![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2023/07/Tatjana-Polikarpova.jpeg)
Татьяна Поликарпова
У нас в гостях была директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория» Татьяна Поликарпова.
Мы говорили о том, почему в современных общеобразовательных школах все больше внимания уделяют духовно-нравственному образованию учащихся, о значении предмета «Основы православной культуры» и о том, какие новые интересные подходы появляются в объяснении этого материала для школьников, о том, как в рамках обычной школьной программы можно раскрывать важные духовные смыслы детям и подросткам, а также о всероссийском конкурсе «Клевер ДНК» на лучшие разработки учителей в области духовно-нравственной культуры.
Ведущие: Константин Мацан, Кира Лаврентьева.
К.Мацан:
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА.
Здравствуйте, уважаемые друзья!
В студии у микрофона моя коллега — Кира Лаврентьева...
К.Лаврентьева:
— Добрый вечер!
К.Мацан:
— ... и я, Константин Мацан.
Добрый вечер!
С трепетной радостью приветствую нашу сегодняшнюю гостью — Татьяна Владимировна Поликарпова, директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория».
Добрый вечер!
Т.Поликарпова:
— Здравствуйте!
К.Мацан:
— Говорим мы сегодня по Вашей теме, по Вашей специальности — про образование. Мы всё чаше на волнах Радио ВЕРА к этим проблемам обращаемся, говорим о лайфхаках, о родительских ошибках, о духовно-нравственных аспектах в школьном образовании, и не только в школьном, о чём вообще сегодня в обществе много говорят.
И, вот, сегодня мы очень рады, что Вы у нас в студии, что мы можем к Вашему опыту тоже обратиться, а опыт у Вас большой. И начал бы я с того, что это опыт, связанный, именно, с такой часто дискутируемой темой, как преподавание в школе основ православной культуры. Вообще, курса «Основы религиозных культур и светской этики» — сейчас так курс называется, или как-то иначе уже его переименовали?
Т.Поликарпова:
— Всё верно. Это курс «ОРКСЭ» — «Основы религиозных культур и светской этики».
К.Мацан:
— Ну, вот... Вы, вообще, с каким сердцем наблюдаете за этой дискуссией в обществе? «Надо»... «не надо»... не приведёт ли религиозное образование в светских школах к вражде между людьми, которые выбрали разные курсы, и так далее...
Мы, как-то, на это смотрим... так... со стороны, а Вы — внутри процесса, в том числе, как методист. Что Вы об этом думаете?
Т.Поликарпова:
— Вы знаете, вообще, история, на самом деле, очень интересная. Потому, что я с этой темой связана со второго курса института, с моих 19 лет. А мне сейчас — 36. То есть, это уже, фактически, почти половина жизни.
Дело в том, что я тогда была студенткой Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета, педагогического факультета...
К.Мацан:
— ... из которого Киру отчислили, как мы знаем, в своё время...
К.Лаврентьева:
— Ну... ты чего меня позоришь тут при всём честном народе?!
К.Мацан:
— Ты сама рассказывала в «Светлых историях»...
Т.Поликарпова:
— Ну... бывает разное...
К.Мацан:
— Меня-то тоже оттуда отчислили, поэтому... мы тут... собрались...
К.Лаврентьева:
— Вот это неожиданно, вообще...
Т.Поликарпова:
— Ну, я его закончила, всё-таки.
К.Мацан:
— Вы — герой! Я, вот, к этому клоню... Вы — герой!
Т.Поликарпова:
— Да? Спасибо!
И, вот... значит... на втором курсе института меня пригласили работать в школу. В школу... она была — одна из шести экспериментальных в Москве, где вводили, как раз, вот, эту направленность — духовно-нравственную, религиозную, культурологическую...
К.Мацан:
— Это была светская школа? То есть, государственная?
Т.Поликарпова:
— Это была светская школа, государственная, одна из шести школ Москвы, где вёлся эксперимент. Определяли, в каком же классе лучше эту направленность давать для детей. И, когда я пришла работать в школу, у меня были детки с 1 по 11 класс. А в жизни появилась шутка, что я ничего уже в жизни не боюсь — я преподавала у 11 класса, когда училась на втором курсе института.
К.Лаврентьева:
— Действительно...
Т.Поликарпова:
— Вот, поэтому... И у нас были предметы — «Православная культура», «Светская этика»... точнее, тогда это называлось «Основы нравственности»... и «Мировые религии». Тогда ещё не было ОРКСЭ — это было до 2012 года.
К.Мацан:
— То есть, было три модуля — три варианта выбора?
Т.Поликарпова:
— Да, три варианта выбора.
И мы начали этот эксперимент. Детки, с первого класса, изучали... по заявлению родителей, выбирали одно из этих направлений. У нас постоянно были открытые уроки городского уровня, приезжал Департамент образования, и смотрели — где же лучше преподавать, в какой, именно, момент, когда дети больше сконцентрированы. И, после того, как у нас — на наших шести школах — завершился этот первый этап эксперимента, было определено: самое лучшее — это 4 и 5 класс. Ну, собственно говоря, что мы и наблюдали в самом начале. Если вы вспомните старые учебники по ОРГСЭ, на них на всех написано: 4-5 класс. Почему? Потому, что преподавали: конец 4-го класса...
К.Мацан:
— Последняя четверть 4-го класса и первая...
Т.Поликарпова:
— ... да... и начало 5-го класса. Да, была такая тенденция. И, уже только спустя какое-то время, всё отнесли в 4-й класс, и так у нас появилось ОРГСЭ, в 2012 году введённое.
Я... отвечаю, всё-таки, возвращаясь к вопросу... как я к этому отношусь... я считаю, что очень многое зависит от учителя. Мы, собственно говоря, почему и платформу «Клевер Лаборатория» сделали — потому, что нужно через учителей вести вот это вот просвещение. Нужно было донести до педагогов, каким образом преподавать так, чтобы не было никаких вот этих вот столкновений мировоззренческих. Потому, что, изначально, курс — культурологический. А как его, с позиций культурологии, преподавать, не все учителя, к сожалению, знают.
К.Мацан:
— Давайте, мы поясним... потому, что мы используем слово такое «культурологический», как будто оно всё объясняет. А, на самом деле, человеку непогружённому нужно... ну, культурологический, и что?
То есть, он не предполагает... там... молитв перед этим курсом, он не предполагает принятия религиозных догматов, как необходимых вещей, чтобы сдать зачёт или экзамен. Это — рассказ об истории, о культуре... то есть, это — светская дисциплина. Посвящённая, может быть, какой-то религиозной теме, но это светская дисциплина.
Т.Поликарпова:
— Абсолютно. Мы всегда учителям на курсах повышения квалификации говорим, что есть некая такая формула. Вне зависимости от того, к какой религии относится сам педагог, он всегда говорит о том, что: «Православные христиане верят в то, что...» — и дальше даёт какой-то тезис. Он не говорит это от себя, и что это, действительно, истина в последней инстанции. Он так же рассказывает про ислам, он так же рассказывает про буддизм, иудаизм, и так далее. То есть, вот эта вот формула: что верующие верят в это, в это и в это.
Дальше он говорит о традициях, которые окружают наших детей. А, собственно, ребёнок, и семья ребёнка, они уже сами определяют, относятся они к верующим людям, не относятся они к той или иной религиозной традиции — это выбор каждого человека, он абсолютно свободный.
На уроках рассказывается только, вот, именно, всё же повторю, культурологическая составляющая. Действительно, никаких участий в обрядовой стороне жизни верующих не происходит.
К.Мацан:
— Ну, а, вот, та тема, с которой я начал... о том, что часто критика идеи преподавания ОРГСЭ в школах сводится к тому, что: если, вот, эти два мальчика с девочкой идут на паре изучать ислам, вот, эти пять мальчиков идут изучать буддизм, вот, эти... там... десять — идут изучать православие, то они, как бы, разделяются, и между ними возводятся перегородки и стены. И это — конфликтоопасно.
Другая дочка зрения гласит, что, наоборот: каждый, изучая свою культуру, то, что выбрала семья, тем самым, понимает, что, вот, у нас есть наши ценности — значит, они есть и у других. Могут быть другие. Но тогда, если мне мои ценности важны православные, то, так же, они важны будут моему однокласснику-мусульманину, и я тогда их уважаю. Тогда я должен их уважать, потому, что и ему надо будет уважать мои ценности.
Т.Поликарпова:
— Вот, смотрите... конфликт возможен только при неправильном преподавании. Потому, что, если мы с вами посмотрим на курс, вообще, в целом — там запланированы общие уроки. Совместные уроки.
К.Мацан:
— Кстати, да. Вот, у меня ребёнок... буквально, вот, прошедшим летом мы выбирали этот курс — перед 4-м классом, и там... меня даже удивило, что учителя говорили: «Вы, родители, не волнуйтесь! У нас так много занятий в актовом зале, где все вместе дети приходят, вне зависимости от модуля, который они выбрали. И вместе мы что-то смотрим, обсуждаем, рассказываем, и так далее...»
Т.Поликарпова:
— Да, безусловно...
К.Мацан:
— То есть, это намеренно делается...
Т.Поликарпова:
— Да. Есть базовые общие темы. Например, первая тема у нас «Россия — наша родина». Она всегда везде единая. Потому, что, к какой бы религиозной традиции ты не относился, ты, всё равно, гражданин России, и это объединяет всех наших ребят, наших детей.
И вторая тема, которая обязательная — она замыкает — это любовь и уважение к отечеству.
То есть, вот, эти две темы... тема первая, входная — она идёт по России, и последняя — она тоже... как бы... замыкающая, тоже о России и о единстве российского народа.
Здесь очень важно понимать по поводу того, что внутри самого курса есть также проектная деятельность. В середине года, после двух... первая четверть проходит, вторая четверть проходит... заканчивается первое полугодие — и наступает время проектов. И, вот, проекты дети делают... могут делать сообща, представляя друг другу, и знакомя друг друга, именно, вот, с этими, вот, своими работами.
То есть, как бы... сам курс — он нацелен, как раз, на объединение. Ни в коем случае, не на разделение. И, с позиции учителя... учитель постоянно должен это проговаривать. Вне зависимости от того, какой модуль, что выбрали дети. Потому, что, если мы говорим с вами, вообще, о комплексном курсе ОРГСЭ — он из шести модулей состоит. Представляете? Шесть модулей может вестись в школе.
Конечно, базово, в основном, это три модуля: основы православной культуры, основы светской этики, и основы... сейчас это называется... Если мы посмотрим на ОРГСЭ — он состоит из шести модулей, и базово в школах России выбирается три. Первое — это основы православной культуры, второе — это основы светской этики, и то, что раньше было «Основы мировых религиозных культур», теперь это называется «Основы религиозных культур народов России».
То есть, вот, это, вот... три базовых — они выбираются, а дальше — уже зависит от региона. То есть, бывают регионы, где, в подавляющем большинстве, основы исламской культуры выбираются... ну, и так далее.
К.Лаврентьева:
— В гостях у «Светлого вечера» Татьяна Поликарпова — директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория».
У микрофона — Константин Мацан и Кира Лаврентьева.
Татьяна Владимировна, очень важная тема, и не только тем она важна, что это очень важно для образования, для духовного возрождения, для духовного и культурного просвещения детей, но я здесь ещё вижу, вот, что.
Это ведь колоссальный, такой, коммуникационный институт! Потому, что лично моя боль — она заключается в том, что я всё время сталкиваюсь с людьми, которые неспособны принимать инаковость взглядов другого человека. Они неспособны принимать то, что человек, в принципе, может быть другим. И когда вы объединяете, вот, так детей единой темой — ну, например, там... любовь к Родине — объединяете детей с разным религиозным подтекстом изначальным, с разным культурным кодом, может быть, разных национальностей, но они таким образом учатся взаимодействовать, уважая и принимая друг друга... мне кажется, это, прям, очень круто!
И... что хочется спросить: можно ли это сделать как-то... ну... можно ли этому научить? Научить родителей, научить учителей в школах — не только вашему предмету, а, в принципе, ввести это... на ваш взгляд... ввести это, как, такие, обязательные курсы повышения квалификации? Ну, как это называется... «Основы коммуникаций межличностных», там... или «Основы уважения к другому человеку»...
Ну... как мне кажется, мы этим страдаем. Очень, очень люблю свою страну, но мне кажется, что у нас — есть проблема с культурой общения. Ну, да... вот... дисциплина «Культура общения» — это можно как-то массово ввести? Вот, если мы... так... строим «город будущего»... такую... идеальную школу какую-то?
Т.Поликарпова:
— Да всё можно сделать! Мы, каждый на своём месте, пытаемся решить и эту проблему, в том числе.
Например, на платформе «Клевер Лаборатории», когда мы обучаем учителей — проводим курсы повышения квалификации, — мы постоянно говорим о так называемых 4К. Это — компетенция XXI века. Это — креативность, творчество, критическое мышление, коммуникация и кооперация.
К.Лаврентьева:
— То есть, даже 5К?
Т.Поликарпова:
— Ну... их — 4, творческое мышление и креативность — это одно и то же. Их — 4.
Это — базовые компетенции, которыми необходимо обладать человеку XXI века. Вне зависимости от предмета, вне зависимости от того, какая область изучается — эти компетенции надо развивать. И мы, как раз, вместе с учителями, учимся тем приёмам, тем техникам, которые помогают в детях развить эти компетенции.
Потому, что... давайте, мы с вами вспомним школу, самый обычный урок, и — как он проходит. В 90% случаев, в подавляющем большинстве — это урок в позиции «глаза в затылок». Дети сидят друг за другом, за одиночными, или, в лучшем случае, за сдвоенными партами. Как можно на уроке, вот, в таком положении, когда дети 11 лет учатся, развить коммуникацию?
Часто педагоги говорят: «Ну, коммуникация развивается где-то там... на переменах...» — но это совершенно другая коммуникация! Мы сейчас говорим о процессе обучения, и о том, что дети, в процессе обучения, должны уметь взаимодействовать...
К.Лаврентьева:
— Конечно... это же тоже умение...
Т.Поликарпова:
— ... работать в команде. То есть, не просто развлекаться где-то на перемене, организовывая и самоорганизовывая друг друга, а именно — в рабочей обстановке.
Поэтому, это вопрос, который мы постоянно поднимаем — о компетенциях, и о том, как сейчас их развивать таким образом, чтобы это коснулось... как бы... всех сфер. Не только нашего предмета.
Потому, что, знаете, методика — это некий, такой, инструмент. Я даю методику преподавания предмета — например, «Основ православной культуры», но, при этом, эти методы — по развитию коммуникации, критического мышления, кооперации и так далее — педагог может переложить и на другие предметы тоже, проводя «Окружающий мир», или урок русского языка.
То есть, это такие... компетенции — они «над». Да? Поэтому, мы сейчас их пытаемся постоянно развивать и, что называется, «прокачивать» эти умения у наших педагогов.
К.Лаврентьева:
— Ну... человек, ведь, может честно и глубоко выстраивать отношения с Богом, с собой и с людьми — только, если он... ну, как-то... раскрыт, как личность. Он может по-настоящему глубоко жить. Я очень много читала об этом у владыки Антония, и чувствую в этом много правды.
И, вот, это раскрытие личности, в рамках школьного образования, в рамках системы, когда в классе... ну... там... 30 человек... да... учитель — один... примерные требования — они тоже одинаковы для всех... программа школьная — единая для всех... вот, это развитие личности, раскрытие личности, раскрытие потенциала ребёнка — оно, на Ваш взгляд, возможно ли... вот, реально, правда — возможно ли оно в школьных стенах? Или, всё-таки, человек вырастает, заканчивает школу, получает какую-то базу — а там уже где-то раскрывается. В институте, там... в семье... в обществе... ещё где-то... ещё, там... разбирается сам с собой?
Т.Поликарпова:
— Я считаю, что это — одна из ключевых задач школы. Несмотря на то, что учитель — один, а детей — 30, а иногда и больше...
К.Лаврентьева:
— Да, иногда и больше...
Т.Поликарпова:
— ... мы можем организовать урок таким образом, чтобы каждый ребёнок — абсолютно каждый — мог себя проявить. Для этого делается позиция и... как раз, вот, эта ситуация — не когда они сидят друг за другом, а, например, работают в командах по 4 человека, и в этой команде, при правильной организации — опять таки, зависящей от педагога — дети учатся друг с другом сотрудничать и проявлять себя. Но здесь нужно правильную методику подобрать. Вот этим, как раз, должен владеть педагог — это его компетенция. Чтобы дети были все организованы.
Я, однажды, услышала такую фразу, и она меня очень сильно поразила и потрясла — по поводу того, что групповая работа — это, вообще, зло. Ну, как же так может быть? У нас везде — групповая работа, она должна быть обязательно, она у нас... везде.
А потом — прошло пояснение. И, вы знаете, я с этим пояснением согласна. Групповая работа — зло, в том плане, что, если мы не помогаем детям организоваться, а просто им говорим: «Сделайте в группах, вот, это задание». Вот, в такой ситуации это, действительно, зло. Когда сильные дети становятся сильнее, а дети, которые слабенькие, не дотягиваются — их, как бы, отодвигают, и они становятся ещё слабее. Вот, эта история — нехорошая, методически неграмотная.
А если мы организуем, именно, командную работу, где понимает, совершенно чётко, каждый ребёнок, что он должен сделать для общего вклада, для того, чтобы выполнить это задание... Например, каждый придумывает, например, четыре слова... каждый записывает то-то, то-то... потом мы всё объединяем, и на этом фундаменте уже выстраиваем дальше — это совершенно другая позиция. Это позиция командного соработничества. Не просто групповая работа «сделайте, там, как-нибудь сами», а, именно, командное взаимодействие.
Вот, это — очень хорошая история, и она развивает, как раз, вот, эти, вот, компетенции, о которых мы с вами уже говорили. И, вот, этому надо учить учителей.
К.Мацан:
— Конкурс «Клевер ДНК»... конкурс для учителей, собственно говоря, где вы награждаете... находите, награждаете лучшие практики, лучшие проекты. Причём, я, однажды... у меня была радость — я вёл мероприятие «Клевера» по, как раз, награждению победителей этого конкурса, учителей «Основ православной культуры». И были номинации... там... «Лучший квест» — по «Основам православной культуры»... по какой-то теме... там... «Лучшее... что-то, там, ещё»... в таком же духе... ну, то есть... не просто методички, а есть какие-то придумки у учителей со всей страны, как нескучно преподавать «Основы православной культуры». Ну, или шире — «Основы религиозных культур и светская этика» — этот курс о духовно-нравственном воспитании.
Вот, какие для Вас самые запомнившиеся были практики, идеи, проекты? Что такого придумали учителя, что можно было бы брать на заметку всем остальным?
Т.Поликарпова:
— Хороший вопрос. Спасибо большое!
У нас этот конкурс, действительно, такой уникальный и удивительный, в принципе своём, потому, что он содержит интересные номинации. Номинации, аналогов которым нет, вообще, ни в одном другом конкурсе, в принципе.
Есть много очень интересных вариантов, очень много интересных работ. Ну, вот, например, у нас есть учительница — Стругалёва Марина Петровна. Она предложила ряд разработок, связанных с телеуроками, когда есть такое некое совмещение дистанционного обучения и офф-лайн режима. То есть, когда дети в эпоху пандемии не могли, например, присутствовать на каких-то уроках, в виду определённых ограничений, там был такой интересный формат с очень интересными заданиями. Необыкновенная история.
Потом, мне очень понравился проект... я бы его взяла, уже даже как мама, для своего сына. У меня сын сейчас закончил 4-й класс, и это уже, прям, подросток-подросток. И, вот, у Смуровой Татьяны Станиславовны — великолепная идея, как делать с детьми небольшие видеоролики, формата, как раз, для ВК — до минуты ролики — о нравственных качествах.
То есть, мы смотрели с ним эти ролики, обсуждали, и есть, о чём поговорить с ребёнком, который в 4-м классе...
К.Мацан:
— Дети сами делают эти ролики?
Т.Поликарпова:
— Сначала делает педагог, потом... как бы... такой... как же это сказать... волной заражающей... делают и дети. То есть, это, действительно, очень интересно.
Кроме того... очень интересная была работа у нас в инновационном подходе автора Помазенковой Натальи Валерьевны — она занимается с детьми в проекте книготворения. Вся школа делает книги. Книги — разные. Книги о святых. Книги о исторических личностях. Книги — рукотворные, написанные от руки, сделанные с иллюстрациями детей. Они — есть из фетра, есть, вырезанные из цветной бумаги... какие-то интересные шаблоны... и, вот, вся школа у них делает, вот, такие, потрясающие совершенно, книги.
Я, когда увидела этот проект, что называется, «вживую», когда она показала их труд... я понимаю, что тоже, как мама, я могу взять этот пример для себя — как, просто, с ребёнком можно провести выходной, и сделать книгу, например, из фетра — по Рождеству. Мы даже мастер-класс такой проводили. Вот, буквально, за несколько часов можно сделать необыкновенную красоту, при этом, проработав содержание вместе с ребёнком. Потому, что технология — достаточно простая: скачиваются из Интернета раскраски, вырезаются, и дальше — мы накладываем, как шаблон, на фетр, и, вырезая, складывая и склеивая всё вместе — ну, в определённой последовательности — получаем историю Рождества. Это же — совершенно чудесно, когда за... там... два, три часа, вместе с ребёнком, на выходном, перед Рождеством можно сделать, вот, такую книжку. И — таких вариантов много. Разные праздники — разные варианты.
К.Мацан:
— Мы вернёмся к нашему разговору после небольшой паузы.
Я напомню, сегодня с нами в программе «Светлый вечер» — Татьяна Владимировна Поликарпова, директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория».
В студии — моя коллега Кира Лаврентьева, и я — Константин Мацан.
Не переключайтесь!
К.Лаврентьева:
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается, дорогие наши слушатели!
У нас в гостях — Татьяна Владимировна Поликарпова, директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория».
У микрофона — Константин Мацан и Кира Лаврентьева.
Татьяна Владимировна, раз Вы, в первой части нашей программы, сказали о том, что... поделились рецептом, как заниматься можно с ребёнком-подростком на выходных, я не могу не спросить, не могу: а чем заниматься с детьми летом? С подростками уже, у которых явно выражен интерес к жизни, интерес к сверстникам, к общению. Такой, вот, личный вопрос от мамы — маме. Чтобы, вот, эти три месяца лета, помимо лагерей... там... поездок каких-то... не были потрачены бесцельно и впустую — как-то очень жалко времени.
То есть, книжку ему уже не почитаешь, как раньше, не порасскрашиваешь, не полепишь — это уже другой человек. Это уже 4-классник, 5-классник, и далее — со всеми остановками.
Как Вы думаете, что... как эту проблему можно решать родителям?
Т.Поликарпова:
— У нас недавно прошёл проект, который назывался «Лето в городе», в котором мы, как раз, давали материалы для учителей по духовно-нравственному направлению — что же такое с детьми можно сделать? Как их организовать летом?
К.Лаврентьева:
— Да...
Т.Поликарпова:
— Конечно же, с подростками это сложнее история...
К.Лаврентьева:
— Очень... да...
Т.Поликарпова:
— Безусловно. Здесь надо понимать особенность возраста. Ведущей деятельностью в подростковом периоде является общение. Поэтому, максимально пообщаться с ребёнком... но... просто же не посадишь его, не начнёшь с ним разговаривать: «Как жизнь у тебя?» — да? «Да всё нормально...» — на этом и поговорили.
Здесь нужно выстраивать на какой-то базе. Либо — в совместной деятельности.
Мы предлагали различные варианты. Был у нас вариант, например, делать театр теней — это очень интересно, и с младшими подростками эта очень хорошо подходит деятельность — 5-6 класс. Дети очень хорошо этим занимаются. При помощи смартфона, при помощи фонарика в этом смартфоне, можно снимать, вот, такие, вот, ролики — театра теней. Интересный процесс — это можно сделать всей семьёй.
Потом, можно организовать какой-то поход, безусловно. У нас есть тоже материалы на сайте «Клевер Лаборатории» — о том, как организовать подростка в походе. Какие можно с ним посмотреть истории, почитать что-то. Можно сделать какую-то... обсудить какие-то притчи нравственные — не те, которые очень очевидные для маленьких, а уже... такие... с дилеммой. То есть, в подростковом возрасте — это очень интересно.
И, конечно же, нужно больше общаться именно... наверное, честно с ребёнком. Потому, что... я вам скажу, как преподаватель, как учитель — я восемь лет проработала в школе — мы не знаем своих детей. Вообще. Мы думаем, что мы знаем их, мы можем ставить какие-то «родительские контроли» на телефон, ещё что-то... но, по факту, мы своих детей совершенно не знаем. И, если мы их узнаём, в нас включается некое такое суждение... не говорю пока «осуждение», но — некое суждение. Мы здесь говорим: «Как ты можешь это делать?... А почему ты, вот, это сделал?...» — и с такой, вот... ноткой... воспитания. Прям, хорошей, иногда, ноткой. И, конечно же, дети закрываются.
Вот, в подростковом возрасте — можно делать всё, что угодно! И книжку, на самом деле, можно читать. Вопрос — вот, этого взаимодействия родителя и ребёнка — насколько они друг другу доверяют.
Это, вот, такое моё мнение — и как педагога, и как мамы. Потому, что, как только включается, вот, этот элемент суждения — «почему ты...», «а как это ты...» — ребёнок сразу закрывается, и — не достучаться. А так — всё можно, действительно, делать.
И... знаете, наверное, это миф такой — что, вот, он вырос — и всё, теперь с ним, вот, это — не поделаешь. Прекрасно делается! И вместе — и готовим, вместе и веселимся — то есть, абсолютно нормальную жизнь проживаем вместе с ребёнком. Но, для этого, должно быть — отношение друг к другу... вот, это, вот — единство. Потому, что, если не будет этого доверия, действительно, будут эти «блоки», когда он не будет хотеть что-то делать со своим родителем — вот, и всё. Ну... это моё мнение.
К.Лаврентьева:
— Но это такая трудная тема, конечно... «блоки»...
А, вот, если говорить о каких-то платформах? Интернет-платформах... обучающих платформах... Вам знакомы какие-то, на которые стоит обратить внимание? Какие-то курсы... ещё что-то... летние, именно...
Т.Поликарпова:
— Да, можно такое сделать вместе с ребятами. Но, Вы знаете... лето — оно...
К.Лаврентьева:
— ... на то и лето!
Т.Поликарпова:
— ... на то и лето, чтобы почувствовать жизнь!
Помните, как у Полианны: делать то-то, то-то, то-то... а жить-то, тётушка, когда? Вот, лето — для того, чтобы, как раз, пожить. Поэтому, я — не сторонник того, чтобы... вот... много и упорно детей грузить летом.
В образовательном плане, можно предложить что-нибудь интересное. Например, мальчикам очень нравятся какие-нибудь курсы по программированию...
К.Лаврентьева:
— Да...
Т.Поликарпова:
— ... если у ребёнка есть предрасположенность к этому. То есть, не родителю показалось, а если ребёнок — захотел. У кого-то — со спортом что-то связано... у кого-то — с лошадьми... Поэтому, здесь вопрос уже к родителям — насколько они хорошо своего ребёнка знают.
А в плане духовно-нравственной культуры и духовно-нравственного воспитания — здесь, конечно, тоже сейчас очень много всяких интересных проектов есть, и мы, периодически, постоянно с кем-то делаем коллаборации... с партнёрами своими — какие-то общие проекты.
Недавно совершенно у нас был интересный вебинар «Экологично с детьми» — об экологии. Как говорить об экологии с ребятами. Сотрудничаем с киноуроками — это тоже интересные совершенно для разного возраста видео 20-25-минутные, которые не утомляют. Можно потом побеседовать, поговорить, обсуждение сделать — либо, индивидуально, со своим ребёнком, если мы говорим про родителя, либо с группой детей, если это делает педагог, например, в школе, или в режиме летнего лагеря, которые часто работают на пришкольной территории.
Поэтому... вот, эти, вот, все... как бы... то, что направлено на духовно-нравственное становление личности, мы стараемся, как раз, на своей платформе аккумулировать, и рассказывать, какие есть практики в этом направлении.
К.Мацан:
— Мы Вас представляем как участника проекта «Клевер» и методиста проекта «Клевер Лаборатория», но ещё пока не рассказали о самом проекте.
«Клевер»... я про него немножко знаю... мы, вообще, на Радио ВЕРА про него немножко знаем, потому, что он возникал при участии Радио ВЕРА, экспертов нашей радиостанции, и попечителей её... вот, расскажите подробнее, из чего вырастала эта идея, что это такое, чем, вообще, занимается проект «Клевер»?
Т.Поликарпова:
— Проект «Клевер» занимается тем, что готовит педагогов к преподаванию духовно-нравственных дисциплин — раз. А, во-вторых, учит педагогов через обычные простые предметы доносить духовно-нравственные ценности, традиционные для нашего российского общества.
К.Мацан:
— «Через простые обычные предметы» — Вы имеете в виду, школьные предметы?
Т.Поликарпова:
— Школьные предметы. И математику, в том числе.
Понимаете, здесь же вопрос — к содержанию. Задача по математике может учить помогать, а может учить — отнимать. Это вопрос, именно, содержания. Поэтому, мы готовим педагогов, мы помогаем педагогам, снабжаем их теми материалами, которые бы помогали им воспитывать, вот, эти ценности духовно-нравственные в каждом ребёнке, вне зависимости от класса, вне зависимости от предмета, а — в принципе.
Поэтому, я бы даже сказала, что «Клевер Лаборатория» — это больше, чем проект, больше, чем платформа — это миссия, на самом деле. Миссия — дать возможность каждому педагогу овладеть теми инструментами, теми методами, тем материалом, который поможет воспитать подрастающее поколение. Чтобы потом не было мучительно больно... и горько...
К.Мацан:
— ... «за бесцельно прожитые годы»...
Т.Поликарпова:
— Да.
К.Мацан:
— А можете примеры привести, как через обычные предметы можно доносить то, что мы называем духовно-нравственными смыслами или ценностями?
Т.Поликарпова:
— Ну, смотрите... например, литература у нас с вами очень тесно связана с ценностями православия...
К.Мацан:
— Ну, с гуманитарными предметами, вообще, чуть понятнее...
Т.Поликарпова:
— Да, хорошо... давайте, на примерах точных наук...
К.Мацан:
— ... естественных наук...
Т.Поликарпова:
— Вот, естественных, да... математика, например. У нас были такие разработки учителей, при обмене опытом, когда перефразировали тексты задач.
К.Мацан:
— Так...
Т.Поликарпова:
— То есть, задача может быть направлена... с такой... с некоей хитростью, да? Что... там... мальчик взял что-то без спроса... или ещё что-то, да? А может быть то, что — мальчик помог тому-то, тому-то, тому-то... и, вот, посчитайте, скольким людям он помог... ну... в ходе своей какой-то деятельности.
И, вот, у нас были такие очень интересные наработки на курсах повышения квалификации, когда педагоги подбирали таким образом текстовые задачи — перефразировали их, — чтобы они учили детей добру.
К.Мацан:
— А я, вот... когда такие примеры звучат, я, каждый раз, думаю: а не будет ли это школьник считывать, как, вот, именно, то, что «меня сейчас тут учат добру»... и будет к этому относиться с какой-то иронией? И, в итоге, это не будет срабатывать?
Или... или же... вот, каков ваш опыт?... или, в каком-то возрасте определённом... там... в том же пятом классе, или четвёртом... ребёнок так не мыслит, ребёнок так ещё не думает?
Т.Поликарпова:
— В маленьком возрасте — нет. Он об этом не задумывается. Это, знаете, уже после пятого класса начинает ребёнок искать подтекст, подвох... постоянно что-то такое. Маленькие — очень конкретно мыслят.
У меня был однажды такой случай — с притчей. Работали с детьми, и я дала притчу детям. Рассказала, что один мудрец пришёл на собрание, на званый ужин. Перед ним поставили, как перед знатным гостем лапшу — большую тарелку. Он её попробовал, у него просияло лицо, и он начал эту лапшу есть. И, пока он её всю не съел — то большое блюдо, которое было на всех гостей рассчитано, он не успокоился. Все были шокированы, но — вот, такая ситуация.
Я задаю детям вопрос: «Ребята! Как вы думаете, хорошо или плохо поступил мудрец?»
К.Мацан:
— Так...
Т.Поликарпова:
— Дети до пятого класса единодушно всегда отвечают: «Конечно же, плохо!» То есть, это, прям... вот... ошибка-ошибка!
К.Мацан:
— Надо было со всеми поделиться...
Т.Поликарпова:
— Надо было поделиться, да. То есть, это, вот, совершенно... абсолютно, вот, прямое, такое, мышление.
Дети старшего возраста уже начинают задумываться: а почему он так сделал? Может быть, причина какая-то была? До пятого класса этого не происходит.
К.Мацан:
— И какие варианты дети предлагают? Старшие.
Т.Поликарпова:
— Дети постарше предлагают варианты, например: «Может быть, он хотел показать, как себя вести не надо? Ну, вот... сделал некрасиво — чтобы проиллюстрировать: вот, я сделал плохо. Может быть, не надо так делать?»
К.Мацан:
— Смирился до зела...
Т.Поликарпова:
— Да... то есть, разные истории... Кто-то полагает: «А, может быть, она была невкусная, эта лапша...»
К.Мацан:
— О, как...
Т.Поликарпова:
— Да... а если мы с вами продолжим притчу читать — и я всегда это делаю с детьми разного возраста, и даже со взрослыми — оказывается, что продолжение притчи следующее: эта лапша была очень сильно пересолена. И для того, чтобы хозяин не уволил кухарку, которая её готовила — потому, что она была в очень трудном положении — этот мудрец принял на себя удар осуждения, но спас эту кухарку. И хозяина — чтобы не ставить его в неловкое положение.
И, когда я это детям говорю, спрашиваю: «И какой вывод можно сделать после этой притчи?» И дети мне говорят: «Наверное, мы поторопились с выводами... Мы поторопились — напрасно это сказали. Мы-то не знали!» — у них всегда такое: «Мы-то не знали!»
Вот... к вопросу о том, насколько надо аккуратными быть с выводами.
К.Мацан:
— Татьяна Владимировна Поликарпова, директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория», сегодня с нами в программе «Светлый вечер».
Я, всё-таки, продолжу Вас ещё мучить на тему того, как смыслы и ценности доносятся через неспециальные предметы.
Вот, даже с математическими задачами... понятно... теперь понятно, да, можно так переформулировать текст задачи, чтобы у него было какое-то этическое содержание. А, вот, если брать совсем точные науки — в смысле, совсем естественные? Химия, биология, физика... я не сомневаюсь, что талантливый учитель найдёт и здесь, как эти смыслы донести. Более того, у нас были примеры в программе «Светлый вечер», когда учитель химии рассказывал про то, как, анализируя структуру Периодической таблицы Менделеева, он выходил на тему Сотворения мира, и так далее. Да, но это, вот, талант конкретного педагога, и дай Бог, чтобы у нас таких педагогов было больше!
Какие ещё примеры интересные есть — вот, Вам попадались — того, как в естественных науках педагог находил способ, обладая, видимо, сам религиозным мировоззрением, донести какие-то важные смыслы?
Т.Поликарпова:
— Ну, вот, у нас одна из работ на «Клевер ДНК» в прошлом году была, как раз, по биоэтике.
К.Мацан:
— Так...
Т.Поликарпова:
— Как с детьми беседовать на тему... вот... как раз, озвученную? Со старшеклассниками — 9, 10 и 11 классов. Прям, целый труд у учителя был!
Здесь — не вопрос единичных педагогов, здесь вопрос в том, что многие педагоги не знают, где материал взять. Потому, что то, что находится в Интернете в свободном доступе на первых страницах поисковых систем, оно, очень часто, низкого качества.
Вот, собственно, мы на «Клевере» — чем занимаемся? Одна из наших деятельностей — тем, что мы аккумулируем интересные примеры. И, вот, теперь у нас уже по биоэтике есть разработки — они лежат на сайте, в разделе обмена опытом, и педагоги, которые преподают биологию в старших классах, они могут брать этот материал и использовать на своих уроках.
То есть, вопрос в том — чему доверять, чему не доверять. Когда мы ищем какой-то материал, мы можем донести — через любой предмет, на самом деле. Вопрос — где брать, вот, эту базу, и где брать эти исследования, на которые опираться. Потому, что... у меня, вот, это — моя позиция, и я абсолютно в ней уверена... в том, что, если мы берём религиозное мировоззрение и мировоззрение человека науки... вот, если специалист — науки, он не будет отрицать полностью религиозное мировоззрение. И — наоборот.
Ну, я думаю, вы это прекрасно понимаете, в виду того, что у вас и передача была такая — «Вызывайте доктора!», да? Так называлась?
К.Мацан:
— Было дело... был такой ю-туб-канал... кстати, и сейчас он есть. Я с радостью получаю какие-то иногда отзывы — о том, что... вот... интересуется человек темой религии и науки — его можно на ю-туб-канал «Вызывайте доктора!» отправить, и там — 12 интервью с докторами естественных наук ( то есть, физиками, химиками, геологами, биологами... ) — именно, про науку и религию. Это всё лежит, это всё в доступе — можно брать так же, как и методические материалы, и студентам на лекции показывать, или школьникам.
Т.Поликарпова:
— Конечно! Потому, что, вот, это, вот, «противостояние» мировоззрений — его, на самом деле, не существует. Существует малообразованность, как таковая. Если человек малообразован в какой-то из областей, начинаются, вот, эти, вот, странные противопоставления... какие-то странные примеры... А так — ведь, это всё дополняет друг друга... это — способ познания Бога.
К.Мацан:
— Я бы, вот, о чём ещё хотел спросить... Меня всегда очень интересовало наполнение модуля «Светская этика».
Вот, вроде бы, кажется со стороны, что это такой... внутри курса «Основы религиозных культур и светской этики» — это, вот, для тех, кто ни с какой религиозностью не определился, или не хочет никакой явно выраженной религиозности — вот, «Светская этика».
А для Вас, как для методиста и человека, в тему погружённого — вот, в чём специфика этой программы? Там, грубо говоря, всё — то же самое, только без Бога? Или — есть какая-то разница между «Светской этикой», преподаваемой в школах, и «Основами религиозной культуры»? С этической точки зрения. Что проще преподавать? Что проще усваивается? Критическая ли это разница?
Т.Поликарпова:
— Нельзя сказать, что проще преподавать, и что проще усваивается — потому, что всё зависит от педагога и от детей. То есть, каждый раз — это индивидуальная история.
Но... могу сказать, вот, что. Я восемь лет проработала в системе московского образования, и вела курсы повышения квалификации для учителей по «Основам светской этики». И всегда говорила о том, что это — один из наиболее сложных курсов. Я вам говорю это, как методист.
Почему? Потому, что детям 4-го класса всегда нужен некий пример.
К.Мацан:
— Некий авторитет.
Т.Поликарпова:
— Некий авторитет.
Давайте, мы с вами сейчас абстрагируемся и подумаем, какую семью, например, мы можем привести — рассказать о ней на уроке — чтобы поставить её в пример. Ну, как что-то такое, к чему следует стремиться. Я спрашиваю это сейчас у вас, я спрашиваю это у учителей — у взрослых людей возникают большие сложности! Потому, что вспоминают семью, например, из фильма «Любовь и голуби»...
К.Лаврентьева:
— Или «Однажды, двадцать лет спустя...»... там прекрасная Гундарева...
Т.Поликарпова:
— Вот, «Однажды, двадцать лет спустя...» — да. Но не все знают про этот фильм, я вам скажу. Педагоги...
К.Лаврентьева:
— Ну, да... А «Любовь и голуби» — там... печаль какая-то! В изначальном варианте, в первой части фильма... да...
Т.Поликарпова:
— Да! А «Любовь и голуби» вспоминают почему-то... И это — явно не тот пример, который мы детям можем показать в 4-м классе, правда же? Пример семьи.
Поэтому, я всегда говорю очень простую вещь. «Светская этика» — у неё проблемы. Вот, именно, с примерами. Личностями. Проблема!
К.Мацан:
— Собственно, мой вопрос и был в том, что... если в рамках религиозного курса — даже культурологического — понятно, к чему ты апеллируешь. К некоему религиозному авторитету, освящённому религиозной традицией. Там есть Бог, там есть абсолютная ценность, абсолютный авторитет. Поэтому, там...
Т.Поликарпова:
— Да, и святые...
К.Мацан:
— ... святые семьи — Царская Семья, Пётр и Феврония, родители Сергия Радонежского... это Семья Иисуса Христа...
К.Лаврентьева:
— ... Захария и Елизавета...
К.Мацан:
— ... Захария и Елизавета... праведные Иоаким и Анна... и так далее. Но это всё имеет ценность потому, что освящено религиозной традицией.
А, вот, в рамках светской, сугубо, этики, где мы... как бы... я, ни в коем случае, не отношусь критически к модулю «Светская этика»... это... всё, что ни делается, всё к лучшему... и там тоже можно донести очень много разумного, доброго, вечного — и это прекрасно для тех, кто не готов принимать религиозный дискурс.
Но... чисто методологически, мне интересно... Если мы Бога вынесли за скобки, и решили про этику говорить без Бога, то — к чему мы апеллируем?
Т.Поликарпова:
— А я вам сейчас расскажу. Мы опираемся на то, что во всех документах у нас «Гражданская этика». Внимание: гражданская! Не философская. Гражданская. А это — что значит? Значит, мы должны брать примеры из истории своего Отечества.
А теперь, смотрите, какая интересная получается у нас с вами ситуация!
К.Лаврентьева:
— Там примеры — религиозные...
Т.Поликарпова:
— Во-от! Куда я и веду!
Смотрите... мы берём пример семьи Императора нашего последнего — Николая II, Александры Фёдоровны и их прекрасных детей. Я всегда привожу этот пример — их любви друг к другу, и даже единой подписи — ОТМА — Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия — у них была единая подпись... они подписывались все вместе...
К.Мацан:
— Я только так и запомнил их имена, в своё время...
Т.Поликарпова:
— Да, я тоже, кстати! Это, видимо, такая хитрость...
Поэтому, смотрите... мы опираемся на то, что у нас было в истории. Да, они канонизированы — безусловно, это есть. Но учителя очень боятся... часто боятся брать кого-то, кто связан с Церковью, с верой...
К.Мацан:
— Серьёзно? Боятся?
Т.Поликарпова:
— Да, конечно. И я даже делала такие опросы, типа — можно или нельзя использовать этот материал на «Светской этике»? Вот, какие-то примеры — того же самого Дмитрия Донского, Александра Невского, Сергия Радонежского — когда мы говорим о трудолюбии... Ну, покажите человека сейчас у нас, в современности, который бы настолько был трудолюбив, и так бы работал, как когда-то это делал Сергий Радонежский — с младенчества, считай... ну, с маленького возраста. И, когда я спрашиваю у учителей, и говорю: «Можно или нельзя?» — «На „Светской этике“, однозначно, нет». Я говорю: «А, почему? Скажите мне. Я, вот, как человек, методист, написавший не одну рабочую тетрадь и методичку, абсолютно могу сказать, что мы опираемся на гражданскую этику. Если у нас святой человек, канонизированный Церковью, наш соотечественник...
К.Лаврентьева:
— Ну, и что, да?
Т.Поликарпова:
— ... ну, и что?»
К.Мацан:
— Получается, что канонизация — это, такой, сразу «минус»! Нет, его мы не берём, раз он — церковный, то...
К.Лаврентьева:
— Да... закрытая такая уже, получается... каста...
К.Мацан:
— ... он, как бы, помечен уже... как негодный...
Т.Поликарпова:
— Да-да-да... очень боятся...
К.Мацан:
— Это же — бред! Простите мою резкость...
Т.Поликарпова:
— Педагоги очень боятся. И, каждый раз, мы с ними начинаем — это самые первые вопросы: насколько мы можем брать того или иного... тот или иной пример... ту или иную личность... да... чтобы рассматривать.
И, вот, если мы смотрим с позиций гражданской этики, мы имеем полное на это право. У нас это во всех документах прописано. О том, что этика — гражданская.
К.Мацан:
— То есть... в этой логике, получается, что нужно специально искать семью нецерковную, чтобы иметь возможность её привести в пример в рамках «Светской этики»...
Т.Поликарпова:
— Ну, вообще, конечно, странная история, да...
К.Мацан:
— Таких, в общем-то, не так просто и найти, на самом деле...
К.Лаврентьева:
— Особенно, в русской истории.
Т.Поликарпова:
— Да.
К.Лаврентьева:
— Это — невозможно, мне кажется, даже сделать.
К.Мацан:
— И, что интересно... я не могу не спросить... Вы упомянули, что учителя боятся прибегать к примерам, связанным с религиозной традицией. То, что Вы это говорите — это, в принципе... звучит... таким... контрапунктом к тому мнению, распространённому в обществе, что у нас — прям, вот... что у нас государство и Церковь, прям, слились... вот, прям, они так близко, что всем учителям дана разнарядка быть православными по долгу службы.
Оказывается, нет. Оказывается...
Т.Поликарпова:
— Да, нет, конечно!
К.Мацан:
— ... когда мы спускаемся на более низовой уровень простых людей, там есть... ну... какой-то даже скепсис по отношению к религиозной традиции... в этом отношении...
Т.Поликарпова:
— Я бы не сказала «скепсис»... я бы сказала, как раз, вот — страх, что обвинят.
К.Мацан:
— В чём?
Т.Поликарпова:
— В том, что...
К.Мацан:
— В пропаганде какой-то?
Т.Поликарпова:
— ... склоняют — туда, или сюда, или куда-то ещё.
И здесь я всегда педагогам говорю о том, что у нас есть контекст. Ребёнок живёт в контексте православной культуры. Хочет он этого, не хочет — он живёт в этом контексте.
И, каждый раз, говорю: как только у вас возникают такие вопросы от родителей: «А почему мы говорим о православии? Почему Вы приводите пример на „Светской этике“, касательно православной культуры?» — да?... это же, вроде, к ней относится... есть такой лайфхак.
Когда возникают вопросы о том, почему упомянули о православии... там... на «Светской этике», я говорю: отправляйте своих родителей, которые задают эти вопросы, в поисковые системы. Вот, пусть они зайдут, и впечатают: достопримечательности Самары... достопримечательности Санкт-Петербурга... или любого другого города России. И пусть они посмотрят, что они увидят. А увидят они — православные храмы, в большинстве своём, и в подавляющем большинстве тоже.
К.Мацан:
— Аминь! Как говорят православные.
Спасибо огромное!
Сегодня с нами в программе «Светлый вечер» была Татьяна Владимировна Поликарпова — директор учебно-методического центра проекта «Клевер Лаборатория». И мы напоминаем, что, как и Радио ВЕРА, проект «Клевер Лаборатория» — это независимый некоммерческий проект, который существует только на пожертвования неравнодушных людей. Поэтому, все те, кого проблематика нашей сегодняшней программы заинтересовала, могут откликнуться и поддержать «Клевер Лаб» в их деле просвещения, в распространении лучших практик преподавания «Основ религиозной культуры и светской этики». Всю информацию о том, как поддержать «Клевер Лаб» можно найти на сайте сlever-lab.pro, и организаторы этого проекта будут рады любой помощи.
Спасибо огромное!
В студии у микрофона была моя коллега Кира Лаврентьева, я — Константин Мацан.
До свидания!
К.Лаврентьева:
— Всего хорошего!
Все выпуски программы Светлый вечер
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
![Апостол Павел](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2018/03/Apostol-Pavel.jpg)
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
1 Кор., 141 зач., IX, 2-12.
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2019/05/Pavel-Velikanov-1024x696-240x240.jpg)
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Вас когда-нибудь смущало, когда вы узнаёте, что некий знакомый — вполне успешный, здоровый, красивый молодой человек — вдруг всё оставляет и уходит в монашество? Если да, то отрывок из 1-го послания апостола Павла к Коринфянам — именно для вас! Давайте послушаем 9-ю главу, которая сегодня читается в храмах во время богослужения.
Глава 9.
2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
3 Вот мое защищение против осуждающих меня.
4 Или мы не имеем власти есть и пить?
5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?
6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?
7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?
8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?
9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?
10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.
11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?
12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.
В сегодняшнем апостольском чтении многократно повторяется одно и то же слово — «власть» — по-гречески — εξουσία. В прямом смысле слова «власть» — это законное право или способность действовать. Но апостол Павел не просто так использует это слово снова и снова именно в своих риторических вопросах: тем самым он хочет особо подчеркнуть нечто крайне важное. Что же именно — давайте разбираться.
Ни для кого не секрет, что среди остальных апостолов Павел стоял «не в ряду», сильно выделяясь. Он единственный происходил из фарисеев, духовной элиты, ученик Гамалиила — ещё бы не отличался от простых рыбаков и сборщиков податей! Но, кроме этого, Павел ещё и вёл себя... подозрительно: он не был женат, старался не обременять своих слушателей сборами для своих личных нужд, предпочитая зарабатывать самостоятельно — и в целом вызывал скорее раздражение у апостолов, чем радостное принятие. Причина — непривычная широта взглядов вместе с самым настоящим радикализмом. Неудивительно, что это вносило определённую тональность в его деятельность. И перед нами — фактически оправдательная речь перед теми, кто смущается его поведением, нетипичным даже для первых христиан.
Апостол Павел мудро и деликатно в форме вопрошаний озвучивает «висевшие в воздухе» вопросы к нему — и даёт ясный ответ: да, всё правильно, все эти вопросы — совершенно правомочны. Но — есть одна маленькая деталь. Он существенно повышает планку личной праведности с единственной целью: не дать повода тем, кто хотел бы усмотреть в его проповеднической и миссионерской деятельности всего лишь... разновидность «бизнеса на духовной тематике». У него есть право — такое же, как и у всех других проповедников, — иметь супругу, питаться от пожертвований, пользоваться гостеприимством — и всё это ни разу не зазорно. Но он переступает через все эти свои права не потому, что они — ущербны или неправильны — а только потому, что не хочет дать даже малейший повод для «претыкания» тем, кто эти поводы с удовольствием отыскивает.
Пример апостола — хороший повод для нас задуматься, на самом ли деле мы готовы также бережно относиться к тем, кто находится вне всякой религии и веры — пытаясь искренне понять, обо что именно прежде всего спотыкаются эти люди, начиная смотреть в сторону Церкви Христовой?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Поможем Соне и другим подопечным Марфо-Мариинской обители
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/09/Soberi-rjukzak-dobra-1-322x480.png)
Соня с трёх лет живёт в Елизаветинском детском доме. Это благотворительный проект. Находится он в Марфо-Мариинской обители милосердия в Москве. В этом месяце Соне исполняется 11 лет. Она заботливая и внимательная девочка, всегда опекает младших и старается помочь взрослым — и салат на обед приготовит, и общую игру организует, и комнату в порядок приведёт. Настоящая помощница воспитателям!
Одно из её любимых увлечений — вязать крючком. Причём вязать Соня может и на детской площадке, и в метро, и в кровати перед сном. У неё всегда под рукой крючок и моток ниток. Ещё девочка с удовольствием осваивает швейную машинку, плетёт из бисера и вышивает.
Сотрудники Елизаветинского детского дома занимаются всесторонним развитием детей, поддерживают их интересы и обеспечивают всем, что нужно для творчества и учёбы.
На днях Соня вместе с другими девочками из детского дома отправилась в школу. И сейчас перед воспитателями стоит важная задача — приобрести на весь учебный год тетрадки, книги, ручки и многое другое. Но без помощи им не обойтись.
Сегодня на территории Марфо-Мариинской обители помимо Елизаветинского детского дома, работает ещё несколько социальных проектов. В каждом из них есть маленькие и юные подопечные, которым важна поддержка — это ребята с инвалидностью, сироты и дети из малоимущих семей.
Чтобы подготовить их к школе обитель милосердия ежегодно проводит акцию «Собери рюкзак добра». В этом году её участниками стали 268 детей, и вы можете их поддержать. Переходите на сайт: https://rukzakdobra.ru/ и сделайте любой благотворительный взнос.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«11-е воскресенье по Пятидесятнице, Сретение Владимирской иконы Богородицы». Прот. Федор Бородин
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/06/Protoierej-Fedor-Borodin.jpg)
В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Разговор шел о смыслах богослужения в ближайшее воскресенье, о празднике Сретения Владимирской иконы Богородицы, об Усекновении главы Иоанна Крестителя, о церковном новолетии (индикте), о праздновании Положения честного Пояса Пресвятой Богородицы, а также о днях памяти благоверного князя Даниила Московского и мучеников Адриана и Наталии.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица