Священномученик Константин Голубев

Поделиться

В избе, которая служила церковной сторожкой, набралось столько народа, что даже с распахнутыми настежь окнами не чувствовалось свежести воздуха. Собравшиеся крестьяне, из которых многие были старообрядцами, возбуждённо обменивались впечатлениями от речи, произнесённой 25-летним православным миссионером Константином Голубевым.

- Нечего сказать, взял он нас за хвост!

- Да врёт всё! Сейчас его Поликарпыч научит уму-разуму.

Тут в центр избы, где стоял молодой проповедник, протиснулся почтенный бородатый мужчина. Его звали Иваном Поликарповичем, он был очень уважаем раскольниками и всегда противостоял миссионеру в спорах. Все замолчали.

- Признаю… – выдохнул с волнением Иван Поликарпович, - правоту православного учения и всего того, что говорит Константин Голубев!

Изба ахнула от удивления.

– Да зачем же ты сам пребывал в расколе?! – стали спрашивать люди.

- По заблуждению, - ответил Иван Поликарпович.

…Таких бесед в Саратовской губернии миссионер Константин Алексеевич Голубев провёл сотни. Своим искренним словом он обратил к истине многих сектантов из числа старообрядцев и молокан, которые отрицали иконы, святых и священство. В одном только родном селе Голубева – Барановке – благодаря его трудам из раскола обратилось полторы тысячи человек.

Один современник так вспоминал об этом проповеднике: «Константин Алексеевич Голубев, кажется, всё имеет, чтобы достойно носить звание миссионера, и опытность при ведении беседы, и тактичные приёмы, и ласковый взгляд, не меняющийся даже при дерзости оппонента, и мягкий, приятный голос, и сохранившуюся внешнюю фигуру».

В те времена, под занавес девятнадцатого века, старообрядчество и разные секты имели очень большое влияние в Поволжье. Некоторые сёла саратовщины были почти полностью раскольническими. В этой-то обстановке и приходилось трудиться епархиальным миссионерам, среди которых наиболее ярким был Константин Голубев.

В разных сёлах Голубев проводил многодневные дискуссии со своими оппонентами-сектантами, и выходил из споров победителем.

Во время одной из бесед с молокАнами сектант сказал Голубеву:

- Церковь Божию составляет каждый человек!

- Хорошо, вот ты, значит, Церковь? – спросил миссионер.

- Я что за Церковь, что ты на меня указываешь! – ответил молоканин.

Вслед за ним и все окружающие сектанты отрицали, что кто-то из них Церковь.

Тогда Голубев сказал:

- Вот видишь. Вы все отказались быть Церковью. Вы не состоите членами Церкви Христовой, потому что отломились от неё. Ни вы сами, ни ваши жёны и дети, ни ваши дОмы никогда не освящаетесь молитвами Церкви.

Такими словами Константин Голубев многим сектантам открывал путь к истине.

Беседы с сектантами и раскольниками были насыщенными, и длились порой целый день, с утра до вечера. Осенью 1893 года состоялась шестидневная беседа Голубева с популярным раскольническим проповедником Терентием Худошиным, посвящённая вопросам о священстве, Церкви и прочем. В итоге Худошин не смог ничего противопоставить православным, совершенно растерялся и покинул последнюю беседу, не дожидаясь её окончания. Константин Голубев после этого в ответ на поздравления сказал: «Мне, недостойному, меньшему всех из братий… Бог судил быть орудием, проводником всесильной благодатной непреоборимой силы Христовой Церкви».

Митрополит Московский и Коломенский Сергий (Ляпидевский) заметил яркого проповедника, и в 1895 году Константин Голубев принял священный сан и стал протоиереем в подмосковном Богородске, который был одним из крупнейших центров раскола.

Протоиерей Константин сотни людей привлёк в Православную Церковь. Он заботился о народном просвещении, а в 1900 году открыл женскую приходскую школу.

Отец Константин ревностно исполнял своё служение, и закончил его победоносно и славно, удостоившись мученической кончины. Сначала он был арестован Временным правительством, а затем большевиками.

Уже осознавая, что его казнят, отец Константин отправил детям из тюрьмы свой священнический крест и служебник. А когда его уже вели на казнь, он постоянно повторял: «Не ведают, что творят». У глубокой ямы отца Константина сначала ранили из ружей, а потом заживо закопали в землю.

В 2000 году протоиерей Константин Голубев был прославлен в лике новомучеников и исповедников Российских.