“Вера, Надежда, Любовь и София”. Светлый вечер с о. Валерием Васильевым (29.09.2016)

Валерий Васильев (29.09.2016) - Вера, Надежда, Любовь - Часть 1
Поделиться
Валерий Васильев (29.09.2016) - Вера, Надежда, Любовь - Часть 2
Поделиться

о. Валерий ВасильевУ нас в гостях был клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в поселке Кокошкино священник Валерий Васильев.

Мы говорили о подвиге святых Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, а также о внутреннем подвиге каждого христианина на пути поиска Бога.

 

 


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели! Я, Алексей Пичугин, вас приветствую здесь, в студии светлого радио. И представляю гостя: ближайший час мы с вами проведём вместе со священником Валерием Васильевым. Отец Валерий — клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино. Здравствуйте, отец Валерий!

Свящ. Валерий Васильев

— Здравствуйте, дорогие друзья!

А. Пичугин

— Мы выходим с вами в эфир накануне вашего престольного праздника, с которым уже, наверное — сейчас вечер — можно вас поздравить. Поздравляю!

Свящ. Валерий Васильев

— Спасибо большое! И я всех поздравляю с этим замечательным праздником!

А. Пичугин

— Спасибо. И давайте сразу поговорим о том, кто же такие Вера, Надежда, Любовь и София. Имена уже стали нарицательными даже для людей, которые довольно далеки от христианства, которые, может быть, не задумывались, что у них есть исторические смыслы, что это было на самом деле и довольно давно. Просто все знают — Вера, Надежда, Любовь. Кто такие Вера, Надежда, Любовь?

Свящ. Валерий Васильев

— Если мы берём в историческом плане, то это конечно же люди, которые имели крепкую веру и мученически пострадали во времена гонений.

А. Пичугин

— То есть это самые первые века христианства? Вернее, второй век.

Свящ. Валерий Васильев

— Да. Мать — София была очень мудрой и верующей женщиной, воспитывала своих дочерей, можно сказать, правильно. Очень правильно воспитывала — и в благочестии, и участвовали постоянно в богослужениях, в молитвах, в чтении Священного Писания. То есть была такая благочестивейшая семья. И так получилось что гонители узнали о них и призвали их принести жертву идолам. На что, конечно, мать София отказалась, и тогда нечестивый император стал мучить этих девочек на глазах у матери. Но самая поразительная реакция была та, что… если бы это в современном обществе произошло, то конечно же любая мать не допустила бы такого, но София, наоборот, даже подбадривала своих девочек терпеть мучения, обнадёживая их наградой, которая последует им после этого — за Христа.

А. Пичугин

— И чем всё закончилось?

Свящ. Валерий Васильев

— Закончилось всё тем, что девочки были умучены, а мать София умерла на их могилке, оплакивая их.

А. Пичугин

— Им было всего 9, 10 и 12 лет. Сейчас в представлении нашем — людей 20-21 веков — 9, 10 и 12 лет это такой, в общем, возраст совсем ещё неразумных детей. Ну, 12, может, уже и нет, конечно, но 9 и 10 лет — это младшая школа. Для наглядности можно себе представить, как дети, которые учатся во втором-третьем классе осознанно идут умирать за свою веру. Нам, наверное, это сейчас сложно представить.

Свящ. Валерий Васильев

— Практически невозможно. У нас таких примеров-то почти и нет. Хотя я знаю такой пример, что в Крылатском был такой мальчик-алтарник, который был там и убит недалеко от самого храма. Это несколько лет назад было. Он был очень верующим человеком. Подробности самого происшествия не знаю, но вот он, действительно, имел крепкую веру. Как там произошло — не знаю. Но многие говорят, что именно из-за веры мог и пострадать этот мальчик.

А. Пичугин

— Да и, в общем, наверняка мама их София, о которой мы говорим и которую ставим в один ряд — все они прославлены вместе: Вера, Надежда, Любовь и их мама София, — тоже наверняка совсем молодая женщина. Во-первых, возраст, когда вступают в брак, рожают детей, был сильно меньше. Можно предполагать, что ей там едва… 25…

Свящ. Валерий Васильев

— До 30 лет, конечно.

А. Пичугин

— А почему она не была вместе с ними убита?

Свящ. Валерий Васильев

— Я думаю, что это уже на совести мучителей, потому что им не нужна была её жертва. Им нужно было сделать больно. Вообще, враг рода человеческого Сатана всегда пытается сделать побольней, особенно христианам. Поэтому здесь ничего странного нет.

А. Пичугин

— Кстати, интересно что это их в русском переводе зовут Вера, Надежда, Любовь. А по гречески-то это будет звучать Пистис, Элпис и Агапэ. Только София так и остаётся Софией. Но это их имена на греческом. А что мы можем вынести в 21 веке из этой истории?

Свящ. Валерий Васильев

— Самое главное, что мы можем вынести, это саму веру людей, во-первых. То есть ради чего всё это они терпели, ради чего мать их уговаривала, что стояло за её чувствами, что она в этот момент чувствовала, о чём она думала. Ведь сейчас это невозможно представить — такой жертвы родительской ради Христа, потому что сейчас уже нет такой сильной веры. Да и вообще, мне кажется, такая вера бывает только по благодати Божией. Как она и растила детей именно в благодати Духа Святаго, так и конец они обрели мученический именно по благодати Духа Святого, потому что вера была гораздо сильнее. И люди были сильнее. Вспомните количество подвижников первых веков — это колоссальное количество подвижников, когда святые отцы говорили, что пустыня египетская была как звёздное небо, то есть по ночам горели костерочки, лампадки какие-то, где святые отцы молились или что-то делали — разжигали костерки, что-то себе готовили, и это было действительно… А сейчас она пуста, эта пустыня, и безвидна, сейчас уже таких подвижников-то и нет в наше время. Но каждому своё, получается. И каждому поколению своё время, своя вера. У нас хоть какая-то, но сейчас более-менее налаживается и начинает подниматься в России после этого нашего такого перерыва большого. Так вот, вера за Христа должна быть понята именно за что: почему за Христа, что это такое — за Христа, и ради чего это. Вот люди должны это понимать. Потому что, когда человек приходит в храм — вот он уверовал, какое-то событие заставило его задуматься над смыслом жизни. Вот он приходит в храм. Что он ощущает? Как он себя ведёт? Что он думает? Что им двигает? Вот это очень важные вопросы. По началу, конечно, это, как правило, страх — страх за наказание. То есть человек ощущает, что он делает что-то не так — делает какие-то злые поступки и потом начинает испытывать страх, что есть Бог, вот он уверовал, и Бог его накажет. Потом, по мере того, как человек пребывает в Церкви, этот страх перерождается в уже естественную потребность человека, в жизнь. То есть человек уже живёт не ради страха, а он понимает, что есть нечто большее. А уже дальше, когда человек уже начинает потихонечку милостью Божьей освобождаться от тех или иных страстей, грехов, недугов, недостатков, он уже начинает всей душой стремиться к Самому Христу, уже приобщаясь именно к благодати и к любви к Богу. А в дальнейшем уже любовь сама перерождает человека и соединяет его с Богом. Вот это очень важно. Поэтому что получается? Когда человек уверовал, он начинает какое-то движение своё в Церкви, потом у него появляется надежда, которая его ведёт к любви. И вот здесь и получается у нас такой треугольник: вера, надежда, любовь, о котором и говорили святые отцы. Это самые три первейшие и нужнейшие в Церкви добродетели — вера, надежда, любовь, без которых движение христианина к Богу практически невозможно.

А. Пичугин

— Но всё-таки, если посмотреть на эту историю с точки зрения, как я уже говорил, современного человека: мать видит, как убивают её детей. Давайте себе представим, не дай Бог, конечно, что такое может произойти с кем-то из женщин, когда на её глазах за её же веру, собственно говоря, начинают мучить детей. Наверное, она, в лучшем случае, попросит, чтобы всё это как-то перенесли на неё, но отпустили детей. А здесь вот так она спокойно отпускает их. Это говорит о чём? Что у нас меньше веры, о том, что мы меньше можем рассчитывать и уповать как-то на Бога? Или о чём здесь?

Свящ. Валерий Васильев

— Я бы сказал так, что мы с вами просто не понимаем, что такое вера, и что приготовил людям Бог. Вот святые отцы понимали и осознавали это очень хорошо. Им это было открыто благодатью Божией — Кто такой Господь, что такое Царствие Небесное, кто в нём пребывает. Вот, например, святитель Тихон Задонский говорил так: «Поверь, возлюбленный, что человек весь век страдать захотел бы, если бы нужда была только бы вечного блаженства не лишиться, если бы хоть частицу его увидел — так оно велико, так красиво, так сладко». Вот мы живём как? У нас обыденная жизнь, мы, если ходим в храм, как правило, ходим почему? Ну, понимаем, что так надо. Вот Церковь так учит — так надо. В принципе, и уже за это Господь даёт человеку много чего. Но, конечная цель, сама цель христианина, это не только «так надо». Конечная цель — это Сам Христос. То есть когда человек соединяется с Ним всей душой, всем сердцем, всем собой. Как святые отцы молились — они говорили: «Я молюсь каждой клеточкой своего тела». Нам это трудно понять, пока мы в это не погрузимся совсем, то есть когда это станет целью нашей жизни. Вот так получается, что мы все заняты…

А. Пичугин

— Простите, а можно я вас сразу перебью? А это должно стать целью нашей жизни?

Свящ. Валерий Васильев

— Конечно! Христос и должен стать Целью нашей жизни. Это путь христианина.

А. Пичугин

— Христос наверняка должен стать… Да, путь христианина. Но смотрите, мы часто слышим о том, что святые отцы говорили, на нужно стараться стремиться жить как жили святые отцы. Они были монахами чаще всего, они всю свою жизнь посвятили Богу и служению Богу. Мы живём в мире, мы живём среди людей, мы работаем, мы ходим на работу, мы воспитываем детей, мы просто живём в социуме. А как мы можем подражать святым отцам — жить так, как жили они, также стремиться к тому, чтобы жить так, как жили они, в наших современных условиях?

Свящ. Валерий Васильев

— Я отвечу так на вопрос. Батюшка Амвросий Оптинский, когда ему подобный вопрос задали, спросили его, он сказал так: «Живи каждый на своём месте, как живёшь — ходи в храм, трудись, но только внутренне стремись ко Христу. И Господь всё остальное сделает за тебя». То есть неважно здесь, где ты живёшь, ведь Богу можно служить на любом месте. Важно, как ты стремишься внутренне, то есть что у тебя внутри. Понимаете? Если ты рассеян, если ты, в основном, постоянно занимаешься только какими-то внешними делами и вспоминаешь о Боге и о молитве только тогда, когда тебе плохо, то получается, как в истории — когда встречаются два человека, и один из них спрашивает: «Как к тебе дети относятся?» — Тот говорит: «Да как к Богу!» — «А как это — как к Богу?» — «Они делают вид, что меня нет. То, что я говорю, они не выполняют. Но когда им трудно, сразу бегут ко мне». Понятно, да? Вот если так, то наша вера никакая, потому что Священное Писание говорит, что бесы веруют и трепещут. Но, если у тебя есть внутренний стержень, когда ты везде, где бы ты ни был, думаешь только о спасении. То есть это твоё внутреннее состояние. Ты думаешь, как тебе угодить Богу, как тебе правильно поступить по заповедям. Как говорил Игнатий Брянчанинов: «Пусть каждый мирянин вечером сверяется с Евангелием», — как он провёл день. То есть это о чём говорит? Что у человека есть внутреннее напряжение ко спасению, внутренняя мысль. Вот это очень важно. Тогда это будет расставлять всё на свои места, даже где бы ты ни был, чтобы ты ни делал, понятно.

А. Пичугин

— Священник Валерий Васильев — клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино сегодня вместе с нами проводит этот «Светлый вечер». Как вы думаете, тот путь о котором вы сейчас говорите, не может привести к появлению у человека психоза, к тому что у него просто возникнет такое ощущение, что он хуже всех?

Свящ. Валерий Васильев

— Если человек сам занимается своим спасением, то есть по гордости, он думает так: «Вот я. Если я буду делать то-то и то-то, то всё — я спасусь». Как у протестантов: уверовал — ты спасён, — Церковь не нужна, Причастие не нужно, ничего не нужно. Этот путь, да, как вы сказали, это, скорее всего будет к психозу и он плохо окончит свои дни. Но вы не забывайте, что путь спасения — это не путь самого человека, это путь совместного труда человека и Бога. Если человек идёт со смирением, если он, доверяя Богу, идёт по пути спасения, то тогда Господь благодатью Своей ведёт его правильным путём.

А. Пичугин

— А как при этом можно тогда соблюсти то, о чём говорил апостол Павел — «всегда радуйтесь»?

Свящ. Валерий Васильев

— А это и есть радость — ощущение благодати это вечная радость. Ведь что такое Царствие Небесное? Это вечная радость со Христом. Это то, что делали святые — самые, кто угодил Богу, самые близкие святые угодники Божьи. Они стоят перед престолом Божьим и созерцают Христа, созерцают благодать, от Него исходящую. И эта благодать и есть вечное блаженство, вечная радость — то, к чему мы стремимся. И эта же благодать Святаго Духа нас ведёт по жизни. Понятно, да?

А. Пичугин

— С одной стороны, я всё вспоминаю слова одного священника, который говорил как-то на проповеди, что «а зачем нам тогда Царствие Небесное? Ведь там же как раз будет то, чего мы всё время стараемся избежать в обычной жизни: общение с Богом, молитва, радость пребывания с Богом. Это всё то, от чего мы здесь стараемся уйти в какую-то бесконечную мирскую суету, с одной стороны.

Свящ. Валерий Васильев

— Давайте подумаем: почему мы пытаемся от этого уйти? Во-первых, по нашей просто человеческой немощи, по нашей испорченности, по тому, что наша душа не святая. Она рождается святой, любая душа рождается христианкой, потому что Господь её производит на свет. И она рождается доброй, зла в ней никакого нет. Но что дальше происходит? Дальше дьявол — враг рода человеческого, который постоянно кидает камни между человеком и Богом, он начинает эту душу обрабатывать: помыслами, и внушать зло какое-то. И человек начинает помыслы принимать за свои — лукавые помыслы. И так он сам себя ограждает от Бога, и считает, что это уже его внутреннее состояние. Что делает Господь? Он приводит человека к вере, он через Таинства, через Церковь очищает этого человека, даёт ему надежду на праведную жизнь, на спасение. И по мере того как человек очищается, любовь входит в его сердце. Понятно?

А. Пичугин

— А любовь к кому или к чему?

Свящ. Валерий Васильев

— К Богу, ко Христу, конечно! А через это рождается любовь к людям, и наоборот. Это одно и то же получается, потому что очень трудно полюбить того, кого не видишь.

А. Пичугин

— Но ведь не менее трудно любить и тех, кого видишь.

Свящ. Валерий Васильев

— Согласен.

А. Пичугин

— Ведь сколько людей, которые не верят, при этом занимаются благотворительностью, отдают последнее.

Свящ. Валерий Васильев

— Поэтому Христос и говорит: «Возлюби врага своего. И возлюби ближнего, как самого себя».

А. Пичугин

— А как понять, что ты полюбил Бога?

Свящ. Валерий Васильев

— Это вряд ли как-то поймёшь. Это уже по смирению святые отцы никогда не могли этого понять. Единственное, что когда у тебя есть к этому влечение, когда у тебя есть какая-то внутренняя потребность, когда у тебя просто есть желание служить Богу, постоянно служить Богу. Вот когда у тебя есть желание и внутренняя потребность постоянно служить Богу, вот тогда уже человек сам понимает, что это его путь, что без этого он жить не может. И это начинает наполнять всю его жизнь. И в итоге, святые угодники просто горели любовью ко Христу.

А. Пичугин

— А вы много знаете людей, которые живут в миру, среди нас с вами, не в монастырях, не ушли в затвор, про которых действительно можно сказать, что они полюбили Бога и достигли какого-то определённого, простите за это бытовое понятие, духовного совершенства.

Свящ. Валерий Васильев

— Внутреннее состояние человека знает только Бог. Я могу только констатировать такой факт, что очень многие мои друзья и знакомые искренне служат Богу. То есть как могут — каждый на своём месте. Кто-то в театре, кто-то в кино, кто-то в живописи, кто-то в школе преподавателем, кто-то водителем. Вот искренне, от всего сердца они преданы Богу и служат, как могут. Вот это могу сказать, да, таких людей знаю. А уже внутреннее состояние — тут уже не мне судить, а Богу.

А. Пичугин

— А это можно понять только если пообщаться с этим человеком? Или вот это его служение отражается и на его работе?

Свящ. Валерий Васильев

— Вообще на всём. Человека надо наблюдать, потому что, как правило, мы страдаем от чего? Мы неискренни, мы не можем… Как вот нам апостол говорит — «любовь всему верит, на всё надеется, всё долготерпит». Мы не можем сразу довериться кому-то — и Богу, и людям — мы всегда осторожны в отношениях друг с другом. И от этого и рождается недоверие и всё. И человек страдает от этого больше всего, потому что он больше о себе заботиться и думать. Но вот когда с человеком искренне начинаешь общаться и по жизни видишь его жизнь — как он поступает, как он ведёт себя по отношению к тебе, как он ведёт по отношению к другим, тогда ты уже… «По делам их и узнаете их», — как Господь нас учит. Ты видишь его дела, ты видишь, как он к этому относится, ты видишь, как он жертвует своим временем, своим даже здоровьем когда-то, своим финансовым положением ради тебя, ради ближних и ради страдающих. Тогда, действительно, ты можешь сделать выводы: вот человек искренне живёт ради Христа.

А. Пичугин

— Вам неверующий человек может спокойно ответить, что он знает достаточно примеров, когда — да и верующий, я тоже думаю, — когда люди, которые не верят в Бога, живут точно также.

Свящ. Валерий Васильев

— Нет, без веры, скажем так, любое добро превращается в зло.

А. Пичугин

— Это как?!

Свящ. Валерий Васильев

— Очень просто.

А. Пичугин

— Подождите! Неверующий человек взял ребёнка или бабушку и перевёл через дорогу — это он что-то плохое сделал?

Свящ. Валерий Васильев

— Я сейчас объясню, почему. Это я бы не сказал, что плохое. Но вопрос в чём? Ради чего он это сделал? То есть он сделал добро ради добра, то, получается, это в никуда — добро нас не спасает никак, никаким образом. Но если он это сделал ради Христа, то тогда он это сделал себе во спасение. Каждый сам себе хозяин. Тут ничего не сделаешь. Пока человек сам не захочет, пока человек сам не уверует, пока сам не приведёт своё сердце и душу ко Христу, то жизнь его бессмысленна на земле. Смотрите, давайте так рассудим: если у человека нет после смерти конечной цели. Жизнь настолько коротка, вот каждый из нас обернись — как будто пять минут прошло, как будто страницу книги перевернул — жизнь. Ради чего она такая короткая-то, смысл какой? Зачем нам разум тогда? Почему мы не живём просто, как животные? Получается, что мы просто насаждаем планету трупами, если нет у нас конечной цели.

А. Пичугин

— Дорогие слушатели, напомню, что у нас в гостях священник Валерий Васильев — клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино — это Новая Москва. Я — Алексей Пичугин. Мы вернёмся в эту студию буквально через минуту.

А. Пичугин

— И вновь здравствуйте, дорогие слушатели! Я, Алексей Пичугин, ещё раз вас здесь приветствую. У нас в студии отец Валерий Васильев — священник, клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино. Мы выходим в эфир в преддверии престольного праздника этого храма, в преддверии дня, когда Церковь вспоминает Веру, Надежду, Любовь и мать их Софию. Я так вкратце ещё раз напомню, мы об этом говорили в первой части программы, в самом начале: три девочки 9-и,10-и, 12-и лет, которые были убиты в самые первые века христианства, вернее, во втором веке. Есть даже такая приблизительная дата — 137 год. Были убиты за Христа и за свою веру. Ну, и через несколько дней от горя, видимо, умерла их мать. Церковь причислила их к лику святых, и вот завтра день памяти. Но сейчас мы уже, скорее, перешли с отцом Валерием на такую общехристианскую тему о спасении, о том, что же такое жизнь христианина, и в чём заключается смысл жизни человека неверующего. Мне всегда было довольно жалко людей, у которых нет какого-то высокого… какой-то высшей цели в евангельском смысле. Но при этом, мы же, как христиане, призваны любить всех людей, окружающих нас. Более того, мы же не заставляем себя это делать, это же должно идти из сердца. И поэтому мы должны принимать взгляды и уважать взгляды всех людей, которые нас окружают.

Свящ. Валерий Васильев

— Поначалу мы всё равно должны заставлять себя это делать. Потом, когда это станет нашей привычкой и необходимостью, тогда, может быть, нам заставлять себя уже не придётся. Заставлять себя надо, первое что: не творить зла другим — ни себе, ни другим. Во-вторых. Вы знаете, сколько людей на планете, столько и мнений. Потому что каждый человек — личность. И у каждого есть свои мысли на тот или иной вопрос и ответ. Поэтому назовём так: мнение каждого человека — правдой. И ведь каждый, когда убеждён в своей правоте, он пытается доказать её другому. Правда? Так вот, сколько людей на земле, столько и правдок, правд, правдочек, но истина-то всё равно одна.

А. Пичугин

— А у христиан? У них тоже сколько христиан, столько и правды?

Свящ. Валерий Васильев

— Если мы говорим о человеческой правде, о личной правде человека, то сколько христиан, столько и правд. Но истина одна. И если человек живёт по своей собственной правде, а таких и в Церкви немало, которые поняли христианство по-своему и пытаются так жить, то это его как бы… Мы с вами в начале говорили, что это жизнь по гордости.

А. Пичугин

— Ну, а был апостол Павел, который сказал, что да будут разномыслия между вами, дабы выявились искуснейшие.

Свящ. Валерий Васильев

— Да. Разномыслие в истине — уже когда человек пытается осмыслить саму истину и жить по истине. Одно дело жить по своей собственной правде, одно дело жить по истине, то есть стараться жить по заповедям Божьим, стараться жить так, как тебя Сам Бог ведёт по твоей жизненной дорожке. И если ты так стараешься жить, как научил тебя Христос — твой Учитель, твой Бог, твой самый близкий друг, и Отец тебе, вот тогда ты будешь стараться жить правильно. Даже твоя правда будет потихонечку истиной освящаться и совершенствоваться. В итоге, кто такие святые угодники Божьи? Это те, кто в истине достигли святости, которые свою жизнь привели ко Христу и жили, полностью во всём слушаясь Его, смиряясь перед Его волей и исполняя Его заповеди.

А. Пичугин

— Но это мы говорим о святых людях. Я понимаю, что наша высшая цель — это святость.

Свящ. Валерий Васильев

— Праведность.

А. Пичугин

— Это наша сверхзадача. Наша общая задача христиан — это спасение. Но…

Свящ. Валерий Васильев

— Вот о спасении, смотрите, много мы говорим о спасении, но не всегда человек понимает, что такое спасение. И не всегда он само слово «спасение» понимает — что оно значит. Все говорят на проповедях часто «спасенье, спасенье», Евангелие говорит о спасении, святые отцы говорят о спасении. Но чтобы правильно понять, нужно понять, что такое падение, что произошло.

А. Пичугин

— А это хорошая мысль!

Свящ. Валерий Васильев

— Что произошло в раю? Что было, вообще, в раю, как Бог создал такую красоту прекрасную, место — рай? Насадил там человека, похожего на него — по образу и подобию был создан человек. И Бог излил на него Свою любовь, и они ходили общались с Адамом по раю. И Адам должен был через это общение увидеть любовь, через эту красоту понять Кто Такой Бог — всё Его величие и всю к Нему любовь и привязанность. И Адам должен был оценить это по заслугам, и ответить тем же. Согласны со мной? Вот ради этого и было создано всё — по любви создал Господь человека, похожим на Него. Почему похожим? Да чтобы просто он мог понять Его.

А. Пичугин

— Но это же другой человек.

Свящ. Валерий Васильев

— Что значит другой?

А. Пичугин

— Это же другой человек, это, фактически, другое существо…

Свящ. Валерий Васильев

— Да, похожее не Него, которое могло ответить Ему взаимностью, понять.

А. Пичугин

— Нет, я имею в виду, что человек, который жил в Эдеме — это другой человек.

Свящ. Валерий Васильев

— Да. Что произошло? Грех вошёл. То есть человек по свободной воле Своей, так как Бог создал всех свободными. Потому что любовь не может быть насильная, она может быть только по свободной воле. Человек пал, человек отступил от Бога, предал Его — произошло предательство. И через это предательство вошло всё: и смерть, и грех, и болезнь. Вот тогда человек стал совершенно другим, отличным от того, который был первосозданным. Даже тело изменилось, насколько мы знаем от святых отцов. И мы несём… что утратили-то, самое главное? Богообщение, которое было в раю — мы вот это утратили. Что принёс Христос? Мир. Он восстановил это утраченное богообщение. Теперь через Него, через Христа, следуя Его примеру, Его учению, мы возвращаемся в райское состояние, уже здесь, на земле, живя внутренне этим. И если это цель нашей жизни, то мы с вами уже соединяемся с Богом здесь. К чему и стремились все святые угодники Божьи. Не важно, чем я занят, кем я работаю: медсестрой, уборщицей, на радио ведущим — не важно, чем я занят. Но если я искренне служу Богу и это цель моей жизни, то у меня в моей жизни всё выстраивается по полочкам. Вот по личному примеру — до того, как Господь обратил меня в веру, у меня была куча вопросов, абсолютно куча: что, откуда взялось, как… Какие-то поиски, может, и были, я их не помню просто. Но после того, как я пришёл к вере и прочитал о вере — хотя бы просто элементарный «Закон Божий» Слободского, — у меня всё разложилось по полочкам. Всё, у меня больше не было никаких вопросов. Я чётко знал что, как, почему, откуда и что мне делать дальше.

А. Пичугин

— Но если бы на вашем месте сейчас сидел мусульманин, он бы сказал: «Я прочитал Коран, и для меня открылась истина».

Свящ. Валерий Васильев

— Пускай, это его дело. Он ищет Бога по-своему, я ищу Бога так, как Господь мне указал этот путь. Понимаете? Мне проще говорить в этом смысле, потому что у меня была в жизни встреча с Богом — так можно назвать. Я думаю, у каждого это происходит, когда человек приходит к вере. А что там дальше уже — как там мусульмане веруют, как иудеи, как кто — мне как бы это уже становится неинтересно.

А. Пичугин

— А у каждого ли христианина, ведущего церковную жизнь на протяжении многих-многих лет, уже произошла эта встреча с Богом?

Свящ. Валерий Васильев

— А как же? А без этого человек бы и не веровал.

А. Пичугин

— (Неразб.) наоборот.

Свящ. Валерий Васильев

— Либо получил радость от молитвы, либо получил радость после Причастия, облегчение после исповеди, исцеление в болезни, помощь в каких-то других делах — в жилье, в труде, ещё как-то. Каждый от Бога получает много чего, через это многие приходят к вере.

А. Пичугин

— Так, а если эта встреча была у каждого христианина, почему же некоторые тогда уходят? Если они уже сумели ощутить то состояние встречи с Господом, почему они тогда уходят?

Свящ. Валерий Васильев

— Значит, привязанность к миру оказалась сильнее, вера слабее.

А. Пичугин

— Может, тогда и не было ещё пока этой встречи? Я вспоминаю пример протоиерея Александра Осипова, который одно время был даже ректором Ленинградской духовной семинарии в советское время. Наверняка вы помните историю его отречения. Ведь до войны это был один из самых горящих священников — он служил в Эстонии. Он шёл проповедовать в самые злачные районы, уголки, в ночлежки, к бездомным, к бродягам, в приюты. Он горел этим. А потом, по прошествии… ну, произошли в жизни его разные неприятности. Он ушёл и написал огромное отречение в газету «Правда». Плохо? Плохо. Да, он ренегат, да, он порвал с Церковью. Но вот я помню, что книга про него выходила, и церковный историк Фирсов в конце этой книги задаётся вопросом: «А вот была ли у отца Александра Осипова настоящая встреча с Богом?» Возможно, её и не было, и не было искренности в нём с самого начала, и не было искренности в его отречении.

Свящ. Валерий Васильев

— Всякое бывает, как нас учит Евангелие. Господь притчу рассказывал: когда сеял сеятель, что-то упало при дороге, что-то упало на камни, что-то упало в почвы хорошие и дало свои плоды. Дело в том, что Иоанн Валаамский пишет в своих письмах очень интересную вещь, мне очень понравилось его изречение. Он говорит: «Многим, с кем я жил, — в монастыре, пока он был игуменом, — многим Бог дал благодать. Одному даже дал так, что он людей исцелял, — то есть это настоящая встреча с Богом. — И многие погибли». Не забывайте, что ещё дьявол очень трудится, не забывайте, что люди несовершенны, это всё надо учитывать. Тут сложно так сказать однозначно, почему тот или иной ушёл. В каждом случае надо разбираться отдельно. Но у нас есть свои недостатки человеческие, которые нас тянут, к сожалению, вниз. Если человек старается жить правильно, по Евангелию и по святым отцам — мы уже говорили об этом, — а не по своей собственной правде, не по тщеславию… Вот один брат пришёл к старцу и говорит: «Отче, я не знаю, что случилось. Когда я жил в монастыре, я постился, молился, прям был идеальным монахом. Но как только я стал жить один в скиту, всё это куда-то исчезло. Я не пойму, в чём дело!» Старец говорит: «Всё очень просто — когда ты жил в монастыре, ты жил по тщеславию, ты жил перед братией. Тщеславие — огромная сила, которая человека толкает на многое. И ты и постился, и молился — был примером для всех. Но как ты стал один, тебе это стало неинтересно, ненужно и ты сразу расслабился».

А. Пичугин

— Вот видите: опять пример из жизни монахов. Но ведь мы же не все призваны уйти из мира, мы же с вами об этом уже несколько раз говорили сегодня.

Свящ. Валерий Васильев

— Подождите! Дело не в монашестве, дело во внутреннем состоянии человека. Почему Священное Предание нам ставит очень много примеров из монашества? Потому что это идеальный подвиг христианина. Так, действительно, спасаться, я бы сказал, не то что легче, но правильнее. Но и в миру достаточно случаев. Вспомним батюшку Алексея Мечёва и многих других батюшек, которые жили в миру и были прекрасными христианами. Поэтому дело во внутреннем состоянии человека, что у него внутри творится — не как он внешне живёт, а что внутри творится. Вот это очень важный момент.

А. Пичугин

— Священник Валерий Васильев — клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино сегодня в гостях у программы «Светлый вечер» на радио «Вера». Но ведь пример монашества не может быть не то что универсальным, но он даже не может апеллировать к первым годам христианства. Вернее, первые года христианства не могут к нему никоим образом апеллировать, потому что монашество возникает только тогда, когда христианство становится фактически государственной религией, и те, кто не могут жить в миру среди христиан, для которых уже тот извод христианства, который распространяется в обществе, становится тягостным, уходят в пустыню. Вы сами приводили пример пустынников египетской пустыни, которые спасались там, вдали от людей, от городов. Но ведь христианство времён Христа не знает монашества, христианство времён Христа — все его ученики и последователи были людьми из мира.

Свящ. Валерий Васильев

— Да, также апостолы — первые ученики его, они жили общинами. Да, первый век, возьмём апостолов, они все жили общинами, приносили деньги в общий котёл, всё своё имущество приносили, можно сказать. Жили общинами — это нормально. Речь идёт не о том, речь идёт о том, что монашество помогает нам воспитать в себе внутреннего человека, о чём говорит Игнатий Брянчанинов — мы должны своего внутреннего человека привести к Богу.

А. Пичугин

— Не очень понятно с точки зрения монашества.

Свящ. Валерий Васильев

— Монашество — это как образ внутреннего человека, внутренней веры. То есть ты можешь быть монахом и в миру. Ты можешь и внутри себя быть монахом, внешне это не выдавая. Как говорит нам и Священное Писание: «Помолись втайне Богу и попостись втайне Богу, чтобы Господь, видя твоё тайное, воздал тебе явно». То есть внутри тебя может жить монах, а внешне ты можешь быть обычным человеком. Имеется в виду внутреннее состояние христианина. Если внутри у него есть этот стержень, стремящийся ко Христу всем сердцем и всей душой, тогда и внешне это начнётся изливаться на его внешнюю жизнь. Он уже будет автоматически стараться не совершать зла, то есть внутри него будет жить добрый человек. Потому что, как батюшка Алексей Мечёв говорил, что у нас два врага — «яшка» и «окаяшка». «Окаяшка» — это бес, а «яшка» — это тот гордый, который во мне сидит. То есть во мне сидит два человека: один гордый и злой, другой добрый и хороший, который стремится ко спасению. И вот тот, кого я больше кормлю, тот во мне преобладает и побеждает. Вот это и есть внутреннее состояние человека.

А. Пичугин

— Но ведь не бывает чёрного и белого. Помните, после смерти Хрущёва недавно почивший Эрнст Неизвестный поставил на его могиле памятник: чёрное и белое — такая вот чёрно-белая стела. Он потом, кстати, в интервью очень интересно говорил, что «мои личные взаимоотношения с Никитой Сергеевичем, — известно, что Хрущёв очень не любил Эрнста Неизвестного, его работы, — они, конечно, не играют никакой роли, по сравнению с тем, что Хрущёв открыл двери лагерей». Ну, как бы можно вспомнить ещё, что Хрущёв был причастен к тому, что эти двери открылись в своё время для многих и многих людей, которые туда входили, но это другой вопрос. Так, когда умер Хрущёв, Эрнст Неизвестный сделал на его могиле памятник. До сих пор можно прийти на Новодевичье кладбище и посмотреть — чёрное и белое. То есть там с одной стороны — всё то плохое, что сделал Хрущёв; с другой стороны — всё то хорошее, что было им сделано. Но это символизм, это искусство. А ведь, на самом деле, в человеке всё это перемешивается, нет ведь такой чёткой границы, которую можно провести и сказать, как вы говорите словами отца Алексея Мечёва — вот это «яшка», а вот это «окаяшка»; и вот это вот хорошее, а вот это вот плохое. Ведь в нас это всё перемешано. И как это разделить так, чтобы всё хорошее выкристаллизовалось в одну сторону, а плохое в другую?

Свящ. Валерий Васильев

— Очень просто разделить: определиться, относительно чего ты живёшь, или относительно кого. Если я живу относительно Бога и истины, то тогда, естественно, я тянусь к этому. Если я живу относительно себя, тогда во мне, действительно, перемешивается всё, я уже сам не знаю, где я прав, а где не прав. Вот и всё. Почему многие злые дела маскируются под добрые, и человек не всегда может их различить? Именно потому, что ему не с чем сравнивать.

А. Пичугин

— А как это — злые дела маскируются под добрые? Например?

Свящ. Валерий Васильев

— Вот давайте вернёмся к примеру, где человек переводит бабушку через дорогу. Ведь человек же может просто взять и перевести, и поблагодарить Бога, и забыть об этом тут же. А другой человек может перевести и про себя думать: «Вот какой я хороший, вот какой я молодец, какое я доброе дело сделал». И ходить, всё это переживать и только развивать в себе тщеславие. Вроде как бы он доброе дело сделал, но для него это оказалось во зло, потому что он только развил в себе тщеславие.

А. Пичугин

— Но разве во зло? Он же сделал доброе дело — бабушка оказалась на другой стороне многолюдной улицы.

Свящ. Валерий Васильев

— Нет, само дело-то доброе, но для него это оказалось зло, а для бабушки-то хорошо. Много такого. Вот, допустим, сейчас, в наше время очень лукавое, приходит какая-нибудь рекламка — вот ты будешь счастлив там-то, там-то. А на самом деле, когда сталкиваешься, просто какое-то вымогательство или обман какой-то.

А. Пичугин

— Правильно. Но люди, которые этим занимаются, изначально занимаются этим ради зарабатывания денег, они просто прикрываются добрым.

Свящ. Валерий Васильев

— Это и есть лукавство, это и есть зло, прикрытое добром.

А. Пичугин

— Я другой пример могу вам сразу привести. Вот эта вот самая известная, расхожая и самая банальная фраза, что благими намерениями понятно куда вымощена дорога. Но здесь тоже очень много вопросов возникает сразу же, потому что когда человек делает что-то изначально хорошее, пытается помочь другим людям — это никак не может быть для него лично во зло. Ну, если он, конечно, не спровоцировал мировую войну этим или страдания какого-то человека.

Свящ. Валерий Васильев

— Но я же вам только что объяснил. Почему не может быть во зло? Если это развивает только тщеславие, то во зло. Если это добро ради добра, это тоже во зло получается, потому что в никуда. Смысл… Мы сейчас с вами говорим о вере, о Боге мы говорим. Смысл жизни человека на земле, созданного Богом, это быть с Богом, вернуть себе богообщение. Понимаете? И если этого смысла человек не кладёт в свою жизнь, то это получается добро в никуда. Вот он родился-умер, всё, его путь начался, когда он родился; и его путь закончился, когда он умер. У христиан же не так — я родился, я крестился, и всё, я никогда не умер, я живу вечно, потому что я живу с Богом. После смерти я стремлюсь к вечному блаженству. Давайте, как святые отцы говорят или как Священное Писание, например, говорит, в частности, что «будущие члены Царствия Божия сподобятся, подобно ангелам, зреть Бога». Понимаете? Вот это и есть смысл. А ради чего мы тогда вообще живём? Что такое жизнь вечная с Богом? Это вечно совершенствоваться в Боге и питаться от Него Его благодатью, когда человек забывает про всё, его вообще ничего не волнует, ничто земное — он просто пребывает в радости Божией.

А. Пичугин

— А как же тогда, знаете, люди забывают обо всём, кроме Бога, Церкви, кельи и молитвы, а дети не накормлены, муж голодный или жена злая, работа не делается? Ну, потому что человек спасается.

Свящ. Валерий Васильев

— Тоже об этом говорили сегодня.

А. Пичугин

— Вы знаете наверняка таких людей. Я вот знаю.

Свящ. Валерий Васильев

— Да, особенно в 90-е годы таких было очень много, когда церкви открылись, и все пошли — бросали многодетные семьи. Я тоже таких много знаю. Это не есть добро, это есть зло по гордости. Дело в том, что призванный человек быть в кельи и молиться Богу, и ни о чём не думать — это монах, от слова «монос» — «один». Он, Бог и храм — всё. Но если ты живёшь в семье, если ты мирянин, у тебя есть обязанности, у тебя есть твой долг, который ты должен исполнять. Если у тебя дети, ты должен их накормить, как хозяин. Матушка Сепфора — прекрасный пример из Клыкова, которая упокоилась в Клыково, 102 года ей было. Она всю жизнь прожила в семье, молитвенница была, схимница. Многие к ней ездили. Когда она последний год жила в монастыре, монастырь по её молитвам поднялся. Её спросили: «Матушка, а как же вы научились молиться? Вы, наверное, всю жизнь перед иконочками стояли в келье?» Она говорит: «Да что ты, милок! Я жила в крестьянской семье, мы работали с утра до ночи, мне поспать даже было некогда, всегда работали. Спала 20 минут в сутки — прислонюсь, покушаю хлебушка с молочком, 20 минут посплю и опять иду в поле работать. У меня не было… такая роскошь, как постоять, помолиться перед иконочками, у меня только в конце жизни появилась». Дома она всегда готовила — многодетная семья была. Она для всех готовила, и сама ухитрялась поститься, пока готовила, причём, так серьёзно постилась. Говорят: «А как же вы тогда молиться научились?» — «А вот так — воткну лопатку в землю и говорю: «Господи, Иисусе Христе, — выну, переверну, — помилуй меня, грешную!» То есть я всё делала со Христом. Подниму у кастрюльки крышку: «Господи, Иисусе Христе, — помешаю, — помилуй меня, грешную!» Вот так и научилась». То есть человек учился в семье за работой. Почему и первые апостолы, первые христиане жили вместе, общиной — потому что в общине друг с другом и начинается путь христианина. Почему у нас в Церкви человек начинает с прихода? Он не начинает сразу с монастыря, человек приходит в храм — в церковь, в обычный приход — и начинает жить вместе со всеми одной семьёй. Это одна семья — приход. Понимаете? Общаются друг с другом, вместе что-то делают, вместе молятся, вместе переживают радости, огорчения, празднуют дни рождения, вместе детей своих воспитывают, создают какие-то школы, кружки, занятия. Всё это жизнь приходская. Но если человек один и он больше склонен к монашеству, если он в своей жизни уже просвещён благодатью Божией, он, конечно, стремится к уединению. К этому все святые отцы стремились. Возьмите Феофана Затворника, который был епископом и который просто очень хотел уединиться и писал прошение, чтобы его отпустили на Вышу. И он на Выше 28 лет провёл в затворе один. И многие, многие святые отцы… Потому что человек, когда узнаёт Христа сердцем и душою, он стремится только к Нему. Потому что сама душа этого требует, она тянется, потому что она по природе христианка. Бог создал нас такими.

А. Пичугин

— Спасибо! Я напомню, что у нас сегодня в программе «Светлый вечер» был священник Валерий Васильев — клирик храма Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в посёлке Кокошкино. Спасибо большое! Меня зовут Алексей Пичугин. Всего доброго и до встречи! Будьте здоровы!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (8 оценок, в среднем: 4,50 из 5)
Загрузка...