
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
Еф., 220 зач. (от полу́), II, 11-13.
Глава 2.
11 Итак помните, что вы, некогда язычники по плоти, которых называли необрезанными так называемые обрезанные плотским обрезанием, совершаемым руками,
12 что вы были в то время без Христа, отчуждены от общества Израильского, чужды заветов обетования, не имели надежды и были безбожники в мире.
13 А теперь во Христе Иисусе вы, бывшие некогда далеко, стали близки Кровию Христовою.

Комментирует священник Стефан Домусчи.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
В сегодняшнем чтении апостол Павел напоминает Ефесянам о той перемене, которая произошла в их жизни с тех пор, как они приняли христианство. В этом смысле сегодняшний текст не миссионерский, но пастырский, так как он обращён не к тем, кто только интересуется верой, но к тем, кто уже обратился.
Но разве не странно, что апостол напоминает ученикам об их жизни в язычестве? По ощущениям память — это способность человека, которая может быть благословением и проклятием. Мы можем вспоминать встречи с близкими и любимыми людьми, минуты развлечения или отдыха и всего того, что связано с хорошими и радостными впечатлениями, с ощущением полноты жизни. Но в то же время, мы не застрахованы от воспоминаний, которые связаны с конфликтами, с нами собственными грехами, с моментами, в которые нам просто хотелось, что называется, провалиться сквозь землю, чтобы обезопасить себя самих или обезопасить других от себя, когда мы осознали, что делаем. Первые воспоминания мы воспринимаем — как положительные, вторые — как отрицательные и негативные. Но так ли всё просто на самом деле? Не являются ли негативные воспоминания важной часть нашего опыта, который позволяет нам жить дальше, не повторяя ошибок. Если бы в детстве я всякий раз забывал, что горячее обжигает, а острое режет, скорее всего я не дожил бы до настоящего времени. Но память об отрицательном опыте оказывается чрезвычайно важна для того, чтобы мы смогли жить дальше. Иногда мы бываем благодарны своей забывчивости, потому что она позволяет нам не нести с собой тот груз наших собственных или чужих поступков, который на нас давит. Но нередко воспоминания помогают нам понять, что происходит в нашей жизни, в чём причина тех или иных проблем и что делать, чтобы их больше не было.
Апостол призывает учеников вспомнить, что некогда они были язычниками и не знали Христа, они пребывали вне завета с Богом и не имели надежды, были безбожниками в мире. И если, не зная Ветхого Завета, они могли не переживать, о том, что не общаются с Мессией, то отсутствие надежды и безбожие было тем, что действительно их беспокоило. Дело в том, что несмотря на внешнюю весёлость, внутренне мировоззрение язычников того времени было очень пессимистичным, ведь само по себе язычество не могло предложить человеку никакого смысла жизни. Да, собственно говоря, язычество, рассказывающее о разных богах, к тому времени было скорее ритуальной практикой, не отвечающей духовным запросам ищущего человека. Потому-то люди и обращались к христианству, что оно спасало их от пропасти бессмыслицы, на краю которой он оказывался.
Конечно, как и все люди, собеседники апостола могли вспоминать разные ситуации из своего прошлого. Но специфика наших воспоминаний такова, что мы, хотя и не свободны от всплывающих в нашей памяти образов, всё же можем выбирать те из них, на которых хотели бы сделать акцент. Обращаясь к Ефесянам, апостол Павел не призывает их задерживаться на воспоминаниях о языческом прошлом, но тут же просит их вспоминать о Христе, в общение с Которым они вошли и благодаря Которому стали ближе к обетованиям Божиим.
Задумываясь о значении апостольских слов, мы должны обратиться к нашему собственному опыту. Что мы вспоминаем о жизни вне Церкви? Радует ли нас выбранный путь? Наверное, будет правильным сказать, что у каждого из нас свой опыт: у кого-то радостный, у кого-то трагичный. В то же время у всех нас есть одинаковая возможность выбирать из воспоминаний то, что представляется нам самым важным, и по совету апостола, нам стоит сделать акцент на воспоминании нашей встречи со Христом.
Послание к Ефесянам святого апостола Павла

Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
Еф., 224 зач., IV, 1-6

Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Конечно, вы слышали фразу, которая для многих людей, облечённых властью, является максимой: «Незаменимых людей нет!» А вот если посмотреть на Церковь — как на определённую систему — насколько эта фраза будет «рабочей» — или же, напротив, «нерабочей»?
Ответ мы услышим в отрывке из 4-й главы послания апостола Павла к Ефесянам, который читается сегодня в храмах за богослужением.
Глава 4.
1 Итак я, узник в Господе, умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны,
2 со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью,
3 стараясь сохранять единство духа в союзе мира.
4 Одно тело и один дух, как вы и призваны к одной надежде вашего звания;
5 один Господь, одна вера, одно крещение,
6 один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас.
В прозвучавшем отрывке апостол Павел говорит о важности сохранения единства и целостности Церкви — по образу единства тела. Чтобы понять эту мысль, нам нужно немного погрузиться в основные модели работы систем.
Есть система «органическая» — как, например, человеческое тело — и система «административная» — например, система исполнения наказаний. В органической системе любая её часть связана «общей жизнью»: везде, в любом органе, одна и та же кровь является источником жизни — и без неё орган становится недееспособен, умирает.
В системе, где доминирует воля начальника, связь устроена иначе: центр ставит задачи, все же остальные исполняют решения, спущенные сверху. Человек в таком порядке легко становится «единицей функции»: он ценен, пока занимает определённое место и выполняет поручение.
Отсюда идёт несколько важных различий. Первое — это обратная связь. Живому телу необходимо постоянно узнавать о состоянии каждого члена — а тем более его боли — даже если это неприятно, неуместно и несвоевременно. Мозг не может сказать сломанной ноге: «Молчать! Сейчас не до тебя! Сначала запишись на приём!» В жёсткой формальной системе плохую новость, напротив, могут долго скрывать только из страха перед начальником: отношения с ним могут быть важнее жизнеспособности самой системы — для конкретного исполнителя.
Второе — это разнообразие. Чем система разнообразнее, тем она устойчивее. Например, монокультурные посадки быстрее заболевают и вырождаются, чем в дикой природе, где разнообразие есть всегда.
Апостол Павел не просто так приводит образ именно тела — а не системы римского войска, например, — которая была крайне эффективной и непобедимой и её единство строилось вокруг военной задачи, дисциплины и подчинения. Образом тела апостол стремится научить христиан Ефеса очень важному навыку: послушанию и ответственности в Церкви, где у всех — одна жизнь, пусть и отличающаяся разными задачами служения; где в жилах каждого течёт одна Кровь Христова. Да, бывают, конечно же, ситуации, когда тот или иной орган настолько сильно заболевает, что становится угрозой для жизни всего тела — и тогда — если лечение уже невозможно — может произойти его удаление. Но это всегда для самого тела — трагедия, беда, существенный ущерб — в отличие от механизма, где сбойную деталь заменили на другую и процесс пошёл дальше.
Не в этом ли и главная разница между Церковью как Телом Христовым и любой механистической системой? Только живое Тело способно болеть — когда с его членом что-то происходит не то — а не заменять его на более свежую деталь только по причине износа!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 16. Богослужебные чтения
В религиозной лексике очень часто можно встретить выражение «видеть Бога». Но сразу возникает вопрос: как можно видеть Того, Кто — по определению! — невидим?
Сегодня в храмах читается 16-й псалом Давида, который помогает нам услышать ответ на этот вопрос совершенно неожиданный.
Псалом 16.
Молитва Давида.
1 Услышь, Господи, правду мою, внемли воплю моему, прими мольбу из уст нелживых.
2 От Твоего лица суд мне да изыдет; да воззрят очи Твои на правоту.
3 Ты испытал сердце моё, посетил меня ночью, искусил меня и ничего не нашёл; от мыслей моих не отступают уста мои.
4 В делах человеческих, по слову уст Твоих, я охранял себя от путей притеснителя.
5 Утверди шаги мои на путях Твоих, да не колеблются стопы мои.
6 К Тебе взываю я, ибо Ты услышишь меня, Боже; приклони ухо Твоё ко мне, услышь слова мои.
7 Яви дивную милость Твою, Спаситель уповающих на Тебя от противящихся деснице Твоей.
8 Храни меня, как зеницу Ока; в тени крыл Твоих укрой меня
9 от лица нечестивых, нападающих на меня, — от врагов души моей, окружающих меня:
10 они заключились в туке своём, надменно говорят устами своими.
11 На всяком шагу нашем ныне окружают нас; они устремили глаза свои, чтобы низложить меня на землю;
12 они подобны льву, жаждущему добычи, подобны скимну, сидящему в местах скрытных.
13 Восстань, Господи, предупреди их, низложи их. Избавь душу мою от нечестивого мечом Твоим,
14 от людей — рукою Твоею, Господи, от людей мира, которых удел в этой жизни, которых чрево Ты наполняешь из сокровищниц Твоих; сыновья их сыты и оставят остаток детям своим.
15 А я в правде буду взирать на лицо Твоё; пробудившись, буду насыщаться образом Твоим.
Весь прозвучавший псалом посвящён двум очень важным для Давида темам: Божественной справедливости — ведь сам Давид находится в преследовании со стороны царя Саула — и реальной, а не воображаемой близости к Богу — такой близости, которая позволяет говорить о «видении Бога» и буквально — взаимодействии взглядов. Но если вернуться к вопросу самой возможности «видеть Бога» — ответ может оказаться неожиданным.
В своей книге «О жизни Моисея» святитель Григорий Нисский пишет: «И сие-то значит в подлинном смысле видеть Бога, никогда не находить сытости своему вожделению». Неожиданно, не правда ли? Это сопоставление «видения» и «сытости» помогает различить насыщение и пресыщение: полнота общения с Богом способна углублять любовь и желание дальнейшего общения — потому что никто и никогда не может исчерпать Божественный Источник!
Из этого следует очень важный — и, возможно, не для всех приятный вывод: от настоящего Бога невозможно... устать! То есть — пресытиться. Всё то, что мы проецируем из самих себя, — наше представление о Боге, некий Его образ, наделение определёнными чертами, даже, возможно, «влюблённость» в эти черты — всё это однажды может и правда надоесть, «набить оскомину». И в этом нет ничего удивительного: потому что в этом гораздо больше нашего, человеческого, слишком человеческого. И как прекрасно сказал Клайв Льюис, «моя идея Бога — не идея божественности. Она должна время от времени подвергаться сомнению. Бог сам расшатывает её».
Вот такой необычный критерий различения подлинного видения Бога и «проекционного» предлагает нам сегодня пророк и псалмопевец Давид: если от «духовного» появилась усталость — значит, наш взгляд всего лишь «замылился», «притупился» и просто перестал различать подлинную Божественность!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

«25-е воскресенье по Пятидесятнице 2026 года». Священник Николай Конюхов
В нашей студии был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.
Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.
В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Еф.4:1-6) и Евангельского (Лк.8:41-56) чтений в 25-е воскресенье по Пятидесятнице, о Рождественском посте, о днях памяти святителя Нектария Эгинского, преподобного Феодора Студита, святителя Иоанна Златоуста, преподобного Паисия Величковского, мучеников и исповедников Гурия, Самона и Авива, апостола Филиппа.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица











