"700-летие Высоко-Петровского монастыря". Светлый вечер с Максимом Лазаревым (04.09.2015)

Светлый вечер - Максим Лазарев (эф. 04.09.2015) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - Максим Лазарев (эф. 04.09.2015) - Часть 2
Поделиться

Максим Лазарев-1У нас в гостях был помощник наместника московского Высоко-Петровского монастыря Максим Лазарев.
Накануне 700-летия Высоко-Петровского монастыря мы говорили о мероприятиях, готовящихся в Москве к этой дате, о Патриаршем Крестном ходе, а также об основателе монастыря – митрополите московском Петре.

Ведущие: Владимир Емельянов, Алла Митрофанова

В. Емельянов

— Вы слушаете «Светлый вечер», здравствуйте. У микрофона Владимир Емельянов и Алла Митрофанова.

А. Митрофанова

— Добрый светлый вечер!

В. Емельянов

— Мы сегодня приветствуем руководителя добровольного отряда Высоко-Петровского монастыря, помощника настоятеля монастыря Максима Лазарева. Максим, здравствуйте.

М. Лазарев

— Здравствуйте.

В. Емельянов

— Мы с Вами встречаемся в преддверии 700-летия монастыря, и мы также будем отмечать 700-летие начала трудов митрополита Петра Московского. Честно говоря, наверное, немногие знают, кто такой митрополит Петр. Давайте мы немножко поговорим об этой значимой фигуре и о том, какие события и мероприятия запланированы на 6 сентября. Ну, об этом мы для начала поговорим.

М. Лазарев

— Конечно.

А. Митрофанова

— Я просто хотела бы, со своей стороны, немножечко добавить драматургии. Дело в том, что когда речь идет о митрополите Петре, то знающие люди упоминают его в числе тех людей, благодаря которым Москва стала Москвой, то есть получила свой важный статус, обрела такое всероссийское значение впоследствии. Чуть ли не с него все это началось. Для огромного количества людей и для меня, в первую очередь, совершенно непонятно. Мы все привыкли связывать Москву с Юрием Долгоруким и некоторым рядом имен, стоящих рядом с этим человеком, вот около него, вокруг него. И вдруг внезапно, да еще и в День города, в Москве — Крестный ход, посвященный митрополиту Петру, и оказывается, что Высоко-Петровский монастырь обладает таким статусом, и прочее, прочее. Вот эти все вещи, вот эти все пробелы, я надеюсь, мы сегодня в течение эфира постараемся восполнить, Максим, с Вашей помощью, да?

М. Лазарев

— Мы постараемся. Конечно, конечно.

А. Митрофанова

— Ну, тогда вперед. Расскажите, что это такое, с чем это связано.

М. Лазарев

— Ну, в первую очередь, конечно, нужно сказать о самом святителе Петре. Это был митрополит московский, который родился в Западной Руси (тогда это Волынь). С 12 лет он стал монахом и вскоре уже стал и митрополитом. Интерес этого события в том, что он перенес — вот дальше подробно об этом поговорим — кафедру Владимирскую в Москву, осел, можно сказать, там. И 700 лет назад — это было не начало его трудов, а именно его первый приезд в Москву, когда он, по преданию, прошел от Кремля по дороге, которая теперь называется Петровкой, до высокого берега Неглинки и там основал в будущем… его назвали Высоко-Петровский монастырь. Собственно говоря, именно потому, что святитель Петр избрал местом своих трудов, основным местом пребывания своего, Москву, естественно, стали стекаться туда и люди. Ведь тогда все были православные, все были верующие, практически. И, конечно же, к нему потянулись люди.

А. Митрофанова

— Он в тот момент уже был митрополитом?

М. Лазарев

— Да, он в тот момент уже был митрополитом.

А. Митрофанова

— Статусным лицом.

М. Лазарев

— Конечно.

А. Митрофанова

— И, соответственно, люди, узнав, что митрополит вдруг поселился здесь, на берегу Неглинки, стали к нему туда приходить, обращаться?

М. Лазарев

— Да, именно, именно. И, конечно, история о том, как он стал митрополитом, это тоже совершенно завораживающая, символическая история. Его предшественник митрополит Максим очень много ездил по Руси и в своих путешествиях всегда молился перед иконой, которую впоследствии назвали Петровской иконой Божьей Матери. Эту икону написал святитель Петр, будущий святитель Петр, и подарил ее митрополиту Максиму.

А. Митрофанова

— То есть он был талантливым иконописцем? Потому что икона-то красивая очень.

М. Лазарев

— Именно, да-да-да.

А. Митрофанова

— Нестандартная, правда, как про нее говорят, да?

М. Лазарев

— Ну, наверное, нестандартная. Но нельзя сказать, что она от этого становится хуже. И когда его избирали на митрополичью кафедру (это тогда делалось в Константинополе, как Вы понимаете), были другие претенденты. Но константинопольскому патриарху приснилась, привиделась Пресвятая Богородица, которая ему сказала, что тот, кто принесет вот эту икону, его и нужно избрать. А будущий святитель Петр взял с собой в Константинополь именно эту икону, которую он написал для митрополита Максима, который уже к тому моменту скончался. И у него не было другого выбора, у патриарха Константинопольского, как только поставить митрополитом именно Петра.

В. Емельянов

— Но там же еще была красивая история, что матушке митрополита Петра накануне рождения Петра приснился сон, что она на руках держит барашка, а у него…

А. Митрофанова

— Агнца!

В. Емельянов

— Агнца, хорошо, агнца, и у него между рогами растут цветы, растет дерево, и… Ну, как бы, тем самым это был такой знак.

А. Митрофанова

— На дереве свечечки горят такие, во множестве.

М. Лазарев

— Да. Это показало ей и всем вокруг, что митрополит Петр станет тем, кто принесет огромные плоды для духовного развития Руси, для даже не только, может быть, духовного, но и культурного, во многом, развития России, Руси.

А. Митрофанова

— Мы говорим о времени — это начало XIV века, да, если я правильно понимаю?

М. Лазарев

— Именно, да.

А. Митрофанова

— У нас на Руси в это время что происходит вообще? Каков исторический фон?

М. Лазарев

— У нас исторический фон следующий, и это тоже очень важно понимать. Мы находимся под игом, и между князьями зачастую происходят междоусобицы, Россия разрознена. И на самом деле титул Великого князя, который сейчас часто преподносится как эквивалентный титул царя, которому все — ну, как — не поклонялись, а подчинялись, можно сказать, это не совсем так. Великий князь, по сути дела, отличался от остальных князей тем, что он мог собирать налоги в пользу ханства. И, конечно же, ради этого зачастую им приходилось очень много присутствовать в ставке хана, вести какие-то интриги определенные и так далее. А реальным человеком, который объединял Русь, всегда был в тот момент митрополит. Потому что, в любом случае, каждый русский человек, будучи православным, не мог не прислушиваться к мнению своего первоиерарха, скажем так. Поэтому, конечно же, зачастую…

А. Митрофанова

— Патриарха на Руси тогда не было? Были митрополиты?

М. Лазарев

— Митрополит. Прощу прощения, да-да-да.

А. Митрофанова

— Нет, ну, Вы и сказали, да — митрополит. Я просто поясняю, что патриарх у нас появится, в общем-то, сильно позже…

М. Лазарев

— Да.

А. Митрофанова

— …почему и приходилось ездить для постановки на митрополичью кафедру в Константинополь — именно потому, что мы тогда были частью Константинопольского патриархата.

М. Лазарев

— Именно. И, кроме всего прочего, зачастую при ханской ставке русский митрополит исполнял роль посла константинопольского патриарха, поэтому, конечно же, он играл значительнейшую роль и в политической жизни России того времени.

А. Митрофанова

— А что известно о митрополите Петре как о человеке? Понятно, что вряд ли какие-то есть документальные источники — его мемуары или что-то такое, что могло бы о нем свидетельствовать. Но, вместе с тем, то, что мы сейчас называем психологическим портретом личности, наверное, из каких-то его поступков можно прорисовать, да?

М. Лазарев

— Конечно.

А. Митрофанова

— Вот что об этом?.. Что есть?

М. Лазарев

— Конечно. Мы можем это попытаться сейчас сделать и обязательно попытаемся. В первую очередь, наверное, его все-таки характеризует тот поступок, что он, будучи уже какое-то время митрополитом России, избирает именно Москву местом своего основного пребывания. Ведь Великий князь находится в то время во Владимире, и все там приуготовлено для митрополита — там есть чудесная резиденция, там есть прекрасные соборы, в которых митрополиту легко должно служиться. Там десть все, что необходимо. Там огромное количество угодий, которые на тот момент принадлежали Церкви. То есть, говоря современным языком, инфраструктура полностью готова. Однако он вместо этого выбирает тихий — правда, надо сказать. довольно богатый, хороший в этом отношении городок — Москву, и там уже начинает свои серьезнейшие труды. То есть он готов поступаться некоторыми вещами, какими-то, скажем так, материальными благами ради вещей духовных, и это, несомненно, очень важно. Не зря его прославили очень быстро после смерти, и есть свидетельства того, что чудеса начались уже прямо во время его погребения, практически. То есть, есть такая информация, что то ли посол, то ли просто какой-то иностранец, который был в то время при дворе, совершенно не понимал, почему устроили невероятные пышные похороны для… ну, конечно, важного человека, но, тем не менее… Как мы помним в притче, «деньги-то и на другое можно было потратить!» И тут же он увидел, как митрополит (духовными, конечно же, очами) благословляет народ вокруг себя. В тот день были засвидетельствованы исцеления, и митрополита очень быстро прославили даже в Константинополе, буквально через 13 лет. И надо помнить, конечно же, о том, что святитель Петр — это первый московский святой. К сожалению, об этом мало кто знает сейчас в широких кругах, как мы говорим.

Есть еще один поступок, который очень сильно характеризует святителя Петра. На него было возведено, ну, не гонение… Были доносы, скажем так. Его обвиняли в симонии, что он купил как бы свой… что он продавал церковные должности. Тогда был такой обычай, что если какого-то епископа рукополагали и ставили на кафедру, он, конечно же, должен был оплатить приезд первоиерарха, приезд людей, его окружающих, встретить их, расположить у себя и отправить назад. Абсолютно нормальный такой обычай, все здесь в порядке. Ну, пытались интриговать на этом — не получилось. Когда все разобрались, стало ясно, что святитель Петр совершенно ни при чем. И дальше вот — его поступок. Потому как после такого обвинения человек, который его обвинял, должен был понести наказание — его должны были извергнуть из сана. Однако святитель Петр говорит: «Я прощаю, а Бог тебя тоже простит», и просит никак, никоим образом этого человека не наказывать. На мой взгляд, это дает ясную характеристику того, насколько глубоко в его сердце была ну вот такая христианская любовь и всепрощение к людям.

В. Емельянов

— Да, но при этом ведь он был непримирим и очень жесток по отношению к врагам Церкви — возьмем, там, еретиков каких-то… Скажем, он лишил епископского сана Исмаила Сарского — и за предательство, и с другим тоже священником у него были проблемы. Тот отказался покаяться, принести покаяние, и чуть ли не анафеме его предал. То есть довольно жесткий был в этом отношении человек. Но при этом был лояльный именно к клеветникам, к людям, которые какие-то наговоры на него делали, и так далее.

М. Лазарев

— Безусловно. «!Жесткий» — может быть, немножечко не такое слово.

В. Емельянов

— Ну, «непримиримый», скажем.

М. Лазарев

— Да, безусловно. И это очень часто и много чувствовалось еще вот в каком ключе. Как я уже говорил и как все знают, в то время междоусобная брань между князьями была обычным делом. И святитель Петр — по правку его можно назвать одним из объединителей русских князей — даже мог пригрозить остановить службы в церквях для того, чтобы помирить двух князей. Предположим, один шел на другого со своим княжеством, и он мог сказать, что «нет, мы сейчас закроем церковь, заберем антиминсы и не будем служить до тех пор, пока Вы не придете к согласию. Как Вы понимаете, в то время у любого человека, обычного человека, день начинался в церкви, заканчивался в церкви. Все было подчинено, в некоторой степени, богослужебному кругу. И князя просто свергли бы свои же подданные, если бы такое произошло.

И он действительно пользовался вот такими способами для того, чтобы примирить русских князей. И Иван Калита, который уж точно считается объединителем Русских земель, был во многом его духовным чадом. То есть именно в Москве они очень подружились. При участии митрополита Петра был заложен Успенский собор, от которого пойдет Крестный ход 6 сентября. И он прислушался вот именно к этим вещам, которые… Благодаря его духу, святителя Петра, я думаю, что Иоанн Калита во многом и стал так же объединять русские земли.

В. Емельянов

— Мы напоминаем, что Вы слушаете «Светлый вечер» на радио «Вера». В студии Владимир Емельянов и Алла Митрофанова. У нас сегодня в гостях Максим Лазарев, руководитель добровольного отряда Высоко-Петровского монастыря и помощник настоятеля этого монастыря.

А. Митрофанова

— Максим, все-таки хочется к вопросу о Москве вернуться. Вы так вскользь упомянули, что однрой из заслуг митрополита Петра было то, что он кафедру митрополичью из Владимир перенес, собственно, в Москву. До этого она в Киеве вообще находилась, да?

М. Лазарев

— Да.

А. Митрофанова

— И, если я не ошибаюсь, опять же, при нем была во Владимир перенесена.

М. Лазарев

— Да.

А. Митрофанова

— С чем связаны все эти перемещения — Киев, Владимир, Москва? Ему на месте не сиделось? Это был какой-то политический или общественный жест? Или, допустим, маленький, тихий город Москва нуждался в каком-то новом витке развития, условия для чего и возникли в связи с действиями митрополита Петра? Что это такое было вообще? Как князья, к примеру, смотрели на эти пертурбации?

М. Лазарев

— Тут, к сожалению, конечно, мы можем пока только гадать, по большому счету. Потому что каких-то конкретных данных нет. Есть предположение такое, что, поскольку у Владимирского князя был свой претендент на митрополичью кафедру, и выбрали все-таки митрополита Петра, говорят, что у них…

А. Митрофанова

— Там же был этот эпизод, когда они вместе ехали в Константинополь — кандидат от Владимирского князя и, соответственно, будущий митрополит Петр, и патриарх Константинополя, при том, что была договоренность о том, чтобы посланника от Владимирского князя сделать, собственно митрополитом, он, тем не менее, делает выбор в пользу будущего митрополита Петра, да?

М. Лазарев

— Именно.

А. Митрофанова

— То есть это конфликт был такой?

М. Лазарев

— Ну, конфликтом… Опять же, мы можем только гадать. Потому что можем предположить, какие были желания у князей. Конечно же, любой князь хотел бы, чтобы митрополит был у него. Как я сказал, по сути дела, это человек, который был над всеми в России. Великий князь таковым не являлся. И, конечно же, Владимирский князь хотел, чтобы митрополичья кафедра и сам митрополит были у него. Но, помимо всего прочего, есть и духовные моменты, про которые я сказал, — что патриарху Константинопольскому было видение. Сопернику, если можно так сказать, будущего митрополита Петра также было видение, что, «мол, тот, кто написал меня, станет митрополитом, ты зря стараешься». И мы можем только о провидении о каком-то говорить. И есть другие мнение — что для митрополита Петра вот этот самый высокий берег Неглинки, на котором основан Высоко-Петровский монастырь, очень напомнил первый монастырь на берегу реки Рать, который Петр основал, еще будучи монахом, давным-давно. Действительно, это тихое, уединенное место, где, в первую очередь, можно молиться, а не заниматься, скажем так, политическими делами. Хотя, как мы видим, благодаря решениям Петра в корне меняется вся геополитическая подоплека того времени. Все начинает перемещаться, и…

А. Митрофанова

— …центр начинает смещаться в Москву, да?

М. Лазарев

— Да, в северные земли. Потому что… Что является интересным как символ даже сейчас. Потому что, еще раз повторюсь, святитель Петр — он уроженец, по существу, Западной Украины, того, что называется сегодня Западной Украиной. И он становится…

А. Митрофанова

— Волынь, да? Волынь.

М. Лазарев

— Да. И он становится митрополитом Московским. То есть то, что во многом нам сейчас пытаются навязать, некую борьбу такую между двумя народами или, может быть, даже, сказать, внутри одного народа, в какой-то степени, она не представляет из себя ничего, под собой не несет ничего. И мы этим праздником хотим показать людям… рассказать людям об этой истории. Потому что…

А. Митрофанова

— 6 сентября, Вы имеете в виду?

М. Лазарев

— Да, 6 сентября, именно. Потому что для меня буквально несколько лет назад было совершенно удивительно, что вообще есть такой святитель Петр, который действительно являлся, по сути дела, одним из отцов-основателей Москвы как столицы. Как столицы именно.

А. Митрофанова

— Давайте, наверное, о празднике поговорим.

В. Емельянов

— Да, и еще раз напомним, что 6 сентября — это будет какой день недели?

А. Митрофанова

— Воскресенье.

М. Лазарев

— Это воскресенье, конечно.

А. Митрофанова

— Да, очень кстати!

В. Емельянов

— В воскресенье состоится… не просто, а состоится Патриарший Крестный ход.

М. Лазарев

— Именно.

В. Емельянов

— И вот хотелось бы об этом подробно поговорить — о том, как вообще все это будет организовано. Я даже слышал, что рекомендовано, чтобы в воскресенье была общая литургия, чтобы она начиналась в половине девятого, и она тоже будет посвящена этому событию. Давайте об этом немножко поговорим.

М. Лазарев

— В первую очередь, еще нужно сказать, конечно, что мы празднуем 6 сентября второй день Дня города Москвы. Как всегда, это празднуется в первые выходные сентября. И символично, что в первые же выходные сентября, в первое воскресенье сентября всегда празднуется День памяти московских святых, первым из которых являлся святитель Петр. И в этом году накладывается еще и 6 сентября — воскресенье. Это день, в который Церковь чтит память именно самого святителя Петра, первого московского святого. И вот в 2015-м году мы празднуем 700-летие его прибытия в Москву, 700-летие со дня основания Высоко-Петровского монастыря, и состоится Патриарший Крестный ход. Мы приглашаем всех принять участие в нем. Сбор людей будет на улице Моховой, от Библиотеки имени Ленина и практически до пересечения с Тверской. Мы ожидаем, что будет довольно много народу. С двенадцати до часу собираются люди, в час дня мы стартуем, начинаем Крестный ход во главе со святейшим патриархом. И, собственно говоря, у стен Высоко-Петровского монастыря, к которому мы придем по этой исторической дороге, по которой прошел в свое время святитель Петр, будет отслужен Патриарший молебен, после которого организована обширнейшая культурная программа, очень интересная. Во-первых, мы хотим познакомить людей, конечно же, с самим монастырем. Ведь почему-то не все знают, что в центре Москвы, на Петровке расположен Высоко-Петровский монастырь…

В. Емельянов

— Вот таким человеком был я, кстати.

М. Лазарев

— (Смеется.)

А. Митрофанова

— Да, и, кстати говоря, непонятно, почему улица называется «Петровка». Да, Петровка, 38, или сколько там было, да?

М. Лазарев

— Ну, да. Кстати, монастырь располагается на улице Петровка под номером 28, дом…

А. Митрофанова

— Там был литературный институт… ой, музей долгое время.

М. Лазарев

— Музей. Да-да-да, был. Он как раз был в стенах монастыря, располагался он не так давно. Выехал в новые, более удобные площади.

А. Митрофанова

— Ну, кстати, очень хороший пример, простите, что прерываю, и за оффтоп тоже… Хороший пример взаимодействия и разрешения спорных вопросов, когда на одной территории находятся и музей, и монастырь, и музей переезжает в другое место, монастырь занимает свое законное пространство, и в итоге все довольны…

М. Лазарев

— Да, да!

А. Митрофанова

— Да, и Дмитрий Бак нам рассказывал — это было в этой студии — о своем новом здании. Дай Бог, чтобы все было очень хорошо. Продолжайте, пожалуйста.

М. Лазарев

— Они рады — это самое главное, конечно.

А. Митрофанова

— Так, по поводу улицы Петровка. Как я сказал, мы пойдем по исторической дороге — от Кремля до Высоко-Петровского монастыря, и Петровкой, конечно же, эта улица называется именно потому, что изначально дорога, по сути, была прорублена именно для того, чтобы святитель Петр мог приезжать совершенно спокойной из обители, им основанной, в Кремль, в Москву. Более того…

А. Митрофанова

— А тогда Петровка — это был загород, да? Петровский монастырь — это был далекий загород?

М. Лазарев

— Конечно, конечно.

В. Емельянов

— Ну, не далекий, может быть…

М. Лазарев

— Ну, я думаю, что далекий. На то время…

А. Митрофанова

— Где Кремль, а где Высоко-Петровский монастырь!

М. Лазарев

— Конечно. И, более того, могу Вас удивить — например, Большой театр назывался Петровским театром, часть Моховой называлась Петровкой. Это…

А. Митрофанова

— …не в честь Петра Первого?

М. Лазарев

— Нет, нет. Вот такая история — мы, к сожалению, часто не знаем подоплеки названий улиц, хотя это невероятно интересно. И в этот день, помимо всего прочего, мы хотим рассказать людям — не только тем, кто придет на Крестный ход, а всем, кто будет гулять в это время и праздновать День города, в том числе… Ведь, по сути дела, Центр Москвы будет перекрыт, это все будет пешеходная зона. Это тоже довольно удобно для нас, потому что мы не перегораживаем какие-то важные артерии, все и так закрыто, скажем так.

А. Митрофанова

— А перегородили бы, если бы это нужно было только Вам?

М. Лазарев

— Ну, если бы это нужно было только нам… Но тут ведь какое дело — что 6 сентября все-таки, в любом случае, уже все перегорожено. Потом, «только нам» — это «только» кому? Это может быть до 10 тысяч человек верующих, которые придут на этот праздник.

В. Емельянов

— Как же Вы будете их, 10 тысяч человек, знакомить с монастырем, стесняюсь спросить?

А. Митрофанова

— С монастырем, да?

М. Лазарев

— Познакомим. У нас… Специально для этого мы пригласили довольно большое количество экскурсоводов, подготовили их по специальной программе, и они будут работать, водить бесплатные экскурсии после совершения Патриаршего молебна, по монастырю. Конечно, это будет совершенно краткий формат — такая обзорная получасовая экскурсия. Но, помимо всего прочего, в монастыре, естественно, работает экскурсионно-паломническая служба. Мы готовы организовать экскурсию абсолютно для любого человека в любое время, это никакой проблемы не составит. И, помимо всего прочего, мы, скажем так, делаем такую мощную миссионерскую акцию. Являясь руководителем добровольческого отряда, который специально формируется  для этого праздника, я приглашаю ребят совершенно разных, из разных вузов, не только православных. Хотя, конечно, и Российский православный университет, и Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет к нам присоединились одними из первых. Но, помимо этого. мы себе такую сверхзадачу поставили — подключить как можно больше ребят-студентов из светских вузов. Это, может быть, кажется удивительным и несколько даже крамольным где-то, но результаты пока очень радуют.

А. Митрофанова

— Лапидарно немножечко!

(Смеются.)

М. Лазарев

— Да.

А. Митрофанова

— «Решили привлечь». Каким образом привлекали?

М. Лазарев

— Оченоь просто. мы изначально поставили, опять же, себе задачу, что никаких «добровольцев по спискам» у нас не будет. Это было принято принципиальное решение и наместником монастыря, мы и разговаривали об этом. И единственный способ привлечения — это встреча с председателями студенческих советов, с руководителями профкомов (я сейчас говорю именно о молодежи) и рассказ им, как я сейчас рассказываю Вам, о святителе Петре, о Высоко-Петровском монастыре, о значении святителя Петра для Москвы. Наместник монастыря игумен Петр неоднократно сам встречался, хотя у него сейчас, конечно, очень загруженный график перед подготовкой этого праздника, со студентами, сам им рассказывал. И надо бы видеть горящие глаза этих ребят, которые узнавали историю… Вот у меня у самого, когда я впервые эту историю услышал, был некий такой переворот в сознании, потому что действительно удивительное событие. И все с готовностью откликаются на призыв помочь. Это и Российский государственный социальной университет, и МГИМО, и многие другие вузы — МГУТУ(?), Первый казачий университет, все хотят помочь. Уже доходит до того, что… Мы, конечно же, запустили регистрацию добровольцев в социальных сетях, то есть стараемся охватить всех, кого можно. И основная цель добровольцев будет заключаться в том, чтобы по периметру Крестного хода тем людям, которые не смогли попасть на Крестный ход или не знали о нем (потому что таких тоже много, к сожалению, но я надеюсь, что их станет меньше после сегодняшней передачи), чтобы эти люди, озадачившись каким-то вопросом — «а что здесь вообще происходит, и, собственно, почему я не могу пройти, что это за толпа идет?», — получили бы ответ от приятного человека, с улыбкой. Ну, скажем так, не от солдата внутренних войск, который бы сказал: «Да я не знаю ничего, идите дальше». Мы специально для этого подготовили брошюры, чтобы люди могли почитать…

А. Митрофанова

— Это вот те, которые Вы к нам сюда, в студию принесли?

М. Лазарев

— Да-да.

А. Митрофанова

— Ну, очень симпатичные, кстати, да.

В. Емельянов

— Ну, хорошо. Максим, а вот, значит, идет себе Крестный ход от Моховой в сторону Петровки, а тут я, «сам по себе мальчик», топаю по Дню города, наслаждаюсь… И вот я встречаюсь с этим Крестным ходм. То есть я могу просто вот так вот, «с обочины» примкнуть к этому Крестному ходу, меня никто не прогонит?

М. Лазарев

— Пока…

В. Емельянов

— Или там будет какое-то оцепление, и со стороны туда попасть будет нельзя? Только надо будет собраться на Моховой и тогда уже вместе со всеми идти, а вот с полпути я уже не смогу в этом принять участие?

М. Лазарев

— Конечно. Желательно, поскольку Крестный ход — это все-таки богослужение, конечно, желательно принимать участие изначально, с Моховой. Но пока у нас…

В. Емельянов

— Ну вот заинтересовала человека эта история, и он решил примкнуть приблизительно где-то возле гостиницы «Москва».

М. Лазарев

— Пока есть такая возможность. Вот на сегодняшний момент не будет ставиться оцепление специально. Будут стоять только наши ребята-добровольцы, которые, еще раз повторюсь, постараются рассказать о том, для чего вообще мы идем Крестным ходом, может быть, что такое Крестный ход, кто такой святитель Петр. И, конечно же, они пригласят обязательно присоединиться если не к Крестному ходу-молебну, потому что Вы понимаете, что будет довольно много человек, то к программе мероприятий после уже Патриаршего богослужения, после молебна, который развернется и на Петровском бульваре, и на самой Петровке. Будут удивительно интересные реконструкции исторические, там даже мастер-классы по кровельному делу, будет кузня, еще что-то. То есть можно будет погрузиться действительно в историю.

В. Емельянов

— Это все на улице Петровка будет проходить?

М. Лазарев

— Это все будет на улице Петровка, на Петровском бульваре. А вечером, в семь часов на Петровке будет концерт…

А. Митрофанова

— И кто же там у Вас будет выступать? Мне даже интересно — какие исполнители могут вписаться…

В. Емельянов

— В эту историю?

А. Митрофанова

— …по духу, да, да.

М. Лазарев

— Концерт очень интересный. Он будет посвящен разным периода Руси, России — и Киевскому периоду… Мы надеемся, что будут инсталляции и не только, будет музыка и хоровое пение. Это, скорее всего, будут коллективы хоровые Владимирской Руси и Московской Руси. То есть, ну, как сейчас можно сказать, перфоманс такой интересный планируется. Мы уже в прошлом году… Есть в Высоко-Петровском монастыре храм святителя Петра. Это самый древний храм, удивительно красивый. Приглашаю всех на него посмотреть. И в том году мы отмечали его 500-летие. Один, можно сказать, из древних храмов, которые есть сейчас в Москве. И, по сути дела, тогда тоже был устроен концерт. Конечно, была не очень… ну, немножечко другая программа была на  тот момент, но мы, в некотором смысле, апробировали уже, и было действительно очень интересно. То есть вот это событие воскресное имеет шансы стать центральным событием второго дня Дня города Москвы.

А. Митрофанова

— Я думаю, что оно таким, по сути, уже и является.

В. Емельянов

— Мы продолжим наш разговор буквально через минуту. Мы напомним, что сегодня, в преддверии 6 сентября, 700-летия монастыря Высоко-Петровского и прибытия святителя Петра в Москву, мы беседуем с помощником настоятеля этого монастыря Максимом Лазаревым.

В. Емельянов

— Радио «Вера», программа «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов и Алла Митрофанова, и мы продолжаем разговор с Максимом Лазаревым — это роль добровольного отряда Высоко-Петровского монастыря, помощник настоятеля этого монастыря. И мы сегодня говорим о том, что будет происходить 6 сентября…

А. Митрофанова

— …в продолжение Дня города в Москве.

В. Емельянов

— В продолжение Дня города, в день 700-летия Высоко-Петровского монастыря и в день 700-летия начала трудов…

А. Митрофанова

— …на этой земле…

В. Емельянов

— …да, на этой земле, на московской земле, митрополита Петра. Максим, а зачем вообще ходить на Крестные ходы? Как Вы думаете?

А. Митрофанова

— Хороший вопрос! (Смеется.) Прямой, как шпала!

В. Емельянов

— Ну, а почему? А почему нет?

М. Лазарев

— Да, вопрос, действительно, очень хороший, спасибо большое. Ну, в первую очередь, для человека православного пойти на Крестный ход — это нормальное, скажем так, состояние души и желание, поскольку это один из видов богослужений, и довольно необычный и интересный вид богослужения. Крестный ход будет еще более необычный, поскольку его возглавит святейший патриарх. Ну, вот на моей памяти, не было больших Крестных ходов вот уже сколько лет… Я не помню больших Крестных ходов по Москве, если честно. И, конечно, это будет такой…

А. Митрофанова

— Ну, на Кирилла и Мефодия были передвижения людей какие-то — вот несколько лет назад. По-моему, да…

М. Лазарев

— Да, на 500 метров примерно.

А. Митрофанова

— А, 500 метров! (Смеется.) Я просто не знаю, не в теме.

М. Лазарев

— Насколько я помню, больших передвижений, как Вы сказали, не было, и такого масштаба Крестный ход — то есть не вокруг храма, не от одного ближайшего храма к другому, а, по сути дела, через весь исторический центр Москвы — такого не было. И, конечно же, у многих тоже ребят. которые согласились быть добровольцами, первый вопрос: «А мы-то сами сможем принять участие в Крестном ходе? Мы сможем пойти?» Мы стараемся сделать так, чтобы часть ребят могла сопровождать Крестный ход. И, наверняка, Вы слышали про патриарших добровольцев, которые помогают святейшему в организации служб этих патриарших? Такие ребята в зеленых курточках — они будут именно заниматься организацией колонны самого Крестного хода, они смогут принять в этом участие. Другие смогут только духовные, к сожалению, некоторые из них, пойти с нами, скажем так, потому что будут помогать в обеспечении. Но, наверное, желание и «зачем?» Крестного хода — это, ну, первое: один из видов богослужения…

В. Емельянов

— …богослужения, да, мы выяснили…

М. Лазарев

— …и второе — необычный вид богослужения, довольно редкий.

В. Емельянов

— То есть для людей это как диво дивное какое-то, да?

М. Лазарев

— Ну, я бы не сказал, наверное, что это диво дивное прямо, потому что власти у нас есть в годовом церковном богослужебном круге определенные дни, когда мы совершаем Крестные ходы…

В. Емельянов

— Ну, мы, опять же, говорим, что это вокруг храма или от храма к храму…

М. Лазарев

— Да, такого, конечно — диво дивное.

В. Емельянов

— Ну, такое шествие.

М. Лазарев

— Да-да. Если помните, на 700-летие преподобного Сергия Радонежского был громадный, колоссальный Крестный ход на километров 17, если я не ошибаюсь.

А. Митрофанова

— Да, был.

М. Лазарев

— Да. И, конечно же, люди принимали участие в нем с огромным удовольствием, с огромной радостью духовной. Это было замечательно. Просто мы надеемся возродить традицию Крестных ходов в Москве. Конечно, постараемся минимально мешать транспорту и людям…

А. Митрофанова

— Разве это получится у Вас — минимально мешать?

В. Емельянов

— Ну, подождите. Я так понимаю, что центр города будет перекрыт (нрзб.)?

А. Митрофанова

— Ну, он в любом случае, будет перекрыт, да. В этом смысле — да.

М. Лазарев

— И в том-то и слава Богу, что день, когда мы празднуем память московских святых, по сути, основанием которого является святитель Петр, как первый московский святой, приходится на первое воскресенье сентября, так же, как и День города, когда все, в любом случае, перекрывается.

А. Митрофанова

— Хорошо. Знаете, Максим, если позволите, такой немножечко с подвохом к Вам вопрос.

М. Лазарев

— Давайте.

А. Митрофанова

— Есть же такая точка зрения, что Крестные ходы, которые вот такие массовые, масштабные — ну, в том числе и Ваш, — что для их организации используются те же самые методы, которые применяются организаторами, там, я не знаю, каких-то других акций — скажем, рассылки массовые, вирусная реклама, активный репостинг в социальных сетях и прочее, и прочее.

В. Емельянов

— Все то, что делается для флэшмобов, в общем-то.

А. Митрофанова

— Ну, например.

В. Емельянов

— Для организации флэшмобов.

М. Лазарев

— Все то, что делается для всего, Вы хотели сказать?

А. Митрофанова

— Ну, для экшна такого, да. Вот как дело обстоит с Крестным ходом? Это все-таки акт доброй воли, или это результат вот такой массированной, скажем так, активной рекламы? Если второе, то насколько для Церкви вообще, в принципе приемлемы такие методы?

М. Лазарев

— Угу… Ну, я сам являюсь очень активным пользователем социальных сетей. И, конечно же, я пишу о том, что у нас будет такой Крестный ход. Но, как Вы понимаете, заставить человека… Я сам закончил Российский православный университет и учился там на психолога. И могу с профессиональной точки зрения сказать, что заставить человека что-то сделать, не вступая даже с ним в контакт, невозможно. Ну, Вы это сами прекрасно понимаете. Рассылки, вирусная реклама — это не совсем наш метод. Конечно же, мы рассылаем людям, подписавшимся на наши новости, информацию о Крестном ходе, мы всегда оставляем за человеком возможность выбора, мы никого не заставляем. Более того, к сожалению, зачастую в акциях, флэшмобах каких-то используются люди, привлеченные… ну, вот так называемый «списочный метод» такой, когда разнарядка уходит в вуз или в школу: «Нам от Вас нужно 200 человек». — «Да, будет сделано 200 человек». Мы принципиально, как я сказал, даже в привлечение добровольцев, то есть людей, которые будут помогать в организации этого мероприятия, этими методами не пользуемся. Конечно, мы стараемся присутствовать во всех сферах современной жизни — и сайты, и радио, и социальные сети, — но это делается не для того, чтобы согнать как можно больше народу…

В. Емельянов

— Да, у нас это модно сейчас.

А. Митрофанова

— Угу.

М. Лазарев

— Да, это делается исключительно для того, чтобы как можно больше людей об этом узнали. Ни я, ни многие мои знакомые несколько лет назад представить не могли себе, что будет подобное мероприятие. Многие сейчас — мои друзья просто, может быть, какие-то не очень церковные друзья, видя на моей странице «ВКонтакте» или в «Фейсбуке» информацию о том, что это будет, мне звонят и говорят: «А что это такое вообще? То почему будет?» Я говорю: «Потому-то и потому-то». — «Как интересно! И что, прямо вот по Центру?» — «Да». — «Ну, слушай, мы хотим помочь Вам», или «мы хотим присоединиться, поучаствовать. И это во многом миссионерская задача Церкви, как мне видится — ну, с моей точки зрения. Мы привлекаем таким образом людей. Кроме того, что мы оповещаем, скажем так, чад Церкви, мы привлекаем людей внешних. Им становится интересно. Если им становится интересно, то мы имеем повод им подробнее рассказать. Но никого ни в коем случае не заставлять, не насиловать.

В. Емельянов

— А, Максим, вот скажите: что касается людей, которые близки к Церкви, крещеные люди, — ясно, зачем они идут на Крестный ход. Мы уже поговорили об этом — что это особый вид богослужения и так далее. Что это необычное богослужение. А вот люди, далекие от Церкви? Вот, как Вы говорите, Ваши знакомые, которые далеки от Церкви, которые не чада Церкви — они-то зачем идут на Крестный ход? Чтобы им-то было что? Просто из любопытства?

М. Лазарев

— Ну, я не могу сказать про…

В. Емельянов

— Не, мне просто интересно.

М. Лазарев

— Да-да, я понял. Я не могу сказать…

А. Митрофанова

— Откуда ж Максим знает… (Смеется.)

М. Лазарев

— …про людей…

В. Емельянов

— Ну, мало ли! Ну, или точка зрения Максима?

М. Лазарев

— …да, которые… Да, предполагаю, что… Вот смотрите: на Пасху зачастую у нас много так называемых «захожан» в церкви бывает. И в Крестных ходах участвует — на Пасху — количество людей, превышающее гораздо, в разы совершенно, количество(?) прихожан данного конкретного храма. Я могу предположить, что это люди ищущие все-таки, и, может быть, они захотят, ну, попытаться проникнуться, или им просто становится интересно. Если же говорить про добровольцев, которые участвуют в этом событии, тут все просто: это люди, зачастую не знающие, что такое Церковь, и зачастую имеющие совершенно превратное представление, которое у нас формируется сейчас в обществе…

А. Митрофанова

— Но это и странно, что они решили добровольцами стать.

М. Лазарев

— Да, но добровольчество просто у них, наверное, в душе. Они хотят помогать людям, еще что-то. И когда узнают о поводе, по которому можно в данном случае помочь…

А. Митрофанова

— Просто о хорошем деле, да?

М. Лазарев

— Да. Когда они лично знакомятся со священниками, которые организовывают это, принимают участие, это очень важно. это тоже, в некоторой степени, происходит слом сознания у них. Потому что у них, простите опять за крамольность, поп — это вот на «мерседесе», такой, там, с пузом…

В. Емельянов

— Толстый!

М. Лазарев

— Да-да… Прошу прощения, если…

А. Митрофанова

— Да, да. Ну, а что — понятно.

В. Емельянов

— Краснолицый такой!

М. Лазарев

— Именно! Например, наместник наш… Вот если бы Вы увидели игумена Петра, он…

А. Митрофанова

— Да мы видели игумена Петра. Очень аскетичный такой, сияющий совершенно человек.

М. Лазарев

— Да, да! Тем более. Совершенно другого типа, чем описывают. И когда студенты…

А. Митрофанова

— Настолько высокообразованный, что прямо очень иногда бывает неловко рядом с ним находиться, хотя он этого никогда сам не покажет и не показывает, не демонстрирует, да. Он человек такой скромный.

М. Лазарев

— И когда студенты начинают общаться с ним или с кем-то из других священников, которые организуют Крестный ход, у них происходит слом сознания, и они не понимают: «Как же так? Ну, Церковь — это ведь то, что мне рассказывали! Однако я вижу совсем другое». И зачастую они приходят просто по личному такому же знакомству. Мы делали вместе какие-то добрые дела, и они говорят: «Ну, странно. Ну, так давай, приду, послушаю, хорошо», встречаются — и все совершенно по-другому становится. Вот.

В. Емельянов

— И, наверное, можно рассчитывать на то, что среди вот этих людей, которые находятся вне лона Церкви и пришли, скажем, на этот Крестный ход, и пообщались со священниками, и приняли активное участие в этом мероприятии, может быть, кто-то из них потом и станет новообращенным?

М. Лазарев

— Мы на это рассчитываем. Надеемся и верим.

А. Митрофанова

— Ну… Да, оставьте человеку самому выбирать.

М. Лазарев

— Именно! Именно!

А. Митрофанова

— Да, да. Это вот его личное дело. Хотя, в общем, да, все предпосылки для того, чтобы это случилось, конечно, Вы ему создаете, и это очень хорошо.

М. Лазарев

— Все, что мы можем.

А. Митрофанова

— Да. Максим, а Вы могли бы о самом монастыре подробнее рассказать? Потому что Вы так упомянули — там будут экскурсии, но, может быть, не все туда попадут на экскурсии, а захотят туда прийти попозже. Так вот: зачем туда вообще, в принципе, на экскурсию приходить? Высоко-Петровский монастырь — это памятник архитектуры какого века? Какую историю там можно узнать на ощупь, оказавшись среди этих потрясающе красивых каменных стен?

В. Емельянов

— Ну, так, судя по фотографиям, это нарышкинское барокко, конечно.

М. Лазарев

— Именно.

А. Митрофанова

— Володя блеснул…

М. Лазарев

— Да!

(Смеются.)

В. Емельянов

— Нет, ну, а просто тут же видно это.

А. Митрофанова

— Видно, видно, да. Да, и колокольня, и, в общем, основные… При этом темные купол такие… Ну, короче, рассказывайте. Что мы…

М. Лазарев

— Конечно. Ну, как следует из события, которое мы будем праздновать 6 сентября, монастырь был основан 700 лет назад, но с того времени он неоднократно перестраивался, достраивался, дополнялся. И монастырь теснейшим образом совершенно связан с царской семьей и с Нарышкиными. часть монастыря, то, что сейчас является монастырем, так называемый Царский двор, — это была просто усадьба у Кирилла Полуэктовича Нарышкина, деда Петра Первого, которую он подарил монастырю после того, как родился Петр Первый. Кстати, тут тоже довольно интересная история, что как бы Петр Первый считал особенным своим покровителем именно святителя Петра. То есть он к нему совершенно по-особенному относился, и к монастырю, естественно, относился по-особенному тоже. Как Вы помните, ему пришлось пережить нелегкие события в детстве, и…

А. Митрофанова

— Ну. так, мягко говоря, да.

В. Емельянов

— Ну,  на всю оставшуюся жизнь такая травма.

М. Лазарев

— Конечно. И когда он в 1684 году, если не ошибаюсь, был в паломничестве в Боголюбово со своей мамой, им там подарили икону Боголюбскую. И впоследствии он возводит в Высоко-Петровском монастыре храм в честь Боголюбской иконы Божьей матери, где упокоились его дяди убитые, и впоследствии он становится вообще усыпальницей Нарышкиных. То есть так оно и есть, по сути, до сего дня. Этот храм является… К сожалению, он сейчас не действует, он на реставрации. И Петр Первый очень-очень пристально следил за отстройкой, перестройкой монастыря, принимал прямо деятельное участие. Трапезная нашего монастыря тоже построена при живом участии Петра Первого. Он освящен в честь преподобного Сергия Радонежского. Это сделано потому, что Троице-Сергиева лавра стала укрытием для Петра Первого в тот ужасный бунт, и он именно в честь победы, можно сказать, своей, построил этот храм. И, конечно же, весь монастырь — он, по сути дела, пропитан историей и царской, и допетровской эпохи, и послепетровской эпохи. Что там интересного можно узнать, помимо всего прочего? Сейчас готовится к открытию выставка о тайных монашеских обителях, которые сможет тоже посетить, по сути дела, любой желающий.

А. Митрофанова

— А что это за тайные обители? А что это за тайна такая?

М. Лазарев

— Тайна, покрытая мраком. Как Вы знаете, монастыри и храмы в советское время закрывались, и Высоко-Петровский монастырь не стал исключением из правил. И, к сожалению, в 1929 году там завершил работу последний храм — официальную работу. Потому что потом там обосновались тайные монашеские обители как раз таки. Это люди, которые жили в миру, поскольку на территории монастыря никто не мог жить, кроме одного-единственного человека — сторожа. Они жили в миру, работали и при этом были тайно постриженными монахами. Они собирались сначала в Высоко-Петровском монастыре, а после этого — в других храмах, когда совсем закрыли…

А. Митрофанова

— Сторож, я так понимаю, был одним из них?

М. Лазарев

— Конечно же, естественно, да. И вообще история в советский период Высоко-Петровского монастыря — она, конечно, грустная очень. Там располагались и цеха по починке моторов, и коммунальные жилища там были. Все, естественно, очень сильно перестраивалось, все было в плачевном состоянии. Однако уже в середине ХХ века все это перешло в ведение министерства культуры, слава Богу, потому что Высоко-Петровский монастырь все-таки считался историческим памятником. И стало не так страшно, но, однако, все-таки не идеал. То есть там уже стали располагаться запасники какие-то, там танцевал ансамбль «Березка» — это был один из его залов, где они тренировались. Но потихонечку монастырь начали восстанавливать, еще в советское время, поскольку это был памятник…

А. Митрофанова

— Памятник…

М. Лазарев

— Да. Древнейший храм монастыря, как я сказал, храм святителя Петра (он был переосвящен), был построен 500 лет назад, итальянцем был построен. Он имеет совершенно удивительную архитектуру. Вот Вы можете тоже на фотографии посмотреть — собственно говоря, вот этот храм. Он совершенно удивительный. И словами это не описать — это надо увидеть, потому что он построен в совершенно необычной форме…

А. Митрофанова

— Слушатели наши не видят. Здесь, да… Единственная «поправка на ветер», которую мы можем сделать, это сказать: «Дорогие, приходите на экскурсию — кто в воскресенье, кто в другие дни».

М. Лазарев

— Приходите!

А. Митрофанова

— Я так понимаю, что экскурсионное бюро там работает постоянно…

М. Лазарев

— Да, конечно.

А. Митрофанова

— За исключением, наверное, каких-то там стандартных дней?..

М. Лазарев

— Без исключений, работает постоянно абсолютно.

А. Митрофанова

— Что, по понедельникам тоже?

М. Лазарев

— И по понедельникам тоже.

В. Емельянов

— О!

А. Митрофанова

— Вы молодцы. Потому что форма храма действительно очень необычная.

М. Лазарев

— Да.

А. Митрофанова

— Ну прямо вот очень необычная. И черепица — или как это правильно называется? — покрытие, кровля храма такая… То есть он действительно…

В. Емельянов

— Чешуйчатая.

А. Митрофанова

— Чешуйчатая, да, спасибо. То есть шлемовидный купол, такой чешуйчатый — прямо вот забыть невозможно! Очень запоминающийся!

В. Емельянов

— Это программа «Светлый вечер» на радио «Вера». В студии Владимир Емельянов и Алла Митрофанова, и мы сегодня беседуем с Максимом Лазаревым, который является помощником настоятеля Высоко-Петровского монастыря, о котором мы сегодня говорим, и не только о нем. Мы говорим о том, что 6 сентября, в день 700-летия Высоко-Петровского монастыря и начала дел на Московской земле святителя Петра пройдет Крестный ход, Патриарший Крестный ход, и говорим о событиях, которые связаны с этой датой. Но ведь не только в советское время Высоко-Петровский монастырь пострадал. Я так понимаю, что и во время Наполеоновского нашествия, во время Отечественной войны 1812 года. Французы тоже там буянили…

М. Лазарев

— Конечно!

А. Митрофанова

— …кутили!

В. Емельянов

— Да, и разгулялись очень здорово!

М. Лазарев

— Покутили — безусловно. И, поскольку, по сути, война была, в некотором смысле, где-то богоборческая — это было после революционной армии уже, без капелланов, они расположились, расквартировались на территории монастыря. Как я сказал, Боголюбский храм — это усыпальница бояр Нарышкиных, и они были уверены в том, что там есть какие-то драгоценности, в могилах. Их разворовали, вскрывали это все… То есть это удивительно…

В. Емельянов

— Варвары!

М. Лазарев

— Удивительно варварская, да, такая история. Людей расстреливали. То есть проводили суды, расстреливали людей, которые, считалось, помогали русской армии. Прямо у стен монастыря хоронили их. Но, кроме того, они организовали в храме скотобойню. И очевидцы того времени, жители Москвы тех лет говорили, что буквально реки крови выходили из монастыря. Однако военный комендант все-таки каким-то чудом совершенно соблаговолил, снизошел, скажем так, до верующих, и в одном из храмов позволил продолжать служить. Это было большой радостью, потому что все-таки многие храмы и монастыри были тогда закрыты в Москве, а в Высоко-Петровском монастыре молитва продолжалась.

В. Емельянов

— Вообще, даже сложно себе представить — вот сейчас, в XXI веке, что на территории храма, в самом храме находится скотобойня, и по улице Петровка стекают вниз реки крови…

А. Митрофанова

— Реки крови…

В. Емельянов

— Ужасно. Ужасно. Максим, давайте все-таки, поскольку мы уже так немножечко ближе к концу нашей сегодняшней встречи движемся, еще раз напомним нашим слушателям о том, что за мероприятие состоится 6 сентября. Давайте мы расскажем о том, куда и во сколько можно подходить всем тем, кто хочет принять участие в этом Патриаршем Крестном ходе, который, еще раз напомню, состоится 6 сентября.

М. Лазарев

— Итак, 6 сентября в 12 часов мы ждем всех на улице Моховая. От Библиотеки имени Ленина до пересечения Тверской мы будем собирать людей до часу дня. В час дня из Кремля выйдет основная колонна, скажем так, Крестного хода во главе со святейшим патриархом и у пересечения с Тверской соединится с колонной  мирян, которая будет формироваться на Моховой. Затем мы все пойдем Крестным ходом к стенам Высоко-Петровского монастыря, где будет отслужен молебен. И после молебна мы приглашаем всех на культурную программу, то есть на экскурсии по монастырю, на культурную программу вокруг монастыря. И вечером мы ждем всех в семь часов на концерт.

В. Емельянов

— А концерт будет проходить?..

М. Лазарев

— Прямо у стен Высоко-Петровского монастыря будет специально организована сцена под открытым небом. Очень надеемся на хорошую погоду.

В. Емельянов

— Максим, вдруг кто-то из мирян будет иметь желание присоединиться к этому мероприятию вместе с детьми. Сколько по времени займет этот Крестный ход, и сколько это километров? Просто чтобы люди рассчитывали свои силы.

М. Лазарев

— Это не тяжелый Крестный ход. Там все расстояние от Успенского собора Кремля (то есть надо рассчитывать, что от Моховой — еще меньше) — до двух километров. И по времени это займет не больше полутора-двух часов, основная часть мероприятия.

А. Митрофанова

— Вы сейчас рассказываете про все эти гулянья, мероприятия и прочее. Я представляю, что это такое для самого Высоко-Петровского монастыря. Вот живет себе монастырь своей жизнью, все у него прекрасно и замечательно.

В. Емельянов

— Мирно и тихо.

А. Митрофанова

— И вдруг в какой-то день врывается просто толпа людей. Все с благими намерениями, но при этом понятно же, что для жизни внутрнмонастырской это такой полный деструктив, условно говоря. А как вообще там?.. Вот расскажите о самом монастыре. Как выглядит эта монастырская жизнь? Как вообще монахи реагируют на все эти предстоящие мероприятия?

М. Лазарев

— Ну, тут же надо помнить о том, что все-таки монахи, помимо внутреннего делания, к которому они призваны, должны нести и свет миру, в том числе. И такого повода хорошего, может быть, не представится еще в течение года. Так что я очень надеюсь, что они рады этому, в том числе.

А. Митрофанова

— А Вы говорили с кем-то? Ну, понятно, что говорили с игуменом Петром Еремеевым…

М. Лазарев

— Конечно. Но многие участвуют просто в подготовке этого празднества, конечно же, естественно, поскольку все насельники обители являются активными участниками деятельности по подготовке, оргкомитетов этого мероприятия. Естественно, я думаю, что все очень рады этому событию. И, в принципе, не привыкать, потому что на территории Высоко-Петровского монастыря расположен Отдел религиозного образования и катехизации, и постоянно стараемся какие-то мероприятия интересные проводить, будь то конференции, «круглые столы». Потому что, вроде как, придерживаемся такого мнения, что неправильно совсем закрыться ото всех. Лучше рассказать, что можем, людям, привлечь, как можем, людей, поделиться с ними чем-то хорошим.

А. Митрофанова

— А что собой  представляет современная монастырская жизнь в Высоко-Петровском монастыре, который находится в центре мегаполиса, да еще и на такой улице — Петровке, известной своими особенностями?

В. Емельянов

— Сколько насельников сейчас в монастыре?

М. Лазарев

— 13 насельников в монастыре сейчас.

А. Митрофанова

— А, мало совсем.

М. Лазарев

— Ну, в московских монастырях их действительно немного. И сложно, конечно же, мне говорить, не будучи монахом, о том, что из себя вот для монаха это представляет, но…

В. Емельянов

— Но все-таки Вы помощник настоятеля.

М. Лазарев

— Многие монахи являются и преподавателями вузов, они стараются жить, как я понимаю, такой активной все-таки жизнью.

А. Митрофанова

— То есть это такая интеллектуальная элита? Монастырь для интеллектуальной элиты Церкви? (Смеется.)

М. Лазарев

— Ну, наверное. Не знаю, не берусь судить в этом смысле. Но по поводу того, что Вы сказали, что монастырь располагается на улице Петровка, в самом центре событий… Удивительно, совершенно удивительно, что когда заходишь на территорию, саму территорию монастыря, — все, как будто бы ты попадаешь совершенно в другое пространство. Улица Петровка шумит, кипит, постоянно там что-то происходит, постоянно кортежи какие-то, естественно, проезжают. По соседству Мосгордума, чуть дальше — Государственная Дума. А на территории монастыря удивительно тихо, спокойно. Просто приятно и замечательно находиться.

А. Митрофанова

— Я, кстати, могу это засвидетельствовать. Я дважды к Вам туда приезжала, но для того, чтобы взять интервью у директора Литературного музея Дмитрия Бака, который тогда еще находился там. И на вопрос: «А где же Вы работаете?» он отвечал: «В монастыре». (Смеется.) Вот такая была, да, забавная история. Но слава Богу, что Литературный музей теперь получил свое здание, и монастырь предоставлен собственно монастырю.

В. Емельянов

— Ну, а я, в свою очередь, будучи коренным москвичом, к стыду своему, первый раз, во-первых, слышу об этом монастыре, и, более того, никогда в нем не был. Но после нашей сегодняшней встречи обязательно приеду к Вам.

М. Лазарев

— Мы ждем в гости.

В. Емельянов

— Да, спасибо большое. И это… Ну, для меня это будет… Ну, тем более, я уже теперь поднаторевший в знаниях о святителе Петре, о Высоко-Петровском монастыре, и мне будет крайне интересно там побывать, попасть туда. И, если повезет, может быть, даже с насельниками пообщаться.

А. Митрофанова

— Тебя кто-нибудь из людей, которые захотят узнать, что это за Крестный ход тут идет, может принять за добровольца, видимо, да? То есть, если спросят, ты сразу всю информацию выдашь?

В. Емельянов

— 6-го числа меня просто в Москве не будет, поэтому я не приму участие ни в торжествах по поводу Дня города, ни в торжествах по поводу 700-летия Высоко-Петровского монастыря и начала дел святителя Петра в Москве.

А. Митрофанова

— Спасибо Вам большое за этот разговор. Вы знаете, да, действительно, такой, ну, как — ликбез. Вот я, например, да…

В. Емельянов

— Ну и прекрасно! Это очень хорошо. Я для себя очень много сегодня узнал, и я Вам, Максим, очень благодарен.

М. Лазарев

— И я Вам благодарен за эту беседу. Спасибо большое.

А. Митрофанова

— Так держать!

В. Емельянов

— У нас в гостях был Максим Лазарев, руководитель добровольческого отряда Высоко-Петровского монастыря и помощник настоятеля этого монастыря. Максим Лазарев. А в студии были Владимир Емельянов и Алла Митрофанова.

А. Митрофанова

— Спасибо и до новых встреч!

В. Емельянов

— До новых встреч! До свидания!

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (2 оценок, в среднем: 4,00 из 5)
Загрузка...