Поделиться
На дворе уютно окружённого хвойным лесом монастыря Глинская пустынь, что неподалёку от села Сосновка Сумской области, вкусно пахло свежеиспечённым хлебом. Монахи собирались на трапезу. Шёл Петров пост 1950 года, и монастырские обитатели старались умерять себя в пище, однако от варёной картофелины с куском ароматного ржаного хлеба и стакана несладкого чая в обед никто из них не отказывался. Лишь один молодой монах с самого начала поста ни разу не был в трапезной. Он совсем ничего не ел, только пил холодную воду из колодца, и смотрел на выходящих из трапезной братьев с нескрываемым высокомерием. Мол, какой у вас пост — вот я уж пощусь, так пощусь!
Однако вскоре от недоедания силы стали покидать монаха. Он с трудом выстаивал службы, а уж исполнять свои ежедневные послушания — труды по монастырскому хозяйству — ему и вовсе стало тяжело. И вот, однажды утром брат от слабости попросту не смог подняться с кровати. Явившийся к нему монастырский лекарь велел немедленно выпить молока или простокваши, но монах и слышать ничего не хотел о том, чтобы нарушить пост!
Эта история стала известна монастырскому начальству. Архимандрит Серафим — так звали настоятеля Глинской Пустыни — был мудрым монахом и усердным молитвенником, уважаемым братией за добродетельную жизнь. Узнав о случившемся, он покачал головой и велел позвать постника к себе в келью. Когда едва державшегося на ногах, бледного, как полотно, монаха, привели под руки, отец Серафим бережно усадил его в кресло и попросил келейников — своих помощников — оставить брата с ним наедине. Потом, ни слова не говоря, отец Серафим достал из буфета банку с кефиром — утром он принёс его для монастырских котов — налил полный стакан и поставил перед монахом.
— Пей, брат, — сказал он.
Тот в ужасе посмотрел на отца Серафима. Пить кефир в пост! Однако непослушание настоятелю в монастыре было недопустимо. Поколебавшись ещё несколько секунд, монах, наконец, протянул руку, взял стакан с кефиром и залпом выпил. Силы вернулись к нему. Монах со стыдом понял, что был не прав, что попросту хотел превзойти братьев в посте из одной только глупой гордыни. Никому от этого лучше не стало, более того — он сам себя в итоге наказал...
— Подкрепился? — с доброй улыбкой спросил монаха отец Серафим. — Теперь ступай, продолжай поститься, как все братья. И больше уж не перегибай палку!
С того самого дня монах стал ходить в трапезную и есть вместе со всеми. Долгие постные службы полетали как один миг, послушания спорились. На сердце у него было радостно.
«От рвения не по уму добра не бывает, — говорил Серафим Глинский, которого Церковь прославила в лике святых как преподобного. — Лучше на своём месте быть всем полезным, чем выше головы прыгать и этим хлопоты и скорби себе и ближним доставлять».
Благовещенская церковь (г. Яранск, Кировская область)
Поделиться
«Церковь в Горсаду» — так жители Яранска, городка в Кировской области, называют храм Благовещения Пресвятой Богородицы. Один из древнейших на Вятской земле, он стоит в городском парке уже более трёхсот лет. Впрочем, парк не всегда был парком. Когда-то на его месте располагался мужской Вознесенский монастырь, основанный в середине 17 века. По преданию, именно в нём отбывал ссылку опальный боярин Василий Никитич, родной дядя первого царя из династии Романовых — Михаила Фёдоровича. Благовещенская церковь была одним из двух монастырских храмов. При императрице Екатерине Второй, в 1764 году, обитель упразднили. Из всех строений остался только Благовещенский храм и стал приходским. Сохранились данные начала ХХ века, согласно которым в 1912 году его прихожанами были жители 12-ти окрестных поселений.
Но скоро наступила эпоха гонений на верующих и Церковь. Не миновала она и Яранск. В богоборческие 1930-е Благовещенский храм закрыли. Здание передавали то одной, то другой организации. Здесь в разные годы были библиотека, контора «Госкинопроката», потом — отделение городского жилищного хозяйства, которое использовало церковь как склад. Внутри хранили уличные лавочки, мусорные урны и арсенал дворников — мётлы и лопаты. Церковь ветшала и разрушалась. Жителям Яранска казалось, что долго она не простоит.
И всё это при том, что Благовещенский храм уже тогда был признан архитектурным и историческим памятником регионального значения. Небольшая церковь — яркий образец каменного зодчества середины 17-го столетия, архитектурного стиля «московское барокко». Храм выстроили так, что его единственный купол одновременно являлся и крышей здания. Фасад Благовещенской церкви был богато украшен: на окнах — лепные наличники и изящные решётки с кованными цветами. Великолепная резная арка обрамляла центральный вход, а по периметру здания — подобного же рода карнизы. Увы, эту красоту в советские годы совсем не щадили.
Но пришли новые времена. В 2000-м году церковь вернули верующим. Отремонтировали. И сегодня, глядя на чудесный, нарядно расписанный Благовещенский храм, трудно представить, что ему пришлось пережить. Вокруг него скоро снова вырастет монастырь. Власти Яранска передали территорию Городского парка женской монашеской общине. Молитвенная жизнь возвращается.
Все выпуски программы ПроСтранствия
26 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Vitali Adutskevich/Unsplash
«Из уст младенцев Ты приемлешь хвалу, Господи», — многие помнят это изречение святой Псалтири. Что оно означает? То, что Господу приятен наш младенческий лепет, исходящий из кающегося и сокрушённого сердца; краткая, но сердечная молитва мытаря: «Боже, милостив буди мне, грешному» — приятна более, нежели затверженные или механически, без должного внимания, произносимые пространные молитвы с обилием прошений и многословных обращений к Божеству. Из этого, конечно, не следует, что подобные молитвы не хороши. Главное — произносить их должно неспешно, внимательно, разумея значение каждого слова.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Анонимная приятность
Поделиться
Фото: Yaroslav Shuraev / Pexels
Как-то утром хотел оплатить мобильную связь дочери, однако поторопился и случайно перепутал номер. Досадно, но наверняка есть повод не расстраиваться. Скоро Рождество, и пусть незнакомец, которому я пополнил баланс, порадуется... Такая маленькая анонимная приятность. Эта мысль взбодрила меня лучше утреннего кофе, и я занялся важным делом. Нужно было выбрать подарок для отца.
Он увлекается рыбалкой. Я хотел подарить ему спиннинг определённой фирмы и модели, но такого, как хотел папа, нигде не было. Что же делать, задумался я. И в этот момент раздался звонок в домофон. Пришёл сосед.
— Старик, будь другом, помоги разгрузить вещи, машина у подъезда.
Спускаюсь вниз и принимаюсь за работу. Пока разгружаем коробки узнаю́, что эти вещи соседу достались от деда, который был рыбаком. Коллекция снасте́й и удочек впечатляла. Присматриваюсь и не верю своим глазам! Среди спиннингов был именно такой, о каком мечтал мой отец.
— Забирай себе, если что приглянулось, — неожиданно произносит сосед, заметив мой взгляд, — я к рыбалке равнодушен и планирую всё раздать родственникам.
Я с радостью соглашаюсь. Спиннинг как новый. Папа будет счастлив. Но что это? На рукоятке замечаю металлическую пластинку с надписью: «Сделал добро — бросай его в море, и оно вернётся...». Я улыбнулся. Что-то мне подсказывало, что подарок соседа и моя анонимная приятность связаны невидимой нитью... Одна маленькая случайность потянула за собой другую, и во всём этом чувствовался непостижимый Промысл Божий.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
