Поделиться
Евр., 320 зач., IX, 1-7.
1 И первый завет имел постановление о Богослужении и святилище земное: 2 ибо устроена была скиния первая, в которой был светильник, и трапеза, и предложение хлебов, и которая называется Святое.
3 За второю же завесою была скиния, называемая Святое Святых, 4 имевшая золотую кадильницу и обложенный со всех сторон золотом ковчег завета, где были золотой сосуд с манною, жезл Ааронов расцветший и скрижали завета, 5 а над ним херувимы славы, осеняющие очистилище; о чем не нужно теперь говорить подробно.
6 При таком устройстве, в первую скинию всегда входят священники совершать Богослужение; 7 а во вторую — однажды в год один только первосвященник, не без крови, которую приносит за себя и за грехи неведения народа.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Церковное предание рассказывает о том, как Дева Мария, ещё в совсем юном возрасте, в нарушение всех обрядовых запретов, была введена первосвященником Захарией во Святая святых — особое место Иерусалимского храма, куда только раз в год имел право войти первосвященник — и только в День очищения. Этот неординарный случай истолковывался впоследствие как замена ветхозаветной скинии новой — которой и стала Пречистая Дева, избранная сосудом Боговоплощения. Введение Девы во Храм — это важная точка преемственности Ветхого и Нового заветов: теперь уже не бездушный, окованный золотом Ковчег Завета становится свидетелем и посредником между Богом и людьми — а Живой Человек, рождающийся от Девы.
Мы редко задумываемся над этим — и очень напрасно. Иногда я задаю студентам простой вопрос: покажите мне главную святыню в православном храме. И тут же — лес рук и море мнений. Престол! Горнее место! Алтарь! Иконы! Чаша со святыми дарами! Жертвенник! А я вредничаю и говорю: всё так, но не это — главная святыня. Вы мыслите по-ветхозаветному! И вот тогда они отступают немного назад — меняют ракурс — и с огромным удивлением, сомневаясь, тихо произносят: неужели... человек?
Да, именно так и есть! Человек — главная святыня, потому что Живой Бог общается только с живыми людьми. Всё остальное — важный, драгоценный, требующий благоговейного отношения — но всё же инструментарий, посредник. Который сам по себе, без человека как вос-приемника, участника этих отношений — самостоятельного значения не имеет. Карандаш — прекрасная вещь в руках художника. Но мы восхищаемся всё-таки картиной — а не тем, в каком материале работал художник.
Поэтому и «продукт» духовной жизни тоже должен быть вполне «зримым» — это сам человек, точнее, изменение качества его отношения к окружающим, Богу, природе — да и к самому себе. Давайте постараемся об этом почаще вспоминать! И, да, всех — с праздником Введения во Храм Пресвятой Богородицы!
2 ноября. «Ангелы видят всегда лицо отца»
ПоделитьсяСам Господь Иисус Христос говорит нам о всегдашнем лицезрении ангелами славы Божией, в неприступном свете которой обитает непостижимый Бог.
Нет такой силы, которая могла бы отвлечь небожителя от его святого делания — обращённости всем существом к Источнику жизни и бессмертия. К этому же призван и каждый из нас, чтобы чистым умом устремляясь к Богу и с благоговением призывая имя Иисусово, всегда обращать внутренний, духовный взор к надмирному, «невечернему» Свету.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
2 ноября. Преодоление суеты
Поделиться
О преодолении суеты — клирик московского храма во имя страстотерпца царя Николая II в Южном Чертанове священник Михаил Дочия:
«И было ко мне слово Господне. Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя. Прежде, нежели ты вышел из утробы, освятил тебя. Пророком для народов поставил тебя», — слова из книги пророка Иеремии. Такие удивительные слова: «Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве», — то есть начало жизни даёт Господь, и это начало во чреве, и затем Господь через Своего пророка упрекает народ: «Какое беззаконие нашли во Мне отцы ваши, что удалились от Меня, и пошли за суетой и осуетились».
То есть упрекает за суету. И мне кажется, в наше время это особо актуально, вот во время такой какой-то постоянной беготни, такой цифровизации, социальных сетей, новостных лент, коротких новостей, которые постоянно занимают твоё сознание.
И такая личная ответственность христианина — находить время для Бога, посвящать время Богу, чтению, богомыслию, молитве, и, наверное, такое универсальное оружие в нашей христианской традиции — это короткая молитва, Иисусова молитва: «Господи, Иисусе Христе, помилуй меня, грешного». Которая позволяет тебе иметь память, такое вот хождение перед Богом, чем бы ты ни занимался — везде ты можешь творить эту Иисусову молитву.
Все выпуски программы Актуальная тема:
2 ноября. Икона
Поделиться
О предназначении иконы — исполняющий обязанности настоятеля московского храма святых равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черемушках протоиерей Владимир Быстрый:
Надо понимать, что православные иконы — это не просто изображение, а свидетельство о встрече человека с Богом. В храме, среди свечей и тишины, она воспринимается как окно, распахнутое в вечность. Получается, что через видимое нам открывается невидимое. От образа мы восходим к первообразу.
Об этом очень хорошо говорит Иоанн Дамаскин: «Если Бог стал человеком, — объясняет он, — Его можно изобразить». Вот как он писал: «Если невещественный стал веществом, если невидимый стал видимым, то мы можем Его изображать». То есть, ещё раз повторю, что кланяясь образу, мы поклоняемся изображённому на нём.
Известный иконописец и богослов Леонид Александрович Успенский раскрывал преображающий смысл иконы. По его словам: «Иконы есть образ человека, в котором реально пребывает попаляющая страсти и всеосвещающая благодать Духа Святого». То есть икона является образом не падшего человека, а обожённого человека, каким он призван стать во Христе. Созерцая икону, мы предстаём не перед умершим человеком, а перед живым: «Ибо у Бога все живы».
Он писал, что роль иконы — это не консервативная роль, а динамически-строительная. Она не просто хранит память о священном событии, но ведёт к духовному возрастанию. «Через икону мы познаём Самого Бога», — писал Успенский.
Таким образом, предназначение иконы — быть окном в иной мир. Это не портрет, не иллюстрация, а, если так можно сказать, пространство молитвенной встречи, где Земля соприкасается с Небом. Взирая на образ, верующий возносится к первообразу, приобщается к свету Царства Божия. Царство Божие начинается уже здесь, в преображённой человеческой жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
