Поделиться
Игорь Петровский
18 августа 1859 года француз Жан Блонден перешел по канату через Ниагарский водопад. При этом на своих плечах он держал второго акробата. Впоследствии Блонден не раз повторял этот трюк в различных вариациях: то с завязанными глазами, то в мешке, то толкая перед собой тачку, то на ходулях, а однажды он даже уселся на середине каната и приготовил себе омлет.
Есть такой знаменитый афоризм одного немецкого философа: человек - это канат над пропастью, натянутый между двух берегов. На одном - мы имеем дело с животным, на другом — нас ждет преображенный человек. Задача нравственной жизни - дойти вот с этого примитивного берега, где царствуют нехитрые животные инстинкты, до берега преображения — где человек и становится человеком.
Кстати, весьма распространено мнение, что человек становится человеком просто по факту своего рождения. Дескать, прямохождение, дар речи и паспортные данные делают нас людьми. А вот знаменитый философ Мераб Константинович Мамардошвили, напротив, считал, что быть человеком — это всегда усилие быть человеком. И без этого усилия — лететь нам с тонкого каната в глубокие воды Ниагары.
Вот мы все любим восхищаться западными странами, красотой их соборов, площадей, чистотой их улиц, законопослушностью граждан. А что нам мешает восхищаться всем тем же самым у себя? У нас что, нет культурного наследия, нет своих площадей или древних соборов? В России памятников старины, музеев, духоподъемных мест, красоты и благолепия хватило бы на десять Европ. Но что мы видим вокруг себя? Посмотрите, на что похожи наши улицы, парки, городские пляжи? Там мусора больше чем отдыхающих. А картина, когда из проезжающего автомобиля на дорогу вылетает мусор? А наши подъезды? А городской транспорт? А лица? Лица? … Вы вспомните, какими злыми глазами мы смотрим друг на друга? Да тут у любого возникнет сомнение: неужели вот это депрессивное, хмурое, везде мусорящее, уныло существо является человеком, венцом природы?...
Да, конечно является. Только, как говорил русский литературовед Константин Мочульский, порою кажется, что в таком человеке вместо души мешок с отрубями.
ХХ век доказал, и доказал, по-некрасовски, «с терпеньем и талантом», что человека делает человеком только духовный труд. Никакими революциями, социальными утопиями и экономическими реформами «собачье сердце» не станет сердцем человеческим. Эксперимент профессора Преображенского потерпел крах. А в его лице потерпел крах эксперимент всех русских интеллигентов, которые со времен Пестеля и Рылеева до Чернышевского и Горького пытались вывести новый тип человека, основанный на идеалах французской революции. Ничего не вышло, кроме страшного социального животного, с огромными духовными комплексами, злым лицом и жадными глазами. Об этом же и все персонажи Гоголя, с его богатыми эпитетами, описывающими животную сущность порока. Помните, ведь именно у Гоголя главный герой обладает либо рожей, либо, в преображенном состоянии, лицом и даже ликом. Противостояние между профессорами Преображенскими и подлинным Преображением – об этом вся русская литература. Все эти Штольцы, Левины, Базаровы, горьковский Лука – это все такие же Преображенские, которые ставят эксперимент над собственным народом…но так и не могут преобразить ни себя, ни народ.
А все дело, наверное, в том, что источник преображения находится на противоположном берегу, по ту сторону каната. В царстве человека – такой силы нет. И история доказывает это раз за разом. Но чтобы этот свет тебя коснулся, ты должен коснуться его. Чтобы его видеть и излучать – надо самому им стать. В этом суть христианского преображения: спаси себя – вокруг тебя спасутся тысячи; начни с себя – и дашь начало многим. И без этого движения по канату над пропастью, невозможно состояться ни приличному человеку, ни приличному искусству, ни народу, ни целой стране. И пусть сразу не будет получаться, как у присно поминаемого Жана Блондена: со связанными глазами, да еще на ходулях, да еще с кем-то на плечах… Но не начав этот путь, не признавшись себе, что просто человеком отсидеться в этом мире не получится, - потому что человеком еще надо состояться, - мы так и будет восхищаться чужими порядками и воротить нос от своих…
А чтобы подбодрить идущих по канату, я припомню слова, сказанные Исааком Сирином: «Бог начало нашего пути, цель нашего пути и Тот, Кто весь путь идет вместе с нами, поддерживая и наставляя».
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
