Поделиться
У нас в гостях был музыкант, мультиинструменталист, соавтор спектаклей «Лавр» и «Эбеновая кожа» Петр Главатских.
Мы говорили о музыкальном творчестве Петра, о его непростом пути в Церкви, а также о том, что для него значит быть христианином сегодня.
Ведущие: Игорь Цуканов, Кира Лаврентьева
И. Цуканов
— Добрый вечер, дорогие друзья. Это «Вечер воскресенья» на радио «Вера». Как обычно, в это время в студии моя коллега Кира Лаврентьева и я, Игорь Цуканов. И мы говорим с нашими гостями на тему «Христианин в обществе». Вот сегодня у нас очень интересный гость, необычный — Петр Главатских.
П. Главатских
— Здравствуйте.
И. Цуканов
— Добрый вечер, Петр. Добрый воскресный вечер. Петр — известный музыкант, мультиинструменталист, самые разнообразные виды ударных инструментов...
П. Главатских
— «Хвалите Его в тимпанах».
И. Цуканов
— Да, и гуслех. Ну можно много чего о вас рассказывать, да, вы закончили вот Московскую государственную консерваторию, высшую школу музыки Штутгарта, вы соавтор спектакля «Эбеновая кожа» на стихи Николая Гумилева, который сейчас как раз идет в «Зарядье», и объездили с концертами, наверное, я не знаю, полмира, очень большое количество...
П. Главатских
— Да, еще я музыкальный соавтор спектакля «Лавр».
И. Цуканов
— «Лавр», да, который во МХАТе идет.
К. Лаврентьева
— Это, кстати, очень важно. Добрый вечер, Петр.
П. Главатских
— Да, добрый вечер, Кира.
И. Цуканов
— Ну хотелось начать все-таки, наверное, нашу беседу сегодняшнюю со спектакля «Эбеновая кожа», потому что он не так давно начался в «Зарядье». И, собственно говоря, это ведь даже не классический спектакль. Вот ваш соавтор, ваш партнер по этому спектаклю, актриса Юлия Пересильд назвала его саунд-вечер — то есть такой звуковой как бы вечер. А вот Андрей Максимов, который написал такую замечательную рецензию на этот спектакль, он написал, что это спектакль-подвиг. Имея в виду, что в эпоху ковида театры переживают очень непростую эпоху.
К. Лаврентьева
— Период.
И. Цуканов
— Да.
П. Главатских
— И отдельно, раз мы вышли на эту тему, хочется сказать отдельное спасибо каждому человеку, который в это тяжелое время ходил в театры, на концерты, не боялся, и поверьте, что никогда ваш вклад не был так нужен, в прямом смысле этого слова, для того чтобы просто выживать и театру, и музыкантам. И огромное спасибо.
И. Цуканов
— Да, заниматься творчеством. Петр, но я хотел спросить, как вы пришли вообще к поэзии Гумилева и как у вас родился замысел этого вот, ну будем говорить все-таки, спектакля, как это получилось?
П. Главатских
— Знаете, в 8 классе мы проходили это по литературе, эти стихи. И мне понравилось, что они очень на общем фоне символизма, который там был — Белый, Гиппиус, Мережковский — наш преподаватель по литературе, я учился в специальной музыкальной школе при Уральской государственной консерватории в Екатеринбурге, наш преподаватель Наталья Викентьевна Шкребнева, давала нам какой-то очень мощный срез. Я помню, что мне нравился Маяковский — именно в силу умения построения ритмических структур. И мне нравилась поэзия Гумилева, потому что в ней было очень много мужского, какой-то вот такой вот первородной силы. И я понимал, что эти путешествия об Африке и эти африканские стихи — ведь очень долго, даже у очень больших ученых литераторов можно услышать мнение об этих стихах, как о юношеских, как о чем-то таком, ну проба пера. Мне кажется, там немножко дело в другом, что там есть как раз та божественная простота, которая, скажем, есть в музыке Арво Пярта, и это специально сделано. То есть на общем фоне поэтическом того времени, когда идет всевозможное усложнение конструкций, когда постоянное оперирование к каким-то аллюзиям, да, начинает философия Фрейда быть очень популярной в это время, начинается вот эта работа с подсознанием, какие-то образы, да, такой коллаж в поэзии — тут в этом плане все достаточно просто. Но тем не менее вся африканская тематика наполнена неким символизмом. Если мы посмотрим внимательно, мы услышим: «О тебе, моя Африка, шепотом в небесах говорят серафимы». И тут, конечно, Гумилев подчеркивает то, что Африка это очень мощный христианский не просто даже как континент, а символ. Потому что и Антоний Великий, и первые монастыри, и все «Добротолюбие» начинается с Африки, и пустыня — Мария Египетская, скит — это все из Африки. И африканская страна, которая никогда не была колонизирована, Эфиопия — царица Савская, которая приезжает к Соломону, и как заканчивается вступление у Гумилева: «Дай скончаться под той сикоморою, где с Христом отдыхала Мария». То есть Мария могла же гораздо в более место локальное уйти от избиения младенцев, но целенаправленно они именно с Христом идут в Африку. И это есть тоже некая преемственность — как царица Савская приходила к Соломону, так и Христос с Марией попадают в Африку, это очень интересно. Особенно я был в Музее русской иконы, потому что там очень интересный эфиопский зал, и там говорится о эфиопских традициях, очень многие такие, нельзя их назвать фресками, но что-то среднее между папирусом, мозаикой, иконой, фресками, которые рассказывают о том, о попытке колонизации Эфиопии. Итальянцы предприняли эту попытку, но так получилось, что после первой битвы в Эфиопии был молебен, и на них ночью напала стая львов и абсолютно растерзала раненых.
И. Цуканов
— На итальянцев, да?
П. Главатских
— И это настолько демотивировало армию, что следующий день, он, в общем-то, был предрешен. И вот эти вот африканские символы, которые, может быть, не явные, но и сикомора, и постоянно получаются такие маленькие отсылки. И как я недавно прочитал, последнее, что взял с собой в камеру Гумилев — а именно сто лет назад, где-то, по-моему, в районе Таганки был суд и он был расстрелян — это было две книги — это было Евангелие и «Илиада». И в этом плане, это очень показательно для африканских стихов, то есть вот эти вот странствия, и странствия по Евангелию, и отсылка к древней христианской символике.
К. Лаврентьева
— Но тем не менее все равно нельзя не задать вопрос: почему Африка, Петр? Почему Африка? Стран бесчисленное множество, откуда у вас к ней, именно к этой стране такой интерес?
П. Главатских
— Вы знаете, мне кажется, здесь Африка, она не как название континента или название какой-то страны, мне кажется, Африка в некоем смысле как поиск рая на земле, некая внутренняя Африка.
И. Цуканов
— Ну что-то первозданное такое, да?
П. Главатских
— И в то же время далекое. И в то же время, конечно, он не был лишен какой-то эпатажности — «наш Микола», как называли его, он ходил по Петербургу в леопардовой шкуре, например, представляете. Ну тогда это очень модно было в этом кругу, и каждый эпатировал как мог.
И. Цуканов
— Ну вот вы рассказывали уже в разных интервью о том, как этот спектакль делался, да, что были привезены с каких-то вот экспедиций по Африке там звуки инструментов африканских, которые потом были обработаны, в том числе с помощью электроники, как свет вот...
П. Главатских
— Сергей Васильев — замечательный художник по свету, это наш соавтор, конечно.
И. Цуканов
— Потому что там непростой зал, там не черный...
П. Главатских
— Кабинет.
И. Цуканов
— Кабинет, да, а белый кабинет.
П. Главатских
— Он даже не кабинет, он такой, он асимметричен. Ассиметричный белый кабинет — если таким языком художника по свету говорить о нем.
И. Цуканов
— Ну вот и все это читаешь и думаешь, что ведь все это делалось как раз в эпоху ковида, да, то есть в эпоху, когда действительно очень сложно было вообще затеять что-то новое. И в этой связи вопрос, насколько сложно было все это сделать и ну как бы на что вы рассчитывали? То есть вот для вас на какой, ну если можно так спросить, на какой эффект что ли вы рассчитывали, да? То есть вы ждали, что придут люди или вы делали это больше для себя, ну чтобы как-то прожить вот этот вот что ли, вот эту любовь к стихам Гумилева африканским?
П. Главатских
— Год назад, 28 марта была назначена премьера в МКЗ «Зарядье».
И. Цуканов
— Как раз когда начался карантин.
П. Главатских
— И, естественно, она отменилась примерно за две недели. И тогда скорее встал вопрос: а будет ли что-нибудь когда-нибудь вообще? Но я благодарен дружной команде «Зарядья», генеральному директору, Ольге Эдуардовне Жуковой, которая сделала все для того, чтобы помочь с переносом. То есть мы сделали некий перенос, до конца еще не понимая, это последний перенос или что дальше будет. Так получилось, что это время было не очень простым для меня лично, оно было полным каких-то совсем новых изменений и трагедий. Потому что у меня 10 апреля родилась вторая дочь и...
К. Лаврентьева
— Поздравляем вас.
П. Главатских
— Спасибо. И, конечно, остро встала ситуация что-то придумывать. Потому что сидеть с ребенком таким маленьким, выходя с ним гулять только на балкончик — ничего не получится. Что делать вообще? Все отменилось, пришлось как-то думать, ну что были какие-то накопления, мы стали как-то придумывать. В результате опять же только промыслом каким-то Божиим у друзей наших друзей оказался очень хороший контакт в Козельске. И мы уехали почти что на весь ковид и жили под стенами, можно сказать, Оптиной пустыни.
К. Лаврентьева
— Прекрасно.
П. Главатских
— Притом что монастырь-то закрыли. Вот эти вот несколько первых месяцев в Козельске, когда ты...
К. Лаврентьева
— В деревне, весна.
П. Главатских
— Гуляешь, абсолютно закрытый монастырь, нет людей, скит, там колодец вот этот, в котором тоже нет людей. Пустой абсолютно этот Оптинский лес, где уже, а получилось, что людей нет, и там даже стали кабаны приходить. Даже в какой-то момент вечером уже стало так опасно гулять. Так, кажется, что сейчас пойдешь там, преподобного Амвросия встретишь и не удивишься.
К. Лаврентьева
— Да, изоляция полная такая. А вот на самом деле, Петр, смотрите, вы рассказываете это, а я вспоминаю, как мы уезжали в какой-то лес и гуляли, чтобы получить какой-то глоток свежего воздуха. Как вы думаете, чем полезно было это время для людей? Вот сейчас оглядываясь назад, а уже можно немножко оглянуться и понять что-то для себя, сделать какие-то выводы.
П. Главатских
— Я думаю, что, конечно, сделать паузу — это было полезно. Человек стался без работы, без денег...
К. Лаврентьева
— Без развлечений, без общения.
П. Главатских
— Многие остались просто изолированные. И наконец-то понял, что вот он и стал человеком. Вот и все, вот и вся эта шелуха...
К. Лаврентьева
— Отлетела, да.
П. Главатских
— Нет ни работы, ни друзей, и многие постигли, что такое изоляция в самом жестком смысле этого слова. Вот смотрели в окно. И тогда, может быть, и приходит мысль, что вот на самом деле я являюсь, и совсем по-другому уже звучат слова и Писания, и книг, которые ты можешь прочитать. И совсем уже некуда тропиться. И, конечно, надо сказать, что тяжелым еще испытанием было то, что скончался мой духовный отец, отец Георгий Бреев.
К. Лаврентьева
— Ничего себе.
П. Главатских
— И так получилось, что по нашему храму, прихожанами которого мы являемся с супругой и с детьми, в воскресную школу моя Василиса, старшая, ходит, был, в общем-то, нанесен очень тяжелый удар — у нас заболели все батюшки. И в какой-то момент, и так храмы были закрыты, и все батюшки заболели, и умер отец Георгий.
К. Лаврентьева
— Ну это все очень тяжело переживали.
П. Главатских
— К нему на похороны даже нельзя было попасть, потому что все было оцеплено. Большое спасибо Николаю Брееву и всей семье, что была проведена трансляция, и мы хотя бы могли быть мысленно с ними.
К. Лаврентьева
— «Вечер воскресенья» на радио «Вера». В этом часе с нами Петр Главатских, музыкант, мультиинтструменталист, выпускник Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, автор спектакля «Эбеновая кожа» и соавтор спектакля «Лавр» во МХАТе. У микрофона Игорь Цуканов и я, Кира Лаврентьева. Петр, знаете, на что я обратила внимание, когда готовилась к вашему интервью, когда мы с Игорем готовились к вашему интервью — на то, что вы делаете акцент на внутренней тишине. Вы говорите о том, что музыка может рождаться из внутренней тишины, должна рождаться из внутренней тишины. Также вы сказали, что много находитесь как раз в тишине. Вы знаете, у меня сразу какая-то параллель прошла с Бахом. Он, конечно, был не глухим, а слепым, но тем не менее.
П. Главатских
— И далеко не сразу.
К. Лаврентьева
— И далеко не сразу, но тем не менее. Петр, ведь вы очень много своего творческого внимания уделяете Баху. И я, если даже не ошибаюсь... Как это, Игорь, называется?
И. Цуканов
— Сюиты.
К. Лаврентьева
— Перекладываете сюиты Баха, да, для африканского органа маримба. А маримба, если не ошибаюсь, это какой-то родственник ксилофона что ли, да?
П. Главатских
— Ну похоже, похоже. Это дерево, которое ближе к корню — у него другая структура и другие волокна, и оно более крепкое. И вот этот вот дерево с корня, оно идет на ксилофоны. А для маримба берут ну где-то от середины ствола, ну то есть если представить ствол, где-то последние двадцать пять процентов. У дерева там уже другая структура и, естественно, совсем другой звук, и за счет этого он может быть тонкий и уйдет вот этот басовый регистр, и можно получить полифонию.
К. Лаврентьева
— Так вот к чему я это все спрашиваю. Не секрет, что когда человек вынужденно лишен каких-то возможностей — там зрения, слуха, он может еще более талантливо, еще более мощно себя развить в творчестве. Вы создаете себе эту внутреннюю тишину, как бы искусственно создаете себе эту внутреннюю тишину, чтобы побывать наедине с самим собой. Но ведь большинство людей, они боятся этой внутренней тишины, они боятся остаться наедине с самими собой. Потому что никто не знает, кто и как сам перед собой открывается и что мы там увидим, внутри себя. Петр, вот это вот нахождение внутри себя, что это за тишина такая? Это нахождение с Богом, это поиск творческий или это просто такое возвышение над реальностью и суетой?
П. Главатских
— Ну есть аспект духовно-философский, и тут, конечно, хочется сказать, что не всякая тишина становится исихией, да, но должна стремиться к этому. Есть вопрос абсолютно физический и практический, как накачка мышц, слух тоже имеет свою эрогенность, свою чувствительность, и перепонка должна отдыхать, и просто нужно отдохнуть — это уже как бы абсолютная физика. И, конечно, когда я готовлюсь, для меня самое тяжелое даже не студийная работа, а наверное, процесс сведения в студии. Потому что вот тут вылезает все, на сведении, и это самая нервная для меня работа — сведение. И, конечно, когда я иду на сведение, я стараюсь, чтобы у меня было какое-то время, ну чтобы уши были свежие, чтобы какие-то звуки просто не падали на мембрану, чтобы мембрана была — это мы уже перешли на медицинские...
К. Лаврентьева
— Это сейчас говорит отец двоих детей.
П. Главатских
— А вообще тишина — да, тишина пугающая. И вы знаете, иногда даже бывает, что вот мы что-то задумали, какую-то композицию, и перед тем, как начнется другое, должен быть этот воздух, да, эта пауза — и люди начинают хлопать, они иногда начинают аплодировать — психика не выдерживает. Психика не выдерживает, и вдруг — раз, кто-то один срывается, за ним подхватывают еще, и начинается цепная реакция. И я понимаю, что это прямо вот это, может быть, даже иногда гораздо ярче, чем какой-то громкий звук. Потому что тут весь зал сидит и тишина, и даже слышно, как табличка эта «выход», который по правилам мы не можем затемнять, поэтому в любом театре, даже если темно, вы увидите, где выход. И вы даже слышите свет этот, как он свистит. И, конечно, аплодисменты — это способ разрядки: раз — разрядились, все. Ну это хорошо для людей, они разрядились, для нас это не очень хорошо, потому что нам немножко сначала надо опять начинать после аплодисментов. А про Баха ваш первый вопрос, хочу ответить, очень интересную тему вы затеяли. Да, действительно, в конце жизни Бах ослеп, но самое интересное, что он ослеп после операции, которую ему сделал один врач-шарлатан. И этот врач, он буквально несколько недель назад до того, как оперировал Баха, прооперировал Генделя в Лондоне, и Гендель ослеп. И боясь расправы, он очень быстро — тогда не было смс-сообщений, и Ватсапа, и голубиная почта, наверное, тоже не работала, он очень быстро оказался в Лейпциге. И Бах согласился на операцию у этого врача, потому что тот сказал, что я прекрасно провел операцию только что самому Генделю. А Гендель — это фигура, ну это как Майкл Джексон. Это единственный композитор того времени, кому при жизни — при жизни! — в Лондоне поставили памятник. Притом что он не англичанин, притом что он из Ганновера — это ситуация абсолютно вообще непонятная. Единственный композитор того времени Гендель, который мог записать в своем дневнике: опять поссорился сегодня с принцем. Понимаете, то есть никто другой себе просто не мог такого позволить. В этом срезе, конечно, Бах очень хороший, уважаемый, но абсолютно локальный автор. И, конечно, для него имя Генделя — о, ничего себе, приехал такой врач! — оно произвело впечатление, он согласился на эту операцию и, к сожалению, ослеп. Это, я не знаю, это материал для мюзикла или для какого-то сериала, потому что здесь есть все: тут есть эта интрига с этим врачом, тут есть великий, обласканный славой Гендель, тут есть Бах, который постоянно... На самом деле, когда нас учили в музыкальной школе, нас учили, что Бах — это некий такой человек, очень замкнутый в себе, который сидит на одном месте — это правда. Две гастрольных поездки за всю жизнь, маленькая улица, и вся жизнь происходит на этой улице.
К. Лаврентьева
— И весь мир его знает.
П. Главатских
— Сейчас знает, тогда, конечно, нет. Тогда совсем другие звезды — во-первых, Гендель, во-вторых, Вивальди.
К. Лаврентьева
— Ну так всегда, да.
П. Главатских
— И у Баха очень много сочинений, которые называются Французские сюиты, Итальянский концерт, 14 переложений Вивальди для органа и скрипичных, сделанных лично Бахом, Иоганном Себастьяном. Это немножечко такие мечты провинциала о такой большой столичной сцене. Так что вот этот сюжет потрясающий. И мне кажется, что кинематограф мог бы очень здорово его реализовать.
К. Лаврентьева
— Ну сейчас уже по нынешним меркам он ведь непревзойденный мастер полифонии и более тысячи произведений он написал.
П. Главатских
— Это да, Бах замыкает цепочку великих полифонистов. Она не начинается с Иоганна Себастьяна, скорее он очень мощная кода ее. То, что начиналось в XV веке еще от мрачных нидерландских органистов, потом пошло от семьи Бахов. И, конечно, тут нельзя не сказать о значении фигуры Мартина Лютера. Потому что сам Бах постоянно подчеркивает: они из одного города, они из одной улицы, Баха крестят в том же соборе, где был Лютер, первый орган, на котором играет Бах — это тот орган, на котором играл Лютер, потому что Лютер был органистом. Церковный хор, куда идет Иоганн Себастьян — это тот церковный хор, в котором был Лютер. И эта преемственность постоянно, постоянно Бах пишет об этом в своих дневниках.
И. Цуканов
— Вообще поразительно, что мы с вами сейчас говорим про Баха там, про полифонию. А ведь был момент в вашей жизни, когда, как вы рассказывали, вы классику невзлюбили всей душой, возненавидели, после того как вы же начинали учиться-то на скрипке, если я правильно понимаю.
П. Главатских
— Да.
И. Цуканов
— И как-то вам вот в детстве, видать, отбили любовь к классике. Как вам удалась ее потом восстановить? И как получилось — хотел немножко попросить вас вернуться вот туда обратно, в прошлое и рассказать немножко нам и нашим слушателям, как вообще получилось, что вы стали вот таким вот музыкантом, ну в каком-то смысле индивидуальным? Потому что вы же учились на оркестровом отделении, потом вы поняли, что оркестр это не совсем то, что для вас вот, ну как сказать, что вам интересно, где вам уютно, да. И как вот этот ваш путь сложился к сегодняшнему моменту? И как вам удалось не потерять или восстановить в себе любовь вот к классике, к Баху, не знаю, к Генделю, к кому-то еще? Притом что был момент, когда, в общем, вы увлекались совсем другой музыкой, там «Лед Зеппелин», да, и так далее.
П. Главатских
— Да. Ну может быть, я не очень правильно скажу, но я не считаю Баха классикой. Все-таки в узком смысле этого слова это не классицизм, это все-таки полифония — это немножечко другая эпоха. Классицизм все-таки начинается, по моим личным ощущениям таким, да, я все-таки не специалист, по моим личным ощущениям, Бах заканчивает определенную эпоху. И это эпоха — эпоха великой полифонии. Если мы возьмем весь земной шар и посмотрим на все музыкальные традиции — а не будем забывать, что музыкальная традиция Западной Европы, о которой мы сейчас говорим, одна из самых молодых традиций, потому что только в середине XV века стали записывать нотами, то мы поймем, что дальше этой высоты искусство фуги. Последнее сочинение Баха — это такой венец вековой традиции. В искусстве фуги зашифрована монограмма «Давид», и здесь немножко Бах не то что сравнивает, но он хочет быть похожим на великого псалмопевца и эта идея зашифрована. Но если смотреть, видимо, взглядом человека того времени, то это фактура была уже очень перенасыщена, уже очень много голосов. Мы видим, что после Баха наступает такой гламур, как можно сказать — все проще. Да, наступает абсолютный культ оперы, наступает время великих итальянских импресарио. И опера и до этого расцветала, при жизни Баха, но Бах не пишет оперы, потому что в опере того времени господствуют кастраты — для Баха это аморально, и в Германии вообще нет оперных театров. Он есть только в Гамбурге, потому что Гамбург вроде Германия, но город приморский, есть свои купцы, а все приморские города, они немножечко живут на свей волне, вы знаете, во все времена. Поэтому мне кажется, что изначально мы немножечко учились по системе, которая была принята в Советском Союзе — это неплохо, тут есть очень много хорошего. Но все что касается музыки этого поколения, оно воссоздано по редакциям. Например, мы начинаем играть Баха на фортепиано — Бах не писал на фортепиано, потому что фортепиано еще не было. Мы играем это в редакциях — редакции, дай Бог, XVIII, а то и конца XIX века — там педали, штрихи — опять же ничего этого у Баха нет. Определенная разлиновка какая-то есть некая, может быть, для того чтобы знакомиться с этим. Но вот мне там, я очень люблю, как Гленн Гульд играет Баха, но когда я играю сам, меня всегда пугало вот это, у меня плохо получалось просто и, естественно, мне это не нравилось. И на долгое время интерес к музыке Баха и к музыке, которую мы играли — как-то вот ну мне казалось, это вот то, что я должен вытерпеть, чтобы потом, на переменках мы какие-то поиграли кавера из «Наутилуса» или из «Агаты Кристи». Это некая зона терпения, вот это я должен протерпеть вот эти уроки, там штук шесть их, а потом вечером все, начинается уже творчество, то есть такое напряжение. Но это мне много дало, во-первых, я много прошел музыкального материала, ну и потом совсем уже, когда я учился в консерватории, я услышал тех, кого сегодня называют исполнителями на аутентичных инструментах — Джона Элиота Гардинера, Жорди Саваля — и я, конечно, в хорошем смысле этого слова обалдел, потому что это было абсолютно другое звучание. И я вдруг как-то смог какие-то такие маячки протянуть от музыки, которую я люблю, до вот этой вот музыки, которая казалась чем-то вот таким вот старым. И вообще движение аутентизма, оно очень в 80–90-е годы в Европе и конец 90-х годов просто прошлого века, оно начало возрождаться, камерная музыка невероятно популярна. Сейчас Жорди Саваль со своим ансамблем, пять-шесть человек, играет в зале «Зарядье», который 1300 мест — еще лет 25 назад представить такое просто было невозможно. И это вот как-то оживило. Но параллельно с этим мне, конечно, было интересно изучать еще и музыку восточную. Потому что, когда ты погружаешься все-таки в мир ударных, он чем интересен, он рано или поздно сталкивает вас лбом с таким феноменом как время. Время вообще, что это? Что оно, разомкнутость его — вот такие вопросы, да, вот то, что Евгений Германович Володазкин очень мастерски те вопросы, которые он ставит в «Лавре». И кажется, если играешь на ударных, думаешь об этом, эти вопросы становятся очень актуальными. Так получилось, что ударные инструменты в сегодняшнем симфоническом оркестре, в оркестре оперном носят — ну в основном играют у нас, конечно, репертуар XVIII–XIX века в больших театрах, даже не XX — ну это просто данность, и они все-таки носят некий колористический характер. И почему это было, я вот так долго думал. Но потом понял, что в Европе, вы знаете, во времена инквизиции просто очень многие традиции музыкальные, в том числе связанные с ударными, они были уничтожены, инструменты просто жгли. Очень долго не было понятия светского музицирования, да. Отдельные европейские театры, какие-то народные исполнители — все это очень быстро горело в костре инквизиции. И первые инструменты, как ни странно, ударные и духовные, и струнные появились привезенные как трофей из крестовых походов. Это касается, например, наверное, самой популярной... Если сейчас мы скажем: звучит музыка, — то большинство людей представят, что звучит фортепиано. А вот, скажем, в веке XV сразу же люди думают, что звучит лютня. Лютня — колоссально популярный инструмент, но лютня — корень этого слова происходит от арабского «аль-уд» — просто оно было переведено таким образом. Этот инструмент, который вот появился как раз после крестовых походов и оказался невероятно популярным. И тут еще, если изучаешь историю странствующих трубадуров, миннезингеров, есть такая интересная особенность — очень многие из них очень состоятельные люди, рыцари, Я всегда думал: что заставляло их в какой-то момент оставлять свои имени и идти странствовать? А где-то я прочитал, что тут очень интересно, что очень многие люди возвращались абсолютно разочарованными из крестовых походов — то есть то что там было, совсем расходилось с тем, какие представления у них были. И привозя эти инструменты, люди погружались в себя, погружались в зону некоего музицирования и это становилось их жизненным путем.
И. Цуканов
— Это «Вечер воскресенья» на радио «Вера». Напоминаю, дорогие друзья, сегодня у нас в гостях Петр Главатских, музыкант, мультиинтструменталист, вот мастер игры на самых разнообразных ударных инструментах. И мы продолжим наш разговор с Петром через короткую паузу, буквально через несколько секунд. Пожалуйста, не переключайтесь.
К. Лаврентьева
— Приветствуем вас еще раз, уважаемые слушатели. «Вечер воскресенья» на радио «Вера». В этом часе с нами Петр Главатских, музыкант, мультиинтструменталист, выпускник Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, автор спектакля «Эбеновая кожа», который, я как понимаю, сейчас в «Зарядье», и всегда должен был идти в «Зарядье», но из-за пандемии была некоторая пауза, сейчас все возобновлено, и соавтор спектакля «Лавр» во МХАТе. Петр, вы знаете, я очень внимательно всю первую часть программы слушала ваши глубочайшие познания — про Баха, про инструменты, про орган такой, про орган такой, про африканскую музыку, про африканскую культуру музыкальную...
П. Главатских
— Про лютню.
К. Лаврентьева
— Про лютню, про Гумилева. То есть вас можно слушать совершенно вот бесконечно просто. И я как человек, который с краю чуть-чуть поплескался в этом море музыкальном, вот прямо у берега поплескался, могу сказать, и не буду оригинальной, что, наверное, каждый музыкант не может себя назвать атеистом до конца, даже если он совершенно не верит в Бога и совершенно незнаком с церковной жизнью. Потому что даже я позволю себе процитировать английского художника и критика художественного Роджера Фрая, который сказал, что Бах почти заставляет меня поверить в Бога. То есть, когда ты слушаешь композиторов, когда ты слушаешь такую глубочайшую совершенно по структуре, по организацию музыку, ты не можешь не уйти вглубь себя, не можешь не уйти в эту внутреннюю тишину, о которой вы говорили. И, конечно, напрашивается самый главный вопрос нашей сегодняшней программы: а как пришли к вере вы, Петр?
П. Главатских
— Получилось так, что мама решила меня крестить, когда я был достаточно уже в большом таком возрасте, то есть мне было 12 лет. Был какой-то очень такой большой подъем. Наш в Екатеринбурге храм, где я крестился, по-моему, тогда был чуть ли не единственный, но он достаточно большой там — это в центре города, это храм Иоанна Предтечи. И вот произошло это крещение, и какой-то такой был интерес. У меня отчим был художник, и время от времени появлялись какие-то старинные иконы, все это было вокруг меня, и мне нравилось просто ходить в храм. И так получилось, что после того как я крестился, я поменял музыкальную направленность. То есть я играл на скрипке, но мне не нравилось, я играл на баяне, играл на скрипке, скрипка у меня был профильный предмет инструмент — ну, конечно, это мучения были. Но я сейчас понимаю, что это было хорошо, потому что скрипка в любом случае развивает слух. Будете вы скрипачом, не будете, если вы в детстве занимались на скрипке, ваше ухо, это как растяжка, это как шпагат — если вы сели, только этот шпагат останется с нами, в отличие от настоящего. И вот стал переходить в эту новую для меня тему ударных инструментов. Ну знаете, у нас хорошая система в специальных музыкальных школах, но это такие учреждения без сантиментов. В общем, не получается — до свидания. И в общем, тут у меня был такой вопрос, что ну я понимал, что развития не происходит. Рядом со мной были мои гениальные одноклассники, которые, конечно, играли на две, на три головы выше меня — они были скрипачами, это было понятно. Со мной было понятно, что я не скрипач, уже понятно. Были как какие-то объективные факторы, так и субъективные. Мой преподаватель считал, что у меня отсутствие ритма и координации, как маме сказали. Мама очень волновалась, как и все родители, потому что ну что, это сложно: ребенка, который прошел предшколу, прошел четыре класса спецшколы, сейчас — в Свердловске того времени — отдать в обыкновенную районную школу — ну это из огня да в полымя немножечко. И, конечно, думали, есть такая практика, со времен опять же Советского Союза, сейчас это, кстати, уже уходит — что тех, кто не очень хорошо на инструментах класса VIP — это фортепиано и скрипка, их как бы чуть-чуть так по партитуре начинают двигать. И кого-то переводят на духовое — а ударные там ниже, это прямо вообще там дно — кого-то на ударные, то есть это такое немножко наказание. Ну то есть ну ладно, оставим. Ну я даже не думал про ударные, никогда не думал. Я продолжал, слушал я определенный материал. Мы тогда фанатели абсолютно, был абсолютно Свердловск того времени — это город аудиофилов. Запах этих пластинок — это запах этого винила, эти вот нераспечатанные, там ожидание, когда выйдет, там многокилометровые очереди в магазине, когда «Мелодия» начинает выпускать что-то. Причем это не было связано только с роком. Я знал людей, говорили, что там ничего не было, на самом деле все было, все альбомы — там «Битлз», «Роллинг Стоунз», концертные альбомы «Куин» — никогда не было какого-то дефицита в этом у меня. И просто один раз — ну это все по Промыслу, конечно, тоже я сейчас понимаю, происходит. Я уже выходил, вдруг раздался телефонный звонок, мама взяла трубку — позвонил мой будущий преподаватель, Леонид Григорьевич Кумище. И он сказал: вот, я преподаю ударные в школе. Ну а мама у меня закончила консерваторию, теоретик, она говорит: ну а как же он будет? У него такой диагноз — у него отсутствие ритма и координации. Ну правильно его спросила: вы вообще не боитесь такого ребенка, такой материал брать? Он говорит: ну давайте посмотрим. Ну и я пришел уже на прослушивание на ударные инструменты. Ну как-то там, не знаю, что-то сыграл, и мне понравилось сразу же — там много барабанов, там установка, мужской коллектив. Тогда еще не было принято, что представительницы прекрасного пола так активно играют, как сегодня. И это был абсолютно такой мужской коллектив, такое своего рода, то оно братство, то оно немножко армия, но как-то очень хорошо я себя, органично в этом чувствовал.
И. Цуканов
— Такой андеграунд немножко.
П. Главатских
— Да, такой андеграунд, потому что все слушают и музыку, и там: ой, опять на оркестр, ой, лучше бы что-то. И такая и дружба, настоящая мужская дружба. И вот так как-то вот и пошло, и поехало.
И. Цуканов
— Ну а все-таки вопрос про веру, да, и про то, чем для вас, когда христианство стало для вас чем-то важным? Это как-то шло, я так понимаю, рука об руку, да, с вашими занятиями музыкой?
П. Главатских
— Да, потом как-то получилось лето, что я никуда не поехал. И мама меня устроила на лето, я ходил в храм Вознесения Господня, который рядом, у нас филармония, он прямо напротив дома Ипатьевых, где была расстреляна Царская Семья. Дом, который Борис Николаевич приказал снести с лица земли, и долгое время там был просто пустырь до того, как построили уже сейчас часовню, не было ничего. И я там немножечко пытался подпевать в хоре, что-то помогал и на колокольне звонил. И это было, конечно, здорово — там поднимаешься. Я пытался какие-то свои навыки с ударной установки — это, конечно, все смешно —перенести на колокола. Потому что колокола — это вообще отдельный мир. И так получилось, что вот это вот лето я провел в храме. Я не могу сказать, что я специально читал какие книги, что со мной кто-то, я просто был в храме. Просто у меня было свободное время, я занимался, потом шел в храм, а после службы шел на колокольню. А потом шел в трапезную, что-то днем делал, а вечером опять приходил в храм. И так это как-то, так ну абсолютно было ненасильственно, меня никто не заставлял. Ну хорошо, хочешь сходить в храм — ну прекрасно. И я помню, это такой был какой-то подъем, открывались храмы, люди стали ходить. Мы стали ходить на ночные службы, это что-то в воздухе витало такое, очень интересное. И я понял, что ну вот мне хорошо просто там. Вот мне хорошо. Я себя чувствую комфортно, мне не хочется никуда уходить. Это медленно, и я не хотел никогда это форсировать, это медленно становится частью моей жизни.
И. Цуканов
— С тех пор это ощущение не изменилось? Потому что иногда бывает, что ну вот...
К. Лаврентьева
— Период неофитства заканчивается и как-то, да.
И. Цуканов
— Ну, во-первых, а во-вторых, стихия творческая, она иногда с трудом как бы вмещается в какие-то вот эти вот такие канонические структуры. Ну может быть, мы сами иногда себе их придумываем, что они есть, но иногда кажется, что канонические структуры, они такие жесткие, и там здесь можно, а здесь нельзя, тут положено, а тут не положено. А человек, который глубоко в творчестве, да, для которого творчество это что-то настоящее, живое, ну ему трудно вот в каноны влезать, себя как-то так вот удерживать.
К. Лаврентьева
— Ну человек, который глубоко в Церкви, он тоже отличает каноны, например, от обрядоверия, да.
И. Цуканов
— Ну конечно.
К. Лаврентьева
— Потому что мы же очень часто обрядоверие какое-то признаем за каноны, и думаем, что это все вот и есть правило.
П. Главатских
— Ну как мы играм по нотам и думаем, что это музыка. Извините за такой...
И. Цуканов
— Вот очень хороший образ, кстати, да.
К. Лаврентьева
— Класс, отлично.
П. Главатских
— Как Чарли Паркер — это абсолютно не христианский пример, конечно, но как Чарли Паркер сказал в одном интервью: и эти люди, которые сидят за роялем, думают, что они играют Шопена, — про кого-то. Вот это немножечко про это. А если ты это понимаешь, то у тебя таких вопросов не возникает.
К. Лаврентьева
— А вы это сразу поняли?
П. Главатских
— Нет, конечно. Получилось так, что я переехал в Москву, в Мерзляковское училище при консерватории и жил четыре года под звездами Кремля. И это как раз был такой этап, когда я практически перестал ходить в церковь, я не ходил в церковь. У меня не то что у меня был какой-то негатив или я стал еретиком каким-то — нет, но просто так получилось. А потом я поселился в комнате, у меня сосед Сергей Китаев, он пел на клиросе, и у него просто была библиотека. И там у него был Антоний Сурожский — я опять стал читать, стал вчитываться и опять как-то стал ходить в храм. Ну тем более 4 курс, тут уже очень такие высокие ставки. Потому что в те славные времена это очень ответственно — поступать в консерваторию, потому что у тебя есть несколько месяцев, пока идет призыв и у тебя приписное, ну то есть как бы не получаешь — все, ты уходишь в армию. Ну а в армию, конечно, с одной стороны, может быть, иногда и нужно сходить. Но с точки зрения профессионального развития — если ты занимаешься с шести лет и если ты играешь на инструменте, то, конечно, это может быть немножко такой шаг назад. И, конечно, я боялся. И в училище, понимаете, все было так устроено, что это общежитие, оно жило абсолютно по советским таким принципам. То есть я уезжал из Екатеринбурга, я думал, что сейчас я уезду там в столицу — это свободный город. Нет, ничего, как раз оказалось, что это вот, да, «скованные одной цепью» — вот я и понял, что такое «скованные одной цепью». Понимаете, это очень, с одной стороны, хорошая, с другой стороны, очень страшная такая система музыкального образования. Я не знаю почему, но мы жили в общежитии, и изначально это ощущение, что мы иные — это очень мощное ощущение, абсолютно мощное. Нам сразу же дают понять, что мы иные. Мы живем своим общежитским анклавом. И даже когда мы сидим в буфете — дай Бог, чтобы сейчас этого не было, я думаю, что и нет, — но в те лихие годы это было очень ощутимо, мы были иными. Это, с одной стороны, нас сплачивало, и скажем 1–2 курс — это, правда, очень тяжело. Потому что была, скажем так, тусовка людей, кто из Москвы, и была тусовка, которые приезжие. И приезжий должен что-то сделать, чтобы попасть, чтобы стать своим. Но я никогда не пытался стать своим. Я всегда говорил: я приехал не для того, чтобы устроить свою жизнь, я приехал для того, чтобы стать музыкантом. И не потому, что это какие-то громкие слова, потому что это была моя, еще когда я играл на скрипке, я понимал, что у меня столько вопросов. Когда я перешел на ударные, вопросов стало гораздо больше. Я понимал, в моей семье — у меня папа фаготист, дедушка валторнист, мама теоретик — быть музыкантом — это очень высоко. И я не могу сказать, что я сейчас музыкант, но я могу сказать, что я стараюсь им стать. То есть в нашей семье и вообще принято, то есть музыкантом себя просто так как бы не назовешь. То есть: я музыкант — это... ну понятно. Это кто-то так говорит. И в общежитии были очень такие большие вызовы. А еще началась эта вся экономическая ситуация — все рухнуло, кризис. Я понимал, что я становлюсь как бы, что родителям тяжело меня просто содержать. Я устроился работать дворником на площади Революции. С утра я просыпался полседьмого, у меня был такой хороший участочек, там что-то ресторанчики. Ну и прекрасно, пока еще темно, когда осень-весна еще нормально — просто прошел, промел. А вот когда снег, конечно, начинается. Еще ни тракторов, ничего не было, приходилось это все вручную, лопатами такими деревянными, чтобы не пачкать брусчатку. Ну когда снег — это еще ничего, а когда он мокрый...
И. Цуканов
— И когда лед.
П. Главатских
— И когда лед, да, то есть я вырабатывался хорошо. Но тем не менее это дало мне смирение, это дало мне деньги. И вы понимаете, что я тогда дворником зарабатывал больше, чем музыкант, играющий в оркестре, правда. Потому что это территория была каких-то, я не знаю, каких-то бизнесменов, которые купили, и нам платили нормально, правда. Это представляете, какая была ситуация? А музыканты ведущих оркестров в те лихие годы были заняты тем, там подрабатывали тем, что занимались извозом. В общем, страшное такое время. И, конечно, не было дела до ребят из общежития, поэтому в общежитии случались всякие трагедии. К сожалению, ушел рано из жизни мой друг, Савелий Короткевич, очень трагически, покончив жизнь самоубийством. И очень многие слетали как бы и не выдерживали этой свободы, потому что Москва того времени это совершенно дикий город. Тем более мы живем в центре, на Большой Дмитровке, постоянно то какие-то бандитские разборки, вся вот эта вот тусовка ночная, никогда никто не спит. А потом мне как-то повезло, я работал дворником. Ну было прекрасно. Ну было немножко тяжело, но это меня внутренне собирало. Потому что творческая интеллигенция, она поздно обычно встает, а то что я поработал дворником, я научился вставать рано. А потом я шел на занятия, занимался. Потом у меня был такой маленький барабанчик, я на нем занимался еще там у себя, в дворницкой. Поиграю-поиграю и опять выйду, лопатой покидаю. А потом мы решили устроиться музыкантами. Просто ходили, предлагали, с моим другом, Сашей Шитиковым, он сейчас в Чили живет: может быть, вам нужно поиграть в ресторане? Может быть, вам? Ну оказалось, что никому не нужно, и нам предложили работать в гардеробе. Ну после дворника-то — это о, работа в гардеробе! — ресторан, еда, понимаете. Вообще можно поесть, пообедать. Ну как бы тот, кто работает в ресторане, никогда не останется голодным. Вот и это, конечно, был такой подъем. Ну и как-то время стало налаживаться, надо было поступать в консерваторию уже и можно было заниматься гармонией там, пока сидишь и готовишься к этим очень нелегким экзаменам консерваторским.
К. Лаврентьева
— «Вечер воскресенья» на радио «Вера». В этом часе с нами Петр Главатских, музыкант, мультиинтструменталист, выпускник Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, автор спектакля «Эбеновая кожа» и соавтор спектакля «Лавр» во МХАТе. У микрофона Игорь Цуканов и Кира Лаврентьева. Петр, мы немножко коснулись темы отца Георгия Бреева, вашего духовника. Вот в тот непростой период, когда вы работали дворником, когда вы учились, когда вы вернулись в Церковь, я как поняла, как вы нашли духовника? Тогда ли вы его нашли или все же это было позже?
К. Лаврентьева
— Вы знаете, у меня тогда не было духовного отца. Я приходил в церковь, иногда исповедовался, ходил на службы, но даже не знал, что это. Ну как бы читаешь: духовничество, духовничество — ну пролистываешь книгу. Ну и, конечно, мне очень повезло. И я честно могу сказать: все что со мной происходит, только, по существу, происходит по Промыслу. Начиная от этого звонка случайного телефонного. А тогда, ну что тогда телефонный звонок, ну могли выйти и этот звонок мог не состояться, но он с точностью попал в точное время. Я понял, что иногда надо просто расслабиться и принимать. И встреча с моей замечательной супругой — это опять же тоже все по Промыслу, которая тоже жила, она тоже из Екатеринбурга, но жила вообще в другом городе. И как мы все-таки встретились, как мы пришли друг к другу, как потом мы повенчались в храме в Крапивниках. У нас был замечательный духовник, отец Сергий. Потом, к сожалению, он уехал и сейчас он благочинный в Архангельской области. И именно благодаря отцу Сергию тогда я ушел из оперного театра и ушел в свободное плавание. И потом опять вот — уехал отец Сергий, и опять какая-то зона такая, опять генеральная пауза, как мы говорим, наступила, и поиск опять, и какие-то вопросы. И увлечение совсем другими, как это такое в зону Серафима (Роуза) скорее будет, да, немножечко в ту сторону заход. И потом просто я стал какими-то такими вещами увлекаться, что мне казалось, что я как бы если приду и расскажу вообще, чем я увлекаюсь, ну меня просто отлучат, вот просто возьмут и отлучат. И я уже думал, как же я буду, в лоно Церкви-то остаться Русской Православной, что мне делать, и я все равно не хочу выходить, я хочу возвращаться в это лоно. Но я думал, ну вот, может быть, не знаю, может быть, мне в греческую церковь ходить уже, не знаю. Получилось так, что я стал увлекаться йогой, но как уму пытливому, мне, я очень скоро понял, что асаны —это некий подготовительный этап. Мне просто стало как бы крутить асаны — это перестало быть интересно, дальше, дальше — я немножко зашел в зону пранаямы.
И. Цуканов
— Это дыхательные практики.
П. Главатских
— И в зоне пранаямы я почувствовал, что я попадаю в какие-то, мне было очень неприятно, я попадаю просто в какие-то такие дебри.
К. Лаврентьева
— Духовные сферы.
П. Главатских
— Я не могу сказать прямо точно, ну в общем, что-то, что очень мне неприятно. Я стал просто анализировать. Я очень благодарен тому периоду, физически меня все это очень поддержало. Но я постоянно, это стало, я могу сказать так: мне это некомфортно. Более того, меня это пугает. Меня пугает — возможно, что-то я делал не так, — что стало происходить с моей психикой. Я стал думать: а как же, ну что-то же подобное должно же быть. Ну и так медленно я пришел к Паламе, там читанул «Добротолюбие» 2–3-й том, конечно. Ну зачем, ну что? Я поговорил со своим другом, он говорит: да у вас же тоже такое есть. Я говорю: да ладно. Он говорит: ну вот и, в общем-то, там вообще все писано. И он говорит: ну вот есть же исихазм. Ну, говорит, не хочешь к нам ходить, занимайся исихазмом. Я почитал — так все просто: о, ритм сердца лови, растягивай молитву Иисусову на каждый удар — да мне это, я с метрономом играю, я в студии записываюсь под клик, с первого дубля.
К. Лаврентьева
— Так.
П. Главатских
— Да эти удары с молитвой в сердце не сочетаю? Сейчас я эту полифонию настрою на раз-два-три, как просто. Да я буду выключать свет просто в темной комнате и по часу этим заниматься. Я же как занимаюсь, поставлю себе таймер, также как в студии. Ну и доигрался я до такого, что как бы понял, что надо как-то выплывать. Я никогда не думал — я никому не рекомендую это делать, сам не делаю это сейчас, но я знаю, что это ересь очень распространенная. Есть сайты типа «исихазм.ру» — что там творится, это вообще просто. Там каждый себя считает уже вот-вот, и он на обожение, вот, понимаете. Но это смешно, сейчас я понимаю, что это смешно. Это также как, я не знаю там, торчок, который у меня сидит на лавочке у подъезда, говорит, что он на второй ступени по Кастанеде, он уже воин. Но он продолжает оставаться всего лишь там наркоманом. Вот это то же самое примерно. И я подумал: слушайте, ну я залетел, я куда-то так зашел далеко, я не знаю, кто мне может помочь. Я зашел в греческий храм, смотрю — книга Антония Галицкого — читаю, очень интересно. Смотрю, что он разбирает, что он современный человек более-менее, разбирает практику святых отцов. И смотрю — комментирует отец какой-то... Бреев. Ну думаю: посмотрим, интересно. Я уже думаю: так, он такую книгу комментирует, он, наверное, все-таки не из официальной Церкви человек. Набираю в Яндексе — нет, оказывается, настоятель храма. И думаю: ну все, сделаю последний шаг —, я вот к нему приду, я честно расскажу, что я там вижу, как я все это круто делаю и, значит, какой я на самом деле умный. Тут же вот этот элемент тщеславия, он же начинает вас пожирать, вам кажется, что вы обладаете некими спсобностями, что вы можете с первого на шестнадцатый этаж сразу же не то что по лестнице — по лествице, да, где вас с каждого этажа будут — пум, — сбрасывать, а вам кажется, что вы как на батуте, на 16 этаж сразу же войдете. И я-то, как внутренне мне казалось, что я-то понимаю. Ходят, там читают, посты, но они же не понимают, что это все, я сейчас расскажу. Он, наверное, думаю, так удивится. А оказалось, что ну чем можно отца Георгия было удивить? Он так послушал меня внимательно. Он мне единственное сказал: да, мы в молодости много что вообще. Но ты, говорит, постарайся все-таки как-то так вот успокоиться, и вот так читай правило хотя бы утром, вечером. Ну приходи, мы с тобой... Я ему говорю: вообще ну что за разговор? Вы должны мне сейчас сказать адрес монастыря, может, телефон чей-то дадите. Я сейчас поеду, буду там практиковать. Вот это вот там: суббота, воскресенье, храм — это же внешняя вся история, зачем она мне? Вы же поняли. Он говорит: нет. Он говорит: делай, как знаешь, мне не к кому тебя отправить и никаких больше того, что я сказал. Очень так по-отечески, очень с любовью мы с ним поговорили. Я думаю: ну это он просто скрывает от меня, не хочет с первого раза все раскрывать. Приду-ка я к нему еще разок. Ну и так вот мы втянулись. И отец Георгий, конечно, он со свойственным ему юмором так к этому всему относился, и в этом плане успокоил меня, и стал такой подмогой. Ну и сейчас я вспоминаю, конечно, золотое время. Как мы жили при нем? Да как у Христа за пазухой. Ну вот тот, кто его знает, кто был в нашем храме, слушал его проповеди и был, может быть, у него на исповеди, он, конечно, все это почувствовал. Потому что я не знаю, я не специалист определять и давать какие-то духовные заслуги. Но вы знаете, отец Георгий чудесным образом сочетал любовь к тем людям, которых называют простыми, и к людям, которые ну какие-то просто потрясающие, да, то есть у которых какие-то потрясающие интеллектуальные способности. А лучше, чем простая одна из прихожанок нашего храма про него и не скажешь, как она сказала потрясающе: «Как много хороших духовников в Москве. А отец Георгий нас любит».
К. Лаврентьева
— Лучших слов для окончания программы не найти. Начали с Гумилева, продолжили Бахом, закончили отцом Георгием Бреевым. Это был маленький кусочек, но очень важный, пути к Богу, пути к вере, пути в музыке Петра Главатских, музыканта, мультиинструменталиста, выпускника Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, автора спектакля «Эбеновая кожа» и соавтора спектакля «Лавр» во МХАТе. Игорь вот, смотрю, машет мне, хочет что-то еще добавить.
И. Цуканов
— Я просто хотел сказать, что это та редкая беседа, где мы, кажется, только начали говорить и не задали еще половины вопросов, которые заготовили.
К. Лаврентьева
— Так и есть.
И. Цуканов
— Поэтому были бы очень рады вас увидеть у нас в гостях еще раз.
П. Главатских
— Ну хорошо, если я вам не очень надоел и радиослушателям, то обязательно приду.
И. Цуканов
— Спасибо вам огромное.
К. Лаврентьева
— Спасибо за этот интересный разговор.
П. Главатских
— Спасибо.
К. Лаврентьева
— Всего доброго. И до свидания.
И. Цуканов
— С Богом. Всего доброго.
«Журнал от 28.08.2026». Максим Печенкин, Глафира Базурина
Поделиться
Каждую пятницу ведущие, друзья и сотрудники радиостанции обсуждают темы, которые показались особенно интересными, важными или волнующими на прошедшей неделе.
В этот раз ведущие Наталия Лангаммер и Алла Митрофанова, а также директор цифровых проектов журнала «Фома» Глафира Базурина и главный режиссер Радио ВЕРА Максим Печенкин вынесли на обсуждение темы:
— Важность ответственного отношения человека к окружающему миру, сотворенному Богом;
— Молебны перед началом учебного года;
— Пешее паломничество в Троице-Сергиеву Лавру сотрудников фонда «Жизнь как чудо» в поддержку сбора для врачей в городе Ульяновске;
— Опасность использования телефона за рулем.
Ведущие: Наталия Лангаммер, Алла Митрофанова
Все выпуски программы Журнал
28 августа. «Альпийский луг»
ПоделитьсяМне кажется, что альпийский луг служит напоминанием об Эдеме — райском саде — местопребывании наших праотцев, которые наслаждались, до грехопадения, блаженным общением с Богом. Пахучее разнотравье, нетронутые человеческой рукой роскошные соцветия, целительная свежесть воздуха, небесные просторы, залитые солнечным светом, и царство «оглушительной» тишины... Святые отцы свидетельствуют, что подобная красота природы есть всего лишь отражение, или отсвет, Божией благодати, воцарившейся в глубинах человеческого духа, по очищении ума от власти страстей и насилия помышлений.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 28 августа (вечер 27 августа) 2026г.
Поделиться
Пя́тница 13-й седми́цы по Пятидеся́тнице.
Успе́ние Пресвято́й Влады́чицы на́шей Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и.
В некоторых храмах существует следующая практика: в канун праздника Успения, перед всенощным бдением, Плащаница Божией Матери украшается живыми цветами и полагается на престоле, перед которым возжигается светильник, после чего бывает каждение престола и Плащаницы. Во время утрени, на полиелее, Плащаница из алтаря выносится царскими вратами и полагается посреди храма, где и пребывает до богослужения, на котором совершается чин Погребения Божией Матери. Если вынос Плащаницы был совершен в самый день праздника, то на службе Погребения Божией Матери выноса Плащаницы не бывает, но в свое время совершается Погребение с крестным ходом. Впрочем, во многих храмах Плащаница выносится в день Погребения, во время пения особых тропарей праздника на «Бог Господь» (Богослужебные указания)
ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ
Диакон: Воста́ните!
Хор: Благослови́.
Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Священнослужители в алтаре:
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.
Псало́м 103, предначина́тельный:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Блаже́н муж:
Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Го́споди, воззва́х, глас 1:
Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.
Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.
Стихиры Успения Пресвятой Богородицы, глас 1:
На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.
Стихира: О, ди́вное чу́до!/ Исто́чник Жи́зни/ во гро́бе полага́ется,/ и ле́ствица к Небеси́ гроб быва́ет./ Весели́ся, Гефсима́ние,/ Богоро́дичен святы́й до́ме./ Возопие́м, ве́рнии,/ Гаврии́ла иму́ще чинонача́льника:/ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.
Стихира: О, ди́вное чу́до!/ Исто́чник Жи́зни/ во гро́бе полага́ется,/ и ле́ствица к Небеси́ гроб быва́ет./ Весели́ся, Гефсима́ние,/ Богоро́дичен святы́й до́ме./ Возопие́м, ве́рнии,/ Гаврии́ла иму́ще чинонача́льника:/ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.
Стихира: О, ди́вное чу́до!/ Исто́чник Жи́зни/ во гро́бе полага́ется,/ и ле́ствица к Небеси́ гроб быва́ет./ Весели́ся, Гефсима́ние,/ Богоро́дичен святы́й до́ме./ Возопие́м, ве́рнии,/ Гаврии́ла иму́ще чинонача́льника:/ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.
Стихира: Ди́вны Твоя́ та́йны, Богоро́дице:/ Вы́шняго престо́л/ яви́лася еси́, Влады́чице,/ и от земли́ к Небеси́ преста́вилася еси́ днесь./ Сла́ва Твоя́ боголе́пная,/ богоподо́бными сия́ющи чудесы́./ Де́вы с Ма́терию Царе́вою,/ на высоту́ вознеси́теся./ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.
Стихира: Ди́вны Твоя́ та́йны, Богоро́дице:/ Вы́шняго престо́л/ яви́лася еси́, Влады́чице,/ и от земли́ к Небеси́ преста́вилася еси́ днесь./ Сла́ва Твоя́ боголе́пная,/ богоподо́бными сия́ющи чудесы́./ Де́вы с Ма́терию Царе́вою,/ на высоту́ вознеси́теся./ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.
Стихира: Ди́вны Твоя́ та́йны, Богоро́дице:/ Вы́шняго престо́л/ яви́лася еси́, Влады́чице,/ и от земли́ к Небеси́ преста́вилася еси́ днесь./ Сла́ва Твоя́ боголе́пная,/ богоподо́бными сия́ющи чудесы́./ Де́вы с Ма́терию Царе́вою,/ на высоту́ вознеси́теся./ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.
Стихира: Твое́ сла́вят успе́ние/ Вла́сти и Престо́ли,/ Нача́ла и Госпо́дства,/ Си́лы и Херуви́ми и стра́шнии Серафи́ми,/ ра́дуются земноро́днии,/ о Боже́ственней Твое́й сла́ве крася́щеся,/ припа́дают лю́дие со Арха́нгелы и А́нгелы и воспева́ют:/ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.
Стихира: Твое́ сла́вят успе́ние/ Вла́сти и Престо́ли,/ Нача́ла и Госпо́дства,/ Си́лы и Херуви́ми и стра́шнии Серафи́ми,/ ра́дуются земноро́днии,/ о Боже́ственней Твое́й сла́ве крася́щеся,/ припа́дают лю́дие со Арха́нгелы и А́нгелы и воспева́ют:/ Благода́тная, ра́дуйся,/ с Тобо́ю Госпо́дь,// подая́й ми́рови Тобо́ю ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: Богонача́льным манове́нием,/ отвсю́ду Богоно́снии апо́столи,/ о́блаки высо́це взима́еми,/ доше́дше пречи́стаго и живонача́льнаго Твоего́ те́ла,/ любе́зно лобыза́ху./ Превы́шния же Небе́сныя си́лы,/ с свои́м Влады́кою прише́дше,/ богоприя́тное и пречи́стое те́ло предсыла́юще,/ у́жасом одержи́ми;/ прекра́сно же предыдя́ху/ и неви́димо вопия́ху превы́шним чинонача́лием:/ се Всецари́ца Богоотрокови́ца прии́де./ Возьми́те врата́ и Сию́ преми́рно подыми́те,/ Присносу́щнаго Ма́терь Све́та,/ Тоя́ бо ра́ди всеро́дное челове́ком спасе́ние бысть./ На Ню́же взира́ти не мо́жем,/ и Той досто́йную честь возда́ти немо́щно:/ Тоя́ бо преизя́щное прехо́дит всяк ум./ Те́мже, Пречи́стая Богоро́дице,/ при́сно с Живоно́сным Царе́м и Рождество́м живу́щи,/ моли́ся вы́ну сохрани́ти и спасти́/ от вся́каго прило́га проти́внаго/ но́выя лю́ди Твоя́:/ Твое́ бо предста́тельство стяжа́хом,// во ве́ки светоявле́нно блажа́ще.
Вход с кади́лом:
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Све́те Ти́хий:
Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Вече́рний проки́мен дня (в четве́рг ве́чера), глас 6:
Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас пя́тый: Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя,/ и в си́ле Твое́й суди́ ми.
Хор: Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя,/ и в си́ле Твое́й суди́ ми.
Диакон: Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х.
Хор: Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя,/ и в си́ле Твое́й суди́ ми.
Диакон: Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя,/
Хор: И в си́ле Твое́й суди́ ми.
Парими́и Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Бытия́ чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Из главы 28)
Чтец: Изы́де Иа́ков от студенца́ кля́твеннаго/ и и́де в Харра́нь./ И обре́те ме́сто, и спа та́мо,/ за́йде бо со́лнце,/ и взят от ка́мения ме́ста того́, и положи́ возгла́вие себе́,/ и спа на ме́сте о́ном, и сон ви́де./ И се ле́ствица, утвержде́на на земли́,/ ея́же глава́ досяза́ше до Небе́с,/ и А́нгели Бо́жии восхожда́ху и низхожда́ху по ней./ Госпо́дь же утвержда́шеся на ней и рече́:/ Аз Бог Авраа́мов, отца́ твоего́,/ и Бог Исаа́ков, не бо́йся./ Земля́, иде́же ты спи́ши на ней,/ тебе́ дам ю и се́мени твоему́./ И бу́дет се́мя твое́, я́ко песо́к земны́й,/ и распространи́тся на мо́ре, и ли́ву, и се́вер, и на восто́ки,/ и возблагословя́тся о тебе́ вся коле́на земна́я и о се́мени твое́м./ И се Аз с тобо́ю, сохраня́яй тя на вся́ком пути́, а́може а́ще по́йдеши,/ и возвращу́ тя в зе́млю сию́, я́ко не и́мам тебе́ оста́вити,/ до́ндеже сотвори́ти Ми вся, ели́ка глаго́лах тебе́./ И воста́ Иа́ков от сна своего́, и рече́:/ я́ко есть Госпо́дь на ме́сте сем, аз же не ве́дех./ И убоя́ся, и рече́:/ я́ко стра́шно ме́сто сие́,/ несть сие́, но дом Бо́жий,// и сия́ врата́ Небе́сная.
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Проро́чества Иезеки́илева чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Из глав 43, 44)
Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь:/ бу́дет от дне осма́го и про́чее,/ сотворя́т иере́и на олтари́ всесожже́ния ва́шего/ и я́же спасе́ния ва́шего,/ и прииму́ вы, глаго́лет Адонаи́ Госпо́дь./ И обрати́ мя на путь врат святы́х вне́шних, зря́щих на восто́ки,/ и сия́ бя́ху затворе́на./ И рече́ Госпо́дь ко мне:/ врата́ сия́ затворе́на бу́дут и не отве́рзутся,/ и никто́же про́йдет сквозе́ их,/ я́ко Госпо́дь Бог Изра́илев про́йдет и́ми,/ и бу́дут затворе́на./ Я́ко игу́мен ся́дет в них сне́сти хлеб,/ по пути́ Ела́мских врат вни́дет и по пути́ его́ изы́дет./ И введе́ мя по пути́ врат святы́х,/ су́щих к се́веру пря́мо хра́му,// и ви́дех, и се испо́лнь сла́вы храм Госпо́день.
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: При́тчей чте́ние.
Диакон: Во́нмем
(Из главы 9)
Чтец: Прему́дрость созда́ Себе́ дом и утверди́ столпо́в седмь./ Закла́ Своя́ же́ртвенная, и раствори́ в ча́ши Свое́й вино́,/ и угото́ва Свою́ трапе́зу./ Посла́ Своя́ рабы́, созыва́ющи с высо́ким пропове́данием на ча́шу, глаго́лющи:/ и́же есть безу́мен, да уклони́тся ко Мне,/ и тре́бующим ума́ рече́:/ прииди́те, яди́те Мой хлеб/ и пи́йте вино́, е́же раствори́х вам,/ оста́вите безу́мие, и жи́ви бу́дете,/ и взыщи́те ра́зума, да поживете́,/ и испра́вите ра́зум в ве́дении./ Наказу́яй злы́я, прии́мет себе́ безче́стие,/ облича́яй же нечести́ваго, опоро́чит себе́,/ обличе́ние бо нечести́вому, ра́ны ему́./ Не облича́й злых, да не возненави́дят тебе́,/ облича́й прему́дра, и возлю́бит тя,/ даждь прему́дрому вину́, и прему́дрший бу́дет;/ сказу́й пра́ведному, и приложи́т приима́ти./ Нача́ло прему́дрости страх Госпо́день,/ и сове́т святы́х — ра́зум./ Разуме́ти бо зако́н, по́мысла есть блага́го,/ сим бо о́бразом мно́гое поживе́ши вре́мя,// и приложа́тся тебе́ ле́та живота́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Сподо́би, Го́споди:
Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.
Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.
Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Лития́:
Стихира Успения Пресвятой Богородицы, глас 1, самогласна:
Стихира: Подоба́ше самови́дцем Сло́ва и слуга́м/ и е́же по пло́ти Ма́тере Его́ успе́ние ви́дети,/ коне́чное ели́ко на Ней та́инство,/ я́ко да не то́кмо е́же от земли́ Спа́сово восхожде́ние у́зрят,/ но и Ро́ждшия Его́ преставле́нию свиде́тельствуют./ Те́мже, отвсю́ду Боже́ственною си́лою собра́вшеся,/ Сио́на достиго́ша/ и на Не́бо иду́щую предсыла́ху, вы́шшую Херуви́м,/ Е́йже и мы с ни́ми покланя́емся,// я́ко моля́щейся о душа́х на́ших.
Стихиры Успения Пресвятой Богородицы, глас 2, самогласны:
Стихира: Я́же Небе́с вы́шшая су́щи,/ и Херуви́м сла́внейшая,/ и всея́ тва́ри честне́йшая,/ я́же премно́гия ра́ди чистоты́/ Присносу́щнаго Существа́ прия́телище бы́вши,/ в Сыно́вне ру́це днесь всесвяту́ю предае́т ду́шу,/ и с Не́ю исполня́ются вся́ческая ра́дости,// и нам да́рует ве́лию ми́лость.
Стихира: Всенепоро́чная Неве́ста/ и Ма́ти Благоволе́ния О́тча,/ Я́же Бо́гу пронарече́нная,/ во Свое́ Ему́ жили́ще несли́тнаго соедине́ния/ днесь пречи́стую ду́шу Творцу́ и Бо́гу предае́т,/ Ю́же Безпло́тных си́лы боголе́пно подъе́млют,/ и к Животу́ преставля́ется,/ су́щая Ма́ти Живота́,/ Свеща́ непристу́пнаго Све́та,/ спасе́ние ве́рных// и упова́ние душ на́ших.
Стихира Успения Пресвятой Богородицы, глас 3, самогласна:
Стихира: Прииди́те, вси концы́ земни́и,/ честно́е преставле́ние Богома́тере восхва́лим:/ в ру́це бо Сы́на ду́шу непоро́чную положи́./ Те́мже святы́м успе́нием Ея́ мир оживотвори́ся,/ во псалме́х, и пе́ниих, и пе́снех духо́вных// со Безпло́тными и апо́столы пра́зднует све́тло.
Стихиры Успения Пресвятой Богородицы, глас 5:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Стихира: Прииди́те, празднолю́бных собо́р,/ прииди́те, и лик соста́вим,/ прииди́те, венча́ем пе́сньми Це́рковь,/ упокое́нием Ковче́га Бо́жия./ Днесь бо Не́бо простира́ет не́дра,/ прие́мля Ро́ждшую все́ми Невмести́маго,/ и земля́, Исто́чник Жи́зни отдаю́щи, благослове́ние,/ украша́ется благоле́пием./ А́нгели лик составля́ют со апо́столы,/ ужа́сно взира́юще/ от живота́ в Живо́т преставля́ему,/ Ро́ждшую Нача́льника жи́зни./ Вси поклони́мся Ей, моля́щеся:/ сро́дна присвое́ния не забу́ди, Влады́чице,// ве́рно пра́зднующих всесвято́е Твое́ успе́ние.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: Воспо́йте, лю́дие,/ Ма́тери Бо́га на́шего, воспо́йте:/ днесь бо всесве́тлую ду́шу Свою́ в пречи́стыя дла́ни/ И́же из Нея́ Вопло́щшагося без се́мене предае́т,/ Его́же и мо́лит непреста́нно// дарова́ти вселе́нней мир и ве́лию ми́лость.
Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)
Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.
Хор: Ами́нь.
Стихи́ры на стихо́вне:
Стихиры Успения Пресвятой Богородицы, глас 4, самогласны:
Стихира: Прииди́те, воспое́м, лю́дие,/ Пресвяту́ю Де́ву Чи́стую,/ из Нея́же неизрече́нно про́йде,/ вопло́щся, Сло́во О́тчее,/ зову́ще и глаго́люще:/ благослове́нна Ты в жена́х,/ блаже́нное чре́во, вмести́вшее Христа́./ Того́ святы́м рука́м ду́шу преда́вши,/ моли́ся, Пречи́стая,// спасти́ся душа́м на́шим.
Стих: Воскресни́, Го́споди, в поко́й Твой,// Ты и Киво́т святы́ни Твоея́.
Стихира: Дави́дскую песнь днесь, лю́дие, воспое́м Христу́ Бо́гу:/ приведу́тся, рече́, Царю́ де́вы в след Ея́,/ и и́скренния Ея́ приведу́тся в весе́лии и ра́довании./ И́бо от се́мене Дави́дова,/ Ея́же ра́ди мы обожи́хомся,/ в ру́це Своего́ Сы́на и Влады́ки,/ сла́вно и па́че сло́ва прелага́ется,/ Ю́же, я́ко Ма́терь Бо́жию, воспева́юще,/ вопие́м и глаго́лем:/ спаси́ нас, испове́дающих Тя, Богоро́дицу,/ от вся́каго обстоя́ния// и изба́ви от бед ду́ши на́ша.
Стих: Кля́тся Госпо́дь Дави́ду и́стиною,// и не отве́ржется ея́.
Стихира: Всечестно́е Твое́ успе́ние,/ Пресвята́я Де́во Чи́стая,/ А́нгел мно́жество на Небеси́/ и челове́ческий род на земли́, ублажа́ем,/ я́ко Ма́ти была́ еси́ Творца́ всех, Христа́ Бо́га,/ Того́ моля́щи не преста́й о нас, мо́лимся,/ и́же на Тя с Бо́гом упова́ние поло́жших,// Богоро́дице Всепе́тая и Неискусобра́чная.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: Егда́ изшла́ еси́, Богоро́дице Де́во,/ ко из Тебе́ Ро́ждшемуся неизрече́нно,/ бя́ше Иа́ков, брат Бо́жий и пе́рвый священнонача́льник,/ Петр же, честне́йший верхо́вник,/ Богосло́вов нача́льник,/ и весь Боже́ственный апо́стольский лик,/ явле́нным богосло́вием песносло́вяще/ Боже́ственное и стра́шное Христа́ Бо́га смотре́ния та́инство/ и живонача́льное и богоприя́тное Твое́ те́ло погре́бше,/ ра́довахуся, Всепе́тая./ Превы́ше же пресвяты́я и старе́йшия а́нгельския си́лы,/ чудеси́ дивя́щеся,/ прини́кше друг ко дру́гу, глаго́лаху:/ возьми́те ва́ша врата́/ и восприими́те Ро́ждшую небесе́ и земли́ Творца́,/ славословле́ньми же воспое́м честно́е и свято́е те́ло,/ вмести́вшее на́ми Неви́димаго и Го́спода./ Те́мже и мы, па́мять Твою́ пра́зднующе,/ вопие́м Ти, Препе́тая:// христиа́нский рог вознеси́ и спаси́ ду́ши на́ша.
Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:
Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тропа́рь Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 1:
Хор: В рождестве́ де́вство сохрани́ла еси́,/ во успе́нии ми́ра не оста́вила еси́, Богоро́дице,/ преста́вилася еси́ к животу́, Ма́ти су́щи Живота́,// и моли́твами Твои́ми избавля́еши от сме́рти ду́ши на́ша. (Трижды)
Благослове́ние хле́бов:
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Шестопса́лмие:
Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)
Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)
Псало́м 3:
Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.
Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.
Псало́м 37:
Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.
Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.
Псало́м 62:
Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.
На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 87:
Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.
Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.
Псало́м 102:
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.
На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.
Псало́м 142:
Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.
Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.
Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.
Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
После Шестопсалмия
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Бог Госпо́дь, глас 1:
Диакон: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне.
Стих 1: Испове́дайтеся Го́сподеви, я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Хор: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне.
(И далее на каждый стих)
Стих 2: Обыше́дше обыдо́ша мя, и И́менем Госпо́дним противля́хся им.
Стих 3: Не умру́, но жив бу́ду, и пове́м дела́ Госпо́дня.
Стих 4: Ка́мень, Его́же небрего́ша зи́ждущии, Сей бысть во главу́ у́гла, от Го́спода бысть Сей, и есть ди́вен во очесе́х на́ших.
Тропа́рь Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 1:
Хор: В рождестве́ де́вство сохрани́ла еси́,/ во успе́нии ми́ра не оста́вила еси́, Богоро́дице,/ преста́вилася еси́ к животу́, Ма́ти су́щи Живота́,// и моли́твами Твои́ми избавля́еши от сме́рти ду́ши на́ша. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
В рождестве́ де́вство сохрани́ла еси́,/ во успе́нии ми́ра не оста́вила еси́, Богоро́дице,/ преста́вилася еси́ к животу́, Ма́ти су́щи Живота́,// и моли́твами Твои́ми избавля́еши от сме́рти ду́ши на́ша.
Кафи́змы: (Могут сокращаться или опускаться)
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Кафи́зма девятна́дцатая:
Псало́м 134:
Хвали́те и́мя Госпо́дне, хвали́те, раби́ Го́спода, стоя́щии во хра́ме Госпо́дни, во дво́рех до́му Бо́га на́шего. Хвали́те Го́спода, я́ко Благ Госпо́дь, по́йте и́мени Его́, я́ко добро́: я́ко Иа́кова избра́ Себе́ Госпо́дь, Изра́иля в достоя́ние Себе́. Я́ко аз позна́х, я́ко Ве́лий Госпо́дь, и Госпо́дь наш над все́ми бо́ги. Вся ели́ка восхоте́ Госпо́дь, сотвори́ на небеси́ и на земли́, в моря́х и во всех бе́зднах. Возводя́ о́блаки от после́дних земли́, мо́лнии в дождь сотвори́, изводя́й ве́тры от сокро́вищ Свои́х. И́же порази́ пе́рвенцы Еги́петския, от челове́ка до скота́. Посла́ зна́мения и чудеса́ посреде́ Тебе́, Еги́пте, на фарао́на и на вся рабы́ его́. И́же порази́ язы́ки мно́ги и изби́ цари́ кре́пки: Сио́на, царя́ Аморре́йска, и О́га, царя́ Васа́нска, и вся ца́рствия Ханаа́нска, и даде́ зе́млю их достоя́ние, достоя́ние Изра́илю, лю́дем Свои́м. Го́споди, и́мя Твое́ в век и па́мять Твоя́ в род и род: я́ко суди́ти и́мать Госпо́дь лю́дем Свои́м, и о рабе́х Свои́х умо́лится. И́доли язы́к, сребро́ и зла́то, дела́ рук челове́ческих. Уста́ и́мут, и не возлаго́лют, о́чи и́мут, и не у́зрят, у́ши и́мут, и не услы́шат, ниже́ бо есть дух во усте́х их. Подо́бни им да бу́дут творя́щии я́, и вси наде́ющиися на ня. До́ме Изра́илев, благослови́те Го́спода, до́ме Ааро́нь, благослови́те Го́спода, до́ме Леви́ин, благослови́те Го́спода. Боя́щиися Го́спода, благослови́те Го́спода. Благослове́н Госпо́дь от Сио́на, живы́й во Иерусали́ме.
Псало́м 135:
Испове́дайтеся Го́сподеви, я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́. Испове́дайтеся Бо́гу бого́в, я́ко в век ми́лость Его́. Испове́дайтеся Го́сподеви господе́й, я́ко в век ми́лость Его́. Сотво́ршему чудеса́ ве́лия еди́ному, я́ко в век ми́лость Его́. Сотво́ршему небеса́ ра́зумом, я́ко в век ми́лость Его́. Утверди́вшему зе́млю на вода́х, я́ко в век ми́лость Его́. Сотво́ршему свети́ла ве́лия еди́ному, я́ко в век ми́лость Его́. Со́лнце во о́бласть дне, я́ко в век ми́лость Его́. Луну́ и зве́зды во о́бласть но́щи, я́ко в век ми́лость Его́. Порази́вшему Еги́пта с пе́рвенцы его́, я́ко в век ми́лость Его́, и изве́дшему Изра́иля от среды́ их, я́ко в век ми́лость Его́. Руко́ю кре́пкою и мы́шцею высо́кою, я́ко в век ми́лость Его́. Разде́льшему Чермно́е мо́ре в разделе́ния, я́ко в век ми́лость Его́. И прове́дшему Изра́иля посреде́ его́, я́ко в век ми́лость Его́. И истря́сшему фарао́на и си́лу его́ в мо́ре Чермно́е, я́ко в век ми́лость Его́. Прове́дшему лю́ди Своя́ в пусты́ни, я́ко в век ми́лость Его́. Порази́вшему цари́ ве́лия, я́ко в век ми́лость Его́, и уби́вшему цари́ кре́пкия, я́ко в век ми́лость Его́: Сио́на, царя́ Аморре́йска, я́ко в век ми́лость Его́, и О́га, царя́ Васа́нска, я́ко в век ми́лость Его́. И да́вшему зе́млю их достоя́ние, я́ко в век ми́лость Его́. Достоя́ние Изра́илю, рабу́ Своему́, я́ко в век ми́лость Его́. Я́ко во смире́нии на́шем помяну́ ны Госпо́дь, я́ко в век ми́лость Его́. И изба́вил ны есть от враго́в на́ших, я́ко в век ми́лость Его́. Дая́й пи́щу вся́кой пло́ти, я́ко в век ми́лость Его́. Испове́дайтеся Бо́гу Небе́сному, я́ко в век ми́лость Его́.
Псало́м 136:
На река́х Вавило́нских, та́мо седо́хом и пла́кахом, внегда́ помяну́ти нам Сио́на. На ве́рбиих посреде́ его́ обе́сихом орга́ны на́ша. Я́ко та́мо вопроси́ша ны пле́ншии нас о словесе́х пе́сней и ве́дшии нас о пе́нии: воспо́йте нам от пе́сней Сио́нских. Ка́ко воспое́м песнь Госпо́дню на земли́ чужде́й? А́ще забу́ду тебе́, Иерусали́ме, забве́на бу́ди десни́ца моя́. Прильпни́ язы́к мой горта́ни моему́, а́ще не помяну́ тебе́, а́ще не предложу́ Иерусали́ма, я́ко в нача́ле весе́лия моего́. Помяни́, Го́споди, сы́ны Едо́мския, в день Иерусали́мль глаго́лющия: истоща́йте, истоща́йте до основа́ний его́. Дщи Вавило́ня окая́нная, блаже́н и́же возда́ст тебе́ воздая́ние твое́, е́же воздала́ еси́ нам. Блаже́н и́же и́мет и разбие́т младе́нцы твоя́ о ка́мень.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 137:
Испове́мся Тебе́, Го́споди, всем се́рдцем мои́м, и пред А́нгелы воспою́ Тебе́, я́ко услы́шал еси́ вся глаго́лы уст мои́х. Поклоню́ся ко хра́му свято́му Твоему́ и испове́мся и́мени Твоему́ о ми́лости Твое́й и и́стине Твое́й, я́ко возвели́чил еси́ над всем и́мя Твое́ свято́е. Во́ньже а́ще день призову́ Тя, ско́ро услы́ши мя: умно́жиши мя в души́ мое́й си́лою Твое́ю. Да испове́дятся Тебе́, Го́споди, вси ца́рие зе́мстии, я́ко услы́шаша вся глаго́лы уст Твои́х, и да воспою́т в путе́х Госпо́дних, я́ко ве́лия сла́ва Госпо́дня, я́ко Высо́к Госпо́дь, и смире́нныя призира́ет, и высо́кая издале́ча весть. А́ще пойду́ посреде́ ско́рби, живи́ши мя, на гнев враг мои́х просте́рл еси́ руку́ Твою́, и спасе́ мя десни́ца Твоя́. Госпо́дь возда́ст за мя. Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри.
Псало́м 138:
Го́споди, искуси́л мя еси́ и позна́л мя еси́. Ты позна́л еси́ седа́ние мое́ и воста́ние мое́. Ты разуме́л еси́ помышле́ния моя́ издале́ча: стезю́ мою́ и у́же мое́ Ты еси́ изсле́довал, и вся пути́ моя́ прови́дел еси́. Я́ко несть льсти в язы́це мое́м: се, Го́споди, Ты позна́л еси́. Вся после́дняя и дре́вняя: Ты созда́л еси́ мя, и положи́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Удиви́ся ра́зум Твой от мене́, утверди́ся, не возмогу́ к нему́. Ка́мо пойду́ от Ду́ха Твоего́? И от лица́ Твоего́ ка́мо бежу́? А́ще взы́ду на не́бо — Ты та́мо еси́, а́ще сни́ду во ад — та́мо еси́. А́ще возму́ криле́ мои́ ра́но и вселю́ся в после́дних мо́ря — и та́мо бо рука́ Твоя́ наста́вит мя и удержи́т мя десни́ца Твоя́. И рех: еда́ тма попере́т мя, и нощь просвеще́ние в сла́дости мое́й? Я́ко тма не помрачи́тся от Тебе́, и нощь, я́ко день, просвети́тся, я́ко тма ея́, та́ко и свет ея́. Я́ко Ты созда́л еси́ утро́бы моя́, восприя́л мя еси́ из чре́ва ма́тере моея́. Испове́мся Тебе́, я́ко стра́шно удиви́лся еси́: чу́дна дела́ Твоя́, и душа́ моя́ зна́ет зело́. Не утаи́ся кость моя́ от Тебе́, ю́же сотвори́л еси́ в та́йне, и соста́в мой в преиспо́дних земли́. Несоде́ланное мое́ ви́десте о́чи Твои́, и в кни́зе Твое́й вси напи́шутся, во днех сози́ждутся и никто́же в них. Мне же зело́ че́стни бы́ша дру́зи Твои́, Бо́же, зело́ утверди́шася влады́чествия их. Изочту́ их, и па́че песка́ умно́жатся; воста́х, и еще́ есмь с Тобо́ю. А́ще избие́ши гре́шники, Бо́же, му́жие крове́й, уклони́теся от мене́. Я́ко ревни́ви есте́ в помышле́ниих, прии́мут в суету́ гра́ды Твоя́. Не ненави́дящия ли Тя, Го́споди, возненави́дех, и о вразе́х Твои́х иста́ях? Соверше́нною не́навистию возненави́дех я́, во враги́ бы́ша ми. Искуси́ мя, Бо́же, и уве́ждь се́рдце мое́, истяжи́ мя и разуме́й стези́ моя́, и виждь, а́ще путь беззако́ния во мне, и наста́ви мя на путь ве́чен.
Псало́м 139:
Изми́ мя, Го́споди, от челове́ка лука́ва, от му́жа непра́ведна изба́ви мя, и́же помы́слиша непра́вду в се́рдце, весь день ополча́ху бра́ни, изостри́ша язы́к свой, я́ко змии́н, яд а́спидов под устна́ми их. Сохрани́ мя, Го́споди, из руки́ гре́шничи, от челове́к непра́ведных изми́ мя, и́же помы́слиша запя́ти стопы́ моя́. Скры́ша го́рдии сеть мне, и у́жи препя́ша сеть нога́ма мои́ма. При стези́ собла́зны положи́ша ми. Рех Го́сподеви: Бог мой еси́ Ты, внуши́, Го́споди, глас моле́ния моего́. Го́споди, Го́споди, си́ло спасе́ния моего́, осени́л еси́ над главо́ю мое́ю в день бра́ни. Не преда́ждь мене́, Го́споди, от жела́ния моего́ гре́шнику: помы́слиша на мя, не оста́ви мене́, да не когда́ вознесу́тся. Глава́ окруже́ния их, труд усте́н их покры́ет я́. Паду́т на них у́глия о́гненная, низложи́ши я́ в страсте́х, и не постоя́т. Муж язы́чен не испра́вится на земли́: му́жа непра́ведна зла́я уловя́т во истле́ние. Позна́х, я́ко сотвори́т Госпо́дь суд ни́щим и месть убо́гим. Оба́че пра́веднии испове́дятся и́мени Твоему́, и вселя́тся пра́вии с лице́м Твои́м.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 140:
Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя: вонми́ гла́су моле́ния моего́, внегда́ воззва́ти ми к Тебе́. Да испра́вится моли́тва моя́, я́ко кади́ло пред Тобо́ю, воздея́ние руку́ мое́ю — же́ртва вече́рняя. Положи́, Го́споди, хране́ние усто́м мои́м, и дверь огражде́ния о устна́х мои́х. Не уклони́ се́рдце мое́ в словеса́ лука́вствия, непщева́ти вины́ о гресе́х, с челове́ки де́лающими беззако́ние, и не сочту́ся со избра́нными их. Нака́жет мя пра́ведник ми́лостию и обличи́т мя, еле́й же гре́шнаго да не нама́стит главы́ моея́, я́ко еще́ и моли́тва моя́ во благоволе́ниих их. Поже́рты бы́ша при ка́мени судии́ их: услы́шатся глаго́ли мои́, я́ко возмого́ша. Я́ко то́лща земли́ просе́деся на земли́, расточи́шася ко́сти их при а́де. Я́ко к Тебе́, Го́споди, Го́споди, о́чи мои́: на Тя упова́х, не отыми́ ду́шу мою́. Сохрани́ мя от се́ти, ю́же соста́виша ми, и от собла́зн де́лающих беззако́ние. Паду́т во мре́жу свою́ гре́шницы: еди́н есмь аз, до́ндеже прейду́.
Псало́м 141:
Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, гла́сом мои́м ко Го́споду помоли́хся. Пролию́ пред Ним моле́ние мое́, печа́ль мою́ пред Ним возвещу́. Внегда́ исчеза́ти от мене́ ду́ху моему́: и Ты позна́л еси́ стези́ моя́: на пути́ сем, по нему́же хожда́х, скры́ша сеть мне. Смотря́х одесну́ю и возгля́дах, и не бе зна́яй мене́: поги́бе бе́гство от мене́, и несть взыска́яй ду́шу мою́. Воззва́х к Тебе́, Го́споди, рех: Ты еси́ упова́ние мое́, часть моя́ еси́ на земли́ живы́х. Вонми́ моле́нию моему́, я́ко смири́хся зело́, изба́ви мя от гоня́щих мя, я́ко укрепи́шася па́че мене́. Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́, испове́датися и́мени Твоему́. Мене́ ждут пра́ведницы, до́ндеже возда́си мне.
Псало́м 142:
Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 1, подо́бен: «Гроб Твой, Спа́се...»:
Всечестны́й лик прему́дрых апо́стол собра́ся,/ чу́дно погребсти́ сла́вно те́ло Твое́ пречи́стое, Богоро́дице Всепе́тая./ С ни́миже воспе́ша и А́нгел мно́жество, преставле́ние Твое́ че́стно хва́ляще,// е́же ве́рою пра́зднуем.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тот же седа́лен
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Кафи́зма двадца́тая:
Псало́м 143:
Благослове́н Госпо́дь Бог мой, науча́яй ру́це мои́ на ополче́ние, пе́рсты моя́ на брань. Ми́лость моя́ и прибе́жище мое́, Засту́пник мой и Изба́витель мой, Защи́титель мой, и на Него́ упова́х: повину́яй лю́ди моя́ под мя. Го́споди, что есть челове́к, я́ко позна́лся еси́ ему́? Или́ сын челове́чь, я́ко вменя́еши его́? Челове́к суете́ уподо́бися: дни́е его́ я́ко сень прехо́дят. Го́споди, приклони́ небеса́, и сни́ди, косни́ся гора́м, и воздымя́тся. Блесни́ мо́лнию, и разжене́ши я́, посли́ стре́лы Твоя́, и смяте́ши я́. Посли́ ру́ку Твою́ с высоты́, изми́ мя и изба́ви мя от вод мно́гих, из руки́ сыно́в чужди́х, и́хже уста́ глаго́лаша суету́, и десни́ца их — десни́ца непра́вды. Бо́же, песнь но́ву воспою́ Тебе́, во псалти́ри десятостру́ннем пою́ Тебе́, даю́щему спасе́ние царе́м, избавля́ющему Дави́да, раба́ Своего́, от меча́ лю́та. Изба́ви мя, и изми́ мя из руки́ сыно́в чужди́х, и́хже уста́ глаго́лаша суету́, и десни́ца их — десни́ца непра́вды. И́хже сы́нове их я́ко новосажде́ния водруже́нная в ю́ности свое́й. Дще́ри их удо́брены, преукра́шены, я́ко подо́бие хра́ма. Храни́лища их испо́лнена, отрыга́ющая от сего́ в сие́, о́вцы их многопло́дны, мно́жащияся во исхо́дищах свои́х, воло́ве их то́лсти. Несть паде́ния опло́ту, ниже́ прохо́да, ниже́ во́пля в сто́гнах их. Ублажи́ша лю́ди, и́мже сия́ суть. Блаже́ни лю́дие, и́мже Госпо́дь Бог их.
Псало́м 144:
Вознесу́ Тя, Бо́же мой, Царю́ мой, и благословлю́ и́мя Твое́ в век и в век ве́ка. На всяк день благословлю́ Тя и восхвалю́ и́мя Твое́ в век и в век ве́ка. Ве́лий Госпо́дь и хва́лен зело́, и вели́чию Его́ несть конца́. Род и род восхва́лят дела́ Твоя́ и си́лу Твою́ возвестя́т. Великоле́пие сла́вы святы́ни Твоея́ возглаго́лют и чудеса́ Твоя́ пове́дят. И си́лу стра́шных Твои́х реку́т и вели́чие Твое́ пове́дят. Па́мять мно́жества бла́гости Твоея́ отры́гнут и пра́вдою Твое́ю возра́дуются. Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Благ Госпо́дь вся́ческим, и щедро́ты Его́ на всех де́лех Его́. Да испове́дятся Тебе́, Го́споди, вся дела́ Твоя́, и преподо́бнии Твои́ да благословя́т Тя. Сла́ву Ца́рствия Твоего́ реку́т, и си́лу Твою́ возглаго́лют, сказа́ти сыново́м челове́ческим си́лу Твою́, и сла́ву великоле́пия Ца́рствия Твоего́. Ца́рство Твое́, Ца́рство всех веко́в, и влады́чество Твое́ во вся́ком ро́де и ро́де. Ве́рен Госпо́дь во всех словесе́х Свои́х и Преподо́бен во всех де́лех Свои́х. Утвержда́ет Госпо́дь вся низпа́дающия и возставля́ет вся низве́рженныя. О́чи всех на Тя упова́ют, и Ты дае́ши им пи́щу во благовре́мении. Отверза́еши Ты ру́ку Твою́ и исполня́еши вся́кое живо́тно благоволе́ния. Пра́веден Госпо́дь во всех путе́х Свои́х и Преподо́бен во всех де́лех Свои́х. Близ Госпо́дь всем призыва́ющим Его́, всем призыва́ющим Его́ во и́стине. Во́лю боя́щихся Его́ сотвори́т и моли́тву их услы́шит и спасе́т я́. Храни́т Госпо́дь вся лю́бящия Его́ и вся гре́шники потреби́т. Хвалу́ Госпо́дню возглаго́лют уста́ моя́, и да благослови́т вся́ка плоть и́мя свято́е Его́ в век и в век ве́ка.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 145:
Хвали́, душе́ моя́, Го́спода. Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м, пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь. Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия, в ни́хже несть спасе́ния. Изы́дет дух его́ и возврати́тся в зе́млю свою́. В той день поги́бнут вся помышле́ния его́. Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́, упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́, сотво́ршаго не́бо и зе́млю, мо́ре и вся, я́же в них, храня́щаго и́стину в век, творя́щаго суд оби́димым, даю́щаго пи́щу а́лчушим. Госпо́дь реши́т окова́нныя. Госпо́дь умудря́ет слепцы́. Госпо́дь возво́дит низве́рженныя. Госпо́дь лю́бит пра́ведники. Госпо́дь храни́т прише́льцы, си́ра и вдову́ прии́мет и путь гре́шных погуби́т. Воцари́тся Госпо́дь во век, Бог твой, Сио́не, в род и род.
Псало́м 146:
Хвали́те Го́спода, я́ко благ псало́м. Бо́гови на́шему да услади́тся хвале́ние. Зи́ждай Иерусали́ма Госпо́дь, разсе́яния Изра́илева собере́т. Исцеля́яй сокруше́нныя се́рдцем и обязу́яй сокруше́ния их. Исчита́яй мно́жество звезд и всем им имена́ нарица́яй. Ве́лий Госпо́дь наш, и ве́лия кре́пость Его́, и ра́зума Его́ несть числа́, Прие́мляй кро́ткия Госпо́дь, смиря́яй же гре́шники до земли́. Начни́те Го́сподеви во испове́дании, по́йте Бо́гови на́шему в гу́слех. Одева́ющему не́бо о́блаки, уготовля́ющему земли́ дождь, прозяба́ющему на гора́х траву́ и злак на слу́жбу челове́ком, даю́щему ското́м пи́щу их, и птенце́м вра́новым призыва́ющим Его́. Не в си́ле ко́нстей восхо́щет, ниже́ в лы́стех му́жеских благоволи́т. Благоволи́т Госпо́дь в боя́щихся Его́ и во упова́ющих на ми́лость Его́.
Псало́м 147:
Похвали́, Иерусали́ме, Го́спода, хвали́ Бо́га Твоего́, Сио́не, я́ко укрепи́ вереи́ врат Твои́х, благослови́ сы́ны твоя́ в тебе́. Полага́яй преде́лы Твоя́ мир, и ту́ка пшени́чна насыща́яй тя. Посыла́яй сло́во Свое́ земли́, до ско́рости тече́т сло́во Его́, даю́щаго снег Свой, я́ко во́лну, мглу, я́ко пе́пел, посыпа́ющаго, мета́ющаго го́лоть Свой, я́ко хле́бы. Проти́ву лица́ мра́за Его́ кто постои́т? По́слет сло́во Свое́, и иста́ет я́, дхнет дух Его́, и потеку́т во́ды. Возвеща́яй сло́во Свое́ Иа́кову, оправда́ния и судьбы́ Своя́ Изра́илеви. Не сотвори́ та́ко вся́кому язы́ку, и судьбы́ Своя́ не яви́ им.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 148:
Хвали́те Го́спода с небе́с, хвали́те Его́ в вы́шних. Хвали́те Его́, вси А́нгели Его́, хвали́те Его́, вся си́лы Его́. Хвали́те Его́, со́лнце и луна́, хвали́те Его́, вся зве́зды и свет. Хвали́те Его́ Небеса́ небе́с и вода́, я́же превы́ше небе́с. Да восхва́лят и́мя Госпо́дне: я́ко Той рече́, и бы́ша, Той повеле́, и созда́шася. Поста́ви я́ в век и в век ве́ка, повеле́ние положи́, и не ми́мо и́дет. Хвали́те Го́спода от земли́, зми́еве и вся бе́здны: огнь, град, снег, го́лоть, дух бу́рен, творя́щая сло́во Его́, го́ры и вси хо́лми, древа́ плодоно́сна и вси ке́дри, зве́рие и вси ско́ти, га́ди и пти́цы перна́ты. Ца́рие зе́мстии и вси лю́дие, кня́зи и вси судии́ зе́мстии, ю́ноши и де́вы, ста́рцы с ю́нотами да восхва́лят и́мя Госпо́дне, я́ко вознесе́ся и́мя Того́ Еди́наго, испове́дание Его́ на земли́ и на небеси́. И вознесе́т рог люде́й Свои́х, песнь всем преподо́бным Его́, сыново́м Изра́илевым, лю́дем, приближа́ющимся Ему́.
Псало́м 149:
Воспо́йте Го́сподеви песнь но́ву, хвале́ние Его́ в це́ркви преподо́бных. Да возвесели́тся Изра́иль о Сотво́ршем его́, и сы́нове Сио́ни возра́дуются о Царе́ свое́м. Да восхва́лят и́мя Его́ в ли́це, в тимпа́не и псалти́ри да пою́т Ему́. Я́ко благоволи́т Госпо́дь в лю́дех Свои́х, и вознесе́т кро́ткия во спасе́ние. Восхва́лятся преподо́бнии во сла́ве и возра́дуются на ло́жах свои́х. Возноше́ния Бо́жия в горта́ни их, и мечи́ обою́ду остры́ в рука́х их: сотвори́ти отмще́ние во язы́цех, обличе́ния в лю́дех, связа́ти цари́ их пу́ты, и сла́вныя их ручны́ми око́вы желе́зными, сотвори́ти в них суд напи́сан. Сла́ва сия́ бу́дет всем преподо́бным Его́.
Псало́м 150:
Хвали́те Бо́га во святы́х Его́, хвали́те Его́ во утверже́нии си́лы Его́. Хвали́те Его́ на си́лах Его́, хвали́те Его́ по мно́жеству вели́чествия Его́. Хвали́те Его́ во гла́се тру́бнем, хвали́те Его́ во псалти́ри и гу́слех. Хвали́те Его́ в тимпа́не и ли́це, хвали́те Его́ во стру́нах и орга́не. Хвали́те Его́ в кимва́лех доброгла́сных, хвали́те Его́ в кимва́лех восклица́ния. Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 3, подо́бен: «Красоте́ де́вства ...»:
В рождестве́ Твое́м зача́тие безсе́менное,/ во успе́нии Твое́м ме́ртвость нетле́нная,/ чу́до в чудеси́ сугу́бо стече́ся, Богоро́дице:/ ка́ко бо Неискусому́жная Младопита́тельница чиста́ су́щи?/ Ка́ко же Ма́ти Бо́гу мертвоно́сна мироуха́ющи?/ Те́мже со А́нгелом вопие́м Ти:// ра́дуйся, Благода́тная.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тот же седа́лен
После кафизм:
Полиеле́й:
Хор: Хвали́те И́мя Госпо́дне, хвали́те, раби́ Го́спода.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Благослове́н Госпо́дь от Сио́на, живы́й во Иерусали́ме.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Испове́дайтеся Го́сподеви, я́ко Благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Испове́дайтеся Бо́гу Небе́сному, я́ко в век ми́лость Его́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Велича́ние Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы и Избра́нный псало́м:
Духовенство: Велича́ем Тя,/ Пренепоро́чная Ма́ти Христа́ Бо́га на́шего,/ и всесла́вное сла́вим// Успе́ние Твое́.
Хор поет первый стих Избранного псалма:
Хор: Воскли́кните Го́сподеви вся земля́
Затем хор поет Величание:
Хор: Велича́ем Тя,/ Пренепоро́чная Ма́ти Христа́ Бо́га на́шего,/ и всесла́вное сла́вим// Успе́ние Твое́.
И далее хор продолжает чередовать стихи Избранного псалма и Величание:
Хор: По́йте же И́мени Его́./ Воскли́кните пред Царе́м Го́сподем./ Испове́дайтеся Ему́, хвали́те И́мя Его́./ Во гра́де Го́спода Сил, во гра́де Бо́га на́шего./ Бысть в ми́ре ме́сто Его́ и жили́ще Его́ в Сио́не./ Пресла́вная глаго́лашася о Тебе́, гра́де Бо́жий./ Бог основа́ и в век./ Освяти́л есть селе́ние Свое́ Вы́шний./ Святы́ня и великоле́пие во святи́ле Его́./ Воспою́ и пою́ во сла́ве мое́й./ Ча́шу спасе́ния прииму́ и И́мя Госпо́дне призову́./ В ми́ре вку́пе усну́ и почи́ю./ Обрати́ся, душе́ моя́, в поко́й твой, я́ко Госпо́дь благоде́йствова тя./ Госпо́дь пра́веден, ссече́ вы́и гре́шников./ Воскресни́, Го́споди, в поко́й Твой, Ты и киво́т святы́ни Твоея́./ До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.// Помяну́ и́мя Твое́ во вся́ком ро́де и ро́де.
Хор: Велича́ем Тя,/ Пренепоро́чная Ма́ти Христа́ Бо́га на́шего,/ и всесла́вное сла́вим// Успе́ние Твое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́, Бо́же. (Дважды)
Духовенство: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́, Бо́же. (Единожды)
Духовенство: Велича́ем Тя,/ Пренепоро́чная Ма́ти Христа́ Бо́га на́шего,/ и всесла́вное сла́вим// Успе́ние Твое́.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благослови́ся И́мя Твое́ и просла́вися Ца́рство Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 4, подо́бен: «Удиви́ся Ио́сиф...»:
Возопи́й, Дави́де, что сей пра́здник,/ его́же воспе́л еси́ дре́вле в кни́зе псало́мстей?/ Я́ко Дщерь, Богоотрокови́цу и Де́ву, преложи́ Ю́ на о́ны оби́тели Христо́с,/ И́же из Нея́ без се́мене ро́ждся./ И сего́ ра́ди ра́дуются ма́тери, и дще́ри, и неве́сты Христо́вы, вопию́ще:// ра́дуйся, преста́вившаяся к Вы́шнему Ца́рствию.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тот же седа́лен
Степе́нна, глас 4:
1 антифо́н:
Хор: От ю́ности моея́/ мно́зи бо́рют мя стра́сти,/ но Сам мя заступи́// и спаси́, Спа́се мой.
Ненави́дящии Сио́на,/ посрами́теся от Го́спода,/ я́ко трава́ бо огне́м// бу́дете изсо́хше.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́м Ду́хом/ вся́ка душа́ живи́тся,/ и чистото́ю возвыша́ется,// светле́ется Тро́йческим еди́нством, священнота́йне.
Проки́мен Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы и чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем. Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас четве́ртый: Помяну́ и́мя Твое́/ во вся́ком ро́де и ро́де.
Хор: Помяну́ и́мя Твое́/ во вся́ком ро́де и ро́де.
Диакон: Слы́ши, Дщи, и виждь, и приклони́ у́хо Твое́.
Хор: Помяну́ и́мя Твое́/ во вся́ком ро́де и ро́де.
Диакон: Помяну́ и́мя Твое́
Хор: Во вся́ком ро́де и ро́де.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́ Бо́же наш, и во святы́х почива́еши, и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Диакон: Хвали́те Бо́га во святы́х Его́, хвали́те Его́ во утверже́нии си́лы Его́.
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Диакон: Вся́кое дыха́ние.
Хор: Да хва́лит Го́спода.
Диакон: И о сподо́битися нам слы́шанию Свята́го Ева́нгелия, Го́спода Бо́га мо́лим.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим Свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Иерей: От Луки́ Свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Ева́нгелие Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы (Лк., зач.4: гл.1, стт.39-49, 56):
Иерей: Во дни о́ны, воста́вши, Мариа́м, и́де в го́рняя со тща́нием, во град Иу́дов. И вни́де в дом Заха́риин, и целова́ Елисаве́т. И бысть я́ко услы́ша Елисаве́т целова́ние Мари́ино, взыгра́ся младе́нец во чре́ве ея́: и испо́лнися Ду́ха Свя́та Елисаве́т. И возопи́ гла́сом ве́лиим, и рече́: благослове́на Ты в жена́х, и благослове́н плод чре́ва Твоего́. И отку́ду мне сие́, да прии́де Ма́ти Го́спода моего́ ко мне? Се бо, я́ко бысть глас целова́ния Твоего́ во у́шию мое́ю, взыгра́ся младе́нец ра́дощами во чре́ве мое́м. И блаже́нна Ве́ровавшая, я́ко бу́дет соверше́ние глаго́ланным Ей от Го́спода. И рече́ Мариа́м: вели́чит душа́ Моя́ Го́спода, и возра́довася дух Мой о Бо́зе Спа́се Мое́м. Я́ко призре́ на смире́ние Рабы́ Своея́: се бо, отны́не ублажа́т Мя вси ро́ди. Я́ко сотвори́ Мне вели́чие Си́льный, и свя́то и́мя Его́. Пребы́сть же Мариа́мь с не́ю я́ко три ме́сяцы, и возврати́ся в дом Свой.
Встав же Мария во дни сии, с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин,
и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету.
Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа,
и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего!
И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?
Ибо когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем.
И блаженна Уверовавшая, потому что совершится сказанное Ей от Господа.
И сказала Мария: величит душа Моя Господа,
и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем,
что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды;
что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его;
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Псало́м 50:
Чтец: Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя. Я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х, и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х и победи́ши, внегда́ суди́ти Ти. Се бо в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо и́стину возлюби́л еси́, безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся, омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие, возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х, и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́, и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́, и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́, возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо, всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н, се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския, тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая: тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
После 50 псалма:
Глас 6:
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху./ Моли́твами Богоро́дицы,/ Ми́лостиве, очи́сти// мно́жество согреше́ний на́ших.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь./ Моли́твами Богоро́дицы,/ Ми́лостиве, очи́сти// мно́жество согреше́ний на́ших.
Поми́луй мя, Бо́же,/ по вели́цей ми́лости Твое́й,/ и по мно́жеству щедро́т Твои́х// очи́сти беззако́ние мое́.
Стихира Успения Пресвятой Богородицы, глас 6:
Стихира: Егда́ преставле́ние пречи́стаго Твоего́ те́ла готовля́шеся,/ тогда́ апо́столи, обстоя́ще одр,/ с тре́петом зря́ху Тя;/ и о́ви у́бо, взира́юще на те́ло,/ у́жасом одержи́ми бя́ху,/ Петр же со слеза́ми вопия́ше Ти:/ О Де́во,/ ви́жду Тя я́сно просте́рту про́сту,/ Живота́ всех, и удивля́юся,/ в Не́йже всели́ся бу́дущия жи́зни наслажде́ние./ Но, о Пречи́стая,/ моли́ся приле́жно Сы́ну и Бо́гу Твоему́// спасти́ся ста́ду Твоему́ невреди́му.
Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Иерей: Ми́лостию и щедро́тами и человеколю́бием единоро́днаго Твоего́ Сы́на, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Кано́н: (Обычно читается в сокращении)
Песнь 1:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Преукраше́нная Боже́ственною сла́вою,/ свяще́нная и сла́вная, Де́во, па́мять Твоя́/ вся собра́ к весе́лию ве́рныя,/ начина́ющей Мариа́ме, с ли́ки и тимпа́ны,/ Твоему́ пою́щия Единоро́дному:// сла́вно я́ко просла́вися. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Да провожда́ют невеще́ственнии чи́нове/ небоше́ственное в Сио́н Боже́ственное те́ло Твое́,/ внеза́пу же сте́кшеся апо́стол мно́жество от коне́ц, Богоро́дице, Тебе́ предста́ша а́бие,// с ни́миже, Чи́стая, Твою́ честну́ю, Де́во, па́мять сла́вим. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Побе́дныя по́чести взяла́ еси́ на естество́, Чи́стая, Бо́га ро́ждши,/ оба́че же, подо́бящися Творцу́ Твоему́ и Сы́ну,/ па́че естества́ повину́ешися есте́ственным зако́ном.// Те́мже уме́рши, с Сы́ном востае́ши, ве́чнующи. (Трижды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Отве́рзу уста́ моя́,/ и напо́лнятся Ду́ха,/ и сло́во отры́гну Цари́це Ма́тери,/ и явлю́ся, све́тло торжеству́я,// и воспою́, ра́дуяся, Тоя́ успе́ние. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Де́вы отрокови́цы, с Мариами́ею проро́чицею песнь исхо́дную ны́не воскли́кните:// Де́ва бо и еди́на Богома́ти ко прия́тию Небе́сному преставля́ется. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Досто́йно, я́ко одушевле́нное Тя Не́бо, прия́ша Небе́сная, Пречи́стая, Боже́ственная селе́ния,// и предста́, све́тло укра́шена, я́ко Неве́ста, Всенепоро́чная, Царю́ и Бо́гу.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Досто́йно, я́ко одушевле́нное Тя Не́бо, прия́ша Небе́сная, Пречи́стая, Боже́ственная селе́ния,// и предста́, све́тло укра́шена, я́ко Неве́ста, Всенепоро́чная, Царю́ и Бо́гу.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Досто́йно, я́ко одушевле́нное Тя Не́бо, прия́ша Небе́сная, Пречи́стая, Боже́ственная селе́ния,// и предста́, све́тло укра́шена, я́ко Неве́ста, Всенепоро́чная, Царю́ и Бо́гу.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Преукраше́нная Боже́ственною сла́вою,/ свяще́нная и сла́вная, Де́во, па́мять Твоя́/ вся собра́ к весе́лию ве́рныя,/ начина́ющей Мариа́ме, с ли́ки и тимпа́ны,/ Твоему́ пою́щия Единоро́дному:// сла́вно я́ко просла́вися.
Глас 4: Отве́рзу уста́ моя́,/ и напо́лнятся Ду́ха,/ и сло́во отры́гну Цари́це Ма́тери,/ и явлю́ся, све́тло торжеству́я,// и воспою́, ра́дуяся, Тоя́ успе́ние.
Песнь 3:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Соде́тельная и содержи́тельная всех/ Бо́жия Му́дросте и Си́ло,/ непрекло́нну, недви́жиму Це́рковь утверди́, Христе́,/ еди́н бо еси́ Свят,// во святы́х почива́яй. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Жену́ Тя ме́ртвенну, но па́че естества́ и Ма́терь Бо́жию/ ви́девше, Всенепоро́чная, сла́внии апо́столи/ ужа́сно прикаса́хуся рука́ми сла́вою облиста́ющей,// я́ко богоприя́тное Селе́ние ви́дяще. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Пости́же ру́це досади́тельныя де́рзаго, усече́нием суд нане́с,/ Бо́гу сохра́ньшу честь одушевле́нному Киво́ту, сла́вою Божества́,// в Не́мже Сло́во плоть бысть. (Трижды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Твоя́ песносло́вцы, Богоро́дице,/ живы́й и незави́стный Исто́чниче,/ лик себе́ совоку́пльшия, духо́вно утверди́,/ в Боже́ственней па́мяти Твое́й// венце́в сла́вы сподо́би. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: От ме́ртвых чресл произве́дшися, естество́м подо́бна, Чи́стая, исхожде́ние разреши́,/ ро́ждши же су́щую Жизнь,// к Жи́зни преста́вися Боже́ственней и Ипоста́сней. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Лик Богосло́вов от коне́ц, свы́ше же А́нгел мно́жества/ к Сио́ну идя́ху всеси́льным манове́нием,// достодо́лжно, Влады́чице, Твоему́ погребе́нию служа́ще.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Лик Богосло́вов от коне́ц, свы́ше же А́нгел мно́жества/ к Сио́ну идя́ху всеси́льным манове́нием,// достодо́лжно, Влады́чице, Твоему́ погребе́нию служа́ще.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Лик Богосло́вов от коне́ц, свы́ше же А́нгел мно́жества/ к Сио́ну идя́ху всеси́льным манове́нием,// достодо́лжно, Влады́чице, Твоему́ погребе́нию служа́ще.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Соде́тельная и содержи́тельная всех/ Бо́жия Му́дросте и Си́ло,/ непрекло́нну, недви́жиму Це́рковь утверди́, Христе́,/ еди́н бо еси́ Свят,// во святы́х почива́яй.
Глас 4: Твоя́ песносло́вцы, Богоро́дице,/ живы́й и незави́стный Исто́чниче,/ лик себе́ совоку́пльшия, духо́вно утверди́,/ в Боже́ственней па́мяти Твое́й// венце́в сла́вы сподо́би.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ Бог наш и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ипакои́ Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 8:
Блажи́м Тя, вси ро́ди, Богоро́дице Де́во,/ в Тя бо Невмести́мый Христо́с Бог наш вмести́тися благоволи́./ Блаже́ни есмы́ и мы, предста́тельство Тя иму́ще:/ день бо и нощь мо́лишися о нас и ро́ди христиа́нстии Твои́ми моли́твами утвержда́ются./ Тем, воспева́юще, вопие́м Ти:// ра́дуйся, Благода́тная, Госпо́дь с Тобо́ю.
Песнь 4:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Ре́чи проро́ков и гада́ния/ воплоще́ние прояви́ша от Де́вы Твое́, Христе́:/ сия́ние блиста́ния Твоего́ во свет язы́ков изы́дет,/ и возгласи́т Тебе́ бе́здна с весе́лием:// си́ле Твое́й сла́ва, Человеколю́бче. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Ви́дите, лю́дие, и чуди́теся:/ Гора́ бо свята́я и я́вственная Бо́гу в Небе́сныя оби́тели превы́шше взе́млется,// Не́бо земно́е в Небе́сное и нетле́нное селе́ние вселя́емо. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Жи́зни присносу́щныя и лу́чшия смерть Твоя́ бысть прехожде́ние, Чи́стая,/ от привре́менныя к Боже́ственней вои́стинну и непреходи́мей преставля́я Тя, Чи́стая,// в весе́лии Сы́на зре́ти Твоего́ и Го́спода. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Взя́шася две́ри Небе́сныя, и А́нгели воспе́ша,/ и прия́т Христо́с де́вства Своея́ Ма́тере сосу́д;/ Херуви́ми подъя́ша Тя с весе́лием,// Серафи́ми же сла́вят, ра́дующеся. (Дважды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Неизсле́дный Бо́жий Сове́т,/ е́же от Де́вы воплоще́ния/ Тебе́, Вы́шняго,/ проро́к Авваку́м усмотря́я, зовя́ше:// сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Чу́до бя́ше зре́ти Не́бо всех Царя́ одушевле́нное,/ испражне́ния преходя́щее земна́я, я́ко чу́дна дела́ Твоя́!// Сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: А́ще и непости́жный Сея́ Плод, И́мже небеса́ бы́ша,/ погребе́ние прия́т во́лею, я́ко мертв;// ка́ко погребе́ния отве́ржется неискусобра́чно Ро́ждшая? (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: В преставле́нии Твое́м, Ма́ти Бо́жия, простра́ннейшее те́ло Твое́ и богоприя́тное// а́нгельская во́инства свяще́нными кри́лы тре́петом и ра́достию покрыва́ху.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: В преставле́нии Твое́м, Ма́ти Бо́жия, простра́ннейшее те́ло Твое́ и богоприя́тное// а́нгельская во́инства свяще́нными кри́лы тре́петом и ра́достию покрыва́ху.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Ре́чи проро́ков и гада́ния/ воплоще́ние прояви́ша от Де́вы Твое́, Христе́:/ сия́ние блиста́ния Твоего́ во свет язы́ков изы́дет,/ и возгласи́т Тебе́ бе́здна с весе́лием:// си́ле Твое́й сла́ва, Человеколю́бче.
Глас 4: Неизсле́дный Бо́жий Сове́т,/ е́же от Де́вы воплоще́ния/ Тебе́, Вы́шняго,/ проро́к Авваку́м, усмотря́я, зовя́ше:// сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.
Песнь 5:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Бо́жию и неизрече́нную добро́ту/ доброде́телей Твои́х, Христе́, испове́м:/ от Присносу́щныя бо Сла́вы/ Соприсносу́щное и Ипоста́сное возсия́вый Сия́ние,/ из де́вственныя утро́бы/ су́щим во тьме и се́ни вопло́щся,// возсия́л еси́ Со́лнце. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Я́ко на о́блаце, Де́во, апо́стольский лик носи́мь,/ к Сио́ну от коне́ц служи́ти Тебе́, О́блаку ле́гкому, собира́шеся:// от Нея́же Вы́шний Бог су́щим во тьме и се́ни Пра́ведное возсия́ Со́лнце. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Труб богоприя́тнии язы́цы богосло́вных муже́й благогла́снейше Богоро́дице вопия́ху,/ исхо́дную возглаша́юще песнь Ду́хом:/ ра́дуйся, нетле́нный Исто́чниче// Бо́жия живонача́льнаго и спаси́тельнаго всем воплоще́ния. (Трижды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Ужасо́шася вся́ческая/ о честне́м успе́нии Твое́м:/ Ты бо, Неискусобра́чная Де́во,/ от земли́ преста́вилася еси́ к ве́чным оби́телем/ и к безконе́чней жи́зни,/ всем, воспева́ющим Тя,// спасе́ние подава́ющая. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Да возглася́т трубы́ богосло́вов днесь,/ язы́к же многовеща́нный челове́ческий ны́не да восхва́лит,/ да огласи́т же возду́х, безме́рным сия́я све́том,// А́нгели да пою́т Пречи́стыя Де́вы успе́ние. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Сосу́д подоба́ше избра́нный, пе́нием Ти весь удивля́емь, Деви́це, исхо́ден,/ весь освяще́н Бо́гови, всем богоприя́тен,// и сей и́стинно явля́емый, Богоро́дице Всепе́тая.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Сосу́д подоба́ше избра́нный, пе́нием Ти весь удивля́емь, Деви́це, исхо́ден,/ весь освяще́н Бо́гови, всем богоприя́тен,// и сей и́стинно явля́емый, Богоро́дице Всепе́тая.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Сосу́д подоба́ше избра́нный, пе́нием Ти весь удивля́емь, Деви́це, исхо́ден,/ весь освяще́н Бо́гови, всем богоприя́тен,// и сей и́стинно явля́емый, Богоро́дице Всепе́тая.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Бо́жию и неизрече́нную добро́ту/ доброде́телей Твои́х, Христе́, испове́м:/ от Присносу́щныя бо Сла́вы/ Соприсносу́щное и Ипоста́сное возсия́вый Сия́ние,/ из де́вственныя утро́бы/ су́щим во тьме и се́ни вопло́щся,// возсия́л еси́ Со́лнце.
Глас 4: Ужасо́шася вся́ческая/ о честне́м успе́нии Твое́м:/ Ты бо, Неискусобра́чная Де́во,/ от земли́ преста́вилася еси́ к ве́чным оби́телем/ и к безконе́чней жи́зни,/ всем, воспева́ющим Тя,// спасе́ние подава́ющая.
Песнь 6:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Морски́й пучиноро́дный ки́тов вну́тренний огнь —/ тридне́внаго Твоего́ погребе́ния проображе́ние,/ его́же Ио́на проро́к показа́ся./ Спасе́н бо, я́ко и предпосла́ся, неврежде́н, вопия́ше:// пожру́ Ти со гла́сом хвале́ния, Го́споди. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Дае́т Тебе́ я́же превы́ше естества́ Царь всех Бог:/ в рождестве́ бо Де́ву я́коже сохрани́, та́ко во гро́бе те́ло соблюде́ нетле́нно/ и спросла́ви Боже́ственным преставле́нием,// честь Тебе́, я́ко Сын Ма́тери, да́руя. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Вои́стинну Тя, я́ко све́тел све́щник невеще́ственнаго Све́та,/ кади́льницу злату́ю Боже́ственнаго У́гля, во Свята́я святы́х всели́,/ ру́чку и жезл, скрижа́ль богопи́санную, ковче́г святы́й,// трапе́зу Сло́ва жи́зни, Де́во, Рождество́ Твое́. (Трижды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Боже́ственное сие́ и всечестно́е/ соверша́юще пра́зднество,/ Богому́дрии, Богома́тере,/ прииди́те, рука́ми воспле́щим,// от Нея́ ро́ждшагося Бо́га сла́вим. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Из Тебе́ Жизнь возсия́, ключи́ де́вства не руши́вши;/ ка́ко у́бо пречи́стое и живонача́льное Твое́ те́ло// искуше́ния сме́рти бысть прича́стно? (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Жи́зни бы́вши храм, жизнь присносу́щную улучи́ла еси́:/ сме́ртию бо к животу́ премину́ла еси́,// Я́же Жизнь ро́ждши воипоста́сную.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Жи́зни бы́вши храм, жизнь присносу́щную улучи́ла еси́:/ сме́ртию бо к животу́ премину́ла еси́,// Я́же Жизнь ро́ждши воипоста́сную.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Жи́зни бы́вши храм, жизнь присносу́щную улучи́ла еси́:/ сме́ртию бо к животу́ премину́ла еси́,// Я́же Жизнь ро́ждши воипоста́сную.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Морски́й пучиноро́дный ки́тов вну́тренний огнь —/ тридне́внаго Твоего́ погребе́ния проображе́ние,/ его́же Ио́на проро́к показа́ся./ Спасе́н бо, я́ко и предпосла́ся, неврежде́н, вопия́ше:// пожру́ Ти со гла́сом хвале́ния, Го́споди.
Глас 4: Боже́ственное сие́ и всечестно́е/ соверша́юще пра́зднество,/ Богому́дрии, Богома́тере,/ прииди́те, рука́ми воспле́щим,// от Нея́ ро́ждшагося Бо́га сла́вим.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Ты бо еси́ Царь ми́ра и Спас душ на́ших и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Конда́к Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 2:
В моли́твах Неусыпа́ющую Богоро́дицу/ и в предста́тельствах непрело́жное упова́ние/ гроб и умерщвле́ние не удержа́ста:/ я́коже бо Живота́ Ма́терь/ к животу́ преста́ви// во утро́бу Всели́выйся присноде́вственную.
И́кос:
Огради́ моя́ помышле́ния, Христе́ мой,/ и́бо Сте́ну ми́ра воспе́ти дерза́ю, Чи́стую Ма́терь Твою́,/ на столпе́ глаго́л укрепи́ мя и в тя́жких мы́слех заступи́ мя,/ Ты бо взыва́ющим и прося́щим ве́рою моле́ния исполня́еши./ Ты мне у́бо да́руй язы́к прино́сен и по́мысл непосты́ден:/ вся́кое бо дая́ние сия́ния от Тебе́ низпосыла́ется, Светопода́телю,// во утро́бу всели́выйся присноде́вственную.
Песнь 7:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Безсту́дней я́рости же и огню́/ Боже́ственное жела́ние сопротивля́яся,/ огнь у́бо ороша́ше,/ я́рости же смея́шеся,/ богодохнове́нною слове́сною преподо́бных тривеща́нною цевни́цею/ противовеща́я мусики́йским орга́ном посреди́ пла́мене:// препросла́вленный отце́в и наш Бо́же, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Богоде́ланныя скрижа́ли Моисе́й, пи́санныя Боже́ственным Ду́хом, я́ростию сокруши́,/ но сего́ Влады́ка Ро́ждшую неврежде́нну в Небе́сныя сохра́нь до́мы ны́не внутрь всели́./ С Не́ю игра́юще, вопие́м Христу́:// препросла́вленный отце́в и наш Бо́же, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: В кимва́лех — усты́ чи́стыми, мусики́йски же — се́рдцем све́тлым,/ доброгла́сною трубо́ю — высо́кою мы́слию,/ Де́вы и Чи́стыя в наро́читый избра́нный день преставле́ния,/ де́тельными пле́щуще рука́ми, вопие́м:// препросла́вленный отце́в и наш Бо́же, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Богому́дрии, собери́теся, лю́дие:/ Бо́жия бо сла́вы Селе́ние от Сио́на преставля́ется к Небе́сному жили́щу,/ иде́же глас чист пра́зднующих,/ глас несказа́ннаго ра́дования, и в весе́лии вопию́щих Христу́:// препросла́вленный отце́в и наш Бо́же, благослове́н еси́. (Дважды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: Не послужи́ша тва́ри Богому́дрии,/ па́че Созда́вшаго,/ но, о́гненное преще́ние му́жески попра́вше,/ ра́довахуся, пою́ще:// препе́тый отце́в Госпо́дь и Бог, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Ю́ноши и де́вы, Де́выя же и Богома́тере па́мять чту́ще,/ ста́рцы, и мона́си, ца́рие и судии́, по́йте:// оте́ц на́ших Го́споди и Бо́же, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Да востру́бят трубо́ю духо́вною го́ры Небе́сныя,/ да ра́дуются хо́лми, и да игра́ют Боже́ственнии апо́столи:// Цари́ца к Сы́ну преставля́ется, с Ним ца́рствующи. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Всесвяще́нное преставле́ние Боже́ственныя Твоея́ и Нетле́нныя Ма́тере/ преми́рныя Вы́шних сил совокупи́ чи́ны,/ весели́тися с су́щими на земли́, Тебе́ пою́щими:// Бо́же, благослове́н еси́.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Всесвяще́нное преставле́ние Боже́ственныя Твоея́ и Нетле́нныя Ма́тере/ преми́рныя Вы́шних сил совокупи́ чи́ны,/ весели́тися с су́щими на земли́, Тебе́ пою́щими:// Бо́же, благослове́н еси́.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Глас 1: Безсту́дней я́рости же и огню́/ Боже́ственное жела́ние сопротивля́яся,/ огнь у́бо ороша́ше,/ я́рости же смея́шеся,/ богодохнове́нною слове́сною преподо́бных тривеща́нною цевни́цею/ противовеща́я мусики́йским орга́ном посреди́ пла́мене:// препросла́вленный отце́в и наш Бо́же, благослове́н еси́.
Глас 4: Не послужи́ша тва́ри Богому́дрии,/ па́че Созда́вшаго,/ но, о́гненное преще́ние му́жески попра́вше,/ ра́довахуся, пою́ще:// препе́тый отце́в Госпо́дь и Бог, благослове́н еси́.
Песнь 8:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Пла́мень, ороша́ющ преподо́бныя,/ злочести́выя же попаля́ющ,/ А́нгел Бо́жий всемо́щный показа́ отроко́м,/ живонача́льный же исто́чник соде́ла Богоро́дицу,/ тлю сме́рти и живо́т точа́щу пою́щим:/ Соде́теля еди́наго пои́м, изба́вленнии,// и превозно́сим во вся ве́ки. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Глаго́лы после́доваху Боже́ственному Ковче́гу свяще́нному/ все мно́жество Богосло́вов в Сио́не:/ ка́мо и́деши ны́не, Ски́ние, — зову́ще, — Бо́га Жива́го?/ Не преста́й призира́ющи ве́рою пою́щия:// Соде́теля еди́наго пое́м, изба́вленнии, и превозно́сим во вся ве́ки. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Я́коже, возде́вши ру́це, исхо́диши, Всенепоро́чная,/ ру́це, и́миже Бо́га носи́ла еси́ пло́тию,/ со дерзнове́нием, я́ко Ма́ти, рекла́ еси́ к Рожде́нному:/ я́же Ми дал еси́, во ве́ки сохрани́, вопию́щия Тебе́:// Соде́теля еди́наго пое́м, изба́вленнии, и превозно́сим во вся ве́ки. (Трижды)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Ирмос: О́троки благочести́выя в пещи́/ Рождество́ Богоро́дичо спасло́ есть,/ тогда́ у́бо образу́емое,/ ны́не же де́йствуемое,/ вселе́нную всю воздвиза́ет пе́ти Тебе́:/ Го́спода по́йте, дела́,// и превозноси́те Его́ во вся ве́ки. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: Па́мять Твою́, Чи́стая Де́во,/ Нача́ла же, и Вла́сти, и Си́лы, А́нгели, Арха́нгели,/ Престо́ли, Госпо́дьства, Херуви́ми сла́вят и стра́шнии Серафи́ми;// челове́ческий же род — пое́м и превозно́сим во вся ве́ки. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Тропарь: И́же стра́нно всели́выйся, Богоро́дице, в чи́стое чре́во Твое́, воплоща́емь,/ Сей, всесвяще́нный дух Твой прие́м,/ у Себе́ упоко́и, я́ко должни́к Сын.// Те́мже Тя пое́м, Де́во, и превозно́сим во вся ве́ки. (Дважды)
Благослови́м Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха Го́спода.
Тропарь: О, вы́ше ума́ чуде́с Присноде́вы же и Богома́тере!/ Во гроб бо все́льшися, показа́ рай./ Ему́же предстоя́ще днесь, ра́дующеся, пое́м:// Го́спода по́йте, дела́, и превозноси́те Его́ во вся ве́ки.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: О, вы́ше ума́ чуде́с Присноде́вы же и Богома́тере!/ Во гроб бо все́льшися, показа́ рай./ Ему́же предстоя́ще днесь, ра́дующеся, пое́м:// Го́спода по́йте, дела́, и превозноси́те Его́ во вся ве́ки.
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Хор: Хва́лим, благослови́м, покланя́емся Го́сподеви, пою́ще и превознося́ще во вся ве́ки.
Глас 1: Пла́мень, ороша́ющ преподо́бныя,/ злочести́выя же попаля́ющ,/ А́нгел Бо́жий всемо́щный показа́ отроко́м,/ живонача́льный же исто́чник соде́ла Богоро́дицу,/ тлю сме́рти и живо́т точа́щу пою́щим:/ Соде́теля еди́наго пои́м, изба́вленнии,// и превозно́сим во вся ве́ки.
Глас 4: О́троки благочести́выя в пещи́/ Рождество́ Богоро́дичо спасло́ есть,/ тогда́ у́бо образу́емое,/ ны́не же де́йствуемое,/ вселе́нную всю воздвиза́ет пе́ти Тебе́:/ Го́спода по́йте, дела́,// и превозноси́те Его́ во вся ве́ки.
«Честнейшую» не поем, но поем припев праздника.
Диакон: А́нгели, успе́ние Пречи́стыя ви́девше, удиви́шася, ка́ко Де́вая восхо́дит от земли́ на Не́бо.
Хор поет ирмосы, припевы и катавасию, чтец читает тропари:
Песнь 9:
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы пе́рвый, глас 1:
Ирмос: Побежда́ются естества́ уста́вы/ в Тебе́, Де́во Чи́стая:/ де́вствует бо рождество́ и живо́т предобруча́ет смерть;/ по рождестве́ Де́ва и по сме́рти жива́,// спаса́еши при́сно, Богоро́дице, насле́дие Твое́.
Припев: А́нгели, успе́ние Пречи́стыя ви́девше, удиви́шася,/ ка́ко Де́вая восхо́дит от земли́ на Не́бо.
Ирмос: Побежда́ются естества́ уста́вы/ в Тебе́, Де́во Чи́стая:/ де́вствует бо рождество́ и живо́т предобруча́ет смерть;/ по рождестве́ Де́ва и по сме́рти жива́,// спаса́еши при́сно, Богоро́дице, насле́дие Твое́.
Припев: А́нгели, успе́ние Пречи́стыя ви́девше, удиви́шася,/ ка́ко Де́вая восхо́дит от земли́ на Не́бо.
Тропарь: Дивля́хуся А́нгельския си́лы, в Сио́не смотря́юще своего́ Влады́ку,/ же́нскую ду́шу рука́ми нося́щаго,/ пречи́сто бо Ро́ждшей сыноле́пно провозглаша́ше:// гряди́, Чи́стая, с Сы́ном и Бо́гом просла́влена бу́ди. (Трижды, с припевом)
Припев: А́нгели, успе́ние Пречи́стыя ви́девше, удиви́шася,/ ка́ко Де́вая восхо́дит от земли́ на Не́бо.
Тропарь: Опря́та лик апо́стольский богоприя́тное те́ло Твое́,/ со стра́хом зря́ще и гла́сом ве́лиим веща́юще:// в Небе́сныя до́мы к Сы́ну восходя́щи, спаса́еши при́сно, Богоро́дице, насле́дие Твое́. (Трижды, с припевом)
Кано́н Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы второ́й, глас 4:
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ от земли́ на Не́бо честно́е преставле́ние Бо́жия Ма́тере.
Ирмос: Всяк земноро́дный/ да взыгра́ется, Ду́хом просвеща́емь,/ да торжеству́ет же Безпло́тных умо́в естество́,/ почита́ющее свяще́нное преставле́ние Богома́тере,/ и да вопие́т:/ ра́дуйся, Всеблаже́нная, Богоро́дице,// Чи́стая Присноде́во. (Дважды, с припевом)
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ от земли́ на Не́бо честно́е преставле́ние Бо́жия Ма́тере.
Тропарь: Прииди́те в Сио́н, на Боже́ственную и ту́чную Го́ру жива́го Бо́га,/ возра́дуемся, Богоро́дицу зря́ще:/ к зело́ бо лу́чшей и Боже́ственней се́ни,// я́ко Ма́терь, Сию́ во Свята́я святы́х Христо́с преста́ви. (Дважды, с припевом)
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ от земли́ на Не́бо честно́е преставле́ние Бо́жия Ма́тере.
Тропарь: Прииди́те, ве́рнии, ко гро́бу присту́пим Бо́жия Ма́тере/ и обы́мем, сердцы́ и устна́ми, очесы́ и лице́м чи́сто прикаса́ющеся// и почерпа́юще исцеле́ний незави́стныя да́ры от исто́чника приснотеку́щаго. (Дважды, с припевом)
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ от земли́ на Не́бо честно́е преставле́ние Бо́жия Ма́тере.
Тропарь: Приими́ от нас песнь исхо́дную, Ма́ти жива́го Бо́га,/ и светоно́сною Твое́ю и Боже́ственною осени́ благода́тию,/ во́инству — победи́тельная, христолю́бным лю́дем — мир,// оставле́ние — пою́щим и душа́м спасе́ние подаю́щи. (Дважды, с припевом)
Катава́сия Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы:
Припев: А́нгели, успе́ние Пречи́стыя ви́девше, удиви́шася,/ ка́ко Де́вая восхо́дит от земли́ на Не́бо.
Глас 1: Побежда́ются естества́ уста́вы/ в Тебе́, Де́во Чи́стая:/ де́вствует бо рождество́ и живо́т предобруча́ет смерть;/ по рождестве́ Де́ва и по сме́рти жива́,// спаса́еши при́сно, Богоро́дице, насле́дие Твое́.
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ от земли́ на Не́бо честно́е преставле́ние Бо́жия Ма́тере.
Глас 4: Всяк земноро́дный/ да взыгра́ется, Ду́хом просвеща́емь,/ да торжеству́ет же Безпло́тных умо́в естество́,/ почита́ющее свяще́нное преставле́ние Богома́тере,/ и да вопие́т:/ ра́дуйся, Всеблаже́нная, Богоро́дице,// Чи́стая Присноде́во.
После канона:
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Тя хва́лят вся си́лы небе́сныя и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
«Свят Госпо́дь Бог наш» не возглашается.
Свети́лен Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, подо́бен: «Не́бо звезда́ми...»:
Апо́столи, от коне́ц совоку́пльшеся зде,/ в Гефсимани́йстей ве́си погреби́те те́ло Мое́,// и Ты, Сы́не и Бо́же Мой, приими́ дух Мой.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Апо́столи, от коне́ц совоку́пльшеся зде,/ в Гефсимани́йстей ве́си погреби́те те́ло Мое́,// и Ты, Сы́не и Бо́же Мой, приими́ дух Мой.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Апо́столи, от коне́ц совоку́пльшеся зде,/ в Гефсимани́йстей ве́си погреби́те те́ло Мое́,// и Ты, Сы́не и Бо́же Мой, приими́ дух Мой.
Хвали́тны псалмы́, глас 4:
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода./ Хвали́те Го́спода с небе́с,/ хвали́те Его́ в вы́шних.// Тебе́ подоба́ет песнь Бо́гу.
Хвали́те Его́ вси а́нгели Его́,/ хвали́те Его́ вся си́лы Его́.// Тебе́ подоба́ет песнь Бо́гу.
Стихиры Успения Пресвятой Богородицы, глас 4, подобен: «Я́ко до́бля...»:
На 4. Стих: Хвали́те Его́ на си́лах Его́,// хвали́те Его́ по мно́жеству вели́чествия Его́.
Стихира: В сла́вном успе́нии Твое́м/ Небеса́ ра́дуются,/ и а́нгельская возра́довашася во́инства,/ вся же земля́ весели́тся,/ песнь Тебе́ исхо́дную провозглаша́ющи,/ Ма́тери все́ми Влады́чествующаго,/ Неискусобра́чная Пресвята́я Де́во,/ Я́же род челове́ческий изба́вльшая// прароди́тельнаго осужде́ния.
Стих: Хвали́те Его́ во гла́се тру́бнем,// хвали́те Его́ во псалти́ри и гу́слех.
Стихира: В сла́вном успе́нии Твое́м/ Небеса́ ра́дуются,/ и а́нгельская возра́довашася во́инства,/ вся же земля́ весели́тся,/ песнь Тебе́ исхо́дную провозглаша́ющи,/ Ма́тери все́ми Влады́чествующаго,/ Неискусобра́чная Пресвята́я Де́во,/ Я́же род челове́ческий изба́вльшая// прароди́тельнаго осужде́ния.
На 2. Стих: Хвали́те Его́ в тимпа́не и ли́це,// хвали́те Его́ во стру́нах и орга́не.
Стихира: От коне́ц стеко́шася/ апо́столов лу́чшии,/ богонача́льным манове́нием, погребсти́ Тя,/ и от земли́ взе́млему Тя к высоте́ зря́ще,/ глас Гаврии́лов ра́достию вопия́ху Тебе́:/ ра́дуйся, Носи́ло Божества́ всего́./ Ра́дуйся, Еди́на, земна́я с Вы́шними// Рождество́м Твои́м совоку́пльшая.
Стих: Хвали́те Его́ в кимва́лех доброгла́сных, хвали́те Его́ в кимва́лех восклица́ния.// Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Стихира: Я́же Живо́т ро́ждшая,/ к жи́зни премину́ла еси́,/ честны́м успе́нием Твои́м, безсме́ртней,/ доринося́щим Тя А́нгелом,/ Нача́лом и Си́лам,/ апо́столом и проро́ком/ и всей тва́ри,/ прие́мшу же нетле́нными дла́ньми Сы́ну Твоему́/ непоро́чную ду́шу Твою́,// Де́во Ма́ти Богоневе́сто.
Стихира Успения Пресвятой Богородицы, глас 6:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: На безсме́ртное Твое́ успе́ние,/ Богоро́дице, Ма́ти Живота́,/ о́блацы апо́столы по возду́ху восхища́ху,/ и, по ми́ру разсе́янныя,/ во еди́ном ли́це предста́ша пресвято́му Твоему́ те́лу,/ е́же и погре́бше че́стно,/ глас Тебе́ Гаврии́лов, пою́ще, вопия́ху:/ ра́дуйся, Благода́тная, Де́во,/ Ма́ти Безневе́стная,/ Госпо́дь с Тобо́ю./ С ни́миже, я́ко Сы́на Твоего́ и Бо́га на́шего, моли́// спасти́ся душа́м на́шим.
Иерей: Сла́ва Тебе́, показа́вшему нам свет.
Славосло́вие вели́кое:
Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. Хва́лим Тя, благослови́м Тя, кла́няем Ти ся, славосло́вим Тя, благодари́м Тя, вели́кия ра́ди сла́вы Твоея́. Го́споди Царю́ Небе́сный, Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди, Сы́не Единоро́дный, Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше. Го́споди Бо́же, А́гнче Бо́жий, Сы́не Оте́чь, взе́мляй грех ми́ра, поми́луй нас; взе́мляй грехи́ ми́ра, приими́ моли́тву на́шу; седя́й одесну́ю Отца́, поми́луй нас. Я́ко Ты еси́ еди́н Свят, Ты еси́ еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, в сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
На всяк день благословлю́ Тя, и восхвалю́ И́мя Твое́ во ве́ки, и в век ве́ка.
Сподо́би, Го́споди, в день сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено И́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.
Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя.
Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. (Трижды)
Го́споди, прибе́жище был еси́ нам в род и род. Аз рех: Го́споди, поми́луй мя, исцели́ ду́шу мою́, я́ко согреши́х Тебе́. Го́споди, к Тебе́ прибего́х, научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой: я́ко у Тебе́ исто́чник живота́, во све́те Твое́м у́зрим свет. Проба́ви ми́лость Твою́ ве́дущим Тя.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Тропа́рь Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 1:
В рождестве́ де́вство сохрани́ла еси́,/ во успе́нии ми́ра не оста́вила еси́, Богоро́дице,/ преста́вилася еси́ к животу́, Ма́ти су́щи Живота́,// и моли́твами Твои́ми избавля́еши от сме́рти ду́ши на́ша.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним у́тренюю моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Бог ми́лости и щедро́т и человеколю́бия еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Твое́ бо есть, е́же ми́ловати и спаса́ти ны, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость.
Хор: Благослови́.
Иерей: Сый благослове́н Христо́с Бог наш, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Утверди́, Бо́же, святу́ю правосла́вную ве́ру, правосла́вных христиа́н во век ве́ка.
Иерей: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Хор: Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, Упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере...
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 5:
Глаго́лы моя́ внуши́, Го́споди, разуме́й зва́ние мое́. Вонми́ гла́су моле́ния моего́, Царю́ мой и Бо́же мой, я́ко к Тебе́ помолю́ся, Го́споди. Зау́тра услы́ши глас мой, зау́тра предста́ну Ти, и у́зриши мя. Я́ко Бог не хотя́й беззако́ния, Ты еси́: не присели́тся к Тебе́ лука́внуяй, ниже́ пребу́дут беззако́нницы пред очи́ма Твои́ма: возненави́дел еси́ вся де́лающия беззако́ние. Погуби́ши вся глаго́лющия лжу: му́жа крове́й и льсти́ва гнуша́ется Госпо́дь. Аз же мно́жеством ми́лости Твоея́, вни́ду в дом Твой, поклоню́ся ко хра́му свято́му Твоему́, в стра́се Твое́м. Го́споди, наста́ви мя пра́вдою Твое́ю, враг мои́х ра́ди испра́ви пред Тобо́ю путь мой. Я́ко несть во усте́х их и́стины, се́рдце их су́етно, гроб отве́рст горта́нь их: язы́ки свои́ми льща́ху. Суди́ им, Бо́же, да отпаду́т от мы́слей свои́х, по мно́жеству нече́стия их изри́ни я́, я́ко преогорчи́ша Тя, Го́споди. И да возвеселя́тся вси упова́ющии на Тя, во век возра́дуются, и всели́шися в них, и похва́лятся о Тебе́ лю́бящии и́мя Твое́. Я́ко Ты благослови́ши пра́ведника, Го́споди: я́ко ору́жием благоволе́ния венча́л еси́ нас.
Псало́м 89:
Го́споди, прибе́жище был еси́ нам в род и род. Пре́жде да́же гора́м не бы́ти и созда́тися земли́ и вселе́нней, и от ве́ка и до ве́ка Ты еси́. Не отврати́ челове́ка во смире́ние, и рекл еси́: обрати́теся, сы́нове челове́честии. Я́ко ты́сяща лет пред очи́ма Твои́ма, Го́споди, я́ко день вчера́шний, и́же мимои́де, и стра́жа нощна́я. Уничиже́ния их ле́та бу́дут. У́тро я́ко трава́ мимои́дет, у́тро процвете́т и пре́йдет: на ве́чер отпаде́т ожесте́ет и и́зсхнет. Я́ко исчезо́хом гне́вом Твои́м, и я́ростию Твое́ю смути́хомся. Положи́л еси́ беззако́ния на́ша пред Тобо́ю: век наш в просвеще́ние лица́ Твоего́. Я́ко вси дни́е на́ши оскуде́ша, и гне́вом Твои́м исчезо́хом, ле́та на́ша я́ко паучи́на поуча́хуся. Дни́е лет на́ших, в ни́хже се́дмьдесят лет, а́ще же в си́лах, о́смьдесят лет, и мно́жае их труд и боле́знь: я́ко прии́де кро́тость на ны, и нака́жемся. Кто весть держа́ву гне́ва Твоего́, и от стра́ха Твоего́, я́рость Твою́ исчести́? Десни́цу Твою́ та́ко скажи́ ми, и окова́нныя се́рдцем в му́дрости. Обрати́ся, Го́споди, доко́ле? И умоле́н бу́ди на рабы́ Твоя́. Испо́лнихомся зау́тра ми́лости Твоея́, Го́споди, и возра́довахомся, и возвесели́хомся, во вся дни на́ша возвесели́хомся, за дни в ня́же смири́л ны еси́, ле́та в ня́же ви́дехом зла́я. И при́зри на рабы́ Твоя́, и на дела́ Твоя́, и наста́ви сы́ны их. И бу́ди све́тлость Го́спода Бо́га на́шего на нас, и дела́ рук на́ших испра́ви на нас, и де́ло рук на́ших испра́ви.
Псало́м 100:
Ми́лость и суд воспою́ Тебе́, Го́споди. Пою́ и разуме́ю в пути́ непоро́чне, когда́ прии́деши ко мне? Прехожда́х в незло́бии се́рдца моего́ посреде́ до́му моего́. Не предлага́х пред очи́ма мои́ма вещь законопресту́пную: творя́щия преступле́ние возненави́дех. Не прильпе́ мне се́рдце стропти́во, уклоня́ющагося от мене́ лука́ваго не позна́х. Оклевета́ющаго тай и́скренняго своего́, сего́ изгоня́х: го́рдым о́ком, и несы́тым се́рдцем, с сим не ядя́х. О́чи мои́ на ве́рныя земли́, посажда́ти я́ со мно́ю: ходя́й по пути́ непоро́чну, сей ми служа́ше. Не живя́ше посреде́ до́му моего́ творя́й горды́ню, глаго́ляй непра́ведная, не исправля́ше пред очи́ма мои́ма. Во у́трия избива́х вся гре́шныя земли́, е́же потреби́ти от гра́да Госпо́дня вся де́лающия беззако́ние.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 1:
В рождестве́ де́вство сохрани́ла еси́,/ во успе́нии ми́ра не оста́вила еси́, Богоро́дице,/ преста́вилася еси́ к животу́, Ма́ти су́щи Живота́,// и моли́твами Твои́ми избавля́еши от сме́рти ду́ши на́ша.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Что Тя нарече́м, о Благода́тная? Не́бо, я́ко возсия́ла еси́ Со́лнце Пра́вды. Рай, я́ко прозябла́ еси́ цвет нетле́ния Де́ву, я́ко пребыла́ еси́ нетле́нна. Чи́стую Ма́терь, я́ко име́ла еси́ на святы́х Твои́х объя́тиях Сы́на, всех Бо́га. Того́ моли́ спасти́ся душа́м на́шим.
Стопы́ моя́ напра́ви по словеси́ Твоему́ и да не облада́ет мно́ю вся́кое беззако́ние. Изба́ви мя от клеветы́ челове́ческия, и сохраню́ за́поведи Твоя́. Лице́ Твое́ просвети́ на раба́ Твоего́ и научи́ мя оправда́нием Твои́м.
Да испо́лнятся уста́ моя́ хвале́ния Твоего́, Го́споди, я́ко да воспою́ сла́ву Твою́, весь день великоле́пие Твое́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 2:
В моли́твах Неусыпа́ющую Богоро́дицу/ и в предста́тельствах непрело́жное упова́ние/ гроб и умерщвле́ние не удержа́ста:/ я́коже бо Живота́ Ма́терь/ к животу́ преста́ви// во утро́бу Всели́выйся присноде́вственную.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Христе́, Све́те И́стинный, просвеща́яй и освяща́яй вся́каго челове́ка, гряду́щаго в мир, да зна́менается на нас свет лица́ Твоего́, да в нем у́зрим Свет Непристу́пный: и испра́ви стопы́ на́ша к де́ланию за́поведей Твои́х, моли́твами Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, и всех Твои́х святы́х, ами́нь.
Конда́к Успе́ния Пресвято́й Богоро́дицы, глас 2:
В моли́твах Неусыпа́ющую Богоро́дицу/ и в предста́тельствах непрело́жное упова́ние/ гроб и умерщвле́ние не удержа́ста:/ я́коже бо Живота́ Ма́терь/ к животу́ преста́ви// во утро́бу Всели́выйся присноде́вственную.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Христо́с, и́стинный Бог наш, моли́твами пречи́стыя Своея́ Ма́тере, преподо́бных и Богоно́сных оте́ц на́ших и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
