Поделиться
Вынашивая замысел своего романа «Пути небесные», писатель Иван Шмелев признавался близким и друзьям, что при одной только мысли о задуманном у него «голова кружится от бездонности».
Именно с этой «бездонности» в буквальном смысле и начинается роман. Преуспевающий инженер Виктор Вейденгаммер, человек весьма прагматичный, более того - атеист, не скрывающий своих взглядов, - увлекся наблюдением за звездами. И вот в одну из ночей, когда он стоял у подзорной трубы, в огромном, необъятном небе среди мерцающих светл, ему вдру открылось нечто такое, чему он не смог найти рационального объяснения. Нет, он не узрел «летающую тарелку» или какой-нибудь иной неопознанный космический объект. Просто внезапно от открывшейся необъятности где-то в глубине его души возникло странное, почти невыносимое ощущение, и оно оказалось столь сильным, что погнало его в ненастную ночь из дому, на улицу. Именно в эту ночь ему и суждено было встретить свою судьбу.
Иван Шмелев никогда не отрицал, что «Пути небесные» - это настоящий роман, поэтому в нем бурлит жизнь. Есть и любовь, и страсть, и измена, и роковые обстоятельства, и даже балы и поездки «к цыганам». Но в то же время автор предупреждает: да, роман, - но не простой, а духовный. Поэтому все, что в нем происходит – не ради действия как такового, а чтобы увидеть и понять, через какие тернистые и извилистые пути порой приходится пробраться, чтобы свершилось то, что предначертано нам свыше.
Примечательно, что главные герои, Виктор Вейденгаммер и Дарья Королева – реально жившие когда-то люди, и их история, рассказанная Шмелевым, совершенно правдива. Конечно, Иван Сергеевич, как настоящий художник наложил на их портреты свои, местами весьма густые, штрихи мастера. Но все же, полностью свою картину завершить он так и не успел. «Пути небесные» стали его последним произведением. Он написал два тома романа, уже был обдуман и решен третий, но жизнь Шмелева оборвалась, и героям так и не суждено было пройти свой путь до конца.
Несмотря на это, полотно произведения все равно выглядит завершенным, хотя мы и не видим, например, как уходит в монастырь инженер Вейденгаммер, - а именно такова была задумка Шмелева; не видим и других, оставшихся как бы «за кадром» событий из жизни героев. Но чувствуем, что это, пожалуй, не так уж и важно. Потому что, к счастью, о главном, бездонном и необъятном, православный писатель Иван Сергеевич Шмелёв в своем романе «Пути небесные» сказать успел.
4 мая. О попечении ангелов-хранителей
Поделиться
О служении ангелов-хранителей по учению Святителя Феофана Затворника — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
В некоторых своих письмах, обращаясь к корреспондентам, духовным чадам, святитель говорит о мало кому из нас знакомом обстоятельстве попечения ангелов-хранителей о каждом из православных христиан и называет он это «ангельское внушение», и оно, говорит святитель Феофан, он замечает, что это внушение дороже самого зримого явления ангелов, потому что если кому и виден или слышен ангельский звук, или голос, или образ, или даже прикосновение, то это всегда лишь маска. Это лишь временное облачение, которое не соответствует самой сущности и природе, и служению ангельскому, а только для коммуникации временно даётся этим бесплотным личностным духам.
А вот те внушения, которые получает сердце, ищущее пути своего служения или разрешения какой-нибудь затруднительной ситуации по жизни, это, говорит, стоит дорогого. Так вот, молитва ангелу-хранителю приближает вот это чудесное явление внутри человеческого сердца, внутри его личности. Некоторое прикосновение ангельского перста — внушение сердцу спокойствия сердца, о каком-то определённом ясном угодном Богу решении.
Мы иногда хотим его узнать от каких-нибудь внешних сил или лиц, какого-то старца нужно найти прозорливого, который всё на место поставит в вашей жизни, а подлинно, все жизненно важные решения должны приниматься собственным сердцем человека. И вот кто это ощущал, тот знает, что в результате молитв, упования, терпения некоторого сердце получает определённое извещение о том, как надлежит ему действовать, и именно эта уверенность, именно это состояние, о котором говорит апостол Павел: «Блажен, кто не сомневается в том, что избирает», — это и есть прикосновение ангела-хранителя, его благодатное внушение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
4 мая. О честности и благочестии
ПоделитьсяО честности и благочестии — настоятель храма Феодора Стратилата в Старом Осколе Белгородской области священник Николай Дубинин.
Честность — это эквивалент порядочности, потому что ты хранишь свою честь, свою репутацию, значит, у тебя есть какие-то свои правила, стержень, и ты этими правилами не торгуешь, не меняешь их, не предаёшь их.
А потому благочестие в христианстве — это сохранённая честь, когда человек, прожив некую дистанцию в своей жизни, сохранил себя, сохранил свои правила, свои принципы, сохранил чистоту своей души и перед Богом, и перед ближними.
Поэтому наши благочестивые предки говорили, что честь нужно беречь именно с молоду. Сразу, с момента нашего взросления, мы должны беречь вот эту порядочность и приверженность заповедям Божиим и тем правилам, по которым мы живём. Тогда человек будет благочестивым.
Вот помоги нам, Господи, чтобы наша христианская жизнь всегда была благочестивой, и мы никогда бы не поступались ни своей христианской совестью, ни своей честью.
Все выпуски программы Актуальная тема:
4 мая. О грехе осуждения
Поделиться
О грехе осуждения — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Мы живём в достаточно плотной информационно насыщенной среде. Если наши совсем недавние предки были достаточно ограничены кругом новостей и событий (он, в общем-то, распространялся, ну, буквально, на, может быть, километров 10 от той деревни, в которой они жили), то нам теперь, конечно, есть дело до всего мира и до того, что происходит в нём. Не забываем мы при этом, однако, и о наших ближних, о тех, которые сопровождают нас всякий день, и внимание к их личной жизни, их внутреннему устроению и многому другому, в общем-то, нас также не покидает.
Таким образом, ситуация осуждения оказывается для нас значительно более характерной, чем для тех же самых наших недавних предков. То есть они осуждали только своих близких, а мы не забываем осуждать практически весь мир.
Что делать? Ситуация, как кажется, патовая, но выход она точно имеет. И это не выход, когда мы говорим, что мы не в осуждение, а в рассуждение предлагаем нечто. Давайте для начала трезво отметим проблему. Каждый раз, когда мы видим, что сердце наше прилежит к осуждению другого, раскаемся в моменте времени. Не просто отложим это до грядущей исповеди, а прямо в этот момент и обратимся к Богу со словом о том, что, да, Господи, я опять прилежу сердцем к этому же самому греху. Помоги мне и очисти меня.
Но а второй важный момент — будем помнить учительство Священного Писания по этому поводу. Христос говорит о том, что наше спасение в некотором смысле в наших руках самым очевидным образом: «Оставь нам долги наши, как мы оставляем должникам нашим», — говорит он в предлагаемой молитве Господней. Вдруг оказывается, если мы прощаем других и не судим их каким-то особенно страшным судом, то и сами можем быть прощены, и сами можем быть не осуждены. Только в данном случае уже не другими, а Богом.
Все выпуски программы Актуальная тема:
