Послание к Филиппийцам святого апостола Павла

Поделиться

Флп., 240 зач., II, 5-11.

Глава 2.

⁵ Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе:

⁶ Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу;

⁷ но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек;

⁸ смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.

⁹ Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени,

¹⁰ дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних,

¹¹ и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца.

Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Мир, в котором мы живем, диктует свои законы. Среди этих законов невозможно найти закон смирения. Но есть противоположный смирению закон: каждый человек знает, что он должен отстаивать свои интересы, жить в соответствии со своим статусом и пристально отслеживать нет ли нарушений его прав в какой-либо сфере жизни. Для нас это естественно и нормально. Все мы подчинены господствующим в окружающем мире законам, мы от них зависим и даже если захотим, то вряд ли сможем получить абсолютную свободу.

Но христианский закон иной, он отличен от того, что носит в себе каждый человек и, как следствие, все общество. О том, каков этот закон, откуда он взялся и почему он предпочтителен, говорит сегодняшний отрывок Послания апостола Павла к Филиппийцам. Апостол был уверен, что для любого человека высшее благо заключено в подражании Христу, а высшая степень подражания Христу выражается в наличии у христианина тех же самых чувствований, «какие и во Христе Иисусе». Но какие это чувствования? Апостол Павел определяет их как абсолютное смирение. Бог стал человеком, Творец сошел на уровень творения. Уже сам этот факт показывает ни с чем не сравнимую кротость Бога. Весь земной путь Христа показывает, каков наш Бог и каким должен быть тот, кто верует во Христа как в Воплощенного Бога. Он родился в хлеву, в бедной семье, Он вырос среди самых обычных людей, Он исполнял все законы того общества, в котором жил, Он никак не отделял Себя от окружающих, Он не требовал какого-то особого почтения к Себе, более того, Он, пусть и мягко, но укорил Марфу, которая вместо того, чтобы слушать Его слова, полностью углубилась в служение Ему, Он помыл ноги апостолам, Он не сопротивлялся, когда Его вели на суд, во время суда Он ни слова не сказал о том, что были нарушены все возможные нормы закона, Он не требовал пересмотра судебного решения, в конце концов Он был казнен самым бесчеловечным образом. Во время всего земного служения Христа Он ни разу не воспользовался Своей силой для Самого Себя. А итогом Его земной жизни стало, то, что, как это выразил апостол Павел, «Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени».

Апостол, а вместе с ним и Церковь, убеждены, что нет никакого иного пути достижения вечного блаженства в Царстве Христовом, кроме того, по которому прошел наш Спаситель. Этот путь означает постоянный, ежеминутный и ежесекундный отказ ради исполнения Евангелия от того, что считается естественным и нормальным в человеческом обществе. Это отказ от самого себя, от своих интересов и, что самое непростое, от своих прав. Ведь именно так поступал Христос: Он отказался от Своих прав не только как Бог, но и как Человек, исполняя законы общества, Он не требовал, чтобы эти законы Его защищали.

Если попытаться приложить высочайшее Христово смирение к нашей жизни, то становится страшно. Ведь это означает, что мы должны отказаться от всех своих прав и не искать какой бы то ни было личной выгоды, должны целиком посвятить себя служению другим, ничего не ожидая взамен. Впрочем, слово «мы» здесь совершенно неуместно, ведь Христос обращается не к какой-то группе людей, Он обращается к каждому отдельному человеку. И на Голгофу Он взошел один, Он не требовал от Своих учеников умереть вместе с Ним. Путь Христов — это всегда путь одного. И от этого становится еще страшнее. Но если отринуть страх так, как это сделали Христовы апостолы и все святые, то оказывается, что иго Христова смирения легко, а бремя Его — благо (ср. Мф. 11:30), ведь с тем, кто сумел побороть страх, сопутствует Сам Бог, и действует уже не человеческая, а Его, все превосходящая, сила.