Лев Зубалов

Поделиться

Часы над камином пробили полдень, когда известный нефтепромышленник Лев Константинович Зубалов вернулся с утренних торгов на московской бирже в свой особняк у Красных Ворот. В просторном холле он поставил к стене трость, повесил на крючок фетровую шляпу. Кладя на коридорный столик свои лайковые перчатки, Лев Константинович увидел, что на круглом серебряном подносе для корреспонденции лежит письмо. Зубалов поднял его и повертел в руках — конверт небольшой, порядком измятый. Адресован лично в руки. Без подписи и почтовых оттисков.

У себя в кабинете Лев Константинович открыл конверт и с любопытством развернул лист бумаги, исписанный каким-то прыгающим, нервным почерком. Неизвестные обращались к Зубалову с требованием пожертвовать несколько сотен тысяч рублей... на подпольную революционную работу! Деньги предлагалось незамедлительно отнести в условленное место. В случае отказа нефтепромышленнику и его семье обещали самую жестокую расправу...

Лев Зубалов на необъятных просторах Российской Империи был известен не только как мультимиллионер, которому принадлежали нефтяные промыслы в Бакинской губернии, но и как человек необыкновенной щедрости. Родился он в тысяча восемьсот пятьдесят третьем году в Тифлисе, где прожил до тридцати лет, успев построить в родном городе на собственные средства Народный дом и детскую больницу. А в тысяча восемьсот восемьдесят третьем Лев Константинович переехал в Москву.

В Первопрестольной о нём очень скоро заговорили не только как об успешном коммерсанте, но и как о сострадательном, чутком и милосердном благотворителе. Зубалов с самого детства воспитывался в Евангельском духе, и Божью заповедь о любви к ближнему чтил превыше всего. Он стал постоянным жертвователем Общества помощи нуждающимся студентам Московского университета; ежемесячно направлял по нескольку сотен рублей в каждое из тридцати Попечительств о бедных. Московский Красный Крест, Общество слепых детей, приюты, богадельни, больницы гимназии и училища регулярно получали от Льва Константиновича финансовую поддержку.

В своём загородном имении неподалёку от села Усово он учредил ежемесячные выплаты беднейшим крестьянам. Известно, например, что некоему крестьянину по фамилии Галкин он безвозмездно выдал семьсот пятьдесят рублей на постройку новой избы.

Заботился Лев Константинович и о сельской Спасской церкви: покупал иконы, серебряную и золотую утварь, оплачивал ремонтные работы. Попечение о храмах и монастырях глубоко верующий Зубалов считал своим долгом. В числе тех святых мест, куда Лев Коснтантинович постоянно направлял щедрые пожертвования, были Трёхсвятительская церковь на Кулишках, Покровский и Скорбященский монастыри, Зосимова пустынь, подмосковный Князе-Владимирский монастырь, Свято-Пантелеимоновский храм и Серафимо-Дивеевская обитель в Нижегородской губернии.

В тысяча девятьсот четырнадцатом году началась Первая Мировая война. Лев Зубалов организовал два военных госпиталя в Москве и ещё один — в Звенигородском уезде. Всё, от строительства помещений до покупки оборудования и медикаментов, зарплаты докторов и продовольственного обеспечения и содержания раненных, он взял на свой счёт. И даже после выписки воинов не оставлял их своим вниманием и заботой — отправлял их семьям по почте деньги, посылал продукты. Рядовому Степану Кичакову оплатил дорогостоящий протез. И регулярно поставлял на фронт провизию и обмундирование.

...Лев Константинович ещё раз перечитал письмо с гнусными угрозами и требованием денег на совершенно неприемлемое для него дело. Зубалов, всегда ратовавший за Веру, Царя и Отечество, не собирался поддерживать дело революции. Лев Константинович скомкал конверт, и бросил его в пылающий камин. Это был первый и последний раз, когда знаменитый благотворитель отказался сделать пожертвование.