Евангелие дня

Как снизить градус эмоционального напряжения в своей жизни? Как справиться с постоянной внутренней тревогой и беспокойством? Свой ответ на этот вопрос предлагает отрывок из 16-й главы Евангелия от Матфея, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.

Христос рассказывает апостолам о том, как именно Он должен выполнить Свое предназначение. Пётр отговаривает Его от этого. За это Господь называет его сатаной и упрекает в том, что апостол думает «не о том, что́ Божие, но что́ человеческое». Что Христос называет здесь человеческим?

Ответ можно найти, прислушавшись к себе и честно ответив на вопрос, а чего я хочу? Какие бы возвышенные мысли ни появлялись в моей голове, натуру не обманешь. Где-то на заднем фоне всегда звучит одно — я хочу спокойствия; я хочу безопасности; я хочу стабильности и предсказуемости, комфорта и уюта; я хочу, чтобы меня никто не дёргал и не указывал мне, что и как я должен делать; я хочу брать и преумножать.

Этот список можно продолжать долго. Это и есть наше, человеческое. И суть одна — я хочу, чтобы было так, как я хочу. И в мои планы отнюдь не входит быть в подчинении у кого-то, исполнять не свои, а его желания, напрягаться, испытывать дискомфорт, неудобства, боль и страдания. В мои планы не входит терять своё и не получать желаемого. Одна мысль о всех этих вещах может ввергнуть в тоску и уныние.

Однако Христос демонстрирует прямо противоположную логику. Он живёт по принципу «пусть будет не так как Я хочу, а так как хочет Небесный Отец». А у Отца есть Свой план. Он знает, как лучше. И Спаситель свободно и добровольно подчиняется этому плану, даже несмотря на то, что речь идёт о крестных муках и смерти. Пётр чувствует в этом образе жизни угрозу для себя. Ведь он привык жить по своей воле, своим умом, всегда в большей степени полагаться на себя. А потому он и бунтует. За что Господь и называет его «сатана», то есть «противник».

Даже если мы не одобряем поступок Петра, мы мало чем отличаемся от него. Как и он, мы привыкли жить эту жизнь так, как мы сами считаем нужным. Мы привыкли во всём полагаться на себя. Мы верим, что только так мы придём к желаемой точке покоя. При этом нельзя сказать, что мы не верим в Бога. Подобно Петру, мы вроде бы можем быть даже рядом с Ним. Мы каждое утро можем говорить в молитве «да будет воля Твоя». Но всякий раз, когда наши планы нарушаются и что-то идёт не так, как нам бы этого хотелось, мы, как и апостол, бунтуем — раздражаемся, нервничаем, беспокоимся, суетимся, впадаем в уныние и тоску. Парадокс в том, что так мы сопротивляемся обстоятельствам жизни, в которые сами себя загнали своим постоянным сопротивлением.

Эта непрекращающаяся борьба изматывает и утомляет. Жизнь по своей воле чревата огромным напряжением, разочарованиями и срывами. Поэтому и говорит Христос сегодня «отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Другими словами, сосредоточь своё внимание не на том, чего хочешь ты, а на том, чего ждёт от тебя Бог. Попытаться осуществить это на практике довольно просто. На протяжении дня следует почаще останавливаться и обращаться к Богу с вопросами: «Господи, а что Ты хочешь от меня в этой ситуации? Господи, а как я ради Тебя могу быть полезен тем людям, которые меня сейчас окружают?» Не будем сомневаться, если в нас есть желание и готовность, Бог даст нам ответ. Или через людей, или через череду событий, или прямо в сердце. И если мы будем находить в себе решимость, несмотря на сопротивление своих человеческих желаний, следовать этому ответу, то со временем заметим, насколько спокойней стало у нас на душе. От былого напряжения не осталось и следа. Так действует благодать Божия на тех, кто понуждает себя следовать воле Господа и препоручить свою жизнь Его заботе. Ведь Сам Он прямо говорит в Евангелии: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные... и найдёте покой душам вашим».

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

В христианской культуре существует устоявшееся мнение, что «сатана» — это личное имя величайшего из падших ангелов. А если не имя, то его условное обозначение. Об этом говорят и всевозможные словари русского языка. Но если углубиться в текст Священного Писания, то все окажется не так просто.

Во-первых, «сатана» — не имя собственное. Это еврейское слово означает «противника» или «неприятеля». В Ветхом Завете встречается лишь несколько упоминаний сатаны: один раз в Первой книге Паралипоменон, одиннадцать раз в книге Иова, один раз в Псалтыри и два раза в книге пророка Захарии. Но ни одно из перечисленных мест не дает права с полной уверенностью сказать, что там идет речь именно о падшем ангеле. Впрочем, нельзя так же быть абсолютно уверенными и в противоположном. Все те места, в которых употребляется это слово могут быть поняты по-разному и исключают возможность однозначного прочтения. Вообще, стоит отметить, что Ветхий Завет не интересуется личностью первейшего падшего ангела, равно как и всеми другими противоборствующими Богу духовными силами. Но о них мы постоянно слышим в Евангелии. Правда, Христос Спаситель остается в русле традиции Ветхого Завета и не заостряет внимания Своих учеников на этих силах и на их главе, что, конечно же, не мешает Ему неоднократно использовать само слово «сатана».

В Евангелии от Матфея первое употребление этого слова мы встречаем в четвертой главе, в истории сорокадневного поста Христа в пустыне и последующего искушения от диавола. Из контекста евангельской истории видно, что там речь идет о злом духе, который пытается бороться с Богом, именно там мы впервые встречаем слова Христа «отойди от Меня, сатана» (Мф. 4:10). Эти слова повторяются в 16-й главе, но обращены они не к злому духу, а к апостолу Петру. Здесь необходимо отметить, что повторяются они в русском переводе, а в греческом оригинале это ощутимо различные фразы, во втором случае — в случае диалога с апостолом Петром — ее корректнее было бы перевести как «отойди позади Меня». То есть, если в ситуации искушения в пустыне Христос прогоняет от себя злого духа, то здесь Господь называет Своего ближайшего апостола «противником» и говорит ему, чтобы он шел позади, иными словами, чтобы он следовал примеру Христа: не указывал Учителю, как Ему должно поступать, а сам учился у Него и во всем подражал Ему, в том числе и в абсолютном принятии воли Божией о самом себе.