"Поддержка пожилых людей". Светлый вечер с Натальей Линьковой и Викторией Вершинской (26.12.2016)

* Поделиться

бабушкаУ нас в гостях были представители проекта "Возрасту нет" Наталья Линькова и Виктория Вершинская.

Разговор шел о волонтерских проектах поддержки пожилых людей и о движении "Бабушка на час".

 


В. Емельянов

— Здравствуйте! Вы слушаете программу «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов.

А. Пичугин

— И Алексей Пичугин. Здравствуйте!

В. Емельянов

— Сегодня мы пригласили для беседы Наталью Линькову — автора, руководителя и сооснователя проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час»; и нашего коллегу, радиоведущую, руководителя пресс-службы проекта «Возрасту.нет» Викторию Вершинскую. Здравствуйте, уважаемые гостьи!

Наталья Линькова

— Здравствуйте!

А. Пичугин

— Здравствуйте, Виктория! Здравствуйте, Наталья!

Виктория Вершинская

— Здравствуйте, Алексей!

В. Емельянов

— Честно говоря, зайдя в Интернет и попытавшись найти метки «бабушка на час» и т.п., я столкнулся с огромными количеством всяких ссылок на какие-то ресурсы. Я так и не смог разобраться, потому что «бабушки на час» существуют от Звенигорода до Владивостока.

А. Пичугин

— И прямо так и называются?

В. Емельянов

— Да, так и называются — «бабушки на час». Я сначала подумал, что это какая-то федеральная огромная служба. А придя сегодня в студию и поговорив с вами перед началом нашей программы, я понял, что это вообще всё не так, что есть совершенно отдельно взятый проект, и в том числе сервис «Бабушка на час». Поэтому давайте начнем с самого начала, чтобы эту самую путаницу распутать.

А. Пичугин

— А меня прямо просто поразило это название «Бабушка на час». Это же не прийти куда-то к внуку чисто гипотетическому какому-то, которого не с кем оставить, и с ним колясочку покачать.

В. Емельянов

— Как герой Папанова в фильме «По семейным обстоятельствам».

А. Пичугин

— Да, именно так.

Виктория Вершинская

— Бабушка на час, которая приходит и печет пироги буквально за час, и уходит.

А. Пичугин

— И серый волк ее съедает…

Виктория Вершинская

— Нет, конечно. У нас всё иначе, гораздо всё отличается. Во-первых, прежде всего потому, что мы более социально-ориентированы. Это не коммерция. Мы в данном случае даем людям, даем бабушкам, дамам в возрасте… В таком уже, как это говорится, «интеллигентном возрасте». Или как? Как правильно? Мы даем им возможность почувствовать себя нужными. Это гораздо более ценно для нас в первую очередь, для людей, прежде всего. Потому что они… Пусть, да, пусть это какие-то небольшие совершенно деньги, но это то, что помогает им как-то оставаться в рабочей обойме, при этом понимать, что есть какая-то личностная реализация.

В. Емельянов

— Давайте попробуем нарисовать портрет одной такой бабушки. Кто этот человек?

Виктория Вершинская

— Я думаю, что Наталья расскажет, потому что она общается… Я знаю, что через Наталью огромное количество людей проходит, и она с каждым проводит беседу, с каждым общается. Она, знаете, как по крупицам отбирает…

В. Емельянов

— Наташа, вот действительно, среднестатистический портрет такой бабушки на час? Начиная от возраста и заканчивая, собственно, ее обоснованиями: почему она в это сообщество решила податься, по какой причине?

Наталья Линькова

— Что касается нашего проекта, то у нас бабушки достаточно молодые, кого мы называем бабушкой. Это 45+. И до того возрастного предела, пока она может ходить, пока у нее есть желание работать с детьми и, кстати, не только с детьми. Еще у нас есть бабушки-сиделки, которые работают с лежачими пациентами, с совсем старенькими.

В. Емельянов

— Но такой бабушке нужны силы-то недюжие. Лежачего пациента ведь надо перевернуть как минимум.

Наталья Линькова

— Да. Там нужны силы, нужна техника. Мы их обучаем. У нас проходят курсы подготовки и бэби ситтеров для возрастных бабушек, нянь и бабушек-сиделок. Это где-то раз в месяц, если получается, два раза в месяц мы проводим эти курсы. Собираем их. У нас приходят врачи, приходят геронтологи, травматологи, приходят люди по безопасности детей в том числе. Рассказывают и учат, как обращаться.

В. Емельянов

— То есть, я так понял из ваших слов, что это вменяемые здоровые дамы от 45-и до возраста, пока они в силах.

Наталья Линькова

— У нас самой старшей бабушке, по-моему, 83 года.

В. Емельянов

— Ой-ой!

Наталья Линькова

— Но она мне фору даст. Она стоит на голове…

А. Пичугин

— А что она делает?

Наталья Линькова

— У нас в сервисе?

А. Пичугин

— Да, в вашем сервисе.

Наталья Линькова

— У нее есть две семьи с детьми в ее районе. Она водит этих детей в школу, забирает из школы, водит на кружки, делает с ними уроки. По-моему, у нее образование — МФТИ. Она такая бабушка-технарь хорошая.

А. Пичугин

— Технари, вообще, долго очень работоспособность сохраняют.

В. Емельянов

— Смотря, в каком институте служат.

А. Пичугин

— Это да. Главное, чтобы устная деятельность продолжалась.

В. Емельянов

— Вы знаете, уважаемые коллеги, какая у меня крамольная мысль сейчас возникала ?Вот давно же существует такая услуга, как сервис «Муж на час».

Виктория Вершинская

— Да, давно.

В. Емельянов

— Можно вызвать мастеровитого парня, который придет, всё починит.

А. Пичугин

— С ключом на 14 — всё отвернет, завернёт.

В. Емельянов

— Я, кстати, тоже воспользовался пару раз такими услугами.

Виктория Вершинская

— Вот видите, у нас и бабушки тоже есть, которые с ключом на 14 могут… (Смеется.)

В. Емельянов

— Я к чему толкую. Скоро, возможно, станет востребованной такая услуга, как «Дедушка на час»? Можно пофантазировать…

Наталья Линькова

— Мы уже купили это доменное имя, потому что у нас достаточно много дедушек.

В. Емельянов

— Все члены семьи, благодаря таким подобным сервисам, они, получается, заменяемы. И ещё… Конечно, это всё шутки. Но если серьезно говорить. А что у этих бабушек нет собственных внуков? Почему они обращаются к вам?

Виктория Вершинская

— Самое печальное, что есть внуки. Это самое печальное, конечно.

Наталья Линькова

— У кого-то есть внуки, у кого-то нет внуков. Я уже публиковала историю очередного собеседования с бабушками. Когда к нам поступают заявки, анкеты на сайт, мы их просматриваем и прозваниваем каждую бабушку, проводим собеседование. Потом встречаемся, проводим диагностику… Живьем нужно просмотреть человека. Берем документы, проверяем их. Она проходит курсы у нас, если есть желание. И вот я звоню одной бабушке, приглашаю её на нашу елку новогоднюю…

А. Пичугин

— Про елку мы ещё поговорим.

Наталья Линькова

— Параллельно с тем, что спрашиваю у нее про бэкграунд, который у нее есть. И она говорит: «Вы знаете, я так жалею…» Был вопрос: «О чем-то вы жалеете в жизни?» У меня есть ряд вопросов-тестов при телефонном собеседовании. По-моему, ей лет 75-76, не помню точно. И она говорит: «Я жалею о том, что меня дети не сдали в дом престарелых».

А. Пичугин

— Я читал это у вас в «Facebook». И меня это как-то так немножко резануло.

Наталья Линькова

— И это реальная совершенно бабушка. Я смотрю в анкету и вижу там: двое детей, четверо внуков, которых она вырастила до какого-то возраста. Я говорю: «Как же так? У вас же всё хорошо, семья такая большая». Она говорит: «Да. Только в дом престарелых сейчас приедут волонтеры, им будут устраивать праздники. А я сижу одна в московской квартире и никому не нужна». У этой бабушки дети и внуки живут в разных странах, она живет одна здесь, в Москве.

А. Пичугин

— То есть она одинокий пенсионер, по большому счету?

Наталья Линькова

— По большому счету, да. Сегодня она позвонила узнать как раз про мероприятие, в чём ей выглядеть, и можно ли она придёт с другом?

В. Емельянов

— То есть, я так понимаю, что эти бабушки, в том числе спасаются от одиночества.

Наталья Линькова

— Конечно.

В. Емельянов

— Другой вопрос: почему ни дети, ни внуки из этих разных других стран не забрали её к себе?

Наталья Линькова

— Но это не наш вопрос.

В. Емельянов

— Я понимаю. Но мы же просто пытаемся рассуждать на эту тему. Потому что мы недавно разговаривали с друзьями, сидя в большой компании. И у всех уже, кроме семейной пары, которая помоложе, чем мы все вместе взятые, у всех родители довольно пожилые люди. Там, скажем, от 70 до 80 лет. И все понимают, что по идее… У некоторых, например, у одной пары родители живут вообще на Украине, в Запорожье. Они пока не хотят оттуда переезжать. Просто потому, что у них там дом, они прожили всю жизнь там и всё такое прочее. Но рано или поздно это придётся сделать, потому что не моим друзьям придётся ехать в Запорожье, а их родителям придётся переезжать сюда. Другая семья то же самое, говорит: «Мы прекрасно понимаем, что через некоторое время, лет через 5-10, все проблемы, все заботы по уходу, по содержанию лягут на наши плечи». То есть люди отдают себе отчет, они себя к этому готовят. Я подозреваю, что не во всех семьях так происходит. Действительно, есть брошенные старики, одинокие, при вполне себе здравствующих, вполне себе состоятельных детях и внуках. Но я просто к чему веду — к тому, что, может быть, они ещё и от одиночества таким образом закрываются, пытаются… Не то что, говоря высокими словами, приносить пользу и всё такое-прочее, а просто от одиночества уходят. Но не сидеть же, щелкать пультами целыми днями.

Наталья Линькова

— Конечно. Им важно быть кому-то нужными, быть востребованными. И хорошо, если плюс к этому они еще какие-то деньги получают. Потому что те, кто приглашает бабушку на час, это не самые богатые семьи. Это люди, которые не могут нанять себе гувернантку, которые не могут нанять себе домой австрийских, филиппинских нянек. Это, в общем-то, финансово ограниченные люди. Это молодые семьи, в основном. Они платят 250-300 рублей в час. Это то, что они могут себе позволить. Бабушкам это прибавка…

В. Емельянов

— То есть бабушке «пилить» через весь город, скажем, из Бибирево…

Виктория Вершинская

— Нет, нет, у нас нет этого. Мы стараемся ограничивать…

Наталья Линькова

— У нас есть, конечно, авто-няни, которые на машинах могут развозить. Такие бабушки у нас тоже есть.

А. Пичугин

— Давайте сразу технологически весь процесс расскажем, чтобы у слушателей была картинка, как это происходит, как люди находят друг друга, и что каждому за это бывает. И вообще, вы говорите, что районами делятся, что стараетесь подбирать так, чтобы ехать было не очень далеко. Давайте с начала и до конца расскажите, пожалуйста, как это выглядит в технологии.

Виктория Вершинская

— Итак, Наташа, как к нам попадают бабушки — расскажи, пожалуйста!

Наталья Линькова

— Бабушки регистрируются у нас на сервисе www.babushkanachas.ru. Там есть кнопка «Стать бабушкой». Она заполняет анкету, пишет о себе, размещает свою фотографию. Это анкета попадает к нам.

В. Емельянов

— То есть бабушка должна быть интернет-подкованной?

Наталья Линькова

— Вы не поверите, они очень подкованные в Интернете.

В. Емельянов

— Я поверю, что не все подкованные, далеко не все.

Наталья Линькова

— Наша аудитория подкована. У нас есть несколько бабушек, которым дети это сделали.

В. Емельянов

— Вот возможно, да.

Наталья Линькова

— Но это единицы именно среди наших бабушек. Сейчас у нас в базе около 600 бабушек. Это Москва.

В. Емельянов

— Ну, Москва — 15 миллионов человек. Что такое 600 бабушек на 15 миллионов? Это вообще ничто!

Наталья Линькова

— Но мы и начали только недавно. Всего несколько месяцев.

В. Емельянов

— Хочу напомнить нашим слушателям, а то вдруг они запамятовали, что у нас сегодня в гостях автор, руководитель и сооснователь проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час» Наташа Линькова; и наша коллега, радиоведущая и руководитель пресс-службы проекта «Возрасту.нет» Виктория Вершинская. Продолжаем…

Виктория Вершинская

— Я хочу уточнить одну важную деталь и хочу, чтобы Наташа об этом рассказала, поскольку я знаю, я свидетель того, какой огромный массив информации через себя она пропускает. Наташа, расскажи, пожалуйста, как ты каждую бабушку лично собеседуешь, какое количество времени ты на это тратишь? Ведь это большой труд, чтобы найти одного действительно нужного человека, который не подведет и сделает качественно свою работу, причем, надо сказать, совсем за небольшие деньги. Наташе приходится очень много работать. Вот расскажи, Наташа, пожалуйста, про это. Это тоже важно.

Наталья Линькова

— Итак, после того, когда бабушка у нас регистрируется, её анкету не видит никто, кроме меня и нескольких сотрудников. Она попадает к нам. По мере обработки этих анкет я всех прозваниваю. Либо моя коллега. Мы прозваниваем абсолютно всех, мы общаемся, мы собеседуем, мы задаем разные вопросы, в том числе и каверзные, и ситуационные.

В. Емельянов

— Например, какой каверзный вопрос?

Наталья Линькова

— «Вы пришли в семью. Мама оставила ребенка. Мама ушла. Ребенок был ангел. Как только мама вышла за порог, ребенок начал крыть вас матом. Ваши действия? Что вы будете делать?» Такое бывает. Или: «Вы пришли в семью и встретились с не совсем приятным, достойным отношением к вам».

А. Пичугин

— «Принеси, подай!» Да? Мягко говоря.

Наталья Линькова

— Да. Мы, кстати, с таким встречались. То, что вы сказали, это очень мягко. То есть мы столкнулись с тем, что одну нашу бабушку, доктора наук…

Виктория Вершинская

— В крепостные крестьянки пытались записать!

Наталья Линькова

— Да, ей объяснили, что…

В. Емельянов

— Где её место? Или как?

Наталья Линькова

— Причем бабушка очень интеллигентная. Это чудесный человек.

Виктория Вершинская

— Которую Наташа с большим трудом нашла, оттренировала и отправила на работу.

В. Емельянов

— Так, давайте пока временно остановимся на этих двух историях. И что с бабушкой потом было?

Наталья Линькова

— Там ситуация была такая. Бабушку попросили прийти в семью, поухаживать за ребенком. Мама работает, папа работает. Договаривались на несколько часов в день, по-моему, с 3 до 5 часов или с 3 до 7, обговаривали график. Там они рядом живут, через несколько домов. Бабушка согласилась. Родители уезжают. И в первый день вернулись не в нужное время, как обговорили, а часов в 11. Во второй день часов в 12. Потом в час ночи. Бабушка сидит с ребенком.

А. Пичугин

— А бабушке это не выгодно?

В. Емельянов

— Бабушке выгодно, у неё же почасовая оплата.

Наталья Линькова

— У бабушки тоже свои планы какие-то могут быть. Почему на это не обращают внимание? И такие вещи нужно все-таки проговаривать. Это живой человек, он планирует свое время. Или хотя бы заранее предупреждать.

А. Пичугин

— А есть рейтинговая система?

Наталья Линькова

— Есть.

В. Емельянов

— Ну, невоспитанные люди везде есть. Так, и что дальше?

Наталья Линькова

— И еще одна ситуация у нас была с этой бабушкой. Она копила себе деньги на билет в Большой театр, взяла его. Мама в тот день ей сказала, что часа в 3-4 она её освободит. Бабушка красивая с ребенком, привела, покормила. Мама пришла где-то в 11 часов ночи и объяснила бабушке, что: «Ты скажи спасибо, что тебе, вообще, дают хоть копейки, тебе есть, на что жрать». Вот дословно.

А. Пичугин

— А бабушка кто?

В. Емельянов

— Доктор наук.

А. Пичугин

— Это вот как раз история про бабушку — доктора наук.

Наталья Линькова

— Да. Бабушка просто одуванчик. И эту историю я узнала не от бабушки. Бабушка извинилась, ночью дошла домой, позвонила мне, сказала: «Наталья, вы простите, пожалуйста, можно я в эту семью больше не пойду? У вас же есть еще семьи, где я могу пригодиться?»

В. Емельянов

— Рассказ из серии «Спасибо, что не ударили».

А. Пичугин

— Ей не компенсировали билет в Большой театр?

В. Емельянов

— Кстати?

Наталья Линькова

— Нет, я ей компенсировала те деньги, которые ей за переработку не доплатили. Я ей сама их перевела.

В. Емельянов

— Могли бы и билет в Большой театр купить.

Наталья Линькова

— А историю я узнала от мамы, которая позвонила ко мне со скандалом: «Надо же, какая нахалка! Мы ей даем деньги…»

Виктория Вершинская

— А она ещё и протестует!

Наталья Линькова

— Да, а она еще что-то говорит. Вот, мы эту маму в наш «черный список» внесли.

А. Пичугин

— Внести в «черный список» — это единственный инструмент воздействия на таких непорядочных мам? Или можно…

Наталья Линькова

— Для нас, да.

В. Емельянов

— Озвучить же можно где-то в социальной сети.

Наталья Линькова

— Я не считаю, что это правильно в данном случае.

В. Емельянов

— Но, может быть, и да. Я с вами соглашусь.

Наталья Линькова

— Наверное, всё-таки это некорректно, это личные отношения. Тем более что от бабушки я вытаскивала эту информацию. Она не хотела рассказывать.

В. Емельянов

— Алёш, если позволишь, ещё один вопрос. Я вернусь… Если, как вы говорите, она сталкивается с тем, что ребенок ее кроет матом, то как ей здесь поступать? Как герой Сергея Безрукова в фильме «Каникулы строгого режима»? Или как-то иначе?

Наталья Линькова

— Реакция у всех разная.

Виктория Вершинская

— Я не смотрела фильм.

Наталья Линькова

— Я тоже не смотрела. Реакции, действительно, у всех разные. Мы эти ситуации разбираем на курсах. То есть мы моделируем ситуации, мы их проигрываем с ними. Тем более всё-таки это чужие дети. Ты не постоянно с ними находишься. Ты их, может быть, один раз увидел на несколько часов и больше не увидишь.

В. Емельянов

— Есть большой соблазн научить правильно, как это делать.

Наталья Линькова

— Вот то, что мы всегда говорим. Пункт номер один: никогда не учить родителей, как им обращаться со своими детьми. Для этого есть мама, есть папа. Это их ребенок. И только они знают, как его нужно воспитывать. Бабушка — это просто помощница для мамы.

А. Пичугин

— «Каникулы строго режима», наверное, не все смотрели. А такой, почти культовый, фильм начала нулевых «Жмурки», я думаю, многие. Нет? Наши гости качают головой. А там…

В. Емельянов

— Они, вообще, кино такое, может быть, не смотрят. Некогда им.

Виктория Вершинская

— Нет, criminality, даже комедийное, не совсем…

А. Пичугин

— Там Никита Михалков в главной роли. (Смеется.) Просто там как раз образ такого ребенка, которого… Бандитские 90-е, сын главного криминального авторитета города Владик…

Виктория Вершинская

— Я почему-то сейчас вспомнила ребенка из фильма «Родня» с Нонной Мордюковой. Там, где играет Федя Стуков чудесную, невероятную, отвратительную девочку, которая совершенно жутким образом «строит» бабушку, которая приехала из деревни, чтобы любить, печь пироги, а вот девочке это не надо… У нее в наушниках «Бони М» и всё.

В. Емельянов

— Она же её не «строит», она просто вообще в своем мире живет отдельно. Городской современный ребенок.

Виктория Вершинская

— Да, городской современный ребенок. А сейчас дети живут полностью в своих смартфонах, планшетах. Вот приходит бабушка : «Вот же ж пироги, сейчас всё будет!» — «Нет, не надо, у меня есть планшет». Там кто-то ходит, кто-то пришел, неважно. То есть ребенок иногда даже не понимает, что сменилась бабушка на родителя. Вот здесь, конечно, уже вступает тот профессионализм, над которым работает Наталья. Так что, Наталья, рассказывай дальше! Не буду тебе мешать, перебила. (Смеется.)

Наталья Линькова

— У нас были такие случаи…

В. Емельянов

— Мы вот выяснили эти два момента по поводу хамского отношения к доктору наук, пожилому человеку, и как вести себя, если матерится ребенок. А Лёша у вас спросил изначально: как всё это происходит дальше?

Наталья Линькова

— Была ситуация, когда ребенок матерился. Девочка, кстати.

В. Емельянов

— Мы это поняли, да.

Наталья Линькова

— И наша бабушка спокойно села с ней, сказала: «Давай поиграем в игру. Ты кого-то куда-то послала — меняем фразу». И начали играть в светских элитных девочек царских времен. И они составили целый список.

В. Емельянов

— Светские элитные девушки царских времен?

А. Пичугин

— Может, Институт благородных девиц?

Наталья Линькова

— Правильно, я забыла название, простите.

А. Пичугин

— Мне вот очень интересно: а у них, вообще, какая-то минимальная возможность воспитывать этого ребенка есть? Или, если он уткнулся в планшет…

Наталья Линькова

— Всё строго по указанию родителей. Если родители говорят, что ребенок может сидеть в планшете сутки…

А. Пичугин

— Да, сидит, понятно.

Наталья Линькова

— А если мама говорит, что, пожалуйста, ребенком нужно позаниматься, ребенку нужно выучить «от сюда до сюда», ребенку нужно объяснить что-то еще... У нас есть семья — одинокая мама с тремя мальчиками, и к ним приходит дедушка — им нужно мужское внимание…

А. Пичугин

— Я вижу у вас на сайте есть бабушка на час, а есть дедушки, несколько человек.

Наталья Линькова

— Да. Просто мы не все анкеты туда выгружаем. У нас есть часть анкет, которые мы закрываем пока. И да, там какое-то воспитание идёт, конечно. То есть с позволения родителей… И всё это оговаривается очень строго с родителями. Что хотят родители непосредственно от человека, который пришел? Так вот, когда бабушка зарегистрировалась, мы ей звоним, проводим собеседование. Мы с каждой бабушкой общаемся обязательно. Без этого у нас человек не попадает в принципе в нашу базу. И из тех, с кем мы общаемся — буквально позавчера Вика стребовала с меня статистику, — где-то из 100 бабушек, дай Бог, только 10 доходят до базы. И дальше мы смотрим на них в деле. То есть далеко не все, кто к нам звонит или кто размещает анкеты, попадают к нам в базу.

Виктория Вершинская

— Бывают и бабушки такие, которые звонят, да, и вроде бы мы понимаем, что сейчас у нас будет специалист, хороший человек. А бабушка нам говорит: «250 рублей, вы что?»

В. Емельянов

— Вы что?

А. Пичугин

— Частная консультация стоит больше!

Виктория Вершинская

— Вот да. А есть люди, которые просто хотят делать какое-то интересное дело для себя, для пользы.

А. Пичугин

— Идеальная бабушка — воспитатель, военный пенсионер, прокурор.

Наталья Линькова

— А у нас есть такая бабушка. Кстати, бывшая военная. Очень хорошая!

В. Емельянов

— А эти дедушки, которые приходят к детям, не бывшие военные?

Наталья Линькова

— Есть бывшие военные. У нас четверо есть таких.

В. Емельянов

— Потому что можно же вспомнить, что в России царских времен вообще было принято иметь дядькой служивого солдата, который принимал непосредственное участие в воспитании барчука.

Виктория Вершинская

— Особенно мальчика, да.

В. Емельянов

— Да. И он его «строил», и мог всыпать, если что.

Виктория Вершинская

— (Смеется.)

В. Емельянов

— А что тут такого?

Виктория Вершинская

— Сейчас, в XXI веке, со «всыпать» уже гораздо сложнее.

А. Пичугин

— Но если родители говорят, что можно его бить планшетом по голове, если он не хочет его отставлять, то, наверное…

Наталья Линькова

— Вы думаете есть такие родители?

А. Пичугин

— Я думаю, что нам тоже по шее за этот вопрос дадут. (Смеется.)

Наталья Линькова

— Я думаю, что нет таких родителей, кто позволит даже плохо посмотреть на своего ребенка.

Виктория Вершинская

— Нельзя бить детей планшетом по голове! Давайте это проговорим. (Смеется.)

В. Емельянов

— Я думаю, что с дедушкой в «войнушку» не особо поиграешь, да. Вот если вы говорите, что у вас бабушки от 45, то на роль дедушки на час я подхожу. Но, ей Богу, в «войнушку» играть не буду с ребенком, честное слово. А что касается рыбалки или обучения просто где-нибудь в полях, в лесу катанию на автомобиле, чтобы он сам порулил (желательно автомобилем родителей), ещё какие-то штуки…

Виктория Вершинская

— «Сынок, сейчас представь, что тебя подвесили ногами к дереву. Твои действия?» (Смеется.)

В. Емельянов

— Может быть. Может, что-то лёгкое смастерить. У вас такие дедушки есть?

Наталья Линькова

— Да, есть, конечно. На велосипедах ездят, на лошадях ездят с детьми. Мамы отпускают. Один дедушка уже даже купил нужное ему автокресло, потому что он знает несколько семей, где он забирает детей и их возит — где-то они занимаются.

А. Пичугин

— А какие бумаги надо подписать, чтобы родители отпускали вместе с таким дедушкой или бабушкой детей куда-то на прогулку, на рыбалку, в лес?

Наталья Линькова

— Мы рекомендуем родителям подписывать договор. Он защищает обе стороны.

Виктория Вершинская

— Главное, что защищает!

Наталья Линькова

— Дальше уже дело родителей — будут они это делать или не будут.

В. Емельянов

— Обеспечивает защиту каждой из сторон.

Виктория Вершинская

— Да.

А. Пичугин

— Мне все равно кажется, что образ Фрекен Бок из «Малыша и Карлсона»…

В. Емельянов

— Она прекрасная няня, мне кажется…

А. Пичугин

— Да. Вот я тоже хотел сказать, что она же няня-то неплохая, если смотреть на неё глазами взрослых.

Виктория Вершинская

— Так можно тогда вспомнить чудесную тетушку в «Мэри Поппинс», которую, по-моему, Олег Табаков сыграл.

В. Емельянов

— Мисс Эндрю!

Виктория Вершинская

— Точно! На линейку всех строил.

В. Емельянов

— Да. «Сигнала к завтраку не было!»

Виктория Вершинская

— То есть, если у нас сегодня такие киноассоциации, то можно, в принципе, образов, типажей набрать великое множество.

В. Емельянов

— Да, согласен.

Виктория Вершинская

— Именно здесь как раз таки, я еще раз говорю, появляется на первом плане главный наш «золотодобытчик», я по-другому не могу назвать Наталью, потому что она действительно добывает по крупицам бриллианты.

В. Емельянов

— А вы, Наташа, бриллианты вот добываете. А вы вообще не в курсе, на Западе такая история в принципе возможна или нет? Там есть такого рода услуги?

Наталья Линькова

— Вы знаете, у меня эта история началась с докторантуры в Барселоне. И первый сервис я тестировала там.

А. Пичугин

— То есть вы и были основателем там, в Испании?

Наталья Линькова

— Это является Западом для нас?

А. Пичугин

— Да.

В. Емельянов

— Испания? А для вас нет?

Наталья Линькова

— Ну, для меня она как родная просто. (Смеется.)

В. Емельянов

— А, это другое дело.

Наталья Линькова

— Вы просто сказали «на Западе», и я не поняла.

В. Емельянов

— Ну, в странах Западной Европы, мне кажется, что это невозможно, потому что там пенсионеры живут несколько иной жизнью.

Наталья Линькова

— Это возможно. «Топ-няня» работает в Барселоне очень успешно. Есть подобные сервисы, они начали открываться. Конечно, есть большая разница, в менталитете она огромная. Если в Испании…

В. Емельянов

— Да, Наташа, давайте мы вернемся через минуту к этому разговору. Сейчас нам надо ненадолго прерваться. Вы слушаете «Светлый вечер». Его ведут для вас Владимир Емельянов.

А. Пичугин

— И Алексей Пичугин!

В. Емельянов

— И наши сегодняшние гости: Наталья Линькова — автор, руководитель и сооснователь проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час»; и наша коллега, радиоведущая и руководитель пресс-службы этого проекта Виктория Вершинская. Мы вернемся, действительно, через минуту.

А. Пичугин

— И мы возвращаемся в студию светлого радио, где сегодня я — Алексей Пичугин.

В. Емельянов

— И я, Владимир Емельянов!

А. Пичугин

— Мы беседуем с нашими гостями. Здесь, в этой студии, автор, руководитель и сооснователь проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час» Наталья Линькова; и Виктория Вершинская — радиоведущая и пресс-секретарь проекта «Возрасту.нет».

Виктория Вершинская

— Руководитель пресс-службы. (Смеется.)

А. Пичугин

— Руководитель пресс-службы, простите!

Виктория Вершинская

— Здравствуйте!

В. Емельянов

— Понизил!

А. Пичугин

— Кстати говоря, я уж не знаю. Назови пресс-секретаря Президента руководителем пресс-службы, он обидится, скажет: «Я — пресс-секретарь».

Виктория Вершинская

— Хорошо, Алексей, сегодня я могу побыть пресс-секретарем, не вопрос! (Смеется.)

В. Емельянов

— А пока Виктория с Алексеем разбираются, где кому быть и как называться… Наташа, мы давайте с вами продолжим рассказ. Мы прервались на том: а возможны ли такие сервисы в странах Западной Европы? Про Америку, наверное, сейчас не будем говорить. Тем не менее вы сказали, что такие сервисы существуют, но есть разница в менталитете. И в чем принципиальное отличие не менталитета, а этих служб?

Наталья Линькова

— Разницы в самих службах особо сильной нет. Но если в Италии, Испании бабушки, даже те, которые вышли на пенсию, совершенно спокойно идут и помогают тем, кому еще хуже — в дома престарелых, в хосписах их очень много. В Польше, кстати, то же самое. В хосписы берут дам зрелого возраста именно потому, что возрастным пациентам очень неловко, когда к ним подходит молоденькая девочка обрабатывать раны, переворачивать, обрабатывать пролежни. А когда подходит дама, «такая же как я» это называется, они чувствуют себя более раскованными, им комфортнее, они знают, что эта женщина точно понимает их потребности. И у меня есть несколько моих уже взрослых подруг в Барселоне. Там одной девушке 70 с чем-то лет, второй тоже около 80. Они помогают дому престарелых несколько раз в неделю по несколько часов. Приходят обрабатывать старичков, сажают их на коляски и возят к морю, возят их на площадь на дискотеки, чтобы показать, что жизнь-то продолжается, всё хорошо и они тоже вовлечены в эту жизнь.

В. Емельянов

— Это такое волонтерское движение. У нас это тоже есть.

Наталья Линькова

— Почему? Они зарабатывают.

А. Пичугин

— Им за это платят!

Наталья Линькова

— Конечно, им за это платят!

В. Емельянов

— Так и нашим бабушкам тоже платят.

А. Пичугин

— Здесь платят, но есть огромное количество социальных услуг (о которых мы здесь, кстати, часто говорим), за которые никто ничего не получает. Абсолютно добровольно…

Наталья Линькова

— Ну, это здорово!

А. Пичугин

— Да, здорово!

Наталья Линькова

— У нас есть тоже две бабушки, у которых есть всё в жизни, они обеспечены. И они могут позволить себе совершенно бесплатно заниматься детьми и достаточно часто это делают.

А. Пичугин

— А вот попробуй, пошли такую бабушку!

Наталья Линькова

— Она сама пошлет.

А. Пичугин

— Ну, вот. Так это ж хорошо.

Наталья Линькова

— Причем так хорошо пошлет. Это такие хорошие дамы.

В. Емельянов

— Что вы вкладываете в это понятие «такие хорошие дамы»? Они состоятельные?

А. Пичугин

— Они приезжают на «Гелендвагене»…

Наталья Линькова

— Они образованные.

В. Емельянов

— Понятно.

Наталья Линькова

— Они эрудированные. У нас много языковых бабушек, что для меня очень удивительно. У нас есть еще отдельная категория, мы ее не ждали в сервисе.

В. Емельянов

— VIP-бабушки?

Наталья Линькова

— Вы знаете, в каком-то смысле, да.

В. Емельянов

— Им-то, зачем это нужно?

Наталья Линькова

— Это мамы особенных детей, бабушки особенных внуков, которые уже их вырастили, которые знают все эти сложности. И сейчас, когда детям уже по 20 лет, они их социализировали, они помогают молодым мамам с особенными детьми. Вот для меня это VIP-бабушки, да!

Виктория Вершинская

— Это то, что мы называем инклюзивная история вся.

Наталья Линькова

— Эксклюзивная.

Виктория Вершинская

— Эксклюзивная инклюзивная!

А. Пичугин

— Но она и инклюзивная тоже, Вика права.

Наталья Линькова

— Это если говорить про VIP. А есть состоятельные бабушки, и хорошо, что они есть. И жалко, что многие из них одиноки, но они находят возможность быть востребованными. Наша задача просто соединить тех молодых людей или семьи, которым нужна помощь, и старшее поколение, которое может оказать эту помощь. Просто сделать связь поколений!

В. Емельянов

— Казалось бы, состоятельный пожилой человек. Пожалуйста, перед тобой все двери мира открыты, путешествуй!

Наталья Линькова

— Они и путешествуют.

А. Пичугин

— Но, может быть, им не хватает… Может быть, для их собственных внуков нанимают каких-то специальных нянь со стопроцентным знанием иностранного языка…

Наталья Линькова

— Именно одна такая у нас есть, да.

А. Пичугин

— И просто у нее нет возможности позаниматься с ним, почитать ему сказки. Потому что ей вручают книжку про Малыша и Карлсона на английском и говорят читать её на английском, а она английского не знает. У нее всё есть, ей хочется просто нормального человеческого общения с внуками, как она своих детей растила.

В. Емельянов

— Всё равно, это же получается эрзац какой-то.

А. Пичугин

— Почему?

В. Емельянов

— Потому что это же не твои внуки.

А. Пичугин

— Но тогда вся эта система — эрзац.

В. Емельянов

— А она и есть, мне кажется, эрзац. Я не говорю о том, что это плохая система, что это ненужная служба, но она и есть эрзац. Это просто подмена как бы, и всё. И мне кажется, что к такой службе люди прибегают только в крайних случаях каких-то, когда действительно просто времени нет, или что-то такое организовалось и просто не с кем оставить ребенка. И тогда, да, люди обращаются, им нужна бабушка на час или няня на час.

Наталья Линькова

— Да, да.

В. Емельянов

— Когда вот действительно «безвыходняк» просто.

А. Пичугин

— А бывают обратные случаи? Вернее, не обратные, а когда есть бабушка, есть дедушка, есть кому посидеть с ребенком. Но им говорят: «Мама, папа, нет! Мы обратимся в сервис «Бабушка на час».

Наталья Линькова

— Мы не сталкивались.

А. Пичугин

— То есть это какая-то всё равно вынужденная история всегда?

Наталья Линькова

— В основном, да. У нас есть наши клиентки — девушки с трёх телеканалов, которые после того, как делали про нас программы, облюбовали наших бабушек, которых снимали. И мы вынуждены были спрятать анкеты этих бабушек, потому что они их забрали просто.

Виктория Вершинская

— Здесь надо отметить, что люди, которые работают на телевидении, обычно и живут там, на телевидении, поскольку это работа круглосуточная практически.

Наталья Линькова

— Да. И у нас там девочка есть, которую периодически выдергивают… Журналист, корреспондент, как это правильно называется?

А. Пичугин

— Корреспондент.

Наталья Линькова

— И ее выдергивают на какие-то репортажи, она может в 4 часа утра позвонить этой бабушке со словами: «Пожалуйста, вы можете приехать к моим двум детям?» И бабушка приезжает в 4 утра…

А. Пичугин

— Но это заранее оговорено, что телефонный звонок может быть в любое время?

Наталья Линькова

— Да. То есть она знает, что у неё есть три бабушки. Если одна не сможет приехать — занята, то она позвонит второй или третьей. Кто-то из них все равно ее выручит. Либо она отвезет своих детей к одной из этих бабушек. Такое тоже у нас бывает.

А. Пичугин

— А какая система? Они получают определенную сумму, условно 200 рублей в час, и какой-то процент с этой суммы идет вам? Или вы абсолютно благотворительно этим занимаетесь?

Наталья Линькова

— Бабушка сама обозначает стоимость своего часа времени.

В. Емельянов

— Вы рамки задаете какие-то?

Наталья Линькова

— Нет.

В. Емельянов

— А от чего она может отталкиваться?

Наталья Линькова

— Мы говорим, что по нашей практике…

В. Емельянов

— Вы говорите бабушкам?

Наталья Линькова

— Да, мы рассказываем, что если в анкете написано, что более 300-350 рублей, то такие анкеты практически не просматриваются. Вчера у нас первый раз за всё время попросили контакты бабушки, у которой час стоит 500 рублей. Но у нее есть опыт работы дефектологом, который нужен для данного ребенка. Бабушки сами смотрят и видят, что если они будут ставить 200 рублей, то вероятность, что их анкету будут смотреть, больше. Они сами ставят себе цену.

В. Емельянов

— Чем дешевле, тем более вероятно попадание.

Наталья Линькова

— Кстати, 100 рублей в час — у нас тоже были такие случаи. Но их даже не открывают, не знаю, почему. Наверное, есть эта самая правильная середина, которая идёт… Родители платят бабушке напрямую. Бабушка нам, естественно, никакой процент не платит. Это было бы нехорошо с нашей стороны.

А. Пичугин

— Нет, за 100 рублей — это понятно, это известная история. Меня как-то раз попросила провести одно мероприятие довольно крупная компания, для довольно высокопоставленных людей. И так как попросили хорошие знакомые, то я и попросил немного, потому что вроде как… А те решили, что раз просит мало, то, значит, что-то не то, и в итоге нашли кого-то в 20 раз, по-моему, дороже…

Наталья Линькова

— Вот так.

А. Пичугин

— Ну, вроде как тут продешевили, называется.

В. Емельянов

— А приходят они на несколько часов?

Наталья Линькова

— Чаще всего бабушки ставят время с ребенком — минимум 3 часа. А дальше они уже непосредственно с родителями договариваются сами. Иногда на час.

В. Емельянов

— Все равно, мне кажется, что 200 рублей это очень мало, потому что я вынужден ходить в аптеку, как и все мы, и я вижу, что цены на медицинские препараты… И я хожу по магазинам и вижу цены на продукты, я знаю среднестатистическую пенсию по Москве. Я про регионы не говорю, потому что я в регионах не живу, и у меня нет родственников-пенсионеров в регионах, я не знаю какие там пенсии. Я говорю про Москву: 600 рублей это вообще ничто!

Виктория Вершинская

— Здесь можно согласиться — это немного. Но, с другой стороны, если у нас есть пенсионер, у которого много свободного времени, есть силы, есть знания, есть опыт, и при этом он целыми днями сидит дома. Что ему делать дома? Условно, смотреть сериалы, сидеть с кроссвордом. А тут можно хоть за какие-то деньги… Всё равно это впечатления, это общение, это какая-то социальная жизнь в любом случае. Поэтому, да, 200 рублей это немного, но мы начинаем с этого. И действительно, если у нас есть услуги бабушки, которая стоит 500 рублей, допустим, она тот же дефектолог... Родители прекрасно понимают, что отдельные занятия с дефектологом стоят гораздо дороже.

В. Емельянов

— Конечно, да.

Виктория Вершинская

— А тут придет бабушка — и посидит, и позанимается, и пообщается. И для бабушки в ответ это тоже общение, тоже возможность какие-то…

Наталья Линькова

— Это ресурсы. Для бабушек это очень ресурсно.

В. Емельянов

— Ну, вот только лишь то, что таким образом происходит социализация этих одиноких стариков говорит мне о том, что такой ресурс полезен.

А. Пичугин

— Подожди, но это же хоть какая-то копеечка. Во-первых, большинство пенсионеров и стариков по-другому ходят в магазины продуктовые, не так, как мы. Мне один раз и на всю жизнь был дан один очень хороший урок. Я стоял в очереди за бабушкой в небольшом поселковом магазине — местной жительницей. Я посмотрел, как и что она покупает. Она купила… У меня просто мозг так не работает, я близко бы не подумал, что можно купить это-это-это и ещё вот то, ещё внукам на конфеты останется, на какие-то сладости себе, еще на что-то. Получается целая продуктовая корзина на месяц, по-моему. И потратить на всё это 900 с чем-то рублей. У них просто голова по-другому работает.

В. Емельянов

— Ну, если нас Господь сподобит дожить до этого возраста, до таких лет, то мы с тобой, наверное, тоже будем так ходить в магазин…

А. Пичугин

— Я очень надеюсь.

В. Емельянов

— И нам тогда будет понятно, как можно на тысячу рублей…

Виктория Вершинская

— Купить огромную тележку.

В. Емельянов

— Да, купить огромную тележку. Я знаю, предположим, что старики себе меньше одежды покупают, возможно, меньше обуви. Потому что, если уж они покупают обувь, то покупают её с удобной колодкой, и понятно, что она прослужит им дольше, чем какие-то там…

Виктория Вершинская

— Знаете, очень часто люди пожилого возраста говорят, что чем старше становишься, тем меньше у тебя потребностей в одежде.

В. Емельянов

— Да, да.

Наталья Линькова

— Меньше желаний.

Виктория Вершинская

— Тебе много, в принципе, не надо. Тебе главное, чтобы было тепло, удобно и самое главное, чтоб у тебя при этом была возможность в этом во всем выходить в свет и выглядеть прилично. Всё, много не надо!

В. Емельянов

— Они так и к еде относятся. Это должны быть не деликатесы какие-то… Иногда им, наверное, тоже хочется полакомиться чем-нибудь. Я тут не говорю про икру, лобстеров, но хотя бы про хорошую соленую рыбу и т.д. Конечно, им этого тоже хочется, но еда должна быть домашней, сытной и, в общем, не очень дорогой. Поэтому, да. Мы, конечно, совершенно по-другому продукты покупаем. Я имею в виду людей, которые помоложе, хотя тоже не всех.

Виктория Вершинская

— Просто пожилой человек покупает продукты разумом, а мы покупаем желудком и глазами. Приходим в магазин, видим что-то и сразу хватаем…

В. Емельянов

— Поэтому я давным-давно перестал ходить в магазин натощак, даже если покупаю продукты на неделю.

Виктория Вершинская

— Хорошая мысль. (Смеется.)

В. Емельянов

— Это не мысль, это просто реально получается…

Наталья Линькова

— Я вообще давно не хожу в магазин, в принципе.

В. Емельянов

— Вам везет. Может быть, вы заказываете на дом?

Наталья Линькова

— Нет, у меня есть муж, мне повезло.

В. Емельянов

— Ну вот. Нет, я серьезно, кроме шуток говорю, что если ты идешь сытый, то ты понимаешь, что экономишь деньги, потому что не покупаешь кучу всего ненужного.

Виктория Вершинская

— Ты не сорвешься на красную рыбу, которая сейчас не нужна.

В. Емельянов

— Да, да.

Виктория Вершинская

— А вот Алексей, мне кажется, сорвется. (Смеется.)

В. Емельянов

— Просто время ужина, Лёш, понимаешь, поэтому о еде как-то хочется поговорить.

Наталья Линькова

— А по поводу заработка… У нас бабушки в среднем за неделю зарабатывают где-то 7-8 тысяч. Это те бабушки, которые востребованы. Это, соответственно, в неделю. Там составляется график с семьями, в которых они работают. Это при стоимости часа 250 рублей. Для них это прибавка к пенсии, хорошие деньги.

А. Пичугин

— А хорошая прибавка!

Наталья Линькова

— То есть в месяц получается в районе 20000. И для них это деньги, правда.

А. Пичугин

— И сейчас вас слушают регионы…и там начинают не понимать, о чем мы с вами сейчас говорим по поводу того, что это мало, ничтожно.

Наталья Линькова

— У нас есть такое, что…

В. Емельянов

— Нет, Алёш, я же сказал, что речь идёт о Москве.

А. Пичугин

— Нет, я понимаю.

В. Емельянов

— Просто Москва и регионы, Москва и провинция…

А. Пичугин

— Это разные планеты.

В. Емельянов

— Пускай люди, которые живут не в Москве, а в тех городах, которые я называю провинцией… Мне нравится это красивое русское слово «провинция», мне не нравится слово «периферия». Русская провинция! У нас же совершенно другие ценники, совершенно другой уровень жизни, совершенно другие траты и т.д.

А. Пичугин

— Ты приедешь в провинцию, и тебе скажут: «А цены у нас московские!»

Наталья Линькова

— А вы понимаете, что там и отношение людей друг к другу несколько иное. Мы смотрели на регионы. И, конечно, мы постараемся выходить в регионы, в «миллионники», но в городах поменьше наши сервисы не нужны, скорее всего. Там люди, живущие в одном доме, знают друг друга. Они знают своих соседей, они могут отвести ребенка к соседке, и соседка будет этому рада. Там не будет разговора о том, кто, кому, какие деньги за это должен.

В. Емельянов

— Итак, у нас в гостях автор, руководитель и сооснователь проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час» Наталья Линькова; и Виктория Вершинская — радиоведущая, наша коллега и руководитель пресс-службы этого проекта. А какие есть у вас ещё проекты, помимо «Бабушки на час»? Я, кстати, вот ещё что хотел спросить. Ведь, насколько я понимаю, не только бабушки помогают семьям, но и вы бабушкам тоже помогаете каким-то образом?

Наталья Линькова

— И мы помогаем, Но мы больше помогаем их социализировать, проводя различные мероприятия, различные активности. То есть наша помощь такая очень условная — это организация досуга и организация занятости для старшего поколения.

А. Пичугин

— Вот вы провели для бабушек «Добрую елку» не так давно, например. Тоже важный, наверное, проект.

Виктория Вершинская

— Да. Мы собрали людей, у нас было весело. Нас было много!

Наталья Линькова

— 250 человек пенсионеров, артисты из шоу «Голос» приехали поздравить, было здорово!

А. Пичугин

— Классно! Я думаю, что не последний такой проект у вас.

Виктория Вершинская

— Самое главное, знаете, что, друзья, коллеги…

А. Пичугин

— В чем суть его?

Виктория Вершинская

— Суть в том, что 250… Ну, я не знаю, как будет дальше, но мы хотим, чтобы это была регулярная история, ежегодная, чтоб это была традиционная благотворительная елка — такое мероприятие. Мы хотим… Вернее так, мы планировали и мы сделали. Мы позвали 250 человек, и это было абсолютно бесплатно для пенсионеров. Это была елка для любого… Мы, конечно, прежде всего приоритет отдавали одиноким пенсионерам, которым не хватает общения, праздника, которые боятся, что будут встречать праздничные дни в одиночестве. И мы позвали их абсолютно бесплатно, угостили, подарили подарки, сделали для них большой веселый концерт. Все были счастливы.

Наталья Линькова

— Нас очень здорово поддержала администрация города, предоставив нам помещение. И несколько департаментов города Москвы.

Виктория Вершинская

— Да, мы делали праздник в галерее Зураба Церетели.

Наталья Линькова

— Да. Мы бы сами никогда в жизни не потянули бы такое мероприятие.

В. Емельянов

— Это на Пречистенке?

Наталья Линькова

— Да, на Пречистенке

А. Пичугин

— А планируете что-то подобное еще?

Наталья Линькова

— Да, планируем.

Виктория Вершинская

— Обязательно.

А. Пичугин

— На какие праздники? Или пока об этом еще не думали?

Наталья Линькова

— Ну, почему? У нас, вот у Виктории фантазия работает быстрее, чем…

А. Пичугин

— …Появляются государственные праздники!

Наталья Линькова

— Да!

Виктория Вершинская

— Самое прекрасное, что, когда мы только запустили эту елку, огромное количество людей отозвалось, откликнулось, пришло. Причем артисты пришли достаточно известные, хорошие, которые бесплатно выступили на нашей елке, сделали праздник для пенсионеров. Это было очень здорово, конечно. Потому что мы все делали абсолютно с нуля. У нас не было ни денег, ничего. То есть люди нам присылали и деньги в поддержку, и даже просто… Я помню, когда мы решили, что у нас на столах должно быть шампанское, что хотя бы чуть-чуть «шипучки» должно быть для наших пенсионеров…

Наталья Линькова

— Да, у меня вся квартира была в шампанском. Мне везли его ящиками…

Виктория Вершинская

— Нам просто привезли шампанское. (Смеется.) Да, люди привозили по ящику, кто сколько мог.

А. Пичугин

— У меня, вообще, создается впечатление, что не всё так плохо, как порой пытаются представить. У нас общество довольно отзывчивое. Потому что даже когда происходит где-то, в какой-то другой стране трагедия, как недавно, не дай Бог — где-то разбился самолет, где-то ещё что-то… И люди несут цветы к посольству сразу же, заполняют траурную книгу от и до.

Наталья Линькова

— У нас отзывчивые люди. Мы это почувствовали буквально на себе, потому что поддержка была колоссальная. И поддержка была, действительно, как со стороны города, так и со стороны физических лиц, людей. Несколько компаний откликнулось, передавали сувениры для наших пенсионеров. А что касается того, как мы поддерживаем бабушек, дедушек, кроме мероприятий… Вот сервис «Бабушка на час» рассчитан на вспомогательный персонал. В рамках проекта «Возрасту.нет» мы сейчас собираем анкеты людей, вышедших на пенсию, либо готовящихся выйти на пенсию с очень хорошим бэкграундом. Это те люди, которые могут реально принести пользу бизнесу, предприятиям, компаниям. Это и финансисты, и юристы, и люди, которые хорошие управленцы с подтвержденным опытом, и после госструктуры, и после больших компаний. Им, скорее всего, неинтересно будет заниматься помощью семьям с детьми или лежачими пациентами, но им интересно вливаться обратно в бизнес-среду, на предприятия. И мы начали собирать реестр компаний, которые готовы брать к себе старшее поколение в качестве возрастных наставников. Бизнес не очень готов…

В. Емельянов

— Мне кажется, что это напрасная трата времени, вообще.

Наталья Линькова

— Посмотрим.

Виктория Вершинская

— Время покажет.

В. Емельянов

— Нет, скажем, что касается моей профессии, может быть, мне интересно было бы несколько раз пообщаться с какими-то маститыми журналистами, которых, к сожалению, всё меньше и меньше становится. Но чтобы у меня был какой-то постоянный наставник… Имея опыт работы на радио с 1993 года, я не думаю, что он не стал бы вызывать у меня раздражение на 5-й день, скажем так.

А. Пичугин

— Но это, может быть, от профессии зависит.

Наталья Линькова

— Вы знаете, работая с 93-го года, мне кажется, вы сами в состоянии быть наставником. Да?

В. Емельянов

— Но я не хочу, я не способен.

Виктория Вершинская

— Владимир, а это тоже время покажет. Лет через 10… (Смеется.)

В. Емельянов

— Нет, ни в коем случае. У меня настолько расшатана нервная система, что я сразу начну чудить.

Наталья Линькова

— Есть профессии молодых, и там, действительно, взрослым специалистам не место. Digital — это всё-таки профессия молодых. Медиа — это пока профессия молодых.

А. Пичугин

— У нас настолько стремительно меняется журналистика, что я понимаю какие-то вещи, если говорить о журналистике…

В. Емельянов

— Кстати, если говорить как раз о радиожурналистике, то я должен тебе сказать, что если посмотреть внимательно и поизучать как раз западный радиорынок конкретно по нашей профессии, то там ведущие радиоэфира — это люди, которым хорошо за 40.

А. Пичугин

— Да.

В. Емельянов

— Там молодые люди на радио не работают.

А. Пичугин

— Только если радио в рамках штата или колледжа.

В. Емельянов

— Или университета. Кстати, между прочим, очень активное движение и куча известных радиодеятелей вышли из стен таких вот университетских радиостанций.

А. Пичугин

— Конечно.

В. Емельянов

— А вот на FM-волнах, на УКВ исключительно работают люди, у которых не то что какой-то рюкзачок, а у которых нормальный такой бэкграунд за плечами. Это правда.

Виктория Вершинская

— Согласна, да!

А. Пичугин

— Наверное, ты прав, потому что есть единицы людей, которые работают с 50-60-х годов до сих пор, у которых действительно можно чему-то поучиться. Но подходы меняются.

А. Пичугин

— Мы с Викой когда-то работали вместе на одной станции. И у нас была коллега — Светлана Михайловна. Я ее прекрасно помню.

Виктория Вершинская

— Старая гвардия! Такая мощная!

А. Пичугин

— Старая гвардия, 60-х годов. Она могла «построить» любого корреспондента, любого ведущего. «Божий одуванчик», она сидела в своем уголке что-то там тихо делала-делала, но как только она замечала, что, по ее мнению, что-то не так (а чаще всего ее мнение было правильным), то это был сразу взрыв, феерия, и все понимали, кто чего стоит.

Виктория Вершинская

— Вот, кстати, этого взрыва и не хватает.

В. Емельянов

— Я тоже был знаком с такой радиоведущей. И тоже на небезызвестной станции. Ее, к сожалению, уже нет в живых уже, но, кстати, она с превеликим удовольствием общалась с молодежью. И даже на фестивалях была в качестве соведущей, объявляла несколько групп и т.д. Но действительно, кстати, если кто-то просто позволял себе не поздороваться с ней, то хорошего не жди.

А. Пичугин

— Да, со Светланой Михайловной тоже нельзя не поздороваться.

В. Емельянов

— Но это правильно, на самом деле.

Наталья Линькова

— У нас на сайте есть одно интервью с директором по стратегии Российской венчурной компании, это Государственный венчурный фонд. Это совершенно прекрасный человек, который прошел школу от подводника Генштаба, писал законы. Он эксперт колоссальнейший, просто прекрасный. И в одном из лучших венчурных фондов он занимается стратегией. Он на пенсии, но его не отпускают. Ему есть чему учить, и он сам, как нам говорит, постоянно учится у молодежи. А молодежь учится у него. Учится чему? Как работать с документами, как оценивать другие компании, как делать экспертизы. Поэтому говорить, что возрастные наставники это нечто массовое — это не так. То есть если человек не востребован в профессиональной среде лет до 40, то ждать того, что он будет востребован на пенсии, наверное, неправильно. Он будет востребован только в том случае, если он себе сделал имя, заработал какой-то опыт, какие-то знания, которые он может передать.

В. Емельянов

— И стало быть, право их передавать, заработал это право. Наверное, да.

Наталья Линькова

— Да, это действительно нужно заработать.

В. Емельянов

— Но еще раз говорю, что было бы желание. Я бы, например, не согласился.

Наталья Линькова

— Было бы желание, конечно.

А. Пичугин

— Вот известная история. Был такой нарком нефтяной промышленности в 40-е годы — Николай Байбаков, ещё «сталинский» нарком. Он умер несколько лет назад. И ещё за пару лет до смерти он выступал в Госдуме, Совете Федерации со своими докладами о его видении развития нефтяной промышленности и обо всех этих нефтяных взаимоотношениях России с другими странами. И его слушали, его мнение считалось экспертно-ценным. А он ведь ещё нарком «сталинский», 1943 года, министр.

В. Емельянов

— Видишь, бывают исключения. Я просто, почему о себе говорю, потому что у меня было приглашение от одного из лицензированных, скажем так, учебных заведений, в котором дают дипломы государственного образца, прийти и, возможно, даже просто создать заново кафедру. Я уж не говорю о том, что возглавить ее, но просто как бы заниматься учебным процессом. Я взял какое-то время на размышление, и в итоге чаша весов перевесила в пользу того, что я пришел и сказал: «Знаете, это было бы, наверное, очень интересно, но, честно говоря, я не хотел бы этим заниматься».

Виктория Вершинская

— Я вам честно скажу, друзья, что я была бы, наверное, не против, если бы, допустим, я работала на какой-то радиостанции, и вдруг к нам приходит, скажем, Игорь Кириллов. Приходит и начинает ежедневно… Моя компания оплачивает Игорю Кириллову занятия для меня. Да это просто благословение, я по-другому не могу сказать, потому что это старая школа, это старый язык, это работа с текстом, это дикторская работа полноценная. Это же очень круто, потому что я догадываюсь, что в частном порядке у такого же уровня диктора уроки стоят «небесных» денег.

В. Емельянов

— Круто — это сам по себе Игорь Кириллов. Но вы же, как наша коллега, прекрасно понимаете, что никто уже не говорит в таком темпоритме, как Игорь Кириллов.

Виктория Вершинская

— Я не говорю про темпоритм.

В. Емельянов

— Время невероятно ускорилось, уже никто настолько тщательно не работает с текстами, я не говорю уже о том, что…

Виктория Вершинская

— А я хочу уметь настолько тщательно работать с текстом, это моя личная потребность.

В. Емельянов

— Уже даже мало кто затрачивает свое время, чтобы перепроверять информацию. Что касается таких мэтров, то да, конечно, есть, что послушать, действительно, потому что это классика.

Виктория Вершинская

— Вот я как раз и говорю о востребованности. К сожалению, сейчас следующее поколение наших с вами коллег, радиоколлег… Это будут совсем другие люди, с совсем другим подходом к русскому языку. Я согласна, что меняются нормы, что всё меняется, но при этом есть старая школа, которая даст то, чего не даст никогда уже больше…

А. Пичугин

— Ну, нельзя устраивать в Большом театре кордебалет, это понятно.

В. Емельянов

— Вот мы, старые работники культуры, помним, какие были булочки…

Виктория Вершинская

— 300000 лет назад. (Смеется.)

В. Емельянов

— Как в фильме «Старый Новый год», помните? Там героиня говорила: «Вот мы, старые работники…» Ну, хорошо, да, давайте мы все-таки… А то получается, что мы как-то раз, и про радио начали говорить.

Виктория Вершинская

— Про профессиональную среду.

В. Емельянов

— Да. Радист радиста слышит издалека.

Виктория Вершинская

— Это точно.

В. Емельянов

— Что касается ещё ваших каких-то мероприятий, еще ваших проектов. Вы можете ещё что-то рассказать? Может, у вас планы какие-то есть?

Наталья Линькова

— Да, у нас есть планы на 17-й год. Сейчас наша коллега, тоже сооснователь проекта, Юлия Денисова расписывает, детализирует несколько направлений. Это и возрастные наставники, и возрастные стажировки, это вспомогательный персонал в компаниях, именно от бабушек, дедушек. Мы пробуем понять, нужны ли компаниям, предприятиям какие-то детские сады с нашими бабушками именно на предприятиях. Мы расписали уже всю эту концепцию, благодаря нашим кураторам, и попробуем начать в следующем году, обкатать эту технологию. Планируем запустить «пилот» с детскими садами, чтобы сотрудники могли приводить детей с собой и отдавать бабушкам, и в любой момент можно было бы зайти и убедиться в том, что всё с ребенком хорошо, и не рваться домой. Для каких-то корпораций это может быть актуально. Потому что…

Виктория Вершинская

— Причем зарубежная практика ведь есть, Наташа, да? Расскажи тоже.

Наталья Линькова

— Мы привозим сюда, в Россию, практики из тех стран, где мы были, где мы учились, что мы там видели.

Виктория Вершинская

— Я могу даже так сказать, друзья, может, кто-то видел небезызвестный сериал «Отчаянные домохозяйки», по-моему. Вот там как раз одна из героинь, я думаю, что кто-то наверняка…

В. Емельянов

— Мы с Алексеем кино смотрим, а не сериалы.

Виктория Вершинская

— Я знаю, что вы смотрите криминальные комедии. (Смеется.)

А. Пичугин

— Почему? Я «Молодого Папу» досматриваю сейчас.

Виктория Вершинская

— Хорошо, я в двух словах буквально расскажу. Там в одной из серий показывают, что одна из героинь устраивается в крупную юридическую компанию, и она приводит туда своего ребенка. И при этой же компании существует специальный отдел, так называемый детский сад при компании. И она там его оставляет, где с детьми нянчатся, их кормят. Это полный пансион, полноценный детский сад, просто мама в любой момент может прийти и посмотреть, как ее ребенок себя чувствует, вот и всё. Она не рвется домой в 6 часов вечера, потому что там надо няню отпускать, она на работе. Это для компании большой плюс.

В. Емельянов

— Ну что же, нам остается только пожелать вам успехов в вашей деятельности.

А. Пичугин

— И в наступающем 17-м году, чтобы ваши проекты и планы реализовались…

В. Емельянов

— Осуществились. Спасибо большое, что нашли время к нам заглянуть на «Светлый вечер»! Напомню, что программу для вас подготовили и провели: Владимир Емельянов…

А. Пичугин

— И я — Алексей Пичугин. А в гостях у нас были: автор, руководитель и сооснователь проекта «Возрасту.нет» и сервиса «Бабушка на час» Наталья Линькова; и Виктория Вершинская — радиоведущая и руководитель пресс-службы проекта «Возрасту.нет». Спасибо!

В. Емельянов

— Спасибо! Мы прощаемся с вами! До новых встреч!

Наталья Линькова

— Спасибо!

А. Пичугин

— Всего хорошего!

Другие программы
Дело дня
Дело дня
Рубрика Дело дня - это программа о милосердии. Она рассказывает о том, что добрые дела делать легко и радостно.
Голоса Времени
Голоса Времени
Через годы и расстояния звучат голоса давно ушедших людей и почти наших современников. Они рассказывают нам о том, что видели, что пережили. О ежедневных делах и сокровенных мыслях. Программа, как машина времени, переносит нас в прошлое и позволяет стать свидетелями того времени, о котором идёт речь.
Светлый вечер
Светлый вечер
Программа «Светлый вечер» - это душевная беседа ведущих и гостей в студии Радио ВЕРА. Разговор идет не о событиях, а о людях и смыслах. В качестве гостей в нашу студию приходят священники, актеры, музыканты, общественные деятели, ученые, писатели, деятели культуры и искусства.
Имена милосердия
Имена милосердия
Эти люди посвятили свою жизнь служению близким: не просто жертвовали на благотворительность, а посвящали всех себя добрым делам. Чьи-то имена мы помним до сих пор, чьи-то нет, но их стоит вспомнить.

Также рекомендуем