Поделиться
Иоганна Путкаммер и Отто Бисмарк
Бывает, люди встречаются, и между ними как будто пробегает искра. Они никогда раньше не видели друг друга, стесняются, но у каждого возникает удивительное чувство, что этот человек напротив хорошо знаком, что ему можно рассказать что угодно, и он обязательно всё поймет. Такая искра однажды пробежала между Отто Бисмарком и Иоганной Путкаммер.
Они встретились в 1844 году, на свадьбе общего знакомого. Отто Бисмарк – будущий первый канцлер Германской империи, осуществивший объединение Германии и прозванный «железным» – сразу приметил среди гостей девушку с прямым взглядом и острым умом. Но тогда встреча закончилась ничем – Отто и Иоганне так и не удалось толком поговорить. В следующий раз судьба свела их через два года. Бисмарк с удивлением обнаружил, что его молодая спутница обладает не только умом, но и твёрдым характером. При этом она была удивительно благочестива, а её большие и выразительные глаза излучали яркий свет, за которым скрывалась духовная глубина. Заглянув в них, Бисмарк понял, что уже никогда не забудет эту девушку.
Настойчивый и неординарный мужчина, прирождённый дипломат, тоже привлёк Иоганну. Заручившись согласием избранницы, Бисмарк написал её отцу письмо, в котором просил руки девушки. …И получил отказ. Родители Иоганны были категорически против того, чтобы она вышла замуж за мужчину с такой репутацией – Бисмарк ещё в студенческие годы получил прозвище «бешеный» за взрывной характер. Но будущий канцлер не зря прославился своим упрямством – он решил вести переговоры лично и приехал в дом невесты. Знакомство с Бисмарком, его тёплое отношение к Иоганне благотворно повлияли на мнение родителей. Однажды Отто сказал матери невесты, что соединённое Богом люди разъединять не должны. Это убедило взволнованную мать в том, что её дочь никогда не бросят. И Бисмарк получил согласие на свадьбу. Свою брачную клятву он никогда не нарушал и оберегал Иоганну от всех бед.
Молодой жене поначалу не слишком нравилась профессиональная деятельность мужа, который со временем поднимался всё выше и выше по карьерной лестнице. Да и кто будет рад тому, что на его любимого человека совершают покушения? Бисмарк чудом оставался жив, заставляя изрядно понервничать всю свою семью. Это было не единственное испытание, уготованное Иоганне. Нападки врагов, предательства друзей, чего только не придётся пережить супругам… Но ничто, даже долгая разлука не заставит их отдалиться друг от друга.
Став послом, Бисмарк был вынужден уезжать в другие страны. Иногда он месяцами не видел семью. Иоганна одна занималась воспитанием детей и грустила вдали от мужа. Её одиночество скрашивали оригинальные посылки: из Петергофа Бисмарк посылал ей ветки жасмина; из Бордо - полевые цветы.
Углубляясь в политику, Бисмарк никогда не забывал про любимую жену. Он просил писать ему письма каждый день и страшно переживал, если почта задерживалась. Но когда посыльный наконец-то приходил, то Бисмарк получал целый ворох писем – от каждого из троих детей и, конечно же, от милой Иоганны. После сорока лет брака их послания друг другу всё ещё были полны нежности и заботы, а день своей свадьбы канцлер называл не иначе, как «солнечным лучом, осветившим его существование».
Бисмарк высоко ценил жену и не стеснялся хвалить её перед знакомыми. «Вы не поверите, что сделала из меня эта женщина!» - говорил он. Иоганна действительно сделала многое – она не только полностью взяла на себя воспитание детей и ведение хозяйства, она начала жить жизнью мужа. Иоганне было важно всё, чем занимался Бисмарк, она жертвовала ради него даже своим мнением. Однажды на вопрос мужа, хочется ли ей продолжить прогулку, Иоганна ответила: «Поступай, как тебе угодно, иной воли, чем твоя, у меня нет». Такое искреннее смирение жены перед мужем творило чудеса – Иоганна была чуть ли не единственным человеком, который мог оказывать влияние на Бисмарка. Именно благодаря её влиянию Отто стал верующим и начал читать Библию каждый день, хотя раньше насмехался над религией.
Искренняя забота друг о друге позволила супругам прожить в счастье почти пятьдесят лет. Когда Иоганна умерла после долгой болезни, Бисмарк плакал над ней, как ребёнок. «Всё, что у меня оставалось, была Иоганна», - говорил он сестре. К тому времени Бисмарк уже покинул пост канцлера, дети давно выросли. Он умер через несколько лет после жены, до последнего дня повторяя имя своей любимой, нежной и доброй Иоганны.
2 октября. «Ангельское извещение»
ПоделитьсяДревнее предание свидетельствует о том, что Ангел Господень известил престарелых Иоакима и Анну о рождении у них Младенца в час крайней скорби бездетных супругов, подвергшихся грубому и несправедливому осуждению со стороны ветхозаветного священства. «Иной суд человеческий и иной суд Божий», — говорили в старину. Для нас в этом повествовании важно, что праведники не были подавлены печалью и не впадали ни в ропот, ни в озлобленность, но с детской и искренней верой изливали Отцу Небесному боль своих сердец — вот драгоценный пример для боголюбцев!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
На перроне в Италии. Анна Пясецкая
Поделиться
Однажды я поехала в отпуск в Италию, в Тоскану. Остановилась в симпатичном курортном городке Виареджо, на побережье Лигурийского моря. В один из дней решила, что поеду на экскурсию в соседний город Лукка. Приехала туда на раннем, утреннем поезде. Зачарованная, долго ходила по его красивым улочкам, церквям и музеям.
Вот так гуляла я по городу и не заметила, как наступил вечер, а за ним и ... ночь. Надо было срочно возвращаться домой, в отель. Когда прибежала на вокзал, там уже не было ни души. Без знания итальянского языка разобраться в расписании было сложно, да и кассы уже закрылись.
Тут я обнаружила, что и кассы бы мне не помогли. Купила дорогой альбом по искусству, сувениры. Цены на билет оказались выше, чем думала. Не рассчитала! В результате осталась одна на перроне без копейки в кармане. Казалось, придется заночевать на вокзале. Охватывало отчаяние.
Единственное, что пришло на ум — это своими словами, от сердца, обратиться с молитвой ко Господу, попросить Его прислать помощь.
Через некоторое время я заметила, как по перрону навстречу движется фигура человека. Когда он приблизился, я увидела, что это приятный молодой мужчина. Он улыбнулся, поприветствовал на ломаном английском и спросил, нужна ли какая-то помощь. Так, слово за слово, мы разговорились.
Оказалось, сам он недавно переехал из другого региона в Виареджо и живет рядом с тем местом, где находился мой отель. Его звали Рикардо. Чудо — мой новый знакомый не только подвел к нужному билетному автомату, но и купил мне «обратный» билет. Слава Богу! Мы успевали на последний ночной поезд, следующий в нашу сторону!
Страх и отчаяние мгновенно отошли на задний план, ведь Господь прислал доброго проводника, с которым за легкой беседой, в уютном теплом вагоне, быстро добрались до нашего городка. Мысленно я поблагодарила Господа за помощь!
И с тех пор я взяла за правило — когда накатывает одиночество или беспомощность, важно помнить, что Христос всегда рядом — и в горе, и в радости. Если на душе — пустота и, на первый взгляд, помощь маловероятна, надо молиться. Главное — искренне. Иногда этой молитвой может стать совсем простая фраза: «Господи, мне сейчас тяжело. Будь со мной». Уверена, помощь не заставит себя долго ждать.
Я чувствую, что в ту ночь, в небольшом южном итальянском городке, рядом со мной на перроне незримо оказался Спаситель. Это была моя незримая встреча с Ним. Вспомнились такие важные слова из Писания: «Не бойся, ибо Я с тобою».
Автор: Анна Пясецкая
Все выпуски программы Частное мнение
Мы и они. Алексей Шириков
Поделиться
Я по своему складу человек, любящий образы, иносказание, символы, многослойность текста, когда один и тот же евангельский эпизод можно рассматривать с разных сторон. А есть люди, устроенные иначе, — для них важна буквальная точность, однозначность формулировки, где каждое слово Священного Писания или Предания должно пониматься ровно так, как написано, без зазора для разных истолкований. Разница эта то и дело оборачивается настоящими спорами между нами.
И часто замечаю, как трудно мне в такие моменты не начать демонизировать другую сторону. Я же понимаю свою точку зрения, вижу внутреннюю логику, знаю аргументы, думаю, что она согласна с духом Евангелия. Со стороны же тех, с кем ведется спор, я начинаю замечать, что в каких-то важных для меня местах меня не понимают, не хотят слышать, обрывают на полуслове или отвечают заготовленной фразой вместо того, чтобы вникнуть. И вот тут срабатывает опасный переход: если меня не хотят слышать, значит, дело не в теме спора, а в самих людях. Значит, они «не такие» — упрямые, слепые, закрытые для истины. Этой же монетой нередко платит и другая сторона.
Для того, чтобы остановить этот порочный круг разделения на «мы» и «они» с последующей демонизацией оппонента, мне каждый раз приходится напоминать себе одну простую вещь: если я не согласен с другим человеком, если вижу как он, пусть иногда и агрессивно защищает свою позицию, это ещё не значит, что человек зол. Я ведь и сам, наверняка, не веду спор с абсолютной безошибочностью и бесстрастностью. Чаще всего у людей, что бы они ни делали и как бы ни думали, есть какие-то внутренние причины для своей позиции. Они могут сами не отдавать себе в них отчета, но они есть.
В этой внутренней обусловленности любых человеческих действий и есть, как мне кажется, причина одной из самых пронзительных молитв Евангелия — молитвы Христа на кресте: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают». Ведь если вглядеться в участников той сцены, почти никто из них не действовал со злым умыслом в собственных глазах. Солдаты несли свою службу — распятие людей было для них рутиной. Совет старейшин Израиля был убеждён, что спасает народ от смуты и большего кровопролития, — Каиафа прямо говорит об этом: лучше одному человеку умереть за народ, чем всему народу погибнуть. Пилат хотел сохранить карьеру и не желал лишних проблем с Римом из-за возможного народного восстания. Каждый из них, по-своему, делал то, что считал правильным или, по крайней мере, неизбежным.
В этом вся сложность и вся трагедия. Оказывается, можно даже убивать, будучи при этом искренне убеждённым, что приносишь таким образом службу Богу. Об этом, кстати, тоже предупреждал Христос: «Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу». И если уж такое возможно в вопросах жизни и смерти, то что говорить о куда более скромных спорах — о том, например, понимать евангельский образ буквально или искать в нём более широкий смысл? Тот же механизм работает и здесь, просто в меньшем масштабе: каждая сторона убеждена, что служит истине, а не самой себе.
Именно поэтому я считаю важным в любом общении удерживать себя от разделения на «мы» и «они». Я не знаю подлинных внутренних намерений другого человека, не знаю, что происходит в глубине его сердца, какой разговор он ведет с собственной совестью и с Богом. А значит, я не могу до конца отделиться от него, поставить на нём крест и закрыть вопрос раз и навсегда — как бы ни хотелось иногда именно этого.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
