Поделиться
Евр., 306 зач., II, 11-18.
11 Ибо и освящающий и освящаемые, все — от Единого; поэтому Он не стыдится называть их братиями, говоря: 12 возвещу имя Твое братиям Моим, посреди церкви воспою Тебя.
13 И еще: Я буду уповать на Него. И еще: вот Я и дети, которых дал Мне Бог.
14 А как дети причастны плоти и крови, то и Он также воспринял оные, дабы смертью лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола, 15 и избавить тех, которые от страха смерти через всю жизнь были подвержены рабству.
16 Ибо не Ангелов восприемлет Он, но восприемлет семя Авраамово.
17 Посему Он должен был во всем уподобиться братиям, чтобы быть милостивым и верным первосвященником пред Богом, для умилостивления за грехи народа.
18 Ибо, как Сам Он претерпел, быв искушен, то может и искушаемым помочь.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Сегодня Церковь совершает торжество в честь того дня, который на церковнославянском языке именуется «спасения нашего главизной», то есть в честь дня, с которого началось наше спасение, в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Собственно, этому Празднику и посвящено сегодняшнее апостольское чтение. В этом отрывке из Послания к Евреям прослеживаются две основные мысли: первая — о соприродности Христа Спасителя и тех, кого Он спасает, вторая — о сострадании Бога к людям.
Первая мысль — о соприродности Спасителя и спасаемых — привычна любому сознательному христианину. Но во времена жизни апостола Павла это было вызовом, граничащим с безумием. О чем и написал апостол в Первом послании к Коринфянам: «мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость» (1Кор. 1:23–24). Действительно, для древнего сознания, неважно, иудейского или языческого, была абсолютно недопустима мысль, что ради спасения людей Сам Бог сошел на землю, родился, жил, пострадал и умер как человек. В Ветхом Завете Бога от людей отделяет непреодолимый человеческими силами грех, и Он остается бесконечно далеким от них, непостижимым ни в каком смысле. Размышлять о Боге было невозможно, но допустимо было исследовать Его действия. Собственно, это очень характерная черта ветхозаветной религии: в ней нет того, что мы называем догматическим богословием с его рассуждениями и так называемыми богословскими формулами. Ветхий Завет предпочитает молчать о Боге, и говорит, по преимуществу, о Его действиях по отношению к миру и, в частности, по отношению к народу Израиля.
В языческих культах тоже нет никакого богословия, есть лишь мифы о многочисленных богах. Боги этих мифов иногда нисходили на землю, к людям, принимали какое-то участие в земной жизни и даже могли принимать человеческий облик, но людьми они не становились.
Новый Завет проповедует непостижимое: Бог стал Человеком! Не только по виду и или же по форме, а на самом деле, Он стал человеком в полном смысле этого слова. Поэтому апостол Павел в сегодняшнем отрывке и пишет, что Господь Иисус Христос «не стыдится называть их братиями». Мы, принимая это свидетельство, восклицаем: «Благовествуй, земле, радость велию, хвалите, Небеса, Божию славу». В день Благовещения человечеству в лице Пресвятой Богородицы было возвещено, что Бог станет одним из нас, станет не только Творцом, но и Братом, Другом для всех и для каждого. Конечный смысл Вочеловечения Бога апостол Павел также раскрывает в сегодняшнем праздничном отрывке. Произошло это для того, «чтобы быть милостивым и верным первосвященником пред Богом, для умилостивления за грехи народа». Милостивым может быть только тот, кто испытал на себе все тяготы человеческой жизни, тот, кто не в теории, а на собственном опыте знает, что это такое. Знает, каково жить в теле, каково преодолевать страсти и каково усмирять бури самых разных мыслей, знает все многообразие человеческих скорбей и бед. Теоретик никогда не сможет сравниться с практиком. Бог избрал путь практики, чтобы мы в лице Христа Иисуса имели Ходатая пред Отцом нашим Небесным.
Всеобъемлющая вера. Алексей Шириков
Поделиться
Когда я был школьником, мне часто приходилось защищать свою веру от атеистически настроенных одноклассников. Я пускался в споры, доказывая логически, что именно православное христианство — истина. Это было интересно и очень полезно мне, но, надо признаться, убедить я никого не смог.
Со временем я понял, что проблема была не в качестве аргументов или неуступчивости одноклассников, а в том, что я пытался играть на чужом поле: я старался логически подтвердить то, что выходит за рамки логики, я пытался веру выдать за знание.
Сначала это осознание меня, насколько я помню, напугало. «Если в науке есть жесткие факты, которые можно проверить, то на что же может опираться вера?» Я понимал, что у кого-то бывает сверхъестественная встреча с Богом, откровение, подобное тому, что пережил апостол Павел. Но у меня-то такого не было — почему же тогда я верю?
Поиск ответа на этот вопрос занял у меня довольно долгое время. Самым важным на этом пути открытием стало то, что вера, оказывается, пронизывает собой всё — и даже «жесткие факты науки» жестки лишь в том случае, если мы принимаем на веру определенные аксиомы. Это осознание перевернуло моё представление об очень многом. Если до него я хотел знать, чтобы верить, то после понял для себя, что мы неизбежно должны верить, чтобы знать. Просто каждый сам выбирает для себя то, во что он верит: кто-то убежден, что мир принципиально познаваем, а кто-то верит в таинство сотворенного Богом мира. И там, и там в основании лежит не знание, а вера, просто далеко не всегда человек отдает себе в этом отчет.
То, что многие сегодня пренебрежительно списывают на неграмотность, — вера — на самом деле, является основой всего нашего мира. И если это уж так, то я точно не готов верить в пустоту и случайность всего происходящего. Христианская вера в Бога, побеждающего самую неумолимую проблему человечества — смерть, куда больше во мне откликается.
И да, я вряд ли смогу убедить людей рядом с собой логическими аргументами в том, что именно эта вера истинна. Но я могу стараться жить так, чтобы этой веры становилось больше.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
22 июня. О христианской любви
Поделиться
О христианской любви — настоятель храма мученицы Татианы при Севастопольском Государственном университете священник Константин Белый.
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 июня. О святости и праведности
ПоделитьсяО святости и праведности — настоятель храма блаженной Ксении Петербургской в Казани священник Александр Ермолин.
В русском языке есть два понятия, которые нам кажутся очень близкими. И даже, наверное, в каком-то смысле для нас они синонимы. Это праведность и святость. Но если мы посмотрим на них серьёзно, строго, сквозь призму православного учения, сквозь призму церковного восприятия этого мира, то мы увидим, что между этими понятиями есть разница.
И конечно же, очень условно можно сформулировать таким образом, что праведность — это то, как поступает человек. Он поступает как праведник. Он делает дела милосердия. Он помогает ближнему. Он исполняет заповеди. А вот святость — это то, кем этот человек является. То есть это вот такой большой призыв к каждому человеку. Сам Господь говорит: «Будьте святы, как и Я свят».
Часто мы видим, как святые апостолы начинают свои послания словами «вам, святым, живущим там-то». То есть святость — это призвание, которое есть у каждого православного христианина. Поэтому нужно идти по этому пути, идти на встречу к Богу и идти путем праведности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
