Поделиться
За две тысячи лет до Рождества Христова земля Израиля не имела единого хозяина. Оседлые народы строили города, и в каждом правил свой царь. Кочевые племена переходили с одного места на другое в поисках сочных пастбищ для скота.
В странствиях проводил свои дни и пророк Авраам. Чтобы обеспечить семью и животных водой, он выкапывал колодцы в тех местах, где паслись его стада. Один из таких обустроенных источников захватили жители филистимского города Герара, Авраам упрекнул за это царя филистимлян Авимелеха. Чтобы исчерпать конфликт, библейский патриарх подарил правителю ГерАра ягнят из своего стада, после чего тот подтвердил право евреев на колодец. Свой договор вожди народов скрепили клятвой.
Книга Бытия рассказывает, что место, где произошла эта история, назвали Беэр-Шева, что в переводе с древнееврейского означает «колодец клятвы». В Израиле и сейчас существует город с таким названием. А сохранился ли сам библейский колодец Авраама? Ответ на этот вопрос пыталась найти в шестидесятых и семидесятых годах двадцатого века археологическая экспедиция под руководством израильского профессора Йоханана Ахарони.
Комментарий эксперта:
Туристов, посещающих современную Беэр-Шеву, в первую очередь знакомят с главной достопримечательностью города, которая находится в центральной, исторической его части. Это высеченный в скальных породах колодец диаметром в три с половиной и глубиной в тринадцать с половиной метров. Верхняя его часть облицована камнем. Путешественникам колодец представляют как тот самый, выкопанный Авраамом в двадцать первом веке до нашей эры. Однако, эта версия опирается исключительно на предание бедуинов, издавна обитавших в этих местах. Научные же данные указывают на то, что колодец относится к византийскому периоду истории Палестины, который длился с четвертого по седьмой век от Рождества Христова.
Именно период Византийского правления оставил в Беэр-Шеве наибольшее количество материальных свидетельств. Чуть позже, в восьмом веке, город был разрушен. И воссоздали его только в восьмидесятых годах девятнадцатого столетия. В то далекое время, когда пророк Авраам у колодца заключил договор с Авимелехом, Беэр-Шева, по данным археологов существовала не там, где город стоит сейчас, а на несколько километров восточнее. Именно здесь экспедиция профессора АхарОни обнаружила в недрах холма древние руины. И среди них - колодец! Тот ли, что связан с именем ветхозаветного праведника?
Комментарий эксперта:
Археологические раскопки холма показали, что на этом месте во времена пророка Авраама существовало развитое поселение. Среди находок, датированных третьим тысячелетием до нашей эры, встречается филистИмская керамика. В ходе раскопок был обнаружен и каменный колодец, по первым предположениям археологов – тот, что чуть не стал причиной конфликта между евреями и филистИмлянами в двадцать первом веке до Рождества Христова. Но дальнейшие исследования показали, что колодец был сооружен на десять с лишним столетий позднее, а именно – во время правления царя Давида.
И все-таки археологи не торопятся отказываться от своей первоначальной версии относительно найденного колодца. Их внимание привлек тот факт, что колодец находится за периметром мощных городских стен. Такое расположение было крайне неудобно, а в случае осады жители и вовсе лишались возможности набрать из него воды. Водоносный слой в районе холма расположен достаточно высоко, вероятно, были в городе и другие колодцы. Что же заставляло людей бережно сохранять этот источник за воротами? Ученые предложили гипотезу: во времена царя Давида люди знали о том, что именно здесь находился колодец пророка Авраама. И потомки пророка воссоздали его на прежнем месте.
Эта версия не является безукоризненной. Доказательств того, что найденный колодец – тот самый, о котором повествует Библия, по-прежнему недостаточно. Но сохранившееся до наших дней библейское название города «Беэр-Шева» - «колодец клятвы» свидетельствует о том, что договор пророка Авраама с царем филистИмлян действительно имел место.
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла
Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
Флп., 244 зач., III, 1-8
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Может ли что-нибудь заповеданное Богом оказаться вредным и опасным? Ответить на этот вопрос помогает отрывок из 3-й главы послания апостола Павла к Филиппийцам. Давайте его послушаем.
Глава 3.
1 Впрочем, братия мои, радуйтесь о Господе. Писать вам о том же для меня не тягостно, а для вас назидательно.
2 Берегитесь псов, берегитесь злых делателей, берегитесь обрезания,
3 потому что обрезание — мы, служащие Богу духом и хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся,
4 хотя я могу надеяться и на плоть. Если кто другой думает надеяться на плоть, то более я, 5 обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей,
6 по ревности — гонитель Церкви Божией, по правде законной — непорочный.
7 Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою.
8 Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: || для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа
Подавляющее большинство из нас с детства знакомы с тем, что такое лекарства. Кто-то в большей степени, а кто-то в меньшей был вынужден пить неприятные микстуры, горькие таблетки и почитать за праздник, когда тебе вместо них дают какие-нибудь сладкие сиропы. Я, например в детстве очень любил витаминки, и новость о том, что их можно переесть, стала для меня когда-то неприятной неожиданностью. Нет, сам я гипервитаминоза избежал, но слышал, что он бывает чуть ли ни опаснее недостатка. Потом, во взрослом возрасте, меня ждал ещё один неприятный сюрприз: оказалось, что у лекарств довольно быстро проходит срок годности. Кажется, ну химия и химия, лежит себе спрессованный порошок в форме таблетки, ан нет — через какое-то время то, что спасало, либо просто перестаёт действовать, либо и вовсе становится опасным. Всё это в свою очередь означает одну простую вещь — во время лечения нужно быть внимательным, вдумчиво подходить к тому, что ешь или пьёшь, потому что при чрезмерном употреблении даже вода может оказаться смертельно опасной.
В отрывке из послания к Филиппийцам, который мы сейчас услышали, апостол Павел говорит удивительную вещь: братия, берегитесь обрезания! «Ну что тут такого?», — спросит современный христианин. Всё правильно, обрезание давно отменено и у христиан не практикуется. Так-то оно так, но мы просто не понимаем, как эти слова звучали для людей времён апостола Павла. Обрезание было знаком завета с Богом ещё со времён Авраама. Причём было не просто какой-то выдумкой, которую люди приняли, его установил Сам Бог, это было Его прямое повеление, которое исполняли Авраам, Исаак, Иаков и должны были исполнять все их потомки, включая самого апостола Павла, конечно. Сказать «берегитесь обрезания» в то время для иудеев было всё равно, что нам сегодня сказать «берегитесь крещения»! Звучит жутковато, неправда ли? Но апостол Павел иначе говорить не мог. Он прекрасно знал, что в своё время плотское обрезание было важным знаком завета, но оно при всей его важности должно уступить место духовному преображению. В этом смысле он не отвергает сути обрезания, но объясняет, что отказывается от его плотского варианта потому, что теперь «обрезание — мы, служащие Богу духом и хвалящиеся Христом Иисусом, а не на плоть надеющиеся». Вот в чём дело! Обрезание плоти было лишь прообразом преображения сердца, его внешним телесным символом. Но в тот момент, когда оно стало восприниматься в качестве гарантии связи с Богом, из символа завета, оно превратилось в кандалы, которые как будто бы сковывали вместе Бога и человека. Надёжно, крепко, чтобы они никуда не делись друг от друга. От такой религиозной механики Павел призывает беречься, как от огня, ведь она может попросту убить живые и искренние отношения Творца и Его творения.
И если человек вдруг решит, что формальный акт крещения навсегда прикуёт в нему внимание Бога, Который в силу совершенного действия будет чуть ли ни обязан его оберегать и спасать, слова Павла будут к нему применимы в той же мере. Ведь крещение в воде — это не плотской нечистоты омытие, но решительное посвящение себя на служение Богу в Иисусе Христе Господе нашем.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 125. Богослужебные чтения
Поделиться
Народная мудрость, основанная на библейском тексте, говорит о разных проявлениях жизни: «Время разбрасывать камни и время собирать камни». К собиранию камней своей разбитой цивилизации приступили древние иудеи в конце 6-го века до Рождества Христова. О том повествует псалом 125-й, что звучит сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Псалом 125.
Песнь восхождения.
1 Когда возвращал Господь плен Сиона, мы были как бы видящие во сне:
2 тогда уста наши были полны веселья, и язык наш — пения; тогда между народами говорили: «великое сотворил Господь над ними!»
3 Великое сотворил Господь над нами: мы радовались.
4 Возврати, Господи, пленников наших, как потоки на полдень.
5 Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью.
6 С плачем несущий семена возвратится с радостью, неся снопы свои.
Псалом 125-й был составлен неизвестным автором во времена, когда древние иудеи освободились из Вавилонского плена, длившегося почти 70 лет. Потому псалом и наполнен радостью. Автор просто не верит себе, своим глазам и ушам, что свобода наконец-то наступила. Всё происходящее он называет сном. Читаем в псалме: «Когда возвращал Господь плен Сиона, мы были как бы видящие во сне: тогда уста наши были полны веселья, и язык наш — пения».
Возвращавшиеся в историческую Палестину древние иудеи грезили, что их ожидает там земля обетованная в том виде, как её представляли легенды. Что там можно будет собирать вкуснейшие плоды огромных размеров, что там текут молочные реки и т.п. Иначе и быть не могло, ведь Бог подарил древним евреям свободу, подобно той, что они получили когда-то, сбросив с себя оковы египетского рабства. И ветхозаветные иудеи хвалились перед другими народами той честью, что им Богом была оказана. Читаем в псалме: «тогда между народами говорили: „великое сотворил Господь над ними!“».
Действительно, Бог пожалел Свой народ, вывел его из Вавилонского плена. Но это не означало вовсе, что должен произойти стремительный взлёт — из состояния раба в состояние триумфатора. Господь ожидал от народа еврейского работы над ошибками, деятельного покаяния, которое не предполагало никакой похвальбы или ощущения триумфа. И это понимает автор псалма.
Он, например, с горечью констатирует, что далеко не все иудеи вернулись на родину. Многие за 70 лет плена переняли языческие обычаи, растворились в порочном окружении, остались пленниками. Не в физическом, а в духовном плане. И псалмопевец просит Бога и этих несчастных людей вернуть. Читаем в псалме: «Возврати, Господи, пленников наших, как потоки на полдень».
Имелось ещё одно обстоятельство, указывавшее, что для триумфа пока нет ни времени, ни места. Иерусалимский храм, в котором только и могло совершаться ветхозаветное богослужение, был разрушен вавилонскими войсками. И пока святилище не восстановлено, ни о какой полноценной радости говорить нельзя. Иудеи, не сразу, правда, но приступили к постройке второго храма. И случилось чудо. Малый запас семян, имевшийся у них, дал богатый урожай. Так Господь показал древним евреям, что, если жить по заповедям и заботиться, прежде всего, о духовном, материальное обязательно приложится. Или как пишет автор псалма: «Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью. С плачем несущий семена возвратится с радостью, неся снопы свои».
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Лев Шестов. "На весах Иова"»
Поделиться
В этом выпуске программы «Истоки» Константин Мацан и Максим Печенкин размышляли над смыслами эссе «Гефсиманская ночь (Философия Паскаля)», которое входит в состав книги «На весах Иова» русского философа-экзистенциалиста Льва Шестова. Разговор шел о том, что настоящая экзистенциальная истина открывается человеку именно тогда, когда разум утверждает, что это невозможно, при этом истина познается в сердце. По Льву Шестову, ощущение «беспочвенности» — не тупик, но шанс на спасение в тот момент, когда после потери всех земных опор, главной опорой становится Божественное откровение.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
- «Лев Шестов. "На весах Иова"»
- «Алексей Лосев. "Диалектика мифа"»
- «Священник Павел Флоренский. "Иконостас"»
При грантовой поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2026»
