Поделиться
Рим., 88 зач., V, 1-10.
Глава 5.
1 Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа,
2 через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией.
3 И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение,
4 от терпения опытность, от опытности надежда,
5 а надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам.
6 Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых.
7 Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть.
8 Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками.
9 Посему тем более ныне, будучи оправданы Кровию Его, спасемся Им от гнева.
10 Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Сегодняшнее чтение из апостольского послания — одно из самых пронзительных. Апостол Павел говорит о любви Бога к человечеству — которая проявилась прежде всего в том, что Сын Божий умер за людей, когда они «ещё были грешниками» и нечестивыми. Используя риторический приём, апостол добивается сильнейшего эффекта: действительно, едва ли кто решится отдать свою жизнь за благодетеля — но чтобы умереть за своего врага — это совсем за гранью возможного. Но Бог на Кресте умирает за людей, которые находятся именно в таком состоянии — откровенной вражды с Богом.
В современной психологии мы часто можем встретить понятие «безусловной любви». Именно отсутствие опыта такого абсолютного и доброго принятия ребёнка со стороны родителей и окружающих чаще всего является причиной многих душевных травм, которые мучают человека уже во взрослом возрасте. И психологи призывают родителей учиться безусловной любви, чтобы минимализировать травматизацию собственных детей. Однако психология не замечает одну очень важную деталь: чтобы захотеть и быть способным так безусловно любить даже собственного ребёнка, уже надо иметь определённый опыт такой любви! Бессмысленно призывать человека с помутнённым хрусталиком в глазу быть более аккуратным — он просто не видит грязи, для него всё — одинаково мутно. Точно также и человек, не имевший в своём опыте безусловной принимающей любви, не может её «сконструировать» из своих представлений — как ни придумывай, а всё равно получится криво и косо. И, увы, здесь мы попадаем в дурную зависимость: нелюбовь не может родить любовь...
Но у апостола есть рецепт, как разорвать этот порочный круг: тот, кто испытает в своём сердце принимающую любовь Божию, оказывается свободным от отсутствия опыта человеческой любви! Если всё бытие опирается на единственный фундамент — безусловную любовь Божию, явленную миру на Кресте, — тогда у каждого из нас нет ни малейшего права на нелюбовь к окружающим! И черпать эту любовь следует в первую очередь из наблюдения и созерцания того, как Бог заботится, бережно поддерживает, деликатно возделывает Своё мироздание! Всего лишь небольшой шаг веры — и куда ни брось свой взгляд — повсюду увидишь те или иные отблески одной и той же Божественной любви!
Но — не будем забывать и то, чего стоило Самому Богу наше освобождение. Именно в таком внутреннем напряжении — радости о любви и трепетной благодарности Христу — в душе открывается неиссякаемый источник вдохновенного служения — служения и Богу, и ближним!
«Иконописные традиции Троице-Сергиевой Лавры». Архимандрит Лука (Головков)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был декан иконописного факультета Московской духовной академии, доцент кафедры истории и теории церковного искусства МДА архимандрит Лука (Головков).
Разговор шел о зарождении, развитии и особенностях иконописной традиции и школы Троице-Сергиевой Лавры. Какие известные иконописцы трудились в стенах Лавры в разные века, как передавалась эта традиция, как в Московской Духовной академии сегодня преподают основы иконописи и как, сохраняя традиции, развивать иконописное искусство.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
«Святость». Священник Артемий Юдахин, Андрей Дударев, Нина Юркова
ПоделитьсяВ этом выпуске программы «Клуб частных мнений» клирик храма святителя Николая Мирликийского в Щукине священник Артемий Юдахин, теолог, автор книг Андрей Дударев, педагог Нина Юркова размышляли о том, что такое святость, у всех ли одинаковый потенциал раскрыть её в себе, а также насколько возможно и стоит к ней стремиться, или же святые — скорее те люди, которых избрал Господь и у них особый подвиг, не каждому доступный.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Клуб частных мнений
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
