
Апостол Павел. Мозаика
Евр., 312 зач., V, 11 — VI, 8.
Глава 5.
11 О сем надлежало бы нам говорить много; но трудно истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать.
12 Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища.
13 Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец;
14 твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла.
Глава 6.
1 Посему, оставив начатки учения Христова, поспешим к совершенству; и не станем снова полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога,
2 учению о крещениях, о возложении рук, о воскресении мертвых и о суде вечном.
3 И это сделаем, если Бог позволит.
4 Ибо невозможно — однажды просвещенных, и вкусивших дара небесного, и соделавшихся причастниками Духа Святаго,
5 и вкусивших благого глагола Божия и сил будущего века,
6 и отпадших, опять обновлять покаянием, когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему.
7 Земля, пившая многократно сходящий на нее дождь и произращающая злак, полезный тем, для которых и возделывается, получает благословение от Бога;
8 а производящая терния и волчцы негодна и близка к проклятию, которого конец — сожжение.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Сегодняшнее чтение начинается с того, что апостол Павел пишет: стоило бы поговорить об этом ещё больше, но вам невозможно этого объяснить, так как вы неспособны слушать. Звучит это, конечно, очень строго, но любой педагог или руководитель, да и просто человек, имевший подобный опыт, знает: слушатели бывают в таком состоянии, что им уже невозможно ничего объяснить. Нужно сначала привести их в чувства, договориться о каких-то основных, базовых вещах, на основании которых можно будет рассуждать дальше.
Обратившись к предыдущим стихам, мы понимаем, что апостол ведёт речь о высоком богословии, о связи Ветхого и Нового Завета, которая оказывается для его читателей твёрдой пищей, в то время как они ещё младенцы, не сведуще в слове правды. Люди познают мир постепенно. Младенец постепенно узнаёт свойства предметов, понимает, что такое вес, температура, объём... Всё это становится для него очевидным без каких бы то ни было дополнительных объяснений. Но с вопросами добра и зла не так. И уж тем более не так с заповедями Господними, ведь слово правды, о котором говорит апостол, — это, не просто какое-то истинное или правдивое утверждение, это слово, ведущее к праведности. В наши дни, когда человек приходит в церковь, ему в первую очередь объясняют основы веры, ведь кажется, что верующий — это тот, кто признаёт определённые истины. В древности человеку, конечно, тоже сообщали истины: о Боге, о человеке, о пути спасения, но верить означало жить сообразно Божьей воле. Именно поэтому в то время, становясь христианином, человек учился поступать по правде, ведь без этого невозможно было идти дальше. Апостол совсем не случайно пишет, что твёрдая пища свойственна совершенным, то есть тем, кто духовно вырос, потому что они имеют навык в различении добра и зла. Эти люди воспитали себя внутренне, они научились совершать или не совершать поступки, ориентируясь не на выгоду, не на желания, но только на то, добрые это поступки или злые. Суть этого навыка в том, что человек не мечется духовно, выбирая между добром и злом, он воспитал совесть и волю. Совесть в том, чтобы ориентироваться на заповеди Божии, а волю в том, чтобы жить, по совести.
Впрочем, апостол написал всё это будто бы с некоторым преувеличением, не утверждая прямо, что с учениками дальше не о чем говорить. Неслучайно, дальше он пишет: так не будем же повторяться, давайте вы всё же будете вести себя как совершенные, как духовно взрослые, как христиане. А дальше он говорит удивительные и очень страшные слова: «невозможно — однажды просвещённых и отпадших, опять обновлять покаянием, когда они снова распинают в себе Сына Божия». И может показаться, что апостол Павел вообще выступает против самого таинства покаяния. Однако стоит заметить, он говорит о невозможности обновляться для тех, кто распинает в себе Сына Божьего, то есть сейчас, в данный момент продолжает грешить. Слова говорят одни, а поступки продолжают совершать другие.
Мы, вслед за читателями послания, должны посмотреть на собственную жизнь и понять: в ней не поменяется ничего, пока мы сами не вступим на путь соблюдения заповедей. Мы можем читать духовные книги, восхищаться чужими подвигами, но христианами станем только тогда, когда станем развивать навык следования за Христом.
8 марта. О смирени
О смирении — клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
Поводом для греха часто является то, что нас задели, не оценили, обошли вниманием, нам возразили, и внутри мгновенно появляется желание — нужно ответить, поставить на место. Мы защищаем себя часто именно через нападение, мы используем слова, сарказм, холод, может быть, демонстрируем своё превосходство. Нам кажется, что так мы возвращаем себе силу, но на самом деле происходит обратное.
Чем больше человек живёт в режиме соревнования, тем более уязвимым он становится, потому что тогда любое чужое мнение — это угроза, любой успех другого — это покушение на меня, любая критика — это почти катастрофа. Ну, и жизнь тогда превращается в постоянную оборону.
Святитель Григорий Палама говорит о смирении как о колеснице вошествия к Богу. Это значит, что настоящая защита не в том, чтобы защищаться путём гордыни, а в том, чтобы устремиться к источнику любви и к единственному, кто может нас по-настоящему защитить. Смирение — это внутренняя устойчивость, это такое знание: «Моя ценность зависит не от того, выиграл ли я спор, превзошёл ли я кого-то в чём-то; я могу ошибаться, и от этого я не становлюсь ничтожеством, я могу быть не первым, и от этого я не исчезаю».
Когда человек перестаёт постоянно сравнивать и защищать своё «я», он становится спокойнее, его уже труднее ранить, потому что он не живёт на острие соревнования. Настоящая защита — не в нападении, она в укоренённости в Боге, в доверии, что моя жизнь держится не на моём превосходстве, а на Его любви. И тогда уже нет нужды доказывать, можно просто жить.
Все выпуски программы Актуальная тема:
8 марта. О христианском отношении к Международному женскому дню

Сегодня 8 марта. Международный женский день. О христианском отношении к этому светскому празднику — наместник Свято-Введенского Макариевского Жабынского монастыря в Тульской области игумен Назарий Рыпин.
Главный женский день для женщины-христианки — это день жён-мироносиц, когда мы чествуем тех, кто дал пример этого женского христианского служения, тех, кто ходил вслед за Христом, служил Ему от своих имений, помогал Господу и первой христианской апостольской общине своими трудами.
И конечно же, это и благовестие Слова Божия, которое совершает и женщина так или иначе, зачастую не зная, совершая это в своих семьях своим благочестивым житием, своей жизнью простой, скромной и по-настоящему христианской.
Но, конечно же, наверное, не стоит впадать в героизм и, учитывая, что в светском обществе это стало уже повсеместно, если нас кто-то поздравил с этим праздником, ну, наверное, не стоит слишком к этому относиться ригористично, читать нотации, спокойно сказать: «Да, спасибо, я вас поздравляю» или «Спасибо, Господи».
И будем иметь терпимость к тем, кто, может быть, что-то ещё не до конца понимает, можно к этому отнестись кротко, спокойно, по-христиански и терпеливо. Не стоит вспоминать Революцию и Клару Цеткин, и всё, что с этим связано, как историю появления праздника.
Праздник давно уже перестал быть идеологическим, нести эту идеологическую нагрузку и стал, по сути, просто светским, как лишнее напоминание о том, что вокруг нас есть наши прекрасные женщины, которых хотят поздравить с этим днём.
Все выпуски программы Актуальная тема:
8 марта. О соборе Воскресения Христова в Японии

Сегодня 8 марта. В этот день в 1891 году в Японии был освящён православный собор Воскресения Христова. Об истории собора — настоятель прихода Святой Троицы Московского Патриархата в городе Мельбурне, в Австралии протоиерей Игорь Филяновский.
Кафедральный собор Воскресения Христова, более известный как Николай-до, — это главный храм Японской Православной Церкви и один из символов православия в Азии.
История собора тесно связана с именем русского миссионера, святителя Николая Японского. Он прибыл в Японию в 1861 году и посвятил десятилетия проповеди христианства, переводя богослужебные книги на японский язык и создавая православные общины. Благодаря его трудам число верующих росло и возникла необходимость в большом кафедральном соборе.
Строительство собора началось в 1884 году по проекту русского архитектора Михаила Щурупова. Здание возвели в византийском стиле на холме Суругадай. Оно выделялось величественным куполом и высокой колокольней, став заметной частью городского пейзажа Токио конца XIX века.
Освящение храма в 1891 году стало важным событием не только для православных верующих, но и для истории российско-японских культурных связей. Несмотря на разрушительное землетрясение 1923 года, собор был восстановлен и по сей день остаётся духовным центром православных христиан в Японии.
Все выпуски программы Актуальная тема:











