Евангелие от Марка, Глава 14, стихи 43-72
Евангелие от Марка, Глава 15, стихи 1-15
Поделиться
Читает и комментирует протоиерей Павел ВеликановЗдравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов.
Как вы думаете, может ли у истины быть... дисциплина? Сегодня в храмах звучит пространное чтение из 14-й и 15-й глав Евангелия от Марка — давайте послушаем чтение и постараемся найти ответ на этот вопрос.
01 Немедленно поутру первосвященники со старейшинами и книжниками и весь синедрион составили совещание и, связав Иисуса, отвели и предали Пилату.
02 Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он же сказал ему в ответ: ты говоришь.
03 И первосвященники обвиняли Его во многом.
04 Пилат же опять спросил Его: Ты ничего не отвечаешь? видишь, как много против Тебя обвинений.
05 Но Иисус и на это ничего не отвечал, так что Пилат дивился.
06 На всякий же праздник отпускал он им одного узника, о котором просили.
07 Тогда был в узах некто, по имени Варавва, со своими сообщниками, которые во время мятежа сделали убийство.
08 И народ начал кричать и просить Пилата о том, что он всегда делал для них.
09 Он сказал им в ответ: хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского?
10 Ибо знал, что первосвященники предали Его из зависти.
11 Но первосвященники возбудили народ просить, чтобы отпустил им лучше Варавву.
12 Пилат, отвечая, опять сказал им: что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называете Царем Иудейским?
13 Они опять закричали: распни Его.
14 Пилат сказал им: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее закричали: распни Его.
15 Тогда Пилат, желая сделать угодное народу, отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие.
Перед нами только что разворачивалась история предательства, ареста и беззаконного суда над Иисусом. Вопрос, который я подвесил перед чтением — есть ли у истины определённая дисциплина? — имеет прямое отношение к содержанию этого текста.
Давайте внимательнее посмотрим, как Себя в этой драматической ситуации ведёт Иисус. Он — Сама Воплощённая Истина, ни в чём неповинный Божественный Страдалец, преданный, униженный, оболганный. Можем ли мы понять внутреннюю логику Его поведения — точнее, почему Он временами — молчит, а временами — отвечает? Давайте попробуем.
Первая фраза Иисуса — глубокая, печальная ирония. «Как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями...» Заметим — ни гнева, ни возмущения, ни борьбы — только ирония в преддверии грядущего страшного спектакля.
Далее начинается самый настоящий театр: приводятся лжесвидетели, звучат обвинения. И вот здесь Иисус — молчит. Почему? Потому что любая реакция, любой ответ тотчас бы выглядели как согласие участвовать в этом чужом спектакле — согласие с навязанными правилами игры, где любое слово означало бы принятие права предъявления обвинения и неизбежно становилось бы самооправданием — а значит, косвенным признанием своей вины.
Но когда первосвященник, изумлённый абсолютным молчанием и вообще отсутствием какой бы то ни было реакции со стороны Иисуса уже в отчаянии кричит — Ты ли Христос? — вот тут Иисус перестаёт молчать и прямо отвечает: да, это — Я!
Ровно такая же история повторяется и перед Пилатом. На прямые вопросы Пилата Спаситель даёт ответы. На возгласы и обвинения толпы — не реагирует никак и молчит.
Разве такое поведение — не есть ли та самая «дисциплина истины», про которую я задал вопрос выше? Ведь обычно молчание считают слабостью. Но здесь молчание — проявление власти и внутренней свободы. Молчание как способ не отдать истину на растерзание риторике, пустословию. Там, где слово неизбежно станет частью «спектакля» — дОлжно молчать. Там, где слово не «подыгрывает» чужому сценарию, а свидетельствует об истине — дОлжно говорить.
Помоги же нам, Господи, научиться как можно раньше проводить это различение — когда молчание — единственно правильно, и когда свидетельство об истине — уместно!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов