Поделиться
Фото: Diego González/Unsplash
Запечатлённая в Священном писании летопись израильского народа — это, во многом, история войн с многочисленными соседями. Противостояния племён на Ближнем Востоке не прекращались с древних времён, поэтому каждое государство здесь имело свой свод законов, регламентирующий воинскую повинность. У израильтян таким кодексом были повеления, данные Богом пророку Моисею. Кроме десяти заповедей, Создатель открыл праведному праотцу подробные предписания, как следует выстраивать свою жизнь верующему в Единого Бога. Эти правила, подробно записанные в библейском Пятикнижии, касались всех сфер жизни, в том числе и военной обязанности перед государством.
В книге Второзаконие оговаривался не только порядок мобилизации, но и причины для освобождения граждан от воинской службы. Существовали ли подобные статьи в законодательстве других народов? Чтобы ответить на этот вопрос, современные американские ученые — профессор древнееврейского языка из Чикаго Джон Уолтон, религовед из штата Миссури Виктор Мэтьюз и профессор истории университета штата Висконсин Марк Чавалес, провели сравнительный анализ Второзакония с историческими документами царства Мари, хеттскими рукописями и законами Хаммурапи. Результаты исследования были опубликованы в 2005 году под заголовком «Библейский культурно-исторический комментарий».
Комментарий эксперта:
Двадцатая глава Второзакония предписывает освобождать от воинской повинности не только мужчину, недавно вступившего в брак, но и юношу, который обручился с невестой. В Священном писании это звучит так: «Того, кто недавно женился, пусть не посылают на войну и не дают ему никакой особой работы; пусть он целый год остаётся дома на радость своей жене». И «кто обручился с женою и не взял ее, тот пусть идет и возвратится в дом свой, дабы не умер на сражении, и другой не взял ее». Более того, право на отсрочку имели также те, кто только что построил дом или посадил виноградник — им давали возможность вкусить радость от нового жилища и первых плодов. Подобных послаблений ученым не удалось найти больше ни в одном древнем документе среди найденных археологами. Архив царства Мари, обнаруженный в 1934 году французскими учеными в нескольких километрах от Дамаска, содержал лишь предписание освобождать от воинской службы жрецов.
Хеттские воинские правила из Богазкёйского архива, найденного немцами на севере Турции в 1906 году, во многом оказались схожи с законами вавилонского царя Хаммурапи, которые были начертаны клинописью на стеле, раскопанной французами в 1901 году на территории Персии. И у хеттов и у вавилонян царь жаловал воинам земельные наделы, но если в хеттском царстве солдат мог передать казённую землю другому, делегируя вместе с ней и воинскую повинность, то подчинённым царя Хаммурапи за это грозила смертная казнь. Женившись, военнослужащие в древности ни в одной ближневосточной стране, кроме Израиля, послаблений в службе не получали. Можно вспомнить лишь законное право вавилонского воина вернуть жену, если она за время его отсутствия вышла замуж за другого.
Однако, самым удивительным предписанием закона Моисея оказалось вовсе не освобождение от службы в армии женатых иудеев и счастливых владельцев домов и виноградников. При сопоставлении с документами иных древних ближневосточных государств особо неординарным предстал восьмой стих двадцатой главы Второзакония!
Комментарий эксперта:
Законы царства Мари, государства хеттов и Вавилона при комплектовании войск предполагали такие меры, как перепись населения и физическое принуждение к службе. И это неудивительно — подобные методы и позднее использовались у многих и многих народов. А вот следующие строки, пожалуй, не встретишь больше ни в одном законодательстве — ни древнем, ни современном: «Кто боязлив и малодушен, тот пусть идет и возвратится в дом свой, дабы он не сделал сердца братьев робкими, как его сердце».
С трусами в армии не церемонились ни в какие времена, суд над паникёрами всегда был коротким и жёстким — распространение малодушных настроений среди бойцов чревато поражением в любой войне. А данный Богом закон Моисея предложил мудрые и милосердные профилактические меры — просто не брать в строй тех, кто не уверен в своей храбрости.
Девятнадцатый и двадцатый века были богатыми на археологические открытия, многие из которых послужили доказательствами правдивости Священного писания. Двадцать первое столетие вывело ученых на новый виток исследований — анализ накопленный информации раскрывает не только достоверность, но и необычайную глубину библейских истин.
Константин Коровин. «Зимние сумерки»
Поделиться
— Андрей, посмотри, пожалуйста, на эту картину, что перед нами. Тебе никого не напоминает?
— Ты говоришь о работе Константина Коровина «Зимние сумерки»?
— Да. Мы с тобой не первый раз в Калужском музее изобразительных искусств. Но только сейчас я заметила, как героиня этой картины похожа на нашу бабушку в молодости. Помнишь, на старых фотографиях?
— На бабушку? Да, пожалуй, есть что-то общее. Хотя дама, изображённая на полотне, обращена к зрителю вполоборота, и видны лишь очертания профиля.
— К тому же работу сложно рассмотреть в деталях. Она написана будто наскоро, несколькими мазками. Возникает ощущение, будто автор её не дописал.
— Полагаю, такое впечатление создаёт импрессионизм. Это направление, в котором художники стремятся передать эмоции от момента, а не его реалистичность. Коровин был импрессионистом, и картина «Зимние сумерки», написанная в 1916 году, яркое тому подтверждение.
— Соглашусь с тобой по поводу эмоций. И хотя широкие размашистые мазки не выделяют детали, я представляю настроение этой женщины на картине. Она сидит за столом. Её задумчивый профиль обращён к окну, за которым темное синее небо.
— И заметь, как художник сумел выхватить из повседневной суеты драгоценные мгновения, уловить состояние духовного умиротворения. Когда человек в гармонии с собой и миром.
— Получается, что эта картина не про вид из окна, а про состояние души героини!
— Конечно! Коровин предлагал в своих картинах не передавать реальность, а чувствовать её. Видеть красоту в игре теней, в свете, цвете.
— А еще в необычном сочетании этих цветов. Обрати внимание на холодный свет лунной ночи и теплый свет в комнате. Они создают такой приятный контраст.
— В этом вся романтика полотна! Стилистика «Зимних сумерек» типична для Коровина. Это атмосферные уютные вечера. Женские образы в струящихся одеждах и свете домашнего очага.
— Как лирично звучит!
— Живопись Коровина, и правда, как музыка! Не случайно художник называл свои картины ноктюрнами. А ещё он признавался, что его вдохновляет опера. Кстати, игра света и тени, возможно, навеяна театром. Коровин ведь работал там — оформлял спектакли.
— А ещё есть чувство, что время на картине замедлилось. Героиня здесь выглядит погружённой в свои мысли или мечты. Очень красивый женский образ.
— Знаешь, Алла, пожалуй, ты права. Героиня действительно похожа на нашу бабушку. Но не столько внешне, сколько внутренними качествами. Она у нас была такая же задумчивая, спокойная... И присутствовало в ней то же благородство и грациозность. Как у героини картины Константина Коровина «Зимние сумерки».
Картину «Зимние сумерки» Константина Коровина можно увидеть в Калужском музее изобразительных искусств.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Все выпуски программы: Краски России
Константин Паустовский «Тёплый хлеб» — «Покаяние восстанавливает гармонию в мироздании»
Поделиться
Фото: PxHere
Влияет ли состояние человеческой души на окружающий мир? Да, ведь грехопадение прародителей разрушило гармонию созданного Богом мира, ввело в мироздание болезнь и смерть. Так катастрофичен грех. И не только первородный грех Адама и Евы — любое зло, сотворённое человеком, и внутреннее, и внешнее, так или иначе отзывается в мире и вносит в него разрушение. Писатель Константин Паустовский в рассказе-притче «Тёплый хлеб» показывает, как грех главного героя вносит в мир зло.
Мальчик Филька сильно обидел старого больного коня. Тотчас на деревню, где живёт Филька с бабушкой, налетает свирепый ветер, а реку сковывает лютый мороз. Мельница замерзает, а во всей деревне муки всего на два дня. Бабушка рассказывает испуганному внуку: мороз связан с людской злобой, такое уже случилось в их краях сто лет назад, когда крестьянин нанёс обиду раненому солдату. И теперь нужно, чтобы дурной человек поправил своё злодейство. Филька горько раскаивается в своей злобе, пытается расколоть (с помощью друзей) лёд на реке и запустить мельницу, и мороз ослабевает. Окончательно он отступает, когда мальчик просит прощения у обиженного коня и угощает его тёплым хлебом.
Мороз в рассказе Паустовского — это метафора холода, сковывающего человеческое сердце. Покаяние Фильки прогоняет мороз из сердца мальчика и из деревни.
«Если ты хочешь исправить мир, то должен исправить себя в первую очередь», — говорил святитель Николай Сербский, сербский подвижник и богослов двадцатого века. Ведь тот, кто исправил свою душу, вверенный лично ему уголок мира, тот тем самым внёс порядок и в часть вселенной. Совсем как это сделал маленький герой рассказа Паустовского «Тёплый хлеб», который своим покаянием восстановил гармонию в маленьком фрагменте мироздания.
Все выпуски программы: ПроЧтение
Павел Корин. «Александр Невский»
Поделиться
— Оля! Иди сюда, я здесь!
— Здравствуй, Маргарита! А я тебя по всем этажам ищу. В здании на Крымском Валу не очень хорошо ориентируюсь. Вот, в Лаврушинском переулке я уже каждый уголок, наверное, знаю.
— Прости, Оля, я на работе всегда отключаю звук у телефона, не увидела твоего сообщения. Я тоже бываю тут, на Крымском Валу, не так часто, как хотелось бы. Хорошо, что несколько раз в году у меня случаются смены смотрителем в Новой Третьяковке. Здесь выставлены мои любимые картины. Но ты ведь, Оля, вроде бы, с утра собиралась приехать. А сейчас время уже к обеду.
— Ой, Маргарита, у телевизора засиделась. На одном из каналов наткнулась на фильм «Александр Невский». Тот, старый, чёрно-белый, с актёром Черкасовым. И не смогла оторваться.
— Что ж, понимаю. Сергей Эйзенштейн снял настоящий шедевр. А хочешь увидеть ещё один шедевр, посвящённый Александру Невскому?
— Ты о картине говоришь, я угадала?
— Угадала, Олечка. Здесь, в Третьяковской Галерее на Крымском Валу, есть потрясающее полотно... Давай, покажу тебе его, это совсем рядом. Мы, собственно, уже пришли. А вот и князь...
— Маргарита, это же известная картина! Я и не знала, что она находится здесь! Сколько раз видела её репродукции. А подлинник — впервые. Какая мощь, сколько силы и решимости в фигуре князя Александра Невского...
— Он изображён во весь рост, облачённый в доспехи. На плечах — красный плащ, а в руках — тяжёлый меч. Князь смотрит вдаль. Он — на страже родных рубежей, и готов лицом к лицу встретиться с врагом. За его спиной развевается стяг с ликом Спаса Нерукотворного, стоит верная дружина. И вся Русская земля — Новгород с Софийским Собором. А дальше, за ним — другие города...
— Картина известная, а вот кто её автор, я забыла...
— Полотно «Александр Невский» — это работа художника Павла Дмитриевича Корина. Он написал картину в 1942 году. Шла Великая Отечественная война. Павел Корин вспоминал, как осенью 42-го, в полутёмной мастерской, под грохот зенитных орудий, он писал эту картину. Писал, по его словам, непокорённый дух нашего народа.
— Наверное, люди, смотрели на фигуру князя, который когда-то собрал народ и защитил Отечество от иноземцев, и верили, что и теперь враг будет побеждён, каким бы несокрушимым он ни казался.
— Да, Оля, сила воздействия образа князя, созданного Кориным, была невероятной. Репродукции «Александра Невского» печатались на первых полосах фронтовых газет, висели в землянках и блиндажах. А бойцы, которые освобождали от фашистов древнюю вотчину князя, Новгород Великий, собственноручно сделали огромную копию картины, и установили у въезда в город.
— Маргарита, а тебе не кажется, что в облике князя на картине есть что-то иконописное?
— Конечно есть, Олечка. Павел Корин и был иконописцем. Он родился и вырос в Палехе, знаменитом посёлке народных промыслов в Ивановской области. Закончил там школу иконописи. Потом работал в иконописной палате московского Донского монастыря. Расписывал храмы — например, Покровский собор Марфо-Мариинской обители на Большой Ордынке, как раз неподалёку от главного здания Третьяковской Галереи.
— Как же в советские годы пропустили такой сюжет, пронизанный духом православной иконописи?
— Во время Великой Отечественной войны, власти поняли, что вера в Бога может сплотить русский народ перед лицом врага, как это и было во все времена. Открывались храмы. А образ святого праведного князя Александра Невского стал символом победы над иноземными захватчиками. Был даже учреждён орден его имени.
— Маргарита, посмотри, слева и справа от картины «Александр Невский» ещё два полотна. Они как будто составляют единое целое...
— Верно, Оля! «Александр Невский» — это триптих. Просто так вышло, что известность приобрела только его центральная часть, самая сильная в эмоциональном плане. Однако левая часть — картина «Северная баллада», и правая — «Старинный сказ», усиливают замысел художника. На них мужчины собираются на битву, а женщины их провожают.
— Воины уходят на брань, а дома остаются дети, жёны, матери. Поэтому отступить нельзя. Да, в полотне «Александр Невский» заключён дух единства и победы над врагом.
— Художник Павел Корин говорил, что для него дух — главное в человеке. Именно человеческий дух ему хотелось воспевать в живописи. Дух, который побуждал русских людей защищать родную землю.
Все выпуски программы Свидание с шедевром
