В преддверии Нового года у нас в гостях были: певица, участница проекта «Голос 4», организатор благотворительного проекта «Мы меняем мир» Екатерина Чистова и обладательница самого высокого голоса в мире, певица Светлана Феодулова.
Мы говорили о творчестве в жизни наших гостей, о планах на будущий год и о музыкальном спектакле на льду «Надо верить в чудеса».
Т. Ларсен
— И еще раз здравствуйте, друзья! Открывается второй час нашего новогоднего воскресного праздничного вечера на радио «Вера». В студии Тутта Ларсен. У нас в гостях осталась Екатерина Чистова, автор и организатор благотворительного проекта для детей с особенностями развития «Мы меняем мир», участница шоу «Голос-4», серебряный призер конкурса «Усадьба Jazz»-2017, и к нам присоединилась певица, которая тоже участвовала в шоу «Голос», — колоратурное сопрано Светлана Феодулова. Здравствуйте, Светлана!
С. Феодулова
— Добрый вечер!
Т. Ларсен
— Ну, я заинтриговала уже наших слушателей, рассказав им о том, что Вы рекордсмен «Книги рекордов Гиннеса» и, насколько я понимаю, вот буквально на днях должно подтвердиться, что уже не единожды рекордсмен.
С. Феодулова
— (Смеется.) Да, совершенно верно. На днях случилось так, что я установила еще один рекорд. И сейчас он проходит небольшую процедуру экспертизы. И уже, я думаю, в 2018 году, после праздников, я надеюсь, мы все-таки будем праздновать, да, это событие. Но, в принципе, в общем-то, в принципе, мы уже его празднуем, потому что все спето, рекорд зафиксирован, и мне уже выдали документ, что рекорд есть. (Смеется.)
Т. Ларсен
— И? Это значит, что Светлана Феодулова лучший... лучше всех в мире — что делает?
С. Феодулова
— Нет, не лучше всех! (Смеется.) Не лучше! Здесь просто... Однажды я спела выше всех. А сейчас спела быстрее всех, вот так вот.
Т. Ларсен
— А, вот это да! Ничего себе!
Е. Чистова
— Расскажи, какую песню ты спела быстрее всех.
С. Феодулова
— Рондо «Турецкий марш» Моцарта в супербыстром темпе прозвучал в исполнении именно голоса.
Т. Ларсен
— А долго Вы тренировались?
С. Феодулова
— Ну, месяца три-четыре, наверное. Я не могу сказать, что я каждый день тренировалась. Я, на самом деле, не так уж и много тренировалась — с перерывами, специально, чтобы, как вот, знаете, на фортепиано говорят: нельзя заигрывать произведение. Поэтому я его пропевала только в медленном темпе, потом в быстром. То есть как бы... Ну, впевала постепенно, но, тем не менее, чтобы не заболтать произведение я как бы не могу сказать, что тренировалась каждый день. То есть вот...
Т. Ларсен
— А скорость — она именно в пропевании? Или там же, наверное, есть текст какой-то, который проговаривается?
С. Феодулова
— Нет, текста нету. Нет, нет, на нон легато инструментальное такое как бы исполнение.
Т. Ларсен
— А то я думала, что Вы еще и всем нашим современным хип-хоперам фору дадите. Катюша?
Е. Чистова
— Давай попробуем. Мне кажется...
Т. Ларсен
— Что? Хочешь кусочек показать?
Е. Чистова
— ...всем так интересно, да!
Т. Ларсен
— Если Света не возражает...
Е. Чистова
— Я сама, Вы знаете, очень хотела попасть на концерт, который у Светы был в Кремле. К сожалению, не получилось, и я смотрела только по видеозаписям, которые многочисленные поклонники делали и выкладывали в Интернет.
С. Феодулова
— (Смеется.) Да.
Т. Ларсен
— Просим, просим!
С. Феодулова
— Да, в Интернете очень много записей, на самом деле. Кому интересно, то, в общем-то, могут послушать. Потому что люди как-то действительно очень на это среагировали, им все очень понравилось, и очень-очень много видео выложили всевозможные социальные сети.
Е. Чистова
— Два такта? Можно? (Смеется.)
С. Феодулова
— Два такта в быстром темпе? (Смеется.)
Т. Ларсен
— Давайте десять!
(С. Феодулова
— поет мелодию из «Турецкого марша» В.-А. Моцарта.)
С. Феодулова
— Вот в таком темпе это, в общем-то, как бы и было, да. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Вот это да-а!
(Аплодисменты.)
С. Феодулова
— Так, приблизительно. Сегодня, правда, немножечко приболела, поэтому не получается уже это сделать так четко, как, в общем-то, это прозвучало пару дней назад. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Ну, главное — что рекорд зафиксирован.
Е. Чистова
— Спасибо тебе огромное!
С. Феодулова
— (Смеется.)
Т. Ларсен
— Я вижу, судя по твоей реакции, Катя, что ты яростный поклонник Светиного таланта, и, наверное, именно поэтому...
С. Феодулова
— Да! А я Катиного! (Смеется.)
Т. Ларсен
— Да, Вы спелись, что называется, буквально. И, наверное, поэтому Света будет участвовать 14 января в твоем замечательном Ледовом шоу.
Е. Чистова
— Вообще, у нас очень много общего. На самом деле, когда-то раньше у меня тоже было колоратурное сопрано — с того момента, когда я начала петь джаз и так далее... Ну, и потом мы познакомились как раз, на самом деле, не когда мы были на шоу «Голос», потому что у нас разные сезоны, мы не видели друг друга и не были знакомы, а как раз на пятилетие «Голоса», когда все уже выходили на сцену, все-все-все участники всех пяти сезонов. Вместо того, чтобы нам думать, как нам на сцену выйти, мы стали общаться. И я пригласила Свету вообще просто поучаствовать в моем проекте, на что она мне сказала — можно, да, я озвучу?
С. Феодулова
— Да, конечно! С огромным удовольствием!
Е. Чистова
— Для меня это было таким необычным фактом... Я говорю: «Ты знаешь, ну вот у меня сыночек, так получилось, и я поддерживаю таких деток, с аутизмом, я особая мама». Она говорит: «Ты знаешь, а я тоже». Вот. И я так удивилась и узнала, что у нее прекрасная такая вот дочка, которую зовут Соня. И у нее тоже там есть своя необычность. Но она не менее прекрасна с этой необычностью! Вот. Очень хочу, чтобы мой сын и...
С. Феодулова
— ...Сонечка подружились! (Смеется.) Вот они и подружатся, да, да!
Е. Чистова
— ...подружились. Мы все никак не можем встретиться!
С. Феодулова
— Да, да, мы все никак не можем встретиться, потому что то мы уезжаем, то какие-то концерты, то кто-то из них болеет. Но я думаю, что они очень подружатся, потому что это просто потрясающие детки. Я обожаю Тишу уже, как бы с ним знакома. А Сонечка — она тоже ангелочек самый настоящий. Поэтому...
Т. Ларсен
— Мы тут недавно выяснили, что Тиша теперь будет учиться в музыкальной школе по классу виолончели!
Е. Чистова
— Уже учится! Как это мы полгода протянули уже? (Смеется.)
Т. Ларсен
— Да. И мне кажется, что не за горами какой-нибудь совместный номер на одном из фестивалей.
С. Феодулова
— Угу.
Е. Чистова
— Вообще, у меня уже идея родилась. Я потом тебе расскажу!
С. Феодулова
— Да-да-да, давай! (Смеется.) Я с удовольствием! На самом деле, независимо от того, наверное... И, Вы знаете, еще до Сони, когда не было нашего потрясающего еще малышки на этом свете, я в принципе всегда поддерживала мероприятия и концерты. И вот когда Катюша мне сказала и меня так аккуратно спросила: «Свет, ну, ты знаешь, это как бы вот благотворительный концерт, там, и так далее», я говорю: «Да ты что, конечно! Я с удовольствием! Давай! Что нужно делать?!» Это, в общем-то, в принципе, ну как бы нормальная для меня... Я считаю, что вообще, в принципе, для любого артиста это должно быть в порядке вещей, как бы вот мое мнение. Ну, а так как мы потом разговорились, что мы воспитываем особых деток, то это вообще было волшебно, потому что мы столько друг другу уже успели передать и опыта, и советов по этой тематике...
Т. Ларсен
— Поддержки.
С. Феодулова
— Поддержки, конечно же. Я прямо очень-очень дорожу нашей дружбой.
Т. Ларсен
— А мы очень дорожим тем, что у нас сегодня в гостях очень красиво поющие друзья. И мы, конечно, не можем отказаться от удовольствия что-нибудь послушать, и поэтому, конечно же, позвольте мне попросить Вас исполнить для нас что-нибудь новогоднее.
Е. Чистова
— Пусть это будет песня, которую все знают. Называется она «А снег идет».
Т. Ларсен
— Исполняет Екатерина Чистова.
(Звучит песня «А снег идет».)
Т. Ларсен
— Я тут всех расспрашивала про новогоднее настроение, есть ли оно у Вас и что Вам его создает.
С. Феодулова
— О-о, у меня прекрасное новогоднее настроение, если честно! (Смеется.) Ну, в принципе, я всегда стараюсь быть в хорошем настроении, потому что я не вижу смысла вообще унывать в этой жизни. Вот у меня как-то так. И что бы ни случилось, вообще, в принципе, что бы ни случилось, я как-то всегда стараюсь найти плюсы в этих всех историях и, как минимум, опыт вынести, и, в общем-то, опять-таки, позитивно посмотреть взглядом на жизнь, может быть, с чем-то сравнить — с более сложными ситуациями, которые в жизни как бы бывают, складываются. Людей, опять-таки, увидеть. В том счастье моей жизни, что, в общем-то, слава Богу, что у меня такая жизнь. Я очень вот счастлива. Хотя да, вот со многими трудностями я сталкивалась. И еще разочек как бы — конечно же, воспитание особых детишек — это не трудности... Вы знаете, это счастье, потому что они настоящие ангелочки, они потрясающие, они дарят совершенно другие, особые, действительно, эмоции и чувства и родителям, и всем, кто их окружает. И это просто потрясающе, поэтому... Но, тем не менее, очень много в них нужно вложить труда и сил. Поэтому, конечно же, приходится сталкиваться иногда с разными людьми. Иногда бывает больно какое-то общение, когда кто-то может не воспринять так эту ситуацию. Но, опять-таки, не знаю, у меня на душе радость и счастье. Я очень люблю мою малышку, я очень люблю мою жизнь. И очень счастлива — спасибо, Господи, что Ты мне это все дал.
Е. Чистова
— И поэтому я очень хочу, чтобы все-все-все, кто может, пришли к нам 14 января в торговый центр «Авиапарк» на каток в час ноль-ноль и увидели особого мальчика, который будет принимать участие в музыкальном мини-спектакле, увидели наших детишек. Они обязательно будут, они уже ждут этого концерта, они ждут этого чуда, и их родители ждут. И я очень хочу, чтобы этим концертом мы как раз показали то, что эти дети — они удивительные, они замечательные, и не нужно их бояться. Все, что им нужно, это просто общение, обычное общение и любовь.
С. Феодулова
— И любовь.
Т. Ларсен
— Да всем нам это нужно.
С. Феодулова
— И все они могут. Я вот хотела еще добавить, потому что очень много сложилось в мире стереотипов. Как-то я не знаю, почему, но стереотипов, что... Нам тоже как бы говорили в роддоме, что она не сможет это, она не сможет то, она не будет ходить, не будет говорить, вообще никого различать. «Оставляйте, отдавайте, и зачем Вам это нужно?». И вот оно — живое доказательство. И у Эвелины Бледанс Эммочка, и вообще в принципе очень многие сейчас этих детишек показывают, и слава Богу, это такая тенденция. И наоборот показывают: «Да Вы что! Смотрите, все это возможно!» И какие у них потрясающие искренние глаза! А глаза — это зеркало души. Если заглянуть в эти глаза, это просто окунаешься в какой-то космос.
Т. Ларсен
— Как человек, который состоит в попечительском совете фонда «Синдром любви» и регулярно общается, например, с детьми с синдромом Дауна, я знаю на сто процентов, что эти дети способны на очень многое — и петь, и танцевать, и играть в театре, и изучать иностранные языки, и быть очень обязательными, общительными. И когда они вырастают, они находят работу, они могут учиться в высших учебных заведениях. И во всем цивилизованном мире именно так эти дети и живут.
С. Феодулова
— Да, я очень счастлива, что в России сейчас действительно тенденция идет — очень-очень быстро все это развивается. И так как я все-таки живу наполовину в Европе, наполовину в России, я наблюдаю эту историю также и там. И, конечно же, там уже более развита система по их взрослому уже как бы образу жизни.
Т. Ларсен
— Социализации?
С. Феодулова
— Социализации. Но детскому, я могу сказать, у нас сейчас лучше уже!
Т. Ларсен
— Правда? Да Вы что!
С. Феодулова
— Да, да! Совершенно да.
Е. Чистова
— Ну, всегда так говорили, что в России на самом деле... впереди планеты всей.
С. Феодулова
— В России, да, раннее развитие сейчас уже впереди планеты всей, если честно, да.
Т. Ларсен
— Потрясающе.
С. Феодулова
— Мы перепрыгнули. Вот. Но что касается уже трудоустройства и так далее... И я просто это вижу и наблюдаю, как там это все происходит. Это обычные люди, они создают семьи, они совершенно спокойно существуют. И, Вы знаете, иногда даже и не скажешь, что у человека какая-то особенность. Настолько это, в общем-то, как бы стараниями и родителей, и общества... Они даже не чувствуют себя как-то... У них много друзей, они ездят на море. Вот я общаюсь просто с мальчиком — ему 19 лет. У него огромное количество друзей, у него есть девушка, они ездят на море. Он постоянно путешествует, он объездил все страны. Он работает, и он уже оформил ресторан в Испании, имел такой заказ. То есть ну вот, пожалуйста. Это люди, которые...
Т. Ларсен
— Потрясающе.
С. Феодулова
— Потрясающие.
Т. Ларсен
— Ну, мне очень отрадно слышать, что мы в плане детского развития так сильно...
С. Феодулова
— Это правда.
Т. Ларсен
— ...такие большие молодцы! Привет фонду «Даунсайд ап»...
С. Феодулова
— Да-да! (Смеется.)
Т. Ларсен
— ...и Центру лечебной педагогики«.
С. Феодулова
— Спасибо большое! И да, немножечко про фонд «Даунсайд ап». Если уже как бы мы говорим о детках с синдромом Дауна, а моя Сонечка — она именно солнечный малыш, то я могу сказать, что огромная благодарность этому фонду, потому что мне Эвелина Бледанс как раз дала их контакты. И невероятно помогли. Первое — это с нами поговорила психолог, которая расставила все точки над «i» и рассказала нам правду — что эти детки могут и какие они чудные. И, Вы знаете, перевернулось вот это понимание о том, что я услышала в роддоме. Потому что это было неприятно, я могу сказать. У нас это не повлияло на наше решение, естественно, но это было неприятно. Вот. Потом нас сразу на следующий день бесплатно — да, как бы все это — снабдили литературой. Мы всю ее перечитали. И уже когда мы выписались, на следующий день к нам на дом приехал специалист. Но это как бы мы в Москве. Но если вдруг Вы не в Москве, то ни в коем случае не расстраивайтесь, потому что они консультируют по Скайпу, по телефону...
Е. Чистова
— По Скайпу.
С. Феодулова
— Да-да. И так далее...
Е. Чистова
— У меня такого не было. (Смеется.)
С. Феодулова
— Да, да! И сразу уже — все по полочкам. Причем, можно и обратиться, и проконсультироваться на любые случаи. Есть специалисты, психологи, не психологи, все-все-все, и даже есть садик. И все это доступно каждому, это бесплатный фонд. Вот подчеркиваю, потому что нам тоже говорили: «Это в столько денег сейчас Вам встанет вообще все это». Ну, хорошо — у кого-то есть возможности, у кого-то нет, но есть очень огромная сейчас в России социальная поддержка. Сейчас большие пенсии... Я тоже хочу это акцентировать. Потому что нам сказали: «Вы будете получать три копейки». На самом деле, большие пенсии, большая социальная поддержка, и можно вытянуть. И, в общем-то, государство помогает, и есть фонды, которые тоже помогают. Поэтому если что, не отчаивайтесь, а эти детки — они сделают Вашу жизнь счастливой, это однозначно.
Т. Ларсен
— Светлана Феодулова знает, о чем говорит. Свет, ну раз уж мы заговорили о детстве, я читала Вашу биографию и удивилась: как так вообще получилось — Ваши родители музыкой профессионально не занимались. Папа — военнослужащий, мама инженер, я слышала.
С. Феодулова
— Тоже военнослужащий, и сестра моя. (Смеется.)
Т. Ларсен
— То есть Вы еще и мотались по всей стране, да, наверное, нет?
С. Феодулова
— Нет-нет-нет, мы не мотались, мы были всегда в Москве. В принципе, никуда родителей не отправляли. Поэтому, в общем-то, все мое воспитание прошло здесь — и музыкальная школа...
Т. Ларсен
— Как обнаружился Ваш уникальный голос?
С. Феодулова
— Я все время пела. Я гуляла в лесу и пела птичкам, дома — зайчикам, куколкам. Все время пела, и, естественно, здесь уже как бы не могли пройти мимо. У меня пела все время мама — она прекрасно поет, но как бы все это осталось в семейном кругу. И папа тоже поет, хороший слух у него тоже. И как-то это вот было всегда так в семье. И когда у меня стали появляться какие-то способности и данные — мне сразу как бы все: надо по музыке определять. И мне это очень нравилось. И огромное спасибо. Потому что, действительно, меня отдали и в хор, и в музыкальную школу, и как-то вот сразу окружили этой потрясающей обстановкой и атмосферой. И было много концертов — почти три концерта в неделю, я помню, было. Очень много.
Т. Ларсен
— У девятилетнего ребенка.
С. Феодулова
— Да.
Т. Ларсен
— Как у Ярославы!
С. Феодулова
— И с Монсеррат Кабалье попели сразу!
Т. Ларсен
— Ого, ничего себе!
С. Феодулова
— И с Плетневым, с Федосеевым — такие большие коллективы были! Конечно, сразу профессиональный уровень. Это, конечно, было потрясающее музыкальное воспитание. Я очень благодарна, что я попала именно вот в такую историю в детстве. И мне это очень нравилось. Здесь просто было даже уже... не было возможности сомневаться. Мне, единственное, может быть, иногда не нравилось гаммы учить на фортепиано — это единственное, наверное, из музыки... (Смеется.) А так мне это очень нравилось.
Т. Ларсен
— Ну Вам никогда не хотелось вместо того, чтобы, там, ну, я не знаю, сидеть дома и учить что-нибудь, распеваться, делать домашние задания, просто уйти на улицу, покататься на велике?
С. Феодулова
— Ну, это тоже было в моей жизни, естественно, потому что было лето, было, в общем-то...
Т. Ларсен
— Каникулы были?
С. Феодулова
— Каникулы, да! Да, конечно же! То есть я не могу сказать...
Т. Ларсен
— А мороженое можно было есть?
С. Феодулова
— Нет. (Смеется.) Да, вот это — да. Это, я помню, я мечтала. Я мечтала вырасти поскорей и накупить очень много мороженого! У меня правда была такая мечта! (Смеется.) Ну, Вы знаете, вот и до сих пор у меня тоже есть всевозможные, ну, какие-то ограничения, может быть. Чего-то хочется, а я этого не могу позволить. Например, когда я приезжаю куда-то в страну, и, вроде бы, там дождик льет, но очень интересно посмотреть достопримечательности, походить, я ограничиваюсь от этого, потому что я понимаю, что завтра концерт, и я должна сегодня и отдохнуть, и вообще как бы не застудиться, не простудиться... То есть как бы вот...
Т. Ларсен
— И поспать как следует.
С. Феодулова
— И поспать. Но, Вы знаете, у меня не возникает от этого какого-то уныния, и я настолько жду концерта и настолько как бы счастлива, что у меня это есть, что вот какие-то ограничения — меня они не ставят в такой прямо... «Ну вот, я этого лишаюсь!» — нет, у меня этого нет. С детства тоже — если, ну, не разрешили мороженое... Мне мама растапливала.
Е. Чистова
— А сейчас ты любишь мороженое?
С. Феодулова
— Сейчас люблю, но тоже — вот у меня как-то привычка, ем его крайне редко либо с чем-то теплым. Вот у меня педагог, кстати...
Е. Чистова
— Мне кажется, у меня с детства, из-за того, что тоже приходилось отказываться, нет вот такой прямо огромной любви — «а-а, мороженое!».
Т. Ларсен
— А как же все говорят — «запретный плод»?
С. Феодулова
— А я его один раз переела, потому что, действительно, я дорвалась как-то раз! Да, у меня не было никаких концертов, и уже как бы была взрослой, и мне так захотелось! Я накупила себе кучу рожков, (нрзб.), как маленький ребенок! (Смеется.) Потом перешла, да!
Е. Чистова
— Для меня мороженое — это холодный кефир с шоколадкой черной! (Смеется.)
С. Феодулова
— О, да! Я пришла...
Е. Чистова
— Очень вкусный, между прочим!
С. Феодулова
— ...пришла домой, да, и как-то вот... И, ну, знаете, удовлетворила эту детскую мечту. И как-то после этого не испытываю такой прямо жажды. И даже, наоборот, иду мимо прилавка и думаю: «Вот в детстве так мечтала об этом, а сейчас иду — вот, вроде, как бы можно, могу, но не хочу». (Смеется.)
Т. Ларсен
— Вы говорите о том, что часть жизни живете в Европе. И Вам, наверное, есть с чем сравнивать. Ведь в Европе тоже вот эта вся предновогодняя суета и красота — она настолько завораживает, она так настраивает на праздничный лад... Если сравнить Европу и Россию, где Вам больше нравится предновогоднее время проводить?
С. Феодулова
— Ну, в Европе немножечко все это раньше начинается, потому что Рождество у них 25 декабря. И поэтому у них уже в октябре, можно сказать, уже в конце, уже как бы вот эта рождественская вся атмосфера существует, там все уже украшено, все очень красиво. Вот. Оно там немножко раньше начинается, у нас еще, в общем-то, ближе к Новому году. У нас больше акцент как-то вот пока еще на Новый год, и вот все это... Поэтому я могу сказать, что да, безусловно, там очень красиво, очень все... вот Рождество ощущается, конечно, потрясающе. Но я могу сказать, что в России сейчас тоже очень красиво украшают города. И даже вот, ну, я могу сказать, там, про Москву, про Санкт-Петербург — по таким крупным городам, потому что вот именно в последнее время я вот именно в этих городах наблюдала предновогоднюю атмосферу, и я могу сказать, что очень, конечно же, это красиво, и даже я такого вообще вот не видела. Масштабно.
Е. Чистова
— Свет, я знаешь что хочу тебе сказать? Огромное спасибо, что ты нашла время, ты в Москве 14 января вместе с нами. И расскажи, пожалуйста, открой маленькую тайну — что ты будешь петь? Вообще, на самом деле, артисты все очень неслучайные в концерте. Это не просто я взяла, например, и ткнула пальцем — «нет, вот я очень хочу, чтобы был этот артист, и я ему буду звонить». Я очень долго думала. Мы, наверное, даже сначала частично даже сценарий с моей подругой писали, с Дарьей Орловой. И совместно потом уже я ей говорила: «Даш, смотри, вот я хочу, чтобы вот этот артист был, этот, этот, этот», и она уже пыталась вписать это все в сценарий. И для меня очень важно, чтобы люди были такие глубокие, со своей какой-то такой историей. Потому что я не знаю, мне так кажется, что они понимают это все и ситуацию очень тонко...
Т. Ларсен
— Неравнодушные.
Е. Чистова
— ...и смогут, да, передать вот это настроение людям еще больше. Поэтому каждый участник настолько дорог! И я уверена, еще будет много концертов. У нас впереди еще уже и задумки с Андреем Алексеевичем Усачевым — такой же концерт сделать, где будут петь, скорее всего, мамы с детьми со своими. Это вот, можно сказать, идея была раньше даже этого новогоднего мини-спектакля, но у нас так все перевернулось, и я его жду тоже, этого концерта, он будет обязательно. Так что спасибо тебе еще раз огромное.
С. Феодулова
— (Смеется.)
Т. Ларсен
— Да, и что, что будете петь там?
С. Феодулова
— О-о... Ну, это будет как бы сюрприз. Это такой мой хит маленький. Это оперное произведение, всеми любимое теперь уже, потому что оно прозвучало и в третьем...
Т. Ларсен
— «Царица ночи»?
С. Феодулова
— Нет, в третьем туре прозвучало проекта «Голос». (Смеется.)
Е. Чистова
— А ты на коньках будешь стоять, кстати?
С. Феодулова
— Я хочу попробовать. Я хочу попробовать, да! (Смеется.)
Е. Чистова
— У меня есть тренер. Я к тебе его отправлю.
С. Феодулова
— Прекрасно! Тогда точно попробовать только... Да... Я немножечко просто... Скорее всего, мы уедем в Европу, и я вернусь уже накануне. Но вот я надеюсь, что у нас получится, действительно...
Т. Ларсен
— Пару уроков...
С. Феодулова
— ...сделать это. Мне очень...
Е. Чистова
— Ночью каток будет абсолютно свободен!
С. Феодулова
— Да? Ой, ночью — вот все! Ночью буду кататься! Ну, значит, точно встану. Мне это очень интересно. Мы уже, да, это обсудили — что, возможно, теперь «Куколка Олимпия», которая прозвучала в третьем туре «Голоса»...
Е. Чистова
— На пуантах.
С. Феодулова
— Да, которая была исполнена у меня, в моем исполнении на пуантах, теперь, может быть, она и встанет на коньки? (Смеется.) И мы попробуем это сделать там.
Е. Чистова
— У нас общего видите сколько много всего? Особые мамы, высокие голоса, я собираюсь играть на укулеле, кататься и петь...
Т. Ларсен
— Одновременно?
Е. Чистова
— Она собирается... Да. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Вообще, опасно.
Е. Чистова
— Не, все хорошо, уже пробовала. Все будет хорошо. (Смеется.)
С. Феодулова
— Ну, в моем случае все проще обыграть, потому что это куколка, и если уж получится или не получится, и я где-то шлепнусь на коньках... (Смеется.) Ну, я просто сломаюсь в этот момент. Она же ломается неоднократно во время исполнения арии! (Смеется.) Так что...
Е. Чистова
— ...все будет хорошо.
С. Феодулова
— Все будет хорошо. Нет, я катаюсь на коньках, да, но хотелось бы как бы более это сделать красиво, может быть, даже как-то номером. Так что приходите. Я думаю, что мы Вас все удивим!
Е. Чистова
— Да, это абсолютно точно. И, кстати, спасибо «Авиапарку», потому что мы прямо собирались за «круглым столом», они мне задавали вопросы: «Катя, а вот что мы переживаем? А как вот это?» Все будет хорошо. То есть они доверяют нам и вместе решают все сложности, с которыми мы сталкиваемся при устроении нашего концерта, вот этого интересного и удивительного. Потому что «Авиапарк» — это еще и соорганизатор, и партнер наш. Я думаю, что все будет замечательно, на уровне, и ждем Вас всех 14 января в час ноль-ноль на 4-м этаже торгового центра «Авиапарк», прямо на катке.
Т. Ларсен
— Ну, а у нас в программе настало время для музыки. И что это будет сейчас, Катюша?
Е. Чистова
— Это будет песня в исполнении Светланы Феодуловой. Расскажи о песне...
С. Феодулова
— Это песня «В Рождество», которую аранжировал и написал слова замечательный музыкант, композитор Марк Брянцев. Так что вот такое Рождественское настроение он дал! (Смеется.)
Е. Чистова
— У нас еще и общий знакомый. (Смеется.) Детские альбомы записываем как раз у Марка.
С. Феодулова
— Да-да-да, он потрясающий! (Смеется.) Так что вот эта песенка — да, от него и от меня, подарок Вам, дорогие радиослушатели.
(Звучит песня «В Рождество» М. Брянцева.)
Т. Ларсен
— Замечательная Рождественская песня! Надеюсь, что Ваше новогоднее настроение становится все более и более светлым и радостным, а мы продолжим беседу с Екатериной и Светланой через минуту.
Вы слушаете праздничный воскресный эфир на радио «Вера». Совсем чуть-чуть остается до Нового года, и мы тут изо всех сил создаем новогоднее настроение, тем более, что наши гости в этом абсолютные профессионалы. С нами две замечательные певицы: автор и организатор благотворительного проекта для детей с особенностями развития «Мы меняем мир», участница шоу «Голос-4», серебряный призер конкурса «Усадьба Jazz-2017» Екатерина Чистова и певица, колоратурное сопрано, участница шоу «Голос», рекордсменка «Книги рекордов Гиннеса» Светлана Феодулова. Свет, я знаю, что Вы одно время занимались даже театрально-педагогической деятельностью в народном театре «Искатели». Что это было? И позитивный ли, полезный ли это был опыт для Вас?
С. Феодулова
— Ой, конечно, это колоссальный опыт. Я очень счастлива, что судьба меня свела и с этим театром, и с замечательными педагогами — Моргуновым Андреем Борисович, который меня научил как раз таки, как работать с детьми, как вот распределять этот график учебный. Я ставила сказки и спектакли. Это была студия при театре. Преподавала там. И это колоссальный опыт, потому что вот не только работа именно с детьми, но также мне доверили и взрослых после — я поставила достаточно немало там спектаклей, и не только там. Но я сейчас не буду на этом уже ставить акцент. На самом деле, вот то, что мне удалось поработать режиссером и педагогом в такой вот театральной именно деятельности, это огромный опыт. Потому что, допустим, сейчас я уже, выходя на сцену, я, вот знаете, на секунду закрываю глаза, представляю себя режиссером в зале и представляю свой номер как режиссер. Я не могу сказать, что я там прямо режиссер такой замечательный и так далее, но, тем не менее, мне это помогает очень выстроить, увидеть какие-то моменты, нюансы, недостатки, когда я после пересматриваю, то есть проанализировать уже с этой точки зрения и как бы очень многие вещи понять. Поэтому это огромный опыт и незаменимый для меня. Он мне очень многое дал и помогает.
Т. Ларсен
— Если уж мы говорим об огромном опыте, нам повезло, у нас сейчас целых две участницы шоу «Голос» в студии. Расскажите тогда и об этом опыте, тем более, что Вы были в разных командах — Катя была у Полины Гагариной, Вы были у Градского, и, мне кажется, у Вас было два разных шоу «Голос», абсолютно, в этом смысле, нет? (Смеется.)
Е. Чистова
— Есть одна общая деталь. Александр Борисович просто потом, когда уже повернулся к Полине, сказал: «Я хочу, но я не буду!». Вернее, когда они слушали, когда исполняла эту песню, необычную, яркую и позитивную...
Т. Ларсен
— А что ты пела?
Е. Чистова
— А я пела из фильма «Привычка жениться» «Satisfy my soul» — такой рок-н-ролл, можно сказать. И я пела это на русском языке. Куплет на английском был, а потом, как обычно, муж написал текст русский, и такой театральный номер был — с цветком с этим огромным...
Т. Ларсен
— Яркий.
Е. Чистова
— ...с джинсами рваными! (Смеется.) Вот. Но все, в общем-то, было интересно и здорово. И вот Александр Борисович тогда сказал, что «я хочу, но я не буду, иначе ты меня убьешь». А я в душе, конечно, хотела! (Смеется.) Вот.
Т. Ларсен
— Именно к нему?
Е. Чистова
— Ну, да. Конечно.
Т. Ларсен
— Потому что школа и опыт?
Е. Чистова
— Хотелось, чтобы он поделился опытом. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Он же строгий, наверное, очень, мне кажется?
Е. Чистова
— Э-э... Нет! (Смеется.)
Т. Ларсен
— Нет? (Смеется.)
С. Феодулова
— Вы знаете, он потрясающий человек, потрясающий друг и очень хороший психолог. Вот это мое мнение. Я не могу сказать, что он действительно как бы, да, ну, психолог какой-то по образованию и так далее. Но это чувствуется, это очень сильно чувствуется — в том плане, что он этот опыт, наверное, получил, действительно, с помощью уже опыта, работая с людьми.
Е. Чистова
— Мне кажется, он видит артистов и может как-то направить.
С. Феодулова
— Он чувствует, да, кому что нужно.
Е. Чистова
— Это очень важно.
С. Феодулова
— Поэтому я могу сказать — с кем-то он строго, с кем-то он весело как бы общался. Кого-то он мог пожурить, кого-то, наоборот, пожалеть. Кому-то сказать: «Ты молодец, ты все сможешь», а кому-то сказал: «А у тебя звезда во лбу — давай! А то сейчас вообще все, ничего у тебя не получится с такими звездами». То есть он с каждым умел очень здорово балансировать и создать именно то самое нужное настроение как бы вот перед выходом на сцену. И это я вот наблюдала, и это, конечно, потрясающе. У нас сложились очень хорошие, дружеские отношения, и мы как бы вот дружим. Созваниваемся. И я знаю, что если вдруг понадобится помощь или совет, вот я всегда могу позвонить Александру Борисовичу, приехать к нему, и мы пообщаемся.
Т. Ларсен
— А с вокальной частью он как-то расширил Ваши возможности и инструментарий?
С. Феодулова
— Александр Борисович очень правильно делал, что он, в принципе, практически каждому из участников не затрагивал историю вокала. Потому что это правда — как бы он мог подсказать какие-то нюансы, но глобально переворачивать позиционно, даже если он говорил: «Вот здесь ты поешь неправильно, но приходи потом, и мы позанимаемся». Потому что, представляете, у нас всего, там, допустим...
Т. Ларсен
— В рамках проекта...
С. Феодулова
— ...конечно, два-три урока, и за два-три урока человеку это, в принципе, невозможно взять в навык. И на сцене просто может получиться так, что он и по-старому испугается петь, и по-новому еще нет привычки.
Е. Чистова
— Будет неуверенность.
С. Феодулова
— Да. И может вообще получиться никак. Поэтому он уже говорит: «Вот здесь вот надо поработать, здесь, там, неправильно. Приходи потом, мы потом это сделаем, потому что сейчас уже пой как знаешь и пой как чувствуешь». А вот по фразировке — да, очень здорово он, конечно же, помогал и придумывал все это, и делился тоже своим опытом — как петь на русском языке, как петь на английском языке. Очень большое внимание он этому уделял.
Е. Чистова
— Я, в свою очередь, хочу сказать про свою наставницу. У нас таких вот углубленных уроков не было, но чему она научила? Человек ведь может сказать иногда одну фразу, она тебе запомнится и станет такой путеводной звездой.
Т. Ларсен
— Девизом.
Е. Чистова
— Да. И вот она сказала, когда у нас уже после финала была такая вот общая встреча праздничная, как раз под Новый год, она сказала: «Ребят, ничего не бойтесь! То есть если Вам что-то не открывается, не нужно сдаваться, нужно идти вперед». Вот она такие важные очень слова сказала. Вот в ней есть вот эта жилка ее, можно учиться, конечно, у нее этому.
Т. Ларсен
— Ну, а тебе лично прибавило веса, уверенности какой-то участие в проекте?
Е. Чистова
— Для меня шоу «Голос» — это как, знаете, вот это две стороны: у меня раньше была такая жизнь, ее потом взяли и перевернули. И даже тот момент, что я не прошла далеко вперед и у меня было всего два эфира, — для меня это как раз вот, я не знаю как... волшебная палочка, за которую зацепилась после моей депрессии, да? То, что у меня сын такой родился — я в каких-то таких непонятных чувствах была. И шоу «Голос» как раз стало придавать мне сил. Я поняла, что я еще...
Т. Ларсен
— ...ого-го! (Смеется.)
Е. Чистова
— ...в принципе, все могу, надо продолжать заниматься любимым делом. Потому что мечта эта была, потом она так чуть-чуть куда-то ушла в сторону. И то, что я говорю особым мамам, и они, глядя на меня, тоже это понимают, и когда мне звонки какие-то раздаются, что у них там что-то не получается — бывает и такое, — я говорю, что «вспомните, кто Вы, какая у Вас профессия». Я понимаю, что да, нашим детям нужно очень много времени, но нужно все-таки быть собой, заниматься собой. И когда мама счастлива, то и ребенок тоже счастлив. Он видит эти счастливые глаза, и он тоже становится успешным. Это такой вот яркий пример, и для меня шоу «Голос» — это такая новая перспектива, которая состоялась в моей жизни. Я очень благодарна, что я попала в это шоу.
Т. Ларсен
— Здорово как! Катя говорит о чудесах, и я почему-то не сомневаюсь, Света, что Ваша жизнь тоже полна чудес, Божьего промысла и всяких удивительных прекрасных историй.
С. Феодулова
— Совершенно верно, и я вот хотела бы тоже еще раз, потому что, действительно, очень важно, чтобы все это знали и понимали, и когда рождается особый малыш, это очень важно тоже как бы понимать, и потом тоже с этим сталкиваясь: очень здорово, действительно, вспомнить, кто ты, и о чем ты мечтал, и не оставлять эти мечты, потому что да, особые детки — они очень много внимания на себя, конечно же, переключают, и нужно очень много трудиться. Но, Вы знаете, обязательно все равно как-то старайтесь, хотя бы в какой-то степени реализовываться. Потому что тоже я, ну как, не могла позволить, может быть, активную гастрольную деятельность в какой-то момент — я начала писать книгу.
Т. Ларсен
— Ух ты!
С. Феодулова
— Да! (Смеется.) И мне это как бы вот тоже... Я понимала, что...
Т. Ларсен
— Художественную или автобиографическую?
С. Феодулова
— Нет, это книга как раз о жизни — частично о моей жизни. О том, как я приспособилась, и всевозможные вот такие вот... Мне хотелось создать такую некоторую книгу, которая будет мотивировать, вдохновлять, и она вот уже, в принципе, у меня готова, и вот должна была выйти сейчас, в декабре, но немножечко я не успела из-за концерта, потому что и там надо было, и здесь. Поэтому она выйдет в январе, да! (Смеется.)
Е. Чистова
— Свет, я чуть не забыла! 11 января в Центральном доме книги на Арбате состоится у нас такая встреча с Андреем Алексеевичем Усачевым в поддержку «Концерта на льду». Мне кажется, тебе нужно туда прийти.
С. Феодулова
— Если я вернусь из Европы к этому моменту, то с удовольствием! (Смеется.)
Е. Чистова
— Хорошо.
С. Феодулова
— Так вот, поэтому я хочу сказать, что, Вы знаете, это правда. Тоже как бы после рождения Сонечки я не могу сказать, что я испытывала какие-то чувства — «почему?», «отчего?». Конечно, разные были мысли. У меня немножечко присутствовал страх.
Т. Ларсен
— «Справлюсь ли?»?
С. Феодулова
— Потому что... Даже не то, что «справлюсь ли?»... Я готова была на все. (Смеется.) Я готова была вот все сделать для того, чтобы все были счастливы и был счастливый этот малыш. Но я не могла понять изначально, сначала, что делать, как, куда эти силы как бы направить. Вот. Но, тем не менее, как бы, Вы знаете, мне очень помогла моя творческая деятельность, потому что через месяц я спела на концерте, меня это тоже как-то так отвлекло, вдохновило, и я приехала домой такая вдохновленная — я поняла, что все будет хорошо, я со всем справлюсь! Я получила этот заряд вот эмоций. Поэтому не забывайте, правда, о своей профессии. Тому примеров очень много. Анечка Нетребко, у которой тоже особый малыш — и вот посмотрите, человек как бы сделал огромную карьеру, и малыш счастлив, и все счастливы. Поэтому можно быть счастливым. Главное — принимать эту ситуацию и довериться, действительно, наверное, Богу, потому что Он не просто так приводит нас именно на этот путь.
Е. Чистова
— Я хочу сказать еще вот чуть-чуть о детях — они нас делают сильнее, мудрее и счастливее. Мы начинаем понимать, что такое счастье.
Т. Ларсен
— Ну, нам срочно нужно вдохновение сейчас в виде песни от Вас, Катя!
Е. Чистова
— Песня называется «Быть может, сегодня». Позитивная песня. На самом деле, она про любовь. И она очень вдохновляющая. И именно эта песня будет звучать на нашем концерте, в мини-спектакле на льду, который называется «Надо верить в чудеса», 14 января в 13:00. А мы ее исполним в таком вот лайф, живом звучании с моей группой — скажем так, с частью моей группы. Это не все музыканты. Это Лада Шиманкова, клавиши, Лизавета Волкова, кахон. Ну, и я беру в руки укулеле — инструмент, который уже со мной слился буквально. И слушаем песню.
(Звучит песня «Быть может, сегодня» в исполнении Екатерины Чистовой.)
Е. Чистова
— Мы сейчас, на самом деле, послушали премьеру песни. Она еще нигде не звучала. И, на самом деле, я написала ее в прошлом году, но из-за того, что зима закончилась, а песня такая, можно сказать, зимняя, с зимним характером, потому что она поется про любовь, которая может зародиться на катке, на льду...
Т. Ларсен
— Ага.
Е. Чистова
— Да. И мы ее не успели довести до конца в прошлом году, и она, вот понимаете, как... Какое чудо! Мы говорили с Вами про чудеса. В прошлом году я не думала о таком концерте. И она как раз вот в преддверии нашего мини-спектакля уже...
Т. Ларсен
— ...увидела свет.
Е. Чистова
— ...закончена, да, и увидит свет. Вот оно, чудо еще одно.
Т. Ларсен
— Ну, спасибо, что ты нам принесла премьеру сюда сегодня! Это для нас большая радость и честь — что у нас есть возможность послушать эту песню первыми. Раз уж мы говорим все-таки о праздниках, о Новом годе, мы Катю уже пытали насчет новогодних планов, мечт, подарков и желаний.
Е. Чистова
— Я смутно отвечала. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Да. Но хотелось бы, конечно, услышать и от Вас тоже, Света, как вообще Вы планируете отмечать праздник и какие у Вас планы на Новый год.
С. Феодулова
— Ну, Новый год — это всегда, в принципе, был такой семейный праздник. И, конечно, разные были «Новые года» в моей жизни, по-разному праздновался этот день. Но, тем не менее, самые счастливые моменты — это когда он происходил в кругу семьи. И, в общем-то, в этом году так и планируется. Я надеюсь, что все вот так и получится. Мы собираемся тремя семьями. Может быть даже, к нам еще присоединятся наши друзья и знакомые. И... О, вот, Катюша! (Смеется.) Вот. И мы как бы будем праздновать. Там будет очень много детей. И мы даже придумали... Вообще, если честно, я зародила такую традицию семейную — в Новый год ставить рождественские сказки.
Т. Ларсен
— Ух ты, как здорово!
С. Феодулова
— Где как бы я пишу сценарий...
Т. Ларсен
— Сама?
С. Феодулова
— Сама, да.
Т. Ларсен
— Поразительно.
С. Феодулова
— И сценарий заключается всегда так, что каждый участвует в какой-то сценке, он знает свою роль, он знает, когда ему нужно выйти, но он не знает полную концепцию сказки.
Т. Ларсен
— С ума сойти!
С. Феодулова
— И получается, все, с одной стороны, зрители смотрят эти сказки. С другой стороны, каждый участвует.
Т. Ларсен
— Каждый смотрит сказку как зритель, даже если участвует, да, получается?
С. Феодулова
— И принимает участие в какой-то момент, который он знает. Он знает только один этот момент. И вот так вот собираю. Я это придумала, когда мне было, наверное, лет 12, и приглашали мы и соседей тогда, и так далее, и я вот как бы раздавала эти роли. Вот. И — да, у нас были такие сказки. На самом деле, это было очень весело, здорово. Мы смеялись, хохотали, и каждый еще в этой своей роли... Костюмы обязательно, декорации! Я рисовала декорации. Камин, там, все это разрисовывала.
Т. Ларсен
— И сейчас тоже рисуешь декорации?
С. Феодулова
— Сейчас это рисуют теперь уже дети — племянники мои, которые, в общем-то, сейчас уже тоже будут принимать участие в этой сказке. Они помогли мне и написать этот сценарий, и мы уже как бы совместно это все создаем. Поэтому у нас вот тоже состоится эта сказка. Это такая рождественская традиция, которая, хотелось бы, чтобы у нас была всегда, и вот мы собирались всегда в кругу друзей и семьями, чтобы вот действительно Новый год был в такой теплой, семейной прекрасной атмосфере. Поэтому Новый год — ну, для меня это семейный праздник, и это всегда счастье, когда удается справить его и войти в Новый год в кругу семьи, среди любимых и замечательных людей.
Т. Ларсен
— Слышите, уважаемые радиослушатели? Вот мы сегодня любимые и замечательные люди для наших прекрасных гостей, потому что они, вместо того, чтобы резать салаты и последние приготовления производить к празднику, пришли сюда поздравить нас с Новым годом. Ну...
Е. Чистова
— С наступающим!
С. Феодулова
— С наступающим! (Смеется.)
Т. Ларсен
— Да, ну подождите. Все-таки мне интересно про планы, потому что Вы закончили этот уходящий год рекордсменом «Книги рекордов Гиннеса». Какие еще горизонты?
С. Феодулова
— Да, и первым концертом в Кремле, который тоже для меня был такое прямо...
Т. Ларсен
— И первым концертом в Кремле. То есть, явно, скажем так, планка повысилась существенно. Какие вызовы Вы для себя ждете в новом году — творческие?
С. Феодулова
— Ой, я думаю, будет насыщенный очень — и творческий, и работой, и семьей. И вообще все в моей жизни, если честно, под конец этого года перевернулось.
Т. Ларсен
— В хорошем смысле?
С. Феодулова
— Вы знаете, как на это все посмотреть. С одной стороны, это, ну, не знаю, не очень приятные истории происходили...
Е. Чистова
— Нам, творческим женщинам, очень тяжело! (Смеется.)
С. Феодулова
— Да! Вот... (Смеется.)
Т. Ларсен
— ...угодить.
С. Феодулова
— Да! (Смеется.) Вот, с одной стороны, очень многое разрушилось и очень многое перевернулось. А с другой стороны... Ну, вообще были какие-то препятствия — авария накануне, еще что-то. Вот у меня все как-то вот так комком было. А с другой стороны, понимаете, вот очень многое открылось. Я посмотрела на мир другими глазами в какой-то момент. И когда я пришла к батюшке с вопросом: «Что же происходит?», он говорит...
Т. Ларсен
— И «что же мне делать с этим со всем?», да?
С. Феодулова
— (Смеется.) «Что мне делать с этим со всем?», да. Он сказал: «Ты знаешь, что происходит? Твоя жизнь переворачивается в лучшую сторону. И тебя сейчас она приведет к очень хорошему итогу. Просто доверься, и вот...» Сказал: «У тебя вообще все будет очень хорошо. И это все к лучшему». И поэтому я... И вот с тех пор у меня просто вот душа поет! (Смеется.) И вообще, в принципе, все хорошо. Я...
Т. Ларсен
— ...верю.
С. Феодулова
— ...не знаю... люблю весь мир, и вообще в принципе люблю. Это прекрасно.
Е. Чистова
— И пусть у всех все будет хорошо в следующем году. И чтобы все, что случается с нами, пусть это все будет по силам.
С. Феодулова
— И я хочу пожелать Вам, дорогие слушатели, любви! (Смеется.) Пускай Вы как можно больше испытываете этих потрясающих эмоций, любви к Вашим близким, любви к любимым, к детям, к родственникам, к друзьям. Мне кажется, через любовь мы становимся такими счастливыми, и праздник становится праздником. И даже если случаются неприятности, то через любовь мы, опять-таки, приходим и становимся счастливыми.
Т. Ларсен
— Спасибо за эти потрясающие слова! Просто удивительно, как талантливый человек может быть талантлив не только в своем деле и мастерстве, которые он делает, но и какими-то человеческими талантами, духовными...
С. Феодулова
— (Смеется.) Да ладно...
Т. Ларсен
— Радостью, добром и лаской, которые Вы просто источаете, Свет! Спасибо! Но все равно хочется музыки!
Е. Чистова
— А давайте послушаем как раз песню, которая называется «Прекрасное далеко», в исполнении Светы, и все загадаем желание, чтобы оно у нас было, далеко это, прекрасное-препрекрасное.
Т. Ларсен
— И доброе-предоброе.
С. Феодулова
— И доброе-предоброе. И всем желаю-желаю. (Смеется.)
Т. Ларсен
— Но прежде, чем мы послушаем эту песню и оставим наших слушателей в окончательно праздничном новогоднем настроении и побежим сами его тоже укреплять у своих семейств, я предлагаю Вам в качестве подарка от нас замечательную детскую христианскую аудиоэнциклопедию «Вопросы «Веры» и «Фомы», которую радио «Вера» сделало совместно с журналом «Фома».
С. Феодулова
— Ой, спасибо большое!
Е. Чистова
— Спасибо огромное!
Т. Ларсен
— Здесь стоит маркировка: «От 6 лет», но мне почему-то кажется, что ее можно начинать читать даже самым маленьким деткам, и тогда у них уже в возрасте 6 лет будет меньше вопросов о Боге, о вере и как раз о любви — о том, о чем мы столько сегодня говорили. Ну что же, всем спасибо! С наступающим Вас Новым годом! Екатерина Чистова, Светлана Феодулова. Ждем Вас 14 января в 13:00 на катке в «Авиапарке» на замечательное шоу этих великолепных певиц и не только — там будут еще другие замечательные артисты. А я, Тутта Ларсен, прощаюсь с Вами и желаю Вам счастливого Нового года и Светлого Рождества. «Прекрасное далеко» — Светлана Феодулова.
(Звучит песня Е. Крылатова «Прекрасное далеко» в исполнении С. Феодуловой.)
Послание к Колоссянам святого апостола Павла
Кол., 253 зач., II, 1-7

Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Тот, кто сажал деревья, знает: главное, чтобы саженец хорошо укоренился. Тогда процесс роста пойдёт быстро, а при хорошей погоде и достаточно питательной почве и плоды не заставят долго себя ждать.
Не просто так я вспомнил про саженцы — сегодня за богослужением в храмах звучат слова из 2-й главы послания апостола Павла к Колоссянам — давайте послушаем.
Глава 2.
1 Желаю, чтобы вы знали, какой подвиг имею я ради вас и ради тех, которые в Лаодикии и Иераполе, и ради всех, кто не видел лица моего в плоти,
2 дабы утешились сердца их, соединенные в любви для всякого богатства совершенного разумения, для познания тайны Бога и Отца и Христа,
3 в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения.
4 Это говорю я для того, чтобы кто-нибудь не прельстил вас вкрадчивыми словами;
5 ибо хотя я и отсутствую телом, но духом нахожусь с вами, радуясь и видя ваше благоустройство и твердость веры вашей во Христа.
6 Посему, как вы приняли Христа Иисуса Господа, так и ходи́те в Нем,
7 будучи укоренены и утверждены в Нем и укреплены в вере, как вы научены, преуспевая в ней с благодарением.
Апостол говорит о важности «укоренения» и «утверждения» христиан во Христе — без чего не будет никакого «преуспевания». Главную опасность апостол видит во «вкрадчивых словах» — по-гречески — Πιθανολογία — следуя которым неизбежным будет уклонение от истины и последующая вечная погибель.
У дерева корни выполняют сразу две задачи: питают его и удерживают в земле. При этом корни скрыты от глаз — и на поверхности практически ничего не видно, что именно происходит с корнями! В моей садоводческой практике бывало, что посаженное дерево вроде как начинает активно расти, а потом — засыхает. Когда его уже удаляешь, только тогда и видишь, что корни-то не прижились, не стали расти и развиваться — и растение погибло.
Что же апостол имеет в виду под «вкрадчивыми словами»? И здесь мне хочется вспомнить один интересный эксперимент — а именно «Биосфера-2», который проводился в США в начале 90-х годов ХХ-го века. Это был эксперимент с замкнутой экосистемой под стеклом — с целью попробовать создать полностью самодостаточную среду, которую потом можно было бы воспроизводить в том числе и на других планетах. Всё было продумано очень тщательно: работали самые лучшие умы! Но через какое-то время исследователи заметили: некоторые деревья быстро росли, а затем падали задолго до достижения зрелости! Причина оказалась неожиданной: в идеальных условиях дерево быстро «наращивало» массу — но древесина оказывалась... пустой, рыхлой, очень слабой, неспособной вынести даже собственный вес! Чтобы быть крепким — дереву нужно не только хорошее питание, но и ветер, и ураган, и перепады температур, и разные другие кризисы — вот только тогда оно и будет стоять, «как вкопанное»!
Вот как можно было бы понять предостережение апостола: будьте очень осторожны с теми, кто по отношению к вам — ласков, предупредителен, заботливо окутывает видимостью уюта и комфорта и исключает любой дискомфорт и неприятность! Возможно, вы и правда пойдёте вперёд в религиозной жизни «семимильными шагами» — да только вопрос: не уподобитесь ли вы тому самому рыхлому дереву в оранжерее, которое однажды даже свой собственный вес выдержать не сможет?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 143. Богослужебные чтения
Можно ли счастье... выдать со склада?
С такого странного вопроса мне хотелось бы начать комментарий к 143-му псалму, который сегодня читается в храмах за богослужением.
Псалом 143.
Давида. [Против Голиафа.]
1 Благословен Господь, твердыня моя, научающий ру́ки мои битве и персты́ мои брани,
2 милость моя и ограждение моё, прибежище моё и Избави́тель мой, щит мой, — и я на Него уповаю; Он подчиняет мне народ мой.
3 Господи! что есть человек, что Ты знаешь о нём, и сын человеческий, что обращаешь на него внимание?
4 Человек подобен дуновению; дни его — как уклоняющаяся тень.
5 Господи! Приклони́ небеса Твои и сойди́; коснись гор, и воздымя́тся;
6 блесни молниею и рассей их; пусти стрелы Твои и расстрой их;
7 простри́ с высоты ру́ку Твою, избавь меня и спаси меня от вод многих, от руки́ сыно́в иноплеме́нных,
8 которых уста говорят су́етное и которых десница — десница лжи.
9 Боже! новую песнь воспою Тебе, на десятиструнной псалтири воспою Тебе,
10 дару́ющему спасение царям и избавляющему Давида, раба Твоего, от лютого меча.
11 Избавь меня и спаси меня от руки́ сынов иноплеме́нных, которых уста говорят су́етное и которых десница — десница лжи.
12 Да будут сыновья наши, как разросшиеся растения в их молодости; дочери наши — как искусно изва́янные столпы́ в черто́гах.
13 Да будут житницы наши полны́, оби́льны всяким хлебом; да плодятся овцы наши тысячами и тьмами на па́житях наших;
14 да будут волы́ наши тучны́; да не будет ни расхищения, ни пропажи, ни воплей на улицах наших.
15 Блажен народ, у которого это есть. Блажен народ, у которого Господь есть Бог.
Антуан де Сент-Экзюпери в книге «Цитадель» вспоминает, как его отец помогал беженцам. Ещё ребёнком будущий писатель заметил: действительно, можно помочь нуждающимся людям, тем, кто оказался лишённым крова, семьи, безопасности. Можно облегчить — причём существенно! — их боль и страдания. И дальше автор говорит: «Бессмысленно снабжать людей счастьем как заготовленным впрок припасом».
Сегодняшний псалом прекрасно объясняет, почему мысль Экзюпери очень точна. Действительно, счастье со склада не выдаётся — оно, словно тонкая ткань, ткётся из множества почти невидимых, невесомых нитей — каждая из которых — и здесь я вверну еврейское слово из псалма — сплошной Хавэ́ль — пар, дуновение, дыхание — как и сам человек. Удивительное дело: всё вокруг нас — мимолётно, скоропреходяще, неустойчиво — но из этой ненадёжности и созидается нечто бесконечно важное, что невозможно получить ни на каком «складе»!
Обратим внимание ещё вот на какую деталь. Тот, кто хотя бы раз стоял за ткацким станком, знает, насколько это муторная, однообразная, неинтересная работа, требующая постоянного внимания и не прощающая ошибки. Но только так может появиться хорошая ткань. Мне очень откликаются эти слова Экзюпери о счастье: «Оно представилось мне благодатным плодом жизненного уклада, который вытруживает в тебе день за днём душу, способную чувствовать себя счастливой, а вовсе не получением задаром множества бестолковых вещей».
Как же это точно — «вытруживать день за днём душу!» Из тонких, прозрачных нитей будничной суеты — того самого «Хавэ́ль» — только и можно научиться на самом деле стать счастливым и благодарным Богу за ту жизнь, которую мы жительствуем!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

«"Слово о законе и благодати" святителя Илариона Киевского»
Мы размышляли о главных смыслах проповеди святителя Илариона Киевского, произнесенной в середине XI века скорее всего в день совпадения двух больших церковных праздников: Пасхи и Благовещения Пресвятой Богородицы.
Святитель Иларион размышлял, как закон соотносится с благодатью, в чем состоит важнейшая задача закона как данных нам Богом заповедей, к какой свободе призван христианин, а также как Русь становилась христинаской державой, и какую роль в распространении веры в нашей стране сыграл князь Владимир. Мы говорили о том, какое отношение этот древний текст имеет к нам сегодня и в чем состоит его ключевое послание.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Константин Мацан
— Добрый вечер, дорогие друзья! На Радио ВЕРА программа «Истоки» — программа, в которой мы из сегодняшнего дня вслушиваемся и вчитываемся в выдающиеся тексты из истории русской религиозной мысли. В студии мой дорогой коллега — Максим Печёнкин, главный режиссёр Радио ВЕРА. Привет!
Максим Печёнкин
— Всем добрый вечер! И Константин Мацан.
Константин Мацан
— Добрый вечер!
Максим Печёнкин
— Кость, я предлагаю вернуться к истокам и взглянуть на такую вещь, как русская мысль, на основы русской религиозной мысли. Тема эта многогранная, сложная, точек для отсчёта может быть очень и очень много. Но давай сегодня поговорим о таком произведении, как «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона. Это середина XI века.
Константин Мацан
— Да, действительно, это текст, от которого нередко принято отсчитывать возникновение на Руси самостоятельной мысли. Середина XI века — понятно, что это дела давно минувших дней и трудно установить точную дату, но тем не менее среди версий есть и такая, что мы знаем даже конкретный день, когда это было произнесено.
Максим Печёнкин
— И что же это за день?
Константин Мацан
— 26 марта 1049 года. День, когда в церковном календаре — а это бывает очень редко — Пасха совпала с Благовещением. И вот пресвитер Иларион, тогда ещё не митрополит, через несколько лет он станет митрополитом, тогда ещё просто киевский священник, произносит в киевском соборе Святой Софии пасхальную проповедь перед князем Ярославом, сыном князя Владимира, его семьёй и свитой. И вот от этого текста принято, повторюсь, отсчитывать начало самостоятельной русской мысли.
Максим Печёнкин
— Давай немного перейдём в тот временной отрезок, который мы с тобой сейчас очерчиваем. Середина XI века, время правления Ярослава Мудрого, время необычайного подъёма на Руси — духовного, политического. В самых разных аспектах можно об этом говорить. Всего около шестидесяти лет прошло с того момента, как князь Владимир крестил Русь, и уже строятся София Киевская, София Новгородская. То есть от языческого времени Русь отделяет чуть менее полувека— и происходит настоящий культурный взрыв.
Константин Мацан
— Это действительно поразительно. И это тот первый факт, который с рождением данного текста и связан. Я как-то услышал в одной лекции историка Церкви такую реконструкцию того, что представлял собой мир жителей этих славянских земель, жителей племенных союзов, которые, объединившись, стали Русью. Это сельская местность. Возникают уже какие-то поселения, претендующие на то, чтобы стать чем-то похожим на города, но всё-таки вокруг деревянные частоколы, простые деревянные избы. Вот такой был тот предкультурный контекст, в котором на Руси возникает христианство. А что вдруг начинают видеть вокруг себя жители этих земель после Крещения Руси? Воздвигаются каменные храмы по прекрасным византийским образцам. Это архитектура, которой человек в этих землях прежде не знал. В храмах появляются росписи, иконы — это искусство. В храмах появляются книги — это литература. Действительно, мы говорим о том, что приход культуры, возникновение русской культуры связаны именно с принятием Русью христианства. Поразительно, что по историческим меркам проходит буквально мгновение — пять-шесть десятилетий после того, как Русь принимает христианство, — и возникает такой литературный памятник, как «Слово о законе и благодати». То есть на Русской земле появляется священник, который читал книги, знакомился с литературой, имел духовных наставников, очевидно, знал иностранные языки и пишет проповедь, которая по своим литературным и богословским достоинствам не уступает византийским образцам. Среда, из которой эта проповедь могла бы произрасти, формируется за очень короткий исторический период. Это действительно культурный взрыв, и «Слово о законе и благодати» — свидетельство этого взрыва, его порождение, его символ, если угодно.
Максим Печёнкин
— Давай напомним нашим слушателям о том, кто вообще такой митрополит Иларион, потому что в данном случае, мне кажется, момент самой личности и даже происхождения этой личности очень важен, в том числе в контексте рассмотрения «Слова о законе и благодати».
Константин Мацан
— Абсолютно, да. Напомню: будем исходить из того, что «Слово» произносится в 1049 году. Повторимся, это не единственная версия историков, но в любом случае речь идёт примерно об этом периоде.
Максим Печёнкин
— Историки очерчивают приблизительно 1040–1050-е годы.
Константин Мацан
— Пресвитер Иларион, который в какой-то момент станет митрополитом Иларионом, — киевский священнослужитель. Он служил в церкви Спаса на Берестове в центре Киева, которая сегодня входит в ансамбль Киево-Печерской лавры. О нём летопись рассказывает, что он ходил на берег Днепра, чтобы молиться там в уединении, в лесах, и даже выкопал себе небольшую пещерку — «пещерку малу», как говорится в летописи, небольшую келью. Потом эту пещерку обнаружил преподобный Антоний, основатель будущего Киево-Печерского монастыря, и вот так, собственно, от этой пещерки Киево-Печерский монастырь и начал своё бытование. А в 1051 году пресвитер, то есть священник Иларион, собором епископов и в согласии с волей князя Ярослава становится митрополитом.
Максим Печёнкин
— И не просто митрополитом — он становится первым митрополитом-славянином по происхождению.
Константин Мацан
— Да, и это принципиально важно. Мы помним, что в то время Русская Церковь находится в составе Константинопольского Патриархата, то есть епископов на Русь поставляют из Византии, и по определению таким епископом мог быть именно византиец, то есть грек. И вот спустя буквально несколько десятилетий после принятия Русью христианства возникает глава Русской Церкви (или Русской епархии) из своих, из славян, потому что митрополит Иларион был русином. Это важнейший символ того, что Русь претендует на политическую субъектность, на самостоятельность. Своя Церковь, пусть пока и находящаяся в составе Константинопольского Патриархата, своя епархия, возглавляемая русским епископом, — это заявка на определённую силу, на самостоятельность. Любопытно, что после Илариона долгое время не было на Руси епископа из славян — снова были греки. Эта тенденция не стала тогда устойчивой, но в тот момент для Ярослава Мудрого это было принципиально важно. И вообще, когда мы говорим о «Слове о законе и благодати», о самом тексте и его главных темах, содержании, то это не только религиозная проповедь, произнесённая с амвона, — это ещё и начало, если угодно, социально-политической мысли о России. То, что потом даст обильные всходы в истории русской мысли: судьба России, предназначение, русский путь и так далее — всё это зарождается уже здесь. Русь стала христианским государством, и это ввело её в семью христианских народов, что для Илариона принципиально важно, ведь перед единым Богом все равны. С тех пор как Русь приняла христианство, она стала в очах Божиих такой же важной общностью, такой же важной семьёй, как и более древние христианские государства. Да, она младший брат по отношению к Византии в этой семье христианских народов, но младший не означает «второстепенный», не означает" подчинённый«. Он просто младший по времени рождения, а по миссии, по значимости, может быть, по предназначению — глядишь, младшему предстоит и превзойти старшего. Такое в истории бывало.
Максим Печёнкин
— Но, с другой стороны, это же не битва за исключительность. Это действительно о том, что все равны между собой и каждый относится к другому как к брату, то есть истинное христианство.
Константин Мацан
— Конечно. Речь здесь не идёт о том, чтобы кого-то непременно побеждать. Но тема того, что теперь предназначено Руси после того, как она стала христианской, у Илариона есть, и мы сегодня ещё, наверное, об этом скажем. Но будущая тема «Москвы — Третьего Рима» как хранительницы православия, Московского царства, которому поручено хранить православие, а «четвёртому Риму не бывать», то есть Москва — последний окоп, дальше отступать некуда, потому что дальше уже православие, которое сдавать нельзя, — эти мотивы начинают звучать уже здесь. А вторая тема, уже не историко-политическая, а более богословская, религиозно-личностная — именно о том, что закон как представление о религии, основанный на исполнении святых, важных, но всё-таки правил, отступает перед благодатью. А что такое благодать? Это то, в чём Бог являет Самого Себя человеку; то, что человек принимает верой. И теперь отношения человека и Бога не опосредованы нормами религиозного поведения, как это было в иудейском Законе, а могут стать непосредственными личными отношениями человека и Бога. И для Илариона это тоже очень важная тема.
Максим Печёнкин
— Вот смотри, здесь очень много духовно-поэтических образов — закон и благодать. Немного забегая вперёд и цитируя владыку Илариона, скажем, что он обращается к образам из Ветхого Завета — это Сара и Агарь, история Авраама. Но также он ссылается и на современный ему день. Расскажи о том, кому он посвятил свою проповедь, о конкретном человеке, потому что эта проповедь не только духовная и социально-политическая, она ещё и адресная.
Константин Мацан
— Да, и вообще очень интересно посмотреть на текст с этой стороны, потому что можно себе представить такую ситуацию. Предположим, что мы согласны с теми историками, которые указывают на дату произнесения этого текста — 26 марта 1049 года. Насколько я понимаю, почему такая дата возможна? Потому что в тот день в календаре совпали праздники Благовещения и Пасхи, такое бывает редко. И в «Слове о законе и благодати» слышны и богородичные, и благовещенские, и пасхальные мотивы. Из такой реконструкции текста делается предположение, что эти темы неслучайно объединяются в проповеди, ведь проповедь всегда произносится здесь и сейчас, по поводу конкретного события. И вот стоит тогда ещё пресвитер Иларион на амвоне. Кто перед ним в храме? Перед ним Ярослав Мудрый — правитель Руси, князя Владимира, и поэтому значительная часть «Слова» посвящена восхвалению князя Владимира. Ярослав Мудрый — тот, при ком был построен Софийский собор, в стенах которого эта проповедь и произносится. И самого Ярослава тоже имеет в виду произносящий это «Слово», говоря о духовном облике нынешнего правителя и о той миссии, которая лежит на нём, — продолжить дело его отца, князя Владимира. Это тоже важная часть «Слова». И наконец Софийский собор расписан. У историков есть предположение, что, как это часто делает проповедник в таких ситуациях, говоря о каких-то библейских сюжетах, Иларион мог указывать на стены храма: «Вот здесь Сара и Агарь, вот здесь Христос у Пилата, вот здесь апостолы...» Он подтверждает сказанное зрительным образом. Мы ведь неслучайно знаем, с какой целью храмы так подробно расписывались библейскими сюжетами: для тех, кто не умеет читать и не может прочесть книгу, есть наглядное Евангелие в красках.
Максим Печёнкин
— То, что сейчас назвали бы мультимедийными видами искусства.
Константин Мацан
— Абсолютно. То, что сейчас назвали бы конвергенцией.
Максим Печёнкин
— Костя, давай поговорим теперь о том, чему же посвящена эта проповедь.
Константин Мацан
— Любой хороший текст многогранен. Я предлагаю для удобства восприятия выделить три ключевых, магистральных сюжета, о которых хотелось бы поговорить. Ими, конечно, «Слово» не исчерпывается — и любой большой текст неисчерпаем, — но вот что мне кажется важным: первая тема — это, собственно, сама дихотомия закона и благодати...
Максим Печёнкин
— Дихотомия — это что такое?
Константин Мацан
— Разделение надвое. Вот эти парные категории — «закон» и «благодать», которые присутствуют уже в названии проповеди: откуда они берутся и что значат.
Максим Печёнкин
— То есть такое противопоставление или даже сопоставление?
Константин Мацан
— Да. Вторая тема связана с принятием Русью христианства и с тем, как это осмысляет митрополит Иларион, — то есть Русь как православное царство. И третья тема — собственно, фигура князя Владимира как очень важный сюжет. Мы знаем: князь Владимир — святой, есть день его памяти, 28 июля, День Крещения Руси. И, наверное, чтение «Слова о законе и благодати» позволяет нам посмотреть на этого святого как на живого человека...
Максим Печёнкин
— ... потому что для митрополита Илариона это был, можно сказать, современник.
Константин Мацан
— По историческим меркам — да. Как мы уже сказали, перед лицом Илариона находится сын князя Владимира — Ярослав, поэтому всё это очень близко. Но давай, наверное, начнём с цитаты из «Слова о законе и благодати», которая как раз подведёт нас к первой теме — о «законе» и «благодати» как понятиях.
Максим Печёнкин
— Да, к их сопоставлению или, как ты красиво сказал, дихотомии. Итак, давай процитируем:
«Что дал закон, и что — благодать? Прежде закон, потом она, благодать. Прежде лишь тень, потом — истина. А образ закона и благодати — Агарь и Сарра, рабыня Агарь и свободная Сарра: рабская прежде, потом — свободная».
— О чём сейчас говорит митрополит Иларион? Агарь и Сарра — образы из Ветхого Завета. Давай нашим слушателям напомним.
Константин Мацан
— Да. Агарь и Сарра — это Книга Бытия, примерно главы с 16-й по 21-ю, повествование о патриархе Аврааме, которому Бог обещал, что от него произойдёт обильное потомство, народ иудейский. Но почему-то у Авраама и его супруги Сары всё никак не рождались дети. И возникало в каком-то смысле даже сомнение: как же исполнится Божие благословение, как мы выполним это Божие обетование? И тогда Сарра предложила Аврааму сделать так, чтобы Авраам вошёл, как говорит Книга Бытия, к рабыне Агари, которая была служанкой в их доме, и от неё родил себе первенца.
Максим Печёнкин
— С житейской точки зрения Сарру, наверное, можно понять, потому что первенец в древнем мире, первый сын — это не просто продолжение рода, это сам род в концентрированном виде. Аврааму и Сарре уже довольно много лет, а первенца всё нет. Муж общается с Богом, Бог ему обещает потомство, но ребёнка всё равно нет. И, наверное, с точки зрения Сарры, нужно было как-то своими силами попытаться справиться с этой ситуацией, помочь исполниться тому, что обещано.
Константин Мацан
— Конечно, поступок Сарры, который нам сегодня может показаться странным, продиктован религиозными мотивами: не дать не исполниться Божественному обетованию. Для человека такой религиозной ориентированности это представлялось недопустимым. И, действительно, существовал обычай, по которому, если служанка рожала ребёнка на колени своей госпожи, этот ребёнок может считаться сыном хозяев. И вот Агарь рождает сына Измаила. Для митрополита Илариона очень важно, что именно Агарь — рабыня, а Сарра — свободная, и сначала рождается ребёнок у рабыни, то есть несвободный, тоже раб, но потом, как мы знаем из Библии, рождается Исаак, сын Авраама и Сарры, уже законный наследник. И вот с этой образностью митрополит Иларион работает. Сначала рождается сын от рабыни, потом — сын от свободной. Этот образ нужен ему, чтобы рассказать об этой паре закона и благодати. А откуда он сами эти понятия берёт? Во-первых, из Евангелия от Иоанна, где есть такие слова: «Ибо закон дан через Моисея; благодать же и истина произошли через Иисуса Христа». А главным образом эта тема подробно разработана у апостола Павла — в Посланиях к Римлянам и Галатам. Можем какие-то цитаты привести.
Максим Печёнкин
— Давай я прочитаю: «Ибо мы оправдывается верою, независимо от дел закона» (это из третьей главы Послания к Римлянам). А в пятой главе апостол Павел пишет следующее: «Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией». А что он пишет в Послании к Галатам?
Константин Мацан
— В Послании к Галатам апостол Павел называет закон «детоводителем ко Христу».
Максим Печёнкин
— «Детоводителем» — какое интересное слово.
Константин Мацан
— Педагог. Чуть было не сказал по-русски: «педагог». Кстати, я где-то встречал, что преподаватели школ или даже вузов иногда не любят, когда их называют педагогами, потому что педагог в древнем обществе — это человек, который водил ребёнка в школу.
Максим Печёнкин
— Функция, которую у нас сейчас, наверное, выполняют дедушки, бабушки и няни.
Константин Мацан
— Но апостол Павел очень точно использует здесь это слово. Действительно, роль закона, с его точки зрения, была в том, чтобы подвести человека к тому моменту, когда явился Христос. Почему? Что такое закон, как «детоводитель»? По апостолу Павлу закон, то есть религиозные нормы, регулировавшие жизнь иудейской общины, был нужен для опознавания греха, для указания на необходимость спасения от греха и оправдания. Вот как человеку узнать, что Богу угодно, а что нет? Как поступать правильно и тем самым оправдаться? Для этого есть закон, который регулирует твою жизнь. То есть закон как бы опосредовал отношения человека и Бога. Но после воплощения, после того как Слово стало плотью, когда Христос пришёл в мир и обитал среди людей телесно, как говорит Новый Завет, отношения Бога и человека уже не должны быть опосредованы законом — это не нужно. Теперь это могут быть непосредственные отношения человека и Иисуса Христа. Христос посылает людям в Святом Духе «благодать» — вот термин, который использует митрополит Иларион. Благодать принимается верой, и такое принятие может быть только актом свободы человека, свободным послушанием Богу. Поэтому в послании апостола Павла категории веры и свободы оказываются очень тесно связаны. В Послании к Галатам апостол Павел так и пишет: «К свободе призваны вы, братья». Здесь особенно важно оговорить для нашего современного сознания: речь о свободе именно от закона, то есть от норм религиозной жизни в том виде, в каком они были приняты в иудейской общине. Вот к этой свободе «призваны вы, братья», но не к свободе от нравственного суда собственной совести, не к свободе от нравственности.
Максим Печёнкин
— Я бы даже сказал немного по-другому — к свободе от инструкции.
Константин Мацан
— В каком-то смысле, да. Поэтому апостол Павел тут же отмечает: «... только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти». И в Послании к Римлянам, которое мы уже цитировали, есть такие слова: «Ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве». И вот тут появляется наша образность Агари и Сарры.
Максим Печёнкин
— И, возвращаясь к митрополиту Илариону, я бы обратил ещё внимание вот на что: он очень часто употребляет слова «прежде» и «потом».
Константин Мацан
— Да-да. Прежде был закон как то, чему нужно подчиняться, а подчинение есть некоторая форма рабства в глубоком смысле слова, или какой-то несвободы. Поэтому первым рождается сын у рабыни Агари — это символ закона. А вот потом, после, приходит сын от свободной. Свобода, вера, благодать — вся эта тема Агарь, как свободной. И вот приходит благодать, которая после закона. В чём здесь принципиальная идея? Можно подумать, что то, что было раньше, древнее, оно более уважаемое и авторитетное.
Максим Печёнкин
— Конечно, это уже устоялось.
Константин Мацан
— Так принято было считать всегда. А митрополит Иларион как бы опрокидывает эту пропорцию: то, что пришло позже — совершеннее, оно завершает. И это не менее ценно, а в каком-то смысле даже более ценно, потому что это нечто последнее, это свершение предыдущих надежд. Поэтому то, что приходит позже, оказывается более главным.
Максим Печёнкин
— И знаешь, какой здесь ещё интересный момент? Поскольку мы говорим о Божественном, Иларион тоже делает на этом акцент: да, благодать пришла позже и оказалась совершеннее, но фактически она была древнее того, что было первым во времени, потому что Бог ещё до начала веков изволил и промыслил Сына Своего в мир послать и через Него благодати явиться. То есть благодать, получается, с одной стороны, даже первее закона по времени.
Константин Мацан
— Да, так и есть. И, продолжая ту фразу, которую ты процитировал в «Слове о законе и благодати», Иларион пишет: «Безвестное же и тайное Премудрости Божией сокрыто было от ангелов и от людей, не как не явное, но утаённое и в конце века должно явиться». То есть, конечно, у Бога изначально был Промысл и, если угодно, план послать в мир Своего Сына ради спасения мира, но до времени это было неявно, утаено от людей. Поэтому нужно было, чтобы пришёл закон, как сначала Агарь родила Измаила, чтобы потом, позже, со временем явилась и стала явной благодать в Иисусе Христе.
Максим Печёнкин
— И вот как об этом говорит сам Иларион:
«Как отошёл свет луны, когда солнце воссияло, так и закон — пред благодатью явившейся; и стужа ночная побеждена, солнечная теплота землю согрела. И уже не теснится человечество в законе, а в благодати свободно ходит. Ибо иудеи при свече закона себя утверждали, христиане же при благодатном солнце своё спасение зиждут. Ибо иудеи только тенью и законом утверждали себя, а не спасались, христиане же истиной и благодатью не утверждают себя, а спасаются. Ибо среди иудеев — самоутверждение, а у христиан — спасение. Как самоутверждение в этом мире, спасение — в будущем веке. Ибо иудеи о земном радели, христиане же — о небесном».
Константин Мацан (после перерыва)
— На Радио ВЕРА программа «Истоки». В студии мой коллега — главный режиссёр Радио ВЕРА Максим Печёнкин и я, Константин Мацан. Мы продолжаем вслушиваться и вчитываться в «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона — древний текст, проповедь середины XI века, от которого, напомню, принято отсчитывать начало самостоятельной мысли на Руси, то есть это самый-самый исток. И продолжаем обсуждать ключевые сюжеты этого текста.
Максим Печёнкин
— Кость, о дихотомии закона — о сопоставлении закона и благодати мы уже поговорили в предыдущей части. Давай теперь перейдём к новой теме.
Константин Мацан
— Вот теперь как раз вторая тема — принятие Русью христианства. И давай прочитаем ещё один фрагмент, который позволит нам к этой теме перейти.
Максим Печёнкин
— Давай (читает цитату).
«Самоутверждение иудейское скупо от зависти, ибо не простиралось оно на другие народы, оно стало лишь для иудеев, а христиан спасение благо и щедро простирается на все края земные. Так иудейство, хоть и прежде было, — отошло, но благодатью христиане возвысились. Закон прежде стал и вознёсся в малом, и отошёл; вера же христианская, после придя, первейшей стала и распространилась на множество языков, ибо прежде в одном Иерусалиме поклонялись, ныне же — по всей земле».
Константин Мацан
— Думаю, что современного слушателя может в чём-то смутить такая, как кажется, антииудейская риторика в словах митрополита Илариона. Если она звучит сегодня для нас, может быть, неполиткорректно или ксенофобски, это вполне объяснимо с точки зрения нашей современной психологии. Но ведь такой текст нужно читать в контексте эпохи, а в то время человек другой религиозной традиции — это человек другой общины, другого народа, другого политического субъекта, и критика «партнёров» вполне нормальна для подобного дискурса.
Максим Печёнкин
— Знаешь, я бы даже сказал больше: вышел за границы своего частокола — уже попал в другую местность.
Константин Мацан
— Да! Но есть ещё один исторический момент: ведь в памяти митрополита Илариона и вообще жителей киевских земель того времени ещё живы воспоминания о Хазарском каганате — крупном соседнем иудейском государстве, от которого Русь терпела набеги, платила дань и с зависимостью от которого покончил ещё князь Владимир. Поэтому такая, как кажется, антииудейская риторика во многом продиктована историческими обстоятельствами.
Максим Печёнкин
— И давай отметим ещё, что в Хазарском каганате основной религией было иудейство как раз. Поэтому для митрополита Илариона так живы те образы, про которые он говорит.
Константин Мацан — И неслучайно в самом тексте «Слова» митрополит Иларион называет Владимира: «каган наш Владимир». То есть титул «каган», глава каганата, как бы теперь переходит к князю Владимиру.
Максим Печёнкин
— Как интересно! То есть не цезарь, не кесарь, не император, не король — каган.
Константин Мацан
— И ещё один важный момент, быть может, самый важный для митрополита Илариона, — указание на то, что иудейский закон был тем, что дано и как бы замкнуто внутри одного конкретного народа — иудейского. То есть это было явление внутринациональное. А христианство, основанное на благодати Иисуса Христа, — это религия мировая. Она для всех народов, для каждого народа в равной степени. Вот те очень сильные слова, которые мы только что процитировали: «Ибо прежде в одном Иерусалиме поклонялись, ныне же — по всей земле». Для Илариона это принципиально важно. Всё, что сказано о достоинстве христианства как религии, теперь применимо и к Руси после её Крещения князем Владимиром. И Иларион особо это подчёркивает. В этом, может быть, и состоит основной пафос его проповеди.
Максим Печёнкин
— Наверное, надо отметить, что для него самого это было очень актуально, потому что, несмотря на то что в данный исторический момент Православная Церковь на Руси находится в иерархическом подчинении у Византии, он, Иларион, становится первым митрополитом-славянином.
Константин Мацан
— Да, и все христианские народы равны перед Богом — это принципиально важно. В том числе и Русь теперь становится частью этой семьи. И на этом Иларион настаивает. Как ты совершенно справедливо говоришь, Русь к этому моменту совсем молодое христианское государство; может быть, самое молодое на тот момент в семье христианских народов. Но, возвращаясь к этой теме, младшее не означает подчинённое, второстепенное, ведь перед Богом все равны. И здесь Иларион использует ещё один библейский образ — повествование о двух сыновьях патриарха Иакова — Манассии и Ефреме. Вкратце напомню: Манассия был старшим, Ефрем — младшим. Но Манассию, как говорит Библия, Иаков благословил левой рукой, а младшего Ефрема — правой. А поскольку правая рука символически считается более значимой, чем левая, то Ефрем, младший, как бы стал выше старшего, возвысился над старшим. И этот образ Иларион привлекает для указания на некое, если угодно, предопределение, некий Божий Промысл о Руси. Младшему брату — Руси, молодому христианскому государству — может быть, предстоит не только встать вровень со старшими христианскими народами, но и в каком-то смысле в будущем даже их превзойти.
Максим Печёнкин
— Кость, давай теперь поговорим о третьей теме, которую мы заявили в начале программы, — о посвящении князю Владимиру.
Константин Мацан
— Да. Всё, что связано с князем Владимиром, даже значительная часть «Слова» является таким гимном князю Владимиру. Митрополит Иларион сравнивает его, например, с императором Константином: как император Константин (мой небесный покровитель) прекратил гонения на христианство в Римской империи, так Владимир принёс христианство на Русь. Вот у Константина была мама — царица Елена, христианка, а у Владимира была бабушка — княгиня Ольга. И та, и другая оказали влияние на будущих христианских правителей. Царица Елена отправилась на раскопки в Иерусалим, там обнаружила Крест Господень и привезла его в Византию... Кстати, с тех пор, насколько я знаю, святая Елена считается покровительницей археологов. И так же, только уже символически, княгиня Ольга и князь Владимир принесли Крест, то есть Крещение, на Русь. Митрополит Иларион сравнивает князя Владимира даже с апостолами. Мы и называем его равноапостольным князем Владимиром, потому что, например, апостол Марк принёс христианство в Египет, апостол Фома — в Индию, а князь Владимир — на Русь.
Максим Печёнкин
— Но, знаешь, обращение князя Владимира и княгини Ольги было более драматичным, чем у Константина и Елены. И князь Владимир, и княгиня Ольга прежде были ярыми язычниками. Можно сказать, что это было не просто принятие новой религии, а подлинное обращение ко Христу. И в том фрагменте, который я сейчас хочу процитировать, митрополит Иларион как бы говорит, что у Бога все живы. Он восхваляет князя Владимира и обращается к нему лично, во втором лице, называет его «ты», как близкого друга. И вот что говорит митрополит Иларион:
«Как уверовал? Как разгорелся ты любовью Христовой? Какой вселился в тебя разум, выше разума земных мудрецов, чтоб Невидимого возлюбить и на небесное подвергнуться? Как взыскал Христа, как предался Ему? Поведай нам, рабам твоим, поведай, учитель наш! Откуда тебе повеяло благоухание Святого Духа? Откуда испил ты памяти будущей жизни сладкую чашу? Откуда вкусил и увидел, как благ Господь? Не видел ты Христа, не ходил ты за Ним — как учеником Его сделался? Иные, видев Его, не уверовали, ты же, не видев, уверовал. Поистине сбылось на тебе благословение Господа Иисуса, речённое к Фоме: „Блаженны не видевшие и уверовавшие“».
Константин Мацан
— Действительно потрясающие слова, мне кажется. Мы часто дискутируем о таком вопросе: не было ли Крещение князя Владимира исключительно политическим решением, чтобы заручиться поддержкой Византии? Исходя из сегодняшней психологии, довольно скептической по отношению к религии, было бы просто объяснить религиозное обращение князя Владимира какими-то прагматичными причинами: сам, может быть, и не верил, но нужно было подружиться с Византией. Но вот почти современник князя Владимира показывает, как это переживалось тогда, как это чувствовалось, по крайней мере самим Иларионом. Для него это не был просто политический поступок, но действительно обращение ко Христу, Которого князь Владимир не видел ходившим по земле, но Которого, как и апостол Павел, встретил в своём сердце и принял как Распятого и Воскресшего Бога. И Иларион не сомневается, что это настоящее обращение сердца ко Христу Спасителю.
Максим Печёнкин
— И справедливости ради надо отметить: если бы всё это было сделано только в угоду Византии, то христианство на Руси, наверное, долго бы не продержалось, потому что отношения с Византией бывали очень разными. А вера осталась жива.
Константин Мацан
— Мы уже сказали сегодня, что это проповедь, произнесённая перед сыном князя Владимира — Ярославом Мудрым, в крещении Георгием. И к нему тоже обращается в своём слове митрополит Иларион. Мне кажется, это нужно процитировать, чтобы мы просто ощутили некий аромат этого «Слова» и самой ситуации здесь и сейчас, как священник с амвона обращается к тому, кого видит перед собой в храме.
Максим Печёнкин
— Но митрополит Иларион ведь не просто обращается к Ярославу Мудрому — он обращается к нему через его отца, через князя Владимира. Собственно, вот что пишет митрополит Иларион:
«Восстань, о честная глава, из гроба твоего! (обращаясь к Владимиру) Восстань, отряси сон! Ибо не умер ты, но спишь до всеобщего восстания. Восстань, не умер ты! Не надлежало умереть тебе, уверовавшему во Христа, Который есть жизнь, дарованная всему миру. Отряси сон свой, возведи взор и узришь, что Господь, таких почестей сподобив тебя там, на небесах, и на земле не без памяти оставил в сыне твоём. Восстань, посмотри на чадо своё, Георгия», — то есть на Ярослава Мудрого, — «посмотри на возлюбленного своего, посмотри на того, что Господь извёл от чресл твоих, посмотри на украшающего престол земли твоей — и возрадуйся, и возвеселись».
Константин Мацан
— Мне кажется, мы обозрели, насколько возможно было сделать бегло, основные темы этого текста: пор закон и благодать, про принятие Русью христианства и про саму фигуру князя Владимира. Но теперь, наверное, хочется поговорить не только об этом тексте, а о нас. Вот мы сегодня читаем этот текст — что он нам даёт? Почему он не просто «преданье старины глубокой», а что-то про сегодняшний день?
Максим Печёнкин
— Слушай, почти тысяча лет прошла, без малого.
Константин Мацан
— Да. И мне кажется, что эта тема есть. Я неслучайно заговорил о том, что Илариону представляется: младший брат Русь нет-нет, да и превзойдёт старшую Византию. Как будто какое-то пророческое видение будущего у Илариона просыпается, потому что здесь начинаются истоки концепции, которая в XVI веке оформится в словах «Москва — Третий Рим». Просто у Илариона это ещё пока не Москва, Москвы никакой нет в это время, но Киев как Новый Иерусалим, как наследник Иерусалима и Второго Рима — Византии, вот теперь православие и в Киеве. А «Москва — Третий Рим» — это уже о том, что после Ферраро-Флорентийской унии, после того как, как принято было тогда считать, Византия, заключив унию с Римом, не сберегла чистоту православия, единственным православным царством в XVI веке оказывается Московская Русь. И псковский старец Филофей, от которого мы эту концепцию и знаем, пишет в посланиях к Василию III и другим лицам, что «Москва теперь — Третий Рим, а четвёртому не бывать». По большому счёту, эта вечная тема о предназначении Руси как хранительницы православия начинается с самого начала в истории русской мысли, уже у митрополита Илариона. Это тема вечная, сквозь века.
Максим Печёнкин
— А знаешь, что меня всегда смущало в этой фразе, в этой теме? Меня смущал некий возможный налёт гордости или самопровозглашения такого: «Третий Рим, четвёртому не быть». Нет ли здесь какого-то высокомерия?
Константин Мацан
— Это очень точный вопрос. Я тоже об этом много думал и читал разные размышления на эту тему. Мне кажется, здесь важно разделить два понятия: мессианство — от слова «мессия», и миссию — от слова «миссия». Мессианство — это представление о том, что нам, допустим, как Русскому царству, если мы встанем на позицию человека XVI века, дано сокровище — православие, и поэтому мы самые крутые: вот ни у кого нет, а у нас есть! Мы — мессия, мы — Божии избранники. И это, конечно, уже про гордость, про самовозвышение.
Максим Печёнкин
— Здесь как раз отличие от того самого закона, о котором говорит митрополит Иларион.
Константин Мацан
— Очень точно, согласен. А вот второе — это миссия: нам поручена задача хранить православие. И это задача, с которой ещё можно не справиться, если не быть православным в сердце, если не воспринимать это по-настоящему, как нечто очень значимое, а не просто слова. Миссию можно провалить. И это совсем не о нашем достоинстве или самовозвышении. Об этом замечательно сказал в интервью в программе «Парсуна» в своё время историк и философ Николай Николаевич Лисовой. Когда он вспоминал концепцию «Москва — Третий Рим», то сказал примерно так: «Это не про то, что мы самые крутые, мы империя и всем по шапке надаём. Это про то, что мы — последний окоп. Вот отступать некуда. За нами православие и вера, которую нужно беречь, хранить, не предавать». Это про миссию, повторюсь, а не про самовозвышение. С миссией ещё можно не справиться. В каком-то смысле, может быть, и не хочется эту миссию на себя брать, но кто ещё, если не мы? Причём «кто ещё, если не мы» — в смысле исторических обстоятельств. Просто так сложилось, что это выпало нам каким-то Божиим Промыслом. И в этом смысле, может быть, мысль митрополита Илариона можно выразить одним таким выражением: «Русь, храни веру православную!» Только мы привыкли... По крайней мере я часто воспринимал это, как лозунг с рекламы: сразу представляются какие-то большие билборды на дорогах, такой лубок, если угодно. Но ведь это очень глубокие слова, если в них вслушаться. И особенно важен здесь глагол в повелительном наклонении. Это поручение, то, что требует усилий, требует внутренней духовной мобилизации. И если мы читаем уже позднейшие тексты, а именно послания старца Филофея, в которых возникает тема «Москва — Третий Рим», то по тексту видно, что это не о возвышении, а о поручении, которое старец псковского монастыря как духовное лицо озвучивает правителю Руси Василию III. Это миссия, которую нужно не провалить. И ещё одна тема, уже не историко-политическая, а сугубо человеческая, которая, мне кажется, красной нитью проходит через «Слово о законе и благодати», — тема о том, что переход от язычества, от поклонения идолам к христианству — это не просто смена веры. Это освобождение в подлинном смысле слова. Давай прочитаем на эту тему фрагмент.
Максим Печёнкин (читает фрагмент из «Слова о законе и благодати»)
«Ибо вера благодатная распростёрлась по всей земле и достигла нашего народа русского, и озеро закона пересохло; евангельский же источник, исполнившись водой и покрыв всю землю, разлился и до пределов наших. И вот уже со всеми христианами и мы славим Святую Троицу, и уже не идолопоклонниками зовёмся, но христианами, не без упования ещё живущими, но уповающими на жизнь вечную. И уже не как прежде, жертвенную кровь вкушая, погибаем, но Пречистую Кровь Христову вкушая, спасаемся. Все народы помиловал преблагой Бог наш, и нас не презрел Он, восхотел и спас нас и привёл в познание истины. Тогда как пуста и иссохша была земля наша, ибо идольский зной иссушил её, внезапно разлился источник евангельский, напояя всю землю нашу. Тогда как слепы были мы и не видели света истины, но блуждали во лжи идольской, к тому же глухи были к спасительному учению, помиловал нас Бог, и воссиял и в нас свет разума к познанию Его».
Константин Мацан
— Мне кажется, это очень важные слова. Действительно, говорит митрополит Иларион, как бы вторя Евангелию, что «мы были народом, чуждым Богу, были Ему врагами, а теперь названы Его сынами». Категория сыновства ведь очень важна в Евангелии и в контексте Нового Завета. Сыновство противоположно категориям раба и наёмника. Об этом много пишут святые отцы: раб — тот, кто следует воле Бога из страха наказания, наёмник — тот, кто следует воле Божией (или хотя бы стремится следовать ей) ради вознаграждения, а сын подчиняется отцу из любви, зная, что отец любит и плохого не посоветует, и если он будет вести себя не так, то просто огорчит папу. Поэтому категория сыновства — категория освобождающая. Мне кажется, нам это внутренне вполне понятно. Наверное, среди нас нет в прямом смысле слова язычников, но каждому может быть не чуждо какое-то маленькое суеверие: «вот если я сейчас не сделаю какого-то символического жеста, вдруг произойдёт что-то плохое?» Но ведь это подчинённость, рабство перед какими-то безликими силами, которые над тобой довлеют. И насколько освобождающей оказывается вера в Бога, Который есть Любовь, Который не действует по отношению к тебе как механический принцип, к Которому можно обратиться, с Которым можно быть в отношениях, у Которого можно просить прощения и Которого можно благодарить. Это про свободу. И вот об этой свободе духа в Боге и перед Богом митрополит Иларион тоже много говорит. И мне кажется, поскольку эта тема вечная и человеческая, непреходящая, в этом и состоит актуальность «Слова о законе и благодати», о котором мы сегодня так интересно поговорили.
Максим Печёнкин
— Дорогие друзья, в эфире была программа «Истоки». В студии был я, главный режиссёр Радио ВЕРА Максим Печёнкин, и автор, ведущий — Константин Мацан.
Константин Мацан
— Ровно через неделю мы вернёмся к «Истокам».
Все выпуски программы Истоки
- «"Слово о законе и благодати" святителя Илариона Киевского»
- «Иван Ильин. „Аксиомы религиозного опыта“»
- «Михаил Новосёлов. "Забытый путь опытного богопознания"»
При грантовой поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2026»











