Поделиться
Апостол Павел. Валантен де Булонь
Рим., 112 зач., XIII, 11 — XIV, 4.
Глава 13.
11 Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна. Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали.
12 Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света.
13 Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти;
14 но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти.
Глава 14.
1 Немощного в вере принимайте без споров о мнениях.
2 Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи.
3 Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его.
4 Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он, или падает. И будет восставлен, ибо силен Бог восставить его.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Сегодня, накануне Великого поста, Церковь в очередной раз словами апостола Павла напоминает нам об очень важной вещи: у каждого человека свои отношения с Богом, своя степень веры, своя мера поста, а потому христианское совершенство начинается с умения сосредоточиться на своих отношениях с Богом вместо того, чтобы внимательно наблюдать за другими людьми.
Впрочем, апостол Павел написал эти слова по совершенно иному поводу. Повод этот был значительно более серьезен, чем размышления о дисциплине и традициях Великого поста. Если немного упростить, то причину написания этих слов можно сформулировать в виде вопроса: идолы реальны или нет? Для апостола Павла ответ был очевиден: их не существует. Следовательно, не существует и ничего идоложертвенного. То, что посвящено идолам, посвящено пустоте, фикции, иллюзии человеческого разума. Из этого подхода следует и практический вывод: христиане, живущие в языческом мире, могут совершенно не обращать внимания на происхождение того, что попадает им на стол, они могут без смущения есть все, что угодно. Вместе с этим апостол Павел признает, что для такого подхода необходима вера, а вера, в свою очередь, бывает разной. Апостол сводит вопрос отношения к идоложертвенной пище к вопросу о степени веры, при этом он призывает никого не осуждать и относиться ко всем с пониманием и снисходительностью. Есть крепкие в вере, а есть немощные. Немощные не готовы в полной мере признать то, что идолов не существует, в их представлении это некоторая объективная реальность, соприкосновение с которой способно осквернить человека, поэтому эти люди предпочитали воздерживаться от вкушения идоложертвенного с тем, чтобы сохранить верность Христу.
При прочтении и анализе этих слов апостола возникает двоякий соблазн. Во-первых, хочется присоединиться к апостолу Павлу и объявить себя самого сильным в вере, тем, кто не верит в существовании идолов, тем, для кого пост не имеет никакого смысла. А во-вторых, раз пост для христиан первых поколений вытекал лишь из отношения к идоложертвенному, то можно вовсе отказаться от поста как от вещи совершенно неактуальной — ведь мы сегодня, как правило, не сталкиваемся в своей жизни с идоложертвенными продуктами.
Первый соблазн снимается одним простым замечанием: сильный в вере вряд ли знает и помнит собственный знак зодиака. А это явно не про наше общество. Все приметы, все связанные с ними опасения, — о том же, они означают, что вера во Христа слаба, а мы немощны. Ну а второй соблазн устраняется, если перестать ощущать себя человеком без рода и без племени. До нас жили люди, будут они жить и после нас. Мы — лишь часть очень длинной цепочки, мы связаны как с прошлыми, так и с будущими поколениями. Этот факт накладывает на нас ответственность и перед первыми, и перед вторыми. Пост имеет отношение к нашим предкам, к тем, кто вынужден был выживать среди языческого мира, кто шел за Христом в очень непростое время и в крайне сложных обстоятельствах, кто спотыкался и падал, кто был немощен, но тем не менее сделал все, чтобы достигнуть вожделенной цели — Христова Царства. Мы, каждый в свою меру, постимся в память об этих людях в надежде, что по их молитвам Господь укрепит нас в вере и сподобит благой участи в вечности.
Варнавино, Нижегородская область, Варнавина Троицкая пустынь
Поделиться
В таёжных лесах Поволжья, в ста пятидесяти километрах севернее Нижнего Новгорода, есть старинный посёлок Варнавино. Его основатель — преподобный Варнава Ветлужский, православный подвижник пятнадцатого века. Он родился в Великом Устюге и служил священником. Овдовев, покинул родные края. Ради молитвенного уединения поставил келью среди тайги на высоком берегу реки Ветлуги и двадцать восемь лет прожил отшельником.
Варнава был уже в преклонных годах, когда рядом с ним стали селиться ученики. Подвижники сложили деревянную церковь в честь Святой Троицы. Вокруг неё образовался монастырь — Троицкая Варнавина пустынь. Обитель стала центром христианского просвещения языческих племён, населявших берега Ветлуги. После смерти Варнавы иноки возвели над его могилой храм во имя Николая Чудотворца. Жители окрестных деревень находили здесь молитвенное утешение, а некоторые даже пожелали поселиться в благодатном месте. Близ монастыря образовалось село Варнавина слобода.
Её жители разделили с Троицкой пустынью немало испытаний. В шестнадцатом веке в России свирепствовала эпидемия чумы. Затронула она и земли по берегам Ветлуги. В семнадцатом — обитель претерпела разорение от крестьян-бунтовщиков. Преодолевать невзгоды верующим помогало небесное покровительство основателя монастыря. Сохранилось немало свидетельств о чудесах, свершившихся по молитвам к нему. В 1639 году Церковь прославила преподобного Варнаву Ветлужского в лике святых.
В 1764 году Екатерина Вторая упразднила Троицкий монастырь. Земли, принадлежавшие иноческой общине, стали государственными, а храмы — приходскими. Мощи преподобного Варнавы по-прежнему почивали под спудом в Никольской церкви. Святыня всегда привлекала паломников. Варнавина слобода, как наследница монастыря, стремительно развивалась и в 1778 году получила статус города.
В начале девятнадцатого столетия горожане построили вместо ветхой Троицкой церкви каменный храм. В 1912 году под его своды перенесли мощи преподобного Варнавы — их подняли из-под спуда, чтобы уберечь. Ветлуга подмыла крутой берег в том месте, где над захоронением святого стояла Никольская церковь. Останки праведника торжественно поместили в серебряную раку. Богомольцев в Варнавино стало ещё больше. Особенно многолюдно было здесь в день памяти святого Варнавы, 24 июня. Со всей России приезжали люди, чтобы соборно помолиться у мощей преподобного. Казалось, этот людской поток никогда не иссякнет.
Но 1917 год перевернул жизнь в стране. В Варнавино все церкви были закрыты, а затем разрушены. Мощи святого Варнавы безбожники изъяли и с тех пор святыня исчезла. Город Варнавин словно осиротел. Он утратил свою значимость, стал считаться рабочим посёлком. Имя преподобного сохранилось лишь в названии.
В соборной молитве оно зазвучало вновь в конце двадцатого века. В 1999 году на месте утраченной Троицкой церкви построили деревянный храм и посвятили его Варнаве Ветлужскому. Сегодня святой для жителей поселка — родной человек, чье ходатайство к Богу выручает в нужде. Варнавинцы верят, что когда-нибудь и мощи преподобного вновь будут обретены.
Все выпуски программы ПроСтранствия
20 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Hassan Pasha/Unsplash
«Помни последняя твоя — и во веки не согрешишь», — убеждает нас библейский мудрец. Действительно, памятование о кончине, сокрытом от каждого из нас смертном часе и нелицеприятном Суде Христовом, смиряет и гордеца, побуждая искать скорого примирения с совестью посредством покаяния. И это смирение, спасительная узда которого удерживает нас от совершения новых прегрешений.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Коробка с игрушками
Поделиться
Фото: ViTa / Pexels
Ранним утром последнего командировочного дня еду на рынок Нальчика. Хочется купить сувениры. Когда была в этом городе в прошлый раз, приглянулись маленькие вязанные игрушки. Их вяжет женщина. Изделия у неё получаются милыми и добрыми. Как будто часть её душевного тепла переходит аккуратными петельками в лица куколок, мордочки зайцев, мишек.
Приближаясь к заветному ряду, вижу знакомый силуэт. Женщина стоит ко мне спиной, заботливо поправляя товары на прилавке. Подхожу, здороваюсь. Выбираю зайку в зелёном платье для средней дочери и медвежонка в красных шортах для сына. Осталось выбрать подарок для младшей. Взгляд падает на игрушки в небольшой коробке. Маленькие куколки, лежащие в ней, похищают на мгновение моё сердце. Аккуратно беру коробку и подношу ближе к глазам, чтобы рассмотреть игрушки.
Хозяйка витрины объясняет, что куколок вяжет её знакомая. Она находится сейчас на длительном лечении в больнице, и делает их, чтобы иметь возможность отблагодарить тех, кто ей помогает. Покупаю несколько, хочется хоть как-то поддержать болеющего человека. Одну подарю младшей дочке, остальных — детям подруги.
Покидаю рынок через ряды цветастых варежек, пуховых платков и направляюсь к автобусной остановке. И сердце согревает мысль, что в пакете у меня не просто игрушки, а связанное кем-то тепло.
Текст Екатерина Миловидова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
