“Зачем читать Евангелие?” Светлый вечер с прот. Андреем Рахновским (21.02.2016).

Светлый вечер - прот. Андрей Рахновский (эф. 21.02.2016) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - прот. Андрей Рахновский (эф. 21.02.2016) - Часть 2
Поделиться

прот. Андрей Рахновский4У нас в гостях был настоятель храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский.

Мы говорили о священной для всех христиан книге – Евангелие, действительно ли этот небольшой текст может содержать ответы на любые духовные вопросы, как правильно читать Евангелие, и как научиться его понимать.

Т. Ларсен

— Здравствуйте, друзья! Это программа «Светлый вечер». В студии Тутта Ларсен…

В. Аверин

— …Влдадимир Аверин, здравствуйте.

Т. Ларсен

— И у нас в гостях настоятель Храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский. Здравствуйте.

Протоиерей А. Рахновский

— Здравствуйте.

Наше досье:

Протоиерей Андрей Рахновский родился в 1977 году в Москве. Окончил Московскую духовную семинарию и Академию. В 1998-м стал священником. 15 лет служил в Москве в Храме Преподобного Серафима Саровского в Раеве, а в 2012-м был назначен настоятелем Храма Ризоположения Пресвятой Богородицы в Леонове. Преподает Новый Завет и древнегреческий язык в Московской Духовной Академии, Сретенской семинарии и Российском государственном социальном университете. Ежемесячно служит в следственном изоляторе «Матросская Тишина». Женат, трое детей.

В. Аверин

— Мы Вас сегодня позвали поговорить на тему, которая кажется совершенно неочевидной. В грубой формулировке это звучит так: зачем читать Евангелие? Зачем читать Евангелие один раз — ну, это… Как можно не читать? В конце концов, даже для тех людей, кто далек от Церкви, это замечательный памятник культуры.

Т. Ларсен

— Ну, для общей эрудиции.

В. Аверин

— Да. Может быть, для присутствующих здесь это прозвучит умалением этой книги, но, тем не менее, вот я говорю, что для людей, далеких от Церкви. Но зачем читать Евангелие еще и еще? А уж зачем читать Евангелие ежедневно? Вот здесь, я боюсь, даже для людей, которые считают себя воцерковленными православными христианами, могут возникнуть вопросы. Потому что и так жизнь суровая, и так много всего, и так есть молитвенные правила, которые все равно вычитываются… А еще плюс к этому возвращаться — ну, в моей формулировке это звучит так — к первоисточнику надо ли так часто?

И, с одной стороны, я понимаю, что Вы, отец Андрей, можете ответить на этот вопрос очень коротко. С другой стороны, я думаю, что за отношением к Евангелию, за потребностью ежедневного общения с этой книгой скрывается довольно много и проблем,

которые возникают просто у человека, может быть, возникают у Церкви, и очень много открытий, которых не ожидает человек. Поэтому вот эта вот вся тема сегодняшнего разговора обозначена. И все-таки давайте начнем…

Т. Ларсен

— …с дефиниций.

В. Аверин

— Да.

Т. Ларсен

— Что для православного христианина Евангелие? Потому что для человека, может быть, не слишком посвященного, это, ну, как минимум, памятник литературы, истории, культуры. И даже, мне кажется, у людей, которые считают себя атеистами, уважением к этой рукописи есть, и ни у кого нет сомнений в том, что там описаны некие исторические события, потому что это подтверждено неоднократно, в том числе и гонителями христиан.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, хорошо, раз мы начали с самого начала — что такое Евангелие… Ну, во-первых, давайте начнем с самого слова «Евангелие» — что оно означает, как оно переводится на русский язык. Это слово греческое, «евангелион», и при переводе оно имеет два значения — это «радостная весть» и одновременно «подарок за радостную весть». То есть словом «евангелион» в древней культуре назывался подарок, который человеку вручался за добрую весть.

В. Аверин

— Вот это для меня открытие.

Протоиерей А. Рахновский

— Вы знаете, что могло быть совсем и наоборот, когда человека за плохую весть могли и лишить жизни. Поэтому вот такое двойное значение слова «Евангелие», мне кажется, очень важное — это не просто какие-то, в данном случае, какие-то лингвистические изыски. Мне кажется, что в таком значении этого слова содержится глубокий смысл — что, с одной стороны, мы и слышим радостную весть о Спасении, о Христе, о Воскресении, и, с другой стороны, мы должны как-то ответить на нее. Поэтому в самом слове заложен уже, предполагается наш ответ, потому что мы должны выразить какое-то отношение к тому, что мы услышали.

Слово «Евангелие» в таком богословском смысле имеет несколько значений. Как Вы сказали с самого начала, это священный текст для христиан. Но для христиан Евангелие — это сам Христос. Этой благой вестью о спасении является сам Спаситель. Учение христианское в целом называется «Евангелие». В Новом Завете христианское учение определяется разными терминами — например, «Путь», «Путь Господень», «Учение апостолов», но, в том числе, и «Евангелие». То есть Евангелие — это в целом учение о Христе, христианское учение. И, как мы уже говорили, это конкретный текст, конкретное Слово Божие, Священное Писание. Если кратко, то слово «Евангелие» имеет вот такое осмысление, такое понимание в христианской православной традиции.

В. Аверин

— А для практикующего христианина? Ну вот правда, я довольно много… я читал некоторое количество книг, что называется, в своей жизни. Какие-то для меня стали потрясением, открытием, но, честно говоря, я никакую книгу своей жизни не читаю с завидной регулярностью, что называется. Я возвращаюсь спустя много лет. Например, какие-то книги я перечитываю раз в десять лет, а иногда и раз в пять — не знаю, какого-нибудь Пушкина. Что-то из Пушкина — с завидной регулярностью. Но вот так, чтобы книга стала настольной в буквальном смысле этого слова — у меня нет такой книги. Почему тогда?..

Протоиерей А. Рахновский

— В своем вступлении Вы упомянули о чтении христианами различных молитвенных правил. В утренних молитвах, в Молитве к Святой Троице есть такие слова: «Отверзи мои уста поучатися словесем Твоим». Словеса Господни, или Словеса — это такой технический термин, которым обозначается именно Библия, Священное Писание. Почему «отверзи уста»? Потому что в древности было принято именно вслух читать любую книгу. То есть традиция чтения книги «про себя», внутренне — она, в общем-то, как пишут, начинается где-то с века VII — VIII. Поэтому в данном случае это выражение Вас не должно смущать — что им нужно отверзать уста. Имеется в виду просто чтение Словес Божиих, Священного Писания.

В вечерних молитвах, в Молитве Господу Иисусу Христу мы такие слова читаем: «Просвети мой ум Светом Разума Святаго Евангелия Твоего», то есть «просвети мой ум познанием Твоего Евангелия». То есть даже наше молитвенное правило предполагает, что мы в течение дня читаем Священное Писание. Поэтому когда мы говорим, что вот, на христианине лежит обязанность читать молитвы, и вот их бы прочитать, а тут еще Евангелие, то мы должны посмотреть, что в самих молитвах содержится указание на то, что мы должны читать Священное Писание. Поэтому если мы читаем эти молитвы, а не читаем Священное Писание, то мы, скажем так, входим в некое противоречие, и в какой-то степени чтение молитв в этом месте превращается в какую-то, ну, не знаю, формальность или ролевую игру — не знаю, как это еще можно назвать. Поэтому здесь на самом деле все логично и продумано, в том числе и в плане молитвенного правила. Поэтому действительно есть такая традиция, что, прочитав молитву, мы должны обратиться к чтению Священного Писания.

Мне кажется, что вопрос о необходимости чтения Священного Писания для христианина заключается в необходимости именно созерцания Божественного Откровения, Слова Божия. Действительно, информацию, которую нужно усвоить, можно прочитать один раз и ее запомнить. Но Священное Писание, Слово Божие, это не только информация о каких-то событиях, которые были, не только информация о христианском вероучении — это предмет созерцания. Об этом учат нас все святые отцы, и, может быть, я такое страшное слово произнесу для православных — медитация. На самом деле слово «медитация» не имеет никакого отношения к восточным религиям. Это христианское слово, которое означает «размышление» в переводе с латыни. Или, как термин, который употребляют греческие святые отцы, «милети» — то есть «поучение» или «размышление».

Поучение, размышление над Священным Писанием является, вообще-то, неотменной частью внутреннего христианского делания. То есть как вот невозможно не молиться ,Так и невозможно не размышлять над Священным Писанием.

В. Аверин

— Извините…

Протоиерей А. Рахновский

— Священное Писание — это именно предмет размышления и созерцания.

В. Аверин

— Здесь я Вас прерву. Потому что для меня не очень понятно. Предмет созерцания — это одно. Я беру, например, главу — несколько стихов, я прочитываю их, может быть даже, прочитываю вслух, потому что еще и ритмика, и вот это особое звукосочетание, действительно, и вот я созерцаю. Как только я беру на себя труд размышлять по этому поводу, то — тут Вы можете меня поправить — мне кажется, что в процессе размышления я начинаю дискутировать. Я обязательно задаю вопросы, я обязательно должен для того, чтобы задать вопрос, усомниться в том, что там есть. И вот здесь, по-моему, есть и соблазн, и противоречие, и, может быть, и известный страх.

Т. Ларсен

— «Кто я такой, чтобы созерцать Евангелие?»

В. Аверин

— Нет, чтобы усомниться: «Кто я такой, чтобы размышлять?» Потому что, условно, традиция…

Т. Ларсен

— Ну, размышлять и усомняться.

В. Аверин

— …еврейская — она известна, когда изучают Тору, там вот эти бесконечные диспуты, вопросы к Богу. Вот про них, ну, хотя бы наслышан я, что называется, и даже иногда беседовал с этими людьми. По поводу вот такого детального препарирования текста Евангелия у христиан я не знаю — может быть, тоже была такая традиция, или существует такая традиция. Но сам факт, что я должен для размышлений в чем-то усомниться, найти доводы «за» и «против», в итоге прийти к перевесу доводов «за», чтобы утвердиться, — вот этот путь — он правильный? Он естественный для такой книги?

Протоиерей А. Рахновский

— Поучение, или размышление, или созерцание включают в себя несколько моментов. Момент, я бы так сказал, иррациональный, во-первых. Вот замечательно отец Иоанн Кронштадтский передает свои слова: «Когда я беру в руки Слово Божие, Священное Писание, и начинаю читать эти слова, да, моя душа наполняется неизреченной радостью». То есть это радость от встречи со Словом Божиим, вернее, с самим Господом, который говорит нам в Священном Писании.

Второй момент. Ведь каждый из нас несет в себе определенный мир, свой духовный и душевный мир. Этот душевный мир складывается из разных элементов. Что я подразумеваю под этим внутренним душевным миром, душевным состоянием? Это образы, которыми мы мыслим. Какие-то, скажем так, мудрые советы, к которым мы прибегаем, какая-то наша внутренняя мудрость. Слова, которые мы произносим, любимые пословицы, любимые выражения, какие-то наши реакции на те или иные события. То есть все то, что составляет как бы нашу такую личную, мою человеческую внутреннюю субкультуру. Вот эта внутренняя, скажем так, человеческая субкультура может строиться и, вернее, строится на чем? На каких-то все равно светских образцах — либо более высокой светской культуры, либо низкой, в зависимости…

В. Аверин

— …уж какая есть.

Протоиерей А. Рахновский

— …да, от того, в какой сфере человек вращается. Так вот созерцание Слова Божия, обращение к Нему помогает создать именно христианский строй души, христианский настрой души, погрузить себя именно в сферу христианского мироощущения, мировосприятия. И вот ежедневное обращение к Слову Божию помогает человеку за многие годы собрать именно внутреннюю христианскую — в хорошем смысле — субкультуру, вот культуру собственного духа, собственной души. Это очень важно, потому что многие вопросы, которые возникают у нас в отношении веры, проистекают из того, что мы как бы выключены из мира Священного Писания, мы не живем в нем. Не все в нашей вере объяснимо с точки зрения логики, но часто это объяснимо с точки зрения того, что мы живем в духе Священного Писания. Вот почему апостол Павел, когда захотел исцелить погибшего юношу, который выпал из окна, он выбежал, и бросился, и упал на него. Вот почему он именно этот жест совершил? А потому что он читал у пророков, что так делали пророки. Хотя это, можно сказать, было бессознательно, но это показывает, в какой культуре живет человек. Возникает вопрос очень часто у прихожан: почему нельзя… почему грех, допустим, сжигать человека после смерти? А трудно на него ответить. А потому что в Священном Писании делается только так: человека предают земле целиком. Это элемент библейской культуры, который воспринимается, скажем, естественно. И когда мы задаем такие вопросы, это говорит о том, что мы выключены из области библейской культуры, библейского мировоззрения.

В. Аверин

— То есть получается, что, в известной степени, если я ежедневно читаю Евангелие, то формируется на уровне автоматизма реакция на внешние раздражители?

Я напомню, что у нас сегодня в студии протоиерей Андрей Рахновский, настоятель Храма Ризоположения в Леонове и преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии.

Т. Ларсен

— То есть мы можем сказать, что человек, который регулярно читает Евангелие… Сейчас очень модно у психологов таких современных… В общем, одна теория зеркальных нейронов, которая… Ну, грубо говоря, все, что с человеком происходит, так или иначе в его теле отражается в виде неких реакций. То есть, например, если ты раздражаешься и гневаешься, ты поджимаешь определенным образом рот, у тебя в этом месте морщины случаются. Если тебя обидели, ты реагируешь на это каким-нибудь сжатием плеч, и из-за этого ты становишься сутулым. А все проблемы — в мозге. То есть как мозг это фиксирует. И всякий раз, когда тебя обижают, ты все больше сутулишься.

Ну, и перенося это на наш сегодняшний разговор — простите мне, может быть, такие грубые аналогии, но получается…

Протоиерей А. Рахновский

— Очень верно.

В. Аверин

— Нет, очень верно, действительно.

Т. Ларсен

— …да, что когда человек читает Евангелие регулярно, у него происходит некая «перепрошивка» его, грубо говоря, вот этих реакций таких бессознательных, да?

Протоиерей А. Рахновский

— Не только бессознательных. И сознательных, в том числе.

Т. Ларсен

— Нет, сознательных, в том числе, понятно, да. Но, в первую очередь, все-таки, как мне кажется, бессознательных, поскольку вот то, о чем Вы говорите, вот эти инстинктивные движения — движения души и тела — абсолютно соответствуют именно христианскому образу жизни.

В. Аверин

— Нет, а я бы с тобой поспорил. Потому что если бы это было абсолютно бессознательно… Тут другой, по-моему, действует другой механизм. То есть человек сначала понимает, что вот так вот надо, а потом… Это называется не «дрессировка» — не то слово, конечно, но тренировка некая. Я поступаю вот так, потом я понимаю, что нет, неправильно, надо по Евангелию поступать эдак, и вот я заставляю себя поступать таким образом, а в итоге у меня формируется уже на уровне автомата.

Протоиерей А. Рахновский

— Можно сказать проще — что Священное Писание, (нрзб.) чтение Священного Писания, Слово Божие, как именно духовное явление духовной жизни, духовного мира, влияет на человека в целом, на всю его природу — сознательную, бессознательную, культурную составляющую, интеллектуальную и так далее. Мне бы хотелось здесь, если позволите, немножечко пояснить примерами.

Вот преподобный Серафим Саровский — как он учил? Учил ежедневно читать Священное Писание. Он сам за неделю, как Вы знаете, в течение всей жизни прочитывал весь Новый Завет. Первые четыре дня он читал четыре Евангелия, а остальные три дня посвящал остальной части Нового Завета. Он сам говорил, что ум христианина должен как бы плавать в словах Священного Писания. У преподобного Антония Великого в «Поучении к его монахам» есть такой очень интересный образ — образ верблюда. Вот почему верблюд может долго ходить по пустыне, имея внутренние запасы, и не уставать? Потому что он тщательно пережевывает пищу, которую он ест. Так и мы должны взять пример у верблюда — тщательно размышлять над Словом Божиим, чтобы оно усваивалось всем нашим естеством, всем нашим существом. То есть я хочу сказать, что такое отношение к чтению Священного Писания — это не есть что-то новое, что-то необычное. Это традиция Православной церкви, традиция христианской аскезы, которую никто не отменял.

Более того: скоро будет Великий Пост, чуть меньше, чем через месяц. Будем читать Покаянный канон Андрея Критского. Там постоянно идет размышление о двух моментах духовной жизни: деятельность и созерцание. То есть духовная жизнь состоит из деятельной и созерцательной. К деятельной жизни относится внутренняя борьба с грехом, со страстями, добрые дела, а созерцательная — это молитва и поучение в Слове Божием, поучение Божественному Откровению. И, как там прекрасно говорится, что как вот Иаков сочетал две жены — Лию и Рахиль, деятельность и созерцание, что без этих двух крыльев невозможно лететь.

Может быть, здесь еще проблема в том, что мы в духовной жизни часто делаем акцент именно на душевной, на сердечной деятельности, забывая о том, что ум наш тоже должен воспитываться особым образом. Но если наша душа получает, скажем так, духовное формирование именно в процессе внутренней духовной борьбы (то есть, как правило, это волевая борьба с проявлением тех или иных душевных неправильных пожеланий, влечений и так далее), то ум тоже должен воспитываться и просвещаться, но свойственным ему способом. А как? Ум — он всегда размышляет. Поэтому он либо размышляет над греховным, либо над святым. И когда ум действительно погружен в чтение, в изучение Слова Божия, он воспитывается, просвещается, и та пустота, которая образуется после изгнания ненужных помыслов, заполняется неким положительным содержанием.

Т. Ларсен

— Я знаю другие случаи, когда происходит, что называется, «горе от ума» — когда человек старается действительно интеллектуально постичь Евангелие и уходит очень… Начинает читать толкования, начинает читать всякие исследовательские по этому поводу вопросы, неточности перевода…

В. Аверин

— Находит массу противоречий…

Т. Ларсен

— Может даже потом взять словарь и начать читать на языке оригинала со словарем. И потом просто… У меня просто есть такой конкретный пример моей одной знакомой, очень глубоко воцерковленной православной христианки, которая просто начала как-то изучать Евангелие с такой внешней какой-то стороны, пытаясь его препарировать, и в итоге ушла так далеко, что просто перестала в храм ходить, потому что «очень много неточностей», «у нас перевод не тот вообще», «толкования не те вообще, и вообще непонятно еще, насколько соответствует это все истинному Слову Божию» — бла-бла-бла, и, в итоге, человек просто реально зарылся вот в это во все и пропал.

В. Аверин

— Тем более, что история-то нам подтверждает — многие расколы и ереси происходили именно из-за того. что люди утверждали: «Вот мы-то как раз вот именно правильные переводы и правильные толкования»…

Т. Ларсен

— …переразмышляли!

В. Аверин

— «…а вот все, что было до нас, вот это все затуманено и затерто!»

Протоиерей А. Рахновский

— Вы знаете, тем не менее, вот почему-то вопреки такой опасности , как Вы сказали, уйти куда-то не туда, тем не менее, эта традиция чтения и изучения Слова Божия не только существовала, но, более того, она развивалась. И мы знаем хорошо: если не брать древний период, допустим, возьмем более близкое к нам время — там, оптинских старцев. Почитайте письма, наставления: «Каждый день читай главу из Евангелия. две главы из «Апостолов», чтобы каждый день звучало Слово Божие».

Кстати, древние монахи, как правило, читали, ну, можно так сказать, Евангелие, Священное Писание по стиху.

Т. Ларсен

— По коротенькому?

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Ну, разделение на стихи и главы — это же явление уже позднего Средневековья. Поэтому они читали какой-то небольшой отрывок и весь день размышляли над ним.

Кстати, для современного человека, который, как Вы сказали, погружен в суету, в дела, и у него вечно ни на что нет времени, это очень хороший способ. Ну нет возможности прочитать главу — прочитай небольшой отрывок и в течение дня вспоминай о нем. Потому что, к сожалению, читать Священное Писание не все умеют и забывают, что, прочитав, нужно удержать эти мысли в своей голове неоднократно на протяжении… вернувшись к ним.

Теперь что касается вопроса опасностей изучения Слова Божия. Да, действительно, любое размышление может завести человека как бы не в ту сторону. Но ведь помимо Священного Писания, в том числе и в нашей христианской церковности, существует огромное количество ложных мнений, суеверий, которыми люди живут и передают их из поколения в поколение, учат своих внуков и детей…

В. Аверин

— …считая, что это и есть христианство…

Протоиерей А. Рахновский

— …да, считая. что это истина. Поэтому — да, есть опасность. Но эта опасность — не только в чтении Священного Писания.

Т. Ларсен

— Я просто думаю о том, что способность к размышлению и вообще способ размышления, например, у 15-летнего подростка, который открыл для себя впервые Евангелие, и, например, у Иоанна Кронштадтского, немножко разный. И когда я читаю Евангелие, я не понимаю, какое я имею право вообще над ним размышлять.

В. Аверин

— Верить. Верить! Вот нет ли противоречия вообще, в принципе, между этим?

Т. Ларсен

— Нет, я искренне читаю, ну, в смысле, искренне говорю это, потому что для меня чтение Евангелия пока — ну, вот этой радостной встречи я не ощущаю, о которой говорят святые отцы. То есть для меня это такая повинность, рутина такая. Да, я прочла, я задумалась, я даже что-то там могу себе выписать, в телефоне сохранить, в заметочках, и периодически к этому возвращаться. Что-то меня может в какой-то момент тронуть или вдруг открыться для меня под новым углом, но, по большей части, вот это ежедневное чтение Евангелия — это все-таки некий такой вот труд не очень желанный, простите уж.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, труд нежеланный — именно потому, что мы не совсем знаем, как пользоваться вот этим, скажем так, багажом, который мы получаем.

Т. Ларсен

— Вот научите нас, как им пользоваться.

Протоиерей А. Рахновский

— Если на каком-то этапе чтение Священного Писания… Вы поняли, да, что Вам эти мысли уже знакомы, они не вызывают уже былого энтузиазма и интереса, значит, мы зашли в некий тупик, который заключается в том, что наш кругозор в отношении Священного Писания, в общем-то, имеет некие пределы. Выход следующий: расширять этот кругозор. Поэтому второй этап, если мы прочли один раз хотя бы Новый Завет, — обратиться к толкованиям святых отцов. И хотя у нас очень часто говорят: «Вот, святые отцы говорят так, святые отцы учат так», на самом деле, как показывает практика, никто толком и не знает толкований святых отцов. Об этом все говорят, потому что как только мы начинаем открывать их творения, их писания, мы открываем себе такую невероятную глубину, такую не просто палитру мнений, а мы и предположить не могли, что все это может родиться от чтения какого-то одного стиха Слова Божия. Притом, это не какие-то, знаете, переливания из пустого в порожнее — это очень глубокое осмысление, иногда под совершенно неожиданным углом, того, что нам уже приелось, что кажется очень привычным и знакомым.

Т. Ларсен

— Вот кого почитать тогда? Чьи толкования человеку, мало посвященному пока, ну, пусть не неофиту, но все-таки… Ну, вот Евангелие прочел, но пока ничего не понял…

Протоиерей А. Рахновский

— Здесь, на этом пути, есть одна трудность — что читать творения святых отцов это не то же самое, что читать газетную статью или СМСки. То есть здесь требуется, в общем-то, интеллектуальное усилие. Тем более, что, скажем прямо, на данный момент существующие переводы — это переводы хотя на русский язык, но XIX века. И, тем не менее, для человека любознательного все это препятствием не станет.

Я советую начать с Толкования Кирилла Александрийского на «Евангелие от Иоанна».

В. Аверин

— Таня, записывай!

Т. Ларсен

— Я пишу, пишу!

Протоиерей А. Рахновский

— Возможно, что для кого-то это будет подобно, не знаю… атомной бомбе. Потому что такое глубокое раскрытие, неожиданное раскрытии еуже знакомых многим строк — оно, в общем-то, способно произвести очень сильное впечатление на человека.

В. Аверин

— это переизданное уже, да?

Протоиерей А. Рахновский

— Да, переизданное. Сейчас у нас такое время, что огромное количество творений отцов издано, напечатано…

Т. Ларсен

— …и оцифровано.

Протоиерей А. Рахновский

— Оцифровано… Закачивай в планшет, покупай книгу — в общем, слушай аудиозаписи, и такое есть. Постигай, интересуйся, узнавай.

Я могу здесь на собственном примере как-то это пояснить. Наверное, скоро будет десять лет, как я читаю один и тот же курс — это Книга Деяний и Соборные послания — в Духовной семинарии, сначала в Сретенской, потом в Московской. Ну, казалось бы, перечитываешь за один год не один раз — и каждый год мне приходится лично для себя постоянно корректировать лекции, постоянно корректировать ту информацию, которую я даю. И мне это не надоело, потому что с каждым годом я вижу, сколько я всего еще не знаю, не понимаю, не прочитал, не осмыслил и не понял, как это передать другим. Поэтому здесь вопрос именно кругозора, который расширяется сначала за счет чтения толкований святых отцов, а затем — не надо этого бояться — и специальной научной литературы. Проблема ведь не в том ,что человек начал читать Евангелие на древнегреческом и что-то там такое увидел. Проблемы в том, что мы иногда первые впечатления, первый энтузиазм от услышанного сразу рисуем на своем знамени и свято веруем в мнение того ученого, который нас поразил своими формулировками или каким-то своим открытием, которое на самом деле спустя какое-то время было другим, каким-то другим не один раз пересмотрено и опровергнуто.

Т. Ларсен

— …опровергнуто.

Протоиерей А. Рахновский

— Поэтому это, опять-таки, недостаток кругозора.

Т. Ларсен

— Ох, пытаемся сегодня расширить и свой, и Ваш кругозор, уважаемые слушатели. Вернемся буквалььно через пару минут.

Продолжается программа «Светлый вечер». У нас в гостях настоятель Храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский, и говорим о том, зачем и как читать Евангелие.

В. Аверин

— Я бы знаете, отец Андрей, хотел к чему вернуться? Вы уже сказали, что каждый человек со своей внутренней вот этой субкультурой сталкивается — ну, в тот или иной период своей жизни — со Священным Писанием. И, по-моему, вот от этого очень многое зависит. Потому что, с одной стороны, я знаю, бытует такая точка зрения, что не важно, насколько ты интеллектуально развит, не важно, насколько ты понимаешь, кто такой человек из Назареи, например, или кто такой фарисей, или еще какие-то исторические детали, описанные в Евангелии — Слово Божие войдет в тебя вне зависимости от уровня образования.

С другой стороны, мне всегда казалось, что этот текст — ну, подобные тексты, Вы уже про это говорили — требует напряженного интеллектуального, прежде всего, труда, и вот так вот, с бухты-барахты, с наскока просто одолеть, скажем, текст даже Нового Завета — это просто невозможно. Но тогда встает вопрос о том, а может ли позволить себе человек, обычный совершенно, тоже с разным уровнем образования, сегодняшний выпускник средней школы или выпускник средней школы 80-х годов, плюс там какой-нибудь Политехнический институт, сам этим заниматься? Или все-таки у него должно быть то, что культурологи называют «проводник в культуру»? Наверное, в христианстве тоже есть свое определение — там, духовник, священник, ну вот некий человек, который бы какую-то часть этого пути проходил вместе, который бы вел его за руку, который бы направлял в этих толкованиях, а не просто: «Вот ты крещеный, поэтому каждый Божий день читай по главе, и от этого будет тебе всякое счастье».

Вы знаете, есть очень важный момент духовнической практики, когда священник, духовник отвечает на вопросы. У нас любят задавать вопросы. Книги примерно с таким названием: «Что (нрзб.) батюшка?», «100 вопросов священнику»…

(Смеются.)

В. Аверин

— «Все, что Вы хотели спросить, но боялись», да? (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— (Смеется.) Да-да, «Вы хотели спросить, но боялись». Они очень популярны. Но среди этих вопросов очень редко встретишь вопросы именно по Священному Писанию. Поэтому…

В. Аверин

— Ну, да, конечно. «Что есть?», «как одеваться?», в основном. И «как любить?».

Протоиерей А. Рахновский

— Естественно, духовническая практика… Я, по крайней мере, тем людям, которые мне доверяют, которые ко мне приходят, когда речь заходит именно о чтении Священного Писания, обязательно говорю, что если какие-то есть вопросы, обязательно их себе выписывайте. Потом не важно — на исповеди или при какой-то встрече, или в свободной форме мы это обсудим и поговорим. Это очень важно. Поэтому то, что Вы об этом… Ну, да, действительно, нужен наставник, вне всякого сомнения. Но это наставничество должно на что-то опираться, на какую-то уже существующую практику. Поэтому — да, человек сначала должен начать читать и потом должен начать задавать вопросы.

Вот я чувствую, что в нашей беседе немножечко не хватает, может быть, конкретных примеров.

В. Аверин

— Может быть, да.

Протоиерей А. Рахновский

— Потому что мы говорим: «Как замечательно читать Священное Писание!»…

Т. Ларсен

— Прикладных моментов не хватает.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. «Как это хорошо, как это прекрасно!» А вот давайте попытаемся здесь, может быть, даже какие-то открытия сами для себя сделать.

Самое, наверное, скучное для чтения место Евангелия — это перечисление имен.

Т. Ларсен

— Кто от кого родился. Кто кого родил.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Даже бывали такие случаи, когда человек начинал читать, а потом бросал. Почему?

В. Аверин

— Не дойдя до конца этого списка. (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— Да. «Вы знаете, я вот начал — там кто-то кого-то родил: Авраам Исаака и так далее. Что Вы мне предлагаете для чтения?»

На самом деле вот даже я специально взял именно то место Священного Писания, которое, наверное, наименее, может быть, интересно. Но если мы посмотрим внимательно — опять-таки, может быть, с помощью наставника, мы увидим, что каждое имя, которое там перечисляется, это такая «гиперссылка», потому что за каждым именем стоит какая-то история из Ветхого Завета. То есть это уже предмет для очень интересного изучения. Ты читаешь эти имена и пытаешься: а что там про него написано? Вот это имя, которое упоминается один раз, — ведь за ним стоит целая жизнь, целая судьба: что с ним происходило? И человек начинает открывать «ветки»…

Т. Ларсен

— И почему он заслужил вообще места в Евангелии?

В. Аверин

— …упоминания здесь, да, вот в этой цепочке, которая привела вот именно ко Христу.

Протоиерей А. Рахновский

— Более того, что, помимо такого, скажем так, вполне понятного момента, есть следующее. В Родослове Иисуса Христа ведь есть люди, которые не принадлежали к богоизбранному израильскому народу. Например, Руфь — моавитянка, Раав — блудница. Почему? Более того, в этот список входят люди не только святые, но и очень грешные. Неужели у человека не возникнет вопрос: а почему? Почему, если так важно, что Христос — потомок Давида, что Он произошел из богоизбранного народа, почему упоминаются эти люди?

В. Аверин

— А для этого надо понять, что имена, которые Вы назвали, не имеют отношения к богоизбранному народу!

Протоиерей А. Рахновский

— А вот когда человек начинает читать этот список и по аппарату параллельных мест, который есть в большинстве изданий Библии начинает смотреть вот туда, в Ветхий Завет, конечно, у него этот вопрос возникнет. И когда он, узнав все это, будет пробегать глазами этот список, у него будут не просто имена — у него будут судьбы, у него будет целая история перед глазами.

Т. Ларсен

— Пока не забыла, к вопросу о прикладном чтении Библии, Евангелия, в частности: какой перевод человеку лучше взять? Потому что мы с супругом, например, читаем… Ой, Боже, сейчас я скажу… Ужас какой-то… У меня Библия в электронном виде, мне так удобно. Она у меня живет в телефоне, и я могу везде к Ней обратиться и носить с собой книжку. Ну, это, наверное, отдельный вопрос вообще — о вере и современных технологиях. Но так удобнее, и там тоже вот эти вот самые ссылки, дико удобные. Ты нажимаешь — и сразу попадаешь в нужное место в Ветхом Завете.

Но мы заметили, что… Один раз мы стояли на литургии, как раз там был кусочек Евангелия, где шел разговор о разбойниках на Кресте — что один Иисуса поносил, а второй попросил: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем». Мы открываем свою версию Евангелия — вроде, синодальный перевод, не знаю, — и понимаем, что там строчка такая: «А рядом с Ним висели разбойники и тоже Его поносили». Вот мы так немножечко от этого опешили. Мы поняли, что мы, может быть, какой-то неправильный перевод читаем.

Протоиерей А. Рахновский

— Нет, Вы просто открыли другое Евангелие. Эпизод Распятия Христа описан во всех четырех Евангелиях, и действительно, с разной степенью подробности. Вот и все. Там действительно где-то упоминается кратко — допустим, о надписи, которая висела над Христом…

Т. Ларсен

— Нет-нет, мне кажется, точно — мы одно и то же Евангелие читали в храме, и мы смотрели в нашей электронной версии, одно и то же Евангелие. Я не уверена, что это было именно Евангелие от Матфея — возможно, другое, от Луки или… не помню, у кого там так подробно описано. Но были разночтения. Существует ли у нас один, единый и нерушимый какой-то перевод, который точно максимально близок и не смутит православного христианина?

Протоиерей А. Рахновский

— Очень интересный вопрос…

В. Аверин

— Именно потому, что…

Т. Ларсен

— Слушайте, ну, потому что Библию же и Новый Завет переводят не только православные издания. То есть человек может зайти куда-то по дороге в поезд, его вдруг пробьет, ему захочется — он где-нибудь в лавке купит себе Новый Завет, по дороге, и окажется, что, например, этот Новый Завет какими-нибудь баптистами издан, и там у них, может быть, совершенно какие-нибудь свои примечания, толкования и что-нибудь в этом роде. Нет?

Протоиерей А. Рахновский

— Как правило, издания Священного Писания, которые издаются на территории России, причем, не только издания, которые печатаются в Православной церкви, все используют синодальный перевод Священного Писания, который был создан в XIX веке под руководством митрополита Филарета Дроздова.

Т. Ларсен

— Вот у нас существует какое-то Российско-библейское общество.

Протоиерей А. Рахновский

— Сейчас я поясню.

Т. Ларсен

— Да, спасибо.

Протоиерей А. Рахновский

— Синодальный перевод не лишен недостатков, причем, достаточно, скажем так, крупных, серьезных, и к нему возникает очень много вопросов.

Т. Ларсен

— Именно к качеству самого перевода?

Протоиерей А. Рахновский

— Не только к качеству перевода — к выбору… Ведь перевод — это всегда есть толкование. Поэтому есть места Нового Завета, где требуется, возможно, другой перевод, именно потому, что есть другое толкование. Ну, могу такой пример привести: во время путешествия апостола Павла, когда против апостола Павла возникли возмущения, то апостол Павел и его спутники были призваны как бы на суд. И вот христианин по имени Ясон, как сказано, судьям, градоначальникам дал удостоверение, и после этого они были отпущены. Что это за удостоверение непонятное? Понятно, что это не документ — какое-то удостоверение. Синодальный перевод имеет в виду «удостоверения», то есть какие-то «необходимые объяснения», хотя, например, в греческом тексте стоит слово «достаточно» — «дав достаточно». При том, что некоторые святые отцы говорят, что имеется в виду, что было дано достаточно денег.

Т. Ларсен

— Взятку дал?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, не важно, это был или официальный штраф, или неофициальный — не важно. Но синодальный перевод выбирает здесь самое такое как бы нейтральное значение…

В. Аверин

— Безобидное.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Дабы никого не смутить. Ну, я привел пример, может быть, интересный, но не самый важный в плане, скажем так, христианского вероучения. Но вот таких моментов очень много, но поэтому и нужно читать толкования, потому что толкования Священного Писания дают человеку необходимый спектр понимания тех или иных мест Священного Писания независимо от перевода. Ведь перевод — это всегда истолкование, это никогда не перевод «слово в слово».

В. Аверин

— Конечно, это кто как понимает, да.

Протоиерей А. Рахновский

— Вы сами знаете, Вы изучали иностранные языки, что перевод «слово в слово» не дает ничего. То есть сначала некое понимание, а потом перевод. Потом нужно знать, к какому жанру относится текст.

В. Аверин

— С утратой или с дополнением смысла, как правило, перевод осуществляется.

Протоиерей А. Рахновский

— Поэтому лучше всего пользоваться именно синодальным переводом, скажем так, к которому много вопросов, но который является в данном случае более целостным и выдержанным. Хотя, конечно, существуют новые переводы — перевод Библейского общества, перевод Кузнецовой. Есть переводы, которые имеют хождение, например, в различного рода… у «Свидетелей Иеговы», например. Конечно, они имеют свои особенности. Православному человеку, наверное, лучше переводом «Свидетелей Иеговы» не пользоваться.

Но мы пытаемся сейчас свести этот вопрос к проблеме перевода, но перевод здесь не имеет большого значения. Как мы понимаем Слово Божие — вот что самое важное. Поэтому перевод, чтение Священного Писания неразрывно связан с чтением толкований. Тогда, если перевод неточный, толкования тебя спасут в этой ситуации, и ты будешь понимать более глубоко то или иное место.

То же самое — если ты вдруг столкнулся с переводами неправославными. Ты правильно понимаешь Священное Писание, ты сможешь определить в этом случае, где заблуждения, а где правда.

Т. Ларсен

— Ну, это для пытливого читателя. А ведь мы неоднократно здесь, в студии с нашими гостями, когда спрашивали, «как Вы пришли к вере», слышали от них такие слова, что «мне в подростковом возрасте или в 18 лет попалось в руки бабушкино Евангелие, бабушкина Библия, я открыл, прочел, и жизнь моя изменилась раз и навсегда». Один наш гость даже говорил о том, что «я, когда прочел Евангелие, мне несколько дней мир вокруг казался картонным — все было ненастоящее, настолько меня потрясло Слово Божие, настолько оно меня пронзило». Вот кому-то дается же такое сразу — такой доступ, сразу такой ключ, ну, опять же, пользуясь современными словами, какой-то декодер, который позволяет человеку сразу глубоко погрузиться в этот текст, видеть за этим текстом Слово Божие, а не просто какие-то хронологические события, расположенные в таком-то порядке. А кому-то, как мне, приходится каждый день себя заставлять где-то даже читать, может быть, и ждать, пока в восемнадцатый раз прочитанная глава или строчка вдруг откроется каким-то новым смыслом.

В. Аверин

— Я тебя успокою, потому что даже если есть вот это первое потрясение, это совсем не значит, что человек в последующем избавлен от тех, может быть, тоже сомнений каких-то, притупленного восприятия. И, может быть, он первый раз прочитал вот так ярко, а через пять лет примерно в таком же состоянии находится, как ты. Всякое бывает.

Протоиерей А. Рахновский

— Вы знаете, мне кажется, что здесь речь идет о каком-то эмоциональном всплеске, который был порожден чтением Священного Писания. Если это было действительно действием Благодати Божией, это хорошо. Но вот, как правильно было замечено, ценность для тебя того, что ты прочитал, определяется твоей последующей жизнью. Вот то, что Вы называете вот таким ежедневным рутинным трудом, мне кажется, это как раз и есть самое главное. Потому что когда твои чувства спокойны, когда твои чувства не разогнаны каким-то эмоциональным возбуждением или радостью, что это значит? Это значит, что то, что ты делаешь в этот момент, оно подлинное, оно настоящее, оно не зависит от какого-то внешнего воздействия — это твое, то, что именно ты даешь Богу. Поэтому когда человек в таком состоянии начинает как бы говорить себе, что «да, для меня это стало обыденностью, попробую-ка я посмотреть на это с другой стороны: почитаю толкования; почитаю, в том числе, какие-то научные книги; почитаю отцов, которые почему-то испытывали как бы радость и вдохновение, даже уже беря в руки Священный текст». И вот из этого внутреннего труда, пусть такого труда «со скрипом», с преодолением себя, действительно рождается подлинный, настоящий духовный труд. Поэтому не надо бояться вот этого отсутствия вдохновения, отсутствия эмоций — это очень хорошо.

Т. Ларсен

— Продолжаем наш разговор с протоиереем Андреем Рахновским. В студии Тутта Ларсен, Владимир Аверин. Мы говорим о том, зачем и как читать Евангелие. Вот как читать Евангелие? Вопрос. Благоговейно, стоя только перед образами и предварительно помолясь, или можно, я не знаю, лежа в постели это делать, можно это делать где-нибудь в суете — в пробке, стоя в автомобиле, или сидя в очереди к врачу? И вслух это нужно делать или про себя? Важны ли все эти внешние какие-то факторы, там, я не знаю, формы для того, чтобы правильно постигать Слово Божье?

Протоиерей А. Рахновский

— Лично я сторонник того, что духовная жизнь должна входить в жизнь обычную и ее преображать. Поэтому если у Вас нет возможности читать Священное Писание, стоя перед иконами… Почему? Ну, просто Вам тяжело. Тут мы не будем углубляться в детали, почему — от лени или от усталости.

Т. Ларсен

— Неохота.

Протоиерей А. Рахновский

— Читайте сидя, но Вы читайте. Это лучше, чем если Вы не будете читать вообще, мотивируя это тем, что «ну как же, я не могу сделать это правильно!» — такой перфекционистский подход. Читай! Рано или поздно будешь читать в этом состоянии, а Евангелие заставит тебя встать, например! Дальше…

В. Аверин

— Нет, с другой стороны, смотрите… Это вот дополнение. Сама по себе книга — это же не просто… Это не «Гарри Поттер», это Евангелие. В общем, и иное отношение…

Т. Ларсен

— Даже к объекту, к физическому объекту.

В. Аверин

— …к носителю как к объекту, да. Люди прикладываются к ней, люди как-то по-иному относятся. А если я это делаю, ну, условно…

Т. Ларсен

— …с телефона.

В. Аверин

— …нет, даже не с телефона, а просто по дороге в метро, в поликлинике, на работе, она у меня в сумке, там же, где бутылка кефира или водки, — вот во всем этом, в обычной моей сумке — это нормально?

Протоиерей А. Рахновский

— А вот давайте посмотрим на плоды этого. То есть вот такое благоговение к Священному Писанию, фактически, изгоняет его из нашей жизни. Так, может быть, лучше бутылку водки вынуть из сумки? Положа туда Евангелие.

В. Аверин

— Хорошо, это крайность. Но там есть пропуск, там связка ключей, там, не знаю, потная форма из спортзала.

Т. Ларсен

— Мы благоговейно прикладываемся к Евангелию после, например, исповеди. И я не знаю точно, но, по-моему, даже книгу Евангелия не принято освящать, как иконы или какие-то кресты нательные.

В. Аверин

— Она сама по себе носитель уже.

Т. Ларсен

— Она является священной. А если я, вот действительно, читаю с телефона, или эта книжка со мной путешествует…

Протоиерей А. Рахновский

— Нет, вне всякого сомнения, какие-то внешние, скажем так, атрибуты благоговения к этой книге — вне всякого сомнения, они должны присутствовать. Но мы должны смотреть на цель: для чего дано Слово Божие, Евангелие? Чтобы мы его постигали, его читали. Поэтому не важно, в каком ты состоянии. Можешь сидеть — читай сидя. Ты не успел прочитать дома, ты едешь в метро — а почему не прочитать ее в метро? Что, метро греховно? Или какие-то вещи, которые лежат в нашей сумке, они что, греховны, они нечисты? Вот есть у нас такой момент тоже неправильный. Весь мир — он создан Богом. И поэтому нет в этом мире по своей природе ничего нечистого, ничего скверного.

В. Аверин

— Интересно. А всуе? Ну, вот, в известной степени, это же можно так тогда вот?..

Протоиерей А. Рахновский

— Всуе Евангелие можно прочитать только в том случае, если мы читаем и, например, как бы не храним эти слова в своем сердце, если мы прочитали даже, может быть, повинуясь некоей такой внутренней дисциплине — «вот надо прочитать — я читаю», но при этом мы не следуем тем словам, которые читаем. Это чтение всуе, это может быть, но, в любом случае, выбор, читать или не читать, всегда будет за словом «читать», в любом состоянии, в любой ситуации. В метро, на работе, сидя, стоя, где угодно — я везде хочу быть с Богом, я везде хочу, чтобы Господь направлял и просвещал.

Т. Ларсен

— А вот смотрите, ведь существует Евангелие дня — ну, в Церкви, в монастырях вообще каждый день службы. Каждый день читается какая-то часть Евангелия — или стих, или глава. Вот человеку, который решил ежедневно взять на себя труд чтения Евангелия, ему нужно следовать этому календарю, или он может какой-то свой темп выбрать? Зависит ли от этого, опять же, насколько он верно все делает?

Протоиерей А. Рахновский

— Вы знаете, здесь нам предлагается несколько вариантов на выбор: кому как — я бы не сказал «удобней», а — полезней для его духовной жизни, результативней. Тебе хочется читать то чтение, которое читается в Церкви? Читай. Тебе хочется читать, как тебе сказал духовник, по главе — две главы в день? Читай. Не можешь делать ни того, ни другого — читай, как это делали древние монахи.

Т. Ларсен

— По одному стиху.

Протоиерей А. Рахновский

— Читай стих и держи его в своем уме на протяжении… Нам предлагаются разные возможности.

Т. Ларсен

— Да, но вот просто интересно — по какому принципу вообще выбирается Евангелие в церковном календаре? Ведь там не по порядку же все главы читаются! То есть если я беру читать и начинаю: Матфей, Марк, Лука и Иоанн, и по главе каждый день вот так, так, как они расположены в книге…

В. Аверин

— Так, как напечатано, первые страницы (нрзб.).

Т. Ларсен

— Да. Но ведь на службе или, там, в храме, в церковном календаре все сильно вразброс. По какому принципу там выбирают?

Протоиерей А. Рахновский

— Нет, не совсем вразброс. Начинается годовой круг чтения Нового Завета с Евангелия от Иоанна и с Книги деяний святых апостолов, порядок такой. Чтения богослужебные распределены таким образом, чтобы на протяжении всего года подряд был прочитан весь Новый Завет. Поэтому никакой, скажем так, особой премудрости там нету. Исключение лишь составляют какие-то праздничные периоды, под которые подбираются соответствующие по теме Евангелия — это евангельский отрывок (зачало или перекоп, как это называют). Но, тем не менее, там тоже идет чтение Священного Писания подряд, если мы будем иметь именно основное направление так называемых дневных евангельских и апостольских чтений.

В. Аверин

— Еще один вопрос, для меня очень важный — это вопрос соотносимости Нового Завета и Ветхого Завета. Потому что когда Вы говорили про то, что в Новом Завете есть нечто и есть отсыл в Ветхий, и тогда имеет смысл туда отослаться, это вот, скажем, один принцип чтения. Другой принцип чтения — это вот тоже, от первой страницы до последней. Я взял Библию и от Книги Бытия, и вот я ее там листаю и листаю, с потом и кровью пробираюсь через это все, наконец дохожу уже до Нового Завета, пролистываю его, и, очень может быть, формирует… Есть разница подходов, назову это так — разница подходов к человеку, в отношениях между людьми, к государству, к церкви — ко всему. Очень может быть, что формируется — как бы это сказать точнее, чтобы никого не обидеть — приоритет тех подходов, которые заложены в Ветхом Завете, которые в Новом трансформированы, переосмыслены, переиначены. Ну, самый классический пример, наверное, — «зуб за зуб», а здесь, в Новом Завете…

Т. Ларсен

— «…подставь правую щеку».

В. Аверин

— Нет, не «подставь», а «возлюби как себя самого». И сегодня я сталкиваюсь с тем, что очень многие в качестве цитат, подтверждающих свою правоту на том или ином этапе или деянии в своей жизни, вытаскивают цитату из Ветхого Завета, прежде всего, а не из Нового Завета. Вот для того, чтобы избежать этого, надо ли Ветхий Завет использовать только в том случае, когда есть отсыл из Нового? Ну, принцип чтения тоже?

Т. Ларсен

— Да, вообще, надо ли его читать на таком уровне.

В. Аверин

— Хо-хо!

Т. Ларсен

— Извините.

В. Аверин

— Не, ну Книгу Левита не надо!

Протоиерей А. Рахновский

— Вы знаете, я постараюсь идти по той схеме, которую Вы предложили.

В. Аверин

— Путано предложил Вам.

Протоиерей А. Рахновский

— Нет, не путано, все правильно. Нужно понимать, во-первых, в чем смысл Ветхого и Нового Завета, что это такое. Это история Бога и Его народа. В Ветхом Завете — Израиля, в Новом Завете — Нового Израиля, то есть его Церкви. То есть, в общем-то, все это многообразие, скажем так, рассказов, книг, повествований сводится именно, как фокус, к этому — история Бога и Его народа. Если угодно, ветхозаветной Церкви и новозаветной Церкви.

Если говорить о Ветхом Завете, который, Вы сказали, трудно сказать или даже, как Вы сказали, нудно читать, Ветхий Завет показывает тернистый путь человека к своему Спасителю — через грех, через падения, через страсти, через заблуждения. И в Ветхом Завете действительно как бы Господь пытается снизойти к человеку, то есть действовать от человека, от его даже не интересов — от его иногда заблуждений, от его слабости, от его неспособности понять веру так, как хочет Господь.

В. Аверин

— То есть от человеческой природы?

Протоиерей А. Рахновский

— От человеческой природы. Поэтому Господь разрешает жертвоприношения. Ну, разве Богу не нужны?.. Да нет, не нужны. Ну не понимали в то время люди того времени, как еще надо служить Богу. Вот Десять Заповедей — ясно, четко, конкретно. Духовное, тонкое понимание заповедей… Конечно, были исключительные личности того времени — праведники, пророки. Но если говорить об общей массе людей, это было просто невозможно. В Новом Завете Господь пытается человека поднять до Своего Божественного уровня.

В. Аверин

— До Божественной природы.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Именно поэтому там, где часто людям выгодно, то, что больше подтверждает им их человеческие мнения, они ссылаются на Ветхий Завет: «Вот посмотрите, а вот как же там Бог благословлял насилие, силовое воздействие и так далее! Значит, и мы можем делать, наверное, точно так же!»

Дальше: Ветхий Завет можно правильно понять, только понимая Новый Завет, только через призму Нового Завета. И, по большей части, Христос и апостолы что делают? Они объясняют какие-то реалии Ветхого Завета и говорят иудеям и прочим: «Смотрите, Вы понимали не так, а нужно понимать совсем по-другому». (Смеется.)

В. Аверин

— Да, «было так, а стало по-другому».

Протоиерей А. Рахновский

— Да, стало совсем по-другому. Поэтому, с точки зрения именно как бы освоения веры, постижения веры, конечно, нужно начать с Нового Завета и потом перейти к Ветхому. Хотя в исторической последовательности — да, действительно, сначала Ветхий Завет, потом Новый Завет.

Т. Ларсен

— Какие книги Ветхого Завета обязательны к прочтению, а какие можно читать уже, ну, так, для общей эрудиции, факультативно?

Протоиерей А. Рахновский

— Давайте с Вами попробуем посчитать, какие книги Ветхого Завета чаще всего цитируются в Новом Завете. И вот, поняв это, мы ответим на этот вопрос. Какие это книги? Псалмы, Книга Бытия, Книга Исход, Книга пророка Исайи, Книга пророка Захарии, Малахии, Книга пророка Аввакума, Амоса и Иеремии. Вот, пожалуй, десять книг… Да…

Т. Ларсен

— Иов еще. Нет?

Протоиерей А. Рахновский

— Иов… Я бы не сказал. Нет. Вот эти десять книг, которые наиболее цитируемы в Новом Завете, и, соответственно, если мы хотим читать Ветхий Завет избирательно, да, можно обратиться, прежде всего, к этим книгам.

В. Аверин

— Я же говорю, Левит можно не читать. Он такой…

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, тоже без Левита трудно обойтись, поскольку в Новом Завете описаны некие реалии, например, храмового богослужения, тех или иных иудейских обрядов, которые апостол Павел, в том числе, соблюдал по необходимости, а подробные сведения мы найдем о них только в Книге Левит.

Еще момент. Например, в Новом Завете описывается праздник Пятидесятницы. Да, нужно прочитать Книгу Исход, обязательно Книгу Левит, где описано, как должна праздноваться Пасха Пятидесятницы, потому что, не прочитав это, мы не поймем, как в Евангелии… почему в Евангелии так, а не по-другому, описаны пасхальные события, связанные с последними днями жизни Иисуса Христа, и, то же самое — празднование Пятидесятницы.

Мне, кстати, неоднократно приходилось в беседах это подчеркивать — что почему-то у нас установился такой стереотип, что праздник Святой Троицы — Пятидесятница — это праздник дарования синайского законодательства. Хотя если бы мы действительно пошли по тому пути, который Вы предложили, и просто почитали, а что же в Пятидесятницу-то праздновали иудеи, израильтяне… Сбор начатков урожая, никакое не синайское законодательство! Опять-таки, мы эту подробность узнаем из Книги Исход и Книги Левит. Мне кажется, это очень удачный ход.

В. Аверин

— Отец Андрей, я Вам очень благодарен за то, что сегодня в ходе этого разговора Вы подтвердили мысль, не дающую мне покоя очень давно: что для того, чтобы верить, надо включать мозг. Что нет противоречия между верой и мозгом…

Протоиерей А. Рахновский

— Никакого! Оно абсолютно искусственное!

В. Аверин

— Что интеллект, что исторические знания, что способность критически размышлять — это естественные качества достойного православного христианина. Спасибо Вам большое.

Т. Ларсен

— Ну, а от меня спасибо тогда за то, что Вы все-таки сказали абсолютно очевидное, но, как всегда, не… Пока не было это озвучено, оно как-то не укладывалось и не приходило в голову, например, мне — что все-таки Евангелие это не встреча с текстом, не встреча с историей, это встреча со Христом. И, наверное, когда ты об этом думаешь именно в такой формулировке, то читать его будет не так рутинно, не так трудно каждый день.

Спасибо огромное! У нас в гостях был протоиерей Андрей Рахновский. Всем светлого вечера!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (19 оценок, в среднем: 4,84 из 5)
Загрузка...