«Перемены в жизни семьи». Священник Алексей Попков, Ольга Попкова - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Перемены в жизни семьи». Священник Алексей Попков, Ольга Попкова

* Поделиться
Александр Ананьев и Алла Митрофанова

У нас в гостях были клирик храма Христа Спасителя в Веллингтоне в Новой Зеландии священник Алексей Попков и его супруга Ольга.

Мы говорили о том, как решиться на серьезные перемены в жизни, как они могут влиять на взаимоотношения внутри семьи, и как Церковь может помочь почувствовать себя дома даже вдали от родины. Наши гости поделились, почему зачастую сложнее всего — меняться самому, и как внутренние перемены могут быть связаны с внешними.

Ведущие: Александр Ананьев, Алла Митрофанова


А.Ананьев:

- Добрый вечер, дорогие друзья!

В очередной раз, за уютным семейным столом, пьёт чай ведущая Алла Митрофанова…

А.Митрофанова:

- … и разбрызгивает его утешающий её Александр Ананьев, и говорит: «Почему… да что… всё в порядке!»

А.Ананьев:

- Абсолютно всё в порядке! Потому, что в эфире – программа «Семейный час». Говорим о важном, о большом, о сложном, о светлом – в общем, всё, как всегда.

И сегодня мы хотим порассуждать с вами вот о чем, друзья. Как решиться на большие перемены? Я, забегая вперёд немножко, скажу, что, вот, мы с Аллой Сергеевной сейчас размышляем о том, чтобы… фактически, променять огромный, любимый, красивый мегаполис на маленькую деревню во Владимирской области. И, фактически, мы уже на пути к этому, и, признаться, немножко робеем.

А правы ли мы, что решились на это? А зачем мы на это решились? А с какими трудностями мы столкнёмся? И, вообще, надо ли оно нам?

А ещё хотим поговорить о том, как почувствовать себя дома… неважно, где… например… допустим… в Новой Зеландии. Что такое – дом? Дом – это там, где… ну, я не знаю… берёзы, деревня и могилы предков? Или – там, где рядом с тобой жена и любимые дети? Или – там, где у тебя есть любимая работа, и тебя ждут с девяти до шести? Как почувствовать себя дома?

Об этом, и многом другом, мы хотим поговорить, во-первых, со священником, который уже был в гостях на радио «Вера» в программе Киры Лаврентьевой…

А.Митрофанова:

- … «Путь к священству»…

А.Ананьев:

- … «Путь к священству», и это – потрясающая абсолютно программа! Вот, если вы не слышали, обязательно найдите её на сайте radiovera.ru – великолепные истории, и абсолютно живые!

Это священник, который сейчас служит в Новой Зеландии, в далёком городе Веллингтон, клириком Храма Христа Спасителя – протоиерей Алексий Попков.

Добрый вечер, отец Алексий! Здравствуйте!

О.Алексий:

- Здравствуйте, Александр! Здравствуйте, Алла!

А.Ананьев:

- А ещё, поскольку у нас сегодня «Семейный час», мы, с огромной радостью, приветствуем его жену – матушку Ольгу, которая тоже, как жена декабриста, следует за мужем – и в Новую Зеландию, и на радио «Вера».

Добрый вечер, матушка Ольга!

О.Попкова:

- Добрый вечер!

А.Ананьев:

- Хочу Вам сначала вопрос задать. Вот это вот вольное и шаловливое сравнение с женой декабриста – оно имеет, всё-таки, под собой какую-то почву, или Вы себя так не ощущаете?

Велика ли Ваша жертвенность в том, что Вы следуете за мужем… ну… причём, это не какой-то оборот речи… на край света? Новая Зеландия – это, реально, край света!

А.Митрофанова:

- Это – смотря, откуда считать…

А.Ананьев:

- Если от Старой Зеландии – это рукой подать. А отсюда – это край света.

О.Попкова:

- Я не знаю, насколько справедливо такое сравнение – я об этом никогда не задумывалась, если честно.

Ну… христианин должен, в своей жизни, прежде всего, полагаться на волю Божию. И, если он испрашивает волю Божию, если он молится, и Господь устраивает его жизненные пути таким образом, значит – это его путь.

А.Ананьев:

- Достойный ответ! Когда я показал жене пальцем на деревню в 250 км от Москвы, она повертела пальцем у виска, и сказала: «Муж, ты с ума, наверное, сошёл! А как – работа? Как – вот это всё?»

Когда отец Алексий сказал Вам: «Матушка, собирайте-ка узелок, поедемте-ка в Новую Зеландию!» – какова была Ваша реакция?

О.Попкова:

- Я сказала: «Я не хочу».

А.Ананьев:

- Вот… вот! Искренний ответ!

Так…

О.Попкова:

- Но… опять-таки… мы положились на волю Божию. Мы взяли какое-то время на то, чтобы подумать, помолиться, и, когда пришёл срок подавать документы, в общем-то, ничто не предвещало, что нам выдадут визу.

А.Ананьев:

- Ага…

А.Митрофанова:

- А, то есть, вы ещё надеялись – есть запасной аэродром, всё ещё отменится… не сложится…

О.Попкова:

- Поскольку было несколько трудных моментов, которые, в общем-то, скорее всего, должны были решиться не в нашу пользу, но…

А.Ананьев:

- Вы на это уповали…

О.Попкова:

- Да, да! Отчасти, да! Но, когда всё свершилось, причём, в какие-то рекордно быстрые сроки, просто было понятно, что это – воля Божия, и надо смириться, принять…

А.Ананьев:

- Отец Алексий, Вы понимали, что… вот… ваша воля отправиться так далеко – не встречает стопроцентной поддержки... ну, вернее… поддержка-то есть – это смирение, это кротость, это то, что называется «быть женой священника»; но то, что матушке это будет непросто – Вы это понимали?

О.Алексий:

- Да, конечно, я понимал. Мы очень много разговаривали на эту тему, и, хочу сказать, что моя драгоценная супруга – она прагматичный человек, и нужно было разложить всё по полочкам – что нас там ждёт, по приезде, какая работа будет – потому, что священник там должен работать, где мы будем жить – в каком доме, что мы будем есть, где мы будем служить, кто будет петь на клиросе, какая у нас будет машина, если она там будет – то есть, всё это нужно было прорешать заранее, и дать ей чёткий ответ. А у меня ответа, практически, на все эти вопросы…

О.Попкова:

- Ни на один.

О.Алексий:

- … не было.

То есть, я знал, что мы едем служить Богу и людям в далёкую страну, я имел какое-то представление о жизни там ( практически, всё неправильно представлял себе ), пытался уговорить, упросить свою матушку довериться воле Божией и мне в этом вопросе. Долго-долго мы беседовали – и вечерами, и днями, и много было сомнений.

Но, как матушка правильно сказала, нам быстро выдали визу, мы, достаточно быстро, прошли медобследование, хотя уже какие-то имелись проблемы со здоровьем, и, Господь милостив, нам всё выдали, и Святейший Патриарх подписал указ о переводе – и мы поехали туда.

А.Митрофанова:

- Если пытаться обобщать… неблагодарное, конечно, занятие… и, тем не менее, можно ли вывести какое-то правило, как же понять: если в жизни возникает перспектива серьёзных перемен – это воля Божия, это – то, что принято называть искушением, или какой-то проверкой, или это – наше собственное желание, которое мы пытаемся за волю Божию выдать… самодельный крест… и так далее… или в этом есть какой-то промысел о нас?

Перемены, которые в жизни возникают – как в них разобраться? Соглашаться, или нет?

Матушка, наверное… вот… отец Алексий на Вас указывает, соответственно… вопрос адресую Вам, в первую очередь.

О.Попкова:

- На самом деле, очень сложный вопрос, и мы сами на него очень долго искали ответ. Но святые отцы учат нас, что волю Божию надо испытывать. Что мы тут – как слепые котята: тыкаемся во все стороны, и не знаем, что же нам делать, и как же нам жить, и куда пойти…

 А надо – молиться. Надо просить у Бога, чтобы Господь открыл Свою Волю. И человек, который искренно готов принять любой исход, любое решение своей проблемы, и понять, что это воля Божия – тогда Господь даёт знать. Так или иначе, какая-то дверь перед ним открывается, какая-то – закрывается…

А.Митрофанова:

- Вот… вот… я, как раз, хотела спросить – как это работает?

В вашем случае, понятно: сложно получить визу в Новую Зеландию, и, если вы её получаете, вот, так – слёту, сходу, и с первого раза, значит, всё-таки, «это ж неспроста», как говорил Винни-Пух, да?

А если, к примеру… ну… не знаю… там… какая-то иная ситуация… вот, это вот… представление о том, что есть воля Божия, или нет воли Божией – через какие-то обстоятельства нам открывается, по вашему опыту?

О.Попкова:

- Да, конечно. Мы – не святые люди, чтобы нам являлись Ангелы, или ещё кто-то, с благой вестью, или с каким-то посланием от Бога, непосредственно. Поэтому, конечно, всё это происходит через обстоятельства, через каких-то людей.

Ты же молишься, ты просишь: «Господи, если это не моё, если не надо – пусть это каким-то образом меня минует, пусть это как-то отойдёт. Пусть то правильное решение, которое будет и Твоей волей, и мне – нужно, и полезно, и спасительно – пусть, каким-то образом, оно меня найдёт». И всегда так случается, когда, вот, ты искренно, с чистым сердцем, просишь у Бога – всегда, абсолютно… в моей жизни не было такого случая, чтобы Господь ясно не давал понять, что, вот, это – так. Именно, через какие-то обстоятельства, через… порой… самые простые случаи.

Например, вот, мы долго мучились вопросом, куда же поступать нашему ребёнку, как же ей учиться теперь – вот здесь вот, когда мы уже настроились в Новой Зеландии на какие-то одни цели, и были какие-то проекты – и у неё, и у нас.

И тут, вот, мы, вернувшись… срочно пришлось всё поменять – буквально, в какие-то месяцы.

А.Митрофанова:

- «Вернувшись» – это Вы имеете в виду – в Россию?

О.Попкова:

- Да.

А.Митрофанова:

- Ага… Но Вы сейчас, всё-таки, в Новой Зеландии или в России? В связи с ковидом – в России, да?

О.Попкова:

- Мы здесь застряли…

О.Алексий:

- Можно, я поясню эту ситуацию?

В данный момент, по распоряжению Святейшего Патриарха Кирилла, я служу в храме царевича Димитрия при Первой градской больнице. Это распоряжение сейчас на год выдано мне. Дальше – по обстоятельствам, Святейший, и кто за это отвечает, будут решать, что дальше делать со мной.

Я официально являюсь клириком Русской Православной Церкви Заграницей, клириком храма Христа Спасителя, как Вы правильно сказали, но, в данный момент, служу в Москве. Сколько будет продолжаться моё служение – известно одному Богу.

А.Митрофанова:

- Вот, опять же, только-только вы выстроили свою жизнь там – и оказываетесь здесь. И зависаете. И не понятно, на какой срок. В том плане, что… если правильно я понимаю, до пандемии вы приехали в Москву, и…

О.Попкова:

- Получается, что мы приехали в самую пандемию…

А.Митрофанова:

- А, в самую пандемию… и просто уже не смогли вернуться?

О.Попкова:

- Да.

А.Митрофанова:

- То есть, получается, вообще, в жизни ничего невозможно планировать? А как же этот коренной вопрос – а какой у тебя план?

О.Алексий:

- Ну, в нашей ситуации, планы были: подавать документы на резидентство, оставаться в этой красивой стране. Мы строили планы с храмом – как развивать храм, как делать наш приход более дружным, более семейным… То есть, планы были… такие… далеко идущие вперёд.

Дети должны были пойти куда-то учиться, кто-то – перейти в колледж…

А.Митрофанова:

- А детям – сколько лет?

О.Алексий:

- У нас – трое детей. Сейчас старшей дочери – 19, второй дочери – 15, а сыну – 7 лет.

Ну… вот… в моём случае… матушка уехала в Россию раньше, не смогла вернуться из-за пандемии в Зеландию с двумя детьми, находившись в Москве. Я находился там с вторым ребёнком, с дочерью, и мне нужно было за четыре дня собрать дом, который мы нажили, вещи, которые мы нажили за четыре года – я знал, что через 4 дня будет вывозной рейс из Лондона, и, вот, за эти 4 дня нужно было деть куда-то все вещи. С помощью, конечно, наших прихожан дорогих и любимых – приезжали, помогали, вывозили, весь дом вымывали, вычищали… хотя, мы не очень грязнули, но, всё-таки, что-то там нужно было почистить и сдать его хозяевам.

И, буквально, вот, за 4 дня… всё перевернулось, вот… нельзя сказать «с ног на голову», но – по-новому стало.

«СЕМЕЙНЫЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

«Семейный час» на светлом радио.

Клирик храма Христа Спасителя в городе Веллингтон в Новой Зеландии… вот, пока в Москве… вместе с матушкой Ольгой, протоиерей Алексий Попков сегодня в гостях в светлой студии радио «Вера».

Здесь – Алла Митрофанова…

А.Митрофанова:

- … Александр Ананьев.

А.Ананьев:

- Отец Алексий, у меня к Вам вот какой вопрос. А детки ваши… ну… такой, осознанный, практически, взрослый возраст… когда они говорят «домой», что они имеют в виду?

О.Алексий:

- Ну… знаете… у нас – разновозрастные дети, и те дети, которые помладше, особенно, сын – он сильно, конечно, сейчас скучает по Зеландии. Потому, что там он жил с 2 лет до 6, и, в общем-то… такое… сознание… становление его, взросление – проходило там. И там у него и друзья, и дом, который там остался.

И средняя дочь, которая тоже прониклась и той культурой, и язык для ней стал, практически, родным – она сейчас и думает, и слушает на английском языке, и разговаривает часто… проще ей.

Вот, для двух младших детей – конечно, они «дом» представляют за границей. То есть, там, где прожили 4 года.

Старшая дочь, которой 19, она дом имеет в виду здесь – Москву и Россию.

А.Ананьев:

- И, все вот эти 4 года, она была – вдали от дома.

О.Алексий:

- Да, для старшей дочери тяжёлое было переживание… в общем-то, как и для меня. Это было… такое… испытание духовное.

А.Ананьев:

- Наверное, главный вопрос сегодняшней беседы: что такое – дом? Вот, для Вас. Даже не столько дом, как здание, или, может быть, место, где Вы временно проживаете со своею семьёй, сколько – ощущение дома?

Я очень хорошо знаю Владимирскую область. Не любить её – ну, просто не реально!

О.Алексий:

- Да, Вы совершенно правы. Для меня, «дом» – это и физическое окружение теми вещами, к которым я привык. Это – и улицы родные, и дома родные… если говорить про деревню, то… там… дорога к реке, к подвесному мосту… вот… во Владимирской области, знакомые деревья… то есть, я знаю расположение, как там пройти по лесу, собирать грибы… лавочки, которые стоят около дома… То есть, для меня… вот… внешнее – оно имеет… такое… большое значение.

Ну, а если говорить о внутреннем… то… там, где мои близкие, мои родные, моя семья – там и дом.

Но… это вот… в Зеландии – это не сочеталось. Это – такое противоречие, с которым приходилось… семья здесь – жена, дети здесь, но – мама далеко, сестра далеко, духовный отец далеко, Троице-Сергиева Лавра, Дивеево, в которое мы каждый год ездили, поклонялись святым мощам… и, вот… такое, вот, противоречие, с которым приходилось… договариваться. Хотя, Господь Бог – Он везде с нами, и Он везде посылает свою благодать, утешение. Когда мы молимся, мы чувствуем это.

А.Ананьев:

- Матушка, вот, отец Алексий говорит: приходилось договариваться с этим ощущением и противоречием. И ему, и Вам было непросто. И, в какой-то момент, Вы выходили на своё новозеландское крыльцо, смотрели на новозеландские дали эти, вечнозелёные, отвратительно хорошую погоду… вот… это всё… вот, этот кошмар…

А.Митрофанова:

- Великолепную погоду! Новая Зеландия, по-моему, вообще, самое комфортное место на свете…

А.Ананьев:

- Ну… ты же понимаешь мою иронию… вот…

О.Алексий:

- Нет, Александр… я Вас поддержу. Словом «отвратительная погода»…

А.Ананьев:

- Отвратительно хорошая погода!

О.Алексий:

- В Веллингтоне… особенно в Веллингтоне – там очень сильные ветра.

А.Митрофанова:

- А-а…

О.Алексий:

- И бывают продолжительные дожди. Но это – особенность именно этого города, его расположение географическое. Так, что – там может быть и плюсовая температура, но сильный ветер.

А.Митрофанова:

- Для сёрферов – хорошо…

О.Алексий:

- Очень, да…

А.Митрофанова:

- … в Новой Зеландии. И их там, поэтому, много. Если есть какие-то «пробки» в Новой Зеландии, то это «пробки», наверное, из сёрфингистов!

О.Алексий:

- Да… это…

А.Ананьев:

- Алла Сергеевна, любезная! Но Вы-то откуда знаете про сёрфингистов-то? Вы ж их, отродясь, не видели, наверное…

А.Митрофанова:

- Я… как сказать…

А.Ананьев:

- Много читала, я понимаю…

А.Митрофанова:

- Много думала, скорее!

А.Ананьев:

- Много думала… Так, вот, я… закончу свой вопрос.

Матушка, скажите, как, какими средствами, какими способами можно было побороть это мучительное ощущение противоречия – что… Троице-Сергиева Лавра – там… родные люди – там… Родина и дом – там… а ты – здесь. И тебе быть здесь ещё очень и очень долго.

Вот, если Вы понимали, что накрывает Вас вот эта тоска, был ли у Вас рецепт… ну… я не знаю… если не излечения, то обезболивания?

О.Попкова:

- Да. Это – работа. Работа, работа, работа… и ещё раз – работа. И – очень много работы.

Ну, это – шутка, конечно.

А.Ананьев:

- Да нет… почему – шутка?

О.Попкова:

- Я не знаю, как отец Алексий договаривался, как он говорит, с этим со всем, но у меня всегда, вот… я это, наверное, осознала более чётко, когда, вот, мы, во время пандемии, опять оказались в России. Меня это чувство преследовало с самого первого дня – и до самого последнего. Чувство того, что ты – не дома.

Всё прекрасно, красиво, светит солнце… изумительный океан, на который хочется смотреть, не отрываясь, часами… цветущая природа – и зимой, и летом, и весной, и осенью – и нету зимы, в нашем понимании! Но, вот, это ощущение, что ты не дома – от него невозможно избавиться.

А.Ананьев:

- И что Вы тогда делали? Открывали томик Достоевского…

О.Попкова:

- Спасало… нет… меня спасала молитва, и какие-то дела, заботы в нашем храме. После Литургии… вот… единственное, наверное, что позволяло избавиться от этого ощущения и какие-то найти силы для того, чтобы прожить ещё неделю – это после воскресной Литургии ты ощущал себя… гораздо лучше!

А.Ананьев:

- Но, вообще, это – стопроцентный совет. Кто-то из наших дорогих собеседников… я не помню, к своему стыду, кто… сказал великую вещь: если тебе очень плохо, и некому тебе помочь, есть только один способ из этого выбраться – пойди помогать сам. Вот, если ты начнёшь помогать сам, ты станешь не несколько шагов ближе ко Христу, и тебе самому будет легче.

А.Митрофанова:

- Ну, точно так же… мне кажется, универсальный рецепт – это… если мы говорим о людях, соотносящих себя с Христианством, и участвующих в церковной жизни – это, конечно, Литургия. Потому, что тогда ты, действительно, чувствуешь себя, в принципе, в любой точке мира…

А.Ананьев:

- … сопричастным…

А.Митрофанова:

- Да, да, именно! А «Причастие» и «счастье» – это однокоренные слова, когда ты становишься «частью» чего-то очень важного. И, вот… и, в принципе… да, ты не дома, но это возможно, наверное, в любой точке мира. Ну, это… каким-то… я не знаю… но это, вот, переключение… в другую систему координат немножко.

Мы, всё равно же, живём… ну… большую часть жизни, осознаём себя в плоскости горизонтальной, а… нам… Литургия позволяет себя почувствовать и в вертикальном измерении тоже.

И, вот, в этом измерении, наверное, уже не так существенно…

А.Ананьев:

- Тогда широта и долгота становятся не важны.

А.Митрофанова:

- Всё равно, важны. Потому, что, всё равно, мы люди. Но, просто… то, что есть что-то большее – наверное, вот, это, может быть, облегчает… наверное, так?

А.Ананьев:

- Хорошо – важны меньше.

О.Попкова:

- Да, конечно, конечно… И, безусловно, общение с людьми, с такими же православными христианами, которые… в общем-то, осознают, что, в конечном итоге, весь этот мир – это не наш дом. И мы стремимся в тот дом, который будет вечно и навсегда.

И… кто-то сейчас – в России, кто-то – в Китае, кто-то – в Новой Зеландии, кто-то – в Австралии, но все мы можем общаться, мы можем поддерживать связи, утешать друг друга как-то. И, в то же время… вот… это самое, наверное, ценное – общение с теми людьми, с нашими прихожанами, которое давало возможность… какой-то духовный заряд – для того, чтобы ещё неделю прожить. Снова, опять – до Воскресенья.

И, конечно, все люди, которые… все наши прихожане – по большей части, они так и осознают какую-то свою духовную жизнь – в том смысле, что… все мы едины во Христе, и не важно, говоришь ты на македонском языке, или на китайском, или на английском, на русском, на украинском… Да, мы – здесь, сегодня, в храме все собрались для того, чтобы помолиться, для того, чтобы… наверное, главная цель нашей жизни – постепенно достигать… тот наш Небесный дом, в который мы все стремимся.

И, когда это всё отходит… и бытовые проблемы… и какие-то частности… отходят на второй план – конечно, жить гораздо легче. Когда ты живёшь этим из дня в неделю… изо дня в день… то есть, вся неделя – как бы, подготовка к Воскресенью.

А.Митрофанова:

- Интересный момент… Отец Алексий, Вы знаете… ну, у нас в разных странах друзья есть, и, в основном, конечно, это люди церковные… многие отмечают, у себя в приходах – достаточно людей, которые стали регулярными прихожанами, именно оказавшись в эмиграции.

То есть, получается, что… когда мы оторваны от своей привычной среды, у нас обостряется вот это… проживание Бога… присутствие Бога в нашей жизни? Или – мы больше начинаем в Нём нуждаться?

А.Ананьев:

- Или нам просто… у нас обостряется какая-то ностальгия по…

А.Митрофанова:

- А… кстати, так тоже бывает…

А.Ананьев:

- … по куполам… по русской речи батюшки… чтобы ты зашёл куда-то в этой Новой Зеландии, открыл эти скрипучие ворота, а батюшка тебе говорит: «Добрый день! Здравствуй, друг! Как мы рады тебе…» – и сразу: ой, ну, как хорошо… вот, это всё… а?

А.Митрофанова:

- И ты уже         немножко дома!

А.Ананьев:

- Нету вашего… вот этого «хеллоу» непонятного… с тобой, наконец, по-русски поговорили!

А.Митрофанова:

- Ну, может быть, с этого начинается. А потом уже какие-то более глубокие вещи включаются… не знаю…

Отец Алексий, как оно?

- Ну… я бы сказал, что вы правы… в каждом, вот, сейчас, вопросе, у вас были утверждения, и я могу сказать, что, действительно, люди приходят и за русским языком в русскую церковь, и за общением внебогослужебным – чтобы после службы попить вместе чаю, поговорить на родном языке, повспоминать о чём-то, обсудить новости, которые есть в России.

Но, также, люди приходят ещё и к Богу. То есть, там острее ощущается желание быть с Богом. То есть, как-то оно… чётче. Если человек приходит в храм, то он точно ищет Бога. Потому, что, если говорить про Зеландию – всё, в бытовом плане, там… ну… у большинства людей, всё хорошо. Государство – заботится, так или иначе. Если человеку не хватает средств, выделяются какие-то субсидии, скидки на аренду жилья, помощь продуктами, много фондов, которые людям помогают в разных ситуациях.

Но, вот, о душевной помощи, о духовной помощи – там её не так много. Хотя, много церквей. Хотя, много храмов. Но…

А.Ананьев:

- … душевности нету.

О.Алексий:

- Ну… наверное, по-русски – так сказать.

А.Митрофанова:

- Нет… наверное, есть. Но, просто, она – несколько иная. Всё-таки… разница менталитетов…

А.Ананьев:

- Да какая душевность может быть у сёрфингистов, Алла Сергеевна! Ну, какая? О чём Вы…

О.Алексий:

- Ну, давайте, немножко мы поосуждаем…

А.Митрофанова:

- Не будем… ну, что Вы, нет! Понимаешь… человек, который своими глазами видит океан, и своими ногами стоит в океане! Ну… конечно, это – человек, у которого несколько иное сознание, чем у нас, кто всё время ходит по земле. Но… упрекать его в том, что в нём нет… души…

А.Ананьев:

- Да шучу, шучу я…

А.Митрофанова:

- … нет… ни в коем случае, нельзя.

А.Ананьев:

- Матушка, перед Вами, просто, девушка, которая страсть как любит море и океан, и ей его, в наших Мытищах, немножко не хватает.

Сейчас мы прервёмся на минуту – у нас полезная информация на светлом радио. А через минуту – продолжим наш душеспасительный прекрасный разговор – о нас, о людях, о переменах, и о далёкой прекрасной Новой Зеландии!

А.Митрофанова:

- И – о доме.

А.Ананьев:

- Да!

«СЕМЕЙНЫЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- «Семейный час» на светлом радио.

Здесь – Алла Митрофанова…

А.Митрофанова:

- … Александр Ананьев…

А.Ананьев:

- … клирик храма Христа Спасителя в городе Веллингтон в Новой Зеландии протоиерей Алексий Попков и его супруга-красавица матушка Ольга.

Мы говорим о переменах, о пользе перемен…

А.Митрофанова:

- … для семьи…

А.Ананьев:

- … да… и есть ли, вообще, эта польза.

Когда мы ехали на встречу с вами, отец Алексий, я размышлял вот о чём: а нет ли в нашей жажде перемен – а нам, всё равно, хочется, знаете… «Боже, какой пустяк – сделать хоть раз в жизни что-нибудь не так… выбросить хлам из дома… собрать чемодан… или даже не собирать чемодан…»

О.Алексий:

- «… и старых позвать друзей».

А.Ананьев:

- … и уехать. У меня есть друзья, которые бросили всё и уехали жить в Сочи. Ну, просто живут там, в Сочи. Они поехали – там не было ни вакансий, ничего… просто: «Ну, не могу больше…» – и поехали.

Сочи, Алупка, Германия… вот, мы тут собрались во Владимирскую область… а может… вот, я просто думаю: а, может быть, это всё – от лукавого, а? Может быть, в этом есть какая-то… знаете… неблагодарность Богу за то, что у тебя есть?

Вот, тебе Господь дал дом в Москве. Живи и благодари, служи. Ведь, говорят же в народе: где родился, там и сгодился. Что тебе – Алупка эта? Что тебе – эта Новая Зеландия? Сиди. Будь благодарен за то, что у тебя есть, и всё.

Может быть, это какое-то… знаете… искушение? Как Вы считаете, как священник?

О.Алексий:

- Ну… от Алупки до Москвы – час лёта, и всегда можно вернуться, если что-то там пойдёт не так. Или… даже из Германии не так далеко лететь. Вот, из Зеландии… только отец Фёдор…

А.Митрофанова:

- … Конюхов…

О.Алексий:

- … Конюхов мог на лодке проплыть 160 дней до Чили. Больше это никому неподвластно. Если самолёты не летают, то всё – и ты там остаёшься.

Сложно сказать… ответить на Ваш вопрос, искушение это или нет. Я бы отослал... я бы попросил в таком... если есть такой запрос, посоветоваться с духовным отцом. Помолиться, подумать, поспать с этими мыслями какое-то время, подождать... взвесить. Обязательно найти какого-то прагматичного человека, который задаст прагматичный вопрос: «А как будет – так, так, и так? Если ехать в деревню, кто будет колоть дрова? Кто будет воду носить? Кто будет чинить крышу?» – подойти и прагматично к этому… к решению этого вопроса, и с духовной точки зрения. Чтобы какой-то, духовно опытный человек, зная вас, зная вашу ситуацию, ваши жизненные обстоятельства, подсказал вам.

Ну… какого-то универсального ответа я, к сожалению, не могу дать на этот вопрос.

А.Ананьев:

- Хорошо. Попробуем его развернуть.

Какими должны быть причины и мотивы, чтобы решиться на такого рода перемены?

Я точно знаю, что среди наших слушателей есть те, кто, как минимум, задумались о том, что надо в жизни что-то поменять.

Знаете, я тут в Интернете наткнулся на прекрасную, в огромных жирных кавычках, «цитату» упомянутого Вами Фёдора Конюхова. «Цитата» звучала так: «А чё дома-то делать?» Подпись: «Ф.Конюхов». Понимаете? Вот, это…

А.Митрофанова:

- Но это – в кавычках, наверное, цитата…

А.Ананьев:

- Ну, конечно! Это шутка, да…

А.Митрофанова:

- Вряд ли отец Фёдор Конюхов…

А.Ананьев:

- Это шутка, да, да… а чё дома-то делать? Вот, как мотивация, как причина? Вот, она – не тянет на причину.

Каковы должны быть причины внутри человека, чтобы решиться на такие перемены?

О.Алексий:

- Да… вопросы Вы задаёте, конечно…

А.Ананьев:

- А мы так живём…

О.Алексий:

- Я попробую… Причины? Там… ну, неустроенность человека в этой жизни, что его что-то не устраивает на работе, у него в семье проблемы, у него в окружении… соседи плохие, его не устраивает вид из окна… причин может быть множество на то, чтобы меняться.

Но есть романтики, которые… прям, вот… бросают всё. Я, наверное, себя больше к таким людям отношу – чтобы рвануть куда-то, и там уже, потихонечку, начинать всё с нуля.

А.Ананьев:

- Я понимаю, что Вы… ой, простите, что перебил Вас, отец Алексий… мы тут… да, невоспитанные ведущие.

Вы, возможно, оговорились, сказав «чтобы меняться»? И это – промыслительно. Потому, что… у меня, вот, есть ощущение… я много себе эти вопросы задаю… что… вот, не устраивает нас что-то здесь, да? Вот, картинка за окном, дом, вот эта однокомнатная квартира, выходящая окнами на шумный проспект. И ты, такой: «Не нравится мне вся эта картинка за окном. Надо её поменять». Но – это же плохо. Надо меняться самому.

Чего менять картинку за окном… в конечном итоге, почему… вот, как мне кажется… у нас – огромное количество разводов? Потому, что мы разучились меняться. Нам – лень меняться. Мы думаем:

А: «Вот, нет у меня счастья в жизни – поменяю-ка я жену…

Б: … и диван…

В: … и квартиру».

А самому поменяться – нет?

О.Алексий:

- Ну, это сложнее. Проще поменять картинку в окне…

А.Ананьев:

- А ничего не изменится тогда.

А.Митрофанова:

- Ну, да… в новую картинку мы притащим всех тех же тараканов, которые нас изводили на предыдущем месте – это, правда, факт.

Но, иногда, перемены внешние становятся следствием перемен внутренних. И тогда – это вполне органично и нормально.

То есть, если ты говоришь: «Важно работать над собой, и меняться ( возвратный глагол употребляем )», – следствием каких-то внутренних процессов становится желание поменять картинку за окном на что-то более соответствующее твоему новому состоянию. Что в этом дурного, если это как-то органично и гармонично? И зачем насиловать себя? У тебя же – твоя жизнь! Бери её, и живи! Зачем делать себя заложником обстоятельств, если Господь тебе дал свободную волю, возможность выбора, и…

О.Алексий:

- Если есть возможность выбора, если есть, из чего выбирать. У кого-то – нет возможности поменять однокомнатную квартиру в Москве на что-то другое. Ну… могут быть обстоятельства, дети… что-то ещё…

А.Митрофанова:

- Могут.

О.Алексий:

- Тут… наверное… стоит отметить, что духовно меняться – это нужно осознать свои духовные проблемы, нужно принять их, нужно начать с ними бороться, с этими проблемами – это, порой, труднее в сто крат, чем сделать картинку вокруг тебя другой – переклеить обои… не знаю… посмотреть в другое окно, в соседнее… это сложнее.

А.Ананьев:

- Поменять прописку в паспорте…

О.Алексий:

- Да. Но… становиться святым – это долгий путь всей жизни. Если говорить о том, чтобы изменить себя – это очень долго. Это – годы… у некоторых святых… там… десятилетия уходили на то, чтобы из разбойника перевернуться в святого человека.

А.Митрофанова:

- И это не отменяет регулярной смены обоев.

А.Ананьев:

- Ну, кстати…

А.Митрофанова:

- Одно другое не исключает!

А.Ананьев:

- … известному нам Разбойнику… на это ушло… один взгляд, наверное?

О.Алексий:

- И такое – тоже бывает. Единицы – становятся святыми, и мучениками святыми – в одно мгновение. Да, такое тоже бывает.

А.Ананьев:

- Я нисколько не сомневаюсь в том, что вот эти четыре года вдали от Родины вас – поменяли.

Я хочу сейчас провести такое… знаете… даже не игру, а эксперимент.

Вот, я очень хочу матушку Ольгу попросить рассказать о том, как, на её взгляд, поменялся отец Алексий за четыре года? Как они его изменили? Изменился ли он? Ответ: «Вы знаете, отче остался таким, каким был, и вот эта вот картинка за окном его не изменила».

Ну, а, соответственно, отца Алексия я хочу попросить поразмышлять на тему: а, вот, матушка изменилась, или нет? А если изменилась, то – как?

Понятно, я говорю не о загаре, и не об… освоении сёрфа… да, Алла Сергеевна?

О.Алексий:

- Не успели мы освоить сёрф, к сожалению…

А.Митрофанова:

- Зато, Вы, наверняка, выдели киви…

О.Алексий:

- Да.

А.Митрофанова:

- И даже, по-моему, какой-то киви заходил к вам в храм – в «Фоме» была публикация…

О.Алексий:

- Да, да. Было и такое дело. Матушка, расскажи всю правду, как я поменялся…

А.Ананьев:

- И поменялся ли отец Алексий?

О.Алексий:

- Я тоже хочу услышать.

О.Попкова:

- Ой… как говорится, чужая душа – потёмки.

А.Ананьев:

- Да, какая же это чужая? Родная душа…

О.Алексий:

- Двадцать лет вместе.

О.Попкова:

- Как говорят святые отцы: каждый человек своему Богу стоит, своему Богу – падает… да? Мы не должны смотреть на то, что делает другой человек, мы должны сами двигаться вперёд.

Конечно, человек не может быть статичен. Душа человека – она не может быть долго в одном положении. Человек либо духовно растёт, либо духовно падает. Очень важно об этом всегда помнить в своей духовной жизни – что надо двигаться… надо двигаться вперёд.

А.Ананьев:

- Ну… а отец Алексий стал – терпеливее, неизбежно…

О.Попкова:

- Отец Алексий стал трудолюбивее…

А.Ананьев:

- Так…

О.Алексий:

- … потому, что работал на двух дополнительных работах!

А.Ананьев:

- А, кстати, кем?

О.Алексий:

- Строителем и… убирал дома… уборщиком.

А.Митрофанова:

- Ого! Слушайте… ну, это такие работы, которые требуют какой-то… не знаю… колоссальной затраты физических сил.

О.Алексий:

- Очень больших физических сил.

А.Митрофанова:

- И, после этого, ещё нужно, чтобы находились силы и на молитву, и на… ну, то есть, в первую очередь, Вы же – священник!

О.Алексий:

- Да.

О.Попкова:

- Да, но когда ты живёшь осознанием того, что ты делаешь что-то нужное, и что люди ждут, и что… в общем-то… кроме тебя, это никто не сделает – так, как там, вы знаете, всего три православных храма, и ближайший – за 700 км…

А.Митрофанова:

- Ого!

О.Алексий:

- Русских православных храма…

О.Попкова:

- … русских православных… да-да-да… поэтому, у тебя нет просто другого выбора. И ты это осознаёшь.

Наверное, главное, что… можно я так скажу… мы, как два в плоть едину, осознали, что мы здесь, на Земле – здесь не наш дом, не надо ни к чему прилепляться. У Господа на всё – свои планы. Он видит нашу душу, Он знает, что нам нужно и полезно. И мы должны понимать, что ничего нашего здесь нету.

Вот, сегодня ты – здесь, завтра ты – там, послезавтра ты – ещё где-то. Как Господь устроит всю твою дальнейшую жизнь – это только одному Ему известно. С этим надо просто смириться, и жить… вот… как святые говорят: живёшь, как в гостинице. Сегодня ты – здесь, завтра – там, и это совершенно нормально, не стоит по этому поводу как-то особо переживать. И, наверное, где-то… внутренне и морально, я готова к тому, что завтра может случиться всё, что угодно, и ты окажешься где угодно – один Господь знает, где. И то, что мы хотим… кстати, мы тоже очень хотим переехать в деревню… жизнь в мегаполисе – это очень сложно, и этот ритм жизни – он…

А.Митрофанова:

- … не для вас.

О.Попкова:

- Да.

О.Алексий:

- После Новой Зеландии – совсем не для нас.

А.Ананьев:

- Ну, это, действительно, утомляет…

Насколько мудрое замечание, матушка… Вот, я сейчас слушаю Вас, и я понимаю, что… вот… будь я священником, я бы всем настоятельно рекомендовал: бросайте всё, и переезжайте куда-нибудь… всё бросайте!

А.Митрофанова:

- Но это безответственно – так советовать!

А.Ананьев:

- Почему – безответственно? Это же настолько здорово… это такое мощнейшее духовное упражнение!

У меня дома лежат доски. Они лежат уже там… много лет. И мне кажется, что они мне очень дороги. Вот… не знаю… это настолько противоречит, вообще, всем установкам какой-то духовной жизни! Надо…

А.Митрофанова:

- Ну… кто-то к этому готов, кто-то – не готов. Кого-то это может сломать, в конце концов!

А.Ананьев:

- А мы и забываем об этом! У нас эти доски занимают – в нас самих – огромную… ну, вот… там… здесь – доски… здесь – старые платья… здесь… там… ещё что-то…

А.Митрофанова:

- Это ты на мой гардероб намекаешь?

А.Ананьев:

- Я ни на что не намекаю… но… платья, которые ты не носишь лет восемь, их можно отдать кому-нибудь, кому они нужны.

А.Митрофанова:

- А у меня таких нет!

А.Ананьев:

- Ну, конечно, да… тебе так кажется. Но только ты в полный гардероб заглядываешь – а надеть нечего, да…

А.Митрофанова:

- Ну, это же – классика жанра…

А.Ананьев:

- Я – к тому, что до тех пор, пока в нашей душе много всего того, что нам «дорого», там всё меньше и меньше места для Бога. А, вот, когда ты выбрасываешь вот это всё, или у тебя это всё забирают… так… сметают этим новозеландским прибоем у тебя из души все эти старые доски, старые платья, старый хлам – всё, что тебе, казалось, было дорого… там… образ жизни вот этот, телевизор вечером…

О.Алексий:

- … и – с двумя чемоданами…

А.Ананьев:

- … с двумя чемоданами, да… у тебя внутри – такой воздух освобождается!

А.Митрофанова:

- Мне кажется, что в этом процессе очень важно знать ответ на вопрос – зачем? Потому, что можно, действительно, себе самодельный крест ведь сочинить. И, когда ты внутренне к этому не готов… ну… мы знаем, да? Как у Льюиса… помните: «Запомни, есть два типа людей: те, которые говорят Богу: «Да будет воля Твоя», и те, которым Бог говорит: «Ну… да будет твоя воля… что ж теперь?»

И окажется потом, что это тебе не по силам. И ты… ну… всякие эти… экзистенциальные кризисы, и прочая, со всеми, так сказать, вытекающими последствиями…

А.Ананьев:

- Если бы все рассуждали, как ты, Алла Сергеевна, никто бы не женился бы…

А.Митрофанова:

- Мне кажется, в случае с отцом Алексием и матушкой Ольгой, вот этот ответ на вопрос «зачем» – он был, действительно, очевиден. И то, что… как складывались обстоятельства по запросу, так сказать… вот, то, о чём матушка Ольга рассказывала, да? Ты задаёшь Богу вопрос, и, через обстоятельства, открывающиеся тебе, понимаешь – воля Божия на это есть. В таком случае – да, действительно, тебе это по силам.

А так – ты сочинишь себе приключения на свою собственную голову, а потом будешь Богу предъявлять претензии: «А что Ты мне не помогаешь это всё разгребать?»

«Милый, так…» – Господь Бог, как бы, говорит…

А.Ананьев:

- В этом смысле… поправьте меня, отче, если я заблуждаюсь… вам было легче. Потому, что вы понимали, что это – не ваша блажь, это – не ваша… там… фантазия переехать куда-нибудь – вот, как было бы у нас. Это – не ваше решение. Это решение, которое вам спустили сверху. Вам – Ваше руководство, а матушке Ольге – Вы.

О.Алексий:

- Ну… знаете… всё-таки, уточню. У меня, предварительно, спросили: «А хотел бы ты поехать в эту замечательную страну, где ходят хоббиты босиком, с волосатыми ногами…

А.Ананьев:

- … и киви – это не только фрукт.

О.Алексий:

- Да. И… вот… там всё… так… может быть хорошо… может быть, и не очень. Хотел бы ты попробовать?» – и мы думали, мы взвешивали этот вопрос.

Конечно, мы ехали – это была цель. То есть, мы…

О.Попкова:

- Да, самым главным посылом было то, что там есть православный храм, есть православные люди, но нет православного священника.

О.Алексий:

- Есть запрос на священника. И… почему-то, каким-то образом, я приглянулся владыке митрополиту Иллариону – главе Русской Православной Церкви Заграницей. То есть… договорённость и с ним, и со священноначалием другим… то есть, вопрос ко мне стоял – хотел бы я? Я сказал: «Хотел бы. Но как Бог даст». Дальше – начались вот эти вот все… волнения с визами, с медициной. И… я понимал, что я еду, конечно, в первую очередь, как священник, туда.

Если бы сейчас, вот… именно, в данный момент времени… сейчас бы у меня спросили, то я туда могу поехать только, как… официально, как строитель. Потому, что священнической визы сейчас там нету. Страна закрылась, страна сократила количество… ну, сейчас максимальное количество въездов иностранных граждан…

О.Попкова:

- Минимальное.

О.Алексий:

- Да. Они сейчас потихонечку пускают только очень нужные профессии. Даже – думают об этом… не пускают, а думают о том, что им нужны профессионалы в каких-то областях.

То есть, если бы я сейчас ехал – наверное, я бы подумал много раз. То есть, я буду там строителем, а иногда, по субботам и воскресеньям, и выходным дням – буду служить. Тут… вот… другая уже ситуация. Сложно. Советоваться нужно.

О.Попкова:

- Ну, там ситуация меняется каждый день, да…

А.Ананьев:

- Да, везде… А у нас? У нас тут тоже – вон, каждый день меняется!

О.Попкова:

- Поэтому, мы не знаем, что будет в Новой Зеландии, когда – когда? – этот коронавирус закончится, и закончится ли он, и что будет. Поэтому… поэтому, мы спокойны – в том смысле, что Господь знает, какой путь нам уготован, и, где бы мы ни оказались – значит, такая Его воля, значит…

Опять-таки, почему… вот, Алла, Вы спрашивали… почему так происходит в жизни, да? Главный вопрос…

А.Митрофанова:

- Зачем?

О.Попкова:

- Зачем…

А.Митрофанова:

- Когда есть ответ на этот вопрос, то тогда многое можно, в принципе, потянуть…

О.Попкова:

- Да, самое главное, что если ты испрашиваешь у Бога благословение, и ты понимаешь, что это – воля Божия для тебя, в данный момент, главная задача, которая стоит перед нами – достичь Царствия Небесного. И Господь, как любящий Отец, Он ставит нас именно в те условия, которые нам полезней всего и нужней всего именно для этой главной цели. И тогда ты понимаешь, что ты идёшь, вот, именно, к этой главной цели, и всё остальное уже, в общем-то, с Божией помощью можно пережить. Потому, что Господь, во-первых, не даёт выше сил креста, а, во-вторых, Он даёт крест, но Он даёт и силы всё это перенести – и с пользой, душевной пользой, прежде всего.

«СЕМЕЙНЫЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Клирик храма Христа Спасителя в городе Веллингтон ( Новая Зеландия ), который сейчас в Москве, вместе с матушкой Ольгой и тремя детьми – в светлой студии радио «Вера».

Здесь – Алла Митрофанова…

А.Митрофанова:

- … Александр Ананьев. Протоиерей Алексий Попков, собственно говоря…

А.Ананьев:

- Да, протоиерей Алексий Попков.

И… слушайте, завтра же начинается Рождественский пост. И, в этой связи, я хочу спросить Вас о том, насколько отличаются вот эти Рождественские традиции наши любимые… у нас же очень много Рождественских традиций… Новогодних каких-то традиций… насколько они отличаются там – от наших.

О.Алексий:

- Ну… кардинально отличаются – в плане природы, погоды…

А.Ананьев:

- Там же – разгар лета…

О.Алексий:

- Там – лето, да. Конечно, наряжают ёлки, но это происходит летом, когда на улице + 25 градусов…

О.Попкова:

- Да, к этому невозможно привыкнуть совершенно ни за сколько лет – к тому, что Рождество – и жара?

О.Алексий:

- Да, без снега празднуется Рождество, и, после Божественной Литургии, идти на пляж – с прихожанами, или с семьёй…

А.Ананьев:

- Режете по живому! У Аллы сейчас слёзы потекут от зависти…

О.Алексий:

- Ну… Крестный ход. У нас – потому, что главный престольный праздник Рождество Христова – у нас, конечно же, Крестный ход. Но, всё равно, когда выходишь на улицу – жарко, цветут цветы… и мы, вспоминая родину, Россию-матушку, и холод в этот день, мы долго… ну… я не смог привыкнуть – матушка правду говорит!

Там есть традиция запекать…

А.Ананьев:

- Утку.

О.Алексий:

- … утку. Но это – не в России. Хотя тоже они… эти традиции плавно перетекают и в наши храмы.

Что ещё, матушка, добавишь?

А.Ананьев:

- Как говорят австралийцы, в Рождественские праздники, они даже огонь не разводят на мангалах – они просто кладут туда стейки, и они сами жарятся, потому, что там жара такая.

О.Алексий:

- Ну, в Австралии, наверное, да…

О.Попкова:

- В Зеландии, всё-таки, помягче климат.

О.Алексий:

- Помягче, конечно…

О.Попкова:

- Так, что там нет такой убийственной жары.

О.Алексий:

- Но, если подняться повыше… я скажу – посевернее, но, добавлю – где потеплее…

О.Попкова:

- Поближе к экватору.

О.Алексий:

- … да, поближе к экватору на север, то… в Окленде, и выше Окленда – там, конечно, температура и 35 градусов бывает. Мы ездили туда с детьми летом – купаться в тёплом океане. Потому, что в Веллингтоне температура океана +10 максимум, и купаться в нём… ну, я купался, наверное, один…

О.Попкова:

- Это – зимой, +18 летом.

О.Алексий:

- Плюс 18? Но… всё равно, холодно.

О.Попкова:

- Ой… ну… так, как эта страна, в общем-то, неправославная, а, по большому счёту, всё-таки, католическая, и первые миссионеры, которые туда попали, естественно, были католики – поэтому, и традиции у них – католические. И вот этот вот…  рождественские кролики, поиск этих… яиц…

А.Митрофанова:

- Это, по-моему, на Пасху…

О.Алексий:

- На Пасху, на Пасху…

О.Попкова:

- А… на Пасху, да… почему-то у меня ассоциация…

И, в общем и целом, получается, что наибольшие такие традиции Рождественские – они все сводятся к каким-то… материальным таким… внешним вещам, как – распродажа… Рождественская распродажа большая. И, вот, все люди…

А.Митрофанова:

- Ну, у нас – то же самое…

О.Попкова:

- … с самого утра – они куда-то едут… в какие-то магазины, и парковки не найти, и в этих очередях не пробиться…

А.Ананьев:

- А у нас, кстати, традиция Рождественских распродаж так и не прижилась в России.

А.Митрофанова:

- У нас – предновогодняя… предновогодняя паника…

А.Ананьев:

- У нас просто незадолго до распродаж цены поднимают на 20%, а к распродажам – они просто возвращаются на прежний уровень, и… в общем… стоять в очередях смысла нет.

А.Митрофанова:

- Но предновогодняя паника – да, то же самое… то, о чём и матушка говорит.

О.Алексий:

- Там Рождество – 25 декабря. То есть, нам удобнее… до 25 декабря весь этот ажиотаж, они едут в магазины, всё покупают, покупают… мы можем туда прийти перед Новым годом, какого-нибудь 28-29 числа, купить, уже народу никого, практически, нет, все остыли, но цены сохраняются те же. И, особенно перед нашим православным Рождеством 7 января, мы можем купить со скидками, плюс ещё скидки – потому, что это остатки, и никому они местным не нужны…

О.Попкова:

- Это после Нового года – уже всё, Новый год прошёл…

О.Алексий:

- Да, и никому это не надо. Купить… там… для ёлок какие-то украшения, для храма украшения. То есть, это, конечно, для православных удобно!

А.Митрофанова:

- Бонус такой!

А.Ананьев:

- Хорошо устроились!

А насколько велика община – вот, этот приход храма Христа Спасителя в Веллингтоне?

О.Алексий:

- Очень хороший вопрос. Однажды мы посчитали количество национальностей – было 12 разных национальностей, которые к нам приходили. Это, в основном, конечно, бывшие республики бывшего Советского союза – белорусы, украинцы, русские…

О.Попкова:

- Армяне…

А.Ананьев:

- И там все считают друг друга своими?

О.Алексий:

- Да, там все новозеландцы уже. Нет, хотя… идентичность, всё-таки, сохраняют. Язык мы русский сохраняем, и белорусы тоже сохранили свой, и украинцы тоже… есть свои клубы. Но количество прихожан в Воскресный день… если было 40 человек – мы считали, что это очень хорошо… обычно – 30-25 на Воскресной Литургии. На Рождество – до 100 человек могли прийти. На Пасху тоже, да. Ну, по традиции, в России – собираются все в храм в это время.

Ну, вот, такой, небольшой приход. Общее количество русскоговорящих в самом Веллингтоне – говорят, что около тысячи человек, но не все из них, конечно, верующие во Христа люди.

А.Митрофанова:

- У нас – не так много времени до конца программы остаётся. Если позволите, мне бы хотелось задать вопрос, который мне кажется одним из ключевых, вообще, для «Семейного часа», для вот этого нашего цикла бесед.

Жизнь вашей семьи очень сильно изменилась, в связи с переездом в Новую Зеландию, сейчас, с переездом в Москву, и, вообще… вот, это… как сказать… получается, вы живёте в зоне турбулентности постоянной, и непонятно, когда это закончится. Единственное, на кого можно смотреть, это, действительно, на Христа. Потому, что опоры в жизни какой-то иной… ну… вы не знаете, куда вас, в следующий момент, снова судьба забросит. Как это влияет на отношение друг ко другу ваши, отношения мужа и жены? Они проходят какую-то проверку? Или, наоборот… ну… что называется… укрепляются, и, вообще, наступает какой-нибудь романтический период, потому, что: «Ах, Новая Зеландия – это так прекрасно!»?

На отношения мужа и жены – как влияют эти перемены?

О.Попкова:

- Ой… мне кажется, каждый новый этап жизни – это всегда проверка! Проверка и наших супружеских отношений, и… какая-то такая… объединяющая сила, можно так сказать, для нашей семьи в целом. Потому, что… вот, опять-таки, возвращаясь к Вашему предыдущему вопросу – как мы изменились – мы, наверное, осознали, что мы – одна семья, и мы, в любом случае, вместе, и, что бы ни случилось, мы есть друг у друга. И, наверное, это – самое главное, и этого достаточно для того, чтобы мы могли двигаться дальше, и преодолевать те трудности, которые, так или иначе… будем верить, что по воле Божией, случаются в нашей жизни, и что мы движемся… как-то… в одном направлении, да? Что…

А.Ананьев:

- Вообще, это – подарок, наверное! Потому, что… вот, я тоже представляю себе… там… есть ты, есть я, и всё. И огромная какая-то Новая Зеландия. Ну, а на кого ещё опереться, кроме, как на Христа, и на жену? Больше не на кого! Родители – далеко. Друзей – нету, толком… госуслуги не работают. На кого опереться? Только на жену.

А.Митрофанова:

- Я помню, был у нас недавно такой момент. Серьёзное очень испытание… ну… можно сказать даже… такой… определённый удар мы пережили. И мы… вот, я помню это состояние… вжались друг в друга… вот, просто головы задрали наверх… и только так и выстояли – вот, вжавшись друг в друга, и задрав головы наверх…

А.Ананьев:

- Я пытаюсь вспомнить, это что за история такая была…

А.Митрофанова:

- Ну, неважно… я тебе потом расскажу!

А.Ананьев:

- У нас такое было?

А.Митрофанова:

- Было, было… Ну, это моё ощущение…

О.Алексий:

- Как приятно на вас смотреть!

А.Ананьев:

- Вот, отец Алексий, видите – нас здесь тоже приходится непросто!

А.Митрофанова:

- Ну… нет… ну, с Божьей помощью, конечно, всё это разрулилось, всё хорошо.

Но, вот, смотрите, отец Алексий – ведь у вас кардинальная перемена произошла, в связи с появлением новых рабочих задач в вашей жизни. Священник, живя не в России, за рубежом, действительно, православный батюшка, он, чаще всего, вынужден искать себе и светскую работу, а то и две. Как в Вашем случае. И часто, действительно, бывает… вот, у нас есть замечательный знакомый батюшка в Германии, который дальнобойщиком служит. Ну, то есть, он берёт заказы, которые может выполнять в течение недели, но так, чтобы железобетонно все двунадесятые праздники и, естественно, субботы и Воскресенья, он был со своими прихожанами и служил Литургию.

А.Ананьев:

- А отец Василий Гелеван, в Бразилии, который освоил профессию экскурсовода?

А.Митрофанова:

- Отец Василий освоил профессию экскурсовода, да… ну, то есть, варианты разные. Кто-то книги начинает писать. Но это не менее… это, наверное, могут себе позволить одинокие батюшки, которым не нужно кормить жену, детей, и, вообще, всё содержать.

Так, вот… то есть, у вас поменялся, практически, весь уклад вашей жизни.

О.Алексий:

- Да, конечно. Это – просто забота о семье, как главы семьи, как мужчины, накладывает определённые обязательства.

Я добавлю в копилку наших достижений – у нас ещё был небольшой свой бизнес. Мы торговали пирожками, в субботние дни – пельменями.

А.Митрофанова:

- Ого!

О.Алексий:

- Матушка очень хорошо готовит торты. Торт «Наполеон» пользовался огромной популярностью у новозеландцев!

И у нас ещё был домашний детский сад – матушка воспитывала русскоговорящих детей у себя дома. Ну, такой, маленький детский сад – на несколько детишек.

То есть, мы разносторонне там пытались добиться каких-то финансовых успехов, и, слава Богу, Господь посылал нам такие возможности. Ну… главное – не бояться этого.

То есть, если есть талант… там… если бы я хорошо разбирался в IT каких-то технологиях, наверное, можно было бы где-нибудь подработать в IT-сфере…

А.Ананьев:

- Ну, это для сёрферов, скорее.

О.Алексий:

- Ну, да… да… да… то есть, жить на Мальдивах, и оттуда работать в любую точку мира – конечно!

О.Попкова:

- Ну, уклад жизненный, конечно, поменялся, да. Потому, что мы работали… то есть, если до Новой Зеландии, я работала всегда только в храме – клирос и трапезная, и… всё-всё-всё, то здесь – и светская работа, и… вот, эти вот… пирожки-торты и так далее… но всё это происходило естественным таким образом… опять-таки, вот… через какие-то обстоятельства. Обращается к тебе один человек и предлагает тебе какой-то проект – ты пробуешь, что-то получается, что-то не получается – поработал. Что-то появилось новое. Вот, детский садик – да, с удовольствием, целых года полтора, наверное, у нас проработал, и работал бы ещё, если бы вот так всё не случилось. Потому, что я – педагог, по образованию, и, конечно, мне это ближе всего – работать с детьми.

К сожалению, работать в новозеландской школе – это не то, что в русской, нужно…

А.Ананьев:

- Язык нужно знать, в первую очередь?

О.Попкова:

- Нужно, прежде всего, «Ielts academic». Поэтому это была несбыточная мечта. Но работать… вот… это называется «Home base child care» – это достаточно доступно. И любой бизнес в Новой Зеландии – его очень просто организовать. Это, вот, уведомительная система…

О.Алексий:

- Через Интернет – за 15 минут.

О.Попкова:

- Поэтому, мы искали какие-то, опять-таки, возможности – что мы можем сделать вместе, да?

А.Ананьев:

- Прекрасно… Слушайте, нам очень хочется задать вам ещё очень много вопросов. И ещё больше… очень захотелось пирожков, пельменей и торт «Наполеон»! Вы так об этом рассказали… прямо, аж… скулы свело!

Но – наше время подошло к концу. Мы вас благодарим за то, что вы нашил время сюда приехать.

А.Митрофанова:

- Вывод – один. Если муж с женой, задрав голову, смотрят на Христа, то, в общем, никакие вот эти самые турбулентности, получается, не страшны. Всё преодолимо.

А.Ананьев:

- Ты опять сделала неправильный вывод!

А.Митрофанова:

- Нет?

А.Ананьев:

- Конечно! Жена должна уметь печь пирожки, пельмени и торт «Наполеон».

О.Алексий:

- И воспитывать детей!

А.Ананьев:

- Да!

О.Алексий:

- И своих, и чужих!

А.Ананьев:

- Запомни!

А.Митрофанова:

- Ладно.

А.Ананьев:

- Сегодня мы беседовали с замечательными гостями: с клириком храма Христа Спасителя в городе Веллингтон ( Новая Зеландия ) протоиереем Алексием Попковым и его женой матушкой Ольгой.

С вами была Алла Митрофанова…

А.Митрофанова:

- … Александр Ананьев.

А.Ананьев:

- Не бойтесь перемен. С Божьей помощью, всё получится!

До новых встреч!

А.Митрофанова:

- До свидания!

О.Попкова:

- До свидания! Спасибо!

О.Алексий:

- Спаси Господи!

До свидания!

«СЕМЕЙНЫЙ ЧАС» НА РАДИО «ВЕРА».

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка, а также смотрите наши программы на Youtube канале Радио ВЕРА.

Мы в соцсетях
****
Другие программы
Встречаем Пасху
Встречаем Пасху
Утро в прозе
Утро в прозе
Известные актёры, режиссёры, спортсмены, писатели читают литературные миниатюры из прозы классиков и современников. Звучат произведения, связанные с утренней жизнью человека.
Вселенная Православия
Вселенная Православия
Православие – это мировая религия, которая во многих странах мира имеет свою собственную историю и самобытные традиции. Программа открывает для слушателей красоту и разнообразие традиций внутри Православия на примере жизни православных христиан по всему миру.
Сюжеты
Сюжеты
Каждая передача состоит из короткого рассказа «современников» о Божием присутствии в их жизни.

Также рекомендуем