Беженцы

Поделиться

Игорь Петровский

Все те, кто кричат, что нужно помогать не беженцам с Украины, а своим малоимущим согражданам, как правило, не помогают ни тем, ни другим. Любой дальний, попавший в беду, автоматически становится нашим ближним. По крайне мере, так учит Евангелие, и так поступали наши предки. Сегодня количество беженцев приближается уже к миллиону. Никакое государство и никакие службы не в состоянии в одиночку справиться с гуманитарной катастрофой такого масштаба. Поэтому столь важно участие всех: волонтеров, благотворителей, любых рук. Поэтому Церковь много и ежедневно, с самого начала конфликта, помогает этим несчастным.

В новостях по телевизору тема беженцев выглядит сурово и печально, но не особо отрывает обывателя от его завтрака, обеда или ужина. Смотреть на беду через экран мы уже привыкли. Да и вообще, на что мы только не привыкли смотреть через экран… А вот воочию всё иначе. Ни один телевизор не расскажет, что такое несколько тысяч вымотанных, испуганных и озлобленных людей в перенаселенном лагере. Ни один репортаж не передаст взгляд стариков, уткнувшихся в одну точку. На своем веку они, наверное, многое претерпели. Вот и сейчас, без слез, просто молчаливо сидят и куда-то смотрят потерянным взглядом. И надо вам сказать, что от этого молчания становится очень страшно. Никакой журналист не опишет эти постоянно заплаканные женские лица, эти бесконечные пеленки, пыльные тюки, скулящих по ночам домашних собак, вывезенных сердобольными хозяевами из-под бомбежки – словно память о мирной жизни. Да даже в веселом смехе детворы, которая бесхозно бегает по лагерю, есть что-то зловещее на фоне вот всего этого.

Основной поток беженцев приходится на Ростовскую область. И Донская митрополия сейчас полностью вовлечена в происходящее: социальные службы доставляют гуманитарную помощь, священники дежурят в лагерях, Глава митрополии объезжает пункты временного размещения. Кстати, об одной такой поездке и хотел поговорить.

Вот представьте себе картину – митрополит посещает беженцев. Я, если честно, ожидал увидеть привычную благочестивую картину: архипастырь встречается с обездоленными и несчастными – те, задают ему вопросы, преимущественно духовного содержания, или, по крайне мере, достойного масштаба, интересуются причинами войны, спрашивают о прогнозах на будущее... В общем, все должно было быть как по телевизору. Однако, реальность оказалась более непредсказуемой, чем наши представления о ней.

Дело в том, что беженцы – это не совсем обыкновенные люди. Точнее, это обыкновенные люди, но с такой же степенью готовности слушать «слова о Вечном», как пешеходы, спешащие куда-то по улице. Единственным и подлинным их интересом, зачастую, является желание выжить, прокормиться, одеться, обуться, одним словом - получше устроиться.

Я ни в коем случае их не осуждаю. Неизвестно, как каждый поступил бы, оказавшись в таком положении. Да и людей глубокой веры среди беженцев хватает. Но вот обычный формат общения с ними, привычный протокол - в таких ситуация, зачастую, не срабатывает. И как заметил митрополит — в таких ситуациях надо просто терпеливо выслушивать людей. Собственно говоря, этим и занимались почти в каждом из лагерей. И вот что мне подумалось. Когда читаешь Евангелие, можно заметить, что тот народ, который окружал Христа, не состоял из кандидатов богословия или философов, жаждущих истины, в нем не было озабоченного вечными вопросами большинства. Ну вспомните: Господь им про вечные блаженства — они ему про хлеб, Он им про любовь — они ему про рыбу, Он про закваску фарисейскую и саддукейскую — они про корзины с едой, Он им про Вечность — они про земные царства. И даже крестные страдания воспринимались ими как шоу: подожди, говорят, посмотрим, придет ли Илия. А вдруг придет. Интересно же…

Но это и есть тот самый народ, который пришел спасти Спаситель. Это и есть те люди, которых заповедовал Христос Своей Церкви. Это и есть наши ближние, наши братья и сёстры. И как тогда, при Христе, так и сейчас, Церковь должна нести свое слово, встречая на пути требования хлеба, рыбы, новых штанов и билетов до Владивостока. Требования, которые с пониманием и терпением мы должны выслушивать, и при этом не умолкать в своем свидетельстве о «Царстве не от мира сего». И в этом соль земли, где земное и небесное так тесно переплелись.