Поделиться
Фото: kenny goossen / Unsplash
Жил когда-то в одном ауле богач по имени Измаил. Был он гордый, важный, жадный, второго такого поискать — не найдёшь.
Как-то раз поехал он после званого пира через лес один, без провожатого, свалился с лошади и упал в глубокую яму, которую охотники вырыли для диких зверей.
Сидит Измаил в яме и слышит со всех сторон рычание да шипение. А кто-то рядом с ним сидит, не видно в темноте. Стал он изо всех сил на помощь людей звать. А тут как раз мимо ехал крестьянин Расул. Услышал он крик, подбежал, срубил поскорее длинный шест, опустил в яму и говорит:
— Эй, кто там в беду попал? Хватайся крепче за шест — я вытащу!
Вдруг вылезает из ямы медведь. Посмотрел на Расула, да и убежал в лес. Удивился крестьянин:
— Вот так диво! Неужели медведь говорил по-человечески?..
Хотел он ехать дальше, а из ямы опять кто-то зовёт на помощь. Вернулся Расул к яме, опустил шест, глядь — а оттуда огромная змея вылезла и в траве исчезла.
Совсем перепугался крестьянин. Хотел бежать, а голос из ямы просит ещё жалобнее:
— Спаси меня и получишь в награду всё, что только пожелаешь! Я богач Измаил из ближнего аула.
Снова опустил Расул в яму шест, и наконец из ямы, вылез Измаил.
Отряхнулся он, взобрался на лошадь и поехал, даже не взглянув на своего избавителя.
Вернулся Расул домой и рот раскрыл от удивления: лежит у него во дворе целая гора дров. А рядом медведь сидит, который деревья в лесу наломал и принёс крестьянину в благодарность за спасение.
Подошёл Расул к двери, а на пороге змея лежит и подаёт ему драгоценный камень.
Обрадовался крестьянин. «Теперь у меня на всю зиму дрова есть, а камень я продам, и дочке хорошую свадьбу справлю».
Отправился он на базар. Как увидел золотых дел мастер драгоценный камень, так и затрясся от удивления — сокровищу цены не было. Стал он обвинять бедняка, что тот у кого-то украл драгоценность. Сбежались люди и повели Расула к судье.
Честно рассказал крестьянин, как он вытаскивал из ямы богача Измаила, а заодно вызволил зверей из беды, которые его отблагодарили.
Судья велел позвать Измаила, чтобы тот подтвердил слова Расула.
— Ничего такого не было — ни ямы, ни медведя, ни змеи, — заявил богач. — Этот камень крестьянин у меня украл, и за это его надо казнить.
— Если нет других свидетелей, отведите вора в темницу, — распорядился судья.
Но вдруг на судебном дворе народ стал разбегаться в разные стороны, и в воротах показался медведь, рядом с которым ползла огромная змея. Приблизившись к Измаилу, они начали на него рычать и шипеть, как тогда в яме...
Богач затрясся от страха и сознался, что оклеветал своего избавителя. Судья возвратил Расулу драгоценный камень, а богачу сказал: «Нельзя быть таким неблагодарным. Иногда даже у зверей можно поучиться отзывчивости и доброте».
(по мотивам осетинской сказки)
Все выпуски программы Пересказки
С. Лагерлёф «Путешествие Нильса» — «О душевной бодрости»
Поделиться
Фото: PxHere
Когда делаешь трудное дело, то и дело тянет передохнуть. Но насколько разумно в таком случае сбавлять обороты? В одном из эпизодов повести «Путешествие Нильса», шведская писательница Сельма Лагерлёф ставит такой вопрос. Домашний белый гусь Мартин однажды увидел, как над двором пролетают серые дикие гуси. Мартину захотелось полететь с ними. Он побежал, подпрыгнул и — взмыл в небо вместе со стаей. Гуси летели весь день. Мартину с непривычки было трудно, и гуси к вечеру сообщают своей предводительнице Акке:
— Белый гусь не может лететь так высоко!
Акка отвечает:
— Он должен знать, что летать быстро легче, чем летать медленно! Летать высоко легче, чем летать низко!
Странные слова. Казалось бы, всё наоборот. Разве делать что-то быстро легче, чем медленно? Но Акка знает, что говорит.
Секрет в том, что истинная лёгкость рождается не из экономии, а из полноты действия. Недаром преподобный Паисий Святогорец, подвижник двадцатого столетия, рассуждая о духовной жизни, замечал, что для неё необходимы напор, порыв, мужество и храбрость в борьбе с грехами.
Почему преподобный Паисий так говорил? Дело в том, что решимость, духовная отвага как раз и освобождают от тяжести своеволия, от рабства своим нерадению и небрежению. Приводя к жизни цельной, осмысленной, они окрыляют.
Так и случилось с Мартином. В первый день полёта ему нелегко было воспринять слова Акки, но — постепенно его крылья набирают силу, и вскоре он уже наравне с прочими держится в стае.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Василий Верещагин. «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского»
Поделиться
— Андрей Борисович, здравствуйте! Тоже решили сегодня провести утро в библиотеке?
— Маргарита Константиновна! Рад неожиданной встрече!
— Я вас давно заметила, просто не хотела мешать. Вы были так увлечены чтением.
— Да вот, погрузился в книги по древнему зодчеству. Планирую на днях отправиться в небольшое путешествие. Давно хотел увидеть деревянные храмы. Знаете, которые, как говорят, без единого гвоздя...
— Замечательные планы! Кстати, буквально на днях я смотрела передачу про Василия Верещагина. Художника тоже притягивали памятники деревянного зодчества. В 1884-м году он отправился в путешествие по городам и сёлам Русского Севера. Из этой поездки художник привёз несколько десятков полотен, где запечатлел старинные бревенчатые церкви.
— Интересно, не был ли случайно Верещагин в селе Богослов? Это совсем рядом с Ростовом Великим, который часто называют «воротами Русского Севера». В селе, о котором я говорю, находится деревянная церковь апостола Иоанна Богослова конца 17 столетия. Я как раз только что о ней читал.
— Да, Василий Васильевич там побывал. Он видел этот храм, и перенёс на холст красоту его внутреннего убранства. Работа хранится в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга. Называется она «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского».
— Да-да, Ишня — это река, на которой стоит село. А Ростовом Ярославским раньше часто именовали Ростов Великий. Кстати, так по сей день называется железнодорожная станция, расположенная в городе. Впрочем, чтобы добраться оттуда до Богослова, поезд точно не понадобится. От Ростова село всего в полутора километрах. Можно дойти пешком. Жаль, что до Петербурга из Москвы так быстро не добраться... А очень хотелось бы сейчас посмотреть на это полотно Василия Верещагина!
— Мы с вами прямо сейчас можем зайти на сайт музея и найти картину там.
— Уже нашёл, Маргарита Константиновна! Перед нами фрагмент древнего иконостаса. В полумраке деревянных сводов храма мерцает золото и серебро иконных окладов и лампад. Лики святых художник прописал в общих чертах. Однако образ, который ближе всего к зрителям, легко узнаваем — это Пантократор, Спас Вседержитель.
— Рядом с иконостасом стоят аналои — иконные столики — украшенные покровами из парчи́. А в самом центре полотна — золотые Царские врата. Художник запечатлел их изысканный резной узор, который удивительно гармонирует с простотой тесовых стен церкви. Верещагин живо и реалистично передал особенную атмосферу деревянного храма.
— Да, что называется — эффект присутствия! На секунду мне представилось, что я уже там, в Богословском храме, и вижу всё своими глазами!
— Василий Верещагин к этому и стремился. Ведь он ездил не просто посмотреть на памятники церковной старины, а хотел привлечь общественное внимание к проблеме их сохранения. Во второй половине 19-го столетия, когда жил художник, из-за ветхости деревянные храмы часто попросту сносили, взамен строили каменные. Поэтому на своих полотнах он старался максимально точно запечатлеть натуру.
— Чтобы все смогли увидеть величие деревянных церквей и понять — эту древнюю красоту нужно беречь.
— Полотна, которые художник создал во время путешествия1884 года, до сих пор помогают реставраторам и искусствоведам в их работе. И Богословский храм поны́не стоит на своём месте. Правда, почти всё внутреннее убранство, которое Верещагин запечатлел на картине, находится сегодня в экспозиции музея-заповедника «Ростовский кремль». Принадлежит музею и сама церковь, хотя Богослужения в ней совершаются.
— Маргарита Константиновна, судя даже по одной вот этой картине — «Иконостас церкви Иоанна Богослова на Ишне близ Ростова Ярославского» — Верещагина его поездка впечатлила?
— Да! Василий Васильевич писал в своих заметках, которые изда́л по возвращении домой, что в тех краях, где он побывал, тихо, спокойно, и пахнет родной стариной.
— Как я рад, что и мне вскоре предстоит вдохнуть этот воздух!
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Храм Успения Богородицы (село Богородицкое, Липецкая область)
Поделиться
В тридцати километрах севернее Липецка есть старинное село Богородицкое. С одной стороны его огибает студёный ручей Мартынчик, с другой — река Воронеж. Встречаясь, они образуют Богородицкое озеро. В 1625 году это живописное местечко царь Михаил Романов пожаловал в награду за службу московскому дворянину Богдану Плещееву. Помещик построил на берегу озера деревянную церковь. Её освятили в честь праздника Успения Богородицы.
Согласно историческим документам, приход храма составляли в основном солдатские семьи. Это неудивительно, ведь в нескольких километрах от села Богородицкого проходила Белгородская засечная черта. Так называлась линия укреплений, созданная в первой половине семнадцатого века для защиты южных рубежей России от набегов кочевников. Солдаты несли охранную службу и всегда были готовы с оружием в руках встретить неприятеля.
В конце семнадцатого столетия жители села Богородицкого участвовали в подготовке военных походов Петра Первого против Османской империи. На небольших верфях на реке Воронеж они строили струги — парусно-гребные суда, которые затем сплавляли на Дон, для осады турецкой крепости Азов. Многие солдаты из Богородицкого села отправились тогда на войну.
После Азовских походов Петра Первого Белгородская засечная черта утратила своё стратегическое значение и служивые люди стали жить земледелием. Большинство из них имело статус однодворцев, то есть, занимали промежуточное положение между крестьянами и помещиками. Сами себя однодворцы называли «лапотными дворянами». У них была свобода, но не было особого достатка. Об Успенском храме они заботились как могли — ремонтировали, подновляли. Но к середине девятнадцатого века деревянное здание окончательно обветшало. И небогатые сельчане совершили почти невозможное — всем миром собрали сумму, необходимую для строительства нового, каменного храма.
В восьмидесятых годах девятнадцатого века церковь Успения Богородицы расписали. И роспись эта уникальна! На внутренней западной стене храма иконописец воспроизвел картину художника Василия Поленова «Христос и грешница». Это полотно, написанное в 1888 году, вызвало бурное обсуждение в Санкт-Петербурге. Живописца упрекали в том, что он изобразил Иисуса Христа излишне реалистично, как простого человека. А неизвестный мастер в селе Богородицком словно дал ответ критикам. Он написал икону по мотивам работы Василия Поленова, представив на ней Спасителя в полном соответствии православным канонам — с нимбом над головой и надписанием.
Этот феномен церковной живописи чудом сохранился до наших дней. В советское время Успенский храм, как сотни других в России, претерпел немало бед. После революции 1917 года под его сводами устроили сначала клуб, а затем склад. Потом много лет здание стояло заброшенным и к концу двадцатого века лишилось кровли, окон и дверей. Но в начале двадцать первого века православные восстановили церковь Успения Божией Матери и в летописи села Богородицкого открылась новая светлая страница!
Все выпуски программы ПроСтранствия
