Поделиться
Игорь Петровский
Еще лет 20-30 назад, когда наш светский обыватель поднимал религиозные вопросы - это были вполне себе серьезные темы. Интересовались Евангелием, дискутировали о смыслах, спорили об истории, одним словом - разговаривали за жизнь. Складывалось даже впечатление, что человека действительно тревожит что такое Бог, что такое вечность, как понимать грех… А потом, вдруг, стали модны разговоры о «недостойных священниках». Что скрывать, недостойные люди попадаются. Причем в любом, даже самом уважаемом и почетном, обществе. Среди школьных учителей, детских хирургов, боевых офицеров, и даже среди нобелевских лауреатов может оказаться какое-то количество подлецов. Но почему мы по-прежнему продолжаем верить в необходимость школьного образования, медицины, армии, науки, а когда нам рассказывают о каком-нибудь недостойном пастыре - дело конечно печальное, никто не спорит, и церковь делает все возможное чтобы таких пастырей исправлять - но вот почему-то в этом случае как будто отключается разумная часть души, человек резко глупеет и его мозг перестает выполнять простейшие логические операции.
Вспомните, по какому сценарию сегодня проходят большинство разговоров со светской публикой на религиозные темы: «Что вы мне будете рассказывать про своего Бога, я видел пьяного священника». Ну, или что-то подобное…
Про интеллектуальный уровень тех, кто так размышляет, давно уже сказал великий Честертон: «не доверять Церкви, встретив недостойного священника столь же глупо, как не доверять Британскому банку, встретив фальшивые купюры». Но вот что-то мне подсказывает, что бросающие подобные обвинения - вполне себе разумные люди. А значит, так резко поглупеть и не отделять существенное от второстепенного — это часть плана: так легче, так комфортнее. Ведь вопросы о Боге, о бессмертии души, о нравственной жизни, о грехе, о покаянии — это все неприятные мысли. Без них куда проще. Но как задушить в себе то чувство, которое в русской литературе часто называется «тоской человека по раю»? Ведь эта «тоска по раю», - ощущение несовершенства мира и своего личного несовершенства, - очень мощное нравственное чувство. А все просто: надо регулярно внушать себе, что если есть плохие священники — значит Церковь всё врет, а значит нет никакого Бога, а значит жить можно, как хочешь. Ну или более тонкая глупость про Бога в душе и рай в сердце. Не умно, не логично, антинаучно, но почему-то многим нравится.
В связи с этим, сильнейшим уколом тем, кто любит зубоскалить в адрес Церкви, стал недавний фильм Джона Макдонаха «Голгофа», который предлагает обществу не пенять на зеркало, простите, при кривой роже.
Картина повествует об одной неделе из жизни отца Джеймса - католического священника из небольшого провинциального городка. Отец Джеймс пытается донести до жителей города обычные нравственные правила. Но, не скрывая своего бесстыдства, жители городка открыто потешаются над усилиями священника хоть как-то вернуть им человеческий образ. Он крайне не удобен им всем. Ведь они уже вроде как и привыкли жить в пьянстве, в блуде, депрессии, алчности. А отец Джеймс – вот просто одним своим видом, своим подрясником, своей бородой, да просто тем что он есть - словно колет им глаза. У них словно першит в горле от того, что он просто живет в их городе. Он им мешает, просто тем - что он есть. И они кричат ему в пьяном исступлении– «твое время прошло, время таких как ты, закончилось, уйди, надоел». И сжигают храм, и убивают его собаку, и доводят его до нервного срыва. Но отец Джеймс не злится. Он с сожалением видит, как каждый калечит себя, убивая в себе все самое человечное и доброе. И он продолжает верить, что каждого можно спасти. И в одном из разговоров бросает фразу:
- Бог милостив. И границы его милости пока не установлены.
А однажды на исповеди, священник слышит, что ровно через семь дней его собираются убить…
Макдонаху удалось провести в истории отца Джеймса тончайшие параллели с евангельскими событиями. В фильме «Голгофа» можно заметить намеки на жён-мироносиц, тайную вечерю, моление о чаше, и даже в образе мальчика-прислужника, ставшего свидетелем смерти отца Джеймса, виден образ Иоанн Богослова – любимого ученика Христова.
Фильм «Голгофа» – это попытка одного великого ирландского режиссера и одного великого ирландского актера рассказать зрителям простую правду – правду о нашем собственном зле и духовной слепоте. И пройдя вместе с отцом Джеймсом путь до его Голгофы – научиться прощать, видеть светлое в людях, в жизни, перестать заниматься пошлым критиканством и жить верой.
И каким пронзительным диагнозом нашему современному обществу звучат слова из последнего разговора отца Джеймса с дочерью.
«Мне кажется, - говорит отец Джеймс, что слишком часто говорят о грехах и недостаточно о добродетелях».
«Может ты прав папа…, - отвечает дочь. А какая добродетель для тебя главная?»
«Умение прощать серьёзно недооценивают», - был ответ отца Джеймса.
Псалом 139. Богослужебные чтения
Поделиться
Как вести себя с теми, кто нас незаслуженно и несправедливо обижает? Ответ на этот вопрос находим в 139-м псалме, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Псалом 139.
1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Избавь меня, Господи, от человека злого; сохрани меня от притеснителя:
3 Они злое мыслят в сердце, всякий день ополчаются на брань,
4 Изощряют язык свой, как змея; яд аспида под устами их.
5 Соблюди меня, Господи, от рук нечестивого, сохрани меня от притеснителей, которые замыслили поколебать стопы мои.
6 Гордые скрыли силки́ для меня и петли, раскинули сеть по дороге, тенета разложили для меня.
7 Я сказал Господу: Ты Бог мой; услышь, Господи, голос молений моих!
8 Господи, Господи, сила спасения моего! Ты покрыл голову мою в день брани.
9 Не дай, Господи, желаемого нечестивому; не дай успеха злому замыслу его: они возгордятся.
10 Да покроет головы окружающих меня зло собственных уст их.
11 Да падут на них горящие угли; да будут они повержены в огонь, в пропасти, так, чтобы не встали.
12 Человек злоязычный не утвердится на земле; зло увлечёт притеснителя в погибель.
13 Знаю, что Господь сотворит суд угнетённым и справедливость бедным.
14 Так! праведные будут славить имя Твоё; непорочные будут обитать пред лицом Твоим.
В древней ближневосточной культуре слово воспринималось как реальная сила. А потому благословение или проклятие имело практически физическую массу. Вот и в только что прозвучавшем псалме царь Давид описывает своих врагов не столько через их поступки, сколько через то, что они говорят: «изощряют язык свой, как змея; яд аспида под устами их». Тот ущерб, который может нанести слово, Давид сравнивает с теми ранами, которые солдат может получить на поле боя. Враги «замыслили поколебать стопы мои», — пишет он. Они расставляют ловушки, сети и петли. Однако их главное оружие — это ложь, клевета, злоречие.
В этом же псалме Давид предлагает и способ защиты от подобного оружия. Он обращается к Богу: «Я сказал Господу: Ты Бог мой; услышь, Господи, голос молений моих!» Таким образом, этот псалом доносит до нас важную мысль: когда на тебя нападают словом, не стоит вступать в перебранку, доказывая свою правоту. В таком сражении в лоб победить нельзя, мы только глубже будем погружаться в стихию противостояния и конфликта. Поэтому всю свою энергию необходимо перенаправить на молитву к Богу. Отдать свою обиду Тому, Кто, по слову царя и пророка Давида, «сотворит суд угнетённым и справедливость бедным». Это не означает, что мы вдруг превратимся в пассивную жертву. На самом деле, способность не отвечать злом на зло — очень активная позиция. Просто активность эта не столько внешняя, сколько внутренняя. Но именно в ответ на такую внутреннюю работу Бог даёт нам силы самим не стать злоязычными и, как говорит автор псалма, «покроет голову в день брани», то есть избавит от всякого зла.
Яркий пример этой внутренней работы — судьба святителя Луки Войно-Ясенецкого. В 1937 году в Ташкенте он был арестован по обвинению в создании «контрреволюционной церковно-монашеской организации». На допросах к нему применили жесточайшую пытку — 13-дневный «конвейер»: следователи сменяли друг друга каждые несколько часов, а его держали без сна, постоянно включая яркую лампу в 30 сантиметрах от лица. Через несколько дней от лимфостаза, венозного застоя, ноги распухли так, что пришлось разрезать сапоги, а кожа на голенях лопнула. Несмотря на то, что следователи били его и держали в карцере, святитель не подписал клеветнических показаний, не оговорил никого из своего духовенства. На очной ставке, когда один из священников зачитывал вынужденные показания против него, святитель не обвинил собрата, а перекрестил его со словами: «Бог простит тебя, Миша». На вопрос следователя, не шпион ли он, последовал ответ: «Я не шпион иностранных разведок. Я шпион своего Бога. И Ему я никогда не изменю». Когда его тело вносили в общую камеру, заключённые думали, что принесли мертвеца. Святитель выжил чудом. Он потерял около 20 килограммов, повредил сетчатку глаз, долгое время ноги не слушались его. Однако уже во время Великой Отечественной войны он стоял у операционного стола. В свои 70 лет он делал по 3-4 операции в день, консультировал 150 госпиталей, а в 1946 году за книгу «Очерки гнойной хирургии» получил Сталинскую премию первой степени. Вот он яркий пример, как Господь хранит того, кто удаляется от злословия и всю свою боль отдаёт Богу.
В Священном Писании мы можем найти множество случаев, когда пророки обличают социальную несправедливость. Порой в силу своей общественной должности и возложенной на нас ответственности за близких, мы также обязаны пресекать зло и доказывать правду. Однако всё иначе на личном уровне. Когда зло направлено против меня лично. Здесь всегда есть выбор. Или вступить в войну за правду, или пойти по тому пути, по которому шли царь Давид и святитель Лука. Если выберем первый вариант, возможно, победим, на время нам станет легче, но это вряд ли залечит наши раны. Если же выберем второй путь, действовать за нас будет Бог. И Он даст нам столько Своей благодати, что зло уже никогда не коснётся нашего сердца.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Смыслы Страстного вторника». Священник Павел Лизгунов
Поделиться
Гостем программы «Светлый вечер» был доцент кафедры богословия, проректор по учебной работе Московской Духовной академии священник Павел Лизгунов.
Разговор шел о смыслах и евангельских событиях Великого вторника, в частности о трех притчах Христа: о десяти девах, о талантах и о Страшном суде.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных дням Страстной седмицы.
О Великом понедельнике мы говорили со священником Владиславом Береговым (эфир 06.04.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Радость и испытания». Елена Кучеренко
Поделиться
Гостьей программы была писатель, многодетная мама Елена Кучеренко.
Беседа о радостях и сложностях материнства, о воспитании особенного ребенка и о том, как Господь дает чувствовать Пасхальную радость даже в трудные периоды жизни.
Разговор начинается с праздника Благовещения, совпавшего в этом году со Страстной седмицей, и постепенно выходит на темы, которые проходят через всю жизнь человека: вера, боль, надежда, материнство и принятие воли Божией.
Елена вспоминает, как пришла в Церковь, рассказывает о семье, о воспитании детей и о том, как со временем училась не навязывать близким веру, а молиться за них и доверять Богу. Особое место в беседе занимает история её дочери Маши с синдромом Дауна. Через этот опыт гостья говорит о страхе, внутреннем сопротивлении, принятии и о том, как даже тяжёлые испытания могут стать для человека путём к спасению.
Отдельно в программе звучат темы сострадания, помощи ближним, отношения к чужой боли и умения не проходить мимо. Это разговор о хрупкости жизни, о христианской надежде и о том, как среди страдания сохранить живое сердце.
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
