
Меня дважды несправедливо уличали в воровстве — и оба раза в магазине, и оба раза подозревали, что я стянула с прилавка шоколадку. Первый раз меня, первоклашку, остановили на кассе и заставили вывернуть карманы и показать содержимое портфеля, потому что перед этим я долго рассматривала красивые обёртки в отделе самообслуживания, да так ничего и не купила. Я не сразу сообразила, чем продиктовано столь строгое внимание со стороны взрослой тёти, а когда поняла — жгучая обида затопила меня изнутри, и я побежала домой со всех ног, желая донести свои слёзы до бабушки — она утешит, и будет хорошо. Я ведь и сама — хорошая! Ну разве ж со мной так можно? Разве можно оскорблять меня этим диким подозрением — в воровстве?
История повторилась через много лет, когда меня вновь остановили на кассе и попросили показать, что именно носила я по торговому залу в цветном пластиковом пакете. А была там только большая шоколадка, купленная в другом месте. При проверке кассовый аппарат почему-то прочитал эту шоколадку, как родную, то есть — определил как товар со склада именно этого супермаркета. Все мои объяснения не имели никакого значения ни для охранника, ни для кассира. Тут бы осознать, что не зря ниспослана мне ситуация, что именно сейчас я сдаю экзамен — на смирение, на умение с миром принимать всё, что приходит, — но куда там: захлестнула обида. Та самая, из детства: я же хорошая, да как вы вообще подумать можете, ведь это же — я!.. А вокруг уже столпились любопытные, всё больше знакомые — соседи, мамы малышей, с которыми я общаюсь, гуляя с детьми во дворе... Позор какой! Да ещё и ни за что!
Я не стала платить за шоколадку второй раз и в слезах убежала домой. Моя пятнадцатилетняя дочь тут же подхватилась и помчалась в магазин сражаться за маму и восстанавливать справедливость. То ли она обаяла охранника, то ли нашла какие-то весомые аргументы — но вернулась с победой. И с шоколадкой: «На, мам, всё нормально!».
Только вот на душе у меня легче не стало. Потому что экзамен я — провалила. Успокоившись, поняла: попросив прощения за несоядеянный грех, достойно приняв обвинения, переступив через своё оскорблённое «я», могла бы обрести что-то куда более утешительное, чем кондитерское изделие в ярком фантике. Это был бы маленький шажок ко Христу.
Ко Христу, Который добровольно принял страшные страдания, взошёл на крест, будучи безгрешным абсолютно. Ради нас, ради меня. Разве ж по справедливости Он страдал? Нет. Только лишь — по любви. К нам, недобрым, обидчивым, и ко мне в том числе. А я — да разве ж безгрешна? Ну, не ворую. А в остальном? Борясь за справедливость, злясь на обвинителей и оправдываясь, я сочеталась не Христу, а миру сему, увы. И награду получила — мирскую. Шоколадка... Ам — и нету. «Царствие Мое не от мира сего есть», — говорит Спаситель. И утешения Его — бесценны, их через кассовый аппарат не проведёшь.
Автор: Наталья Разувакина
Все выпуски программы Частное мнение
Воспрещён и запрещён — в чём разница?

Фото: Petra Reid / Unsplash
Запреты — явление распространённое и даже привычное. С детства, мы сталкиваемся с ограничениями: не беги, прекрати кричать, стой на месте, не лезь в лужу.
С одной стороны, без запретов невозможно, а с другой, иногда для приятного общения лучше бы заменить ограничения на пожелания и советы. Например: «Давай будем говорить тише» или «Просим не пользоваться выходом». Немного иначе обстоит дело с общественным порядком в людных местах. Тут без запретов не обойтись. И чтобы они воспринимались серьёзно, помимо штрафов используются специальные стилистически окрашенные фразы. К таким относятся сочетания со словами «воспрещён» или «воспрещается». Приставка «вос» имеет книжный оттенок. Она зачастую придаёт слову возвышенный тон: воспрял, воспел, воспарил, восславил. В Евангелии встречается слово «восклонился», что означает «поднялся, выпрямился». Слово «воспрещён» необычно для обиходной речи, стилистически ярче окрашено, более официально, поэтому мы подсознательно реагируем на него эмоциональнее, чем на нейтральное «запрещён». Ограничение можно выразить иначе, например, словом «закрыто», однако выражение «проход воспрещён» имеет статус непререкаемости.
Более нейтральный глагол «запрещается», как правило, не вызывает такого эмоционального отклика — это просто регламентирующее слово.
Ограничительные фразы мы зачастую используем и в общении с окружающими: «Я запрещаю тебе играть на компьютере». Или: «Я запрещаю тебе трогать мои вещи». Но вряд ли кто-то из нас скажет: «Я ВОСПРЕЩАЮ включать радио».
Да и вообще объяснить собеседнику, что вы чего-то не хотите, можно другими, более мягкими способами.
Все выпуски программы: Сила слова
Пусть 60 детей с тяжёлым нарушениями продолжат реабилитацию

«Мама, деда, Нина», — это одни из немногих слов, которые может произнести Матвей, хотя ему уже 7 лет. У мальчика врождённый порок развития мозга и тяжёлые двигательные нарушения. Он живёт вместе с мамой, бабушкой и дедушкой. Несмотря на свои физические и умственные особенности мальчик стремится быть активным и участливым к своим близким. Например, каждый вечер заботливо напоминает дедушке, что нужно закапать глаза. Семья старается многому научить Матвея, чтобы он стал более самостоятельным. Мама помогает сыну то кашу мешать, то салат делать. Вместе они режут овощи, затем выкладывают их на тарелку и поливают маслом. Матвей довольно смеётся. Это его любимый салат, который он готовит уже почти что сам.
Несколько лет назад мама узнала о Центре реабилитации Марфо-Мариинского медицинского центра «Милосердие» в Москве. Именно здесь она обрела надежду на то, что Матвей сможет освоить многие навыки и движения.
Мальчика взяли в длительную программу реабилитации. Каждую неделю в центре с ним занимаются разные специалисты, и Матвей понемногу развивается. Теперь он уверенно сидит на стуле, осваивает общение, учится удерживать ложку, хорошо жевать, уверенно управлять руками и двигаться в ходунках. Ребёнок стал гораздо активнее, пытается играть вместе с бабушкой в пинг-понг на детской площадке.
На сегодня таких особенных подопечных, как Матвей, в Марфо-Мариинском центре реабилитации — 60. Каждый из них стремится быть в чём-то независимым от родных: свободно играть на детской площадке, общаться, пить компот из любимой кружки и много чего ещё.
Поддержать детей с тяжёлыми нарушениями и подарить им возможность посещать занятия со специалистами, можно на сайте Марфо-Мариинского медицинского центра «Милосердие».
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Атаман Михаил Черкашенин». Дмитрий Володихин

Дмитрий Володихин
В этой программе «Исторический час» вместе с доктором исторических наук Дмитрием Володихиным мы обратились в 16-й век и говорили о первом знаменитом донском казачьем атамане Михаиле Черкашенине, о его участии в походе войск Ивана Грозного на Крымское ханство, а также о значительной роли в важных сражениях тех лет: в битве при Молодях, в котором был остановлен хан Девлет Гирей, а также в обороне Пскова от войск польского короля Стефана Батория.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Преподобный Серафим Вырицкий». Анастасия Чернова
- «Присоединение Астрахани к России». Александр Музафаров
- «Московское Страстное восстание 1611 года». Дмитрий Володихин
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов