Поделиться
В первой четверти девятнадцатого века в России, под покровительством «Вольного общества любителей российской словесности, наук и художеств», издавался журнал под названием «Благонамеренный». Писали в нём, главным образом, о театре и благотворительности. Правда, выходило это издание в свет нерегулярно и весьма небрежно, добродушный редактор «Благонамеренного» даже заслужил ироничное упоминание в пушкинском «Евгении Онегине». Изредка публиковались там и стихи.
Так, в одном из номеров 1820-го года появилась вполне изящная сатира поэта-дилетанта и будущего блестящего военно-государственного деятеля — Николая Николаевича Анненкова. Известного ныне только очень пытливым историкам.
Давайте вспомним сейчас его поэтические опыты. Начнем с иронично-грустной сатиры.
Я видел добродетель в мире,
Соорудившую свой трон;
Равно как в рубище, в порфире
Всяк чтил святой её закон.
Я видел: злато отвергая,
Фемиды жрец весы держал,
И, гласу истины внимая,
Невинных он не осуждал.
Я видел, как Поэт нельстивый
Вельможам правду говорил;
Пороков гнусных враг строптивый,
Вселенну мудрости учил.
Довольством, видел я, дышало
Всё в градах пышных и в полях;
Веселье лица украшало,
И счастие у всех в сердцах.
Я видел дружбы совершенство,
Я видел верность — и в жене!
Я видел и любви блаженство.
Друзья! не верите вы мне?
Я видел это всё... во сне!
Николай Анненков, «Я видел», журнал «Благонамеренный», 1820-й год.
Последней должностью молодого самодеятельного стихотворца (а в зрелости и в пожилые годы Анненков отошёл от литературы, сосредоточившись на военной и государственной службах) — стало генерал-губернаторство Юго-западного края.
В 1865-м ему довелось сопровождать тело скончавшегося от болезни наследника престола Николая Александровича (сына императора Александра II) в последний путь из Франции в Россию...
...Давайте закончим наше краткое поминание Николая Анненкова его духовным этюдом под названием «Покаяние».
Это трогательное стихотворение давным-давно отделилось от имени своего автора. Помню, я встречал его как анонимное и даже слегка подредактированное — под более современного читателя.
Когда смущает сердце страх
Упреком совести тревожной,
Спеши упасть пред Богом в прах
С слезой раскаяния не ложной.
Припомни кроткий взор Христа
В тот миг, когда в венце терновом
За нас, истерзанный, с креста
Молил Отца смиренным словом —
Убийцам злобным грех простить.
Верь: Он восхощет искупить
Твой грех во благости безмерной,
Лишь только дай нелицемерный
Обет — закон Его хранить.
Николай Анненков, «Покаяние», 1820-е годы.
Правда Божия. Алексей Шириков
Поделиться
В нашей семье, как, наверное, и в любой другой, время от времени случаются мелкие споры: кому сегодня мыть посуду, кто должен убрать то, что лежит не на месте, кому ехать по делам. В такие моменты во мне просыпается почти детское чувство: хочется справедливости. Чтобы поровну. Чтобы по заслугам. Чтобы было видно и признано, кто сколько вложил, — будто во мне ведётся невидимый бухгалтерский учёт вложенных усилий, и так важно, чтобы баланс сходился.
Но чем дольше я живу с супругой, тем яснее вижу: если мерить любовь этой линейкой, счастливой семьи не построишь. Равенство, вычисленное до грамма, просто-напросто невозможно. Да и не про любовь оно, а про бухгалтерию. Настоящая же близость держится на готовности делать что-то даже тогда, когда думаешь, будто сделал больше другого. А в идеале — вообще отключить этот внутренний счетчик «добрых дел», ведь неравенство и несправедливость нам очень часто только мерещатся.
Конечно, здесь стоит уточнить: это не значит, что в семье не нужно вообще ничего обсуждать, а надо молча терпеть то, что раздражает, и делать вид, будто всё в порядке. Разговор о распределении обязанностей, о честном участии каждого — вещь нужная и здоровая. Но есть разница между разговором, ищущим общего блага, и внутренним счётом, который ведёшь для себя, чтобы в удобный момент предъявить его другому как доказательство своей правоты.
Отключить же этот счет очень помогает Новый Завет. Читаем, например, притчу о работниках, в разное время начавших трудиться в винограднике, и видим — хозяин дает одинаковую плату и тем, кто трудился с самого раннего утра под палящим солнцем, и тем, кто пришёл в поздний час. Услышав ропот последних, хозяин отвечает: «Друг! я не обижаю тебя; не за динарий ли ты согласился со мною? ...разве я не властен в своём делать, что хочу? Или глаз твой завистлив от того, что я добр?» По человеческим меркам это откровенно несправедливо. По меркам Царства Божьего — это милость, не подчиняющаяся арифметике заслуг.
Вообще, то, что мы привыкли называть справедливостью, довольно далеко от правды Божией, о которой говорит Священное Писание. Вообще, то, что мы привыкли называть справедливостью, довольно далеко от правды Божией, о которой говорит Священное Писание. Когда апостол Павел в послании к Римлянам пишет о завете Бога и Израиля, он задается вопросом: люди нарушили заключенный с Богом договор, перестанет ли Бог быть верен Своим обещаниям о благословении народа, о пришествии Мессии? По нашим человеческим представлениям о справедливости, у Него, кажется, есть на это полное право. Ведь если я обещаю научить человека чему-то, чтобы он взамен подарил мне книгу, а потом ничему его не учу, все обязательства с него снимаются. Но апостол Павел настаивает: Бог верен завету, Он праведен. И Правда Его явилась в том, что Он послал в мир Христа, умершего за всех людей и всех искупившего. В этой Правде, как мне кажется, нет практически ничего от справедливости — всё про любовь.
Поэтому каждый раз, когда появляется желание вытребовать себе якобы положенное «по справедливости», доказать жене, что я сегодня вложился больше, стараюсь вспомнить: не этому учит нас Евангелие, да и результат таких требований вряд ли меня обрадует.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
Ограбление на море. Алексей Шириков
Поделиться
Солнечным, немного жарким днём мы с женой завершали поездку по Испании. Позади были десятки городов, раскалённый воздух узких южных улиц, местные соборы и приятные встречи с интереснейшими людьми. До вылета из аэропорта оставалось больше трёх часов, так что мы решили заехать к морю: просто постоять у волн и попрощаться с отпуском.
Погода выдалась именно такой, какой и ждёшь от юга: тёплый ветер с солёным привкусом, яркое небо. Где-то вдалеке кричали чайки, а местные дети запускали воздушных змеев. Мы спустились к самой кромке воды, сфотографировали пейзаж и, уже с лёгкой грустью от того, что отпуск заканчивается, пошли обратно к машине.
Сели было внутрь, как вдруг жена ахнула: «Нас взломали! Украли мой рюкзак... И документы!» Секунду я ещё пытался понять, шутит она или нет, а потом увидел разбитое боковое стекло и блестящие на солнце осколки на сиденье. Внутри всё как-то разом изменилось: та лёгкость, с которой мы только что смотрели на закат, вмиг сменилась напряжением.
За всю поездку с нами не случилось ничего опасного, мы расслабились, наслаждались морем, вкусной едой, вечерними прогулками, и даже не думали, что за десять минут на пустой набережной кто-то успеет забраться в машину.
Первая минута была самой сложной: никак не получалось вместить, что такое вообще бывает. Но довольно быстро мы оба взяли себя в руки: на самолёт мы уже не успеваем, а значит, нужно спокойно звонить в полицию и решать вопрос с документами.
Соседи по парковке, местная пара, которая как раз садилась в машину, помогли нам вызвать полицию и даже дождались её вместе с нами.
Пока я общался с приехавшими сотрудниками правопорядка, жена продолжала осматривать машину и... нашла в ней наши документы! Оказалось, их вообще не крали: сумка с ними упала на пол салона, грабители её просто не заметили. В этот момент я выдохнул. Украденный рюкзак с вещами и техникой было жалко, но его исчезновение перестало казаться бедой. Мы отделались легко. И даже на самолёт успели.
Слова, которые помогли довольно спокойно пережить это приключение принадлежат библейскому праведнику Иову. Он произнёс их, потеряв в один день почти всё, что у него было: «Господь дал, Господь и взял, да будет имя Господне благословенно».
Меня самого удивило, насколько быстро в момент стресса в голове всплыла именно эта фраза. Она дала внутреннюю уверенность и опору. Наверное, в этом и есть одна из важных практических сторон христианской веры: она не обещает, что беды обойдут стороной, но помогает найти в житейских штормах внутреннюю опору.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
О пользе бесполезного. Алексей Шириков
Поделиться
В последнее время мы с женой всё чаще размышляем над вопросом, как, собственно, отдыхать. Обычно, когда выпадает свободное время, мы просто меняем один вид деятельности на другой: работали за компьютером, значит поедем потрудиться в огороде, устали от рутины, значит поедем погулять в соседний город. И раз за разом становится всё понятнее, что это не срабатывает: усталость накапливается.
Недавно я поймал себя на мысли, что по-настоящему расслабляюсь, в первую очередь, за рулём на трассе, в долгой ровной дороге, где почти не нужно ничего решать, только держать руль и смотреть вперёд. Минимум контроля, почти созерцание, почти никакой пользы в привычном смысле слова. И вот с тех пор мне всё сильнее хочется провести так, без определённой цели, целый день, просто побыть.
Но тут же вспоминаются старые страхи. Меня, как, наверное, многих в моём поколении, растили с убеждением, что нужно быть деятельным, экономить время, что каждый час должен быть чем-то заполнен, желательно полезным. Конечно, логика тут была в том, чтобы я не ленился, просиживая время в играх или телефоне. Но запрет на лень незаметно превратился в запрет на любое бездействие вообще. Сидеть без дела, смотреть в окно, просто ничего не делать стало казаться почти провинностью, растратой единственного невосполнимого ресурса.
А между тем именно в бесполезном столько красоты! Бесполезном для практической материальной жизни. Цветок на поле бесполезен для нас, но, когда на него смотришь, — Бог ближе. Закат на небе никак не служит моему выживанию, но не потратить время на его созерцание, на восхищение переливами красок, на то переживание покоя, которое он даёт, невозможно. Ну а если мы опоздаем на рассвет, как всем известно из мультипликационной классики, то мы, действительно, опоздаем на всю жизнь.
Надо сказать, что в церкви тоже немало такого же, казалось бы, бесполезного: пышные облачения не несут никакой практической функции, хоровое пение не решает никакой практической задачи. Любая молитва ничего не прибавляет к миру материи, но она при должном внутреннем настрое даёт человеку отдых и главное — общение с Создателем.
Христос, при жизни среди людей, время от времени просто уходил один помолиться или уводил учеников в сторону от толпы. «Пойдите вы одни в пустынное место и отдохните немного» — говорит Он, как написано в Евангелии от Марка, когда вокруг апостолов столько народа, что даже поесть некогда.
В общем, после всех этих размышлений мы с женой решили в ближайший отпуск выделить несколько дней на то, чтобы просто побыть. Не ставить целей, не занимать голову фильмами и телефоном, а сесть где-нибудь на природе и смотреть на мир, ничего не планируя, — в созерцании и перед Богом.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
