Поделиться
Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
Рим., 79 зач. (от полу́), I, 7-12.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Какую роль на моём пути к Богу должны играть другие верующие люди? В какой степени я могу впустить их в свою жизнь? Достаточно ли просто их знать по именам и здороваться при встрече? Ответ на эти вопросы содержится в отрывке из 1-й главы послания апостола Павла к Римлянам, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 1.
7 всем находящимся в Риме возлюбленным Божиим, призванным святым: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.
8 Прежде всего благодарю Бога моего через Иисуса Христа за всех вас, что вера ваша возвещается во всем мире.
9 Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас,
10 всегда прося в молитвах моих, чтобы воля Божия когда-нибудь благопоспешила мне прийти к вам,
11 ибо я весьма желаю увидеть вас, чтобы преподать вам некое дарование духовное к утверждению вашему,
12 то есть утешиться с вами верою общею, вашею и моею.
Перед нами вступление послания апостола Павла к христианам города Рима. Помимо стандартных приветственных формул, которые мы можем увидеть и в других письмах апостола, здесь говорится об очень неформальном и личном. Апостол благодарит Бога не только за то, что благодаря римским христианам вера распространяется по империи. Он наполнен благодарностью за то, что Господь дал ему этих людей. Ведь он ощущает с ними подлинное единство. Переживает его на самом глубинном, духовом уровне. Поэтому и пишет он, что постоянно вспоминает о них, поэтому и просит Бога устроить их встречу.
Чувства апостола можно понять. Мир языческого Рима был далеко не монолитным. В религиозном отношении он напоминал огромный котёл, в который свалили всё, что под руку попалось. Найти в этом компоте единомышленников было не так-то просто. Если это удавалось, то это было действительно подарком Неба, великой отрадой и утешением. Поэтому и пишет апостол, что желает утешиться общей верой вместе с ними. Он мог не только делиться с этими людьми своим духовным опытом, но и получать через них необходимую для своей миссии поддержку.
Во многом наша ситуация отлична от той, в которой жили первые христиане. Даже с неверующими и некрещёными людьми мы можем говорить о главном на общем языке просто по факту того, что все выросли и воспитаны в европейской культурной традиции. А это традиция, которая в своей основе имеет Евангелие. Наш мир — это в целом мир христианский. Однако в каком-то смысле и мы сейчас находимся в ситуации апостола. Ведь даже если мы разделяем с человеком общие ценности, даже если у нас общие представления о Боге, это не означает, что мы единодушны. Бывает, что мы годами ходим в храм, а людей, которые нас окружают, едва ли знаем по именам. Да и они особо нас не примечают. В этом смысле мы одиночки. И это не норма церковной жизни. Не норма, что мы не можем найти тех, с кем могли бы сблизиться так, как сближаются люди в детстве и юности. Но чтобы это уже было не просто беззаботное времяпровождение, а новое единство, на основе общей веры во Христа, скреплённое силой церковных таинств.
Поэтому счастлив тот, кто может подобно апостолу Павлу искренне, от всего сердца поблагодарить Бога за то, что Тот помог ему найти своих. Тех, кто принимает нас безусловно, такими, какие мы есть. И кого мы принимаем таким же образом. Тех, к кому я хочу вернуться, чтобы поделиться своими достижениями, своими неудачами, своим духовным опытом и получить поддержку и духовный опыт самому. В таком единстве Бог открывается полноценно и действует беспрепятственно. Как Сам Он говорит, «где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них». И это есть Церковь, Тело Христово. И спасаемся мы, лишь будучи участниками этого Тела. А потому каждый из нас призван такое единство найти. Для полноценной духовной жизни — это вопрос принципиальный. Всё, что для этого требуется, — молить об этом Спасителя и прилагать к этому поиску собственные усилия.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
15 сентября. «Золото кленовой листвы»
Поделиться
Фото: Lauri Poldre / Pexels
Незабываемо шествие по мягко шуршащему под ногами кленовому золотистому ковру, когда ты чувствуешь себя едва ли не античным царём Мидасом, который превращал в золото всё, к чему бы ни прикасался. Но что́ тленные сребро и злато для христианина, искупленного драгоценной Кровью Христовой и обретшего свет благодати Господней в своём сердце? Настанут, по удостоверению Святых Отцов, такие дни на земле, когда золото, как никому не нужное, будет лежать под ногами; и единственно благодать Духа Святого, словно небесная манна, будет питать верные Богу души, храня их от обольщений антихристова времени. Давайте же дорожить нашим небесным сокровищем, хранить и умножать его, всегда пребывая в покаянии и молитве!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 сентября. О значении появления новых храмов
Поделиться
13 сентября в праздник перенесения мощей благоверных князя Петра и княгини Февронии Муромских Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в новоосвященном храме в честь иконы Божией Матери «Седмиезерная» в подмосковных Мытищах на территории Федерального научного центра гигиены имени Ф.Ф. Эрисмана.
На проповеди Его Святейшество говорил о значении появления новых храмов.
То, что сегодня происходит на земле русской, особенно в граде Москве, многие за рубежами нашего отечества, в том числе и в традиционных христианских странах, не могут понять. В богатом, просвещённом Западе, особенно в Западной Европе, сегодня храмы либо закрываются, либо перепрофилируются, в лучшем случае в мечети, там хоть Богу молятся, а в худшем случае — в увеселительные заведения.
Удивительно, никаких протестов, никаких демонстраций. Где-то права кого-то нарушились, борьба идёт, а храмы закрывают — никакой борьбы нет. Я не могу себе представить, чтобы в России, когда закрывали храмы, вот так бы народ реагировал. Ведь сколько было мучеников, исповедников именно потому, что они не боялись смерти, защищая храмы.
Вот это всё —результат нашего исторического пути. Я уже говорил когда-то о том, что я из семьи тех, кто очень пострадал. Дед мой прошёл 47 тюрем и 7 ссылок, имея 7 человек детей. Вот когда его последний раз арестовывали, бабушка уже не выдержала и сказала: «На кого ж ты нас оставляешь, ну что ж ты делаешь с нами?» И он сказал удивительные слова: «Я ведь не из-за нарушения закона иду, не потому что я преступник, а я за Христа пострадаю. Волосы не упадут с вашей головы, и никто из вас не умрёт от голода». Точно так всё и произошло.
Радость, которая сегодня наполняет сердце. При каждом освящении нового храма, когда я вижу в храмах людей разного возраста, современных совершенно людей, не просто как в советское время тыкали пальцем и говорили: «Да у вас одни старушки-пенсионеры». Вообще благодарить надо, потому что старушки оказались сильнее советской власти. Они пронесли веру в Бога, воспитали своих детей и внуков, и благодаря тем старушкам мы сегодня с вами здесь.
Но сегодня уже другой народ, и это свидетельствует о том, что вера православная действительно обновила души и сердца наших людей. И поэтому каждое освящение храма, нового храма в московском мегаполисе является не просто замечательным историческим событием, а великим литургическим праздником, подобным двунадесятому празднику.
Вот дай Бог, чтобы милость Божия пребывала с каждым и помогала каждому на его жизненном пути. Аминь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 сентября. О евангельских мотивах в искусстве
Поделиться
О евангельских мотивах в искусстве — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Бывает так, что произведение искусства впервые как красоту открывает человеку Бога, например, икона. Человек, который занимается живописью, приходит в Третьяковскую галерею и видит там «Спас Нерукотворный Новгородский». И он понимает, что эту красоту нельзя выдумать, что человек, который писал безымянную эту икону, или «Деисус» Андрея Рублёва возле Звенигородского чина, да, вот, или другие иконы, он понимает, что этот человек знал что-то о красоте, которая никогда не заканчивается, что-то такое, что я тоже теперь хочу узнать. Человек приходит к вере.
Бывает, что человек, любящий, допустим, Осипа Мандельштама, вдруг слышит слова: «Я христианство пью, холодный горный воздух», или: «И Евхаристия, как вечный полдень длится». И человек: что такое? А почему для Мандельштама этот воздух, вот в отличие от отравленного воздуха города, настоящий, чистый? А что такое Евхаристия?
Или он читает Пастернака: «Всю ночь читал я твой завет, и как от обморока ожил». Дайте-ка я тоже почитаю Новый Завет. Если уж Пастернак пришёл в такое состояние.
Или он читает Ахматову, «Реквием», и понимает, что когда Лев Николаевич Гумилёв, её сын, каждый день может быть расстрелян, 10 лет без права переписки, она это знает. А человек может уже не быть давно, но она стоит там вместе с другими женщинами у «Крестов», у знаменитой питерской тюрьмы, да, и пишет стихи «Реквием». Она обращается к страданию матери Божией.
«Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел».
И вот человек становится глубочайшим образом верующим через осмысление своего страдания при обращении к распятию Христа и плачу Матери Божией.
Поэтому, конечно, произведение искусства, когда их автор является авторитетом для зрителей или слушателей, или там человек слушает «Страсти по Матфею», говорит: «Дай-ка я почитаю, что это такое». Открывает Евангелие от Матфея и начинает читать о страданиях Христа. Они могут очень помочь нам в проповеди людям и в обретении веры в Господа Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
