Москва - 100,9 FM
* Поделиться
Евангелие от Луки, Глава 7, стихи 31-35

31 Тогда Господь сказал: с кем сравню людей рода сего? и кому они подобны?

32 Они подобны детям, которые сидят на улице, кличут друг друга и говорят: мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам плачевные песни, и вы не плакали.

33 Ибо пришел Иоанн Креститель: ни хлеба не ест, ни вина не пьет; и говорите: в нем бес.

34 Пришел Сын Человеческий: ест и пьет; и говорите: вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам.

35 И оправдана премудрость всеми чадами ее.

Читает и комментирует священник Стефан Домусчи.
У кого из нас не было друзей, которых мы хотели бы обратить в христианство? Друзей, которым мы объясняли бы и доказывали бы нечто, что было бы для нас сами очевидно. Одни говорят, что христианство слишком строгая и догматическая религия. Начинаешь сравнивать, говорить о свободе и роли, которую она играет в спасении человека... Другие считают христианство поддатливым и слабым, неспособным сопротивляться — говоришь о его истории, о том, что Российская империя — самое большое государство в истории было христианским. И вряд ли его создали слабые и готовые лишь к унижению люди... То же самое в разговоре о взаимоотношениях науки и религии или религии и нравственности... Во время любого подобного разговора постепенно становится более-менее очевидно, что дело вовсе не в аргументах, а в желании человека принять или отвергнуть обсуждаемую точку зрения. Она может быть сколько угодно аргументированной, но главный вывод в сферах подобных религиозным совершается не на уровне доказательств, а на уровне глубоких, порой совершенно не осознаваемых желаний. Иногда вот так задумаешься о такой внутренней силе человеческой души и становится страшно. Как часто мы думаем, что не можем чего-то, в то время как на самом деле, просто этого не хотим.

В сегодняшнем чтении Христос говорит именно об этом применительно к той ситуации, которая постепенно складывалась между Ним и людьми, которые за Ним ходили и Его слушали. В преддверии Его выхода в мир на открытую проповедь вышел из пустыни Иоанн, который вел очень аскетичный образ жизни, был постником и носил грубую одежду. И что сказали ему те, кто привык к обычной размеренной жизни? Сказали что в нем бес... и значит общение с ним, — таким постником, — до добра не доведет. После Иоанна приходит Христос, который, хотя и постился сорок дней в пустыне, в обычной жизни ест и пьет с грешниками, чем заслуживает обвинения, чуть ли ни в разгульной жизни.

Разные подходы двух проповедников, которые одинаково призывали к покаянию. Кому они оба могли не понравиться? Кто с одинаковым удивлением и пренебрежением мог отзываться о них?

— Религиозная посредственность. Люди, которые перегорели, а может быть и не загорались, для которых одинаково дико выглядели, и суровая аскеза, как чрезмерно строгая, и сближение к явными грешниками, как чрезмерно расхолаживающее, любовь, которая как будто бы позволяет грех. Такой подход посредственный, потому что люди не готовы к решительным шагам, не горячие и не холодные, но индифферентно теплохладные, живущие для себя и неспособные на подвиг. Ни подвиг аскетический, ни подвиг снисхождения и любви. Это такой тип религиозности, при котором люди говорят, что верят, но только до тех пор, пока можно оставаться в своей теплохладности, пока не оказывается необходима жертва.

Что говорит имХристос? Обличаетли Оних? Говоритли окаких-либо перспективах? Нет. Онлишь показываетим, что знает настоящую причину ихдействий. Неужелиже Онкним безразличен? Совсем нет, просто понимает, что, ниподвиг, ниаскеза, нилюбовь, несоздаются насилием ивозможны только всвободе. Тот, кто свободно выбирает жизнь соХристом, проживает нетолько свою жизнь, ноивесь замысел Божий сосвоей человеческой стороны наполняет смыслом.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!