Поделиться
Я выросла в семье священника. С детства вместе с родителями молилась каждый день утром и вечером... Молитвенное правило стало для меня обязательным, постоянным, но не всегда живым. Иногда читала его для галочки.
Много лет спустя, когда я сама стала мамой, произошел случай, изменивший мое отношение к молитве.
Летом наша семья старалась провести хотя бы несколько недель у моих родителей — иерея Стефана и матушки Анны. Они жили в собственном доме почти на самом берегу Днепра. Домик небольшой, очень уютный. На первом этаже — папина комната и веранда. А на втором — мамина и две для нас.
Мой муж, тоже священник, обычно привозил нас и спустя несколько дней уезжал обратно служить на своем приходе. Мы с детьми оставались, погружались в уютную и душевную атмосферу родительского дома и по-настоящему отдыхали. Свежие овощи с маминого огорода, ее фирменный украинский борщ. А еще — папин виноград.
В возрасте пятидесяти лет мой отец стал инвалидом, но это не помешало ему и дальше быть активным, служить Богу и людям, поддерживать хозяйство. На небольшом участке возле дома он разводил виноград.
Каждый вечер все вместе ужинали во дворе, в тени этого самого винограда, за столом, сделанным папой собственными руками.
И вот, в один из таких вечеров случилось непредвиденное. После ужина, укладывая сына спать, я почувствовала, что его лоб — очень горячий.
На тот момент Коле был всего годик, но он уже успел побывать на грани жизни и смерти. Родился раньше срока, а в возрасте пяти месяцев пережил тяжелейшую анемию. Тогда врачи его спасли, но иммунитет у ребенка сильно ослаб. И вот, Коля снова серьезно заболел!
Вызвали скорую. Нас увезли в инфекционное отделение. Через шесть дней сын пошел на поправку, и его отпустили домой. Но успокоились мы рано. Через пару дней опять подскочила температура. И мы снова оказались в больнице.
Хотя врачи и делали все возможное, лечение не приносило результата. Спустя две недели на больничной койке лежал сильно исхудавший малыш, который угасал с каждой минутой. Мое материнское сердце разрывалось от боли. Вся наша семья усиленно молилась. Мы просили молитв у всех, кого знали. Мой папа наложил на себя строгий пост, постоянно читал акафисты, позвонил правящему архиерею, который обладал особой добротой сердца и ревностью в служении Богу. Папа попросил и у него помолиться об исцелении малыша.
На следующий день владыка вознес молитвы о моем мальчике на Литургии. К середине дня температура у Коли начала снижаться. Ребенок попросил есть. С этой минуты Коля стал стремительно идти на поправку. Вскоре нас выписали.
Вечером дома, уложив ребенка спать, я подошла к иконам и дала волю своим чувствам. Слезы так и катились. Мое платье стало мокрым. Я всем сердцем благодарила Бога!
В те дни я увидела и прочувствовала живую, горячую, настоящую молитву, которая должна быть у человека. Не просто формальное вычитывание, как это было у меня в юности, а именно такая молитва — горящая!
Господь через разные события ведет нас к Себе. Я запомню на всю жизнь людей, которые молились об исцелении моего сына. Папин строгий пост. Горячий молитвенный отклик владыки. Соборную сердечную молитву! Она была услышана и исполнена. Мальчик выздоровел. Ведь Господь Сам сказал: «Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них».
Радость от близости Господа и Его мгновенной помощи преображает душу. Но как сохранить эти перемены? На мой взгляд, выход в том, чтобы помнить такие события! И не переставать благодарить Бога!
Автор: Юлия Узун
Все выпуски программы Частное мнение
21 июня. «Чайка над морем»
ПоделитьсяВнимательно мы следим за полётом белокрылой чайки, парящей над взморьем, словно играющей с порывами ветра и грациозно опускающейся на воду, чтобы затем мирно покачиваться в прибрежных волнах. Кажется, морская стихия и чайка созданы друг для друга, поэтому их так любят изображать художники-маринисты. Но птица, которая крестовидно раскинула белоснежные крылья и реет над морской гладью, — это и образ христианской души. Главное для нас — пребывать в Божией благодати, возносящей сердца над низменными страстями; главное — не складывать крыльев молитвы; а если и случится опуститься на волны, ради исполнения земных обязанностей, то должно держаться на их поверхности, то есть не погружаться умом в житейские треволнения.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
В сетях себялюбия. Виктория Галкина
Поделиться
Однажды вечером по пути с работы у меня появился повод задуматься об эгоизме. А часто ли я выхожу за границы своей зоны комфорта? Не на словах, а реально — делаю что-то для другого, жертвуя этим своим комфортом?
Я сидела в автобусе, держала сумку на коленях. Рядом встала пожилая женщина с тяжёлыми пакетами. Очевидно — надо уступить. Но первая мысль, которая появилась в голове: «У меня спина болит и я так устала...» Вторая мысль обожгла стыдом: «Господи, да что со мной? Эта женщина намного старше, сумки тяжелее моей, а судя по тому, как ссутулилась, она и устала больше моего». Я пересилила себя и встала со словами: «Присаживайтесь, пожалуйста». Женщина улыбнулась, поблагодарила и грузно опустилась на сидение. Я сделала дело не для себя. Такое маленькое...
Вспомнилось, как вчера я отмахнулась от звонка подруги, когда той нужно было выговориться. Ответила: «Не сейчас, у меня дела». А сегодня она прислала сообщение, с сарказмом и обидой написала: «Спасибо, что выслушала вчера...». Эта досада подруги ударил по моей совести. Я представила, как она стояла с телефоном у уха, ждала ответа. А я просто увильнула от разговора, даже не задумавшись, что это может быть важно для подруги.
В голове всплыла фраза из Священного Писания: «Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других». И я задумалась: а где граница между заботой о себе и эгоизмом?
Если я отказываюсь идти на встречу с подругой, потому что после пяти рабочих дней чувствую эмоциональное выгорание и знаю: ещё один насыщенный разговор лишит меня сил на завтра — это забота, необходимая для того, чтобы завтра я могла действовать или малодушие? Возможно, я уклоняюсь от разговора о её расставании с женихом, потому что страшно соприкоснуться с чужой болью?
Вечером перед сном я открыла молитвослов. Прежде, чем произнести первые слова молитвы, вспомнила прошедший день: женщина в автобусе, горькое сообщение от подруги, мои отговорки: «нет сил», «я не обязана», «это не моё дело». Сейчас, в тишине, они показались мне жалкими.
И я стала молиться: «Господи, научи различать, где ощущение бессилия — это просто лень, а где — реальная нужда организма в отдыхе. И помоги не прятаться за словами: "я не могу", когда на самом деле: "не хочу", не прикрываться своими границами, когда кто-то нуждается во внимании».
Я закрыла глаза и представила: вот я снова в автобусе, вижу ту женщину и на этот раз не думаю о спине, не ищу оправданий, встаю и сразу говорю: «Присаживайтесь». Или звонит подруга, а я не смотрю на часы, не вздыхаю, не откладываю разговор, просто отвечаю: «Расскажи».
Господи, помоги правильным мыслям приходить первыми! Помоги победить эгоизм.
Я включила компьютер и стала искать, что об эгоизме говорили святые отцы. И вот какие слова преподобного Паисия Святогорца отозвались у меня в душе: «Когда уязвляют твой эгоизм, не надо спешить к нему на помощь. Оставь его, пусть себе умирает. Если эгоизм умрёт, то душа воскреснет».
Я почувствовала, что в этих словах для меня — ключ. Выходит, борьба с себялюбием — это не борьба с собой, а освобождение себя от сетей, которые мешают любить по‑настоящему.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
21 июня. О воцерковлении детей
Поделиться
О приобщении детей к вере, — клирик храма Святителя Филиппа Московского в Севастополе священник Андрей Костенко.
Главная ошибка — оттащить ребёнка в храм силой. Святитель Иоанн Златоуст предупреждал: «Дитяти нужны не принуждение и побои, но наставление и закон». Что советуют православные педагоги? Первое — начинайте с себя. Ребёнок не слышит слов, он видит. Мама с папой радуются воскресенью или тяготятся службой.
Второе — постепенность. Не требуйте стоять всю литургию. Зайдите в храм, постойте у иконы, поставьте свечку, подышите на улице — это нормально. Лучше 5 минут с душой, чем 2 часа с мучением.
Третье — создавайте радостные ассоциации. После службы — вкусный завтрак, маленький подарок, прогулка. Сама Библия велит: «Воспитывай юношу в начале пути его, он не уклонится от него, когда и состарится».
И последнее — не бойтесь вопросов «а почему?». Честные ответы лучше, чем «потому что надо». А если не знаете, скажите: «Давай спросим у батюшки вместе». Тогда вера станет не обязанностью, а жизнью.
Все выпуски программы Актуальная тема:
