Поделиться
иеромонах Андроник Пантак.
Фото: https://pravobraz.ru/
У нас в гостях был насельник Сретенского монастыря иеромонах Андроник (Пантак).
Накануне дня памяти Марии Египетской мы говорили о ее жизненном пути и подвиге покаяния, о том, что такое истинное покаяние, и как человек может преодолеть последствия совершенного греха.
Ведущие: Алексей Пичугин и Алла Митрофанова
А. Пичугин
— В студи светлого радио приветствуем вас мы: Алла Митрофанова —
А. Митрофанова
— Алексей Пичугин —
А. Пичугин
— Сегодня у нас в гостях иеромонах Андроник (Пантак), насельник Сретенского монастыря московского, ответственный за молодёжную работу в этом монастыре. Добрый вечер.
Иером. Андроник
— Добрый вечер.
А. Пичугин
— У нас с вами программа выходит в преддверии воскресенья, когда вспоминается Мария Египетская, такая очень интересная святая древней Церкви. Позавчера, в среду вечером, была крайне длинная и сложная служба великопостная, когда был прочитан целиком Великий канон Андрея Критского, и на этой же службе — Утреня с чтением канона Андрея Критского — чтение жития Марии Египетской. Интересная святая с очень необычным жизненным путём, но почему именно она? Сейчас конкретно спросим вас, вы расскажите про то, чем она прославилась, расскажите нашим слушателям, а кому-то напомните о её жизни и судьбе. Но почему именно она? У нас тысячи святых тоже с удивительной судьбой. Вот почему именно Мария Египетская в пост, уже ближе к концу поста, так отдельно чтится и вспоминается?
А. Митрофанова
— Особенно если учесть, что внутри Великого поста есть своя особая драматургия. И вот Мария Египетская — это один из таких вершинных, что ли, моментов — почему действительно?
Иером. Андроник
— Вообще, память святой Марии непосредственно связана со временем Великого поста, потому что мы узнаём о её житии от старца Зосимы, который на время поста, будучи монахом Иерусалима, ушёл из своего монастыря, как это было в традиции, в пустыню. И во время Великого поста он встретил святую Марию, и там, в пустыне, она ему рассказала о своей жизни. То есть непосредственно это касается и времени поста, во-первых — встреча старца Зосимы и святой Марии Египетской. А во-вторых, что такое пост? Если мы говорим про постное время, то это время особого внимания к себе и время правильного расположения к покаянию. И память святой Марии — это такой образец покаяния. То есть это такой яркий пример того, как человек может изменить свою жизнь и обратиться от глубины греха к высоте святости. И память святой Марии всегда, наверное, так особенно тепло почиталась не только в Греции, не только в Византии, но и у нас на Руси с самого начала христианства. Потому что, знаете, как говорится «русский человек очень широк — сузить бы». Так вот у нас эти примеры русских святых, которые обращались к глубокому покаянию — вот эти фольклорные...
А. Митрофанова
— «Жили 12 разбойников».
Иером. Андроник
— Да, «жили 12 разбойников» — вот эти вещи, когда атаман внезапно всё бросает и уходит в монастырь, это как-то очень понятно русскому человеку, когда происходит такое глубокое переосмысление жизни. И святая Мария — это пример того, что жизнь можно поменять, изменить из любого состояния. То есть можно обратиться к Богу и Господь тебя примет из самой глубины греха, если есть действительно решимость изменить свою жизнь, то Господь тебя не отвергнет. И вот это напоминание Великим постом очень важно, потому что если пост — это время покаяния, а смысл покаяния не в том, чтобы просто сокрушаться и плакать сидеть о своих грехах, а покаяние, как многие знают, это слово, которое по-гречески звучит «метанойя», то есть «обращение ума» или «переворот сознания» — мы так могли бы перевести сейчас. То есть это такое состояние, когда мы полностью меняем, разворачиваем своё сознание к Богу. И конечно, образ святой Марии очень яркий такой в этом контексте, и её память вдохновляет действительно человека к переосмыслению своей жизни и к тому, чтобы прийти к Богу без страха, то есть без страха, что Господь меня отвергнет. Ведь мы знаем из жизни святой Марии, что она 17 лет занималась разными постыдными вещами, блудом, фактически зарабатывая этим себе на жизнь — 17 лет беспрестанно. Но несмотря на это всё, как только у неё появляется это желание покаяния, Господь её принимает, принимает её без условий. И дальше она уходит в пустыню не потому, что её Господь туда отправляет искуплять свои грехи. Мы из её жизнеописания знаем, что она услышала голос Богородицы, который ей сказал: «Ты обретёшь там покой». То есть если ты хочешь, чтобы тебе было хорошо, ты можешь туда уйти.
А. Пичугин
— Но тут возникает такой вопрос: вы говорите, что без всяких условий, но мы из её жития знаем, что она 17 лет продолжала ощущать, переживать все те страсти, все те чувства, которые у неё были те 17 лет, которые она жила в миру во грехе. Так странно получается, что какое-то воздаяние день за день, час за час: 17 лет грешила — 17 лет такого покаяния, и только потом наступил уже относительный покой.
Иером. Андроник
— Если человек трезво воспринимает Бога, если он понимает, вообще Кто это Такой, то он понимает, что Бог не мстительный, Он не требует от человека условий. Потому что Христос когда восходит на Крест вообще, Он как бы говорит всем людям: «Вы Мне ничего не должны. Если вы хотите Царства Небесного, если вы хотите вечной жизни, то Я готов это дать», — естественно, там нужны какие-то условия, но эти условия нужны не Богу, а самому человеку. Потому что вопрос греха — это не вопрос вины. У нас зачастую такое восприятие, что грех — это всегда вина. У нас такая цепочка идёт: если согрешил, значит, виноват; если виноват, значит, плохой; если плохой, значит, должны наказать.
А. Митрофанова
— Юридическое такое осмысление.
Иером. Андроник
— А ведь Православная Церковь всегда подходила ко греху с такой позиции, что грех — это в первую очередь болезнь, это в первую очередь рана, это травма души. И конечно, эта рана может быть нанесена сознательно, но когда мы приходим в травмпункт, нас не будут спрашивать, почему ты руку сломал — ты просто случайно упал или с кем-то дрался? Может быть любая причина, но врач тебя будет лечить совершенно одинаково, и рука у тебя будет болеть совершенно одинаково. И в случае со святой Марией эти 17 лет — это не время, когда Господь заставил её искупать свой грех, дело не в этом. Просто после каждого греха человек испытывает определённую травму. Если в Таинстве покаяния Господь может исцелить рану, то не всегда у человека сразу исцеляется деформация внутренняя. То есть грех не только наносит рану, но ещё и деформирует душу. Если мы представим себе, что в душе есть как бы желоб, труба, по которой в неё течёт благодать Божья, то грех эту трубу разрывает, там дыра появляется. Но после исповеди Господь может залатать эту дырку, но там может быть деформация трубы такая, что благодати будет очень тяжело проникать внутрь человека, и эту деформацию приходится ещё какое-то время исправлять. Поэтому, кстати, бывает, что после тяжёлого греха в храме дают епитимью. У нас епитимья зачастую воспринимается как такое наказание за грех.
А. Митрофанова
— Опять же, в юридической плоскости такой — так проще, наверное.
Иером. Андроник
— Да. И проблема, знаете ещё в чём? Западное Христианство очень долго представляло именно такую позицию на грех: грех — это оскорбление величия Божьего, это оскорбление Божественной чести. Вот эта, знаете, рыцарская тема — что ты оскорбил честь, ты должен это искупить, должна быть сатисфакция. И поэтому из Западного Христианства к нам пришло такое представление о том, что епитимья — это искупление греха. То есть ты вроде как оскорбил Бога, теперь давай потрудись, поработай, пострадай чуть-чуть, и тогда что-то будет. Это для Православия чуждое немножко восприятие всё-таки.
А. Митрофанова
— Можно я продолжу эту аналогию, которую вы с перелом руки сейчас привели? Я ломала руку — даже дважды. Первый раз совсем ещё ребёнком, и мне это как-то легко сошло с рук — простите за невольную тавтологию. А второй раз мне уже было так за 20, и когда сняли гипс, потребовалось восстановление, которое включало в себя физические упражнения. Я думаю, что люди, которым гипс снимали уже во взрослом возрасте, вспоминают это с ужасом — кому-то даже массаж требуется, потому что мышцы атрофировались. Для того, чтобы их в норму привести, необходимо проделать очень серьёзную работу. Если я правильно понимаю, то епитимья, о которой вы говорите, это вот та самая работа либо физические упражнения.
Иером. Андроник
— Это очень хороший образ — вот то, что вы сейчас развили этот пример. Действительно, епитимья помогает так человеку восстановиться. И поэтому даже человека после тяжёлого греха на какое-то время отлучают от Причастия. Не потому, что он плохой — для Бога плохих нет. Если мы сами говорим, что надо в каждом видеть образ Божий и понимать, что человек всё равно хороший — может быть, он этот образ запятнал, что-то с ним произошло, но где-то в глубине всё равно хорошее в нём есть, то Господь тем более это всё видит. То есть для Бога нет плохих, для Бога есть глупые, больные, согрешившие...
А. Митрофанова
— И все — любимые.
Иером. Андроник
— И все любимые, да. И поэтому, когда мы, допустим, отлучаем человека от Причастия, это не потому, что он плохой. Это не потому, что мы такие хорошие — будем причащаться, а ты иди в сторонке постой. А потому, что после греха бывает, что человек неспособен воспринять благодать. То есть если у человека диарея, например, его можно самыми прекрасными тортами кормить или самой здоровой едой, но ему будет плохо, потому что он не способен...
А. Пичугин
— А разве можно проводить аналогии с Причастием в данном случае? Какую бы аналогию мы сейчас не провели — с тортом, диареей — мне кажется, что в данном случае всё равно сравнить Причастие и зачастую наше отношение, отношение некоторых священников к своим прихожанам — это действительно постой в сторонке.
Иером. Андроник
— Ну, не скажу... Нет, есть и такой подход, к сожалению, такой строгий...
А. Митрофанова
— Тогда сразу возникает вопрос: а почему священник это решает? Это же Господь решает, наверное. Откуда священнику знать, как Господь решил.
Иером. Андроник
— Я скажу одну вещь просто, что некоторые священники просто знают, что нельзя допускать. Они не понимают, может быть, почему, они просто знают, что нельзя. У нас в церковной жизни не все должны быть богословами высокого полёта. От священника достаточно того, чтобы он людей любил — это уже будет прекрасный священник. И священник просто знает, что нельзя человека с таким грехом допускать, он, может быть, не может сформулировать, почему. А хорошо, когда батюшка может сформулировать и объяснить: «Знаешь, мы тебя не допускаем, потому что у тебя проблема: когда ты будешь воспринимать благодать, ты её не переваришь». Вот почему, кстати, мне кажется уместно сравнивать с телесными вот этими процессами, потому что Сам Господь в молитве «Отче наш» говорит «хлеб наш насущный дай нам днесь». И многие святые толкуют это «хлеб насущный» не только как еда, но и как Причастие, то есть такой насущный хлеб для души. То есть Причастие — это действительно насущная, необходимая пища для нашей души. И если у нас внутри как бы расстройство душевное после тяжёлого греха происходит, то мы просто не способны это воспринять — нам даже хуже будет. Некоторые батюшки, да, может быть, не знают, почему, но они отлучают не потому, что им хочется человека поругать или наказать, они просто знают, что ему будет неполезно. Но с другой стороны, есть у нас, к сожалению, вот недавно тоже столкнулся — я присутствую в социальных сетях, мне приходится переписываться, какие-то мысли высказывать, очень много простых... кстати, не священники — священники пишут на мысли, что не надо запрещать, давить как-то, сильно ограничивать, что они, да, полностью согласны. А появляется много мирян, которые: как вот?.. Я недавно написал пост про то, что пришла одна девушка, которая в 14 лет перестала ходить в храм — вот, кстати, слегка перекликается её история с Марией Египетской. Её мама воспитывала в очень строгих правилах, настолько строгих, что для неё вообще какие-то взаимоотношения с молодым человеком, любые, были просто за гранью возможного. То есть её задавили психологически, и тут она влюбилась в 14 лет. Ну какая там влюблённость в 14 лет? Они подержались за ручку, проходили в ночь перед воскресной службой — она прогуляла и, естественно, мама вся была на взводе. И потом они даже поцеловались. Ну как поцеловались? Чмокнулись они, в общем. И у неё произошла проблема: она не может идти на исповедь, потому что у неё ощущение, что она просто вообще страшная грешница, её никто не примет.
А. Митрофанова
— Ужасно! Бедняга.
А. Пичугин
— Её детскую психику очень здорово разрушили.
А. Митрофанова
— Поломали просто.
Иером. Андроник
— Да. И, знаете, проблема в чём? Она пришла к батюшке, начала ему аккуратно объяснять то, что с ней происходит. И батюшка-то хороший, я его до сих пор очень уважаю. Но проблема была в том, что вместо того, чтобы ей объяснить, что ты как бы успокойся, сейчас нормально разберёмся. Он начал говорить: «Ну понимаешь, такой возраст, как бы не дошло до чего». И она говорит: «Я закрылась полностью. То есть хотя я хорошо отношусь к Церкви, у меня с Богом нет никаких проблем». И вот передо мной сидит человек, который... слава Богу, мы её причастили потом на следующей неделе. Она пришла на генеральную исповедь, причастилась, слава Богу, сейчас вот церковной жизнью начинает жить.
А. Митрофанова
— А сколько лет-то прошло?
Иером. Андроник
— Лет десять. Представляете, на десять лет человек просто выпал из церковной жизни.
А. Пичугин
— А сейчас ей уже под 25, да, получается?
Иером. Андроник
— Да, около того. Человека задавили. И вот проблема в чём? Запрет в сознании ребёнка, да и в сознании взрослого человека, запрет всегда подразумевает, что очень хочется его нарушить. Вот не думайте сейчас про белого слона с синей полоской. Не получилось? Поэтому когда говоришь с людьми и объясняешь, что не надо давить, не надо запрещать. Ребёнок должен понимать, что он может взаимодействовать, но вы объясните, как взаимодействовать с другим полом. И вообще, если он подержится за ручку и даже поцелуется и покрасит волосы в фиолетовый цвет, то пускай он это делает, но ходит в храм, пускай он знает, что в храме его примут, пускай он знает, что родители его примут в любой ситуации.
А. Митрофанова
— Что его любят.
Иером. Андроник
— Что его любят, да. И чтобы он ни сделал, они всегда за него. То есть здесь вот эта строгость всегда должна быть очень разумной, надо объяснять, почему не стоит делать то-то и то-то, и человек должен знать, что в любой ситуации тебя примут и для тебя нет табу запретных, потому что запретное табу всегда очень-очень притягательно. Апостол Павел же прекрасный педагог был, он говорит: «Мне можно всё». А что нельзя? — всё можно, но не всё полезно. Почему не полезно — вот потому-то, потому-то. И человек понимает, да, действительно, какие-то вещи я делать не буду, потому что действительно — чего я себе буду вредить?
А. Митрофанова
— Но это будет мой свободный выбор.
А. Митрофанова
— Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня иеромонах Андроник (Пантак), насельник Сретенского монастыря, ответственный за молодёжную работу при Сретенском монастыре. Мы говорим о преподобной Марии Египетской и том, как вообще её житие перекликается с нашей жизнью. 21 век — казалось бы, сколько времени прошло. Кстати, если уточнять: мы о каком периоде времени говорим, когда она жила?
Иером. Андроник
— Насколько я помню, святая Мария Египетская жила в шестом веке. К этому времени уже в Палестине существовала развитая монашеская жизнь. Как раз мы говорили про Зосиму, который уходит из монастыря по традиции в пустыню — вот уже сложилась, например, традиция. В Иерусалиме к этому времени уже был восстановлен Иерусалимский храм... ну как восстановлен — построен храм Воскресения Христова.
А. Пичугин
— Храм Гроба Господня. Но тоже уже не тот, который видят те люди, которые приезжают в Иерусалим сегодня — это уже всё-таки такая поздняя постройка крестоносцев.
Иером. Андроник
— Да. И в Иерусалиме хранился Крест Господень. И ко времени, когда жила святая Мария, в Иерусалиме были уже такие торжественные празднества, посвящённые Кресту. Собственно, с праздником Креста и связана её история, потому что мы знаем, что она долгое время, с детства, 17 лет она просто зарабатывала блудом. И в какой-то момент ей захотелось попутешествовать. Она увидела, что люди толпой куда-то идут, на её вопрос они ответили, что идут на корабль — плыть в Иерусалим. И она сама описывает эту историю и говорит, что она попала на корабль и расплачивалась тем же образом, каким привыкла в миру. Приехала в Иерусалим и увидела, что народ куда-то идёт, ну и она пошла с народом. Оказалось, что народ идёт на праздник Креста. Но учитывая, что жизнь у неё была распутная, церковные праздники она не особо знала.
А. Пичугин
— Но при этом она, судя по всему, церковную жизнь представляла — то ли от какой-то совсем юности, то ли всё равно где-то как-то она с ней соприкасалась. Но судя, опять же, по житию, она знала, что делать, к кому идти, кто такая Богородица...
Иером. Андроник
— В то время, наверное, сложно было совсем не знать, потому что была всё-таки была уже христианская империя. Здесь интересно, что она приходит в храм ещё не по велению сердца, то есть она приходит за компанию — вот интересно. Вообще, иногда тоже люди приходят к Богу за компанию — такое бывает.
А. Митрофанова
— А бывает так, что потом та компания уходит, а человек остаётся.
Иером. Андроник
— Да, такие случаи тоже есть. И вот она входит в Иерусалимский храм и из притвора пытается попасть в основное пространство храма, и понимает, что её не пускает толпа. Но вот первый раз её не пускает толпа, второй раз её не пускает толпа, потом народа стало поменьше, она пытается пройти и понимает, что это не толпа не пускает, а то, что перед ней невидимая преграда стоит. И она поняла, что её Господь не пускает в храм поклониться Кресту. И вот здесь у неё происходит переосмысление жизни, она понимает, почему, и падает перед иконой Богородицы, которая находилась в притворе, и слёзно кается. После этого она смогла зайти в храм, поклонилась Кресту Господню. И после этого как раз голос Божьей Матери ей отвечает на её молитву, говоря, что «за Иорданом ты обретёшь покой». Знаете, очень важны бывают какие-то отдельные фразы в житиях. То есть так можно сказать: Богородица послала её за Иордан — и будет совсем другое настроение: что ты такая грешница, иди теперь кайся всю жизнь. А посмотрите как сказано: за Иорданом ты обретёшь покой. То есть она уже получила прощение от Бога по большому счёту: Господь её допустил ко Кресту. То есть она бы там поисповедовалась, естественно, была бы какая-то епитимья, но она бы вернулась в церковное общение. Но Господь говорит: «Если ты хочешь покой», — то есть успокоение внутреннее, если ты хочешь достичь этого состояния, тогда ты иди за Иордан — и Божья Матерь говорит...
А. Пичугин
— Достаточно понятно, потому что если бы она просто жила в миру и, к примеру, вышла бы замуж, нарожала детей, всё равно она бы жила в том мире, в котором у неё происходила первая половина жизни, и всё равно соприкосновение со старой жизнью, возможно, в какой-то момент бы случилось.
Иером. Андроник
— Может быть, и не случилось бы ничего страшного, но вот эта душевная травма от того, что она бы находилась среди привычной, такой обыденной жизни, возможно, у неё бы оставалась.
А. Митрофанова
— А мне кажется, что в этом ещё и проявление её максимализма, на который Господь ответил и который благословил. Как раз тот максимализм, который, с чего мы начали разговор, очень понятен русскому сознанию и, если можно так выразиться, русской душе. Пожалуйста, у нас Достоевского возьмёшь — кто там главные ретрансляторы авторской позиции. У него там проститутки, у него там разбойники, убийцы...
Иером. Андроник
— Ну да, Соня Мармеладова как раз такой яркий пример.
А. Митрофанова
— Да, и вот этот максимализм... То есть в принципе-то если человек действительно слёзно приносит покаяние, то Господь прощает. И живи дальше, и радуйся, и, что называется, бери от жизни всё, но не только в том смысле, в котором это в рекламе...
Иером. Андроник
— Бери в духовной жизни всё, да?
А. Митрофанова
— Да. Просто максимально наполнено, насыщено и в радости проводи вот эти свои дни с Богом. В моём сознании именно это — «бери от жизни всё». А ей-то нужно больше — вот в этом парадокс ещё, понимаете? Ведь она могла вполне хорошо устроиться и после своего покаяния, вот уже в этом обновлённом сознании. Но нет — ей хочется... видимо, вот этот внутренний порыв, который она до конца ещё не сознаёт и который Господь благословляет: 17 лет в пустыне.
А. Пичугин
— Не видела ни одного человека с тех пор, как перешла за Иордан — я помню, это меня больше всего тогда...
Иером. Андроник
— Да, и 47 лет она ещё там прожила до встречи со старцем Зосимой.
А. Митрофанова
— Это же одиночная камера фактически! И непонятно, чем она там питалась. У неё с собой три хлеба было, она их быстро же съела.
Иером. Андроник
— Здесь важно сказать, что пустыня в Палестине — это не пустыня Сахара всё-таки. Пустыня — там людей нет, но там всё-таки что-то растёт, какие-то коренья, какие-то плоды можно есть в принципе. Иоанн Предтеча вот ел дикий мёд и акрид.
А. Пичугин
— Если туда съездить, посмотреть... вы бывали на Иордане самом? Так вы помните, что когда туда едешь, то едешь через пустыню действительно, но она, конечно, не такая, как Сахара — я в Сахаре не был, в свою очередь.
А. Митрофанова
— А я была — это другая пустыня.
А. Пичугин
— Да, но я видел пустыни в Сирии, где едешь 4-5 часов по дороге просто сквозь... Опять же, это тоже не совсем пустыня, как Сахара, но всё равно там никого нет. Вокруг Иордана всё равно кто-то всегда селился, но вот этот оазис там один, а дальше — довольно-таки безжизненное пространство.
Иером. Андроник
— Да, но какие-то растения там есть. Но действительно трудно добывать себе пропитание в пустыне, но что-то она находила, конечно, для еды, но это всё была такая пища очень аскетичная, скажем так. Но у святой Марии прослеживается вот этот порыв внутренний, о котором мы тоже зачастую знаем. Знаете, сила Архимеда — чем глубже погружаешься, тем сильнее выталкивается. То есть тоже бывают у людей вопросы: а почему Господь даёт человеку какое-то время побыть во грехе, а потом только покаяться? А потому что действительно бывает, что если бы этот человек сразу, может быть, к Богу пришёл, то у него бы, может быть, такая ни шатко и ни валко была вера...
А. Митрофанова
— Средняя температура по больнице.
Иером. Андроник
— Да-да. И может быть, он и от Бога бы отошёл. А когда человек переживает какую-то трагедию, ему бывает это полезно, потому что Господь-то его исцелит потом. Но у него будет решимость, у него будет желание в противоположность своему падению как-то не просто середнячком пожить, а действительно что-то сделать.
А. Пичугин
— Давайте прервёмся на минуту, небольшой перерыв. Я напомню, что в гостях у светлого радио сегодня иеромонах Андроник (Пантак), насельник Сретенского монастыря, ответственный за молодёжную работу в монастыре. Алла Митрофанова, я — Алексей Пичугин. Через минуту мы снова в эту студию вернёмся.
А. Митрофанова
— Ещё раз добрый «Светлый вечер», дорогие слушатели. Алексей Пичугин, я — Алла Митрофанова. И с удовольствием напоминаю, что в гостях у нас сегодня иеромонах Андроник (Пантак), насельник Сретенского монастыря, ответственный за молодёжную работу при монастыре. И мы говорим о преподобной Марии Египетской — святая, день памяти которой меняется от года к году, но выпадает каждый раз на пятое воскресенье Великого поста, то есть это ближайшее воскресенье. И уже в среду была очень такая насыщенная, очень интересная, глубокая служба, посвящённая её памяти, с чтением покаянного канона Андрея Критского и с чтением собственно её жития. Это читается на русском языке, там каждое слово понятно — не тот случай, когда нужно переводить с русского на русский.
А. Пичугин
— В некоторых храмах по-церковнославянски читают.
А. Митрофанова
— Да? Может быть, но вот в храмах, где я бывала, там читают по-русски.
Иером. Андроник
— Там просто на самом деле текст покаянного канона не такой сложный...
А. Митрофанова
— Нет, я про житие говорю...
Иером. Андроник
— А! Житие по-русски зачастую читают, да. Но где-то по-церковнославянски.
А. Пичугин
— Чаще всего по-русски — хорошо, слава Богу. А кстати говоря, есть замечательный перевод канона, по-моему митрополит Никодим (Ротов) его делал, вернее он точно делал перевод, но есть некоторые храмы, где читают...
Иером. Андроник
— Есть редакции, да. Есть редактированный церковно-славянский текст.
А. Пичугин
— Да. И вот там он настолько грамотно даже не русифицирован, но некоторые самые сложные для понимания слова заменены на русские аналоги современные, и вот он тогда...
Иером. Андроник
— Раз уж мы об этом заговорили — буквально минуту. У нас сейчас как-то поднимается опять тема в церковной жизни по поводу русского языка в богослужении. И у нас зачастую две позиции: давайте оставим всё, как есть; или давайте на русский переведём и будем служить по-русски. А вот как раз то, что мы сейчас упомянули — вот эта работа митрополита Никодима и комиссии, которая редактировала Триодь — это очень важный опыт, потому что у нас уже был опыт Церкви, когда мы брали богослужебные тексты и редактировали их. Это было в четырнадцатом веке, это было в... по-моему, это была редакция двенадцатого века, четырнадцатого века и неудачная редакция семнадцатого века, после которой перестали редактировать тексты. А если посмотреть рукописи — славянский язык всё время развивался, он всё время редактировался. И рукописи двенадцатого века, четырнадцатого и семнадцатого уже друг с другом очень сильно, бывает, различаются. И вот сейчас по большому счёту может быть хороший вариант для нашего церковного сознания — не занимать крайнюю позицию, а вот войти в эту традицию (вот что попытался сделать митрополит Никодим) и редактировать существующие церковно-славянские тексты, чтобы было и по-церковнославянски, и понятно, потому что это можно. Мы, кстати, в Сретенской семинарии этим уже не первый год занимаемся в таком учебном формате. И даже самые сложные тексты реально можно перевести обратно на церковно-славянский язык, используя греческий оригинал, толкования отцов — и будет и понятно, и по-церковнославянски. Но это ладно — это я отвлёкся.
А. Пичугин
— Но это отдельная история. Можно с вами отдельно на эту тему поговорить, потому что действительно проблем много, и это важно.
А. Митрофанова
— Это важная история. И это один из самых часто задаваемых вопросов — это правда. Возвращаясь к истории Марии Египетской, я хочу к слушателям обратиться, что если, может быть, кто-то пропустил это богослужение, которое было в среду на этой неделе...
А. Пичугин
— Или вообще узнал о Марии Египетской только что.
А. Митрофанова
— Да, или только сейчас узнал о ней. Во-первых, в следующем году обязательно будет такая же служба — вы прям себе пометьте, поставьте галочку и обязательно сходите. И можно уже сейчас в интернете найти её житие, прочитать — оно есть в свободном доступе — это хороший текст, даже с точки зрения литературы это очень хороший текст. И он настолько понятный, пронзительный. И опять же, нашему русскому сознанию он какой-то очень близкий, что ли. Там очень искренние, очень простые слова человека, который рассказывает о своём пути — непростом, полном разных кульминаций. И вот это напряжение... знаете, бывает напряжение 220, когда два пальца в розетку — не дай Бог, конечно, — и оно смертельно. Бывает напряжение 2000 — и это рабочее состояние. Вот в этом состоянии, мне кажется, творят великие художники, и в этом состоянии живут святые, которых я могу сравнить с художниками только вот от духовной жизни. И разница в том, что художники, которые из мира искусства, с такими талантами рождаются, а святые, такие, как Мария Египетская, такими не рождаются, такими становятся. И это, мне кажется, очень важный такой момент для всех нас, потому что в принципе для каждого из нас этот путь доступен. Дальше вопрос — насколько мы готовы.
Иером. Андроник
— Я думаю, что вы так хорошо, закончено сказали, что мне тут нечего дополнить.
А. Пичугин
— Про Марию Египетскую ещё очень важный момент, вернее, не совсем про Марию Египетскую. Каждый раз, каждый год, когда мы в этой студии о ней говорим, все годы, что я читаю или слушал в храме её житие, я всё время думаю, что мы часто забываем о единственном свидетеле её подвига — преподобном Зосиме, о котором мы тоже что-то знаем и есть какая-то информация не только из жития Марии Египетской, но из каких-то текстов, рукописей монастырских. Давайте поговорим о том, кем был этот человек — он же тоже святой, и у него есть свой подвиг, и об этом подвиге прямо говорится в житии Марии Египетской, что он очень много потрудился. Потом немного возгордился, правда, но переселился в другой монастырь и увидел, что там люди подвизаются ещё усерднее. Расскажите немного про преподобного Зосиму.
Иером. Андроник
— О нём мы как раз узнаём из жития. Литературно оно построено каким образом? Мы узнаём сначала о Зосиме святом, который идёт в пустыню, встречается с Марией Египетской — там очень интересно, как они встречаются, что он видит какого-то человека, думает, что это какой-то монах-отшельник. Он бежит за ним, тот убегает от него, они долго бегают друг за другом, и в конце концов Зосима настигает и видит, что это женщина, пустынница. И они тоже некоторое время просят друг у друга благословения, то есть он говорит, что не может её благословить, потому что она такая великая подвижница; она говорит, что он священник и ему это положено по статусу. И он её благословляет, тогда она ему рассказывает историю своей жизни. Святой Зосима жил в монастыре Саввы Освященного, и там была такая традиция, которая до сих пор, кстати, отражается у нас немножко в богослужении: на Прощёное воскресенье прощаться и расходиться в пустыню до Страстной седмицы.
А. Митрофанова
— Это между монахами, да? Вот так они друг к другу обращались, просили прощения и расходились.
Иером. Андроник
— Да, потому что мало ли что может произойти в пустыне, в конце концов человек смертен, то есть кто-то может не дожить до Страстной седмицы. Кто-то в монастыре оставался, несколько человек, чаще всего это пожилые, больные...
А. Пичугин
— Так и Зосима один раз остался.
Иером. Андроник
— На следующий год как раз после того, как он встретился со святой Марией, он остался — заболел. И, кстати, в Прощёное воскресенье во многих храмах, даже редко где этого не делают — поют пасхальные стихиры. Вот это тоже такая древняя традиция, поскольку, может быть, кто-то до Пасхи не доживёт — но это такая шутка, конечно. Но чтобы люди понимали, к чему мы стремимся, что мы сейчас расходимся в пустыню и встретимся уже ближе к святому Воскресению, что всё это ради подготовки к Пасхе, пелись вот эти воскресные стихиры, как такой задел на будущее, и монахи расходились. И вот святой Зосима также ушёл в пустыню и встретился там со святой Марией. Она рассказала ему о своей жизни и говорит: «Приходи ко мне через год, в день Тайной Вечери — в Великий Четверг. Ты останешься в монастыре, и не забудь про меня — чтобы я приняла Святые Дары». И святой Зосима действительно заболевает, остаётся в монастыре на следующий год, приходит к святой Марии. Тоже, что интересно, он видел, как она переходит Иордан по воде, видел, как она поднимается от земли во время молитвы. Она, когда с ним беседовала, цитировала Священное Писание, хотя его никогда не читала. Тоже это очень интересные моменты её жизни, то есть Господь ей открывал информацию, которую она нигде раньше не слышала и не читала. И святой Зосима её причащает, они прощаются. И он приходит ещё через год. И знаете, что ещё интересно тоже? Он находит уже мощи святой Марии и рядом надпись, что «я, раба Божия Мария, почила о Господе в такой-то день», и оказывается, что в тот же день, в который причастилась, она отдала душу Богу. И эта надпись была написана на песке, и год эту надпись ветер не развеял, то есть год эта надпись оставалась нетронутой, так что Зосима мог прийти и её прочитать.
А. Пичугин
— И лев потом могилу копал, потому что Зосима не мог.
А. Митрофанова
— Вот это вообще очень трогательные эпизоды, когда лев приходит. Это же есть и у святого Герасима в его жизнеописании такой тоже эпизод, когда он льву вынимает занозу из лапы. Это какие-то, знаете, отблески какой-то райской жизни здесь, на земле, когда человек и зверь друг другу не звери, а они друг другу как человеки и в мире прекрасно живут. Поскольку я животных люблю, мне это всё очень нравится, мне кажется, что именно так правильно.
Иером. Андроник
— Животные как раз чувствуют какое-то преображённое состояние души человека, если человек действительно достиг святости, этот животный мир стремится к этому состоянию. Животные всё равно как-то подсознательно помнят, как и люди, вот это райское состояние и к нему стремятся. Поэтому когда они видят, что вот здесь есть это состояние рая в душе конкретного человека, они к человеку тянутся, то есть это действительно так. Кстати, со святым Герасимом тоже очень интересный эпизод с его львом мне очень нравится. Про осла помните?
А. Митрофанова
— Да.
Иером. Андроник
— Лев пас монастырского осла, и тут как-то он отвлёкся, заигрался где-то, и проходящий мимо караван, там купец, утащил этого осла с собой. Лев возвращается, осла не видит, расстроенный возвращается в монастырь, мечется, приходит к святому Герасиму. Тот говорит: «Что, сожрал осла? Ну вот теперь будешь за него работать». И лев долгое время ходит вместо осла навьюченный...
А. Митрофанова
— Тут на треше лев мог всех порвать, вообще-то — так, на минуточку.
Иером. Андроник
— Вообще, да. Но тоже такое состояние святого человека было, что он мог сказать льву: «Ну всё, работай за осла теперь». И лев работал за осла до тех пор, пока тот же самый купец не повёл свой караван опять мимо монастыря. Лев увидел осла, очень обрадовался, побежал к нему навстречу, а купец подумал, что лев бежит его съесть, поэтому он бросил весь караван и убежал. А лев привёл осла, а за ослом пошёл и весь остальной караван. В итоге он в монастырь привёл и этого осла, которого...
А. Митрофанова
— Существенную прибыль. (Смеётся.)
Иером. Андроник
— Да, и существенную прибыль. Вот такая интересная история тоже. Действительно у святой Марии тоже, видимо, такие отношения были с окружающей природой, что лев приходит копать её могилу, потому что она, судя по всему, со зверями общалась. Хотя из жития напрямую мы это не знаем, но это нормально для святого человека.
А. Митрофанова
— То есть это не фигура речи, если я правильно понимаю, это не какое-то там... знаете, есть в житиях такие красивости, которые сложно представить в реальной жизни. И вот эти истории с животными, наверное, из этого же числа: преподобный Серафим и медведь и так далее. Но то, что вы говорите, что животные чувствуют в человеке не страх перед ним, не агрессию, а видимо, что-то совсем другое.
Иером. Андроник
— Преподобный Серафим — был там медведь на самом деле. Просто там есть одна проблема, что одно свидетельство про этого медведя оказалось ложным, то есть одна матушка потом покаялась, что она придумала. Но, во-первых, это не единственное свидетельство, во-вторых, медведь выходит к человеку всё-таки. И если действительно мы знаем опыт святого Герасима, преподобной Марии, то я думаю, что у Серафима Саровского было всё то же самое — что с дикими зверями он мог спокойно общаться.
А. Пичугин
— Из жития Марии Египетской мы ещё одну очень важную вещь узнаём, что, когда она причастилась, она примерно в тот же час оказалась на том месте, где они в первый раз с Зосимой встретились — там же она умерла. А Зосима до этого места 20 дней пешком шёл, перейдя Иордан. И во второй раз тоже, он когда шёл, думая, что он сейчас ещё раз встретится с ней, он же тоже туда 20 дней шёл, а она там оказалась буквально в какие-то считанные минуты, перейдя Иордан по воде.
Иером. Андроник
— Это тоже интересный момент, потому что если мы говорим о святости и о том, что преображается природа человека, то действительно Господь преображает не только душу, но и физическую природу и тело. Какое тело бывает у святых, какие физические свойства бывают у тел святых — мы знаем, что действительно некоторые возносятся во время молитвы, как преподобная Мария в том числе. А мы знаем свойство тела Христа после Воскресения, то есть Он мог появляться посреди комнаты с закрытыми дверями, Он возносился тоже на глазах учеников. И вот это свойство тела Христа — это какое-то указание на то, что теперь возможно каждому христианину. Но необязательно, то есть если мы не ходим по воде, то не надо расстраиваться, потому что на самом деле мы все не являемся Марией Египетской — вот это очень важно понимать. Но направление — вот оно указано. Вообще, здесь такой момент, что, когда мы читаем житие святой Марии, бывает, что люди начинают расстраиваться, потому что такой подвиг, такая жизнь — куда уж нам. Но здесь очень важно понимать, что жизнь любого святого — это ориентир, и из неё очень важно брать то, что мне полезно. Вот в жизни святой Марии как раз очень полезно посмотреть, что такое покаяние, то есть действительно обращение своей жизни. Это не просто «я тут немножко как бы погрешу-покаюсь, погрешу-покаюсь», а я действительно готов перед Богом изменить свою жизнь. И вот это изменение собственной жизни, изменение себя, что сейчас модно называется «саморефлексия» — это же очень важный момент. То есть когда мы начинаем искать проблему не во всех подряд вокруг: ни в Боге, ни в мире, ни в окружающих людях — а мы понимаем, что проблема моей жизни в первую очередь во мне. Только, опять же, это не значит, что ты плохой, что ты виноват, это значит, что просто есть проблема, которую ты действительно с Богом вместе можешь решить, потому что Господь готов тебе помочь это всё сделать. Есть просто две крайности: одна, когда мы приходим к Богу и говорим: «Господи, ты Сам всё сделай, а я буду просто жить, как жил», — это не совсем правильно.
А. Митрофанова
— Это такое потребительское немножко отношение, наверное, да?
Иером. Андроник
— Да. А есть другая позиция: я буду заниматься собой, но без Бога — это тоже очень ущербная ситуация. Вот когда это вместе происходит, когда есть и какое-то размышление о своей душе, правильное и честное, какой-то анализ и работа над собой, и вместе с этим когда мы приходим к Богу и просим Его нам помочь, то Он делает большую часть из этого. Но при этом есть очень важное и необходимое наше участие в изменении нашей жизни.
А. Митрофанова
— Отец Андроник, скажите, может быть, у вас есть какие-то конкретные практические советы, как избавиться от того, что я про себя называю «синдромом Добби»? Помните, в Гарри Поттере Добби, который добрейшее существо, у которого при этом сознание раба, пока он не становится другим, преображённым, так сказать, когда он понял, что его любят, что у него есть друзья и так далее. Вот Добби первоначальный — это Добби с мышлением раба, он бьётся головой о стенку, говорит: «Добби нехороший, Добби подвёл хозяина», — и так далее. Мне кажется, мы очень часто в наших отношениях с Богом вот этот самый «синдром Добби» в своей жизни воплощаем. Вот то самое юридическое прочтение отношений с Богом — нагрешил, будет наказание, тебе надо покаяться, тебя Бог накажет. Даже были такие родители, бабушки, дедушки, мне кажется, уже не в наше время, а чуть раньше, которые говорили: «Тебя Бог накажет». И ты в итоге чего-то не делаешь не потому, что ты по своей любви не можешь так поступить, не хочешь так поступать, а потому что из страха, что тебя Бог накажет. Вот как из этого состояния всё-таки перейти в другое, когда ты понимаешь, что с Богом какие-то другие отношения?
Иером. Андроник
— Вообще, мне кажется, что здесь надо быть честным, в первую очередь. То есть, знаете, иногда нам своё мнение о себе важнее, чем Господа Бога. То есть мы не хотим смириться с тем, что Господь нас любит любыми. И мы не хотим смириться с тем, что Господь нас любит со всеми нашими проблемами, со всеми нашими грехами. Это не значит, что ты можешь любить человека, который тычет себя ножом в живот, ты его можешь очень сильно любить, но пока он себя тычет ножом в живот, ему будет плохо. Поэтому ты его можешь как-то попытаться остановить, но с грешником примерно то же самое — не каждый грех, конечно, такой серьёзный. Но проблема в чём? Давайте посмотрим на эту ситуацию просто с точки зрения Господа Бога, давайте попробуем. Вот представьте, что вы просто в семье любящий отец, вот вы действительно очень любите своего ребёнка, а старший сын младшего вами пугает и говорит, что «папа тебя накажет за это» — а ты не хочешь его наказывать, в смысле что бить и так далее. Вообще, слово «наказание», кстати, и в греческом, и в славянском, это «научение» в первую очередь, то есть когда крайний случай, приходится, конечно, подзатыльник дать, но это крайний случай.
А. Митрофанова
— То есть «дал наказ» — это значит «сказал, что нужно сделать».
Иером. Андроник
— Да, то есть научил, да, это научение. Так вот, представьте себе: любящий отец, у которого старший сын пугает младшего тем, что «папа тебя накажет». Ну как он будет себя чувствовать? Ему будет, естественно, конечно, горько от этого. То есть когда мы говорим другому человеку, что «Бог тебя накажет», вот примерно такая ситуация. То есть как Господь должен реагировать? А самое главное, что Бог не просто Отец. Мы, когда читаем молитву «Отче наш», не важно — по-славянски или по-гречески, — мы видим слово «Отец». Но ведь древнее христианское предание доносит до нас, что эта молитва произнесена на арамейском, и Христос произнёс здесь слово «Авва». А «Авва» — это не «Отец», это «Папочка». То есть по идее, когда мы читаем молитву «Отче наш», мы каждый раз говорим «Папочка», «Наш Папочка». И когда ты так относишься к Богу, ты понимаешь, что... ты действительно делаешь то же самое, ты вредишь себе, но ты общаешься — не как вот у Добби хозяин, ты не с хозяином общаешься, ты не с господином общаешься, ты общаешься с Папочкой, Который тебя любит. Да, у тебя есть к Нему уважение, да, у тебя есть понимание, что есть определённый авторитет, но ты знаешь, что ты с любой проблемой к Нему придёшь, и Он тебе поможет, самое главное, Он не будет тебя бить — Он тебе поможет. И вот когда честный такой взгляд на Бога у человека есть, тогда, мне кажется от этого состояния, когда ты себя пытаешься бичевать, человек будет как-то естественно отходить.
А. Пичугин
— Иеромонах Андроник (Пантак), насельник московского Сретенского монастыря в гостях у светлого радио. Мы сегодня говорим о Марии Египетской, о покаянии, потому что это тот образ, святая, которая являет нам образ покаяния... Вот очень правильную сейчас мысль, мне кажется, высказывал отец Андроник про отношения к Богу — как любящему Отцу. Я никогда, кстати, не встречал и не задумывался о том, что в молитве «Отче наш» — Отче, понятно, что ты обращаешься к Богу, как к Отцу, но вы употребили слово «Папочка», которое гораздо более мягкое. И уже в этом только можно усмотреть какие-то новые смыслы.
Иером. Андроник
— Это даже не я употребил, просто действительно слово «авва», которое мы привыкли слышать, когда греческие монахи обращаются друг к другу — вот авва Дорофей есть известный, или в патериках читаешь: «Авва, скажи мне», — это не отец, это «папочка».
А. Пичугин
— «Авва Отче, чашу эту мимо пронеси...»
Иером. Андроник
— А знаете почему «Авва Отче»? Почему два раза «Отец», «Отец»? Потому что «Отче» — это «Отец», а «Авва» — всё-таки «Папочка».
А. Митрофанова
— Интересно, знал ли об этом Пастернак?
А. Пичугин
— Может быть, и нет.
Иером. Андроник
— А может быть, и да. Даже знаете, в поэзии очень интересно, что поэт не всегда сознательно вкладывает какие-то смыслы.
А. Митрофанова
— Это точно! Просто у него антенны на макушке, и он какие-то вещи ловит. Он даже, может быть, что-то сказал, о чём сам не догадывается.
А. Пичугин
— Поэтому моим самым нелюбимым жанром школьного литературного курса был: «Что хотел сказать Александр Сергеевич устами Евгения Онегина?» Откуда я знаю, что он там хотел сказать?
А. Митрофанова
— Согласна.
Иером. Андроник
— Но мы действительно можем видеть какие-то смыслы, и не важно, что автор не закладывал их сознательно. То есть поэзия тем и хороша, что её можно интерпретировать, главное, подходить без кондовых схем: а, вот здесь страсть и грех — это всё плохо; а вот здесь про добро и добродетель — значит, хорошо. Ну, то есть должен быть какой-то трезвый подход, но действительно даже в стихах поэтов, которых ты читаешь долго и ты видишь там понятный смысл, тебе ещё в школе объяснили, ты через какое-то время начинаешь видеть какие-то интуиции или перекличку вообще с евангельскими сюжетами. Вообще, песня «Я свободен» Кипелова — просто в порядке бреда, мы как-то сидели, я говорю: «Понимаете, что есть здесь определённые такие образы, которые ты можешь понять, как указание на обращение к христианской жизни: вода, которая проходит через тебя — как крещение; свет, который через тебя проходит...» То же вот: «Под холодный шёпот звёзд мы сожгли последний мост, и всё в бездну сорвалось», — посмотрите, какой образ. То есть шёпот звёзд холодный, соответственно любовь была ненастоящая. Мост сожгли и сорвался в бездну не автор, а всё вокруг, то есть, соответственно, всё это наносное, всё ненужное. То есть там очень много всего, хотя он, скорее всего, этого не закладывал.
А. Пичугин
— Там Маргарита Пушкина, скорее, закладывать должна была — смыслы.
Иером. Андроник
— Ну да.
А. Митрофанова
— Возвращаясь к разговору о Марии Египетской, вы знаете, всё-таки вот эти 17 лет её покаяния наводят ещё вот на какой вопрос: бывает так, что человек на исповеди рассказывает о чём-то священнику, казалось бы, это настоящее покаяние — ему потом не становится легче. Ему потом говорят: «Зачем ты на исповеди повторяешь, если ты уже в этом каялся, это уже в прошлом, ты уже этого не делаешь», — но что-то внутри по-прежнему болит. Может быть, это та самая деформация, о которой мы говорили в начале нашей беседы, но всё-таки: как с этим быть? Как быть, если вроде бы на исповеди ты искренне о чём-то уже рассказал, но тебе с этим по-прежнему тяжело жить? Вот как будто бы это прошлое тебя не отпускает. Что это? Это из области психологии, или это всё-таки из области духовной жизни, или это и то и другое?
Иером. Андроник
— Это и то и другое, мне кажется. Здесь надо, опять же, быть честным. То есть давайте возьмём ситуацию: человек где-то что-то украл, потом покаялся. А вот потом к следующей исповеди он подходит и его не оставляет эта мысль. Если он скажет, что «я украл» опять — но ты же не воровал, скажи честно, что тебя беспокоит напоминание о том, что я когда-то украл. Вот это честно. Потому что, опять же, грех — это травма, то есть грех — это моя проблема. И я, когда к Богу прихожу, мне важно сформулировать ту проблему, которая у меня есть. Бывает человек на исповеди говорит: «Я не знаю, как правильно сформулировать». Ты ему говоришь: «Не формулируй правильно, сформулируй, как есть», — то есть что тебя действительно беспокоит.
А. Митрофанова
— Вот это важно.
Иером. Андроник
— Потому что человек думает, что он будет повторять грех, который уже исповедан, в смысле словесно повторять на исповеди, и таким образом как-то всё это пройдёт. Но ты же приходишь к врачу, и у тебя когда-то, может быть, был перелом руки, а сейчас рука просто ноет. А ты ему говоришь: «У меня перелом». Он тебе говорит: «Да нет у тебя перелома». Ты говоришь: «Нет, у меня перелом! Но был пять лет назад». — «Но сейчас-то у тебя не перелом, сейчас у тебя просто ноет рука». — «Ну да». То есть говорить ничего — это нечестно, потому что ноет, потому что болит. Но говорить, что у меня перелом — тоже неправда, потому что это было давно. Вот поэтому если мы что-то исповедовали, очень важно понимать, что Господь нам этот грех не просто простил. Кстати, тоже очень важный момент, я в своё время у отца Олега Стеняева эту мысль услышал, она мне очень понравилась — что в Священном Писании есть три слова, которые говорят, как Господь прощает человека: есть слово «прощает», есть слово «милует», есть слово «оправдывает». Что такое «прощает»? Когда мы прощаем другого человека — по-человечески, вот как мы, — мы понимаем, что: да ладно, забыли, но честно говоря, не забыли — у нас где-то там в сознании это немножко маячит, что человек способен сделать какую-то гадость. Это человеческий подход, никуда мы не денемся — всё-таки это есть. Потом, что такое «помиловать»? Вот представьте: человек приходит в суд, его помиловали. Что это значит?
А. Митрофанова
— Наверное, признали невиновным.
Иером. Андроник
— Вот не совсем.
А. Митрофанова
— А, нет, признали виновным, но каким-то образом что-то такое...
Иером. Андроник
— Да, или смягчили наказание или не наказали вообще. То есть ты, конечно, сделал, но мы тебя отпускаем. Это нам тоже более-менее понятно, мы понимаем, что Господь нас милует, что вроде должны быть какие-то последствия греха. Но Господь и последствия греха может исправить, если мы к нему обратимся. А есть ещё замечательное слово «оправдывать». Вот ты пришёл в суд и тебя оправдали — это как раз то, о чём вы говорили: ты не виновен. И знаете, это очень сильный момент — когда ты приходишь к Богу с честным покаянием, я не говорю, что с искренним, потому что это не совсем то слово. Мы, когда говорим «искреннее», мы почему-то хотим, чтобы чувство было. Чувство покаяния не всегда будет — иногда мы будем каяться разумом. Но когда мы с честным покаянием приходим к Богу, Господь не просто говорит, что «Я тебя прощаю», Он говорит: «Для меня этого не было». То есть а того, что не было для Бога, того действительно не было никогда. Мы должны помнить о том, что когда-то был грех, потому что мы должны вынести опыт из этого. Но Господь оставляет за Собой право сказать: «Этого не было». Это очень важно.
А. Пичугин
— Спасибо вам большое за этот разговор. Мы напомним, что иеромонах Андроник (Пантак), насельник Сретенского монастыря, ответственный за молодёжную работу в монастыре, был гостем программы «Светлый вечер». Алла Митрофанова —
А. Митрофанова
— Алексей Пичугин —
А. Пичугин
— До свидания.
А. Митрофанова
— До свидания.
Петропавловский монастырь (Юрьев-Польский, Владимирская область)
Поделиться
Юрьев-Польский во Владимирской области — городок небольшой. Его площадь — всего-то десять квадратных километров. Всю территорию можно окинуть взором с пятиярусной колокольни Петропавловского монастыря — это самое высокое здание в городе. И очень красивое! Недаром до революции 1917 его ажурный силуэт представлял Юрьев-Польский на почтовых открытках.
Петропавловский монастырь, к которому колокольня относится, был основан ещё в шестнадцатом веке. В Смутное время обитель разорили польско-литовские интервенты, и святое место опустело. Здесь какое-то время действовала ветхая деревянная приходская церквушка, но и та разрушилась. Земля, на которой она стояла, отошла крестьянам соседнего села Федосьино.
Однако, нашёлся человек, который выкупил монастырскую территорию, чтобы восстановить храм. Юрьевский купец Пётр Бородулин, получив разрешение Святейшего Синода, построил в 1843 году величественный пятиглавый собор во имя апостолов Петра и Павла. Церквей такого масштаба в Юрьеве-Польском ещё не бывало! Люди удивлялись и недоумевали — зачем огромный храм на окраине городка?
Ответ на этот вопрос жизнь предложила через несколько лет. В 1871 году в Юрьеве-Польском случился пожар. Огонь полностью уничтожил все строения одного из городских монастырей — женского, Введенского. И обездоленным монахиням предоставили Петропавловский храм! Так образовалась новая обитель во имя первоверховных апостолов.
За несколько лет сестры обжились и построили рядом с церковью жилые корпуса. В одном из них разместился приют для девочек-сирот с общеобразовательной школой. Воспитанницы постигали грамоту и арифметику, учились шить и вышивать. В соседнем доме сестры устроили богадельню-интернат — здесь проживали одинокие неимущие пожилые женщины.
В 1892 году в Петропавловском монастыре построили отдельностоящую колокольню высотой шестьдесят метров — ту самую, с которой начинался наш рассказ. Она чудом уцелела в советское время. А вот собор Петра и Павла был разрушен после революции 1917 года и до сих пор пребывает в руинах. Хотя упразднённый безбожниками монастырь вновь стал действующим в 2010 году, у монахинь не хватает сил и средств, чтобы восстановить обитель. Сёстры нуждаются в нашей с вами помощи!
Все выпуски программы ПроСтранствия
6 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Europeana/Unsplash
Тот, кто полюбил всем сердцем, совершенно оравнодушивается в отношении соблазнов в общении с другими людьми, хотя раньше постоянно чем-то искушался: красивым лицом, притягательной речью, стремлением войти в новый для него круг общения. Сказанное справедливо и в отношении к тайне нашего спасения. Истинное посвящение себя молитвенному общению с Богом, правильно поставленная духовная жизнь, глубокое покаяние всегда меняют нас к лучшему, обращая ум и сердце от тьмы к свету. Душа боголюбца не знает одиночества, уединение для неё желанно, общению с людьми полагается мера, обращённость ко Господу Иисусу почитается главным требованием совести.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы Великого вторника. 7 апреля 2026г.
Поделиться
Великий Вторник. Благове́щение Пресвято́й Богоро́дицы.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя. Я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х, и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х и победи́ши, внегда́ суди́ти Ти. Се бо в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо и́стину возлюби́л еси́, безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся, омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие, возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х, и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́, и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́, и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́, возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо, всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н, се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския, тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая: тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Приклони́, Го́споди, у́хо Твое́, и услы́ши мя, я́ко нищ и убо́г есмь аз. Сохрани́ ду́шу мою́, я́ко преподо́бен есмь: спаси́ раба́ Твоего́, Бо́же мой, упова́ющаго на Тя. Поми́луй мя, Го́споди, я́ко к Тебе́ воззову́ весь день. Возвесели́ ду́шу раба́ Твоего́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Я́ко Ты, Го́споди, Благ и Кро́ток, и Многоми́лостив всем призыва́ющим Тя. Внуши́, Го́споди, моли́тву мою́, и вонми́ гла́су моле́ния моего́. В день ско́рби моея́ воззва́х к Тебе́, я́ко услы́шал мя еси́. Несть подо́бен Тебе́ в бозе́х, Го́споди, и несть по дело́м Твои́м. Вси язы́цы, ели́ки сотвори́л еси́, прии́дут и покло́нятся пред Тобо́ю, Го́споди, и просла́вят и́мя Твое́, я́ко Ве́лий еси́ Ты, и творя́й чудеса́, Ты еси́ Бог еди́н. Наста́ви мя, Го́споди, на путь Твой, и пойду́ во и́стине Твое́й; да возвесели́тся се́рдце мое́ боя́тися и́мене Твоего́. Испове́мся Тебе́, Го́споди Бо́же мой, всем се́рдцем мои́м, и просла́влю и́мя Твое́ в век: я́ко ми́лость Твоя́ ве́лия на мне, и изба́вил еси́ ду́шу мою́ от а́да преиспо́днейшаго. Бо́же, законопресту́пницы воста́ша на мя, и сонм держа́вных взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Тебе́ пред собо́ю. И Ты, Го́споди Бо́же мой, Ще́дрый и Ми́лостивый, Долготерпели́вый, и Многоми́лостивый и и́стинный, при́зри на мя и поми́луй мя, даждь держа́ву Твою́ о́троку Твоему́, и спаси́ сы́на рабы́ Твоея́. Сотвори́ со мно́ю зна́мение во бла́го, и да ви́дят ненави́дящии мя, и постыдя́тся, я́ко Ты, Го́споди, помо́гл ми и уте́шил мя еси́.
Основа́ния его́ на гора́х святы́х; лю́бит Госпо́дь врата́ Сио́ня па́че всех селе́ний Иа́ковлих. Пресла́вная глаго́лашася о тебе́, гра́де Бо́жий. Помяну́ Раа́в и Вавило́на ве́дущим мя, и се иноплеме́нницы, и Тир, и лю́дие Ефио́пстии, си́и бы́ша та́мо. Ма́ти Сио́н рече́т: челове́к, и челове́к роди́ся в нем, и Той основа́ и́ Вы́шний. Госпо́дь пове́сть в писа́нии люде́й, и князе́й сих бы́вших в нем. Я́ко веселя́щихся всех жили́ще в тебе́.
Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Ми́лости Твоя́, Го́споди, во век воспою́, в род и род возвещу́ и́стину Твою́ усты́ мои́ми. Зане́ рекл еси́: в век ми́лость сози́ждется, на Небесе́х угото́вится и́стина Твоя́. Завеща́х заве́т избра́нным мои́м, кля́хся Дави́ду рабу́ Моему́: до ве́ка угото́ваю се́мя твое́, и сози́жду в род и род престо́л твой. Испове́дят Небеса́ чудеса́ Твоя́, Го́споди, и́бо и́стину Твою́ в це́ркви святы́х. Я́ко кто во о́блацех уравни́тся Го́сподеви? Уподо́бится Го́сподеви в сыне́х Бо́жиих? Бог прославля́емь в сове́те святы́х, Ве́лий и Стра́шен есть над все́ми окре́стными Его́. Го́споди Бо́же сил, кто подо́бен Тебе́? Си́лен еси́, Го́споди, и и́стина Твоя́ о́крест Тебе́. Ты влады́чествуеши держа́вою морско́ю: возмуще́ние же волн его́ Ты укроча́еши. Ты смири́л еси́ я́ко я́звена го́рдаго, мы́шцею си́лы Твоея́ расточи́л еси́ враги́ Твоя́. Твоя́ суть небеса́, и Твоя́ есть земля́, вселе́нную и исполне́ние ея́ Ты основа́л еси́. Се́вер и мо́ре Ты созда́л еси́, Фаво́р и Ермо́н о и́мени Твое́м возра́дуетася. Твоя́ мы́шца с си́лою: да укрепи́тся рука́ Твоя́, и вознесе́тся десни́ца Твоя́. Пра́вда и судьба́ угото́вание Престо́ла Твоего́: ми́лость и и́стина предъи́дете пред лице́м Твои́м. Блаже́ни лю́дие ве́дущии воскликнове́ние: Го́споди, во све́те лица́ Твоего́ по́йдут, и о и́мени Твое́м возра́дуются весь день, и пра́вдою Твое́ю вознесу́тся. Я́ко похвала́ си́лы их Ты еси́, и во благоволе́нии Твое́м вознесе́тся рог наш. Я́ко Госпо́дне есть заступле́ние, и Свята́го Изра́илева Царя́ на́шего. Тогда́ глаго́лал еси́ в виде́нии сыново́м Твои́м, и рекл еси́: положи́х по́мошь на си́льнаго, вознесо́х избра́ннаго от люде́й Мои́х, обрето́х Дави́да раба́ Моего́, еле́ем святы́м Мои́м пома́зах его́. И́бо рука́ Моя́ засту́пит его́, и мы́шца Моя́ укрепи́т его́, ничто́же успе́ет враг на него́, и сын беззако́ния не приложи́т озло́бити его́: и ссеку́ от лица́ его́ враги́ его́, и ненави́дящия его́ побежду́. И и́стина Моя́ и ми́лость Моя́ с ним, и о и́мени Мое́м вознесе́тся рог его́, и положу́ на мо́ри ру́ку его́, и на река́х десни́цу его́. Той призове́т Мя: Оте́ц мой еси́ Ты, Бог мой и Засту́пник спасе́ния моего́. И Аз пе́рвенца положу́ его́, высока́ па́че царе́й земны́х: в век сохраню́ ему́ ми́лость Мою́, и заве́т Мой ве́рен ему́, и положу́ в век ве́ка се́мя его́, и престо́л его́ я́ко дни́е не́ба. А́ще оста́вят сы́нове его́ зако́н Мой, и в судьба́х Мои́х не по́йдут, а́ще оправда́ния Моя́ оскверня́т, и за́поведей Мои́х не сохраня́т, посещу́ жезло́м беззако́ния их, и ра́нами непра́вды их, ми́лость же Мою́ не разорю́ от них, ни преврежду́ во и́стине Мое́й, ниже́ оскверню́ заве́та Моего́, и исходя́щих от уст Мои́х не отве́ргуся. Еди́ною кля́хся о святе́м Мое́м, а́ще Дави́ду солжу́? Се́мя его́ во век пребу́дет, и престо́л его́, я́ко со́лнце предо Мно́ю, и я́ко луна́ соверше́на в век, и Свиде́тель на Небеси́ ве́рен. Ты же отри́нул еси́ и уничижи́л, негодова́л еси́ пома́заннаго Твоего́, разори́л еси́ заве́т раба́ Твоего́, оскверни́л еси́ на земли́ святы́ню его́: разори́л еси́ вся опло́ты его́, положи́л еси́ тве́рдая его́ страх. Расхища́ху его́ вси мимоходя́щии путе́м, бысть поноше́ние сосе́дом свои́м. Возвы́сил еси́ десни́цу стужа́ющих ему́, возвесели́л еси́ вся враги́ его́: отврати́л еси́ по́мощь меча́ его́, и не заступи́л еси́ его́ во бра́ни. Разори́л еси́ от очище́ния его́, престо́л его́ на зе́млю пове́ргл еси́, ума́лил еси́ дни вре́мене его́, облия́л еси́ его́ студо́м. Доко́ле, Го́споди, отвраща́ешися в коне́ц? Разжже́тся я́ко огнь гнев Твой? Помяни́, кий мой соста́в, еда́ бо всу́е созда́л еси́ вся сы́ны челове́ческия? Кто есть челове́к, и́же поживе́т и не у́зрит сме́рти, изба́вит ду́шу свою́ из руки́ а́довы? Где суть ми́лости Твоя́ дре́вния, Го́споди, и́миже кля́лся еси́ Дави́ду во и́стине Твое́й? Помяни́, Го́споди, поноше́ние раб Твои́х, е́же удержа́х в не́дре мое́м мно́гих язы́к, и́мже поноси́ша врази́ Твои́, Го́споди, и́мже поноси́ша измене́нию христа́ Твоего́. Благослове́н Госпо́дь во век, бу́ди, бу́ди.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Го́споди, прибе́жище был еси́ нам в род и род. Пре́жде да́же гора́м не бы́ти и созда́тися земли́ и вселе́нней, и от ве́ка и до ве́ка Ты еси́. Не отврати́ челове́ка во смире́ние, и рекл еси́: обрати́теся, сы́нове челове́честии. Я́ко ты́сяща лет пред очи́ма Твои́ма, Го́споди, я́ко день вчера́шний, и́же мимои́де, и стра́жа нощна́я. Уничиже́ния их ле́та бу́дут. У́тро я́ко трава́ мимои́дет, у́тро процвете́т и пре́йдет: на ве́чер отпаде́т ожесте́ет и и́зсхнет. Я́ко исчезо́хом гне́вом Твои́м, и я́ростию Твое́ю смути́хомся. Положи́л еси́ беззако́ния на́ша пред Тобо́ю: век наш в просвеще́ние лица́ Твоего́. Я́ко вси дни́е на́ши оскуде́ша, и гне́вом Твои́м исчезо́хом, ле́та на́ша я́ко паучи́на поуча́хуся. Дни́е лет на́ших, в ни́хже се́дмьдесят лет, а́ще же в си́лах, о́смьдесят лет, и мно́жае их труд и боле́знь: я́ко прии́де кро́тость на ны, и нака́жемся. Кто весть держа́ву гне́ва Твоего́, и от стра́ха Твоего́, я́рость Твою́ исчести́? Десни́цу Твою́ та́ко скажи́ ми, и окова́нныя се́рдцем в му́дрости. Обрати́ся, Го́споди, доко́ле? И умоле́н бу́ди на рабы́ Твоя́. Испо́лнихомся зау́тра ми́лости Твоея́, Го́споди, и возра́довахомся, и возвесели́хомся, во вся дни на́ша возвесели́хомся, за дни в ня́же смири́л ны еси́, ле́та в ня́же ви́дехом зла́я. И при́зри на рабы́ Твоя́, и на дела́ Твоя́, и наста́ви сы́ны их. И бу́ди све́тлость Го́спода Бо́га на́шего на нас, и дела́ рук на́ших испра́ви на нас, и де́ло рук на́ших испра́ви.
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́, и просла́влю его́, долгото́ю дний испо́лню его́, и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Благове́щения, глас 4:
Днесь спасе́ния на́шего глави́зна/ и е́же от ве́ка та́инства явле́ние:/ Сын Бо́жий Сын Де́вы быва́ет,/ и Гаврии́л благода́ть благовеству́ет./ Те́мже и мы с ним Богоро́дице возопии́м:/ ра́дуйся, Благода́тная,// Госпо́дь с Тобо́ю.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Чте́ние Ева́нгелия:[1]
Диакон: И о сподо́битися нам слы́шанию Свята́го Ева́нгелия, Го́спода Бо́га мо́лим.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим Свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Иерей: От [и́мя ре́к] Свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Читается Евангелие, по завершении которого поется:
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чтец: Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне, поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Благове́щения, глас 8:
Взбра́нной Воево́де победи́тельная,/ я́ко изба́вльшеся от злых,/ благода́рственная воспису́ем Ти, раби́ Твои́, Богоро́дице,/ но, я́ко иму́щая держа́ву непобеди́мую,/ от вся́ких нас бед свободи́, да зове́м Ти:// ра́дуйся, Неве́сто Неневе́стная.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Го́споди и Влады́ко живота́ моего́, дух пра́здности, уны́ния, любонача́лия, и праздносло́вия не даждь ми. (Земной поклон)
Дух же целому́дрия, смиренному́дрия, терпе́ния, и любве́, да́руй ми рабу́ Твоему́. (Земной поклон)
Ей, Го́споди Царю́, да́руй ми зре́ти моя́ прегреше́ния, и не осужда́ти бра́та моего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в. (Земной поклон)
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Бла́го есть испове́датися Го́сподеви, и пе́ти и́мени Твоему́, Вы́шний: возвеща́ти зау́тра ми́лость Твою́ и и́стину Твою́ на вся́ку нощь, в десятостру́ннем псалти́ри с пе́снию в гу́слех. Я́ко возвесели́л мя еси́, Го́споди, в творе́нии Твое́м, и в де́лех руку́ Твое́ю возра́дуюся. Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди, зело́ углуби́шася помышле́ния Твоя́. Муж безу́мен не позна́ет, и неразуми́в не разуме́ет сих. Внегда́ прозябо́ша гре́шницы я́ко трава́, и пронико́ша вси де́лающии беззако́ние: я́ко да потребя́тся в век ве́ка. Ты же Вы́шний во век, Го́споди. Я́ко се врази́ Твои́, Го́споди, я́ко се врази́ Твои́ поги́бнут, и разы́дутся вси де́лающии беззако́ние. И вознесе́тся я́ко единоро́га рог мой, и ста́рость моя́ в еле́и масти́те. И воззре́ о́ко мое́ на враги́ моя́, и востаю́щия на мя лука́внующия услы́шит у́хо мое́. Пра́ведник я́ко фи́никс процвете́т, я́ко кедр, и́же в Лива́не, умно́жится. Насажде́ни в дому́ Госпо́дни, во дво́рех Бо́га на́шего процвету́т, еще́ умно́жатся в ста́рости масти́те, и благоприе́млюще бу́дут. Да возвестя́т, я́ко прав Госпо́дь Бог наш, и несть непра́вды в Нем.
Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся: облече́ся Госпо́дь в си́лу и препоя́сася, и́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится. Гото́в Престо́л Твой отто́ле: от ве́ка Ты еси́. Воздвиго́ша ре́ки, Го́споди, воздвиго́ша ре́ки гла́сы своя́. Во́змут ре́ки сотре́ния своя́, от гласо́в вод мно́гих. Ди́вны высоты́ морски́я, ди́вен в высо́ких Госпо́дь. Свиде́ния Твоя́ уве́ришася зело́, до́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.
Бог отмще́ний Госпо́дь, Бог отмще́ний не обину́лся есть. Вознеси́ся Судя́й земли́, возда́ждь воздая́ние го́рдым. Доко́ле гре́шницы, Го́споди, доко́ле гре́шницы восхва́лятся? Провеща́ют и возглаго́лют непра́вду, возглаго́лют вси де́лающии беззако́ние? Лю́ди Твоя́, Го́споди, смири́ша и достоя́ние Твое́ озло́биша. Вдови́цу и си́ра умори́ша и прише́льца уби́ша, и ре́ша: не у́зрит Госпо́дь, ниже́ уразуме́ет Бог Иа́ковль. Разуме́йте же безу́мнии в лю́дех и бу́ии не́когда умудри́теся. Насажде́й у́хо, не слы́шит ли? Или́ созда́вый о́ко, не сматря́ет ли? Наказу́яй язы́ки, не обличи́т ли, уча́й челове́ка ра́зуму? Госпо́дь весть помышле́ния челове́ческая, я́ко суть су́етна. Блаже́н челове́к, его́же а́ще нака́жеши, Го́споди, и от зако́на Твоего́ научи́ши его́, укроти́ти его́ от дней лю́тых, до́ндеже изры́ется гре́шному я́ма. Я́ко не отри́нет Госпо́дь люде́й Свои́х, и достоя́ния Своего́ не оста́вит, до́ндеже пра́вда обрати́тся на суд, и держа́щиися ея́ вси пра́вии се́рдцем. Кто воста́нет ми на лука́внующия? Или́ кто спредста́нет ми на де́лающия беззако́ние? А́ще не Госпо́дь помо́гл бы ми, вма́ле всели́лася бы во ад душа́ моя́. А́ще глаго́лах, подви́жеся нога́ моя́, ми́лость Твоя́, Го́споди, помога́ше ми. По мно́жеству боле́зней мои́х в се́рдце мое́м, утеше́ния Твоя́ возвесели́ша ду́шу мою́. Да не прибу́дет Тебе́ престо́л беззако́ния, созида́яй труд на повеле́ние. Уловя́т на ду́шу пра́ведничу, и кровь непови́нную осу́дят. И бысть мне Госпо́дь в прибе́жище, и Бог мой в по́мошь упова́ния моего́. И возда́ст им Госпо́дь беззако́ние их и по лука́вствию их погуби́т я́ Госпо́дь Бог (наш).
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, возра́дуемся Го́сподеви, воскли́кнем Бо́гу Спаси́телю на́шему: предвари́м лице́ Его́ во испове́дании, и во псалме́х воскли́кнем Ему́. Я́ко Бог Ве́лий Госпо́дь, и Царь Ве́лий по всей земли́, я́ко в руце́ Его́ вси концы́ земли́, и высоты́ гор Того́ суть. Я́ко Того́ есть мо́ре, и Той сотвори́ е́, и су́шу ру́це Его́ созда́сте. Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́, и воспла́чемся пред Го́сподем сотво́ршим нас: я́ко Той есть Бог наш, и мы лю́дие па́жити Его́, и о́вцы руки́ Его́. Днесь а́ще глас Его́ услы́шите, не ожесточи́те серде́ц ва́ших, я́ко в прогне́вании, по дни искуше́ния в пусты́ни, во́ньже искуси́ша Мя отцы́ ва́ши, искуси́ша Мя, и ви́деша дела́ Моя́. Четы́редесять лет негодова́х ро́да того́, и рех, при́сно заблужда́ют се́рдцем, ти́и же не позна́ша путе́й Мои́х, я́ко кля́хся во гне́ве Мое́м, а́ще вни́дут в поко́й Мой.
Воспо́йте Го́сподеви песнь но́ву, воспо́йте Го́сподеви вся земля́, воспо́йте Го́сподеви, благослови́те и́мя Его́, благовести́те день от дне спасе́ние Его́. Возвести́те во язы́цех сла́ву Его́, во всех лю́дех чудеса́ Его́. Я́ко Ве́лий Госпо́дь и хва́лен зело́, стра́шен есть над все́ми бо́ги. Я́ко вси бо́зи язы́к бе́сове: Госпо́дь же небеса́ сотвори́. Испове́дание и красота́ пред Ним, святы́ня и великоле́пие во святи́ле Его́. Принеси́те Го́сподеви оте́чествия язы́к, принеси́те Го́сподеви сла́ву и честь. Принеси́те Го́сподеви сла́ву и́мени Его́, возми́те же́ртвы, и входи́те во дворы́ Его́. Поклони́теся Го́сподеви во дворе́ святе́м Его́, да подви́жится от лица́ Его́ вся земля́. Рцы́те во язы́цех, я́ко Госпо́дь воцари́ся, и́бо испра́ви вселе́нную, я́же не подви́жится: су́дит лю́дем пра́востию. Да возвеселя́тся небеса́, и ра́дуется земля́, да подви́жится мо́ре и исполне́ние его́. Возра́дуются поля́, и вся я́же на них: тогда́ возра́дуются вся древа́ дубра́вная от лица́ Госпо́дня, я́ко гряде́т, я́ко гряде́т суди́ти земли́, суди́ти вселе́нней в пра́вду, и лю́дем и́стиною Свое́ю.
Госпо́дь воцари́ся, да ра́дуется земля́, да веселя́тся о́строви мно́зи. О́блак и мрак о́крест Его́, пра́вда и судьба́ исправле́ние Престо́ла Его́. Огнь пред Ним предъи́дет, и попали́т о́крест враги́ Его́. Освети́ша мо́лния Его́ вселе́нную: ви́де, и подви́жеся земля́. Го́ры я́ко воск раста́яша от лица́ Госпо́дня, от лица́ Го́спода всея́ земли́. Возвести́ша небеса́ пра́вду Его́, и ви́деша вси лю́дие сла́ву Его́. Да постыдя́тся вси кла́няющиися истука́нным, хва́лящиися о и́долех свои́х, поклони́теся Ему́ вси А́нгели Его́. Слы́ша и возвесели́ся Сио́н, и возра́довашася дще́ри Иуде́йския, суде́б ра́ди Твои́х, Го́споди, я́ко Ты Госпо́дь Вы́шний над все́ю земле́ю, зело́ превозне́слся еси́ над все́ми бо́ги. Лю́бящии Го́спода, ненави́дите зла́я, храни́т Госпо́дь ду́ши преподо́бных Свои́х, из ру́ки гре́шничи изба́вит я́. Свет возсия́ пра́веднику, и пра́вым се́рдцем весе́лие. Весели́теся, пра́веднии, о Го́споде и испове́дайте па́мять Святы́ни Его́.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Воспо́йте Го́сподеви песнь но́ву, я́ко ди́вна сотвори́ Госпо́дь. Спасе́ Его́ десни́ца Его́, и мы́шца свята́я Его́. Сказа́ Госпо́дь спасе́ние Свое́, пред язы́ки откры́ пра́вду Свою́. Помяну́ ми́лость Свою́ Иа́кову, и и́стину Свою́ до́му Изра́илеву, ви́деша вси концы́ земли́ спасе́ние Бо́га на́шего. Воскли́кните Бо́гови вся земля́, воспо́йте, и ра́дуйтеся, и по́йте. По́йте Го́сподеви в гу́слех, в гу́слех и гла́се псало́мсте. В труба́х ко́ваных и гла́сом трубы́ ро́жаны воструби́те пред Царе́м Го́сподем. Да подви́жится мо́ре и исполне́ние его́, вселе́нная и вси живу́щии на ней. Ре́ки воспле́щут руко́ю вку́пе, го́ры возра́дуются. От лица́ Госпо́дня, я́ко гряде́т, я́ко и́дет суди́ти земли́, суди́ти вселе́нней в пра́вду, и лю́дем пра́востию.
Госпо́дь воцари́ся, да гне́ваются лю́дие: седя́й на Херуви́мех, да подви́жится земля́. Госпо́дь в Сио́не вели́к, и высо́к есть над все́ми людьми́. Да испове́дятся и́мени Твоему́ вели́кому, я́ко стра́шно и свя́то есть. И честь царе́ва суд лю́бит: Ты угото́вал еси́ правоты́, суд и пра́вду во Иа́кове Ты сотвори́л еси́. Возноси́те Го́спода Бо́га на́шего, и покланя́йтеся подно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть. Моисе́й и Ааро́н во иере́ех Его́, и Самуи́л в призыва́ющих и́мя Его́: призыва́ху Го́спода, и Той послу́шаше их. В столпе́ о́блачне глаго́лаше к ним: я́ко храня́ху свиде́ния Его́ и повеле́ния Его́, я́же даде́ им. Го́споди Бо́же наш, Ты послу́шал еси́ их: Бо́же, ты ми́лостив быва́л еси́ им, и мща́я на вся начина́ния их. Возноси́те Го́спода Бо́га на́шего, и покланя́йтеся в горе́ святе́й Его́, я́ко Свят Госпо́дь Бог наш.
Воскли́кните Бо́гови вся земля́, рабо́тайте Го́сподеви в весе́лии, вни́дите пред Ним в ра́дости. Уве́дите, я́ко Госпо́дь той есть Бог наш: Той сотвори́ нас, а не мы, мы же лю́дие Его́ и о́вцы па́жити Его́. Вни́дите во врата́ Его́ во испове́дании, во дворы́ Его́ в пе́ниих: испове́дайтеся Ему́, хвали́те и́мя Его́. Я́ко благ Госпо́дь, в век ми́лость Его́, и да́же до ро́да и ро́да и́стина Его́.
Псало́м 100:
Ми́лость и суд воспою́ Тебе́, Го́споди. Пою́ и разуме́ю в пути́ непоро́чне, когда́ прии́деши ко мне? Прехожда́х в незло́бии се́рдца моего́ посреде́ до́му моего́. Не предлага́х пред очи́ма мои́ма вещь законопресту́пную: творя́щия преступле́ние возненави́дех. Не прильпе́ мне се́рдце стропти́во, уклоня́ющагося от мене́ лука́ваго не позна́х. Оклевета́ющаго тай и́скренняго своего́, сего́ изгоня́х: го́рдым о́ком, и несы́тым се́рдцем, с сим не ядя́х. О́чи мои́ на ве́рныя земли́, посажда́ти я́ со мно́ю: ходя́й по пути́ непоро́чну, сей ми служа́ше. Не живя́ше посреде́ до́му моего́ творя́й горды́ню, глаго́ляй непра́ведная, не исправля́ше пред очи́ма мои́ма. Во у́трия избива́х вся гре́шныя земли́, е́же потреби́ти от гра́да Госпо́дня вся де́лающия беззако́ние.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Благове́щения, глас 4:
Днесь спасе́ния на́шего глави́зна/ и е́же от ве́ка та́инства явле́ние:/ Сын Бо́жий Сын Де́вы быва́ет,/ и Гаврии́л благода́ть благовеству́ет./ Те́мже и мы с ним Богоро́дице возопии́м:/ ра́дуйся, Благода́тная,// Госпо́дь с Тобо́ю.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Тропа́рь проро́чества Вели́кого Вто́рника, глас 1:
Чтец: Тропа́рь проро́чества, глас пе́рвый: Безме́рно согреша́ющим, бога́тно прости́, Спа́се, и сподо́би нас неосужде́нно поклони́тися Твоему́ свято́му Воскресе́нию, моли́твами Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, еди́не Многоми́лостиве.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Безме́рно согреша́ющим, бога́тно прости́, Спа́се, и сподо́би нас неосужде́нно поклони́тися Твоему́ свято́му Воскресе́нию, моли́твами Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, еди́не Многоми́лостиве.
Диакон: Во́нмем.
Проки́мен 6 ча́са Вели́кого Вто́рника, пе́рвый, глас 6:
Чтец: Проки́мен, глас шесты́й: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние.
Хор: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние.
Чтец: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди, Го́споди, услы́ши глас мой.
Хор: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние.
Чтец: Я́ко у Го́спода ми́лость.
Хор: И мно́гое у Него́ избавле́ние.
Парими́я 6 ча́са Вели́кого Вто́рника:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Проро́чества Иезеки́илева чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Иез. гл.1, стт.21-28, гл.2, ст.1:)
Чтец: Внегда́ идя́ху (живо́тная), идя́ху (и коле́са), и внегда́ стоя́ти им, стоя́ху (и коле́са с ни́ми): и егда́ воздвиза́хуся от земли́, воздвиза́хуся с ни́ми (и коле́са), я́ко дух жи́зни бя́ше в колесе́х. И подо́бие над главо́ю живо́тных я́ко твердь, я́ко виде́ние криста́лла, просте́ртое над крила́ми их свы́ше. И под тве́рдию кри́ла их просте́рта, паря́ще друг ко дру́гу, кому́ждо два спряже́на, прикрыва́юще телеса́ их. И слы́шах глас крил их, внегда́ паря́ху, я́ко глас вод мно́гих, я́ко глас Бо́га Саддаи́: и внегда́ ходи́ти им, глас сло́ва я́ко глас полка́: и внегда́ стоя́ти им, почива́ху кри́ла их. И се глас превы́ше тве́рди су́щия над главо́ю их, внегда́ стоя́ти им, низпуска́хуся кри́ла их. И над тве́рдию, я́же над главо́ю их, я́ко виде́ние ка́мене сапфи́ра, подо́бие престо́ла на нем, и на подо́бии престо́ла подо́бие, я́коже вид челове́чь сверху́. И ви́дех я́ко виде́ние иле́ктра, я́ко виде́ние огня́ внутрь его́ о́крест от виде́ния чресл и вы́ше, и от виде́ния чресл да́же до до́лу ви́дех виде́ние огня́, и свет его́ о́крест, я́ко виде́ние дуги́, егда́ есть на о́блацех в день дождя́, та́ко стоя́ние све́та о́крест. Сие́ виде́ние подо́бие сла́вы Госпо́дни.
Диакон: Во́нмем.
Проки́мен 6 ча́са Вели́кого Вто́рника, второ́й, глас 4:
Чтец: Проки́мен, глас четве́ртый: Да упова́ет Изра́иль на Го́спода от ны́не и до ве́ка.
Хор: Да упова́ет Изра́иль на Го́спода от ны́не и до ве́ка.
Чтец: Го́споди, не вознесе́ся се́рдце мое́, ниже́ вознесо́стеся о́чи мои́.
Хор: Да упова́ет Изра́иль на Го́спода от ны́не и до ве́ка.
Чтец: Да упова́ет Изра́иль на Го́спода.
Хор: От ны́не и до ве́ка.
Чте́ние Ева́нгелия:[2]
Если на 6-м часе начинается чтение следующего Евангелия, то возглашается:
Диакон: И о сподо́битися нам слы́шанию Свята́го Ева́нгелия, Го́спода Бо́га мо́лим.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Если же на 6-м часе продолжается чтение того же Евангелия, что читалось на 3-м,часе то возглас «И о сподобитися нам...» не произносится, но сразу возглашается:
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим Свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Иерей: От [и́мя ре́к] Свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Читается Евангелие, по завершении которого поется:
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чтец: Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Вели́кого Вто́рника, глас 2, подо́бен: «Вы́шних ища́...»:
Час, душе́, конца́ помы́сливши,/ и посече́ния смоко́вницы убоя́вшися,/ да́нный тебе́ тала́нт трудолю́бно де́лай, окая́нная, бо́дрствующи и зову́щи:// да не пребу́дем вне черто́га Христо́ва.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Го́споди и Влады́ко живота́ моего́, дух пра́здности, уны́ния, любонача́лия, и праздносло́вия не даждь ми. (Земной поклон)
Дух же целому́дрия, смиренному́дрия, терпе́ния, и любве́, да́руй ми рабу́ Твоему́. (Земной поклон)
Ей, Го́споди Царю́, да́руй ми зре́ти моя́ прегреше́ния, и не осужда́ти бра́та моего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в. (Земной поклон)
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Коль возлю́бленна селе́ния Твоя́, Го́споди сил! Жела́ет и скончава́ется душа́ моя́ во дворы́ Госпо́дни, се́рдце мое́ и плоть моя́ возра́довастася о Бо́зе жи́ве. И́бо пти́ца обре́те себе́ хра́мину, и го́рлица гнездо́ себе́, иде́же положи́т птенцы́ своя́, олтари́ Твоя́, Го́споди сил, Царю́ мой и Бо́же мой. Блаже́ни живу́щии в дому́ Твое́м, в ве́ки веко́в восхва́лят Тя. Блаже́н муж, ему́же есть заступле́ние его́ у Тебе́; восхожде́ния в се́рдце свое́м положи́, во юдо́ль плаче́вную, в ме́сто е́же положи́, и́бо благослове́ние даст законополага́яй. По́йдут от си́лы в си́лу: яви́тся Бог бого́в в Сио́не. Го́споди Бо́же сил, услы́ши моли́тву мою́, внуши́, Бо́же Иа́ковль. Защи́тниче наш, виждь, Бо́же, и при́зри на лице́ христа́ Твоего́. Я́ко лу́чше день еди́н во дво́рех Твои́х па́че ты́сящ: изво́лих примета́тися в дому́ Бо́га моего́ па́че, не́же жи́ти ми в селе́ниих гре́шничих. Я́ко ми́лость и и́стину лю́бит Госпо́дь, Бог благода́ть и сла́ву даст, Госпо́дь не лиши́т благи́х ходя́щих незло́бием. Го́споди Бо́же сил, Блаже́н челове́к упова́яй на Тя.
Благоволи́л еси́, Го́споди, зе́млю Твою́, возврати́л еси́ плен Иа́ковль: оста́вил еси́ беззако́ния люде́й Твои́х, покры́л еси́ вся грехи́ их. Укроти́л еси́ весь гнев Твой, возврати́лся еси́ от гне́ва я́рости Твоея́. Возврати́ нас, Бо́же спасе́ний на́ших, и отврати́ я́рость Твою́ от нас. Еда́ во ве́ки прогне́ваешися на ны? Или́ простре́ши гнев Твой от ро́да в род? Бо́же, Ты обра́щься оживи́ши ны, и лю́дие Твои́ возвеселя́тся о Тебе́. Яви́ нам, Го́споди, ми́лость Твою́, и спасе́ние Твое́ даждь нам. Услы́шу, что рече́т о мне Госпо́дь Бог: я́ко рече́т мир на лю́ди Своя́, и на преподо́бныя Своя́, и на обраща́ющия сердца́ к Нему́. Оба́че близ боя́щихся Его́ спасе́ние Его́, всели́ти сла́ву в зе́млю на́шу. Ми́лость и и́стина срето́стеся, пра́вда и мир облобыза́стася. И́стина от земли́ возсия́, и пра́вда с Небесе́ прини́че, и́бо Госпо́дь даст бла́гость, и земля́ на́ша даст плод свой. Пра́вда пред Ним предъи́дет, и положи́т в путь стопы́ своя́.
Приклони́, Го́споди, у́хо Твое́ и услы́ши мя, я́ко нищ и убо́г есмь аз. Сохрани́ ду́шу мою́, я́ко преподо́бен есмь; спаси́ раба́ Твоего́, Бо́же мой, упова́ющаго на Тя. Поми́луй мя, Го́споди, я́ко к Тебе́ воззову́ весь день. Возвесели́ ду́шу раба́ Твоего́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Я́ко Ты, Го́споди, благ, и кро́ток, и многоми́лостив всем, призыва́ющим Тя. Внуши́, Го́споди, моли́тву мою́ и вонми́ гла́су моле́ния моего́. В день ско́рби моея́ воззва́х к Тебе́, я́ко услы́шал мя еси́. Несть подо́бен Тебе́ в бозе́х, Го́споди, и несть по дело́м Твои́м. Вси язы́цы, ели́ки сотвори́л еси́, прии́дут, и покло́нятся пред Тобо́ю, Го́споди, и просла́вят И́мя Твое́, я́ко ве́лий еси́ Ты и творя́й чудеса́, Ты еси́ Бог еди́н. Наста́ви мя, Го́споди, на путь Твой, и пойду́ во и́стине Твое́й: да возвесели́тся се́рдце мое́ боя́тися И́мене Твоего́. Испове́мся Тебе́, Го́споди Бо́же мой, всем се́рдцем мои́м и просла́влю И́мя Твое́ в век. Я́ко ми́лость Твоя́ ве́лия на мне, и изба́вил еси́ ду́шу мою́ от а́да преиспо́днейшаго. Бо́же, законопресту́пницы воста́ша на мя, и сонм держа́вных взыска́ша ду́шу мою́ и не предложи́ша Тебе́ пред собо́ю. И Ты, Го́споди Бо́же мой, ще́дрый и ми́лостивый, долготерпели́вый, и многоми́лостивый, и и́стинный, при́зри на мя и поми́луй мя, даждь держа́ву Твою́ о́троку Твоему́ и спаси́ сы́на рабы́ Твоея́. Сотвори́ со мно́ю зна́мение во бла́го, и да ви́дят ненави́дящии мя и постыдя́тся, я́ко Ты, Го́споди, помо́гл ми и уте́шил мя еси́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
После кафизмы:
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Благове́щения, глас 4:
Днесь спасе́ния на́шего глави́зна/ и е́же от ве́ка та́инства явле́ние:/ Сын Бо́жий Сын Де́вы быва́ет,/ и Гаврии́л благода́ть благовеству́ет./ Те́мже и мы с ним Богоро́дице возопии́м:/ ра́дуйся, Благода́тная,// Госпо́дь с Тобо́ю.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
И́же нас ра́ди рожде́йся от Де́вы,/ и, распя́тие претерпе́в, Благи́й,/ испрове́ргий сме́ртию смерть и воскресе́ние явле́й я́ко Бог,/ не пре́зри, я́же созда́л еси́ руко́ю Твое́ю./ Яви́ человеколю́бие Твое́, Ми́лостиве,/ приими́ ро́ждшую Тя Богоро́дицу, моля́щуюся за ны,/ и спаси́, Спа́се наш, лю́ди отча́янныя.
Чте́ние Ева́нгелия:[3]
Если на 9-м часе начинается чтение следующего Евангелия, то возглашается:
Диакон: И о сподо́битися нам слы́шанию Свята́го Ева́нгелия, Го́спода Бо́га мо́лим.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Если же на 9-м часе продолжается чтение того же Евангелия, что читалось на 6-м,часе то возглас «И о сподобитися нам...» не произносится, но сразу возглашается:
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим Свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Иерей: От [и́мя ре́к] Свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Читается Евангелие, по завершении которого поется:
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Не преда́ждь нас до конца́ И́мене Твоего́ ра́ди, и не разори́ заве́та Твоего́, и не отста́ви ми́лости Твоея́ от нас Авраа́ма ра́ди, возлю́бленнаго от Тебе́, и за Исаа́ка, раба́ Твоего́, и Изра́иля, свята́го Твоего́.
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Благове́щения, глас 8:
Взбра́нной Воево́де победи́тельная,/ я́ко изба́вльшеся от злых,/ благода́рственная воспису́ем Ти, раби́ Твои́, Богоро́дице,/ но, я́ко иму́щая держа́ву непобеди́мую,/ от вся́ких нас бед свободи́, да зове́м Ти:// ра́дуйся, Неве́сто Неневе́стная.
Чтец: Го́споди, поми́луй. (40 раз)
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Го́споди и Влады́ко живота́ моего́, дух пра́здности, уны́ния, любонача́лия, и праздносло́вия не даждь ми. (Земной поклон)
Дух же целому́дрия, смиренному́дрия, терпе́ния, и любве́, да́руй ми рабу́ Твоему́. (Земной поклон)
Ей, Го́споди Царю́, да́руй ми зре́ти моя́ прегреше́ния, и не осужда́ти бра́та моего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в. (Земной поклон)
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Го́споди, Иису́се Христе́, Бо́же наш, долготерпе́вый о на́ших согреше́ниих и да́же до ны́нешняго часа́ приведы́й нас, в о́ньже, на Животворя́щем Дре́ве ви́ся, благоразу́мному разбо́йнику и́же в рай путесотвори́л еси́ вход и сме́ртию смерть разруши́л еси́: очи́сти нас, гре́шных и недосто́йных раб Твои́х, согреши́хом бо и беззако́нновахом и не́смы досто́йни возвести́ очеса́ на́ша и воззре́ти на высоту́ Небе́сную, зане́ оста́вихом путь пра́вды Твоея́ и ходи́хом в во́лях серде́ц на́ших. Но мо́лим Твою́ безме́рную бла́гость: пощади́ нас, Го́споди, по мно́жеству ми́лости Твоея́, и спаси́ нас И́мене Твоего́ ра́ди свята́го, я́ко исчезо́ша в суете́ дни́е на́ши, изми́ нас из руки́ сопроти́внаго, и оста́ви нам грехи́ на́ша, и умертви́ плотско́е на́ше мудрова́ние, да, ве́тхаго отложи́вше челове́ка, в но́ваго облеце́мся и Тебе́ поживе́м, на́шему Влады́це и Благоде́телю. И та́ко, Твои́м после́дующе повеле́нием, в ве́чный поко́й дости́гнем, иде́же есть всех веселя́щихся жили́ще. Ты бо еси́ вои́стинну и́стинное весе́лие и ра́дость лю́бящих Тя, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Пресвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
По заключительной молитве 9-го часа начинается чтение изобразительных:
Изобразительны читаются скоро.
Чтец: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
Помяни́ нас, Влады́ко, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
Помяни́ нас, Святы́й, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
Лик Небе́сный пое́т Тя и глаго́лет: Свят, Свят, Свят Госпо́дь Савао́ф, испо́лнь Не́бо и земля́ сла́вы Твоея́.
Приступи́те к Нему́ и просвети́теся, и ли́ца ва́ша не постыдя́тся.
Лик Небе́сный пое́т Тя и глаго́лет: Свят, Свят, Свят Госпо́дь Савао́ф, испо́лнь Не́бо и земля́ сла́вы Твоея́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Лик святы́х А́нгел и Арха́нгел со все́ми Небе́сными си́лами пое́т Тя и глаго́лет: Свят, Свят, Свят Госпо́дь Савао́ф, испо́лнь Не́бо и земля́ сла́вы Твоея́.
И ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на Небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Осла́би, оста́ви, прости́, Бо́же, прегреше́ния на́ша, во́льная и нево́льная, я́же в сло́ве и в де́ле, я́же в ве́дении и не в ве́дении, я́же во дни и в нощи́, я́же во уме́ и в помышле́нии, вся нам прости́, я́ко Благ и Человеколю́бец.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный да́ждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Благове́щения, глас 8:
Взбра́нной Воево́де победи́тельная,/ я́ко изба́вльшеся от злых,/ благода́рственная воспису́ем Ти, раби́ Твои́, Богоро́дице,/ но, я́ко иму́щая держа́ву непобеди́мую,/ от вся́ких нас бед свободи́, да зове́м Ти:// ра́дуйся, Неве́сто Неневе́стная.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м/ и сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м,/ без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую,// су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Го́споди и Влады́ко живота́ моего́, дух пра́здности, уны́ния, любонача́лия, и праздносло́вия не даждь ми. (Земной поклон)
Дух же целому́дрия, смиренному́дрия, терпе́ния, и любве́, да́руй ми рабу́ Твоему́. (Земной поклон)
Ей, Го́споди Царю́, да́руй ми зре́ти моя́ прегреше́ния, и не осужда́ти бра́та моего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в. (Земной поклон)
Чтец: Ами́нь. Всесвята́я Тро́ице, Единосу́щная Держа́во, Неразде́льное Ца́рство, всех благи́х Вина́: благоволи́ же и о мне, гре́шнем, утверди́, вразуми́ се́рдце мое́ и всю мою́ отыми́ скве́рну. Просвети́ мою́ мысль, да вы́ну сла́влю, пою́, и покланя́юся, и глаго́лю: Еди́н Свят, Еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость.
Хор: Досто́йно есть, я́ко вои́стину,/ блажи́ти тя Богоро́дицу,/ присноблаже́нную и пренепоро́чную,// и Ма́терь Бо́га на́шего.
Иерей: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Хор: Честне́йшую Херуви́м/ и сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м,/ без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую,// су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, Упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Три́жды) Благослови́.
(На амво́не при закры́тых Ца́рских врата́х)
Иерей: Гряды́й Госпо́дь на во́льную Страсть, на́шего ра́ди спасе́ния, Христо́с И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Три́жды)
[1] На 3-м, 6-м и 9-м часах в Страстные Понедельник, Вторник и Среду уставом предписывается чтение Евангелия. Евангелия от Матфея, от Марка и от Луки прочитываются полностью, а Евангелие от Иоанна до 1-го чтения Евангелия Святых Страстей. По указанию Типикона, Евангелия от Матфея, Марка и Иоанна делятся каждое на две части, а Евангелие от Луки — на три. Существует традиция, по которой Евангелия от Матфея, от Марка и от Луки прочитываются со 2-й по 6-ю седмицы Великого поста, в таком случае на Страстной седмице прочитывается только Евангелие от Иоанна.
[2] См. сноску 5.
[3] См. сноску 5.
[4] О чтении Символа веры на изобразительных Типикон умалчивает, однако старопечатные Уставы в последовании изобразительных в праздник Благовещения назначают на «И ныне» — «Верую во Единаго Бога...» (см.: Устав. М., 1610. Л. 631 об.; Устав. М., 1634. Л. 64; Устав. М., 1641. Л. 550 об.; ср. также: Розанов В. Богослужебный Устав Православной Церкви. С. 601).
