Как удобно. Вопрос прозвучал.

В. Лебедев

- Когда спрашивают про разводы, или была бы тут сейчас женщина, мы бы заговорили про любовь, на чем держится брак, о всех этих вопросах. Я сколько ни думаю, я не говорю, что я мыслитель какой-то, но все мы как-то думаем, когда вопросы задают какие-то: почему брак треснул? На чем держится семья? А на чем воспитание детей? Что опять тут же вех начнет интересовать, то же бюджетирование, хозяйство. На любви ли? Вот теперешней, да, вообще, всякой? И все-таки – нет, на традиции, на социуме, на благословении, на родительском благословении, на окружении. Вот в чем все дело, потому что то, что называют люди любовью, иногда это совсем даже и не любовь, но опять тут будут сейчас все преть: любовь, не любовь, влюбленность – статьи всякие, семинары. А вот проще, вот мы знаем – человек полюбил без всяких семинаров. Кто-то скажет, наверное, да вот мы сами пишем, что это не любовь – это влюбленность, ну, действительно, наступает момент, когда он проходит, за этим тянутся различные другие проблемы, можно тут часами говорить, но у нас не лекция, а интересная передача все-таки. И тут оп! – треснула. Ну, что ж, треснула, так треснула. Разлюбила, разлюбил, взял детей, пошел. Сейчас потрясающий идет, может, сейчас уже кончился в наши дни, но на той неделе еще шел сериал по Первому каналу, прекрасно снят, хорошие актеры, называется «Тонкий лед».

В. Емельянов

- Не смотрел, не могу поддержать беседу, не знаю, о чем речь даже.

В. Лебедев

- Это многие смотрят, думаю, женщины – точно. Вы знаете, там все перевернуто, как кто-то сказал: «Анна Каренина для бедных», ну для теперешних людей. Там женщина (ее играет актриса Гусева) заранее положительная, взяла и сказала мужу: «Мне 37 лет, я полюбила» (в магазине она встретила человека, минуту видела его), а он, муж ее, тоже положительный герой, двое детей у них, он бизнесмен, такой Каренин, неизвестный город М. и вот она говорит: «Полюбила, и я от тебя ухожу», и все. «Я полюбила» - говорит она, с точки зрения человека церковного или традиционного это, вообще, смешно, но я как посмотрел вторую серию, там начинается: муж оказывается злодеем, отец невесты, которую оставил жених за две недели перед свадьбой, тоже нехорошо, тоже какой-то бизнесмен, видите ли большую свадьбу собрал, хотел что-то на этом седлать, а тут жених-то разлюбил. И вот, получается, песнь прелюбодеянию такая и полная бездумья. Все полюбили друг друга за минуту, и теперь враги – два папы, значит, которые еще и богатые, что плохо получается, хотя не совсем, это фильм уже не с не совсем острыми углами, еще они палки в колеса ставят. А эти испытывают страдания, вы понимаете, а это смотрят люди, в том числе и молодые, все перевернуто. Я к чему? Я не сериал ругаю, он снят хорошо, актеры хорошие, но авторский пафос не изменить. Отрицательные герои – мужья и родители делаются все более отрицательными, полюбившие друг друга «Тристан и Изольда» новые – все более положительным, дело не в этом. На счет «Домостроя» правильно вы спросили. То есть если руководствоваться до такой степени тем самым весенним чувством, которое посещает всех здоровых людей, даже не очень здоровых, как мы понимаем, то тогда далеко не уедешь, понимаете? Все-таки…вот роман мы читали… ладно не буем про роман, а то совсем уйдем в сторону. Так вот все-таки «Домострой» какой-то нужен.

В. Емельянов

- Знаете, я сейчас просто в рамках вашего рассуждения и в рамках моего вопроса по поводу «Домостроя». Я сам «Домострой» не читал, как единое произведение, но где-то в шкафу я нашел какую-то книгу, не помню кто же, двухтомник: «Юности честное зерцало», по-моему, называется, еще в советское время был издан такой двухтомничек. И там, в том числе, выдержки из Домостроя», я просто к чему толкую, раньше-то, в общем, мы не выдавали замуж и не женили по любви, все, вообще, родители решали, все было обговорено между общинами и между семьями и так далее, вот как раз эта поговорка русская народная: «Стерпится – слюбится».

В. Лебедев

- Да, да, да, это вы правильно вспомнили.

В. Емельянов

- Нет, я не к тому, что я правильно или не правильно, я просто пытаюсь разбираться, рассуждать.

В. Лебедев

- Я по большому счету, так сразу, чтобы, может быть, некоторые возмутились наши слушатели, в общем и целом с этим согласен. Не до такой степени, чтобы совсем не по любви, кстати, в 19 веке все-таки и у нас, и в Англии уже любили и знакомились, ну как вот мы вспоминаем и пишем о святках, когда ездили знакомиться, о смотринах, все было, не так уж родители все решали деспотично. Даже если взять простых людей, где было все более традиционно, но потом город, скажем, мещане, посвободнее, да.

В. Емельянов

- Ну, да, это когда разночинцы появились.

В. Лебедев

- Да, потом дворяне, ну Европа в 17 веке разлагающаяся была, но даже в простом народе ездили в другую деревню. Даже те же святки – знакомились все-таки сначала, потом уже засылали сватов, мы не будем сейчас подробно, и потом как раз после смотрин, когда кончался пост и святки, приходили уже и к свадьбам, и венчаниям. Я думаю, что у других народов европейских все также обстояло, так что не без любви, конечно, но не по расчету – это низко, но с расчетом как у Гончарова, понимаете, а главное - под присмотром, а сейчас нет этого присмотра, нет этой общины, нет традиционной этой жизни, нет даже бабушек, у подъезда сидящих, которые не несут, конечно, никаких традиций, уже нет. Поэтому никто не даст оценки действиям, и в семье нет этой оценки, поэтому полюбил, как в «Тонком льду» этом с двумя детьми, ну а что? Муж явно любит героиню и говорит: «Ну, ты хотя бы до осени подожди, соблюди приличия», у него там какие-то дела или выборы что ли. И то – нет! Как же, мы же любим друг друга!

К. Мацан

- Очень важно, чтобы мы сейчас не прозвучали так, что, дорогие радиослушатели, любовь не важна, не нужна. Мне очень радостно, что вы оговорили это…

В. Лебедев

- Нет, любовь важна

К. Мацан

- Потому что, как я понимаю вашу мысль, это о том, что любовь, конечно, в центре брака, я думаю, никто с этим спорить не будет. Просто любовь, она, к сожалению, или, к счастью, всегда проходит испытания, периоды и стадии, и чтобы она, именно эти испытания прошла и была любовью, не зависимостью, не привязанностью, а именно любовью, которую некоторые священники расшифровывают, как жертвенность плюс благодарность плюс радость, вот что такое любовь…

В. Лебедев

- Ответственность, так расшифровывают еще.

К. Мацан

- …вот чтобы она была такой, нужны какие-то, как говорят священники еще, духовные костыли, подпорки: традиции, благословения, молитва – вся церковная жизнь…

В. Лебедев

- Вот это мы с Владимиром пытались назвать, он просто рассуждает, а я вот как-то даже хотел об этом говорить, между прочим, если так поострее, о том, что называют «Домостроем» теперешним, нужно ли такое подспорье? Нужно, чтобы оно в жизни было, в первую очередь, такой трактат, может, сыграет сейчас такую роль, вообще, вызовет ли он общественное одобрение, хороший вопрос, может быть, и нет.

К. Мацан

- Здесь еще очень важный момент, я не специалист, не историк, но я слышал от специалистов, что «Домострой» для своего времени был очень прогрессивной книгой, а сейчас его принято считать такой книжкой: как мужу надо строить жену.

В. Лебедев

- Да, да.

К. Мацан

- А для своего времени это была книга, которая ограничивала самодурство мужа в семье, и говорила ему: строить можешь, а вот бить – не можешь, я сейчас пример условный привожу. То есть это была книга, на самом деле, такая прогрессивная, к семье и женщине, на тот момент, как говорят специалисты, благоволившая…

В. Емельянов

- Как быть тоже там указано.

К. Мацан

- … ну мы же говорим о тенденциях развития культуры, это такой же пример, как заповедь: «Око за око, зуб за зуб» считают кровожадностью Ветхого Завета, а, на самом деле, смысл заповеди то, что если тебе выбили глаз – ты не можешь выбить больше глаза другому, только столько же, сколько тебе причинили, и для своего времени это было очень прогрессивный, очень человеколюбивый, гуманный кодекс. Так вот, если в этом смысле думать о том, о чем, ты Володя сказал, о новом «Домострое», то если появится еще какое-то осмыслении семейных отношений в нынешних реалиях, то есть не попытка нынешние реалии подчинить каким-то уставам 15 века, а осмыслить их сегодня, по-новому, с тем самым настроем человеколюбия, там уважения к женщине, к детству, к семье и так далее, вот это было бы уже другое дело.

В. Емельянов

- Ты даже Костя, сейчас название этой книги произнес.

К. Мацан

- Спасибо я, правда, не заметил.

В. Емельянов

- «Новый домострой»

К. Мацан

- А, «Новый домострой», хорошо.

В. Лебедев

- Знаете, что я хочу сказать, это не прям к семье имеет отношение, а к нашей церковной жизни, которая является основой культуры, конечно, потому что пафос национальной культурной жизни всегда религиозен. Нам, в принципе, трудно создать такую книгу, когда мы говорим про «Домострой», может, я ошибаюсь, она, вообще-то, 16 века, но дело не в этом в данном случае, в эпоху Стоглавого Собора она была, во время всяких новаций, но это неважно, она, действительно, мягкая и наказывать надо мягко, но я, вообще не думаю, кстати сказать, что вот так предки 15, 16 или 17 века так уж прямо буквально опирались на эту книгу. Дело все в том, что сейчас люди пытаются все выяснить очень часто: как быть, как жить тому же христианину, вот они воцерковились. Я имею в виду не храмовое благочиние, а быт или участие в общественной жизни, в политике, в политике вот начинается: быть или не быть, избираться или не избираться, благословляться или не благословляться, ну и как дома жить, ищут какие-то документы исторические, находят по части семейной жизни и не только «Домострой», спрашивают, что такое «Кормчая книга». Я к чему веду? К тому, что христианство и западное, и восточное, и православное, в общем, есть документы (я упомянул ту же Кормчую книгу начала 13 века) не регламентируют строго семейную, социальную и государственную жизнь, да, рекомендуют, да благословляют…

К. Мацан

- Вот это важно.

В. Лебедев

- …да, есть прецеденты, да, есть та самая традиция, то самое окружение, о котором мы говорим, те самые родители, это все есть, как и в любом обществе было, но документа, который расписывает, как быть, как быть женой в определенных отношения, простите меня, как, например, точно воспитывать детей, в какую дверь входить, в какую выходить. Я сейчас, если честно, не хочу называть названия книг других религий, которые расписывают это до мельчайших подробностей. И люди привыкли на это опираться, они приходят и спрашивают: «Как нам быть?». Вот книгу откройте и вот вам ответ, а если нет, то вам духовный наставник, он по-разному будет называться в разных религиях, пояснит и разъяснит, как быть. Получили ответ – все в порядке, ушли, а у нас люди, да еще и плюс перерыв 70-ти, 80-ти летний, может быть и больше, он ставит много вопросов. Но, вообще, такой книги ни сейчас написать, ни тогда было нельзя. Поэтому-то, собственно, на христианской почве родился в 14 веке, в конце 13 даже, принцип прав человека, другое дело – каким он стал, вот мы пытаемся восстановить, есть кодекс христианских прав человека, разработанный еще во времена, когда Святейший Патриарх был еще митрополитом, мне пришлось участвовать в это группе, многие люди работали над этим, но как-то миру сему это неинтересно. Другое дело, что права человека, они как-то уже работают и против прав и достоинства личности.

К. Мацан

- Это отдельная другая тема.

В. Лебедев

- Так вот в христианстве проявились предпосылки при свободной жизни, в общем, не регламентируемой, для того, чтобы возник и феминизм, и права человека, и даже свобода совести, которая есть признак апостасии, то есть безверия, а в других религиях – нет, поэтому мы на книгу опираться, на инструкцию, в общем-то, не можем, мы можем опираться на живую инструкцию. Вот как в знаменном распеве, люди поют и передают друг другу из уст знания, а нот нет. Мы не на ноты должны опираться, а на благочестивую жизнь, на наших родителей, другие семьи, которые рядом находятся, то есть, проще говоря, на пример. И этот пример должен усваиваться лучше с детских лет, это самые простые рекомендации, а издать еще один «Домострой»…я бы издал еще один «Домострой», как подспорье все-таки.

К. Мацан

- Валентин Лебедев, главный редактор журнала «Православная беседа» сегодня проводит с нами этот «Светлый вечер». Я бы вот о чем хотел спросить…

В. Емельянов

- Кстати, первый «Домострой», Кость, извини, пожалуйста, был еще в Древней Греции в античной – это Ксенофонтов Домострой – одно их величайших его творений, но вы правы, наш «Домострой» - это протопоп Сильвестр, это 16 век, и там среди 40 разделов первые 15 посвящены церкви, вере и тому, как, вообще, ты должен в этом участвовать. Кстати, что касается отношений интимных супругов, вообще, нет, ни одного раздела нет.

К. Мацан

- Это очень важная тема.

В. Лебедев

- Так правильно, обычно у нас некоторые пытаются найти, приходят к священнику и ставят его в некоторый тупик: «А вот скажите, а как нам…», и он начинает что-то такое…

В. Емельянов

- Природа подскажет, как все.

К. Мацан

- Как говорил один священник московский: «Не надо пускать никакого бородатого мужика к себе в постель с супругой». Смотрите, очень важная тема, которую я все пытаюсь начать говорить, это то, что вы, Валентин Владимирович, сказали о свободе, о том, что не было никогда в христианстве стремления какой-то чрезмерной регламентации человеческой жизни.

В. Лебедев

- Чрезмерная была.

К. Мацан

- Ну, это были естественные инструкции, рекомендации, но все равно вера в Бога – это свобода, и Христос – это свобода в первую очередь, свобода – совершить, свобода – идти за Богом, свобода – жить по его заповедям по своей доброй воле, иначе это невозможно: «Невольник – не богомольник». И это, нас самом деле, для кого-то может показаться своего рода вызовом или разрывом шаблона, потому что когда мы произносим словосочетание «православная семья», стереотипная ассоциация – это жена в сарафане, в платке, много детей, муж в сапогах, все очень так жестко, все очень так чинно. И это, в принципе, то, что считается «Домостроем» в переносном смысле слова, такая вот строгость, самодурство, власть мужа, забитость жены. А сейчас мы говорим о свободе, о том, что, на самом деле, если мы берем это выражение «православная семья», скажем так, более точно семья, в которой христианское понимание семейной жизни реализуется, вот в этом смысле православная семья, то это, в первую очередь, свобода. Как эти вещи сочетаются, как в православной семье должна и может проявляться вот эта принципиальная свобода, которую Бог проявляет по отношению к человеку, а стало быть, и мы должны по отношению друг к другу проявлять.

В. Лебедев

- Вопрос не простой, перед началом вы назвали два уклона, ну, всегда левый или правый, хотя церковная жизнь - это не политическая, это мета условное отношение, хотя второй уклон ни был назван, так сказать, правый, фундаментальный, называется проповедь или воплощение такое вот христианство в виде субкультуры, начала 19 века, то есть это платки…кстати, а почему платки, вот вопрос, а почему не шляпки? Дамы, вообще, в храм ходили, такая, так сказать невеста поручика, в шляпке, почему обязательно, если православная, то простонародная? «Народно – не простонародно, Лев Толстой и Достоевский – народные писатели, но не простонародные» - это я цитирую. Сразу вот сколько проблем возникает – это первое. Второе, это определенная новизна, которая напрашивается, что значит свобода, не свободный же брак, который сейчас бытует.

К. Мацан

- Это и есть вопрос, что христианство под свободой понимает.

В. Лебедев

- Да, и как оно называется, это не свободный брак, не пробный брак, не гостевой, ну разные типы есть такие, сейчас завели, они, вообще, не браки, потому что они не венчанные, как правило, и не зарегистрированные.

К. Мацан

- Так в этом и вопрос, если мы говорим о настоящем полноценном браке, семье, зарегистрированной и, в идеале, венчанной. Где здесь, спросят люди со светской стороны, скажем так, изнутри светского сознания, и, в том числе, и церковные люди могут также, этим же образами мыслить, где в таком браке как бы свобода, о которой вы христиане говорите.

В. Емельянов

- Я вот тут не совсем понимаю: свобода от чего-то или для чего-то?

В. Лебедев

- Хорошо, давайте. Вопрос действительно сложный. Во-первых, мы говорили о нерегламентированности , вот мы начинали с того, что не надо мужчине готовить, точнее выполнять женскую работу по большому счету, которая подрывает отношения, но все-таки можно, понимаете. То есть, существует определенная свобода, но не должно быть тоталитарной детерминации, вообще-то есть элементы одежды, которых у нас нет…

К. Мацан

- Жизнь разнообразная просто.

В. Лебедев

- … платок платком, но никак не закрытое лицо и отсутствие купальников там и так далее, есть другие рекомендации, как на пляж ходить. Ну, мы не будем их сейчас перечислять, с пляжа вышла, надень длинное прозрачнее платье, предположим, я говорю, они тоже есть. Но не регламентация того, что можно мужчине и подчиненной ему женщине. Вот если мы сейчас вспомним результат большого очень известного семинара по брачной жизни, организовывал его Свято-Тихоновский Университет, тогда еще институт. Вот такой вывод наших отцов с опорой на богословие, отеческое, святоотческое, что же такое есть все-таки тот брак, о котором мало кто знает. Это не мои слова, это свысока: «Это союз, церковью благословленный (это понятно, но все-таки хочется повторить на всякий случай), мужчины и женщины (теперь тоже это надо говорить)…

В. Емельянов

- Ну, пока еще не у нас.

В. Лебедев

- и вот тут самое главное следует: для чего? Скажут: для чадородия? Нет, для духовного возрастания в совместном смирении и послушании». Вот когда люди об этом хоть как-то знают, что такое брак, тогда и возникает и ответственность. Правильно, от чего свобода тогда: она пошла гулять, и он с товарищами пить без конца, но и свобода.

В. Емельянов

- Нет, и он тоже может гулять, можно не пить.

В. Лебедев

- Но это просто развал, это хуже, конечно, чем дома даже выпил, мы сейчас это не детализируем. Потом уже вторая часть, она неотъемлемая, она и в Священном Писании дается, как задача: «Плодитесь и размножайтесь» - да, конечно, чадородие, для чего эти родовые отношения? Многие скажут как так? Ведь брак создан для того, чтобы рожать детей. Это к пуританам, пожалуйста, вот к сектантам разным, к нам не надо – пишут наши богословы и педагоги, это вторая часть, она неотделимая, но важная. А потом и ячейка общества та самая, простите за выражение, где происходит накопление собственности и передача его тем же детям, а отсюда и национальные отношения. У нас один сухой остаток, вот если человек живет так, если это, действительно, малая церковь хоть в какой-то степени, то на опыте он и она поймут, где здесь ответственность, что такое свобода. Если это какой-то пупырь – маленький начальничек – муж, который сам из себя ничего не представляет, но без конца деспотически что-то велит женщине, то вот, пожалуйста, это в результате и развал того самого и православного, и венчанного брака, и такое есть, что уж говорить, в каждой Епархии есть эти данные. Даже настоящие браки, другие сейчас мы не рассматриваем с вами, мы говорим только о настоящем всем. Вот, пожалуйста, нарушение свободы, но если это свобода, правильно намекает Владимир, пойти погулять куда-нибудь в свободном браке, то это не свобода, вот, это…

В. Емельянов

- Вольница.

В. Лебедев

- Да, вольница, и там дальше, что за этим следует. И опять в вашем вопросе, мы опять хотим выяснить правила сейчас, опять ввести некий «Домострой», опять ввести некую инструкцию, и вот ее нет. Должны быть нормальные отношения, действительно, не без любви. Ведь, когда я говорил, что любовь, вернее даже не любовь, а скорее даже то, что называется увлечением, страстью, горячей влюбленностью, не является еще основой для создания крепкой семьи, все-таки я думаю, что это так. Вот когда есть настоящая любовь, в которой есть ответственность, тогда будет и понятно, что такое настоящая свобода.

В. Емельянов

- Как бы можно проще сказать: не надо путать сексуально увлечение и любовь, это разные вещи, вот и все.

В. Лебедев

- Конечно, поправят нас слушатели сейчас, врач-биолог там и так далее. Скажут, что связаны эти вещи, они связаны…

В Емельянов

- Да, биохимия там, все понятно.

В. Лебедев

- …потому что человек тоже телесен, но это совершенно ни одно и тоже. Если люди строят отношения на этом, то, конечно, все развалится как на песке. Если они эту свободу имеют в виду, то это не свобода, это безответственность и это «пошел на сторону», проще говоря, как бы не прикрывался. Вот даже, например, такой интересный вопрос приходилось задавать: можно ли, ну, уж если очень нужно мужу отдохнуть… там начинается ездить в отпуск отдыхать отдельно, проводить вечера отдельно. «Нет» - отвечают пасторы и педагоги, и психологи, и светские тоже говорят: «Нет, супруги должны структурировать свое время. – Ну, что же нам в лото играть?! - И в лото играть» - ответила одна педагогиня, помолчав. Тем более ездить в отпуск, я говорю, потому что там курортный роман? А мне говорят, да и не поэтому, это вторая часть проблемы, они, вообще, не должны жить по тезису: давайте отдохнем друг от друга, а мы это часто слышим. Вот он вечером отдыхает в одном месте, она – в другом.

В. Емельянов

- Я своих родителей вспоминаю, у них была уникальная ситуация, потому что и папа, и мама очень часто ездили в командировки. Мама там по своим делам врачебным, медицинским, а отец ездил по своим делам министерства, где он тогда служил. И, в общем, мы никогда не говорили, что их брак как бы поддерживали эти командировки, но из них никто не скрывал, что ездят они с удовольствием, потому что есть возможность немножко сменить обстановку, и просто немножко разгрузиться. И это нормально, это хорошо, кстати, по поводу того, что отдыхать надо.

В. Лебедев

- Командировка – это не отпуск.

В. Емельянов

- Я согласен.

В. Лебедев

- Это все равно, что вот спрашивают, приходят в церковь: «А почему, скажите, брак должен быть зарегистрирован, ведь вот любовь, вот Бог, благословите». А потому что это ответственность!

В. Емельянов

- Нет, я говорю о возможности просто побыть немножко в дали друг от друга.

В. Лебедев

- Отпуск - это безответственное отделение друг от друга, так же как брак должен быть зарегистрирован и в Загсе как настаивает наша церковь для укрепления. А командировки, в которые ездили ваши родители, это ответственная разлука, потому что верная жена и капитана из плавания долго ждет, и находит в этом душевное и даже духовное, она молится, ждет удовольствия и удовлетворения, на самом деле.

В. Емельянов

- Я приведу вам другой пример совершенно. Мой дедушка всегда ездил отдыхать отдельно от бабушки в подмосковном доме отдыха, мы всегда знали, что это будет или Вороново или по Рублевскому шоссе где-то там. Ну это еще советские времена, он туда ездил с плиткой, с кастрюлями, собирал грибы, засаливал их, мариновал, и все такое прочее. Уезжал на месяц и приезжал, это была осень, как раз сентябрь – август, бабушка была с внуками, и была в Москве. И прекрасно они себя чувствовали, и семья у них была просто замечательная, вообще, это был такой фундамент и цемент наших нескольких семей, потому что у них двое детей, соответственно, там, действительно, три или четыре семьи возникло в итоге. И прекрасно они себя чувствовали, а что касается такого отдыха то я совсем не противник того, что можно прийти и сказать жене: «Ты знаешь, я устал, я хочу просто поехать на дачу, там поваляться, почитать и все такое прочее». И это не будет значить, что приехав на дачу, я тут же в винный магазин, к соседке и так далее. Я, может быть, действительно, просто хочу отдохнуть. И мне кажется, что обязательно нудно человеку давать возможность побыть одному.

К. Мацан

- Смотри, я с тобой совершенно согласен, просто, мне кажется, должно прозвучать ключевое слово - это целеполагание. Как я понял то, о чем говорит наш уважаемый гость, то, что вряд ли мы сочтем нормальной ситуацию, когда муж приходит к жене и говорит: «Знаешь, дорогая, я хочу от ТЕБЯ отдохнуть, поэтому я поеду без тебя, один». Если просто есть цель не от жены отдохнуть, а поваляться с книжкой, походить в лес…

В. Емельянов

- А к ней там в этом время приезжают друзья, которых ты не очень хочешь видеть, мне кажется, это самый лучший вариант.

К. Мацан

- Во вопрос для меня лично в этом внутреннем целеполагании, если «дорогая, я от тебя отдыхаю» - это, на мой взгляд, подло, а если есть ситуация вынужденной командировки или ситуация безобидная в этом смысле, то, наверное, как-то по-другому мы ее будем оценивать.

В. Лебедев

- Понимаете, вот я с этим скорее соглашусь, чем с Владимиром, потому что когда мы вспоминаем о каких-то, так сказать правильных, праведных даже людях, это наши личные воспоминания, эмоции, действительно, такие примеры имеют место быть. Часто говорят: «Вот, жили же приличные люди при советской власти», и действительно, воровать – не воровали, пить – особо не пили, друг другу не изменяли, это так. Только ближе к нашей теме, демографический кризис сложился нынешний вовсе не в демократической России, как считают некоторые наши люди в сапогах, а специалисты по демографии скажут, что это было уже в 60-ые годы, и тогда уже люди жили в основном с бабушками и дедушками. Я помню товарищей по школе, спросишь: «Ты с кем живешь» - с бабушкой или дедушкой, вот вопрос какой был, с папами уже редко жили. Да и известная песня, вспомните, «Я у бабушки один, дедушка хочет поспать». Откуда она? Шуточная вполне советская, и детей-то было немного. Сейчас, больше скажу, детей у людей православных и религиозных.

В. Емельянов

- Да и у людей не православных и не религиозных тоже больше.

В. Лебедев

- Тоже больше, правильно, я уж так, стою на своем, поскольку у нас радио «Вера», и я хочу…мы хотим об абсолютном побеседовать. Когда мужчина отлучается в командировку, о которой мы говорили, то жена может только радоваться, потому что это мужское дело, или, когда он на том же отдыхе, например, есть же мужской отдых, странно было бы, если бы жена поехала с мужем и приятелями на охоту, и стреляла бы из дробовика где-то, в сапогах стоя…

В. Емельянов

- Есть жены, которые ездят с мужьями на охоту, и на рыбалку ездят.

К. Мацан

- Слава Богу.

В. Лебедев

- Вот опять, у нас все время разные уклоны с вами, я говорю, что это мужское дело..

В. Емельянов

- Рыбалка?

В. Лебедев

- Да и рыбалка тоже, женщины не ловят и не стреляют, они были собирателями, как нам скажут те же этнографы и историки. Почему мужчина больше у телевизора сидит? Он как бы у огня.

В. Емельянов

- Людмила, Зыкина, я помню, очень любила рыбачить.

В. Лебедев

- Это какие-то исключения, мы сейчас о другом говорим, что люди должны, говоря языком сухим, вместе муж с женой вольно, а иногда невольно, опять-таки, то ли по примеру, то ли по влечению структурировать, слово такое, время, проводить время вместе.

В. Емельянов

- То вы, значит, говорите, что они не могут вместе ехать на рыбалку, она не должна с ним ехать, то они должны время проводить вместе.

К. Мацан

- Мы не говорили, что она не должна ехать.

В. Лебедев

- Потому что рыбалка, особенно, охота – это мужское времяпрепровождения, в этом нет ничего страшного.

В. Емельянов

- Нет, конечно.

В. Лебедев

- мы сейчас уже допольно разбираемся, а супруги должны, в принципе, проводить время в месте, если же им совсем скучно, совсем неинтересно, если они думают только о том, как от отдохнуть, это и есть там самая трещина, это видят дети, естественно, если они у них есть, конечно, в каком-то количестве, то это трещина в их браке. Вот и все, вопрос как структурировать это время, что делать вместе, играть в лото или, я не знаю, ехать вместе на дачу. А есть и третие формы, просто человек скажет, что вместе молиться, само собой. Этому тоже надо учиться и не просто так вот, а опираясь на нашу светлую в этот вечер передачу.

В. Емельянов

- Валентин Владимирович, время нашей передачи светлой как раз подошло к концу, ну то есть не как раз, а она имеет свой регламент часовой. Мы благодарим вас за то, что вы нашли время, чтобы прийти к нам не смотря на свою занятость и общественную, и журналистскую, и публицистическую. Мы напомним вам, уважаемые наши слушатели, что нашим сегодняшним собеседником был Валентин Лебедев, российский журналист, публицист и общественных деятель, главный редактор журнала «Православная беседа» и председатель союза православных граждан. Программу «Светлый вечер» для вас провели Владимир Емельянов и Константин Мацан, мы прощаемся, до новых встреч, всего доброго.

К. Мацан

- До свидания.

В. Лебедев

- До свидания.

 

Другие программы
Сказания о Русской земле
Сказания о Русской земле
Александр Дмитриевич Нечволодов - русский генерал, историк и писатель, из под пера которого вышел фундаментальный труд по истории России «Сказания о Русской земле». Эта книга стала настольной в семье последнего российского императора Николая Второго. В данной программе звучат избранные главы книги Александра Дмитриевича.
Домашний кинотеатр
Домашний кинотеатр
Программа рассказывает об интересном, светлом, качественном кино, способном утолить духовный голод и вдохновить на размышления о жизни.
Первоисточник
Первоисточник
Многие выражения становятся «притчей во языцех», а, если мы их не понимаем, нередко «умываем руки» или «посыпаем голову пеплом». В программе «Первоисточник» мы узнаем о происхождении библейских слов и выражений и об их использовании в современной речи.
Имена милосердия
Имена милосердия
Эти люди посвятили свою жизнь служению близким: не просто жертвовали на благотворительность, а посвящали всех себя добрым делам. Чьи-то имена мы помним до сих пор, чьи-то нет, но их стоит вспомнить.

Также рекомендуем