Поделиться
Апостол Павел. Валантен де Булонь
Рим., 112 зач., XIII, 11 — XIV, 4.
Глава 13.
11 Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна. Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали.
12 Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света.
13 Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти;
14 но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти.
Глава 14.
1 Немощного в вере принимайте без споров о мнениях.
2 Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи.
3 Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его.
4 Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он, или падает. И будет восставлен, ибо силен Бог восставить его.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Сегодня, накануне Великого поста, Церковь в очередной раз словами апостола Павла напоминает нам об очень важной вещи: у каждого человека свои отношения с Богом, своя степень веры, своя мера поста, а потому христианское совершенство начинается с умения сосредоточиться на своих отношениях с Богом вместо того, чтобы внимательно наблюдать за другими людьми.
Впрочем, апостол Павел написал эти слова по совершенно иному поводу. Повод этот был значительно более серьезен, чем размышления о дисциплине и традициях Великого поста. Если немного упростить, то причину написания этих слов можно сформулировать в виде вопроса: идолы реальны или нет? Для апостола Павла ответ был очевиден: их не существует. Следовательно, не существует и ничего идоложертвенного. То, что посвящено идолам, посвящено пустоте, фикции, иллюзии человеческого разума. Из этого подхода следует и практический вывод: христиане, живущие в языческом мире, могут совершенно не обращать внимания на происхождение того, что попадает им на стол, они могут без смущения есть все, что угодно. Вместе с этим апостол Павел признает, что для такого подхода необходима вера, а вера, в свою очередь, бывает разной. Апостол сводит вопрос отношения к идоложертвенной пище к вопросу о степени веры, при этом он призывает никого не осуждать и относиться ко всем с пониманием и снисходительностью. Есть крепкие в вере, а есть немощные. Немощные не готовы в полной мере признать то, что идолов не существует, в их представлении это некоторая объективная реальность, соприкосновение с которой способно осквернить человека, поэтому эти люди предпочитали воздерживаться от вкушения идоложертвенного с тем, чтобы сохранить верность Христу.
При прочтении и анализе этих слов апостола возникает двоякий соблазн. Во-первых, хочется присоединиться к апостолу Павлу и объявить себя самого сильным в вере, тем, кто не верит в существовании идолов, тем, для кого пост не имеет никакого смысла. А во-вторых, раз пост для христиан первых поколений вытекал лишь из отношения к идоложертвенному, то можно вовсе отказаться от поста как от вещи совершенно неактуальной — ведь мы сегодня, как правило, не сталкиваемся в своей жизни с идоложертвенными продуктами.
Первый соблазн снимается одним простым замечанием: сильный в вере вряд ли знает и помнит собственный знак зодиака. А это явно не про наше общество. Все приметы, все связанные с ними опасения, — о том же, они означают, что вера во Христа слаба, а мы немощны. Ну а второй соблазн устраняется, если перестать ощущать себя человеком без рода и без племени. До нас жили люди, будут они жить и после нас. Мы — лишь часть очень длинной цепочки, мы связаны как с прошлыми, так и с будущими поколениями. Этот факт накладывает на нас ответственность и перед первыми, и перед вторыми. Пост имеет отношение к нашим предкам, к тем, кто вынужден был выживать среди языческого мира, кто шел за Христом в очень непростое время и в крайне сложных обстоятельствах, кто спотыкался и падал, кто был немощен, но тем не менее сделал все, чтобы достигнуть вожделенной цели — Христова Царства. Мы, каждый в свою меру, постимся в память об этих людях в надежде, что по их молитвам Господь укрепит нас в вере и сподобит благой участи в вечности.
«Иконописные традиции Троице-Сергиевой Лавры». Архимандрит Лука (Головков)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был декан иконописного факультета Московской духовной академии, доцент кафедры истории и теории церковного искусства МДА архимандрит Лука (Головков).
Разговор шел о зарождении, развитии и особенностях иконописной традиции и школы Троице-Сергиевой Лавры. Какие известные иконописцы трудились в стенах Лавры в разные века, как передавалась эта традиция, как в Московской Духовной академии сегодня преподают основы иконописи и как, сохраняя традиции, развивать иконописное искусство.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
«Святость». Священник Артемий Юдахин, Андрей Дударев, Нина Юркова
ПоделитьсяВ этом выпуске программы «Клуб частных мнений» клирик храма святителя Николая Мирликийского в Щукине священник Артемий Юдахин, теолог, автор книг Андрей Дударев, педагог Нина Юркова размышляли о том, что такое святость, у всех ли одинаковый потенциал раскрыть её в себе, а также насколько возможно и стоит к ней стремиться, или же святые — скорее те люди, которых избрал Господь и у них особый подвиг, не каждому доступный.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Клуб частных мнений
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
