Поделиться
Фото: mehul dave/Unsplash
В конце девятнадцатого века настоящим бедствием для каждого крупного города была детская беспризорность. Не являлся исключением и Санкт-Петербург. Тысячи детей на петербургских окраинах оставались без присмотра родителей на весь день, поскольку их отцы и матери работали по десять-двенадцать часов на фабриках или в услужении. Именно эти беспризорные ребятишки использовались преступниками в дурных целях: как сборщики милостыни или участники воровских шаек. Для того, чтобы вытащить детей из криминального окружения, организовывались частные детские приюты и дома трудолюбия. С помощью трудов врача и благотворителя Александра Анисимова в Охтинском сиротском приюте были спасены сотни мальчишек и девчонок, за что они были всю жизнь благодарны Александру Фёдоровичу.
Александр Анисимов родился в тысяча восемьсот шестьдесят пятом году в Риге. Саша рос в любящей семье, детство его было счастливым и безоблачным, пока тяжело не заболела мать. Несмотря на все усилия докторов, матушка скончалась. Так у Саши появилась заветная мечта: когда он вырастет, то обязательно станет помогать больным людям возвращать силы и здоровье. С самого юного возраста Александр проявлял сострадание и заботу об окружающих.
В тысяча восемьсот восемьдесят девятом году Саша Анисимов окончил с отличием Санкт-Петербургскую Императорскую Военно-медицинскую академию (в настоящее время - Военно-медицинская академия). Следующие десять лет Александр Фёдорович трудился ординатором и заведующим детским отделением ОбУховской больницы в Петербурге. Надо сказать, что в течение долгого времени в Петербурге имелись лишь военные госпитали, а обычным, гражданским людям негде было получить медицинскую помощь. ОбУховская была первой гражданской больницей России, к тому же в ней могли лечиться небогатые люди за счёт пожертвований состоятельных благотворителей. Здесь Анисимов мог полностью реализовать своё стремление к делам милосердия и помощи ближним: больные знали, что "безотказный доктор" всегда откликнется и придёт на выручку, даже в самый неурочный час.
В тысяча восемьсот девяносто девятом году Александру Анисимову предложили возглавить Охтинский приют, и он с радостью согласился. Приют был рассчитан на сто пятьдесят приходящих детей: они находились здесь с восьми утра до шести вечера. Александр Фёдорович решил организовать дополнительное сиротское отделение, где могли бы постоянно проживать сорок девочек-сирот в возрасте от шести до одиннадцати лет. Для устройства отделения сделали надстройку одного этажа над приютом. При Анисимове воздействовать на детей допускалось только словом и примером, избегая физических наказаний. Дети, разделённые на группы по возрасту и способностям, проходили программу начальных училищ, вместе с тем занимались различными ремёслами, приучались к исполнению хозяйственных работ.
В тысяча девятьсот девятом году Александр Фёдорович вышел в отставку по болезни и уехал в своё имение в СЕбежском уезде Витебской губернии. Здесь он продолжал бороться с беспризорностью и нищенством, так как местные крестьяне целыми сёлами отправлялись вместе с детьми в город заниматься попрошайничеством. Александр Фёдорович организовал садоводческую школу для воспитания сирот и детей из бедных семей. Он сам разработал программу обучения. Ему хотелось, чтобы мальчикам и девочкам привили уважение и любовь к земледельческому труду, воспитали в них умение эффективно вести крестьянское хозяйство. К сожалению, Анисимов не успел реализовать все свои задумки: вскоре он скончался.
В последний путь Александра Анисимова провожали крестьянские дети. Добрые начинания Александра Фёдоровича по достоинству оценили его воспитанники, ради которых он так много трудился всю свою жизнь.
Псалом 83. Богослужебные чтения
Поделиться
Наверное, вам знаком процесс выжимания сока из винограда — потрясающее зрелище! Если не вживую, то хотя бы в видеозаписи, всё равно оставляет сильное впечатление — как спелые грозди превращаются в жмых, а их «кровь» — то есть сок — становится впоследствии вином.
Сегодня в храмах читается 83-й псалом — который давайте попробуем послушать именно через призму превращения винограда в вино.
Псалом 83.
1 Начальнику хора. На Гефском орудии. Кореевых сынов. Псалом.
2 Как вожделенны жилища Твои, Господи сил!
3 Истомилась душа моя, желая во дворы Господни; сердце моё и плоть моя восторгаются к Богу живому.
4 И птичка находит себе жильё, и ласточка гнездо себе, где положить птенцов своих, у алтарей Твоих, Господи сил, Царь мой и Бог мой!
5 Блаженны живущие в доме Твоём: они непрестанно будут восхвалять Тебя.
6 Блажен человек, которого сила в Тебе и у которого в сердце стези направлены к Тебе.
7 Проходя долиною плача, они открывают в ней источники, и дождь покрывает её благословением;
8 Приходят от силы в силу, являются пред Богом на Сионе.
9 Господи, Боже сил! Услышь молитву мою, внемли, Боже Иаковлев!
10 Боже, защитник наш! Приникни и призри на лице помазанника Твоего.
11 Ибо один день во дворах Твоих лучше тысячи. Желаю лучше быть у порога в доме Божием, нежели жить в шатрах нечестия.
12 Ибо Господь Бог есть солнце и щит, Господь даёт благодать и славу; ходящих в непорочности Он не лишает благ.
13 Господи сил! Блажен человек, уповающий на Тебя!
Не просто так я начал с образа винограда: одна из версий толкований надписания прозвучавшего псалма имеет именно такую линию — направляя мысль к «точилу» или «виноградному давильному станку». Но как же этот образ помогает нам глубже понять сам псалом?
Тот, кто держал в руке спелую ароматную гроздь винограда, знает, насколько в ней всё прекрасно: и цвет, и аромат, и форма, а как приятно раскрывается весь этот букет, когда ягода оказывается во рту! И вот здесь возникает вопрос: не является ли жестокостью сознательно разрушать всю эту красоту и гармонию — бросать в жёсткий, неумолимый пресс — который разделит гроздь на сок и жмых? Казалось бы, лучше оставить гроздь в неприкосновенности — но есть нюансы.
Гроздь сама по себе — не очень устойчива. Любое малейшее повреждение ягоды — и она тотчас загниёт. Да и целая, всё равно долго храниться не может. А вот вино — может, и не только годами, но и десятилетиями — только ещё больше повышая своё качество. И, конечно же, самое главное — вино — это уже совершенно иной уровень пищевого продукта: это целое искусство виноделия, одно из тонких и древнейших.
К чему столь пространное введение? Всё дело в том, что 83-й псалом — про то, что в нашей жизни сердце порой ровно так же сжимается, как гроздь под неумолимым прессом — и именно тогда из сердца проистекает настоящая молитва. Больно? Очень! Но и результат этого процесса — в виде отдачи самого драгоценного — молитвы — тоже впечатляет.
И когда псалмопевец говорит, что «Истомилась душа моя, желая во дворы Господни; сердце моё и плоть моя восторгаются к Богу живому» — образ превращения грозди винограда в благоуханное вино — очень хорошо подходит! Человек не «застревает» в своей самодостаточности, он не цепляется всеми силами за состояние комфорта, понятности, предсказуемости — всё то, что представляется неверующему важнейшей ценностью. Он не пугается процесса «сжатия» в виде ограничений поста, уменьшения развлечений, обострения различных житейских обстоятельств: напротив, именно в этом он видит действие Живого Бога, к Которому устремляется всей своей душой. И вместе с поэтическим прозрением Максимилиана Волошина восклицает:
«Надо до алмазного закала
Прокалить всю толщу бытия.
Если ж дров в плавильной печи мало,
Господи, — вот плоть моя!»
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Н. Готорн «Дом о семи фронтонах» — «Золото будничных дел»
Поделиться
Фото: Johnny McClung / Unsplash
Можно ли наполнить повседневные бытовые дела высшим смыслом? Фиби, героиня романа «Дом о семи фронтонах», написанного в девятнадцатом веке американским писателем Натаниэлем Готорном, незаметно для самой себя поступает именно так. Девушка приезжает из провинции к тётушке, поселяется в её мрачном доме... и принимается за бытовые дела. Фиби готовит завтраки, моет посуду, печёт лепёшки на продажу в лавке тётушки, убирается, ухаживает за садом. Привычная к труду, Фиби легко справляется с этими делами, но главное другое. Вот что бросается в глаза её тётушке: Фиби любую работу выполняет так, словно её простые бытовые действия имеют духовный смысл. Она умеет, говорит о ней автор, в ткань будней вшивать золотую нить одухотворённости.
Протоиерей Всеволод Шпиллер, известный проповедник двадцатого века, в одной из своих проповедей затронул тему золота и будней. Каждая душа в глубине своей имеет золото. Это золото есть творческая — то есть созидающая сила. И она может осуществляться даже самым простым образом, в бытовых делах и обязанностях, освящая целую жизнь. И именно эта любовь, служение человеку есть в то же время служение Богу.
Слова отца Всеволода перекликаются с тем, как Фиби сумела превратить свои дни в золото.
Все выпуски программы ПроЧтение:
А. Яшин «Спешите делать добрые дела» — «Не откладывать добрые дела»
Поделиться
Фото: Towfiqu barbhuiya / Unsplash
«Дорожите временем!» — призывает нас святой апостол Павел. Но как правильно дорожить временем? Может быть, потратить его с максимальной пользой, предельно интенсивно? Время, потраченное на пустоту, уходит в небытие. Время, потраченное с пользой для души, уходить в вечность. Это-то и есть разумное его употребление.
И один из способов такого разумного употребления времени — добрые дела. Поэт Александр Яшин, говоря о добрых делах в стихотворении «Спешите делать добрые дела», призывает не откладывать их. Почему? Да потому что дни, как опять же говорил святой апостол Павел, лукавы. Что это значит? Время быстротечно. И опоздать с добрыми делами очень легко. Вот герой стихотворения собирается порадовать отчима, построить дом бабушке, накормить старика. Но не успевает. Отчима уже нет и бабушка умерла, а с едой для старика в блокадном Ленинграде герой опаздывает всего на один день и «дня того не возвратят века».
И тут на память приходят слова митрополита Антония Сурожского, проповедника двадцатого столетия, слова, может быть, на первый взгляд ошеломляющие, но если вдуматься, окрыляющие:
— Если бы мы думали постоянно, трепетно, — говорил владыка, — о том, что стоящий рядом с нами человек, которому мы сейчас можем сделать доброе или злое, может умереть, как бы мы спешили о нём позаботиться!
Если помнить эти слова митрополита Антония, то, наверное, не придётся, как делает это герой стихотворения «Спешите делать добрые дела», жалеть о безвозвратно утраченных возможностях.
Все выпуски программы ПроЧтение:
