Псалом 61. Богослужебные чтения

Поделиться

61-й псалом, который сегодня читается в храмах за богослужением, имеет очень интересные и непохожие друг на друга переводы на разные языки своего первого стиха. Давайте сначала послушаем весь псалом — а потом поразмышляем над причинами разных переводов.

Псалом 61.

1 Начальнику хора Идифумова. Псалом Давида.

2 Только в Боге успокаивается душа моя: от Него спасение моё.

3 Только Он — твердыня моя, спасение моё, убежище моё: не поколеблюсь более.

4 Доколе вы будете налегать на человека? Вы будете низринуты, все вы, как наклонившаяся стена, как ограда пошатнувшаяся.

5 Они задумали свергнуть его с высоты, прибегли ко лжи; устами благословляют, а в сердце своём клянут.

6 Только в Боге успокаивайся, душа моя! ибо на Него надежда моя.

7 Только Он — твердыня моя и спасение моё, убежище моё: не поколеблюсь.

8 В Боге спасение моё и слава моя; крепость силы моей и упование моё в Боге.

9 Народ! надейтесь на Него во всякое время; изливайте пред Ним сердце ваше: Бог нам прибежище.

10 Сыны человеческие — только суета; сыны мужей — ложь; если положить их на весы, все они вместе легче пустоты.

11 Не надейтесь на грабительство и не тщеславьтесь хищением; когда богатство умножается, не прилагайте к нему сердца.

12 Однажды сказал Бог, и дважды слышал я это, что сила у Бога,

13 и у Тебя, Господи, милость, ибо Ты воздаёшь каждому по делам его.

В русском синодальном переводе первый стих звучит так: «Только в Боге успокаивается душа моя: от Него спасение моё». Открываем церковно-славянский текст: «Не Богу ли повинется душа моя? от того бо спасение мое». Как вам разночтение? В русском — «успокаивается», в славянском — «повинуется». Вроде бы как совсем не об одном и том же, не так ли?

Очень интересным видится перевод, сделанный архиепископом Амвросием (Зертис-Каменским) в середине XVIII века: «Точию пред Богом молчание [да будет] [тебе] душе моя! от Того бо спасение мое». А вот как поэтически переложил этот стих священник Гавриил Пакацкий: «Не Богу ли в повиновенье Предаться должен ты, мой дух! Не той ли даруя спасенье, Возвеселит мой взор и слух?»

Если попробовать подытожить всё вышеизложенное, то главный смысл этого стиха можно передать так: только перед Богом моё сердце может спокойно помолчать. И это молчание — «беременно надеждой»; оно не пассивно, оно рождается не от пустоты или обречённости, а, напротив, от глубокой веры и спокойного ожидания спасения. И вот именно в этой точке смыкаются наконец-то «успокоение» и «повиновение»: человек вручает всего себя целиком водительству Божественной воли, и через это «отпускание» себя успокаивается: так преодолевается кажущаяся двойственность между Божественной силой и Божественной милостью — упоминанием которых и завершается 61-й псалом.

В завершение мне хотелось бы привести мысли блаженного Августина из его «Комментариев на Псалмы» именно об этой кажущейся двойственности: «Два основания — сила и милость. Поймите Божью силу, и поймите Божью милость. Этими двумя охватывается почти всё Писание. Его силу — бойтесь; Его милость — любите. Не надейтесь на милость так, чтобы презреть силу; и не бойтесь силы так, чтобы отчаяться в милости».

Псалом 61. (Русский Синодальный перевод)

Псалом 61. (Церковно-славянский перевод)