Дорога из Уранополиса в Салоники — особая, потому что всегда — молчаливо-печальная. Позади — святая гора Афон, древние монастыри, по сей день живущие своим особым укладом, своим ритмом, своим временем. Закатилось солнышко за горизонт — значит, полночь. Пора спать. С каждым месяцем разница с гражданским, мирским временем гуляет — в зависимости от времени года — то увеличивается, то уменьшается.
Да и вообще всё там — другое. Какое-то настоящее, не пластмассовое, не лживое. А ночная литургия на вершине — в холоде, среди завывающего ветра, пытающегося проникнуть в щели недостроенного храма — но при этом едва ли где-то в другом месте можно встретить такую общую, единодушную молитву. Ещё бы: шесть часов подъёма, на пределе сил, таинство заката в безбрежную синеву Эгейского моря, сплошной кокон безлунной ночи, обрушивающий на тебя мириады сияющих звёзд, непривычная оглушающая тишина — когда ветер внезапно затихнет. Всё это сплавляет любых, оказавшихся там, в крепкий духовный монолит.
Отслужив Литургию и причастившись, в молчании спускаемся. Каждый несёт сосуд своей души, наполненный благодатью, словно хрустальную чашу — не расплескать бы, не разбить. Чем дальше оказываемся от стен монастырей — тем сильнее начинает подступать печаль. Смотря, как за окошком автобуса мелькают гостиницы, пляжи, поля, хочется снова и снова удержать свою мысль там, на вершине, у какого-то физически ощущаемого подножия ног Христовых.
Когда мы входим в зал ожидания аэропорта, меня накрывает острое ощущение неправильности, чужеродности, греховности всего, что здесь происходит. Полураздетые девицы хохочут, вальяжно рассевшись на своих чемоданах неподалёку. В уши навязчивым битом въедается какая-то модная греческая музыка с характерными завываниями. Нос чует сложный запах крепкого кофе вперемешку со сладковато-пряным ароматом свежеподжаренных хотдогов. А как же нам было хорошо там, в этой суровой монашеской республике, где — ни девиц, ни хотдогов, ни суеты! Мои глаза встречаются с вечно улыбчивыми глазами старшего священника нашей группы. «Отче, ну мы тут с вами — словно в ад попали! Причем — сразу после причастия!» — говорю ему, ожидая поддержки и утешения. Его глаза быстро прищуриваются ещё больше — и он неожиданно отвечает: «Нет, отче. Это — эгоизм. Мы же не для себя — а для них — причащаемся!»...
Его улыбка становится ещё больше — и тут до меня доходит. Как легко войти в состояние духовного самоудовлетворения, приправленного ощущением собственной исключительности и богоизбранности — и смотреть на окружающих сквозь призму мнимой святости! И как же надо на самом деле любить людей, чтобы сквозь всю эту мирскую мишуру прозревать живые души, которые жаждут Бога — но не находят Его, потому что с наших самовлюбленных лиц пооблезли отблески Его Царства!...
«Тревоги за детей». Евгения Ульева
У нас в гостях была психолог, многодетная мама Евгения Ульева.
Разговор шел о тревогах родителей за детей и о том, как доверие Богу помогает их преодолеть. Мы говорили о тех переживаниях, которые могут сопровождать родителей и до рождения детей и в разные периоды жизни ребенка, с какими сложностями приходится в разных возрастах, как не бояться и помогать детям проходить свой путь.
Ведущая: Анна Леонтьева
Все выпуски программы Светлый вечер
«Жизнь по воле Божией»
В этом выпуске ведущие Радио ВЕРА Алексей Пичугин, Сергей Платонов, Марина Борисова, а также наш гость — настоятель подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры в городе Пересвет Московской области протоиерей Константин Харитонов — поделились светлыми историями о том, как человек сначала сопротивлялся воле Божией, но потом понял и принял её — и смог принести пользу другим и духовные плоды.
Ведущие: Алексей Пичугин, Сергей Платонов, Марина Борисова
Все выпуски программы Светлые истории
Кузнец своего счастья

Фото: kevin yung / Pexels
Жил-был в одном селе старый кузнец. А в тех местах с незапамятных времён существовал обычай: в канун Нового года односельчане приходили в кузницу с кусочками свинца и устраивали гадание.
Выливает человек расплавленный свинец в холодную воду, разглядывает, что получилось и потом выдумывает, чтобы это могло значить.
Кто-то в свинцовом кругляше кочан капусты видит и мечтает в новом году о большом урожае на своём огороде, другой различает пятачок свиньи, которую можно с выгодой, а кто-то и дворец для себя углядеть может.
В тот год тоже набралась народу полная кузница. Ровно в полночь кузнец насыпал углей в горн и начал раздувать мехи. Когда угли в горне раскалились докрасна, он дал людям железный ковшик, чтобы каждый, как говорили в том селе «лил своё счастье».
Но вот подошла очередь и самого кузнеца. Он бросил свинец в ковшик, расплавил его, вылил в воду и подождал, пока свинец остынет. А когда вынул его из воды, увидел, что получилось ни то, ни сё, не пойми что.
— Эх! — воскликнул кузнец. — Раз не выпало мне на этот год ничего, так я сам своё счастье выкую!
Положил он кусок железа в огонь, раскалил и начал ковать, применяя всё своё мастерство. Вскоре показалась голова, плечи, туловище, ноги... Железный человечек!
Кузнец достал его из огня и кинул в воду. Вдруг из воды высунулась голова мальчика. Все вокруг так и ахнули!
— Привет! — сказал Железный мальчик, ловко вылезая из чана и подбегая к кузнецу. — Не было меня, а ты меня сделал. Спасибо тебе, отец. Отныне я буду тебе помощником.
Не успел кузнец оглянуться, а Железный мальчик уже стоял рядом и, размахивая большим молотом, ковал так, что искры летели во все стороны.
По осени зашёл как-то в кузницу старик-сосед.
— Ходят слуги о твоей невиданной силе, — сказал он Железному мальчику. — Помоги мне, сынок, обмолотить барский хлеб. Ведь если я не сделаю работу в срок, злой барин велит меня высечь, а я такого наказания не переживу.
— Пойдём, дедушка! — сказал Железный мальчик, — мне такая работа только в радость.
За один час он без труда обмолотил столько хлеба, что старик и за неделю бы не справился.
Стали и другие соседи его о помощи просить — никому сын кузнеца не отказал, всем помог вовремя урожай собрать, никто больше зимой не жил впроголодь.
Не понравилось это злому барину, надумал он проучить Железного мальчика. Но тот сам выковал себе палицу в тридцать пудов, пошёл к барскому замку и ударил палицей по стене так, что на крыше все башенки закачались и накренились. Испугался барин, увидел, что с Железным мальчиком ему никаким оружием не справиться, и больше никогда в то село на заявлялся грабительские налоги собирать.
С тех пор зажили люди счастливо. Говорят, из того села поговорка пошла: каждый человек сам кузнец своего счастья.
А про гадания там напрочь давно все забыли, пустое это дело.
(по мотивам латышской сказки)
Все выпуски программы Пересказки












