Поделиться
— Аллочка, спасибо тебе большое, что пришла на помощь! Взялся приводить в порядок свои архивы и понял, что один не справлюсь. Столько всего накопилось за годы!
— Андрюша, ты же знаешь, мне это только в радость! С чего начнём?
— Вот в этой папке, Аллочка, лежат репродукции работ художника Валентина Серова. Проверь, пожалуйста, правильно ли они разложены по годам. С обратной стороны должно быть подписано.
— Задачу поняла, Андрюша, приступаю! Так, здесь у нас «Девочка с персиками», 1887 год. «Портрет Марии Ермоловой», 1905-й. «Портрет княгини Александры Петровны Ливен», 1909-й... Я раньше эту картину не видела! И про княгиню ничего не знаю. Какая статная, высокая... Кажется немного высокомерной дамой. Смотрит на зрителя сверху вниз. Но, по-моему, глаза у неё добрые...
— Не зря коллеги-современники называли Валентина Серова гением портретов! Художник в своих работах не просто передавал внешнее сходство. Он безошибочно выделял те особые, порой неуловимые черты, которые приоткрывали внутренний мир людей.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, смотри, Аллочка. Ты сейчас призналась, что не знаешь, кто такая княгиня Ливен. И буквально тут же многое о ней рассказала. Ведь друзья княгини говорили, что она была доброй и радушной женщиной. Но очень стеснительной. И часто скрывала свою стеснительность за маской надменности. Ты сразу почувствовала то, что Серов так тонко отразил на своём полотне.
— Ну вот как это ему удалось?!
— Валентин Александрович обладал удивительным даром видеть и понимать людей. Ему для этого достаточно было мимолётного жеста, движения глаз. Критики говорили, что портреты Серова — больше, чем безупречное владение ремеслом и даже больше, чем искусство — это подлинное чудо.
— Действительно, чудо! Ведь на первый взгляд кажется, что ничего особенного в портрете княгини Ливен нет. Он очень простой, выполнен в чёрно-белых тонах. Но в то же время, как будто живой! Буквально несколько секунд — и лицо княгини начинает казаться внимательным, сострадательным.
— И опять в точку, Аллочка! Княгиня Александра Петровна Ливен, которую запечатлел на портрете Серов, известна своими делами милосердия. Она была одной из учредительниц московского Сретенского попечительства о бедных. В своих подмосковных имениях Спасское и Кривякино устраивала для крестьянских детей рождественские ёлки с подарками. А во время Первой Мировой войны на личные средства открыла в Спасском лазарет для раненых, и сама трудилась в нём простой сестрой милосердия. Видишь, какая ты проницательная!
— Это не я проницательная, а художник Валентин Серов! Андрюша, а где можно увидеть эту замечательную картину?
— Чтобы посмотреть на «Портрет княгини Александры Петровны Ливен», нужно купить билет во Владивосток. Работа экспонируется там в Приморской государственной картинной галерее.
— Уверена, это одна из жемчужин её коллекции! А знаешь, Андрюша, полотно Серова меня не только впечатлило, но и напомнило кое о чём важном.
— Правда? О чём же?
— О том, что часто первое мимолётное впечатление бывает ошибочно. И нужно учиться смотреть не на лицо, а в сердце. Как это делал живописец Валентин Александрович Серов.
Все выпуски программы Краски России:
11 ноября. «Ангельская иерархия»
Поделиться
Фото: Andika Christian/Unsplash
Священное Писание дает нам богооткровенные сведения об иерархическом устройстве ангельского «сообщества», что отражается и на порядках земного бытия. Ангелы свободно соподчинены друг другу и, пребывая в едином устремлении к Всевышнему, от высших до низших, доносят и до нас Божественный свет, который изливается в Церкви через священную иерархию. Вот почему самый принцип власти — от Бога, а послушание — основа нашего бытия.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
11 ноября. Смысл страданий
Поделиться
Сегодня 11 ноября — День памяти преподобномученицы Анастасии Римляныни.
О христианском понимании страдания — клирик московского храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста священник Николай Конюхов:
Нас, христиан, часто обвиняют в том, что мы создали некую религию страданий. Это совсем не так, и не мы создавали, а Господь учредил Церковь: «…и врата ада её не одолеют». И действительно, если посмотреть на главный символ христиан — это крест, где изображён Господь Иисус Христос, страдающий на кресте. Но дело в том, что христианство не культивирует страдания, оно их переосмысливает.
Невозможно в этой жизни избежать страданий: все люди стареют, болеют и умирают. Все люди когда-то будут хоронить своих родителей. И невозможно просто в этой жизни пройти мимо струек дождя и вообще не попасть в какие-то тяжёлые ситуации и не испытывать боли. Но христианин прекрасно понимает, что этот мир, созданный Богом, был создан прекрасным. Но с тех пор, как в него вошёл грех по свободной воле людей, произошёл некий слом. И поэтому страдание является неотъемлемой частью жизни каждого человека.
Но мы понимаем также, что Господь после смерти даёт человеку вечное блаженство. И часть этого вечного блаженства можем ощутить ещё здесь. И христианство культивирует как раз Царствие Божие. Христос говорил: «Ищите в первую очередь Царствие Божие, и всё вам приложится». Поэтому у нас совершенно другие акценты.
Страдание — это просто неотъемлемая часть жизни, которую мы осмысляем в общих категориях того, что это может быть в определённый момент даже полезным для человека. Где-то может его от чего-то уберечь, где-то к чему-то подготовить. Но в общем счёте мы стремимся туда, где не будет ни болезни, ни печали, ни воздыхания.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 ноября. О духовных поисках Федора Достоевского
Поделиться
Сегодня 11 ноября — 205 лет со дня рождения писателя Фёдора Достоевского.
О его духовных поисках — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов):
Творчество Фёдора Михайловича тесно связано с его жизнью. И только тогда, когда в его сердце утвердился Христос, его главное упование и смысл жизни, о котором он говорил: «Даже если выяснится, что истина вне Христа, я со Христом останусь», — тогда и явились его величайшие произведения.
Когда его чуть не казнили и пришло помилование за пять минут до повешения, он был отправлен на каторгу, на которой четыре года не имел права читать никакой литературы, кроме книги Нового Завета, ему подаренной жёнами декабристов. Не имел права он что-либо писать. Так что сохранилась книга, именуемая «Евангелие Достоевского», в которой имеется полторы тысячи пометок ногтем Фёдора Михайловича. Так он зачитывался, так он углубился в это священное чтение, в богопознание, что через четыре года, оказавшись на свободе, он уже был совсем не тем, кем уходил в это удаление от мира с Евангелием в руках, — он вернулся уже с Евангелием в сердце.
И потому его произведения, конечно, — Господь ещё особенно промышлял о нём, заботился. Во многом больше пользы оказала его супруга, заботливо терпящая ещё и актуальные его страсти и немощи, но всё делающая для того, чтобы он дописывал свои великие романы, и в результате те — действительно главнейшие произведения мировой литературы, к которым можно отнести и его «Братьев Карамазовых», и «Преступление и наказание», и «Идиота», — это появившееся не в одиночку, как творчество Фёдора Михайловича, как автора, но в сотрудничестве с благодатью Божией, которая жила, была присуща ему, его сердцу, и помогала созидать эти замечательные произведения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
