Поделиться
Когда мы читаем дневники и записные книжки великого человека, мы иногда думаем: а предназначалось ли это чтение для посторонних глаз? И насколько мы, читатели достойны чтения этих записей, изданных, скорее всего, не по воле писавшего?
Подготовленное Рыбинской епархией факсимильное издание Избранных мест из дневников и тетрадей архимандрита Павла Груздева, издавна «прописалось» у меня на письменном столе и не хочет перебираться на полку.
Эта книга, выпущенная к 20-летию со дня блаженной кончины любимого православном народом старца (батюшка отошел к Богу в январе 1996 года) факсимильна полностью, целиком. Типографским шрифтом тут набраны лишь названия семи разделов да вступительное слово епископа Рыбинского и Угличского Вениамина. (нужно разбить и упростить) Записи отца Павла, этого большого, колоритного человека (посмотрите любой фильм о нём) — оказывается, не нуждаются в расшифровке. Они сделаны тем же каллиграфическим почерком, каким древние писцы записывали богослужебные книги.
Помню, как я разволновался, открыв это издание в поезде Ярославль—Москва.
Я проглатывал главу за главой, переходя от раздела «Духовная поэзия» к «Истории Ярославского края», от «Духовных размышлений, поучений и историй» к «Рассказам о святых подвижниках», или к любовно собранным отцом Павлом малоизвестным акафистам.
...Читал и не верил сам себе: неужели это мне открыто, эти заветные тетрадочки старца? Мне и другим? Да как же это? Благодарное умиление грело сердце.
Я уже знал, кто такой отец Павел Груздев, знал о его удивительной судьбе, в которой были и лишения, и политические лагеря, и голод; знал о его служении, о чудесных случаях из его жизни. Да и есть у меня на радио «Вера» уже «Закладка» о нём — о собрании его рассказов «Родные мои». Я и на могиле его в приволжском Романове-Борисоглебском уже побывал, и совета у него мысленно попросил.
Но вот что мне доверят его живую руку, его почерк, его почти дыхание — не чаял.
Потом прочитал во вступлении: «...отец Павел записывал многое из того, что его волновало и интересовало, многое из того, что он любил, что согревало и трогало его душу. Сегодня возможность прикоснуться к его душе, стать, если можно так выразиться, свидетелем его внутренней жизни, появилась у каждого».
Да, появилась. И как же хочется быть достойным этой возможности!
Давайте, я прочитаю несколько записей, выберу коротенькие, в одну-две строки. Вот, из первого раздела, из «Духовной поэзии»:
«Полюби не черты молодого лица, не богатство — ничтожество века, не могучую силу, не славу венца, полюби самого человека». «Верь в Бога, побеждай неправду, старайся всех и всё любить». «Чем лучше человек, тем меньше он боится смерти».
И это, драгоценное: «Где горе слышится, где тяжко дышится, — будь первым там!»
Иногда какая-то запись — это ощутимая цитата, причем, без указания источника. Скажем лермонтовская «Молитва» — «В минуту жизни трудную, теснится ль в сердце грусть...» И кажется мне, что источник теперь — это сердце отца Павла, через него прошли эти великие строки.
...С вами был Павел Крючков, и давайте послушаем на прощание живой голос великого старца. Вот он поет начало известного романса о «Соловье», аккуратно записанного в одной из своих тетрадей: «Ты не пой, соловей, против кельи моей и молитве моей не мешай, соловей. / И зачем напевать, что стараюсь забыть и в душе воскрешать, что нельзя воскресить...»
Тропарь Благовещения
Поделиться
«Благовещение» Леонардо да Винчи, 1472–1476 гг., из собрания галереи Уффици во Флоренции, Италия
Одним апрельским утром много лет назад я шла на работу. Воздух был свежим и прохладным, пели птицы, природа просыпалась, но вот только я этого почему-то не замечала. На душе было тоскливо, хотя и причины-то особой для печали не было.
Двери храма, мимо которого пролегал мой путь на работу, были в то утро открыты. Через них слышалось пение. Наверное, сегодня праздник — подумала я и решила зайти.
В храме было много людей. Горели свечи, пахло свежими цветами — их принесли к иконе Богородицы. На всю службу я остаться не могла, но решила постоять хотя бы некоторое время и помолиться.
Хор запел песнопение, в котором упоминался архангел Гавриил, и я догадалась — это был Праздник Благовещения. А слова этого праздничного песнопения надолго остались в памяти. Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем отдельными фрагментами в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Как я поняла позже, это был тропарь Благовещения — то есть гимн, прославляющий праздник. Он описывает евангельское событие, когда Архангел Гавриил принёс благую весть юной Деве Марии. Ей суждено стать Божией Матерью.
Первая часть песнопения в переводе на русский язык звучит так: «Сегодня начало нашего спасения, сегодня открытие вечной тайны: Сын Божий стал Сыном Девы Марии, и об этой радости говорит Гавриил». Вот как эти строчки звучат на церковнославянском языке: «Днесь спасения нашего главизна,/ и еже от века таинства явление:/ Сын Божий, Сын Девы бывает,/ и Гавриил благодать благовествует». Давайте послушаем первую часть тропаря Благовещения.
Вторая часть молитвы понятна почти без перевода. По-церковнославянски звучит она так: «Темже и мы с ним Богородице возопиим (то есть будем петь):/ радуйся, Благодатная,// Господь с Тобою».
Послушаем второй фрагмент тропаря Благовещения.
Когда я вышла в тот праздничный день из храма, утро было всё таким же — прохладным, весенним, чуть влажным от тающего снега. Люди спешили по делам, шумел город, а во мне звучала мысль: как хорошо в храме Божием! Какая благодать! И почему я раньше не заходила? Именно там, в тишине молитвы и в звуках церковного пения в Праздник Благовещения, сердце снова научилось радоваться — так душевно и так по-весеннему.
Давайте послушаем тропарь Благовещения полностью в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы: Голоса и гласы
Оренбург. Мученик Александр Шморель
Поделиться
Фото: Nico Siegl / Pexels
В сонме святых Оренбургской епархии есть имя мученика Александра Шмореля. Он родился в Оренбурге в 1917 году. Отец Александра был немцем, а мать — русской. Родители крестили сына в оренбургской Петропавловской церкви. Мальчик в два года потерял маму, а в четыре переехал с отцом в Германию. В 1940 году Шморель поступил учиться на медицинское отделение Мюнхенского университета. В то время Германия переживала время гитлеровской диктатуры. Вокруг Александра образовался студенческий кружок «Белая роза». Его участники выпускали и распространяли листовки с призывом сопротивляться нацистскому режиму. В 1943 году подпольщиков схватила полиция. 19 апреля Александра Шмореля приговорили к смертной казни. Три месяца он провёл в тюрьме, прежде чем приговор был приведён в исполнение. Перед лицом смерти юноша оставался спокойным. Опору он находил в вере во Христа. И в письмах утешал родных, уверяя в грядущей встрече за пределами земной жизни. В 2012 году Церковь прославила Александра Шмореля в лике святых. В 2020-ом в Оренбурге на Парковом проспекте был установлен памятник мученику.
Радио ВЕРА в Оренбурге можно слушать на частоте 88,3 FM
12 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Aaron Burden/Unsplash
Как всего плодоноснее учиться у Господа смирению? Конечно, с благоговением и покаянием призывая Его всесвятое имя. Молитва Иисусова, свершаемая в простоте и незлобии, с посильным вниманием и постоянством, — один из лучших и кратчайших путей к стяжанию смирения. Имя Господне, подобно преизливающейся чаше, наполняет сердце христианина живой водой — благодатью смирения.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
