— Прошу прощения! Забыл отключить телефон. Обычно в музеях я всегда это делаю. Всё, выключил. Ещё раз извините!
— Вы мне совсем не помешали. Более того, мелодия вашего звонка вполне соответствовала моменту. Ведь мы с вами стоим перед картиной, которая называется «Май 1945 года».
— О, это одна из жемчужин коллекции Музея братьев Ткачёвых! Я местный житель, и частенько захожу сюда на неё посмотреть.
— А я приехал в Брянск из Москвы — специально, чтобы посетить это замечательное место. Конечно, работы народных художников Сергея Петровича и Алексея Петровича Ткачёвых есть и у нас в Третьяковке. Но их полотно «Май 1945 года» всегда особенно меня интересовало. А оно — здесь, у вас.
— А почему именно эта картина вам так интересна?
— Знаете, в 91-м году я увидел её впервые — на почтовой марке, специально выпущенной ко Дню Победы. Маленький квадратик бумаги. Помню, разглядывал под лупой. Но уже тогда эта работа поразила меня своей внутренней силой. И сейчас, стоя перед подлинником, вижу, что не ошибся.
— Тема Великой Отечественной войны — одна из главных в творчестве братьев-художников. Ведь Ткачевы знали о ней не понаслышке. Старший из братьев, Сергей Петрович, всю войну прошёл рядовым пулемётчиком, был тяжело ранен. Алексей Петрович трудился в тылу — эвакуированный с Брянщины на Урал, он уже в 15 лет встал к станку на заводе Уралмаш.
— А после войны братья поступили в московский Суриковский художественный институт. Именно в те годы братья начали писать картины в соавторстве. Однажды Алексей нарисовал эскиз, а Сергей раскрасил его акварелью. Соединив два своих уникальных таланта, Ткачёвы создавали картины с потрясающе глубокой и живой внутренней драматургией.
— Именно такое — их полотно «Май 1945 года». На нём запечатлён трогательный момент. Семья встречает возвратившегося с фронта солдата. Глава семьи снова дома! Жена, дочь и мать, кажется, не могут поверить этому счастью.
— Только представьте себе: они занимались обычными делами. И вдруг — такая радость! Сколько разных эмоций одновременно должно было на них нахлынуть! И мне, кажется, художники очень тонко отразили в своей работе этот момент.
— Герои картины как будто немного оробели — ведь они не виделись долгих четыре года. Сколько слёз, наверное, пролила украдкой жена солдата, думая о том, где он и что с ним. Первые мгновения неловкости пройдут. Семья крепко обнимется и ступит в новую жизнь — где нет войны.
— Действительно, братья Ткачёвы на своём полотне «Май 1945 года» запечатлели мгновение. Радость пока ещё очень робкая. Жена, словно стесняясь проявить чувства, тихо стоит рядом и, кажется, плачет. А дочка радостно обнимает отца. И не может понять слёз матери: счастье ведь! Отец вернулся с войны!
— Между прочим, главный герой картины братьев Ткачёвых — реальный человек. Это их фронтовой друг, Сергей Кондратьевич Драгомиров. Он вернулся с войны без одной руки. Но при этом стал известным на всю округу печником.
— Да, я слышал о том, что братья Ткачёвы часто изображали на своих полотнах родных и знакомых. Вот, наверное, почему лица героев их картин кажутся такими близкими. А у воина на полотне, действительно, пустой рукав гимнастёрки. И медали на груди.
— Я как будто чувствую настроение персонажей этого полотна. И даже слышу аромат цветущих яблонь, среди которых они стоят. Чувствую, как согревает землю тёплое майское солнце.
— По-моему, художники буйным майским цветением и солнечными бликами хотели подчеркнуть не только время года. Но и символично выразить начало новой, мирной и счастливой жизни — и для этой семьи, и для всех людей.
Картину Сергея и Алексея Ткачёвых «Май 1945 года» можно увидеть в Музее братьев Ткачёвых в Брянске.
Все выпуски программы: Краски России
Пётр Петровичев. «В церкви Спаса-Нередицы под Новгородом»
— Маргарита Константиновна, спасибо, что вы согласились отправиться со мной в этот небольшой древний храм на окраине Великого Новгорода. Я, признаться, так вдохновился историей этого места, что хотел поскорее здесь оказаться. Слава Богу, добрались! Так вот он какой — храм Спаса на Нередице 12-го века!
— Храм не действующий, как я вижу... Пока только стены восстановлены... и кое-где сохранились росписи. Но как здесь благодатно! И название какое красивое, летописное — «Спас на Нередице»... А что оно означает, Андрей Борисович?
— Место, где построена церковь, было на удалении от Новгорода, «не в ряду», то есть не в черте города. Отсюда и название церкви — На Нередице.
— А как вы о ней узнали?
— Я и раньше о ней слышал. А вот месяц назад я был в Ярославском художественном музее и там обратил внимание на одну любопытную работу — рисунок художника Петра Петровичева, который так и называется «В церкви Спаса-Нередицы под Новгородом».
— Интересно... А можно найти рисунок в интернете?
— Так я же распечатал его и взял с собой. Вот, посмотрите, пожалуйста. Казалось бы, небольшая зарисовка росписей храма, изображения святых, кое-где требующие реставрации... Буквально эскиз в красках.
— Какая искренняя, светлая работа! Синие, золотистые тона храмовых фресок. Они не яркие, приглушённые. Но будто высвечены солнечным светом, льющимся из окна.
— И обратите внимание, как правдиво художник передаёт пространство церкви. Видите, вот здесь в правом верхнем углу рисунка, кое-где фрески утрачены, но для мастера важно сохранить каждую деталь, не обновляя, не реставрируя её в своей работе.
— Но как я вижу, сейчас на стенах храма, в котором мы находимся, этих фресок нет...
— К сожалению. Картину «В церкви Спаса-Нередицы» Петровичев написал в 1911 году. А спустя 30 лет во время Великой Отечественной здесь, под Новгородом, шли ожесточённые бои. В 1941 году храм Спаса на Нередице был практически разрушен немецкой артиллерией. Но благодаря замечательным новгородским реставраторам в конце 50-х годов он начал возрождаться — и сегодня он почти полностью восстановлен.
— Но, как я понимаю, работы продолжаются до сих пор. Посмотрите, леса стоят, инструменты, специальное освещение...
— Да, здесь работают специалисты Новгородского музея-заповедника, частью которого является церковь. Они восстанавливают внутреннее покрытие стен.
— Как вы хорошо осведомлены, Андрей Борисович!
— Да, я подготовился перед поездкой. Мне удалось выяснить, что в хранилищах музея-заповедника находятся тысячи кусочков штукатурки с древними росписями. Их собирали вручную местные жители и реставраторы при разборе руин ещё в сороковых. Неспешно, по крупицам в реставрационной мастерской из этих осколков возрождаются образы святых, которые когда-то смотрели со стен храма.
— Это удаётся, в том числе, благодаря таким художникам, как Пётр Петровичев, который зафиксировал для истории часть стены с бесценными изображениями.
— Слава Богу, некоторые образы уже удалось восстановить. Давайте попробуем найти их на стенах храма. Вот, например, изображение новгородского князя Ярослава Владимировича, который основал церковь в 1198 году. На фреске показано, как он вручает макет храма сидящему на престоле Христу. А вот святой Тимофей, ученик апостола Павла. Посмотрите, какие светлые лики!
— Андрей Борисович, а что это за надписи нацарапаны на стене справа? Неумело, будто кто-то учился писать.
— Это древние граффити 12-13 века. Реставраторы считают, что в этой части храма был скрипторий, то есть место, где дети учились писать прямо на стенах.
— Посмотрите, вот здесь многократно повторяются начертания буквы Б — большие, с засечками, кое-где украшенные узорами.
— Полагаю, дети учились писать слово «Бог». А вот, посмотрите, на стене неумелой детской рукой начертан православный крест. А вот ещё один — побольше, с орнаментом!
— А здесь, глядите-ка, кто-то нарисовал фигурку богатыря с мечом! И вся стена исписана буквами, линиями, рисунками... Маленькое живое свидетельство того, как жили новгородцы семь веков назад.
— Хорошо бы удалось полностью восстановить фрески в этом храме. И, конечно, полноценно возродить богослужения... Давайте обязательно вернёмся сюда снова.
— Да, непременно приедем. И побываем в Ярославском художественном музее, где находится работа художника Петра Петровичева «В церкви Спаса-Нередицы под Новгородом», которая так вдохновила вас!
Картину Петра Петровичева «В церкви Спаса-Нередицы под Новгородом» можно увидеть в Ярославском художественном музее.
Все выпуски программы: Краски России
Исаак Левитан. «Одуванчики»
— Так вот почему вы так стремились в Чебоксары, в Чувашский художественный музей, Андрей Борисович! Здесь экспонируется полотно вашего любимого художника, Исаака Левитана!
— Вы проницательны, Маргарита Константиновна! Я действительно хотел увидеть своими глазами картину «Одуванчики». Посмотрите, сколько в ней очарования!
— И вместе с тем простоты! Цветы стоят в глиняном кувшине. Кроме белых, созревших бутонов, здесь и жёлтые медовые солнышки, и нераскрывшиеся головки.
— В букете нет тщательности, его как будто ребёнок собирал. Зато есть свежесть, которая особенно заметна на тёмном невзрачном фоне.
— «Одуванчики» великолепны! Даже не хочется называть этот шедевр натюрмортом. Термин переводится с французского как «мёртвая природа», а в произведении гениального мастера столько жизни!
— Да, такое вот парадоксальное явление — живой натюрморт. Левитан не так много работал в этом жанре. За всю жизнь он написал не больше трёх десятков картин с цветами. «Одуванчики» — одна из первых.
— Какой это год?
— Счастливое лето 1889-го года. Художник тогда жил в Плёсе на Волге, большую часть своего времени проводил на пленэрах. А возвращаясь по вечерам, собирал полевые букеты и рисовал их до поздней ночи. Через девять лет этот опыт пригодился Левитану для преподавания в Московском училище живописи, ваяния и зодчества.
— Он учил студентов писать натюрморты?
— В основном, конечно, пейзажи. Но после занятий на природе мастер непременно велел собирать цветы для этюдов. Один из учеников Левитана, Борис Липкин, вспоминал позднее, насколько это было потрясающе. Мастерская превращалась в подобие оранжереи. Левитан расставлял букеты в простых горшках и таких же вот глиняных кувшинах, как на картине «Одуванчики». И давал задачу сложную, как само искусство.
— Это какую же?
— Он говорил, что писать нужно так, чтобы от картины пахло не красками, а цветами.
— Сам Левитан умел это делать. Подходя к полотну «Одуванчики», почти физически ощущаешь горьковатый запах травы. А ещё невольно задерживаешь дыхание, чтобы невесомые соцветия не разлетелись самолётиками.
— Да, Исаак Ильич гениально показал хрупкое очарование одуванчиков. Смотришь и понимаешь, что через несколько секунд порыв сквозняка может растрепать незатейливый пучок. И осознаёшь неповторимость мига, который запечатлел художник.
— В этом особый талант Левитана! В каждом его полотне скрыт призыв ценить мгновения.
— И благодарить Творца, который их подарил нам. «Одуванчики» Левитана — свидетельство о том, насколько прекрасен мир, в котором мы живём. Здесь самые скромные полевые цветы достойны стать произведением искусства.
Картину Исаака Левитана «Одуванчики» можно увидеть в Чебоксарах, в Чувашском государственном художественном музее.
Все выпуски программы: Краски России
Брянск. Преподобный благоверный князь Олег Брянский
Одним из небесных покровителей города Брянска считается благоверный князь Олег Романович. Святой родился в тринадцатом веке. Он был внуком Михаила Черниговского — великого Киевского князя, принявшего мученическую смерть в Золотой Орде за отказ поклониться идолам. Олег унаследовал от деда глубокую веру в Бога. Он щедро подавал милостыню, строил храмы. Из летописей известно, что в 1274 году благоверный князь вместе со своим отцом, Романом Брянским, участвовал в походе против Литвы. Что случилось с Олегом на поле сражения — доподлинно неизвестно. Но сразу после сражения он принял иноческий постриг в Брянском Петропавловском монастыре, который сам учредил. Князь провёл остаток дней в аскетических подвигах ради Христа и непрестанной молитве. Вскоре после кончины он был прославлен Церковью в лике преподобных. Мощи князя Олега хранятся в кафедральном Троицком соборе города Брянска.
Радио ВЕРА в Брянске можно слушать на частоте 98,2 FM