Священноисповедник Александр Орлов родился в тысяча восемьсот семьдесят восьмом году в Рязанской губернии. Он закончил духовное училище, был рукоположен в диаконы. Александр частенько посещал жившую в тех краях подвижницу, блаженную Матрону Белякову. Она посоветовали ему рукополагаться в священнический сан. С тридцать второго года Орлов был духовником блаженной. Господь оделил ее дарами прозорливости и исцелений. В тридцать пятом году НКВД начало дело против блаженной Матроны. Арестовали и отца Александра. В обвинительном заключении следователь написал, что священник, «являясь участником контрреволюционной группировки, активно прославлял “блаженную Матрешу”, организовывал к ней паломничество». Его приговорили к пяти годам заключения в исправительно‐трудовом лагере. В сороковом году священник освободился. По дороге домой Орлов остановился у своей прихожанки. Оборванный, голодный, он попросил постелить ему возле двери, так как одежда его была переполнена вшами. Жена не узнала отца Александра при встрече. Силы его были так подорваны лагерем, что через год священноисповедник Александр скончался.
Чему учиться у детей
Слова Христа о том, что войти в Царствие Небесное смогут лишь те люди, которые обратятся и будут, как дети, долгое время казались мне совершенно понятными. Дети — жизнерадостные, чистые, открытые. Конечно, дети — это почти ангелы.
А потом я стал отцом. И у меня появились вопросы к первым стихам 18-й главы Евангелия от Матфея , где Евангелист описывает, как Иисус, призвав дитя, поставил его посреди апостолов и сказал: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное».
И вот, я размышлял: в какой момент моя дочь ближе всего к Царствию Небесному? Когда пытается откусить мой палец? Когда бьёт мальчика в песочнице его же лопаткой? Если я сейчас уподоблюсь ей, это верный способ попасть в Царствие Небесное?
Где же смирение девочки в те минуты, когда она отказывается есть клубнику, которую мы купили ей за баснословные деньги? Где послушание в ответ на наши просьбы не вбегать в лужу в белом платье? Не пренебрегает ли она пятой заповедью о почитании родителей. А нежелание стоять на службе дольше 15 минут — ну это совсем никуда не годится!
Я начал пристально наблюдать за поведением этого маленького человека. И обнаружил в ней качество, которому позавидовал бы любой монах. Нет, это была не способность проводить почти всю ночь без сна.
Речь идет об отсутствии тревоги и суетного ума. Отсутствии переживаний о политике, рассуждений о том, как живут люди за соседней дверью. Кристально чистом проживании дня и текущего момента — без лицемерия и попытки кому-то угодить. Иными словами — о простосердечности. Человеку свойственно с годами брать на себя слишком много контроля и власти, не оставляя места для действия Бога.
Выходит, что мой путь к Царствию Небесному пролегает через уподобление своей дочке, но не во всех ее шалостях и реакциях подвижной, формирующейся нервной системы, а в ее открытости и простоте. Быть может, Господь ждет от меня не идеального поведения на службе: Он знает, что на Литургии мои мысли могут быть далеки молитвы, и в иной момент хочется стукнуть ближнего игрушечной лопаткой. Но также Ему известно и то, что во мне еще остается место для чистой, детской веры.
Потому Бог предлагает для спасения иной путь — возложить на Него свои земные заботы и следовать за Ним. Думаю, что дети в первые годы земной жизни живут именно так, просто со временем память о «легком бремени» Христа стирается, и приходится начинать все сначала: учиться простоте сердца.
Автор: Бондин Герман
Все выпуски программы Частное мнение
Странный старичок
Однажды я шла по улице в безмятежном настроении. Как раз в таком состоянии, когда не ждёшь подвоха, и случаются со мной всякие неприятные вещи. Навстречу мне — старичок. Оборванная одежда и неприглядный вид выдавали в нем уличного бродягу, он был немного похож на юродивого.
— Простите, девушка, — обратился старичок ко мне, — вдруг дома перестал работать телефон, а мне нужно позвонить. Можно ли воспользоваться Вашим телефоном?
Всю мою безмятежность как рукой сняло. Я сразу насторожилась. В голове моментально пронеслись предупреждения о всевозможных мошеннических схемах, когда чужие люди просят сделать звонок с твоего телефона на незнакомый номер. А дальше — или пропадает сумма денег со счета, или, ещё хуже, тебя начинают шантажировать преступники.
Я сжалась, засунула руку в карман, где лежал телефон. Быстро произнесла:
— Простите, у меня нет с собой телефона.
И ускорила шаг. Боковым зрением заметила, как старик усмехнулся и обратился к следующему прохожему, но и у того не оказалось под рукой телефона.
Когда я была уже далеко и немного перевела дух, вдруг ясно осознала: только что я солгала. Согрешила. На душе стало тяжело. Как же нужно было поступить? Ведь реально опасно вот так давать свой телефон чужим людям. А если этому человеку действительно требовалась помощь?
И тут я самой себе задала вопрос: почему же ты не сказала правду? «Простите, я не даю телефон посторонним людям и не звоню на чужие номера. Но если Вам нужна помощь, я могу вызвать "скорую" или позвонить в полицию». Вот и всё. Так честно и просто! Однако, мой здравый смысл, волю и логику парализовал обычный страх. Именно страх стал причиной греха. Я солгала, потому что испугалась. Из-за страха поступила не так, как хотела, не по-христиански.
Теперь мне было важно проанализировать своё состояние и понять, откуда он, этот страх, пришёл в мою душу, чтобы не совершать больше таких ошибок. Ответы нашла в Священном Писании и у Святых отцов.
Преподобный Иоанн Лествичник пишет, что «страх есть предвоображаемая беда», «представление неведомых злоключений». Так и есть: моё воображение моментально нарисовало мне самые худшие и мрачные картины.
«Страх — это недостаток веры», — так говорил Сам Господь Бог. Ведь святые апостолы тоже испытывали страх, и не раз: когда столкнулись с бурей и когда Апостол Петр пытался ходить по воде. Как только их вера ослабела, в душу нагрянул страх.
А ещё «в страхе есть мучение». Как сказано в Первом послании апостола Иоанна, «боящийся несовершенен в любви».
Какой я сделала вывод? Во-первых, я в очередной раз увидела, как несовершенна и маловерна, если простой вопрос прохожего смог поселить в душе столько панического ужаса, отключив разум. Спасибо странному старичку — он словно встряхнул меня и дал стимул вести более усердную духовную работу. Во-вторых, эта ситуация показала, как важно постоянно трезвиться, бодрствовать духовно. Когда разум светел и уповает на Бога, мне кажется, всегда найдутся слова, которые помогут решить проблему, соблюсти осторожность и при этом не поддаться нападкам врага.
Автор: Ольга Цой
Все выпуски программы Частное мнение
Сделать первый шаг
Однажды я был свидетелем ситуации, которая произвела на меня сильное впечатление. Мы с группой паломников сидели в монастырском кафе перед всенощным бдением и общались с игуменом. Среди участников беседы — люди разной степени «воцерковленности»,
Беседа текла спокойно и непринужденно; голубые глаза игумена вдумчиво наблюдали за собеседниками. Постепенно разговор подошёл к теме таинства покаяния.
— А зачем нужна исповедь? — спросил мой приятель, мужчина средних лет. Этот внезапный вопрос застал «опытных» верующих врасплох. И вовсе не потому, что нечего сказать, а потому, что сказано уже очень много.
Первым неловкую паузу прервал игумен. Он ответил:
— Вот — ты, и вот — Бог. Между вами есть пространство для диалога. Ты к Нему можешь обратиться и сказать о том, что видишь в себе несовершенным, требующим исправления. Священник при этом является свидетелем покаяния, слушателем, который при необходимости может дать совет.
— Но я не вижу в себе недостатков, — возразил мужчина.
Беседа оживилась. Участники соглашались, возражали, искали некий «правильный ответ». Мой приятель внимательно следил за ходом мысли и в конце сказал: «И все-таки я не понимаю, зачем мне идти на исповедь. Как я могу говорить с Богом, Которого не знаю? Вот приду я, а сказать мне нечего».
Тогда я предложил ему сделать следующее: «Попробуй отнестись к этому как к эксперименту: "Хорошо, мои близкие советуют мне поисповедаться, хотя мне нелегко на это решиться. Откажусь от сомнений и просто сделаю так, как рекомендовали".
Приди в храм на исповедь и скажи: "Я пришел сюда, потому что меня попросили об этом мои близкие. Я не знаю, о чем говорить. Не умею я обращаться к Богу". Просто сделай первый шаг». Его взгляд выражал сомнение.
Тут прозвучал благовест перед всенощной, прервавший чаепитие. Игумен, откланявшись, спешно направился в алтарь, за ним в храм прошли остальные паломники.
Служба проходила под сводами монастырского собора XVI века, в котором так же, как и сотни лет назад, звучит протяжное монастырское пение, читаются кафизмы. Тянется вереница людей на исповедь. Среди них своей очереди к священнику ожидал и мой приятель. Он исповедовался более сорока минут.
Позже мой друг признался, что вышел из храма другим человеком. Он сказал, что слова священника прозвучали настолько сильно и глубоко, что он почувствовал тягу к переменам. С тех пор мой товарщи стал чаще ходить на Литургию. Потом поехал трудником пожить в монастырь на несколько дней. Его жена рассказала, что после этой поездки в семейных отношениях он стал вести себя иначе: где-то сдержаннее, где-то теплее.
Для меня эта история оказалась наглядной иллюстрацией того, как Господь может коснуться сердца человека, если он решается сделать первый шаг в сторону добра вопреки своим сомнениям.
Вспоминая свои первые годы в Церкви, я понимаю, что каждый раз перед исповедью приходилось себя преодолевать, ведь я постоянно торговался с совестью, искал повод избежать исповеди. Господь в конечном счете привел меня в Церковь, за что я ему безмерно благодарен. Именно исповедь для меня оказалась тем самым первым шагом в сторону Бога.
Автор: Бондин Герман
Все выпуски программы Частное мнение











