Поделиться
Древнее село Курба на юго-западе Ярославской области когда-то было вотчиной князей Курбских. Самый известный из них, Андрей Михайлович, служил военачальником при Иване Грозном и вошёл в историю и литературу своей обличительной и дерзкой перепиской с царём. Правда, клеймил он вспыльчивого монарха с безопасного расстояния — из-за границы, куда сбежал в 1564 году. Иван Грозный лишил князя Курбского всех его земель, а в середине 18 века они перешли князьям Нарышкиным. Досталось новым владельцам и большое богатое торговое село на Ярославщине — Курба. Именно при Нарышкиных в 1770-м году в Курбе была построена церковь Казанской иконы Божией матери, которую архитекторы называют уникальным образцом храмового зодчества, единственным в своём роде не только в России, но, вероятно, и во всём мире.
То, что церковь действительно уникальна, понимаешь сразу же, как только Казанский храм показывается на подъезде к селу. Первой появляется из-за горизонта стройная, воздушная пятиярусная колокольня с крестом на высоком шпиле. Следом показывается и церковь. Издалека она похожа на каравай или большой пасхальный кулич!
Круглая церковь — так часто называют Казанский храм в Курбе. Действительно, кажется, что в основание здания положен идеальный круг. На самом же деле конструкция у храма, так называемая, «центрическая шестнадцатилепестковая». То есть, цилиндрическая окружность имеет 16 плавных, почти незаметных глазу, граней. Кому пришла в голову столь необычная архитектурная идея — увы, неизвестно. Есть лишь сведения о том, что жертвовали на строительство храма не только владельцы села, Нарышкины, но и его жители. Так что, можно сказать, возводили Казанскую церковь всем миром. Не дошли до наших дней и имена живописцев, которые расписывали храм. Зато частично сохранились сами фрески — фигуры святых, ветхозаветные и евангельские сюжеты. Это кажется невероятным, учитывая, что в советские годы уникальный храм многое претерпел. В нём долгое время располагалась совхозная машинно-тракторная станция и склад. Потом, примерно с 1970-х годов, церковь пустовала и постепенно разрушалась до такой степени, что в начале 2000-х здание храма было признано аварийным.
К счастью, нашлись энтузиасты, заботами которых Казанскую церковь законсервировали, спасши от дальнейшего разрушения и потихоньку начали восстанавливать. Работа предстоит ещё большая, но уже сегодня в храме совершаются Богослужения и со всей России едут в Курбу паломники, туристы и любители старины.
Все выпуски программы ПроСтранствия
Х. Андерсен «Дюймовочка» — «Не соглашаться жить во тьме»
Поделиться
Фото: PxHere
Трудно, наверное, найти человека, который сказал бы: «Мне солнце ни к чему, я предпочитаю зарыться в землю и жить во тьме». Да ещё и настойчиво приглашал бы к такому же образу жизни других, удивляясь — и что такого они находят в солнце, свежем воздухе, просторе?
Но именно такого человека олицетворяет один из героев сказки Ханса Кристиана Андерсена «Дюймовочка» — крот, собравшийся жениться на главной героине, крошечной девочке Дюймовочке. В начале сказки Дюймовочку похищает из материнского дома жаба, чтобы выдать малютку замуж за своего сына. Дюймовочка сбегает от неё и оказывается в поле, где проводит целое лето. Наступает осень, приходят холода. Девочке даёт приют в своей норке полевая мышь. А затем решает выдать Дюймовочку замуж за соседа — состоятельного крота. Девочка горько плачет, ведь Крот сказал, что не переносит солнца, значит, и Дюймовочку больше наверх не отпустит. Он просто не понимает, зачем Дюймовочке солнце, ветер, простор.
Если пофантазировать, можно провести параллель между кротом и неверующим человеком, который недоумевает: и что такого ищут христиане в Церкви? Им что, обычной жизни мало? В том и дело, что христианам земли мало — они стремятся к небу. Святитель Лука Войно-Ясенецкий, исповедник двадцатого столетия, говорил: «Для жизни истинной не свет солнечный необходим, а другой свет, свет духовный, освещающий и просвещающий сердца наши». Эти слова святителя Луки созвучны сказке Андерсена. Дюймовочка, олицетворяющая верующих людей, стремится к солнцу и не соглашается жить во тьме кротовой норы. И спасает героиню в финале сказки ласточка. Почему Андерсен выбрал именно эту птицу? Ласточек иногда изображают в сценах Благовещения как знак весны, обновления и доброй вести. Этот образ усиливает параллель между Дюймовочкой и христианами, стремящимися к Солнцу правды, Христу.
Все выпуски программы ПроЧтение:
С. Лагерлёф «Путешествие Нильса» — «О душевной бодрости»
Поделиться
Фото: PxHere
Когда делаешь трудное дело, то и дело тянет передохнуть. Но насколько разумно в таком случае сбавлять обороты? В одном из эпизодов повести «Путешествие Нильса», шведская писательница Сельма Лагерлёф ставит такой вопрос. Домашний белый гусь Мартин однажды увидел, как над двором пролетают серые дикие гуси. Мартину захотелось полететь с ними. Он побежал, подпрыгнул и — взмыл в небо вместе со стаей. Гуси летели весь день. Мартину с непривычки было трудно, и гуси к вечеру сообщают своей предводительнице Акке:
— Белый гусь не может лететь так высоко!
Акка отвечает:
— Он должен знать, что летать быстро легче, чем летать медленно! Летать высоко легче, чем летать низко!
Странные слова. Казалось бы, всё наоборот. Разве делать что-то быстро легче, чем медленно? Но Акка знает, что говорит.
Секрет в том, что истинная лёгкость рождается не из экономии, а из полноты действия. Недаром преподобный Паисий Святогорец, подвижник двадцатого столетия, рассуждая о духовной жизни, замечал, что для неё необходимы напор, порыв, мужество и храбрость в борьбе с грехами.
Почему преподобный Паисий так говорил? Дело в том, что решимость, духовная отвага как раз и освобождают от тяжести своеволия, от рабства своим нерадению и небрежению. Приводя к жизни цельной, осмысленной, они окрыляют.
Так и случилось с Мартином. В первый день полёта ему нелегко было воспринять слова Акки, но — постепенно его крылья набирают силу, и вскоре он уже наравне с прочими держится в стае.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Василий Верещагин. «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского»
Поделиться
— Андрей Борисович, здравствуйте! Тоже решили сегодня провести утро в библиотеке?
— Маргарита Константиновна! Рад неожиданной встрече!
— Я вас давно заметила, просто не хотела мешать. Вы были так увлечены чтением.
— Да вот, погрузился в книги по древнему зодчеству. Планирую на днях отправиться в небольшое путешествие. Давно хотел увидеть деревянные храмы. Знаете, которые, как говорят, без единого гвоздя...
— Замечательные планы! Кстати, буквально на днях я смотрела передачу про Василия Верещагина. Художника тоже притягивали памятники деревянного зодчества. В 1884-м году он отправился в путешествие по городам и сёлам Русского Севера. Из этой поездки художник привёз несколько десятков полотен, где запечатлел старинные бревенчатые церкви.
— Интересно, не был ли случайно Верещагин в селе Богослов? Это совсем рядом с Ростовом Великим, который часто называют «воротами Русского Севера». В селе, о котором я говорю, находится деревянная церковь апостола Иоанна Богослова конца 17 столетия. Я как раз только что о ней читал.
— Да, Василий Васильевич там побывал. Он видел этот храм, и перенёс на холст красоту его внутреннего убранства. Работа хранится в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга. Называется она «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского».
— Да-да, Ишня — это река, на которой стоит село. А Ростовом Ярославским раньше часто именовали Ростов Великий. Кстати, так по сей день называется железнодорожная станция, расположенная в городе. Впрочем, чтобы добраться оттуда до Богослова, поезд точно не понадобится. От Ростова село всего в полутора километрах. Можно дойти пешком. Жаль, что до Петербурга из Москвы так быстро не добраться... А очень хотелось бы сейчас посмотреть на это полотно Василия Верещагина!
— Мы с вами прямо сейчас можем зайти на сайт музея и найти картину там.
— Уже нашёл, Маргарита Константиновна! Перед нами фрагмент древнего иконостаса. В полумраке деревянных сводов храма мерцает золото и серебро иконных окладов и лампад. Лики святых художник прописал в общих чертах. Однако образ, который ближе всего к зрителям, легко узнаваем — это Пантократор, Спас Вседержитель.
— Рядом с иконостасом стоят аналои — иконные столики — украшенные покровами из парчи́. А в самом центре полотна — золотые Царские врата. Художник запечатлел их изысканный резной узор, который удивительно гармонирует с простотой тесовых стен церкви. Верещагин живо и реалистично передал особенную атмосферу деревянного храма.
— Да, что называется — эффект присутствия! На секунду мне представилось, что я уже там, в Богословском храме, и вижу всё своими глазами!
— Василий Верещагин к этому и стремился. Ведь он ездил не просто посмотреть на памятники церковной старины, а хотел привлечь общественное внимание к проблеме их сохранения. Во второй половине 19-го столетия, когда жил художник, из-за ветхости деревянные храмы часто попросту сносили, взамен строили каменные. Поэтому на своих полотнах он старался максимально точно запечатлеть натуру.
— Чтобы все смогли увидеть величие деревянных церквей и понять — эту древнюю красоту нужно беречь.
— Полотна, которые художник создал во время путешествия1884 года, до сих пор помогают реставраторам и искусствоведам в их работе. И Богословский храм поны́не стоит на своём месте. Правда, почти всё внутреннее убранство, которое Верещагин запечатлел на картине, находится сегодня в экспозиции музея-заповедника «Ростовский кремль». Принадлежит музею и сама церковь, хотя Богослужения в ней совершаются.
— Маргарита Константиновна, судя даже по одной вот этой картине — «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского» — Верещагина его поездка впечатлила?
— Да! Василий Васильевич писал в своих заметках, которые изда́л по возвращении домой, что в тех краях, где он побывал, тихо, спокойно, и пахнет родной стариной.
— Как я рад, что и мне вскоре предстоит вдохнуть этот воздух!
Все выпуски программы Свидание с шедевром
