Поделиться
Апостол Павел. Худ.: Джованни Франческо Барбьери
Рим., 96 зач., VIII, 2-13.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент Московской духовной академии, священник Стефан Домусчи. Может ли человек прожить всю жизнь и не нарушить ни одного закона? Наверное, может, хотя большинство скажет, что это очень сложно. Но способен ли человек прожить жизнь и не грешить? Ответ кажется очевидным — нельзя. Но если это так, как нам вообще выстраивать отношения с Богом? Ответ на этот вопрос — в отрывке из 8 главы послания апостола Павла к Римлянам, который звучит сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 8.
2 потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти.
3 Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти,
4 чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу.
5 Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу — о духовном.
6 Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир,
7 потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут.
8 Посему живущие по плоти Богу угодить не могут.
9 Но вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас. Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его.
10 А если Христос в вас, то тело мертво для греха, но дух жив для праведности.
11 Если же Дух Того, Кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас, то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас.
12 Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти;
13 ибо если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете.
Грех — это нарушение духовных законов жизни, в которых открывается для нас воля Творца. Мы знаем, что Бог — не узурпатор, Он не захватывал нас и не лишал свободы. Эти законы не просто нам даны, как роботам дана инструкция, они предложены для свободного исполнения как лучший путь, по которому мы сможем пойти, чтобы быть счастливыми. Люди были призваны обладать миром, но для этого им надо было научиться обладать самими собой. И вот на этом-то пути они подчинились себе, своим телесным инстинктам, силам своей души. Именно то, что стало над нами господствовать, то состояние, в которое мы впали, апостол и называет плотью.
Для того, чтобы хоть сколько-нибудь ограничить плоть и ввести её в рамки, Бог заключил с людьми завет и дал им закон, который они должны были исполнять. Должны были, но не смогли. Закон был ослаблен плотью и в итоге оказался бессилен спасти человека. И тогда спасителем людей становится Сын Божий, Который входит в нашу жизнь, воспринимает такое же тело, как у нас, со всеми слабостями, которые характерны для нас после грехопадения, но без личного греха и с волей, во всём послушной Отцу. Проживая обычную человеческую жизнь, Спаситель показывает, что жизнь в Боге для человека возможна. Апостол говорит, что Сын Божий осудил грех во плоти, то есть показал бессилие над ним греха, а значит справедливость и правомерность Божиих повелений.
Итак, со времён пришествия Христа у каждого человек есть выбор. Жить по-своему и следовать стремлениям плоти или жить по-Божьему, подчиняя плоть Духу. Этот выбор начинается с того, о чём мы думаем, чего хотим, к чему стремимся, а заканчивается либо духовной смертью, потому что плотские желания приводят человека к гибели, либо духовной жизнью, потому что, возвышаясь над плотью, дух укрощает всё то злое, что противоречит в нас Богу. Мы живём и всякий день решаем, с кем мы и чьи мы, на чьей мы стороне. По большому счёту это самое главное, самое важное, что мы можем сделать. Да, мы не можем гарантировать своей праведности, но мы можем к ней стремиться. Стремиться не как к личному совершенству, но как к тому, что приближает нас к Богу. Вместе с Господом мы свободны от рабства плоти и знаем, что ей ничего не должны. Мы поддерживаем своё тело, но плоть, как то греховное, что есть в нас, больше не владеет нами безраздельно, и мы призваны побеждать её, чтобы жить.
16 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Debby Hudson/Unsplash
Перед свершением венчания брачующиеся ступают на белый или розовый плат, который они будут бережно хранить, чтобы передать его как святую реликвию в достойные руки наследников. Этот плат символизирует сохранённое женихом и невестой девство, а также новое качество жизни в любви и взаимной верности, начало которого полагается днём свершения церковного таинства. Для нас, учеников Христовых, каждый новый наступивший день подобен белоснежному покрову, ступать по которому должно с осторожностью и благоговением к самому дару жизни, ниспосланному нам свыше — ради умножения любви к Богу и прославлению Его святого имени.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 апреля. О значении «Акта о престолонаследии»
Поделиться
Сегодня 16 апреля. В этот день в 1797 году в России был принят закон о престолонаследии. О значении этого законодательного акта — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
В день коронации в Успенском соборе Московского Кремля Павел I торжественно огласил акт о престолонаследии и положил его в серебряный ковчег вместе со святынями, передав ему особый сакральный статус.
Для нас, людей православных, важна такая цитата в этом документе: «До́лжно дополнить сей закон ниже следующим. Когда наследство дойдёт до такого поколения, которое царствует уже на другом каком престоле, тогда предоставлено наследующему лицу избрать веру и престол и отрещись вместе с наследником от другой веры и престола. А если отрицания от веры не будет, то наследовать тому лицу, которое ближе по порядку». То есть император всероссийский мог быть только православным человеком и должен был отречься от любой другой веры, вступая на престол.
Акт о престолонаследии коренным образом изменил политическую систему Российской империи. Он установил чёткие автоматические правила наследования: престол переходит к старшему сыну, его мужской линии и только при полном отсутствии мужчин — к женщинам. Монарх больше не мог назначить наследником кого угодно. Если устав о наследии престола 1722 года отдавал выбор наследника на волю монарха, то акт 1797 года, напротив, подчинял самого монарха закону.
И для нас, людей православных, очень важно, что Павел I, как бы к нему ни относились, вписал в этот закон как обязательное требование то, что монарх обязательно должен быть человеком православным. Павел ограничил самодержавие в самом главном и чувствительном вопросе передачи власти.
Акт о престолонаследии действовал без изменений с 1797 по 1917 год. Он был включён в свод законов и стал частью основных государственных законов 1906 года и утратил силу только после отречения Николая II 2 марта 1917 года.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 апреля. О колоколах Троице-Сергиевой Лавры
ПоделитьсяСегодня 16 апреля. В этот день в 2004 году на колокольню Троице-Сергиевой Лавры подняли «Царь-колокол». Об истории лаврских колоколов - клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
Возвращение на лаврскую колокольню «Царь-колокола», который весит целых 72 тонны, завершило восстановление главного лаврского звона, который был уничтожен в советское время.
Но, пожалуй, самый поразительный факт связан с древнейшим из сохранившихся лаврских колоколов. Этот колокол называется «Чудотворцев», или «Никоновский». Он был отлит в 1420 году при преподобном игумене Никоне Радонежском. И он висит на колокольне до сих пор и считается редчайшим памятником русского колоколитейного искусства XV века.
Другой знаменитый лаврский колокол называется «Лебедь», и это — вклад царя Бориса Годунова. Считается, что прозвище он получил за необыкновенное благозвучие. А вот второй Годуновский колокол, «Огромный Годунов», или «Царе-Борисов», везли из Москвы в монастырь с поразительной торжественностью. По свидетельству современников, колокол сопровождал сам царь Борис Фёдорович с семьей, а тащили его три с половиной тысячи человек.
Почти весь этот великий ансамбль погиб зимой 1929–1930 годов, когда лаврские колокола сбрасывали с колокольни и разбивали. Писатель Михаил Пришвин, ставший свидетелем разрушения, назвал происходящее публичной казнью и оставил фотографии с горькой подписью: «Когда били колокола». Поэтому подъём нового «Царь-колокола» стал не просто техническим событием, а возвращением лавре её голоса.
Все выпуски программы Актуальная тема:
