«Таинство Евхаристии». Священник Антоний Лакирев

Гостем программы «Светлый вечер» был клирик храма Тихвинской иконы Божьей Матери в Троицке священник Антоний Лакирев.

Разговор шел о таинстве Евхаристии, о том, почему Спаситель завещал принимать Тело и Кровь Его, почему Причастие стало центральной частью жизни христианина, как формировалось последование Литургии и как происходит пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Христа. Отец Антоний говорил о различных традициях того, как готовиться к Причастию и как часто принято приступать к этому таинству.

Этой беседой мы открываем цикл из пяти бесед о значении и истории появления семи таинств Церкви.

Ведущая: Алла Митрофанова

---

Алла Митрофанова

— Светлый вечер на Радио ВЕРА. Дорогие друзья, здравствуйте. Я Алла Митрофанова. Мы начинаем, как всегда это бывает в понедельник, новый цикл бесед в этом временном сегменте. В этот раз, поскольку начался Рожественский пост, и думаю, что взглянуть глубже в себя и интенсифицировать собственную духовную жизнь — такие задачи ставят перед собой, надеюсь, многие наши слушатели. Поэтому цикл бесед на этой неделе будет посвящен таинствам Церкви. Казалось бы, тема, которая ясна, понятна, и чего уж там, таинств у нас семь, все мы это знаем, к таинствам прибегаем регулярно. Поскольку, в силу особенности нашей работы на Радио ВЕРА, мы часто встречаемся со священниками, и часто священники сетуют на то, как хорошо было бы, чтобы мы с вами углубили собственные знания по поводу того, что внутри этих таинств церковных происходит. Вот мы такую задачу постараемся перед собой поставить. В нашей студии священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка. Отец Антоний, здравствуйте.

Священник Антоний Лакирев

— Здравствуйте.

Алла Митрофанова

— Спасибо, что согласись нам в этом помочь.

Священник Антоний Лакирев

— Слава Богу.

Алла Митрофанова

— Сегодня мы будем говорить о таинстве, которое наиболее часто, наряду с таинством покаяния, практикуется в наших храмах и к которому прибегают верующие церковные люди — это таинство евхаристии, причастие. Мне бы очень хотелось, чтобы мы с вами поговорили, при всей неизмеримости происходящего в момент совершения евхаристического канона в храме, о том, что же это такое. Есть ли возможность, например, моими простыми земными мозгами понять, хотя бы приблизиться к пониманию той тайны, свидетелем которой каждый раз на литургии становится священник. Это же каждый раз тайна, мы не можем описать, каким образом хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христовыми.

Священник Антоний Лакирев

— Конечно, не можем. Тайна — это тайна, это само собой разумеется. Единственно, я бы все-таки сразу уточнил, что участниками и свидетелями таинства, как предполагается, являются все, кто в этот момент собрался в храме. Тут места ни для какого клирикализма нет. Порой, может быть, люди, которые к священству не относятся, в гораздо большей степени, более полноценно в нем участвуют. Действительно, это таинство центральное, то событие, которое определяет Церковь как Церковь. Не как общество любителей марок или еще чего-нибудь, социальный организм и все такое прочее, а как Церковь, которая всегда событие. Она не существует, она происходит. И это событие именно таинство евхаристии. Для Православной Церкви всё остальное, что в ней происходит, так или иначе с евхаристией соотносится. Либо прямо вместе с ней, внутри нее совершается, здесь исторически, понятно дело, всё менялось , меняется и еще будет меняться. Но, тем не менее, такое центральное место это таинство занимает. На это можно смотреть с разных точек зрения. Во-первых, так Господь велел. Господь сказал: делайте это в память обо Мне. Это не вот прямо просто и понятно, что имеется в виду, тоже нужно разбираться и разговаривать, но тем не менее. Христос велел, значит, так и делаем, всё просто. С одной стороны. С другой стороны, таинство, которое Господь установил на Тайной вечере, имеет довольно продолжительную предысторию. Для нас она не очень важна, потому что в конце 1-го века, потом во 2-м, в 3-м мы активно от себя отпихивали эту предысторию, чтобы она не имела к нам отношения. Но в библейской традиции, в ветхозаветной культуре, в той культуре, в которой действует Господь и апостолы, это не вот прямо вдруг с неба не понятно каким образом взявшееся что-то. Это результат достаточно продолжительного развития. И содержание евхаристии, по крайней мере, содержание ее молитв, очень тесно связаны с тем, что было до Тайной вечери. И, наконец, кроме этого, еще надо сказать, что просто по факту, по результату, если хотите, как Господь говорит: по плодам их узнаете их. По плодам, это то, без чего вообще жить невозможно, то, где Господь питает нас собою. Как есть такое выражение у Экклезиаста, все труды человека для рта его, сердце живо остается без насыщения. Вот это то, что насыщает сердце. Поэтому, конечно, полновесность христианской жизни немыслима без евхаристии. Хотя разные части Церкви в течение долгих столетий хулиганили на эту тему. Прям, хулиганили, другого слова нет. Причащались раз в год и по обязанности, это не есть хорошо.

Алла Митрофанова

— В истории нашей Церкви тоже так было в Синодальный период.

Священник Антоний Лакирев

— Меня в первую очередь наша Церковь и заботит, коль скоро я в ней. Так что, тут всё тоже достаточно сложно, разнообразно и развесисто. Норма — каждую неделю. Существуют правила, каноны, которые настаивают, что если человек без уважительной причины не участвовал в евхаристии три воскресенья подряд, то его от Церкви отлучать надо. Как и многие подобного рода установления, оно не очень практикуются в нашей сегодняшней жизни, скорее, является достоянием археологов. Но, тем не менее, в раннем средневековье позиция христиан была такой. Сейчас, последние полвека, может быть, век, мы наблюдаем какое-то другое новое развитие. Это все равно совершенно центральная вещь, которую невозможно обойти. Если без экивоков, ты не можешь считать себя в полной мере христианином, если это таинство не является центром твоей жизни. Вот и всё.

Алла Митрофанова

— Евхаристия с греческого переводится как благодарение, благодарность. А почему?

Священник Антоний Лакирев

— Потому что именно это мы и делаем в этот момент, когда Господь совершает пасхальную трапезу со своими учениками. Хотя, вероятно, это была так называемая галилейская Пасха, которая совершалась на сутки раньше, потому что Иерусалим маленький город, паломников полно, на всех приготовленных горниц, где убрали остатки дрожжевого хлеба, всё приготовили, не хватало. Поэтому паломники из Галилеи по обычаю, догматически неправильному, но просто по жизни необходимому, совершали пасхальную трапезу на день раньше, а то и на два. Потому что опять-таки по обычаю пасхальная трапеза должна совершаться в пределах Иерусалима, хотя, понятно, те, кто не ходил в Иерусалим на Пасху, так не делали. Но уж если ты пришел, это надо сделать в пределах Иерусалима, поэтому иудеи из Галилеи, которые приходили в Иерусалим на Пасху, нередко накануне на день раньше это делали. Есть гипотеза, что, вероятно, Господь с учениками совершил пасхальную трапезу, но на сутки раньше, чем положено, потому что по правилам ее надо было совершать в пятницу. Но они были из Галилеи, так было принято. Это трапеза, в которой мы собираемся и благодарим Бога молитвой, которую произносит старший. Обычно старший член семьи, глава дома или, если это религиозная община, хабура, одной из которых и была в данный момент община Господа Иисуса с учениками, то, соответственно, глава этой общины. Вот он возглавляет эту трапезу, молится, просит Божьего благословения. Обычно самый младший умывает руки тем, кто собрался. Там самым младшим, судя по всему, был Иоанн евангелист, поэтому он в таком шоке был и запомнил, что Господь Иисус отобрал у него тазик и полотенце и стал омывать, причем, не руки, а ноги. Еще, к тому же, на пасхальной трапезе произносится некоторое воспоминание тех событий, которые были при исходе народа Божьего из Египта. Книга Исхода предписывает совершать эту трапезу обутыми, одетыми, с посохами, на пресном хлебе, который можно испечь на горячем камне в пустыне без печки. Младший, ребенок обычно какой-нибудь, спрашивает: а почему мы едим этот хлеб обутыми, с посохами и одетыми? И старший, председатель, должен сказать, что отцы наши были рабами в Египте, и Господь вывел нас из Египта из дома рабства «рукою крепкою, мышцею простертою». Еще несколько таких моментов разной степени подробности. И в центре благодарность Богу за это самое спасение, потому что если бы не то событие Исхода, не Пасха, то нашего народа не было бы. Он просто не существовал бы. Это момент, когда Бог дарит нам жизнь, поэтому в пасхальную трапезу включается благодарение за саму жизнь, которую Бог подарил, за спасение, избавление от рук врагов наших, как в своем гимне говорит Захария, отец Иоанна Крестителя. Это, собственно, центральный момент, если хотите, перезаключения завета, возобновления завета, знак того, что мы остаемся в союзе с Богом, и Он остается в союзе с нами. И то, что когда-то происходило с далекими предками или вообще просто с какими-то другими людьми, становится частью твоей биографии, твоих отношений с Богом. Когда? Когда ты за это благодаришь. Когда ты тоже благодаришь за то спасение, которое Бог совершил. Тут для христиан всё понятно, мы, конечно, благодарим Бога за спасение, которое Он совершил во Христе для каждого, в том числе, и для меня, участвующего в этот момент в этой трапеза. Кроме того, Бог ведь не просто избавляет от смерти, Он выводит на пространство и ведет меня к волнам тихим, как говорит псалом. Дает жизнь, дает источник этой жизни, пищу и мы благодарим Его за это. За то, что мы не просто выжили, а каждый день Бог питает нас. Есть в иудейском обряде старинный обычай, очень красивый, хотя и трудно воспроизводимый на пасхальной трапезе и вообще на благодарственной субботней трапезе. Когда вино наливают в чашу, там несколько чаш полагается, вино переливают через край (поэтому чашу ставят на тарелку), как символ того, что не мерою дает Бог жизнь каждому человеку. Это серьезная вещь о том, что такое человеческая жизнь, потому что настоящим, подлинным и по-настоящему твоим в ней становится только то, за что ты Бога поблагодарил. Благодарность — это прямая противоположность грехопадению. Когда человек хватает этот фрукт неизвестного происхождения — все говорят, что яблоко, неважно — с дерева, потому что ему жена зудит, и ест: хочу, буду, моё, мне. Понимаете? Это всё то, что гордыня, желание властвовать не только собой, своими нервами, но и жизнью всего белого света. Как этого не делать, что является противоположность грехопадения? Благодарность. То, что ты от Бога принимаешь с благодарностью. Поэтому в центре самого этого таинства именно это действие, именно такая молитва.

Алла Митрофанова

— Священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка, проводит с нами этот Светлый вечер. Сегодня первый разговор из цикла бесед о таинствах Церкви. Мы говорим о евхаристии, о причастии. Сейчас разбираемся, почему таинство это называется евхаристией, то есть благодарением, благодарностью Богу. Отец Антоний, с одной стороны есть исторический контекст, где действительно иудейская Пасха связана с выведением народа Израиля из египетского плена и благодарностью Богу за это освобождение, за дарование жизни, дарование земли обетованной, что немаловажно. С другой стороны, благодарение, совершаемое в христианских храмах сегодня, связанное с тем, что хлеб и вино пресуществляются в Тело и Кровь Христа, и христиане, причащаясь Святых Христовых Тайн, едят Плоть и Кровь своего Бога. Обычно, когда человек не церковный пытается задавать на эту тему вопросы, он в итоге крутит пальцем у виска и говорит: пусть у вас всё будет хорошо, но я не хочу с этим ничего общего иметь. Есть Плоть и пить Кровь Бога кажется актом крайне странным для стороннего взгляда. Не всегда только для стороннего, бывают случаи, когда и христиане сами смущаются. Может быть, об одном таком случае мы сегодня поговорим, широко известен он по всему миру, начиная с 8-го века. Почему, отец Антоний? Иудеи понятно, иудейская пасха, пресный хлеб, испеченный на камне, нет вопросов, в воспоминание об изведении из египетского плена. У христиан — Тело и Кровь Господа. Причем, не то чтобы в воспоминание, а это Тайная вечеря, продолжающая совершаться в вечности, мы в этом участвуем, едим Тело Бога и пьем Его Кровь.

Священник Антоний Лакирев

— Два ответа — короткий и подлиннее. Короткий — то, с чего я начал, Он так велел, Он так сказал, примите, ешьте и пейте. На пасхальной трапезе едят хлеб и пьют вино разбавленное, вот и всё. Господь Иисус сказал: это Я Сам. Это в каком-то смысле рифма к Его словам «Се Я с вами во вся дни до скончания века». Я бы сказал, как это ни странно прозвучит, что придумал Бог потрясающе, гениально, стать нашим хлебом. Нет другого источника жизни, кроме Христа. Либо мы это всё понимаем как-то мистически, аллегорически и тонем в какой-то, прости, Господи, нирване, либо так оно и есть, Он становится нашим хлебом. Физика процесса, в конце концов, нам совершенно не важна. Иисус так назвал этот хлеб и это вино. Иногда это бывает проблемой, особенно для культур, в которых хлеба нет, но для той культуры вот так. Бог не просто выводит нас на свободу и спасает от гибели, от исчезновения, Он Сам становится источником нашей жизни в самом прямом смысле нашим хлебом, нашей пищей. Вообще это потрясающе. И это тоже предмет нашей благодарности за то, что каждый, кто доползает, может быть, из последних сил доползает до амвона, чтобы вкусить святых Христовых Тайн, обретает этот источник жизни. Совершенно это удивительно. Это был короткий ответ.

Алла Митрофанова

— А я, простите, сейчас вас прерву, вспомнила, у меня в жизни был такой случай, когда буквально доползала до амвона. У меня выпрыгивало сердце, был очень серьезный период испытаний внутренних, очень серьезная кризисная ситуация, вся наша семья через это проходила. Я помню, что у меня сердце колотилось так, что я не могла спать, не помогали никакие успокоительные чаи, которые обычно работают. И как я ползла на Светлой седмице до порога храма, понимая, что моя задача просто доползти.

Священник Антоний Лакирев

— Доползти.

Алла Митрофанова

— И доползла, и дальше потом я доползала еще и еще, была Светлая неделя, там шли какие-то выходные, причащалась с Божьей помощью каждый день, и к концу недели сердце встало на место. Это медицинский факт.

Священник Антоний Лакирев

— Это работает, это так действительно.

Алла Митрофанова

— Да. Простите.

Священник Антоний Лакирев

— Более длинный ответ вот какой. Те люди, с которыми Господь Иисус совершает Тайную вечерю, эту пасхальную трапезу, три года до этого Он минимум еще две пасхальные трапезы совершал с ними, и по субботам благодарственные трапезы, которые чуть попроще, чем пасхальная, но в принципе то же самое, ждут, когда, наконец, придет Помазанник. О Нем возвестили самые ранние пророки за 800 лет до евангельских событий, чуть меньше. После 5-го века Его напряженно ждут, потому что, ну, жить невозможно, как душат. Там же оккупант за оккупантом, ни минуты продыху, и, конечно, все очень ждут, когда, наконец, обещанное спасение совершится. Он где-то есть, Помазанник, может быть, в этом году, может быть в эту пасхальную вечерю, Он придет и будет явлен народу Божьему. У нас менее ярко выражено это ощущение. Хотя Слово Божие говорит о конце времен, оно дано нам не для того, чтобы мы в ужасе закапывались куда-то в нору, аки кроты, а для того, чтобы мы надеялись, когда же скорее совершится эта наша встреча с Воскресшим Господом. Итак, они очень ждут, для них спасение, за которое они благодарят, как и мы, не закончено, пока не совершится приход Христа, пока не совершится наша встреча с Ним. Там принято к евангельским событиям уже долго, точно не скажу, но полтора-два столетия, а то и больше, отдельно откладывать кусок хлеба. Мы помним, что это опресноки, маца, но тем не менее, кусок хлеба откладывать, как знак присутствия Самого Помазанника. В 1-м веке, после того, как возникли христиане, там всё начало меняться, и у нас поэтому свидетельств, документов, текстов довольно мало. И сегодня этот самый афикоман что-то такое, чтобы повидло намазать. Я имею в виду в иудейских обычаях. А тогда всё было четко, вот этот хлеб, который мы преломляем, и один из отломленных кусков — знак Его присутствия. И на Тайной вечери Господь берет этот хлеб и говорит: вот, это Я.

Алла Митрофанова

— Отложенный, этот отломленный кусочек?

Священник Антоний Лакирев

— Да, отложенный, который символ присутствия грядущего Помазанника, но уже не грядущего, уже Господь сидит перед Своими учениками, возлежит, вернее. Он его берет и говорит: это Я. И это таким образом способ, форма присутствия Иисуса среди тех Своих учеников, которые собрались на эту трапезу. И, по большому счету, ну, не видимый Он сегодня, это ничего не меняет. Суть та же самая, вот этот хлеб — это Его присутствие. Мы обычно представляем себе маленькую, полутемную, освещенную какими-то маслеными лампадами комнату, где они возлежат, и Господь берет этот хлеб. Я иногда представляю себе так, что Господь на небе, хотя Он, скорее, с нами, но, тем не менее, вот Он на небе, и со всей земли, хоть она и круглая, с любой точки поверхности земли мы все протягиваем ему этот хлеб, который Он берет и про который Он говорит: это Я. Кто-то дрожжевой, кто-то пресный, кто-то что нашлось. Как известно, новомученики в лагерях и ржаной брали, что уставом запрещено, но у них другого вообще не было.

Алла Митрофанова

— Там вообще, если есть хлеб, это уже чудо.

Священник Антоний Лакирев

— Да. Таким образом, это очень издревле идущая аналогия, сопоставление хлеба и присутствия Мессии, Спасителя мира. Поэтому это именно тот момент, когда Иисус Своим ученикам говорит: это Я. Помните, у Иоанна: вот Ты ясно говоришь нам и притчи не говоришь никакой, вот теперь мы поняли. Это, скорее всего, ответ на слова Иисуса в преломлении хлеба — это Моё Тело, это Моя Кровь. Ну, конечно, это странно. Иудеи, которые слышат это, как вы говорите, крутят пальцем у виска. Да. Речь ведь не идет о том, что оно как-то физически должно поменяться. Что для тебя, этот хлеб, очень небольшая частица, которую мы принимаем? Это действительно Его присутствие, физика не важна. Ты с Ним сейчас соприкасаешься, Он слышит твою молитву, твою благодарность, твоё исповедание. Это самое средоточие встречи с Господом Иисусом.

Алла Митрофанова

— Священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка, проводит с нами этот вечер. Мы говорим о Таинстве евхаристии, этой беседой открываем цикл разговоров о таинствах Церкви. Таинств этих семь, каждому из них мы обязательно уделим время эфира и внимание, и постараемся — сейчас идет Рождественский пост — как-то более глубоко взглянуть на собственную духовную жизнь. Я Алла Митрофанова. Буквально на пару минут прервемся и вернемся к разговору.

Алла Митрофанова

— Светлый вечер на Радио ВЕРА продолжается. Дорогие друзья, напоминаю, в нашей студии священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка. Я Алла Митрофанова. Мы продолжаем разговор, которым открываем цикл бесед о таинствах Церкви. Сегодня, конечно же, речь идет евхаристии, как о таинстве центральном. Причастие. Отец Антоний, может так случиться, что человек причастился, а на самом желе не причастился? Я не про то даже, что с Иудой произошло, который был на Тайной вечери и причастился, но пошел и совершил предательство Бога. Говорят, что можно причаститься в осуждение. Что это такое и как понять, чтобы себя от этого уберечь по возможности?

Священник Антоний Лакирев

— Бог волен поступать так, как считает нужным. Бог свободен. Это первое. Второе, если кажется, что Бог поступает неправильно, смотри пункт первый. Но Бог может поступить так, как Он считает нужным, поэтому может ли так быть, что Господь не подает чего-то кому-то, кто вроде бы формально, физически участвует в Таинстве? Да запросто. Имеет право. По моим очень скромным наблюдениям за последние сорок с чем-то лет, я наблюдаю следующее.

Алла Митрофанова

— Скромные наблюдения за последние сорок с чем-то лет.

Священник Антоний Лакирев

— Сорок лет назад вот это хулиганство насчет причащаться раз в год было распространено очень широко, то есть практически везде в нашей Церкви.

Алла Митрофанова

— Так, а во многом людям и деваться было некуда. Не было столько храмов, и попробуй доехать, и опасно.

Священник Антоний Лакирев

— И храмов и не было, и в тех, которые были, не причащали два воскресенья подряд. Всё это, конечно, так. Казалось, что когда-нибудь мы будем иметь свободу и возможность причащаться. Довольно медленно этот процесс шел, медленнее, чем кому-то хотелось, далеко не завершился. Я даже не хочу говорить частое причащение, это оценочный термин — регулярное, нормальное. То есть каждое воскресенье и на двунадесятые праздники. В среднем получается около 60-ти раз в год, еще именины. Нормальное причащение — вещь довольно распространенная, особо никого не шокирует. Где-то, в каких-то общинах принято чуть реже, раз в две недели или даже раз в месяц. Изменилось. Многое ли изменилось в нашем духовном состоянии, извините за выражение? Так нет. Потому что участие в евхаристии не ограничивается одним только физическим причащением Святых Христовых Тайн. Это не волшебная таблетка, нет. Сколько бы ни рассказывали разных легенд, это не волшебная таблетка, так это не работает. Если ты приходишь с какими-нибудь своими корыстными побуждениями: сейчас причащусь, и у меня от этого зарплата повысится, скорее всего, ничего хорошего из этого не выйдет. В лучшем случае ничего не выйдет. А дело всё в том, что мы продвинулись в вопросе частоты причащения, но не в вопросе полноценного участия в евхаристии. Ну да, последние лет 15, может быть, чуть больше, появляются микрофоны и в храме Христа Спасителя, и в самых разных местах.

Алла Митрофанова

— Вы имеете в виду, у мирян, которые стоят по эту сторону алтаря, появляется возможность слышать молитву евхаристического канона.

Священник Антоний Лакирев

-Да, появляется возможность слышать эту молитву, потому что это не молитва священника, нет, не правда, это молитва церкви, это молитва общины. Священник ее произносит, динамик тоже произносит что-то, не более чем. Остается неполноценным твое участие в этом таинстве, если эта молитва проходит мимо твоего сознания, твоего ума, твоего сердца. Чего-то ты не добираешь, что тебе Бог предлагает, заметьте. Но сейчас совершенно другая ситуация, у нас есть возможность эти тексты прочитать, держать в телефоне перед глазами, если плохо слышно, всякое бывает. Я в свое время наизусть учил, потому что не было ничего такого.

Алла Митрофанова

— Евхаристический канон?

Священник Антоний Лакирев

— Евхаристический канон. Мне дали ксерокс патриархийного издания, который был библиографической редкостью, ксерокс «слепой», на какое-то время, на несколько дней. Выучил. А что делать? Куда деваться? Это то, что действительно собирает и объединяет нас в этой нашей общей молитве, в этом общем разговоре с Господом Иисусом Христом. Но, вообще говоря, пропустить это мимо ушей или в этот момент, в эти десять минут, думать о чем-то своем, это по меньшей мере глупо. В 19-м веке были разные популярные размышления на эту тему и даже издания, о чем следует молиться мирянину, пока там совершается евхаристический канон. Но вообще это кощунство и не более того. Это важная вещь. Заметьте впрочем, что я подозреваю, что одолев и эту ступеньку и научившись как-то более или менее полноценно участвовать в этом таинстве, мы обнаружим перед собой еще какую-то следующую, я не берусь предсказать, какую именно. Потому что это путь возрастания в познании Господа Иисуса Христа. Церковь как общность проходит этот путь достаточно медленно, как кажется одним, или слишком быстро, как кажется другим. И каждый из нас тоже в свою меру в своем каком-то темпе. Это действительно важно. Ответ на ваш вопрос: ну да, бывает, что ты пришел и стоишь, как столб. Пришел ты в гости к своему единственному, в сущности, другу и заснул. И проснулся, когда уже все прощаются. И что? Нет, хорошо, что пришел, хорошо, что не стал говорить, «имей мя отреченна, я купил пять пар волов». На самом деле, это, если хотите, икона того, как мы все в евхаристии участвуем. Она сияет в вечности, там престол, на котором Агнец, перед Которым стоит глава Церкви Пресвятая Богородица. Она сияет, и мы тут как-то чуть-чуть что-то услышали, что-то увидели. А бывает, и ничего не услышали. Вообще говоря, эмоциональная реакция, может быть, не так и хорошо, лучше поспокойнее, потому что всегда есть риск экзальтации.

Алла Митрофанова

— То есть когда человек причастился и ничего не почувствовал, это нормально?

Священник Антоний Лакирев

— Конечно, нормально. А что вы хотели? Чтобы у него пар из ушей пошел, как в «Гарри Потере». Что должно быть? Или лицо просияло синим светом? О чем разговор? Или у него психика повернулась, эмоциональная сфера? Не надо, эмоциональную сферу надо под контролем держать, у нас для этого кора головного мозга имеется. Переживания, когда ты что-то почувствовал, это не обязательный и достаточно редкий подарок Бога, как все дары Духа Святого даются на пользу и созидание Церкви, как апостол Павел говорит.

Алла Митрофанова

— Не надо этих ощущений искать. Понятно.

Священник Антоний Лакирев

— В общем, да.

Алла Митрофанова

— Отец Антоний, евхаристический канон, который произносится в алтаре, вы говорите, что миряне все призваны к тому, чтобы участвовать в этой священнической молитве, что из себя представляет? Буквально в нескольких словах могли бы обозначить... хотела сказать, суть, но там всё суть.

Священник Антоний Лакирев

— Прям коротко. Хорошо, конечно. Мы будем с вами говорить о евхаристическом каноне Иоанна Златоуста. Еще есть канон Василия Великого, который совершается 10 раз в год и который значительно пространнее. Канон Василия — это потрясающий источник веры, мысли, богословия, и мы не будем о нем говорить. Канон Златоуста состоит из нескольких частей.

Алла Митрофанова

— Да, чаще служится просто.

Священник Антоний Лакирев

— Первая часть — это очень конспективное перечисление, за что мы Бога славим, благословляем — есть такое замечательное слово. Благословен Ты, Господи Боже наш. Начинается эта молитва: «Достойно и праведно», правильно Тебя петь, хвалить, благодарить, благословлять. В первую очередь, за Него Самого, за то, Какой Бог наш потрясающий, непостижимый, недоведомый — чудное славянское слово, в греческом синоним с непостижимым, но недоведомый меня всегда восхищает. Неизреченный, Бог потрясающий, не вмещается ни в наше сознание, ни в наше сердце. Его любовь безгранична. Мы Его благодарим за Него Самого. Это очень важная вещь. Ну а как иначе? Что, ты увидел, как прекрасен Бог и не заметил? А если заметил, как ты это выразил? Вот этим восхищением, этой молитвой. Мы благодарим Его за жизнь, которую Он нам даровал, прямо одной фразой: «Нас от небытия в бытие привел еси». Эта фраза короткая, мне всегда жалко, что она такая короткая. У Василия Великого чуть попространнее. Но это важная вещь: «Ты привел нас от небытия в бытие». Если бы не Он, если бы не Его желание, решение создать этот мир и нас, не было бы ничего. Мы благодарим Его за то, что Он нас не бросил, когда мы согрешили — потрясающая тоже мысль — и не отстал от нас, по-славянски «не отступил, вся творя», до тех пор, пока не возвел нас на небо. Вот не бросил, вот надо Ему. Казалось бы, зачем Ему вот это, то, что мы видим в зеркале? Не бросил, не отступил, творя всё, пока не возвел нас на небо. Обо всем этом, о том, что мы знаем и не знаем, о ведомых и не ведомых благодеяниях, бывших на нас, мы благодарим Бога, благодарим Отца, Сына и Святого Духа. Следующий момент, тоже чрезвычайно важный, когда все ангелы на небесах, вся Церковь Торжествующая на небесах, поют Богу те слова, которые слышал пророк Исайя в Иерусалимском храме: «Свят, свят, свят, Господь Саваоф». И мы тоже тоненькими голосочками, хиленькими, но подпеваем, поем эти же самые слова. Может кому-то показаться разговор о том, что мы участвуем в небесной хвале, приносимой ангелами и Торжествующей Церковью, излишне поэтичным, но это так. Они это поют, и мы поем в этот момент: «Свят, свят, свят Господь Саваоф». И пророк Исайя почти три тысячи лет назад в Иерусалимском храме, может быть, какие-то слабые отголоски из наших пений из наших сельских храмов тоже слышит. Это важный очень момент. Следующая часть, когда мы более конкретно благодарим, славим Бога за то, что Он дал нам Сына Своего, за то, что Он дал нам узнать Господа Иисуса, доверять Ему. Во Христе совершил всё предусмотренное о нас, «Еже о нас исполнив смотрение». Значит, речь идет о том, что Бог уже сделал всё, что надо, чтобы дать нам жизнь, всё, что надо, чтобы дать нам Царство прямо сейчас, потому что это пища Царства.

Алла Митрофанова

— Светлый вечер на Радио ВЕРА продолжается. Дорогие друзья, напоминаю, в нашей студии священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка. Говорим сегодня о евхаристии, сейчас о содержании евхаристического канона, который священником читается в алтаре, а все мы призваны участвовать в этой молитве. Отец Антоний, благодарение Богу, восхваление Бога, благодарность Ему за то, что дал нам возможность познакомиться со Христом.

Священник Антоний Лакирев

— Нас так возлюбил, «что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную». Мы исповедуем во Иисусе Сына Божьего, Которого Бог отдал, чтобы никто из нас, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Понятно, верующий в Него — это твой выбор, ты принимаешь или не принимаешь этот дар. Мы вспоминаем, как Иисус и велел, делайте так в память обо Мне. Он изменил чин пасхальный, так было принято у учителей того времени, чтобы это изменение вошло в традицию именно как то, что сделал Иисус. Взял хлеб, благословил, благодарил, преломил, дал святым Своим ученикам и апостолам и сказал: «Примите, ешьте». Вот мы вспоминаем эти Его слова, потому что в этот момент теперь это относится не только к апостолам, которые были в Сионской горнице, но это часть нашей жизни, нашей биографии. Он его и нам тоже протягивает, мы, как и они, с недоумением, со страхом и с радостью принимаем эту пищу. И дальше повторяются те же слова про Кровь Христову, подает Чашу после вечери говоря: «Имите, пейте».

Алла Митрофанова

— Во время евхаристического канона, когда идет эта молитва, происходит то самое пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы. Говорим, что невозможно Господа Бога регламентировать, но верим, что на литургии в ответ на нашу просьбу и на нашу благодарность Господь спускается на эти дары и они становятся Телом и Кровью Христовыми. Обещала я один случай напомнить, кто-то из наших слушателей наверняка в курсе. В 8-м веке было, во всяком случае, это то, что зафиксировано документально. В 8-м веке в городе Ланчано в Италии монах-священник, совершавший литургию в одном из храмов — по-моему, это главный даже храм города был, городок то небольшой, он древний, но небольшой — усомнился в какой-то момент, подходя в течение богослужения к евхаристическому канону, в том, что хлеб и вино пресуществляются милостью Божией в Тело и Кровь. И Господь ему открыл. На его глазах произошло чудо, из-за чего он и присутствующие с ним в храме были до глубины души потрясены. Увидели они не хлеб и вино, которые сохраняют свою форму, когда мы причащаемся, они увидели настоящую плоть и кровь человека прямо в Чаше. Для тех, кто говорит, что это же Запад, друзья, речь идет о 8-м веке, это несколько веков до великой схизмы. Итальянские земли — Италии тогда не было как единой страны — точно такие же православные, как и Византия, со своими особенностями региональными но это единое церковное пространство. У монаха в Чаше Тело и Кровь Господа. Надо сказать, что сохранили часть Тела и несколько капель Крови, которые свернулись в шарики, и сейчас эти пять шариков Крови и срез Плоти хранятся в Ланчано в музее. Всемирно известная реликвия, к которой приезжают молиться, в том числе, и православные христиане. Я ее, кстати, видела своими глазами. Исследования в 70-е годы очень масштабные проводились, было выявлено, цитирую сейчас ту информацию, которая на сайте azbyka.ru, то есть ресурс уважаемый в православной среде. «Плоть является фрагментом мышечной ткани сердца, содержит в сечении миокард, эндокард и блуждающий нерв, возможно, фрагмент плоти содержит также левый желудочек. Такой вывод позволяет сделать значительная толщина миокарда, находящаяся в тканях плоти. И плоть и кровь относятся к единой группе крови АВ, к ней же относится и кровь, обнаруженная на Туринской плащанице. Кровь содержит протеины и минералы в нормальных для человеческой крови процентных соотношениях. Ученые особо подчеркнули, более всего удивительно то, что плоть и кровь 12 веков сохраняются под воздействием физических, атмосферных и биологических агентов без искусственной защиты и применения специальных консервантов. Кроме того, кровь, будучи приведена в жидкое состояние, остается пригодной для переливания, обладая всеми свойствами свежей крови». Профессор Одоардо Линолди специалист в области анатомии, патологии, гистологии, химии, клинической микроскопии пришел к выводам, которые я сейчас озвучила, выводам через определенные исследования. Вот такая история из серии, вы можете в это не верить, по вере вашей да будет вам, мы все люди свободные, можно не верить в чудеса. Как вы к этой истории относитесь, отец Антоний?

Священник Антоний Лакирев

— Я с почтением отношусь к чуду в Ланчано. Хотя, конечно, нам, северным людям, трудно понять эту южную христианскую культуру, поэтому там нередко бывают какие-то вещи для нас смутительными, для тех людей это вполне нормально и естественно. Господь очень великодушный, и когда тебе не хватает веры, Он ее подтверждает иногда и такими чудесными способами. В целом лучше не искушать Господа Бога нашего. Это, во-первых. Во-вторых, в каждом конкретном случае Господь поступает по-своему. Тем не менее, да, эта история, наверное, для нас поучительна тем, что наша вера в реальность таинства — это не пустые слова. Православные с тех пор склонны считать такого рода вещи, скорее, искусительными, и в документах исторических такая точка зрения на Востоке христианского мира у православных преобладает. Если тебе что-то такое показалось, тебе приписывают остановиться, перестать совершать таинство, отойти немножко, прийти в себя, чтоб без экзальтации. Еще раз повторю, у нас культура северная, которая экзальтацию не воспринимает совершенно. Тем не менее, ну да, конечно, это Он Сам, Воскресший Иисус, Который не просто кажимость, не просто нечто воздушное, сотканное из искорок, какая-то фигурка, а воскресший Иисус с ранами на теле, это Он Сам, и Он Сам становится этим хлебом. Может быть, если бы мы понимали как следует и видели как следует это пресуществление, мы могли бы, мне кажется, этого просто не вынести. Поэтому Церковь предпочитает видеть это прикровенно. Но суть дела от этого не меняется: да, этот хлеб и это вино становятся Его Плотью и Кровью. Но это же потрясающе. Это же удивительное чудо, которое совершает Дух Святой. Мы Его об этом просим, мы просим, чтобы Он сошел на нас и «на предлежащие Дары сия» и это тоже, заметьте, чрезвычайно важная вещь. У Василия чуть по-другому, но речь у Златоуста не идет, что Ты приди, сделай это для нас чем-то другим, чем оно не является, а мы это будем есть. Нет. Мы призываем Духа на нас и на эти Дары, чтобы мы все вместе, вокруг этих Даров собранные, стали его присутствием, стали его Телом и Кровью, стали общиной Его друзей. Это чрезвычайно важно. Речь не только о том, чтобы что-то невидимое, непостижимое произошло с Дарами. Речь о том, чтобы что-то произошло с нашими сердцами.

Алла Митрофанова

— Отец Антоний, у нас буквально полторы минуты остается. Мне бы очень хотелось, чтобы мы с вами коснулись вопроса подготовки к евхаристии со стороны мирян. Люди, которые собираются причаститься. Есть определенные правила, есть евхаристический пост, не есть и не пить на протяжении, как минимум, шести часов. Особенно это актуально для тех людей, которые причащаются на ночных литургиях. Я знаю, что в больших городах есть храмы, в частности в Москве есть храмы, где не только на Рождество Христово, на Пасху или в новогоднюю ночь, но и в другие воскресения года тоже ночные литургии совершаются. Для людей, живущих в режиме «сова», это, кстати говоря, очень актуально. А есть молитвенное правило, причем есть канон к причащению и некоторое количество молитв, которое рекомендовано прочитывать. Можно взять на себя больше, можно еще три канона, Господу Иисусу Христу, Пресвятой Богородице и Ангелу Хранителю прочитать. Но здесь, что называется, «яко же можаху». Это всё правила, которые исполняются довольно легко. А вот что мы упускаем в момент подготовки к причастию чаще всего.

Священник Антоний Лакирев

— Как обычно, самое главное. Что касается правил, во-первых, надо помнить, что это в конце 18-го века всё придумано, и никакой древней глубокой традиции за этим нет. А сейчас у нас есть документ Священного Синода «О подготовки мирян к участию в евхаристии». Я не помню, какого он года.

Алла Митрофанова

— Не так давно он появился.

Священник Антоний Лакирев

— При святейшем патриархе Кирилле он появился. Очень полезный, внятный и здравый документ. Это всё понятно. Что мы упускаем? Мы упускаем возможность подумать в течение недели, пока ты готовишься, пока ты в течение недели вычитываешь эти молитвы и правила к предстоящему воскресенью, это не так принципиально. А принципиально подумать, что ты там будешь делать, на этой евхаристии, когда ты туда придешь. Вот вся церковь, в которую ты пришел, все твои братья и сестры, знаешь ты их или нет, благодарят Бога за то, Какой Он. Ты можешь в этом участвовать или для тебя эти слова ни о чем? К этому надо готовиться, подумать, соотнести со своей жизнью. Вот Христос даровал тебе жизнь, спас тебя, простил и не отступил, пока не возвел тебя на небо. Ты это видишь в своей жизни? Ты умеешь этому радоваться или ты только видишь тяготы, которые видны невооруженным глазом, потому что плохое мы видим сразу, а видеть правду, свет и любовь Божию надо учиться. В твоей жизни что это значит? Что для тебя Иисус, Которому ты придешь приобщиться? Это самое главное в подготовке.

Алла Митрофанова

— Спасибо вам огромное за этот разговор. Священник Антоний Лакирев, клирик Тихвинского храма города Троицка, был в нашей студии. Мы говорили сегодня о таинстве Евхаристии, и продолжим разговор от других таинствах Церкви в ближайшие дни на этой неделе. Я Алла Митрофанова. Прощаюсь с вами. До свиданья.

---

Все выпуски программы Светлый вечер

• «Византия от Юстиниана до иконоборчества». Дмитрий Казанцев
• «Свидетельство о вере». Иеромонах Геннадий (Войтишко)
• «Византия от Константина до Юстиниана». Дмитрий Казанцев

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов