Мне кажется, что способность любить — это дар Божий. Талант. Как всякий талант, часто его просто закапывают. Но, слава Богу, есть люди, которые преумножают вверенный Господом талант. И одаривают любовью других. Мне посчастливилось встретить человека, в котором я с первой минуты почувствовала щедрый дар любви.
Однажды в моей работе на телевидении наступил чудесный период. Наша студия получила заказ на серию телефильмов о российских монастырях. Мы отправились в один из областных центров, чтобы получить благословение на съемки у местного архиерея. Мы уже понимали, какие нужны места съемок, кто станет героями будущей телепрограммы. На встрече с архиереем все это изложили. Епископ одобрил тему фильма, похвалил наши задумки, поддержал желание снимать в выбранном нами монастыре. Благословил. Правда, он назвал еще несколько мест в епархии по его мнению интересных для телевизионщиков. Но ни на чем не настаивал.
Посмотрев на часы, владыка вдруг сделал нам предложение, от которого мы не могли отказаться:
— Вы ведь на завтра осмотр объектов съемки запланировали? Значит, сегодня у вас полдня свободны. А у нас как раз машина с водителем осовободилась. Съездите в городок неподалеку как паломники, посмотрите на храмы, обители. Не пожалеете!
Через минуту владыка уже договаривался по телефону с настоятельницей одного из монастырей:
— Матушка, к вам через час наши гости из Москвы приедут. Встретите их? Да? И блинами в честь масленицы накормите? Замечательно!
Мы поехали. Небольшой монастырь в 40-ка километрах от областного центра показался мне обителью спустившейся на высокую заснеженную горку с небес.
Мы вошли в храм, осмотрелись, приложились к иконам, к мощам еще неизвестного мне тогда преподобного. И тут и произошло самое главное, ради чего веду этот рассказ. Мы увидели, что к нам идет игумения — поняли по наперсному кресту. Не могу сказать, улыбалась она или нет, просто не помню. Ни одного слова она еще не успела сказать, а я уже почувствовала, что матушка нас любит. Не за что. Любит, просто, потому что мы есть. Любит двух совершенно незнакомых ей людей, о существовании которых еще час назад она вообще не знала. Но вот, Господь послал нас к ней — и в ее сердце сразу нашлось для нас место.
Я потом увидела многие свидетельства того, что сердце этой женщины вмещает в себя вообще всех живущих в этой дивной обители. Но больше всего любви и нежности игумении доставалось девочкам-сиротам, которые обрели в монастыре родной дом и семью. И маму — только так они называли матушку.
Мы сидели в трапезной, поглощали блины с монастырской сметаной, слушали рассказ настоятельницы и грелись. Нет, я, конечно, не о физическом тепле говорю, хотя и горячий чай тоже был кстати. Нас согревала любовь. Настоящая, христианская, евангельская. Сложно описать словами мир, покой, душевную тишину. А забыть вообще невозможно. Понимаете, я помню это состояние, несмотря на то, что прошло уже много-много лет!
Потом мы гуляли по монастырским владениям. И режиссер, который по пути в обитель ворчал — мол, мы, конечно, едем в этот городишко из уважения к владыке, но снимать-то все равно будем в областном центре... Так вот, наш непривычно притихший Александр окинул монастырь то ли профессиональным, то ли вдруг открывшимся духовным взглядом и произнес:
— А ведь здесь тоже можно красиво снять... Я уже даже вижу, как кадр построить... А такая героиня фильма, как матушка, вообще подарок судьбы...
В общем, благодаря мудрости владыки, который, видимо, не сомневался в результате нашего маленького паломничества, мы зачастили в этот любвеобильный провинциальный монастырь. Сначала — чтобы снять про него передачу. Потом — для того, чтобы помолиться и согреться любовью. И, может быть, хоть немного ей научиться.
Автор: Елена Тулисова
Все выпуски программы Частное мнение
18 ноября. «Архангел Селафиил»

Фото: Ron Lach/Pexels
Молитвенник Божий — так переводится имя Архангела Селафиила, который обыкновенно изображается со скрещёнными на груди руками — в знак молитвенного устремления к Всевышнему. Этот Архангел учит христианскую душу всегда внимать Божией благодати, дарованной нам во святом крещении, и не обращать внимания на рассудочные помыслы и мечтания, которые препятствуют молитвенному сосредоточению. Обретение внимательной, неспешной, сокровенной молитвы духа — дело всей жизни; вот почему Архангел Селафиил должен быть нами особенно любим и почитаем.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Сражение при Кинбурне (1787) и вера Суворова
По итогам мирного договора 1774 года, после победоносной для России войны с Турцией, Российской империи отошла крепость Кинбу́рн в Северном Причерноморье, на Кинбурнской косе́ в устье Днепра. Это небольшое укрепление имело огромное стратегическое значение — оно прикрывало подступы к Очакову и Херсону, важным городам на юге России. В 1787 году турецкая армия предприняла попытку захвата крепости. Оборону Кинбурна возглавил Александр Васильевич Суворов.
1 октября 1787 года на Кинбурнской косе турки высадили с кораблей десант — около пяти-шести тысяч человек. В тот день по старому стилю был праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Суворов стоял за Литургией, когда ему доложили о подходе кораблей и высадке с моря турецких войск. Полководец приказал огонь пока не открывать, и продолжил молиться. Спокойствие Суворова перед лицом опасности укрепляло уверенность его солдат. Однако численность наших войск значительно уступала турецким. В самой крепости находилось около полутора тысяч человек, и примерно две с половиной тысячи стояли в резерве в 30 верстах от места будущего сражения. Лишь когда противник полностью высадился на берег, Суворов отдал приказ идти в атаку, и сам повёл солдат вперёд. Во время сражения он был дважды ранен. После нескольких часов ожесточённого боя десант противника был сброшен с Кинбурнской косы. Турки спешно эвакуировались на свои корабли. Они потеряли большую часть личного состава. Победа при Кинбурне стала одним из первых крупных успехов русской армии в новой войне с Турцией. Екатерина II пожаловала Суворову высшую награду Российской империи — орден святого Андрея Первозванного. Александр Васильевич в ознаменование победы построил на Кинбурнской косе церковь Покрова Пресвятой Богородицы.
В сражении при Кинбурне, как и в других баталиях, возглавляемых Суворовым, проявилось его глубокое понимание, что вера и надежда на Бога, подкреплённые личным примером, вдохновляют солдат куда лучше жёсткой муштры. Суворов неоднократно подчеркивал это и в своём знаменитом труде «Наука побеждать». «Ни руки, ни ноги, ни бренное человеческое тело одерживает победу, а бессмертная душа, которая правит и руками, и ногами, и оружием. А потому и нужно воспитывать и закаливать сердце воина, чтобы оно не боялось никакой опасности, и всегда было неустрашимо и бестрепетно», — писал он. И поступал именно так. Его мужество, отвага и упование на Бога становились мощным стимулом для солдат. Суворов не отсиживался в штабе, а шёл в атаку вместе с рядовыми, разделял с ними все тяготы походной жизни. Умел общаться с солдатами простым, доверительным языком, поддерживая дух единства и братства.
В Кинбурнской победе Суворов видел не только заслугу военного искусства и храбрости солдат. Его собственные слова объясняют эту мысль лучше всего. Он говорил: «Молитесь Богу: от Него победа».
Все выпуски программы Сим победиши!
18 ноября. «Аще бо от дел спасеши мя»
В утреннем молитвенном правиле есть слова: «Аще бо от дел спасе́ши мя, несть се благода́ть, и дар, но долг па́че».
Об их значении — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский:
В молитвенных текстах мы встречаем не только, собственно, ну, скажем так, некоторые опредмечивания наших просьб, нашего духовного опыта, внутреннего устроения. Но мы встречаем и очень важные сложные богословские тезисы. То есть молитва не только даёт нам, скажем, лексикон для обращения к Богу, но действует и в обратную сторону: много чего о Боге нам сообщает. И из утреннего правила строка о том, что если Ты спасёшь меня от дел, то нет в этом ни благодати, ни дара, но всего лишь долг, ставит нас перед большой темой благодати. Перед темой того, как и зачем Бог взаимодействует с сотворённым миром вообще и с человеком в частности.
А если быть точным, эта тема даже сужена до размеров веры и дел. Что спасает человека? Некоторого рода дискуссию такую мы видим внутри Нового Завета. Как кажется, апостол Павел последовательно утверждает, что очевидно спасительна вера. Апостол Иаков утверждает: без дел вера мертва — и какой же выход? А выход очевидный: нет никакого конфликта между двумя этими темами. Вера опредмечивается делами. Значимое, внутреннее ищет обозначение — это то, о чём апостол Павел скажет, собственно, как о плодах веры. Вера не может не плодоносить. Или если этого плода нет, то большой вопрос к самому нашему этому внутреннему древу веры.
При всём при этом нам и важно иметь в виду — и молитвенный текст нам на это указывает, — что мы не тщимся, не пытаемся впечатлить и обязать Бога своими собственными делами. Потому что нам не сделать Бога своим должником, нам не удивить Его ни нашей аскезой, ни нашей праведностью. И то и другое значимо, но при этом является лишь нашим ответом на действия божественной благодати. Как тот же апостол Павел говорит, что Христос умер за нас, когда мы были ещё грешниками.
Действие Божие первично. Мы не пытаемся Бога впечатлить, и утреннее правило напоминает нам об этом, что вслед за проявленной к нам любовью Божией мы несём по силе нашу веру, к ней присовокупляем, конечно, наши дела. Это не обязывает Бога ничем, но, как минимум, ставит нас перед реальностью Его божественной любви.
Все выпуски программы Актуальная тема:











