Поделиться
Сегодня в любой антологии произведений, посвящённых Рождеству Христову, читатель легко отыщет стихотворный этюд Саши Чёрного «Рождественское», впервые опубликованный в журнале «Зелёная палочка», в 1920-м году в Париже.
Эти светлые стихи знают и любят многие из нас, и читают в рождественские дни своим детям. Помните их трогательный зачин:
В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лён Его волос...
«Рождественское» нередко звучит на радио в хорошем актёрском исполнении, — и я, пожалуй, прочитаю вам сегодня другие, печально-горькие, — но и очищающие (и как-то особо пробуждающие душу в наши тревожные дни) стихи Саши Черного — тех же самых двадцатых годов.
Стихотворение «Легенда» напечатано весной 1921-го года берлинской газетой «Голос России»:
Это было на Пасху, на самом рассвете:
Над окопами таял туман.
Сквозь бойницы чернели колючие сети,
И качался засохший бурьян.
Воробьи распевали вдоль насыпи лихо.
Жирным смрадом курился откос...
Между нами и ими печально и тихо
Проходил одинокий Христос.
Но никто не узнал, не поверил виденью:
С криком вскинулись стаи ворон,
Злые пули дождем над святою мишенью
Засвистали с обеих сторон...
Саша Черный, из стихотворения «Легенда», 1921-й год
«Легенда» вошла в третий том стихотворений Саши Чёрного, вышедший в Берлине и знаменательно озаглавленный «Жажда».
«...Перечитывая теперь эту грустную книгу, — писал Корней Чуковский (много сделавший для возвращения стихов Саши Черного к отечественному читателю), — я не мог отвязаться от мысли, что вряд ли в русской зарубежной литературе тех давних времен был хоть один поэт, который с такой лирической силой выразил бы мучительное чувство эмигрантского сиротства на чужбине. <...> Нам, знавшим его „Сатиры“ 1908 — 1912 годов, даже как-то странно читать, в каком поэтическом ореоле встали перед ним те самые люди, пейзажи и вещи, к которым, судя по его старым стихам, он относился в лучшем случае с иронией...» (конец цитаты)
На прощанье — пронзительные восемь строк из того же третьего тома, из «Жажды» (то есть жажды вернуться на родину). Христос тут не назван по имени, но посмотрите, с каким оборотом поэт сопрягает личность не понятого людьми и осуждённого на смерть Спасителя: «...Это всё, что мы здесь сберегли...»:
Прокуроров было слишком много!
Кто грехов Твоих не осуждал?..
А теперь, когда темна дорога,
И гудит-ревет девятый вал,
О Тебе, волнуясь, вспоминаем, —
Это все, что здесь мы сберегли...
И встает былое светлым раем,
Словно детство в солнечной пыли...
Саша Чёрный, из книги «Жажда», 1923-й год
20 июля. О доходах священников
Поделиться
В послании апостола Павла к Коринфянам есть слова: «Разве вы не знаете, что служащие жертвеннику берут долю от жертвенника?».
О доходе священника — настоятель подворья Троице-Сергиевой Лавры в городе Пересвет протоиерей Константин Харитонов.
В Ветхом Завете ещё было такое постановление, и оно хоть обращено было и к животным, но оно относится к священнослужителям: «Не закрывай рта вола молотящего». Вол, который был привязан к такой некой жерди, ходил по кругу, и два камня перемалывали пшеницу в муку. И вот некоторые от своей жадности закрывали ему рот, чтобы он не питался тем, что было под его ногами. И Господь это запрещал, чтобы «тот, кто трудится, тот и питался от своих трудов».
Также Бог и священнослужителям назначил вот такое вот, можно сказать, жалование. Они не работают за зарплату, а служат Богу и людям, живя на пожертвования. Это так установлено Богом. Также и апостолы, мы знаем, у них был с ними некий ящик, который, кстати, носил Иуда, куда жертвовали люди свои пожертвования, от которых они тоже питались, и так было благословлено Христом. Также и поныне церкви, священнослужители питаются от этих жертв.
И не нужно об этом смущаться, а наоборот, понимать нашу ответственность, чтобы нам самим участвовать в жизни и пропитании наших священнослужителей. Чтобы они не подрабатывали курьерами или ещё кем-то, а чтобы они служили Богу в том звании, в котором они призваны.
Все выпуски программы Актуальная тема:
20 июля. О святости в семейной жизни
Поделиться
Сегодня 20 июля — День памяти преподобной Евфросинии, почившей в 1407 году.
О значении святости в семейной жизни — настоятель храма преподобного Сергия Радонежского в деревне Костино Московской области — священник Виктор Селезнёв.
Преподобная Евфросиния, в миру Евдокия Московская, супруга благоверного князя Димитрия Донского, с юных лет отличалась глубоким благочестием. Во время Куликовской битвы молилась за победу русского войска, а после победы построила в Кремле храм Рождества Пресвятой Богородицы. После смерти мужа тайно вела подвижническую жизнь, носила вериги под княжескими одеждами, приняла постриг в основанном ею Вознесенском монастыре, где вскоре мирно скончалась. Прославлена многочисленными чудесами, почитается как образец христианского супружества и монашеского подвига в миру.
Она сочетала высокое положение и государственные заботы с глубокой верой, милосердием, воспитанием детей в благочестии и поддержкой мужа в трудные времена. Ее жизнь показывает, что святость возможна и в мирском служении. Брак Евдокии и Димитрия Донского изначально имел политическую подоплеку, но стал благодатным именно потому, что в нём возросли искренняя любовь, жертвенное служение и взаимное уважение.
Овдовевшая княгиня видела свою обязанность пред Богом прежде всего в завершении воспитания детей. Вместе с тем она начала устроение Вознесенского женского монастыря в Московском Кремле, отдав под него свои княжеские чертоги. Святость её семейной жизни строилась на глубокой молитве. Её духовный подвиг свидетельствует о том, что ни богатство, ни высокое общественное положение, ни государственные дела, ни семейные узы не могут быть непреодолимым препятствием для стяжания благодати Божией и святости.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Псалом 27. Богослужебные чтения
Поделиться
В моём детстве была ситуация, когда после конфликта мой отец просто перестал со мной разговаривать. Поначалу казалось — да пожалуйста, какие проблемы? Не больно-то и надо! Но через несколько дней это молчание стало сначала тягостным, потом — жгучим, а затем и просто невыносимым.
Сегодня в храмах за богослужением читается 27й псалом царя и пророка Давида — который был написан им во время тотального обрушения всех прежних надежд, в ситуации отвержения со стороны родных и жестоких гонений — и здесь тема Божественного молчания — центральная. Давайте послушаем!
Псалом 27.
Псалом Давида.
1 К тебе, Господи, взываю: твердыня моя! не будь безмолвен для меня, чтобы при безмолвии Твоём я не уподобился нисходящим в могилу.
2 Услышь голос молений моих, когда я взываю к Тебе, когда поднимаю руки мои к святому храму Твоему.
3 Не погуби меня с нечестивыми и с делающими неправду, которые с ближними своими говорят о мире, а в сердце у них зло.
4 Воздай им по делам их, по злым поступкам их; по делам рук их воздай им, отдай им заслуженное ими.
5 За то, что они невнимательны к действиям Господа и к делу рук Его, Он разрушит их и не созиждет их.
6 Благословен Господь, ибо Он услышал голос молений моих.
7 Господь — крепость моя и щит мой; на Него уповало сердце моё, и Он помог мне, и возрадовалось сердце моё; и я прославлю Его песнью моею.
8 Господь — крепость народа Своего и спасительная защита помазанника Своего.
9 Спаси народ Твой и благослови наследие Твоё; паси их и возвышай их во веки!
Тяжело переносить наказание молчанием со стороны близких — но ещё тяжелее, когда в критической ситуации начинает казаться, что Бог — умолк, не проявляет Себя никаким образом, словно бы отвернулся и вычеркнул тебя из своих «адресатов». Так и хочется «ввернуть» современное словечко — «забанил». Ты и так, и эдак — а видишь, твои «сообщения» — в нашей ситуации — молитвы — не доходят.
Мысль о том, что Бог может, так сказать, «забанить» человека — очень страшная и опасная. Прежде всего тем, что, думая так, мы неосознанно проецируем свои человеческие, страстные и зачастую надуманно-превратные отношения на Самого Господа Бога — и тем самым для самих себя закрываем возможность получения Божественного ответа. Если человек сам выключил свой телефон — глупо обижаться, что звонки к нему не доходят. Зато как сладко можно предаться очарованию саможаления — когда вокруг — пустота и тишина, и ты никому не нужен, и о тебе никто не вспомнит!...
Но Давид — как мы видим из псалма — этому соблазну не поддаётся. В структуре псалма мы видим неожиданный поворот. Казалось бы, сначала он кричит, вопиет к Богу, требует прекратить это молчание — и тут вдруг речь радикально меняет свой предмет: теперь его куда больше волнует судьба его народа, тех, над кем он был поставлен царём и правителем. И здесь Давид полностью переходит от просьбы к благодарению — за то, что многократно Бог откликался на молитвы народа и помогал ему. Причём, как замечает блаженный Феодорит, «достойно же удивления в великом Давиде, что и гонимый народом... приносит за него молитву Богу».
Это очень глубокий поворот. То, что в конкретной ситуации именно со мной Бог воспринимается как «отвернувшийся» и «молчащий» — по сути ни о чём не говорит. Это — лишь эпизод: а вот история с другими людьми, со всем народом говорит о том, что эти периоды «молчания» обязательно сменяются временами, когда Божественное присутствие ощущается всеми настолько сильно, что и сомнений никаких уже не остаётся.
Вот какой важный пример подает нам царь Давид в своём 27м псалме: научиться в ситуации обострённого переживания Божественного молчания внимательно всматриваться не в текущую ситуацию, а в судьбы других людей — и оттуда черпать веру и вдохновение!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
