Поделиться
Про Ефима Копеляна и Людмилу Макарову в Ленинграде говорили, что они счастливая пара. Оба работали в легендарном театре. Чтобы попасть на их спектакли зрители ночами стояли в очередях за билетами. Копелян и Макарова никогда не выясняли, кто из них талантливее, кто больше. Их жизнь – 34 года супружества – была как песня.
Ефиму и Людмиле было легко друг с другом с самого начала. Они познакомились в коридорах ленинградского Большого драматического театра. Он уже 10 лет выходил на его сцену. Она только поступила в актёрскую студию. Впервые увидев красивую девушку с озорными глазами Копелян подкрутил свои роскошные усы. Людочке ничего не оставалось, как в ответ намотать на палец локон. Так они и приглядывались друг к другу. Потом стали назначать свидания. И встречались два года, прежде чем Ефим сделал Люде предложение. Его короткий и совсем не театральный монолог она запомнила на всю жизнь: «Дуй домой за паспортом, и в три часа я буду ждать тебя у ЗАГСа на Фонтанке. Там нас зарегистрируют». Это было в мае 1941 года. А в июне Копелян добровольцем ушёл на фронт. Макарова отказалась от эвакуации. Всю войну она прослужила в театре Балтийского флота. Труппа давала концерты на кораблях и подводных лодках. Один порт сменял другой, и всюду Люда получала от Ефима трогательные письма. Иногда супруги встречались в блокадном Ленинграде: фронт был у самого города и Копелян приходил домой, чтобы накормить жену своим армейским пайком. Один раз Ефим встретил на улице знакомого актёра. Тот еле передвигался от голода. Копелян отдал ему всё, что было у него в мешке.
Людмила тогда молилась только об одном: чтобы муж вернулся с войны. Он вернулся, и они стали самой красивой парой Большого драматического театра. А после рождения сына Кирилла Макарова почувствовала себя счастливейшей из женщин. Копелян с этого времени стал много сниматься в кино – нужно было содержать семью. Популярность у него была фантастическая. Ефима обожали и взрослые и дети. После роли Бурнаша в «Неуловимых мстителях» мальчишки не давали ему прохода. Кричали вслед реплики из фильма и забрасывали снежками, если дело было зимой. А письма от поклонниц со всей страны заваливали проходную театра. Копелян никогда не давал жене поводов для ревности и всё же Людмила ревновала. Но все её попытки устроить сцену заканчивались фразой Копеляна: «Люда, я такой ленивый, ухаживания не для меня». Это было истинной правдой и Люде приходилось опускать занавес. Сам Ефим никогда её не ревновал, хоть в партнёрах Макаровой ходили самые красивые артисты театра. Она восхищалась мужем. Он был старше на 10 лет, мудрее, Людмила училась у него отношению к жизни, к людям и никогда не завидовала его кинематографической славе. У них даже споров по работе не было. Актёры Копелян и Макарова оставались в театре, а домой приходили муж и жена - Люда и Фима. Он вообще не любил театра вне сцены. К Макаровой, которую обожал, при посторонних никогда не проявлял показной нежности. Первое время это даже обижало Люду.
Это была абсолютно счастливая семья из трёх человек и одной собаки. Всё разрушилось, когда случилась беда с сыном. Кирилла избили хулиганы. Молодой актёр остался инвалидом на всю жизнь. Жил с мамой до самой своей смерти в 2005 году. То, что произошло с Кириллом, Макарова называла своим крестом. И мучилась вопросом: в чём она согрешила, что сделала не так, раз Бог отнял у неё всё самое дорогое. Ведь вскоре после несчастья с сыном из жизни ушёл любимый муж. Людмила Макарова осталась одна с сыном-инвалидом. Она была ещё молодой и привлекательной женщиной. Но замуж больше не вышла. Не могла себе представить, что в дом войдёт чужой мужчина. Место Фимы занять не мог никто. От отчаяния Макарову спасали воспоминания и театр. До девяноста лет она выходила на сцену и несмотря ни на что, старалась быть весёлой и жизнерадостной. Этому трудному искусству её научил муж. И она до конца своих дней была ему благодарна.
О поиске своей половинки. Алексей Шириков
Поделиться
В школьные годы я искренне верил, что где-то там, в будущем, меня ждёт одна-единственная «половинка» — человек, предназначенный мне заранее, которого нужно лишь найти и безошибочно узнать при встрече. Этот образ, скорее всего, был впитан из окружавшей меня культуры: из сказок, где герой узнаёт свою невесту с первого взгляда, из фильмов про родственные души, из разговоров старших о «второй половинке», из слишком буквальных представлений о судьбе как предначертанном Богом пути. Я верил в данную теорию довольно долго, даже не особенно задумываясь, откуда вообще взялась моя уверенность.
Я возмущался, когда я читал о браках позапрошлого века, о том, как устраивали свадьбы в дореволюционной России. Ну как можно жениться и выходить замуж, порой, едва зная будущего супруга, повинуясь воле родителей, семейным расчётам или житейской необходимости прокормить многочисленную родню? Где здесь место любви, свободному выбору, тому самому «твоему человеку», без которого, как мне казалось, невозможно счастье?
Но чем больше я погружался в православное богословие, тем яснее видел: идея «единственного суженого, предначертанного судьбой», ближе не к Евангелию, а к языческому мифу Платона о родственных половинках одной души, разделённых богами и обречённых искать друг друга по всему свету. В христианстве же нет предопределённого заранее пути человеческой жизни, от которого некуда деться и с которым бессмысленно спорить. Есть свобода — и есть призвание прожить эту свободу с любовью, кем бы ни оказался человек рядом.
Книга Бытия говорит: «Не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему». Эти слова не про то, что где-то заранее приготовлена единственная нужная фигура, идеально подходящая по всем параметрам, а про саму способность к соответствию, к тому, чтобы стать друг для друга помощниками, научиться этому в совместной жизни.
И апостол Павел, говоря о браке, не пишет о поиске идеальной половины, не даёт критериев для отбора кандидатуры, а описывает, как строится единство: «Мужья, любите своих жён, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за неё». То есть, предлагает не формулу узнавания «того самого», а путь постоянной жертвенной любви уже в самом браке. Понятно, что все это во многом связано с патриархальным строем общества, где выбора особо и не было, но все же важно это и для нас.
Браки прошлого, при всех их очевидных минусах, могли быть счастливыми, потому что секрет этого счастья не в том, чтобы найти «того самого», а в том, чтобы учиться любить того, кто оказался рядом. Первое же представление часто приводит к бесконечному поиску, бесконечной проверке своих чувств на подлинность, сомнениям, сравнениям и ожиданию какого-то безошибочного знака свыше. Это вместо того, чтобы строить семью трудом, терпением и верностью день за днём.
Тут, конечно, стоит уточнить, что я вовсе не сторонник возвращения к древним традициям создавать брак по решению родителей. Личный выбор, личная ответственность — то, что делает человека взрослее. Да и переживание, что рядом с тобой желанный избранник — тоже важно. Вот только при выборе супруга, наверное, лучше опираться не на одни лишь чувства, но и на совпадении ценностей, на общую устремленность в одну сторону. И для христиан, конечно, идеально, когда с любимым человеком можно смотреть не только друг на друга, но и вместе — на Христа.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
5 октября. «Введение во храм»
Поделиться
Фото: Tim Schnelzer/Unsplash
По завершении грудного вскармливания, во исполнение обета, святые Иоаким и Анна отдали Своё Дитя в иерусалимский Храм на воспитание. К удивлению провожающих, Богоотроковица Мария взошла по высоким ступеням храма без посторонней помощи, устремляясь к простёртым Ей объятиям праведного священника Захарии. Так и всякая христианская душа, пусть и руководимая наставлениями пастыря, призвана самостоятельно свершать своё неспешное восхождение по ступеням духовной жизни: смирения, кротости, молитвы и любви.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
5 октября. О врачебном служении
Поделиться
Сегодня 5 октября — Международный день врача.
О врачебном служении — руководитель отдела по вопросам семьи, защиты материнства и детства Воронежской епархии священник Александр Шишкин.
Мне очень нравится сама постановка вопроса служения. Мы не говорим о профессии, как в принципе логично подумать, а именно о служении. И я думаю, все врачи и медики прекрасно понимают, что невозможно быть доктором с восьми часов до пяти вечера.
Слово «служение» относится к ряду профессий, очень серьёзно раскрывая их значения. Священнослужение, воинская служба, педагогика. Военный не может сказать, что «мой рабочий день окончился, поэтому я ухожу из окопа отдыхать, потому что у меня есть свои заботы». И священник — он никогда не откажет христианину, сказав, что день к концу приблизился, я устал, и поэтому не буду выполнять свои обязанности.
То же самое касается и врачей. Служение — смирить своё сердце перед людьми. Более того — как в храм большей частью: так как доктору в большинстве случаев люди идут уже с конкретной проблемой, с конкретным переживанием. Редко христиане приходят в храм поблагодарить Бога. И редко приходят пациенты для того, чтобы в здоровом состоянии провести какое-то штатное обследование.
Как раз-таки доктор — он не просто выполняет свою профессию, проводя обследование, анализируя диагнозы, назначая лекарственные препараты. Именно его задача — ещё и поддержать пациента, который пришёл в скорби, в переживании, может быть, в гневе и раздражении. Это трудно, но это именно те моменты, из-за которых мы называем медицину именно служением. Тем призванием, через которое доктор, заботясь о пациенте, воздаёт хвалу Господу и тоже получает свою какую-то награду в вечности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
